Текст книги "Запретная терапия (СИ)"
Автор книги: Натали Грант
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)
Глава 8
Он наклонился еще ближе, так что я могла почувствовать запах его дорогого одеколона. Между нами осталось не больше двадцати сантиметров.
– Эти занятия – просто условность. Эти встречи, которые мне назначил суд, – чистый фарс. Мне не обязательно туда приходить.
– Вообще-то обязательно, – холодно ответила я.
– Эти ваши групповые занятия по “эмоциональной реабилитации”, – он скривился, произнося последние слова. – Такой бред, если честно. Может, мы как-нибудь договоримся? – он многозначительно посмотрел на меня. – Что, если бы ты просто назвала сумму?
Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Желудок сжался в тугой узел.
– Ты предлагаешь мне взятку? – мой голос дрожал от возмущения.
– Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Ты ставишь мне галочки посещаемости, а я… – он достал бумажник. – Делаю твою жизнь немного комфортнее.
– Почему ты не предложил это Хантер? – спросила я, сжимая кулаки под столом так, что ногти впились в ладони. – Она наш куратор.
Лиам усмехнулся.
– Я подумал, что тебя будет проще… убедить, – он окинул меня оценивающим взглядом. – Ты кажешься более понимающей. К тому же, студентке лишние деньги никогда не помешают, верно?
Горячая волна ярости поднялась во мне, затопляя сознание.
– Пошел ты к черту, – процедила я, отодвигая стул.
Его лицо мгновенно изменилось, улыбка исчезла, глаза потемнели.
– Подумай хорошенько, Рейвен, – теперь в его голосе звучала неприкрытая угроза. – Ты ведь хочешь хорошую работу после колледжа, правда? Было бы жаль, если бы что-то… помешало этому.
Я замерла, не веря своим ушам. В груди забушевала такая ярость, какой я давно не испытывала.
– Ты мне угрожаешь? – выдохнула я, чувствуя, как дрожат губы.
– Просто обозначаю возможные последствия, – он пожал плечами с деланным безразличием. – Выбор за тобой.
– Иди к черту, – я резко поднялась, едва не опрокинув стул. Посетители за соседними столиками повернули головы в нашу сторону. – Ты мерзкий, самодовольный ублюдок.
Я схватила свою сумку и направилась к выходу, не оборачиваясь. Сердце колотилось с такой силой, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. В ушах шумело, а к горлу подступала тошнота.
Выйдя на улицу, я глубоко вдохнула холодный ночной воздух. Руки тряслись, а в мыслях был такой сумбур, что я не могла сосредоточиться.
Я быстро зашагала к автобусной остановке, лихорадочно соображая, что делать дальше.
Кошмар подкрадывался медленно, ползучими тенями, которые сначала лизали края сознания, а затем затягивали в свою черную пасть. Я оказалась в знакомом кошмаре – вокруг меня плясали языки пламени, отбрасывая зловещие тени на стены. Дым, густой и удушающий, заполнял легкие, не давая вздохнуть. Я пыталась кричать, но голос увязал где-то внутри, не находя выхода. Жар опалял кожу, заставляя корчиться от невыносимой боли.
Но этой ночью что-то изменилось. Вместо привычного мужского силуэта, который обычно тянул ко мне руки из огня, я увиделаего. Лиам стоял посреди ревущего пламени, но огонь не касался его – словно боялся. Пламя обвивало его фигуру, но он оставался невредимым, с тем же холодным, оценивающим взглядом, который я так хорошо знала наяву. Его губы изогнулись в улыбке, от которой мое сердце сжалось.
Он протянул руку, объятую огнем, и шагнул ко мне. Кончиками пальцев он почти коснулся моей щеки.
– Ты пожалеешь, – прошептал он, и в его глазах отражалось пламя, придавая им дьявольский блеск. – Но сначала ты будешь умолять.
С диким криком я вырвалась из кошмара, судорожно хватая ртом воздух. Тело было мокрым от пота, простыни прилипли к коже. Сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из грудной клетки. В горле пересохло, а в ушах все еще звучал голос Лиама.
