Текст книги "Доктор Отвали. Людей не принимаю! (СИ)"
Автор книги: Натали Мед
Соавторы: Хельга Блум
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)
Глава 18. О богах и планах
Глава 18. О богах и планах
Чтобы не лопнуть от злости по пути к подруге, которая жила на знаменитой улице Вязов, а пациентов принимала в не менее знаменитой лекарне Святого Кондратия, чуть ниже по той же улице, я занимала голову попытками идентифицировать редкое животное, которое всеми правдами и неправдами собиралась спасти (и его явно придурковатого хозяина в том числе). Призвав на помощь всю свою логику и всю память, которая хранила сведения о самых необычных животных этого мира (да, в академии мне было интереснее штудировать книги про животных, чем пропадать на полигоне, швыряясь в сокурскников огненными шарами), я вдруг поняла, о каком животном идёт речь, и просто задрожала от восторга и предвкушения.
– Алита! – я ворвалась в лекарню к подруге. – Мне срочно нужна помощь! Хопскотчей или самого дьявола – неважно, но это дело, не терпящее промедления!
Шорка, Алитин (ну и мой иногда) мальчик на побегушках, как обычно просиживающий штаны тут же, в ожидании интересных событий, и как обычно что-то жующий, подпрыгнул от неожиданности, уронив бутерброд, и нырнул под стул, делая вид, что подбирает еду, а на самом деле затихарился, прикидываясь, что его нет, чтобы вдруг не выгнали.
Алита, явно клюющая носом над чашечкой кофе (судя по аромату, от самого Мусафы), тоже дёрнулась и уставилась на меня встревоженным взглядом. Мне частенько казалось, что она даже температуру и давление может измерять, исключительно взглянув на пациента.
– Да, тебе точно нужна помощь, – кивнула она и, отточенным движением плеснув в мензурку какое-то зелье, протянула мне.
Когда Алита в таком настроении, гораздо проще выпить, что там она предлагает, чем пускаться в длительные и в конечном счёте бесполезные попытки отказаться.
Зелье, конечно же, оказалось изумительно гадостным на вкус, но зато я сразу его распознала: успокаивающее. Ну да, в чём-то подруга права. Мне это зелье в последнее время нужно с собой во фляге носить, а то скоро на людей начну кидаться.
– Позволь я угадаю, – меланхолично протянула Алита, делая глоток своего кофе. – Кто-то обидел твою зверюшку. Робко надеюсь, что этот кто-то был не из моих пациентов, потому что тогда у нас будет неразрешимая дилемма: я как лечащий врач не могу позволить тебе начать причинять вред моим пациентам, даже если они обидели твоих…
– Что? – я потрясла головой. – Нет! Его нужно спасать! Там редчайший огневичок, а этот придурок решил его нашему мэру подарить! Нет, ты представляешь? Мэру!
– Придурка я классифицировала сразу, – с пониманием кивнула Алита. – Это человек. А вот огневичок, судя по твоему сияющему взгляду, должно быть какое-то животное.
– Не просто животное! – возмутилась я. Иногда зоологическое невежество моей подруги просто удручало. С другой стороны, она при желании могла отличить мохнатую зумуху от хомячка-летунца, а это, в принципе, прогресс. – Это редчайшее животное, напоминающее дракона, только в миниатюре!
– Дракон! – ахнул Шорка из-под стула, мгновенно заткнув себе рот остатками бутерброда.
– Вот драконов нам тут не хватало, – хмыкнула Алита.
– Это очень маленький дракон! – возмутилась я. – Карликовый! Размером, как я понимаю, не больше кошки. Я давно о таком мечтала!
– А огнём они пыхают? – из-под стула снова показались рыжие лохмы Шорки.
– Да, есть документальные подтверждения, что так оно и есть, – кивнула я.
– Так что там с придурком? – вернула меня из мечтаний о редком звере Алита. – И зачем он тебе нужен?
