Текст книги "Доктор Отвали. Людей не принимаю! (СИ)"

Автор книги: Натали Мед

Соавторы: Хельга Блум
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7. Нашему полку прибыло

Глава 7. Нашему полку прибыло

Когда я стремглав примчалась обратно, неся на тарелке всё мясное и незаплесневелое, что смогла найти в холодильнике (к моему удивлению там даже оказался кусочек сыра), я обнаружила, что в комнату пробрался Жруль, умудрившийся в рекордно короткие сроки расправиться со своими замками и, похоже, ищущий меня. Меня он не нашёл, но зато нашёл самоцвет графа и теперь я была ему не нужна: он любовно ласкал камень своими почти человеческими пальчиками, чуть ли не облизываясь.

Да чтоб вас всех! Теперь у него это просто так не отнимешь. А отнять надо, и быстро, иначе спрячет так, что в жизни не найдёшь, я это уже проходила. И я пошла на крайние меры. Единственное, чего боялся Жруль, это огонь, что было для меня загадкой, потому что огонь как раз и не причинял ему вреда.

Кошка… тьфу, некошка, вытянув шею, с интересом рассматривала визитёра, но комментировать происходящее не торопилась. Вид у неё при этом был, как у ребёнка, впервые попавшего в зоопарк… ну, или в цирк.

Поставив тарелку с едой перед этой голодающей, я сделала пасс руками, создавая вокруг гренота огненное кольцо. Он вспискнул, запаниковав, и начал подпрыгивать на месте, не выпуская тем не менее из пальцев самоцвет.

– Жруль! – строго произнесла я. – Отдай! Не твоё!

Гренот заверещал ещё громче, но камень не бросил. Я сделала жест пальцами, и круг огня сузился. Жруль прижал камень к груди и подпрыгнул выше. Я б на его месте просто прошла сквозь огонь и сбежала, благо это создание на редкость огнеупорно (я читала), но у него явно были какие-то психологические проблемы с огнём, чем я беззастенчиво пользовалась. Ещё пасс – и пламя вплотную подобралось к греноту.

– Ну, чего стоишь? – лениво поинтересовалась у него некошка, оторвавшись от тарелки, с которой подчищала еду. – Беги, а то поздно будет!

И Жруль почему-то послушался. Он бросил самоцвет и кинулся прочь сквозь пламя. Топот лапок быстро затих в коридоре… А кольцо огня, лишившееся внутреннего ограничителя в виде гренота, мгновенно схлопнулось… оставив маленький полыхающий костерок вокруг графского самоцвета.

– Нет-нет! – в ужасе заорала я и выхватила погибающую драгоценность из пламени. Он же разрушится!

К моему удивлению, пламя не погасло, продолжив пылать вокруг камня, словно это была какая-то таблетка горючего. Мои попытки погасить его ни к чему не привели. Что делать?

– А почему нет? – флегматично осведомилась некошка, намывая здоровой лапкой мордочку. – разве ты не этого хотела?

– Чего? – буркнула я, баюкая горящую драгоценность на ладони. Хорошо, что с огнём у меня теперь совершенно приятельские отношения.

– Ну, вот этого…

Меня на миг ослепила яркая вспышка, а когда я проморгалась, то обнаружила, что пламя погасло, самоцвет исчез, а на моей ладони сидит маленькая, размером не больше хомячка, пушистая сиреневая гусеница с огромными жалобными глазами.

– К-кто это? – икнула я. – Отк-куда?

– Судя по всему, – меланхолично отметила некошка, рассматривая создание, свернувшееся на моей ладони, – типичный шамир. Разве ты не знала? Я думала, ты специально хочешь подогреть кокон, чтобы шамир вылупился. Обычно их не очень жалуют, но, судя по всему, ты любишь авантюры.

– Авантюры? – ошарашенно переспросила я. – Почему? Что это за животное?

– Ты что, глухая? Я же сказала: шамир… Эй, осторожнее!

Гусеничка, до сих пор сидящая на моей ладони и нервно озирающаяся, вдруг сделала спринтерский рывок по руке и вцепилась зубами (у гусеницы зубы!) в связку ключей, висящую на моей шее.

Да, в моей пижаме только один небольшой нагрудный карман, и поэтому я повесила все ключи от клеток на тесёмке на шею… И теперь эта гусеница заглатывала их с остервенением сидящей на строгой диете дивы, вышедшей на ночной дожор после месяца суровых ограничений.