Дверь в мою комнату распахнулась, и на пороге появилась мама в старом фланелевом халате, с растрепанными со сна волосами. Её глаза, широко распахнутые от тревоги, искали меня в полумраке.
– Рейвен! Что случилось? – она метнулась к кровати, присаживаясь рядом, и обхватила мои плечи руками. – Ты так кричала, я подумала…
– Просто… кошмар, – прошептала я, всё еще дрожа. Мой голос звучал хрипло, как будто я действительно надышалась дымом.
Мама прижала меня к себе, и на мгновение я снова почувствовала себя маленькой девочкой, ищущей защиты от ночных страхов. Её тепло было настоящим, живым, спасительным – полной противоположностью тому жару, который я ощущала во сне.
– Тот же самый? – тихо спросила она, гладя меня по волосам. – О пожаре?
Я кивнула, не в силах признаться, что на этот раз кошмар был не только о пламени, но и о человеке, который заполнил мои мысли, проник под кожу, заразил меня своим присутствием.
– Хочешь, я побуду с тобой? – предложила мама.
– Нет, – я мягко отстранилась, стараясь взять себя в руки. – Я в порядке. Правда. Извини, что разбудила.
Когда мама ушла, прикрыв за собой дверь, я откинулась на подушки, уставившись в потолок. Слабый свет уличного фонаря пробивался сквозь шторы, рисуя причудливые узоры на стенах.
Я знала, что не усну. Не теперь, когда образ Лиама, стоящего в огне, отпечатался на внутренней стороне век. Почему он? Что за власть имеет этот человек надо мной, если проникает даже в мои сны?
Я перевернулась на бок, подтянув колени к груди. За окном луна плыла между облаками, равнодушная к моим страхам. Мысли о Лиаме, словно яд, растекались по венам, отравляя каждую клетку тела. Я ненавидела его и то, как он говорил со мной. Ненавидела его самоуверенность, его высокомерие, его проклятую ухмылку. Но еще больше я ненавидела себя – за то, что не могла перестать думать о нем.
Книжный магазин “Страницы” был моим личным убежищем с четверга по воскресенье. Небольшое пространство, зажатое между кофейней и винтажным магазином одежды, казалось, существовало вне времени и пространства. Старинные деревянные стеллажи поднимались до самого потолка, создавая уютные лабиринты из книг.
Работа не приносила больших денег, но хватало на продукты и часть ежемесячной квартплаты. К тому же, расставляя книги, отвечая на вопросы посетителей или просто сидя за кассой, я могла на несколько часов отпустить мысли о Лиаме, о его угрозах, о том мучительном стыде, который терзал меня после нашей встречи в ресторане.
В то воскресенье я была одна в магазине. Миссис Моррис, хозяйка магазина, отправилась на встречу книжного клуба, оставив мне ключи и строгий наказ “не разорить её за день”. Я только закончила раскладывать новые поступления – стопку блестящих романов в твердых обложках – и теперь перебирала заказы, которые должны были прийти на следующей неделе.
Я была настолько погружена в работу, что услышала звон колокольчика над дверью лишь краем сознания. Только когда по спине пробежал странный холодок, я подняла глаза.
И мир вокруг меня замер.
Он стоял у входа, высокий и безупречный, в своем идеально сидящем темном пальто. Солнечный свет, льющийся из окна, очерчивал его силуэт, создавая почти нереальное золотистое сияние. Лиам Дюбе собственной персоной выглядел так, словно сошел со страниц одного из тех глянцевых романов, которые я только что расставляла.
Но он был не один. Рядом с ним стояла девушка. Высокая брюнетка в коротенькой юбке, пальто нараспашку и высоких кожаных сапогах выглядела так, словно только что сошла с подиума. Её волосы, чёрные и блестящие, идеальными волнами падали на плечи.
Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица. Что он здесь делает? Как нашел меня? Тысячи вопросов закружились в голове, но я не могла вымолвить ни слова.
Лиам, казалось, наслаждался моим замешательством. Его взгляд скользнул по мне, от макушки до кончиков пальцев, задержавшись на моём простом сером свитере и джинсовой юбке. Уголок его губ приподнялся в той самодовольной полуулыбке, которая так бесила меня.