– Лично мне он нужен исключительно чтобы придушить! – взорвалась я. – Это же нужно было притащить редкое реликтовое животное из экологически чистых гор в нашу экологическую катастрофу, именуемую городом!
– Ну почему сразу в катастрофу? – флегматично заметила Алита. – Заводы здесь не дымят, атомные бомбы не взрываются… А если ты про помои, которые по улицам иногда текут, то я уверена, что они исключительно экологически чистые! Никаких пестицидов. Знаешь какую я тут крысу недавно видела?! Жуть!
– Неважно! – отмахнулась я. – Он извлёк животное из естественного ареала обитания и решил подарить мэру! Это нашему-то мэру, который даже на людей смотрит с подозрением! А животных рассматривает только с точки зрения их съедобности!
– Мда, – согласилась Алита, – Это он зря. Наш мэр ярый почитатель Софрии Златодланной*. Говорят, он последовательный прихожанин главного её храма, только посещает его инкогнито.
– Да ну, – отмахнулась я. – Когда у тебя такое дикое количество телохранителей, любое инкогнито превращается в небольшой несанкционированный митинг. Кстати, я думала, что он почитает этого бога-крокодила. Ну, знаешь, того, с гигантскими бицепсами и жуткой вытянутой мордой. Петухокс**, по-моему.
– Не, того всё больше девицы почитают, – не согласилась Алита. – Они вечно в очереди к статуе перед храмом стоят, чтобы его gluteus maximus*** на удачу в любви потереть. Они уже так сверкают, что статую можно поставить в порт и использовать вместо маяка!
– Слушай, – возмутилась я. – Прекрати мне рассказывать о задницах статуй! Не отвлекай от главного! Религиозные предпочтения наших горожан мы можем обсудить в любое другое время. А у меня там скальный дракончик погибает!
– Что случилось со скальным дракончиком? – посерьёзнела Алита. – Почему он погибает?
– Он укусил мэра! И мэр покрылся пятнами! И посадил придурка в тюрьму, где его явно ждёт казнь индюками!
– О! – ужаснулась Алита. – Так его нужно спасать, ты права! Но при чём тут дракончик?
– Да нужен он мне, спасать его! – возмутилась я. – Дракончик сбежал и прилетел к придурку в тюрьму. Да ещё и стражников, говорят, покусал. Теперь их обоих убьют! Не стражников, конечно, а придурка и дракончика!
Я не выдержала и всхлипнула. Сердце просто разрывалось от жалости к маленькому беззащитному дракончику, изнемогающему в сырых и вонючих (я это прекрасно помнила!) подземельях мэрской темницы.
– Ну что ж, – Алита встала, залпом допив кофе и прихватив сумочку. – Идём!
– Куда? – удивилась я.
– Ну как куда? Спасать. Ты будешь спасать дракончика, я придурка. Ну и посмотрю, что там со стражей.
– Как ты себе это представляешь? – заинтересовалась я. – Подойдём к стенам тюрьмы и будем орать «Пустите нас»? Может всё-таки у Хопскотчей помощи попросить?
– Ммм… Не думаю, что они станут что-то делать, – пожала плечами Алита. – Разве что у твоего придурка нереальных размеров счёт в банке, и он готов отдать его в благотворительный фонд Банни Хопскотч по поддержке бездомных поросят… Но что-то сомнительно. Поэтому придётся разбираться самостоятельно. И быстро, пока главные лица в городе заняты всяческими расследованиями. Ты в курсе, что у нас тут люди исчезают?
– Наконец-то! – возвела глаза к потолку я. – Скажешь, когда исчезнет мэр, я устрою праздник.
– Увы, мэр, насколько я знаю, жив-здоров, но тщательно прячется а резиденции, и носу оттуда не кажет. Поэтому нужно воспользоваться моментом.
– Я помогу! Я знаю! – чёртиком из шкатулки выскочил Шорка.