Я не успела ничего предпринять… Да что там! Я не успела даже осознать, что это создание жрёт мои ключи, как все они исчезли в изрядно раздувшейся и ставшей выглядеть на редкость довольно гусеничке… А гусеничка вдруг начала раздуваться ещё сильнее…

– Надеюсь, тебе не очень дорога эта комната? – поинтересовалась некошка, припадая к столу, и прикрывая лапками мордочку.

– Что ты имеешь… – начала было спрашивать я, но тут гусеничка… рыгнула.

Нет, она просто взорвалась потоком ревущего пламени, на миг затмившего всё вокруг меня.

Что-то дёрнуло мою руку вниз.

Я проморгалась, вытерла лицо от копоти и обнаружила, что по моей смотровой комнате словно прошёл огненный смерч, оставив после себя разбитую посуду, погнутые полки, закопчёные стены… и некошку, осторожно выглядывающую из-под тазика, в котором я кипятила для неё воду.

– Вкусно, – раздался довольный голос.

Я перевела взгляд вниз и обнаружила под ногами изрядно подросшую гусеничку, с удовольствием осматривающуюся по сторонам… явно с желанием сожрать ещё что-нибудь.

– Прячь железо! – рявкнула некошка. – Иначе он тебе дом разрушит!

– Оно ест железо? – я ошарашенно рассматривала очаровательное пушистое создание размером с кошку, которое довольно улыбалось… на редкость зубастой улыбкой.

– Да! – фыркнула некошка. – Шамиры жрут всё, но железо – их деликатес. В своём мире они прогрызают норы под землёй в поисках железной руды, и слава всем богам, что железа в той руде у них крайне мало! От чистого железа у них происходит взрывной рост. Взрывной, как ты видишь, в самом прямом смысле! Обычно шамиров используют в других мирах для создания тоннелей, в подрывных работах и диверсиях… Мало какой псих решится держать этот кошмар в качестве милой домашней зверюшки.

Я новыми глазами посмотрела на урчащее по-кошачьи у моих ног создание. Создание, видимо, поняв, что больше железа не предвидится, решило вздремнуть, свернувшись в пушистый сиреневый клубок прямо у моих ног.

– Похоже, у меня особо нет выбора, – со вздохом признала я, соображая, как перевести всю свою жизнь в неметаллическое русло. – А он, шамир этот, все металлы ест?

– Да сожрать он всё может, но взрывается только от железа. Чем чище железо, тем сильнее взрыв.

– Вот же ещё проблема! – у меня волосы встали дыбом на голове, когда я представила всю глубину кошмара. Хорошо хоть клетки для животных у меня из иродия! Холодное железо довольно плохо влияет на большинство магических существ… конечно, как я понимаю, если ты не шамир. – Он разумный?

– В меру, – кивнула некошка. – Высокоинтеллектуального собеседника из шамира тебе не заполучить, но они ловко пользуются словами, выловленными из ментального поля окружающих разумных существ.

– У меня совершенно нет пустых клеток! – посетовала я, рассеянно взлохмачивая волосы свободной рукой, словно это помогало думать.

– Шамира в клетке не удержать, – хмыкнула некошка. – Поэтому с ними крайне редко связываются: слишком непредсказуемые. Если, конечно, ты его приручишь, он далеко не уйдёт. Но в клетке сидеть не будет. Так что заранее смирись с тем, что у тебя будут периодически пропадать вещи, сожранные этим созданием.

– Ничего себе, графская драгоценность! – вздохнула я. – Ладно, пусть тогда просто живёт. Может, взять его на свидание с этим оборотнем? Авось сожрёт его.

– Нет, – фыркнула некошка. – Органику они не очень любят, особенно живую, так что на это я бы не рассчитывала на твоём месте.

– Уфф… – вздохнула я. – Вот ещё проблема! Ты-то как себя чувствуешь?

– Я? – переспросила некошка, вдруг спохватившись. – Что, не видишь? Умираю! Меня не лечат, не кормят и пытаются убить контрабандными шамирами. Как ещё я могу себя чувствовать? При смерти!

И она распласталась на столе, откинув задней лапкой тазик, со звоном рухнувший на пол. На дрыхнущего шамира это, впрочем, не произвело никакого впечатления, он только всхрапнул и свился в клубочек поплотнее.

