Текст книги "Больше, чем друзья (СИ)"

Автор книги: Натали Эклер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 2

Маша

За окном серо и уныло, накрапывает дождик. Наблюдая за прыгающими по уличному подоконнику дождевыми каплями, я пью вторую чашку кофе и размышляю об адекватности поступка, который собираюсь совершить.

До самолета ровно три часа, такси уже едет, мой любимый желтый чемоданчик собран и стоит в прихожей. Меня терзают сомнения.

– Фак! Что это здесь такое⁈ – бурчит Эмили, двинув входной дверью по чемодану.

Девять утра, а моя распутная подружка только вернулась после вчерашней тусни. Судя по растрепанным волосам и припухшим губам, остаток ночи Эми провела бурно. Когда я уезжала из клуба, она вовсю обжималась с бородатым диджеем в татухах.

– Явилась, блудница? – шутливо качаю головой. – И где тебя носило? Хоть бы раз ответила. Я вообще-то волновалась, строчила тебе каждый час…

Глянув виновато, Эми берет с полки стакан, наливает в него воду и жадно пьет. Ее руки слегка дрожат. Вчера она явно перебрала с алкоголем, и не только. Ее брутальный диджей угостил нас крошечными веселящими пилюлями. Эми и Нико проглотили свои, не задумываясь, а я не рискнула. Алкоголь и тот впервые только недавно попробовала, наркотики боюсь.

– Извини, я не читала сообщения. Не до телефона было, а потом он разрядился, – оправдывается подруга, допив воду. – Ты все-таки решила лететь к теплу? – кивает на чемодан у двери.

– Спонтанно купила билет в Денпасар, теперь вот сомневаюсь, – признаюсь.

– Почему? Ближайшую неделю погода в Сиднее – дрянь, а на Бали высокий сезон. Только это все равно бюджетный отдых. На деньги брата ты вполне могла позволить себе пять звезд на Фиджи.

– Могла, но на Бали меня пригласили на день рождения. Тот русский, о котором я тебе как-то рассказывала. Помнишь? Он много лет был лучшим другом Макса. Ну и моим тоже…

Говорю, а за ребрами трепещет. Эми должна помнить, что Костя был для меня больше, чем другом. Когда мы въехали в эту квартиру, в честь новоселья распили бутылку шампанского. Я с непривычки захмелела и проболталась ей о своей запретной любви. Она единственная, кто о ней знает.

– Ты говоришь о том красавчике, с которым впервые поцеловалась и который посмеялся над тобой? Твой подростковый краш? – округляет глаза подруга. – Он позвал тебя на Бали? Но как, Мари? Вы же не списывались больше.

Она впивается в меня пытливым взглядом. Я допиваю остывший кофе и сбивчиво рассказываю, как вчера в клубе вспомнила Костю и написала ему. Раньше времени поздравила с днем рождения, а он поздравил меня с опозданием. Мы пошутили на эту тему, обменялись номерами и перешли в мессенджер. А потом созвонились. Баринов был на пересадке в Шанхае. Летел на Бали праздновать тридцатилетие, арендовал там огромную виллу с видом на океан, позвал лучших друзей. Он был рад услышать меня и пригласил присоединиться к их компании. И я подумала: а почему нет?

Эми слушает меня, открыв рот, и я осознаю, насколько глупо выглядит мое решение. Мы не общались с Костей много времени, последний год я почти не вспоминала о нем. Но стоило услышать его голос – как туманом накрыло. Будто не было этих лет тишины, не было их с Максом ссоры из-за Лизы Бережной и нашего случайного поцелуя на колесе обозрения, который отдалил нас друг от друга. Мы говорили и говорили – не могли остановиться. Я чертовски сильно скучала, оказывается. Костя, кажется, тоже.

– Он пригласил тебя как старого друга или намекнул на большее? – уточняет Эми.

– Как друга, конечно! – заверяю.

Намеков не было и быть не могло. У Кости есть девушка, они живут вместе. Из разговора я поняла, что на остров она улетела с остальной компанией раньше, а Баринова в Москве задержали дела. Он ждал стыковочный рейс, скучал в аэропорту и болтал со мной. Пригласил скорее из вежливости, а я возьми и согласись.

Иногда я такая дурочка. Все та же наивная Маха!