– Что ты знаешь? – с неудовольствием повернулась к нему Алита.
– Я тайный ход знаю! – подбоченился Шорка. – Напрямки туды, в резиденцию мэрскую. Могу провести!
– Ты несовершеннолетний! – возмутилась Алита. – Мы не можем позволить тебе рисковать!
– Ну как хочите, – надулся мальчишка. – Токма окромя меня вас туды никто не проведёт. Хочете попасть внутрю, берите меня. Вы же, фраерши, как вчерась вылупились! Никакого понятия!
– Что-что? – угрожающе заинтересовалась Алита. – Кто мы?
– Мадамы! – быстро поправился Шорка. – Мадамы без понимания в жисти! Без меня вам туды не попасть!
– Шантажист, – вздохнула Алита. – Ну что будем делать?
– Идём все вместе, – вздохнула я, судорожно пытаясь воскресить в памяти приёмы боевой магии. – Но если что, бросай нас, удирай и прячься!
– Йуу-хуу! – завопил Шорка, подпрыгивая.
–
* Почтенная Софрия Златодланная, бесспорно считалась одной из лучших специалисток своего профиля в стране. Она мастерски меняла локацию предметов (предпочитая изделия из драгоценных металлов и камней, впрочем, не брезгуя и любой другой твёрдой валютой) и находила им новых владельцев с такой ловкостью, что даже когда ее, наконец, поймали, она ухитрилась стащить ключ от собственной камеры и продать его вместе с кандалами одному из охранников тюрьмы. Разумеется, история такой удивительной женщины не могла остаться без внимания, а потому религия вокруг ее персоны возникла довольно скоро. Нужно также упомянуть, что все послушники храма Почтенной Софрии Златодланной перед постригом обязаны пройти испытание и незаметно украсть три названных им предмета, одним из которых непременно должен быть шлем городского служителя правопорядка.
** В родном мире Алиты и Элеоноры тоже существовал бог-крокодил с очень похожим именем Петсухос (сын Себека). Вполне вероятно, когда в Египте его религия пришла в упадок (возможно, по причине крайней кровожадности), он эмигрировал в новый мир и начал тут свою карьеру с чистого листа, обзаведясь шикарным телом и сконцентрировавшись на образе повелителя девичьих грёз (крокодильими мордами-то тут никого не удивишь, главное, чтоб человек был хороший) и с тех пор исправно пожинающий свою долю поклонения и преклонения.
*** Gluteus maximus – большие ягодичные мышцы. Можно извлечь врача из мира с латынью, но невозможно извлечь латынь из врача.
Глава 19. Прелести засухи
Глава 19. Прелести засухи
Мы стояли на пустынной улочке и недоумённо озирались. Вернее озирались мы с Алитой, а Шорка стоял рядом с видом хорошо выполнившего свой долг Сусанина. По правую руку от нас находилась непролазного вида комбинация пустыря и свалки давно вырубленных деревьев, по левую сторону – высоченная стена, ограждающая комплекс зданий резиденции мэра. Судя по характерным синеватым искоркам над гребнем стены, с такой нехилой магической защитой.
– Ну вот, – довольный Шорка потёр ладони. – Туточки мы. Можно лезть.
– Куда? – охренела я, рассматривая магический контур над стеной. – На тот свет?
– Да тьфу же! – возмутился Шорка. – Сюдыть!
Я проследила направление его жеста и обнаружила, что он показывает на решётку сливной канализации. Всё-таки у нас очень прогрессивный город. Особенно, около владений мэра.
– Вот туда лезть? – уточнила с недоверием Алита.
– Агась! – расплылся в широченной улыбке Шорка. – Мы завсегда с парнями сюды шастаем, кады у мэра приёмы всякие. Еды там остаётся – завались! Главное успеть, пока повара всё сами не прибрали.
Шорка поднял решётку и широким жестом пригласил нас следовать в ароматные подземелья Большой Картошки.