Он наклонился к своей спутнице, что-то прошептал ей на ухо. Она улыбнулась, кивнула и направилась к дальнему стеллажу, не удостоив меня даже взглядом. А Лиам двинулся прямо ко мне.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Это просто мой книжный магазин. Моя территория. Здесь он не имеет власти.
– Какой приятный сюрприз, – произнес Лиам тем низким, бархатным голосом, который, казалось, проникал прямо под кожу. – Я не знал, что ты работаешь здесь.
Ложь. По его глазам я видела, что он прекрасно знал, где меня найти.
– Чем могу помочь? – спросила я самым холодным и профессиональным тоном, на который была способна.
Он подошел ближе, облокотившись на прилавок, разделявший нас.
– Ты здесь либо от бедности, либо из любви к книгам, – сказал он, разглядывая меня с нескрываемым интересом. – Что привлекательнее?
Я стиснула зубы, борясь с желанием высказать ему всё, что думаю. Магазин был пуст, не считая его спутницы, и мне некуда было бежать. Я почувствовала, как его присутствие заполняет всё пространство вокруг меня, вытесняя воздух.
– Если вы не собираетесь что-то купить, – процедила я. – Я бы попросила вас покинуть магазин.
Насмешка промелькнула в его глазах. Он выпрямился, обходя прилавок, сокращая дистанцию, между нами.
– А что, если я хочу купить… что-то особенное? – его голос упал до шепота. – Что-то, чего нет на этих пыльных полках?
Я отступила на шаг, чувствуя, как спина упирается в высокий стеллаж. Краем глаза я заметила, что его спутница наблюдает за нами, и её взгляд мог бы заморозить кипяток.
– И что же вы хотите? – выдохнула я.
Он сделал еще один шаг, и теперь между нами оставалось не больше полметра пространства. Я могла чувствовать тепло, исходящее от его тела, видеть каждую деталь его лица – идеально выбритую кожу, длинные темные ресницы, почти незаметную ямочку на подбородке.
– Ты знаешь, чего я хочу, Рейвен, – произнес он так тихо, что я едва расслышала его сквозь шум крови в ушах. – И ты знаешь, что в итоге уступишь.
Глава 9
Электричество, казалось, потрескивало в воздухе, между нами. Я чувствовала, как каждый нерв в моем теле натянулся до предела. Его близость была одновременно невыносимой и… желанной, что пугало меня гораздо сильнее, чем его угрозы.
– Не дождешься, – я вложила в эти слова всю свою решимость.
Он усмехнулся, и эта усмешка превратила его красивое лицо в маску высокомерия. Его рука коснулась моей, и я вздрогнула, словно от удара током. Его пальцы были тёплыми, почти обжигающими.
Собрав всю свою волю, я оттолкнула его, чувствуя, как ярость поднимается внутри волной.
– Держи свои руки при себе, Дюбе, – прошипела я.
Я ожидала гнева, угроз, но вместо этого увидела, как его лицо расслабилось в почти нежной улыбке.
– Пойми уже Рейвен, я всегда получаю то, что хочу, независимо от того, сколько времени это занимает. – сказал он, отступая на шаг.
Он повернулся, направляясь к своей спутнице, которая теперь не скрывала своего раздражения. Они вышли из магазина, оставив меня дрожащей от гнева и чего-то еще, чему я боялась дать имя.
Лиам
Тьма за окном пентхауса соответствовала моему настроению. Я стоял у панорамного окна, сжимая в руке стакан с виски, и смотрел на огни города, раскинувшегося под моими ногами. Город, в котором половина зданий принадлежала моему отцу. Город, где все знали фамилию Дюбе. Город, где я был чертовой знаменитостью, хотел я того или нет.
Скарлетт расположилась на моей кровати, томно потягиваясь, как избалованная кошка. Я краем глаза наблюдал за ее отражением в стекле. Идеальное тело, ноги от ушей, губы, созданные для минета – она была красивой игрушкой, удобной и предсказуемой. И сейчас эта предсказуемость раздражала до зубовного скрежета.