Глава 8. Ветеринар на выданье

Глава 8. Ветеринар на выданье

Полагаю, мой новый волкознакомый искренне надеялся, что я проведу томительные часы нашей разлуки, прихорашиваясь и наводя лоск. Древние латы знали, что человеку свойственно ошибаться, я же вдобавок могу сообщить, что ошибаться свойственно и оборотням. На самом деле, я не только не накручивала волосы на бигуди и не гладила свое парадно-выходное платье, я вообще напрочь забыла об этом чокнутом, который ни с того ни с сего решил предложить мне свою мохнатую лапищу и большое (судя по его общим размерам) сердце.

А всё потому что шамир… впрочем, этим можно и закончить предложение. Всё потому что в моей жизни случился шамир. И почему-то он решил случиться именно сегодня, именно утром и именно со мной. Не то чтобы я возражала… но теперь у меня оказалось сразу двое говорящих животных, от одного из которых нужно срочно прятать всё железное. Хорошо скальпели у меня заперты в сейфе. А вот ключи придётся записать в убыток.

Оставшись без ключей, я, естественно, пошла договариваться с лицом, способным помочь мне в трудной ситуации. Держать животных в клетках бесчеловечно, поэтому я запираю подопечных только в двух случаях: если они представляют угрозу окружающим и если они представляют угрозу сами себе. Проще говоря, опасных и больных запираю, но даже им нужны прогулки.

– Жрульчик? Жрулечка, где же ты? Иди сюда, золотце моё! А что у меня для тебя есть… – ласково заворковала я. Что у меня есть для Жруля, я ещё не придумала, но даже таких невнятных посулов хватило, чтобы он высунул любопытный нос из-под буфета, где прятался от утренних потрясений и пытался поспать. – Отлично, вот ты где! Жруль, на тебя возлагается большая ответственность, ты – то самое лицо, морда то бишь, которое сегодня будет приносить пользу отечеству в моём лице. Пойдем, будешь взламывать замки на тех клетках, на которые я укажу.

При слове «замки» гренот склонил голову набок и задумчиво на меня уставился, словно бы размышляя, не подменили ли хозяйку. Греноты, может, не самые интеллектуально одаренные существа, но некоторые противоречия в моём поведении он определенно заметил.

– Нет, я не сошла с ума, – на всякий случай заверила его я и потащила взломщика вниз, к вольерам.

Полусонный гренот – вот что значит день наперекосяк: теперь из-за шамиров нарушаю режим сна Жруля – играючи взломал замки и удалился в свой вольер, досматривать сны.

Я же покормила тех, кого должна была покормить, выгуляла тех, кого надо было выгулять, и вернулась домой. Теперь еще надо в планы на день добавить визит к мастеру, чтобы сделал мне новый комплект ключей. И почему я не работаю с какими-нибудь мирными артефактами или растениями? Могла бы использовать магические запоры. Купила бы мощный комплект заклинаний и не оттягивала себе шею ключами. Вот только с моими подопечными с магией надо быть осторожнее. Это новенький железо жрет, а иные и магией не брезгуют.

– Уйду на пенсию и стану садоводом. Буду розы выращивать. С большими и очень острыми шипами, – привычно бубнила я, направляясь в кладовку. – Вот такенными шипами!

Вру, конечно, самой себе… Хотя… Говорят, есть где-то живые цветы, которые даже разговаривать умеют. Вот такой бы я точно завела! Ладно, это потом, а пока надо проверить запасы и составить список покупок. И про сыр не забыть, а то меня некошка живьем, похоже, съест, если не получит желаемое. О, нужно попросить Алиту, чтобы одолжила мне хоть на полдня Шорку. Он быстренько сбегает по поручениям и за покупками.

Именно на этой ноте меня прервал настойчивый стук в дверь. Проклиная незваных гостей – исключительно фигурально, я, в конце концов, не ведьма, а всего лишь скромный ветеринар с дипломом огненного мага – я побрела открывать.

– Прием пациентов на сегодня зако… – с готовой отговоркой замерла я, потому что на пороге стоял все тот же оборотень. В костюме. И с розой. Одной. В целлофане. И где только добыл? Этот мир, к счастью, пластик не производит.

– Вот и славно, – сверкнул белозубой улыбкой он (хоть сейчас в рекламу зубной пасты бери). – Значит, нам никто не помешает.

– Нам уже помешал. Ты, – уточнила я, на случай, если гость тонких намеков не понимает.

– Кому это вам? – заглядывая через мое плечо в холл, прорычал гость. – У тебя кто-то есть? – он нахмурил густые брови, сделавшие бы честь и мексиканской художнице, и русскому лидеру.