– Вы не сумлевайтесь, там всё чинарём! И дождёв давно не было. А я потом присторою енту штуку обратно, чтоб никто не усёк.
Тот факт, что давно не было «дождёв», я оценила сразу: ручеёк нечистот, струившийся по дну подземного тоннеля давал представление о том, как это может выглядеть после обильных осадков, и, если честно, вызывал желание возблагодарить всех богов за почти месячную засуху.
Спустившийся довольно быстро Шорка с готовностью возглавил нашу спасательную экспедицию неприспособленных к жизни «фраерш» и бодро зашлёпал в каком-то одному ему известному направлении.
Через некоторое время, я поняла , что всё не так ужасно. Допустим, клетки дикого вурлока воняют гораздо хуже. Особенно если учесть, что у этой заразы почти постоянный понос, и я никак не могу подобрать ему нормальную диету. Всё чаще ловлю себя на мысли, что нужно найти где-нибудь стоящего некроманта, поднять этого урода графа Торквайна и поинтересоваться: доколе?! А ещё лучше, отправить его чистить клетку этого вурлока, попутно выпытывая, какая диета ему больше подойдёт… Вурлок… граф… Мне неожиданно осенило: а если предлагать вурлоку зомби? Ну, тушки поднятых животных? Ведь может сработать! Так, срочно нужен некромант. Любой подойдет. Знаю ли я некромантов? Меня вдруг осенило: я могу провести среди своих женихов кастинг на некроманта. Сделать это одним из условий моего замужества. Дело другого рода, а соглашусь ли я выйти замуж только потому, что человек может воскрешать неудачно упавших в особняка мэра белок? Скорее нет, чем да. Увы. Даже если это поможет избавить моего вурлока от перманентного поноса, мне не кажется, что это достаточное условие для священного таинства матримонии.
– Туточки мы! – сообщил Шорка, вырвав меня из размышлений о собственных проблемах.
Он с ловкостью мартышки взлетел по шаткой лестнице и дёрнул решётку.
Решётка не поддалась.
Мы с Алитой переглянулись, но продолжали наблюдать за действиями специалиста. Мало ли, может это необходимое условие квеста.
Впрочем, взглянув на разочарованое лицо мальчишки, мы поняли, что тут что-то не то.
– Ничо, – ободряюще хмыкнул он. – Ща ещё одну посмотрим, туточки недалеко.
«Туточки недалеко» точно так же отказалась открыться, как и предыдущая.
– А ты уверен, что это так и должно быть? – поинтересовалась я у нашего штатного сусанина?
– Ни, – печально вздохнул Шорка. – Никак замуровали… С чего бы?
– Я ж говорила, что люди исчезают, – глубокомысленно заметила Алита. – Наверное поэтому всё это…
– Так, ладно, – вздохнула я. – Мне это надоело. Шор, вот отсюда тюрьма близко? – я ткнула пальцем наверх, в сторону замурованной решётки.
– Смогёшь вышибить? – просиял мальчишка. – Айда за мной, я лучшее место покажу! Там кусты, и ваще шишь-пышь!
Размышляя над этимологией выражения «шишь-пышь», мы с Алитой позволили провести себя к ещё одной оказавшейся запертой решётке.
Тут я просто больше не смогла сдерживаться, и коротким импульсом выбила это хлипкое препятствие ко всем чертям. Алита неодобрительно покосилась на такой расход магии, но ничего не сказала.