Я залпом допил виски, и ледяные кубики стукнулись о мои зубы. Перед глазами снова возникло лицо этой девчонки из центра реабилитации. Рейвен. Маленькая заучка с блокнотом и этим праведным взглядом. Её глаза, когда она отказалась от денег. Чистое, кристальное возмущение. Словно я оскорбил всё, во что она верит.
«– Ты мерзкий, самодовольный ублюдок.».
Я усмехнулся, вспоминая её тон. Такой строгий, словно она вела урок в воскресной школе. А потом этот взгляд, когда я приблизился. Страх, смешанный с чем-то еще. С вызовом? С любопытством? Это было… ново. Большинство женщин в моем присутствии либо немедленно растекались лужицей, либо изображали недотрог, рассчитывая, что охота будет интереснее. Но она была другой. В ней не было игры, не было притворства.
– Лиам, ты собираешься присоединиться ко мне или так и будешь изображать статую всю ночь? – голос Скарлетт прорезал мои мысли.
Я повернулся к ней, разглядывая разметавшиеся по подушке черные локоны. Дорогое белье. Знакомый, ждущий взгляд. Сколько таких было в моей постели? Десятки. Сотни. И все они сливались в одно размытое пятно.
– Конечно, детка, – мой голос звучал отстраненно даже для меня самого.
Я подошел к кровати, на ходу расстегивая рубашку. Скарлетт приподнялась, помогая мне раздеться, её руки скользили по моей коже.
– Ты такой напряженный сегодня, – промурлыкала она. – Эта девчонка в магазине так тебя завела?
Её слова ударили неожиданно. Я резко схватил её за подбородок, заставляя смотреть мне в глаза.
– Не говори о том, чего не понимаешь, – процедил я.
– Прости, – её глаза расширились, и я увидел в них искорку страха.
Это возбудило меня даже больше.
Я грубо толкнул её на кровать, навалившись сверху. Скарлетт застонала, принимая мой вес, её руки обвились вокруг моей шеи. Она знала эту игру. Она принимала правила.
Я вжимал её в матрас, целуя шею, спускаясь к груди, оставляя метки. Мне было нужно выпустить это напряжение, эту злость, этот огонь, который разжигала во мне эта чертова Рейвен.
Моё сознание раздвоилось. Тело двигалось автоматически – я срывал с Скарлетт белье, жадно хватал руками её грудь, бёдра, проникал пальцами внутрь, чувствуя влажное тепло. Но разум… разум был с другой.
Перед глазами стояло лицо Рейвен. Раскрасневшееся от гнева, с поджатыми губами. Какие бы звуки она издавала, если бы я прижал её к стене, если бы задрал её эту скромную юбку?
– Лиам, – выдохнула Скарлетт, когда я грубо раздвинул её ноги.
Я не ответил, рывком перевернув её на живот и поставив на четвереньки. Так было лучше. Так я не видел её лицо. Так я мог представлять…
Я резко вошёл, заставив Скарлетт вскрикнуть. Мои пальцы впились в её бёдра, наверняка оставляя синяки. Мне было плевать. В этот момент во мне не было ничего, кроме животного желания владеть, подчинять, разрушать.
Рывок. Ещё рывок. В голове мелькали образы: каштановые волосы вместо черных, меньше макияжа, непокорный взгляд вместо покорного.
«Держи свои руки при себе, Дюбе».
Этот её тон, как будто она была учительницей, а я – нашкодившим школьником. Я хотел сломать это. Заставить её кричать моё имя. Заставить умолять.
Мои движения становились всё резче, грубее. Скарлетт постанывала в такт, подаваясь мне навстречу, но мне было мало. Я схватил её за волосы, оттягивая голову назад.
– Скажи моё имя, – прорычал я.
– Лиам! – выкрикнула она. – О боже, Лиам!
Но это был не тот голос. Не та страсть. Не тот страх.
Когда всё закончилось, я рухнул на кровать, чувствуя опустошение и раздражение. Скарлетт прильнула ко мне, такая довольная, такая… не та.
– Это было потрясающе, – прошептала она.
Я не ответил, глядя в потолок. Мысли вернулись к тому дню, когда всё рухнуло. К блестящему лезвию. К крови на белом кафеле. К остывшему телу матери. И к отцу, который вернулся домой через три часа, с помадой на воротнике, пропахший дешёвыми духами.