– Да, – честно ответила я. – Чувство собственного достоинства. Прости, но оно категорически запрещает мне иметь дело с качками-переростками без капли здравого смысла.

– Но я принес цветы! – ввернул беспроигрышный аргумент оборотень.

– Почему ты говоришь о нём во множественном числе?

– Это тебе, – вопрос был проигнорирован, а цветы(ок?) вручены мне. – Я тут узнал, что в твоём мире принято дарить даме не закуски, а вот такие цветы.

Он прислонился к дверному косяку и окинул меня ленивым самодовольным взглядом, в котором буквально читалась наслаждение собой и своей подготовкой. И что теперь? Он ждет, что я упаду в обморок от восторга? Так… стоп… эта некошка была мне преподнесена в качестве закуски? Лёгкий завтрак? Акции ухажёра пробили дно, на котором они и так лежали, и устремились в бездну.

– Я за эти полдня вообще много узнал о женщинах из твоего мира. Не переживай, дорогая, я смогу позаботиться о тебе.

– Правда? – изумленно вскинула брови я. – А знаешь, кто ещё может обо мне позаботиться? Я! Так что, пошел вон, – и я попыталась захлопнуть дверь. К сожалению, попытка оказалась не более удачной, чем утром.

– Не-не, цыпа, мы же идем на свидание. Я бы и так на тебе женился, но мне сказали, что вам, ба.. женщинам, то есть, важны эти… ну, типа ухаживания. Погуляем, в ресторан сходим, познакомимся поближе, а завтра можно и жениться.

– Завтра? – взвизгнула я. Да что этот тип вообще возомнил?!

– Ну хочешь, можно послезавтра, – пожал широкими плечами он. – Только ты не тяни долго, сама понимаешь, волк долго свободным не остается.

– И с чего бы волку хотеть на мне жениться? – отбросив шикарный букет поклонника куда подальше, я скрестила руки на груди и принялась буравить самого поклонника пристальным взглядом. Его мотивы по-прежнему оставались для меня загадкой.

– Так ведь лучше я, чем кто другой. А против приказов мэра не попрешь.

– Мэр приказал, чтобы… – не веря своим ушам, я закатила глаза, но все же произнесла это вслух: – Чтобы я вышла замуж?

– Ага, – подтвердил волк с таким довольным видом, словно он только что перекусил троицей поросят и сожрал Красную Шапочку на закуску. – И сроку у тебя месяц, так что лучше поторопиться. Так как, станешь моей женой сейчас или подождём до завтра?

Глава 9. Мужчину мечты заказывали?

Глава 9. Мужчину мечты заказывали?

Ах, что за тигр этот волк! Какой жених! Мало того, что молод и красив, так ещё и невероятно галантен! Как ухаживает за женщинами! Ты согласна, дорогая, или ты согласна? Разве возможно на подобное предложение ответить чем-нибудь кроме пылкого и восторженного согласия? Вот и я смогла лишь томно пролепетать:

– Пошёл вон, а не то натравлю на тебя серколака. Он у меня настолько плотоядный, что однажды плот сожрал, так что берегись.

– Элеонора, но ведь приказ мэра! – обратился к авторитетам оборотень.

– А мэр может отправляться в… – от проявления непочтительности к органам власти (статья 3, пункт ж кодекса города Монплезир, карается заражением от двух до четырех инфекционных заболеваний) меня спасло письмо.

Послание материализовалось прямо на пороге, рядом со ступней сорок третьего размера, которая, к сожалению, прилагалась к оборотню, по-прежнему торчащему у моего дома с неприличными предложениями (а если вы считаете, что предлагать посторонней женщине лапку, хвост и сомнительный ливер это прилично, то пересчитайте, потому что вы явно где-то ошиблись). Бледно-зелёный конверт с официальной печатью городской канцелярии появился из ниоткуда. Опять эти экспериментальные разработки. Мэрия в последние пару лет очень уж жаждет избавиться от людей и заменить работников всех звеньев (кроме стражников, разумеется) автоматическими чарами. С заклинанием кофеварки не получилось – говорят, взрыв разнес половину департамента чрезвычайных происшествий, в чем нельзя не находить некоторую долю иронии – так они решили перейти к почтовым.