Мы выбрались на поверхность, и убедились, что Шорка не обманул: нас окружали густые и на редкость негостеприимно-колючие кусты, за которым виднелся недоброй памяти вход в подземелья, охраняемый двумя стражниками. Меня сразу затрясло от дивных воспоминаний. Пусть Дервин и пытался меня убедить, что стражники, пытавшиеся неправомерно отправить меня на казнь, были уволены без выходного пособия и выслуги лет, моя кровожадная натура жаждала более существенного возмездия. Например посадить их самих в центр костра, чтобы дать им в полной мере прочувствовать весь спектр переживаний, когда ты не в состоянии и пальцем пошевелить, а твои ноги лижет безжалостное пламя. Я даже не настаивала на их полном сожжении, учитывая, что меня спасли саламандры! На мой взгляд достаточно было их хорошенько припугнуть. На что Дервин сухо заметил, что в данном случае это будет излишней жестокостью. Ему бы таких излишеств! Впрочем, что-то мне подсказывало, что если бы Дервин сам вдруг оказался на костре, там бы не только саламандры, там бы сам мэр прибежал собственноручно заливать огонь и, бия земные поклоны, умолять о прощении. Странным человеком всё-таки был этот Дервин. Странным и загадочным.
– Лады, – ворвался в мои мысли голос Шорки. – Я ту на шухере постою, а вы делайте, шо знаете!
Я посмотрела на Алиту, та посмотрела на меня и, неожиданно вытащив из саоей сумки белый халат, по которому её узнавали во всём городе (обычно униформа наших врачей была кирпично-красного цвета, чтобы кровь была менее заметна) и стетофонендоскоп, бросила мне:
– Смотрите и учитесь!
Обалдев от столь неожиданного проявления смелости со стороны моей обычно мягкой подруги, я таки приготовилась внимать и учиться.
А Алита тем временем подошла к стражниками и, размахивая фонендоскопом, завела какой-то разговор. Я позволила себе отвлечься, рассматривая вход в тюрьму и оценивая защиту и риски, но вопли подруги вернул меня к действительности.
К моему удивлению, Алита стояла одна-одинёшенька перед входом в тюрьму. Куда делись стражники, для меня было загадкой, но я готова была преклониться перед эффективными действиями подруги.
– Он исчез! – повторяла Алита, прижимая пальцы к вискам. – Он исчез!
– Скатертью дорога, – философски сообщила я. – Кто исчез-то, и почему ты так переживаешь?
– Мой пациент! – вдруг всхлипнула Алита. – Стражник. Винстер. Он был моим пациентом, его мама ко мне приводила пару дней назад… и вот он исчез!
– Волшебная штука, чо! – с восхищением бросил выскочивший, как чёртик из табакерки, Шорка, с уважением погладывая на фонендоскоп в руках подруги. – Я завсегда говорил!
– Сгинь с глаз моих! – рявкнула Алита, и Шорка послушно исчез в кустах, только рыжая шевелюра подсказывала, что далеко он исчезать не собирался.
– У него кашель… был, – уныло сообщила мне подруга. – Я его послушала, хотела второго послушать, тот тоже хрипел, а он вдруг заорал, что я ведьма, и сбежал, – несколько путано рассказывала мне Алита. – Я смотрю, а Винстер исчезает…
– Неплохой способ отделаться от свидетеля, – одобрила я.
– И ты туда же! – возопила подруга. – Я теперь сама начну думать, что всё дело в моём стетоскопе!
– Да ладно, не принимай близко к сердцу, – похлопала я её по плечу. – При чём тут ты? Мало ли кто его тут кусал, мало ли что он тут пил. Молодёжь, она вообще склонна употреблять всякие расслабляющие и галлюциногенные зелья без оглядки на последствия. Хорошо тут пока до опиатов не додумались!
– Тут мак не растёт, – меланхолично заметила Алита. – Что странно.
– Эй! – донёсся из куста голос Шорки. – Вы собираетесь спасательством заниматься, пока этот стражник остальных не привёл?!
А, да, точно! Я почувствовала себя совершенно неадекватным взломщиком, стало ужасно стыдно.
– Шорка! – сурово наказала Алита. – Сиди и не отсвечивай! И спасать нас не лезь! Мы быстро.
И, переглянувшись с подругой, мы нырнули в подземелья.