«Ты не мог её спасти, сынок», – сказал он тогда.
Но я знал правду. Это была его вина. Его бесконечные измены, унижения, его безразличие. И теперь он хотел, чтобы я стал таким же – холодным, расчётливым дельцом, продолжателем династии Дюбе.
– Я пойду в душ, – пробормотала Скарлетт, выскальзывая из-под моей руки.
Я кивнул, не глядя на неё. Дождавшись, пока она скроется в ванной, я встал и подошёл к бару. Налил ещё виски, достал телефон и открыл браузер.
«Центр эмоциональной реабилитации Ко́рт Мэ́ндэйтид» – набрал я в поиске. Сайт был простенький, дешёвый. На странице контактов мелькнул список сотрудников. И её имя – Рейвен Крос, младший консультант, стажёр.
Я усмехнулся, делая глоток. Стажёр. Мне нужно было всего лишь надавить сильнее. Может пригрозить ее куратору. Но что-то удерживало меня. Это был вызов – не просто заставить её подчиниться, а заставить захотеть подчиниться. Увидеть, как уверенность в её глазах сменится сомнением. А затем желанием.
В конце концов, у меня впереди шесть месяцев этой дурацкой терапии. И эти шесть месяцев я собирался сделать для мисс Крос незабываемыми.
Из ванной доносился шум воды. Скарлетт вскоре выйдет оттуда, ожидая продолжения ночи. Но я уже знал, что отправлю её домой. В моей голове зрел план, и он требовал ясности мысли.
Мисс Рейвен Крос хотела играть в спасительницу душ? Пусть попробует. Я с удовольствием покажу ей, что некоторые души не хотят быть спасёнными.
Глава 10
Рейвен
Солнечный свет косыми полосами падал через окна колледжа, создавая на мраморном полу узор из теплых световых пятен. Я пыталась сосредоточиться на словах Николь, которая с энтузиазмом рассказывала о предстоящем дне рождения, энергично жестикулируя руками, но мысли неумолимо возвращались к Лиаму Дюбе.
– …и тогда я подумала, почему бы не арендовать “Синюю птицу”, тот бар на Пятой авеню? У них есть отдельный зал для небольших компаний, – голос Николь проникал в мое сознание словно сквозь вату. – Мы могли бы позвать девчонок из нашей школы. Тебе ведь понравилась Эшли на прошлой встрече? И еще я думаю…
Я кивала, улыбалась, но перед глазами, как наваждение, снова и снова возникало его лицо. Те холодные серые глаза, в которых на секунду промелькнуло что-то живое, когда я отказалась от его денег. Его статная фигура, небрежно прислонившаяся к дверному косяку кабинета Хантер. Его голос, бархатный и одновременно с режущими нотками стали.
– Рейвен! Ты меня вообще слышишь? – Николь легонько толкнула меня в плечо, возвращая к реальности.
– Прости, задумалась о курсовой, – солгала я, стыдясь того, как легко теперь мне давалась ложь. Сегодня я впервые пропустила стажировку, сославшись на плохое самочувствие. Доктор Хантер выразила сочувствие, и от этого стало еще паршивее. Она верила мне, а я малодушно избегала встречи с Лиамом.
– Курсовая? Да ладно, до неё ещё месяц! – Николь закатила глаза. – Ты слишком много работаешь. Вот поэтому тебе и нужна эта вечеринка. Развеешься немного, может даже познакомишься с кем-нибудь…
И в этот момент я почувствовала, как коридор словно застыл. Разговоры стали тише, шаги замедлились, и все взгляды устремились к входу. Я была спиной к главному холлу, но по выражению лица Николь поняла, что произошло что-то экстраординарное – она замерла на полуслове, её глаза расширились, а рот приоткрылся в немом изумлении.
– Боже мой, – выдохнула она, схватив меня за локоть с силой, от которой завтра наверняка останутся синяки. – Что здесь делает Лиам Дюбе? И почему он разговаривает с Себастьяном?