Закатив глаза, я подняла конверт, повертела его в руках, убеждаясь, что печать подлинная, а потом вскрыла. С полминуты я скользила взглядом по строчкам. Нахмурилась. Прочитала ещё раз. Текст усваиваться не желал категорически. Наверное, что-то с желудком. Съела слишком много сертификатов на содержание животных класса А (синий бланк в зелёную крапинку воздушных знаков, заполнять необходимо исключительно левой рукой и в полнолуние), поэтому не могу переварить ещё одну бюрократическую отрыжку нашего мэрского аппарата.

– В течение месяца, – ласково процитировал строчку из письма оборотень. – Ну я же говорил.

– А ты откуда знаешь? – прищурилась я, преисполненная здорового подозрения. – Если зрение меня не подводит, здесь есть пометка конфиденциально, – я ткнула пальцем в полупропечатанную надпись на конверте «конф».

– Только не для меня. У меня, знаешь ли, везде свои волки, – залихватски подмигнул он.

Ах да, печально известное волчье ОПГ. Говорят, лет десять назад они были известны своими преступлениями. Нападения на пенсионеров, крышевание строительного бизнеса и, в одном особенно шумном случае, даже киднеппинг семерняшек. В общем, развлекались, как могли, но лет восемь назад, еще до моего появления в этом мире, рынок погребли под собой Хопскотчи. Они стали главной мафиозной группировкой Большой Картошки, и волки ушли в тень. Кого-то посадили, кто-то ушел в более законный бизнес, но какие-то связи у волчьей диаспоры все-таки остались.

– Допустим, – после недолгих размышлений кивнула я, подумав, что господин Фицхерберт, пожалуй, задолжал мне парочку объяснений. – Предположим, мэр действительно хочет, чтобы я вышла замуж в течение месяца, и у него на то есть свои совершенно еба... дикие, но объяснимые причины. Зачем тебе жениться на мне? Брак с первыми встречными вышел из моды ещё во времена принцессы Альбины.

– Чего? – деликатно переспросил оборотень.

– Не обращай внимания, – отмахнулась я. Тот факт, что я постыдно увлекалась здешними историческими романами, не значит, что этот шерстяной волчара читал трагическую историю, основанную на мемуарах стапятидесятилетней давности. Его маскулинные лапищи слишком мощны для подобных увлечений. – Вопрос в следующем: почему ты хочешь на мне жениться? В чём твой интерес помимо бесплатных амулетов от блох?

– Правда бесплатно? – обрадовался он.

– Не отвлекайся! – я щёлкнула пальцами перед его носом, пытаясь вернуть внимание к основной теме разговора. Такое впечатление, будто я разговариваю со щенком. Отвлекается на любой чих. Слава местным богам, тут нет автомобилей, иначе помчался бы уже с лаем за какой-нибудь машиной. Дрек! Как жаль, что здесь нет автомобилей!

– Остепениться мне пора. А у тебя и магия, и особняк, и артефакты, говорят, какие есть, – простодушно выложил он. – А главное – в любой ипостаси вылечить можешь.

– Людей не лечу! – машинально выпалила я навязшую за последние несколько лет на зубах фразу и разочарованно добавила:

– Значит, на имущество позарился. А я-то думала, что ты хочешь большой, но чистой любви.

– Каждый думает, что знает, но не каждый знает, что не знает, кто думает, – философски ответил он и задумчиво уставился вдаль. Даль была не слишком далекая, потому что пялился визитер в полузакрытую дверь моего дома, но грива шикарных волос (да, немножко завидую!) и правильные черты лица не давали оборотню выглядеть простым психом, а придавали ему вид психа роденовского.

– Чего? – на сей раз спросила я.

– Говорю, да кто же её не хочет, но ведь к свадьбе это не обязательно должно относиться. Оно, как бы, и по отдельности можно. Так ты готова обедать? А то на голодный желудок мы ни к чему не придём.

– А на сытый, думаешь, придём? – мой скептицизм можно было намазывать на тосты вместо масла.

– А на сытый идти легче.

– Я с посторонними мужчинами не обедаю. И не завтракаю. И уж тем более не ужинаю, – решительно отрезала я.

Волчара глубокомысленно почесал в затылке и выдал:

– Ну, это-то исправить можно. Давай познакомимся. Вилкас.

– Много вилок что ли? – самым неприличным образом захихикала я. С другой стороны, хочет жениться, пусть с порога узнает, что у меня весьма сомнительное чувство юмора.

– Обедать? – проигнорировав мои лингвистические изыскания, он протянул руку, словно галантный кавалер, который в ходе ухаживаний потерял слова вроде «пожалуйста» и «не соблаговолите ли вы».

Я задумалась