Глава 20. Побег
Глава 20. Побег
В тюрьме воняло. Буквально и фигурально. За заключёнными никто не убирал и, заглянув в одну приоткрытую камеру, я убедилась, что самих заключённых тоже никто особо не торопился прибрать в случае преждевременной кончины.
Подёргав двери соседних камер, я убедилась, что они заперты. Видимо, привилегия находиться в камере с открытой дверью предоставлялась посмертно.
– Алита! – окликнула я подругу. – Ты успела выяснить, где сидит этот идиот?
– Да-да, – кивнула та, озираясь и явно отсчитывая двери. – Вот тут!
– А ключ? – поинтересовалась я, пробуя открыть дверь и с некоторым облегчением обнаружив, что она заперта.
– Увы, – сконфуженно развела руками Алита. – Ключи исчезли вместе со стражниками. Было бы, конечно, удобнее, если бы они просто висели тут на гвоздике… Но разве ты не можешь просто что-нибудь наколдовать?
– Могу, – хмыкнула я. – Но у меня не очень с точечной направленностью, особенно когда я волнуюсь. Я тут полстены могу вынести.
– Нет-нет! – воспротивилась Алита. – Не надо полстены! Нам нужно только замок! Ты сможешь, я в тебя верю! Просто представь, что там живой человек!.. Ладно, беру свои слова обратно. Представь, что там очень редкое животное! А?
Тихо шипя проклятия, я сконцентрировалась над замком. И вот тут я пожалела, что не прихватила с собой шамира. Эта гусеница мигом бы выела замок, да ещё и спасибо сказала! А у меня получилось только раскалить железо так, что дерево двери начало чадить густым вонючим дымом, быстро начавшим заполнять помещение. Они эти двери специально каким-то дерьмом пропитывали, что ли?!
В конце концов я поняла, что нужно что-то делать, пока мы тут не задохнулись вместе с узником и редким дракончиком. На вентиляции в этих застенках явно сэкономили. Впрочем, тут сэкономили на всём, кроме камня. Хорошо хоть двери деревянные. Это облегчит мне работу… И я, вспомнив все наставления и уроки почтенного расара Тори, обучавшего нас рукопашному бою, двинула дверь ногой… Ну ладно, я присовокупила кое-какие знания, полученные ещё и в местной академии, поэтому дверь вылетела с такой силой, что я побоялась, как бы она не прибила находящихся внутри…
Но внутри клубились такие облака дыма, что в ужасе оглянулась на Алиту. Что там делать с людьми в случае отравления продуктами горения? Впрочем, из дыма доносился надрывный кашель, что давало надежду на живучесть клиента. Алита рванула в камеру, но я успела первой. Естественно, искать пришлось на ощупь, и нащупать в узкой каморке человека оказалось проще, чем таинственное животное. Поэтому я не мудрствуя лукаво выволокла спасаемого за шкирку в надежде, что дракончик, если до сих пор не улетел, вылетит за хозяином.
И я оказалась права! Не успела я всучить подруге драгоценного пациента, как вдруг из клубов дыма вылетел верещащий комок с крыльями и, пометавшись безумной летучей мышью-переростком между нами, вцепился мне в волосы и повис там.
– На ловца и зверь бежит, – хмыкнула Алита, проводя над распростёртым на полу человеком какие-то свои хитрые манипуляции.
– Да-да, – согласилась я, безуспешно пытаясь выпутать из шевелюры запутавшееся там животное. – Бежим отсюда поскорее!
– Тут пожар начался! – возмутилась подруга. – Остальные узники сгорят!
– Да тьфу ты! – в сердцах плюнула я, рисуя на косяках руны угашения пламени. Пойти, что ли, на дополнительные курсы в академию, чтобы научиться таки нормально с магией обращаться? А то даже дверь взломать не могу без проблем.
– Бежим отсюда, – повторила я Алите, подхватывая лежащего на полу придурка и оставив попытки выдрать из своей шевелюры дракончика. Если ему нравится изображать из себя модную шляпку, не буду ему препятствовать. Так хоть руки свободны. – Сейчас здесь будет полным-полно магов.