Мое сердце сделало кульбит и замерло где-то в районе горла. Я медленно обернулась и увидела его – в темно-синем кашемировом пальто, с небрежно взъерошенными темными волосами, он излучал ту самодостаточность, которую не купишь ни за какие деньги. Рядом с ним стоял Себастьян Пельтье – признанный красавчик нашего колледжа, по которому сохла половина женского населения кампуса, включая Николь. Но даже рядом с Лиамом он выглядел как бледная копия, как подражатель рядом с оригиналом.
– Может, они знакомы по бизнесу? – пробормотала я, чувствуя, как предательски дрожат колени. – Отец Себастьяна ведь тоже в недвижимости…
– Какая разница! – прошипела Николь, лихорадочно поправляя волосы. – Они идут сюда!
Но прежде, чем я успела придумать план побега, рядом со мной возник Лукас.
– Смотрите-ка, мистер “Мне все сойдет с рук” пожаловал в наш скромный колледж, – язвительно произнес он, скрещивая руки на груди. – Наверное, ищет, кого бы еще отправить в больницу.
– Заткнись, Лукас, – прошипела Николь.
– Что? Я лишь констатирую, что наш скромный коридор сейчас затопило тестостероном и привилегиями, – он ухмыльнулся.
Лиам, заметив меня, изменил направление движения, оставив Себастьяна на полуслове, и направился прямо к нашей маленькой группе. С каждым его шагом мой пульс ускорялся, как будто в моей груди билось сердце колибри.
– Рейвен, – его голос прозвучал глубоко и интимно, словно мы были одни в комнате, а не в коридоре, полном любопытных студентов. – Я полагал, ты сегодня больна. Приятно видеть, что тебе лучше.
Николь издала тихий звук, похожий на сдавленный писк, а Лукас рядом со мной напрягся. Краем глаза я видела, как студенты замедляли шаг, чтобы подслушать наш разговор.
– Лиам… что ты здесь делаешь? – выдавила я, чувствуя, как к щекам приливает жар.
– Приехал за тобой, – он сказал это так непринужденно, будто забрать меня с учебы было самым естественным делом в мире. – У нас есть… незавершенный разговор.
– Разговор? – эхом повторила я, чувствуя, как все взгляды вокруг буравят меня, словно лазерные прицелы.
– Именно, – в его глазах плясали дьявольские огоньки. – Ты пропустила нашу встречу. Я решил, что это неприемлемо.
Не дожидаясь моего ответа, Лиам сделал то, чего я никак не ожидала – он потянулся и одним плавным движением снял с моего плеча рюкзак, перекинув его через свое.
– Эй, что ты… – начала я, но он уже взял меня за руку.
– Идем, – это не было вопросом или просьбой, это был приказ.
Я ощутила, как его пальцы обвились вокруг моего запястья – уверенно, но не больно. Тепло его прикосновения разлилось по коже, вызывая странную слабость в коленях. Он потянул меня к выходу, и к своему ужасу, я обнаружила, что ноги сами несут меня за ним.
– Позвони мне! – услышала я восторженный шепот Николь за спиной.
– Этот парень явно из тех, кто не знает слова “нет”, – донеслось ворчание Лукаса.
Только у самых дверей университета я наконец-то обрела дар речи и свободу движений, резко выдернув руку из его хватки.
– Какого черта ты делаешь, Лиам? – выпалила я, чувствуя, как внутри закипает гнев, смешанный с непонятным возбуждением. – Ты не можешь просто врываться в мой колледж и тащить меня за собой как пещерный человек!
Лиам остановился и повернулся ко мне, на его губах играла раздражающе самоуверенная улыбка.
– А как еще мне было заставить тебя поговорить? – он приподнял одну бровь. – Ты избегаешь меня. Притворяешься больной. Я просто экономлю наше время.
– Я не обязана с тобой разговаривать вне стен центра, – сказала я, скрещивая руки на груди в защитном жесте. – Отдай мой рюкзак.
– А я не обязан играть по правилам, – парировал он, не делая ни малейшего движения, чтобы вернуть мою вещь. – Особенно когда кто-то пытается меня обмануть. Ты правда считала, что я не замечу твоего отсутствия?
Было что-то в его тоне, что заставило меня внутренне вздрогнуть. Я никогда не слышала, чтобы он говорил с такой… интенсивностью.