И словно в подтверждение моих слов где-то наверху тяжело ударил колокол, от чего аж пол содрогнулся.
С трудом вытащив пленника на свежий воздух, где он сразу принялся неудержимо чихать, мы обнаружили одну очень приятную вещь: полное, хоть я временное отсутствие магов со стражей и присутствие нервно приплясывающего Шорки.
– Ить! – возмущённо сообщил он. – Иде пропали-та? Ща тут магов будет – убейся! Тащите этого фраера сюдыть. Его точно нельзя тут бросить?
– Шор, твоё чувство сострадания приводит меня иногда в суеверный ужас, – пропыхтела Алита, подпихивая нашего спасённого в канализацию.
– А чо? – возмутился Шорка. – Я и страдаю! Знамое как оно страдается в энтих поземелях, вот сам и не хочу туды попасть! А фраер ентот только груз лишний, вот!
«Фраер» выслушивал всё это с воистину философским спокойствием, послушно шевелясь в подталкиваемом направлении, правда подволакивая ногу. Я даже подумала, что, возможно, он иностранец, потому что Шорку за подобные высказывания менее выдержанные личности и побить могли. Что неоднократно и пытались делать. К чести Шорки, у него был не только длинный язык, но и не менее длинные ноги, позволяющие ловко избегать заслуженной (или незаслуженной) кары.
Путешествие обратно по канализации, подозреваю, превратится в ещё один кошмар, который будет теперь мне регулярно сниться. Хорошо хоть наш придурок оказался довольно благодарным и терпеливым, несмотря то, что у него, похоже, было что-то с ногой.
– Да, кстати, – произнёс он, когда мы, отойдя подальше, остановились перевести дух и слегка размазать по лицам копоть, делая вид, что приводим себя в порядок. – Я очень благодарен за спасение. И если вы, милая леди, отпустите мой воротник, я, пожалуй, не только смогу дышать, но даже пойду самостоятельно, не причиняя вам особых затруднений.
– Да пожалуйста! – я с готовностью отпустила этого ненормального и снова занялась попытками выпутать дракончика из своей шевелюры. Дракончик хлопал крыльями и недовольно попискивал.
Незнакомец тем временем, порывшись в кармане вдребезги угвазданного в процессе заключения и пожара жилета, достал треснувшие очки и водрузил их на переносицу, от чего сразу принял несколько трогательный вид интеллигентного ботаника.
– Искорка! – он протянул руку, и дракончик, моментально освободив мой многострадальный скальп, перекочевал на руку хозяина. – Прошу прощения, она была несколько дезориентирована.
– Это она? – я начала внимательно рассматривать эту невероятную редкость, угнездившуюся на плече.
– Да, – почесал дракончика под подбородком арестант. От этой ласки дракончик замурлыкал не хуже кота, а у меня возникло желание стукнуть придурка по башке: ну как можно такую лапочку подарить мэру?!
– Ну сколя ещё рассиживаться будем? – недовольно забурчал Шорка. – Развели тута фуршету! Нам на дно залечь надоть, пока все улицы не оцепили!
И мы, молча признав Шоркину правоту, поковыляли дальше, поддерживая узника с двух сторон.
Нам повезло, мы благополучно добрались до улицы Вязов, где проживала Алита и даже успели спрятаться в доме, прежде чем нас успели заметить любопытные соседи. Обычно я ничего не имею против любопытных соседей. Они могут быть очень полезны. Например, сообщат тебе, что твою квартиру сегодня обворовали… Или что доставка была совершенно несвежей. Но в данный конкретный момент я даже на всякий случай бросила отводящее глаз заклинание. Судя по тому, как поморщился наш спасённый очкарик, не очень хорошо бросила. Ну и ладно, тоже мне ценитель! И вообще, не нравился он мне. Было в нём что-то такое… непонятное.