– Чего ты хочешь, Лиам? – спросила я тихо, внезапно осознав, что мы стоим очень близко друг к другу, и студенты, выходящие из здания, с интересом наблюдают за нами.
– Поговорить, – ответил он и, наклонившись ближе.
Я чувствовала, как воздух вокруг нас загустел от напряжения.
– Хорошо, – наконец сказала я. – Поговорим. Но не здесь.
Мы вышли из здания колледжа, каждый шаг по лестнице отдавался эхом в гулком пространстве. Лиам шел чуть впереди, его широкая спина казалась непреодолимой преградой. У входа стояла его машина, сверкающий в лучах послеполуденного солнца.
Он открыл пассажирскую дверь, но я остановилась.
– Я никуда с тобой не поеду, – твердо сказала я. – Говори здесь и сейчас, или я возвращаюсь.
Я видела, как играют желваки на его четко очерченных скулах. Пару секунд он смотрел куда-то поверх моей головы, словно собираясь с мыслями.
– Мы тогда не с того начали, – наконец произнес он, и я заметила, как трудно давались ему эти слова. Я молчала, не собираясь облегчать ему задачу.
– Я не должен был тебе угрожать, – продолжил он, встречая мой взгляд.
– Ты не должен был не только не угрожать, – возмутилась я, скрещивая руки на груди. – Ты вообще не должен был предлагать мне подобное! Ты серьезно думал, что я буду отмечать твои несуществующие посещения реабилитационного центра за деньги?
– Идея-то была отличная, – он криво усмехнулся, но увидев мой взгляд, тут же стал серьезным. – Мне это всё не нужно, Рейвен. Эти занятия – пустая трата времени. Со мной всё в порядке.
– В порядке? – я почти задохнулась от возмущения. – Ты довел человека до комы, Лиам!
– Он получил по заслугам, – его голос стал холодным, как лед.
– Кто дал тебе право решать? Ты не судья!
Вдруг я почувствовала запах. Такой знакомый, такой пугающе знакомый. Смесь газа и чего-то едкого, химического. Точно такой же запах стоял тогда…
Внезапно стало трудно дышать. Перед глазами замелькали черные точки, а к горлу подкатила тошнота. Я машинально отступила от машины.
– Разговор окончен, – выдавила я, пытаясь справиться с нарастающей паникой. – Я не буду это продолжать.
– Рейвен? – Лиам нахмурился, заметив перемену в моем лице. – Что с тобой?
Я не ответила, отступая дальше. Лиам сделал несколько шагов ко мне, протягивая руку.
– Куда ты снова убегаешь?
В следующее мгновение мир вокруг взорвался.
Оглушительный грохот, ослепительная вспышка, и время словно замедлилось. Я видела, как капли дождя, начавшего накрапывать, зависли в воздухе. Видела, как расширились глаза Лиама, когда он понял, что происходит. Как он прыгнул ко мне.
А потом была только боль и тьма. Волна жара ударила в спину, и меня швырнуло вперед. Я ощутила тяжесть тела Лиама, накрывшего меня, и мы вместе рухнули на мокрый асфальт.
В ушах звенело так, словно внутри головы поселился целый рой насекомых. Я не слышала ничего, кроме этого звона. Запах гари заполнил легкие, я закашлялась, пытаясь перевернуться.
Лиам лежал на мне неподвижно. Его темно-синее пальто дымилось по краям, а на виске блестела кровь. Черные волосы спадали на закрытые глаза.
– Лиам? – мой голос звучал странно, как будто из-под воды. – Лиам!
Я высвободила руку и попыталась нащупать пульс на его шее. Руки дрожали так сильно, что я не могла этого сделать. Вокруг, словно в кошмарном сне, двигались люди. Кто-то кричал, но звуки доходили как сквозь толщу воды.
– Лиам! – я уже кричала, ощущая, как страх заполняет каждую клеточку тела. – ЛИАМ!
Его машина догорала в нескольких метрах от нас, превратившись в искореженную груду металла. Огонь танцевал на останках, выбрасывая в воздух черные клубы дыма. А он лежал на мне, неподвижный и тяжелый, и я не знала, жив он или мертв.