Всю ночь я суетилась и собиралась. Сначала искала удобный рейс, потом складывала чемодан и приводила себя в порядок. Сделала маску, поскрабила тело, тщательно побрила ноги и выше тоже. Зачем – сама не знаю. Захотелось предстать во всей красе, поразить Костика своей взрослостью. Как в бреду была, не протрезвела еще после выпитых в клубе коктейлей.

Сомнения закрались, когда вызвала такси. Теперь чувствую сильнейший откат.

– Боже, какая тупость! – закрыв лицо руками, мотаю головой. – Никуда я не полечу.

Тем временем приложение сообщает о приехавшем такси.

– Но почему, Мари? – не понимает Эми. – Этот русский тебя позвал, ты хочешь его видеть… Ты же хочешь?

– Еще как! Но это странно. Там чужая компания, мне неловко. А еще страшно почему-то, – признаюсь.

– Боишься увидеть его и разочароваться?

– Скорее очароваться, Эми! Я так долго по нему вздыхала, не хочу снова вляпаться. У меня ведь есть Николас. Он классный, у нас все серьезно. Вчера он настойчиво предлагал поехать к нему. Но я сглупила и отказалась. Сказала, что он слишком пьян и, кажется, обидела этим. Ты не знаешь, он в порядке? Ничего тебе не говорил?

Подруга отводит глаза и нервно покашливает, прочищая горло.

– Он в полном порядке, не переживай. Полчаса назад я его видела. Мы были у него дома.

– Он устраивал афтерпати? Прикольно! И много было народу?

– Мы были вдвоем.

Эми отворачивается, ее плечи вздрагивают. Меня одолевает гадкое предчувствие, но я ему сопротивляюсь.

– Ясно. И что делали? – интересуюсь как ни в чем ни бывало.

– Трахались. Что же еще?

Сначала я думаю, что мне послышалось, потом – что неверно поняла. Эмили была с диджеем, речь, видимо, о нем. Нико по-дружески предоставил им свою квартиру, сам поехал отсыпаться к родителям.

Но предчувствие не отпускает. Подхожу ближе, пытаюсь заглянуть подруге в лицо.

– Прости, я не поняла. Ты с кем-то переспала у Николаса дома?

Эми неожиданно резко поворачивается, складывает руки на груди и смотрит с вызовом.

– Я переспала с Николасом. Что тут непонятного? Он мне давно нравился. Как выяснилось, я ему тоже. Мы сделали это, и не раз. Нам понравилось. Извини, Мари, но ты сама виновата. Динамила его с сексом, а парни этого не любят…

Я шокированно моргаю, не зная, что сказать. Губы дрожат, в висках пульсирует. Мы встречались с Нико всего месяц – не так долго, чтобы страдать от отсутствия секса. Эту тему мы обсуждали. Он знал, что я не против переспать, сам не торопил события. На прошлой неделе у нас был петтинг в его машине, соседи нас чуть не застукали. Мы не закончили, но не расстроились, даже посмеялись. Черт! Мне казалось, что у нас все хорошо.

– Это неожиданно, Эм, – наконец, выдавливаю из себя слова. – Ты не говорила мне о своих чувствах. Я думала, вы с Ником друзья.

– Так и есть. У нас был секс по дружбе, – пожимает она плечами. – В моменте захотелось. Я не особо парюсь по этому поводу, ты же знаешь.

Я знаю. Мы дружим с Эми с первого курса. Парней она меняет часто и легко, на нее всегда есть спрос. Копна рыжих волос, крупноватые черты лица, покрытые веснушками плечи… Эмили сложно назвать красавицей, но она эффектная. К тому же внешность – далеко не главное. У нее есть то, на что парни слетаются, как пчелы на мед, и чего так не хватает мне: смелость и сексуальная раскрепощенность. С последним у меня особенно туго.

Приложение по вызову такси сигналит повторно. Эми насупилась, на меня не смотрит. Понимает, что совершила подлость. Она не стала юлить, призналась, но ее поступок не стал от этого краше. Простить его мне будет сложно. И дело не в Нико – в него я не влюблена. Дело в самой Эми. Последнее время у меня не было человека ближе, чем она. С братом рассорилась, его бывшая жена от меня отморозилась. Я осталась совсем одна и прикипела душой к Эмили. Я доверяла ей, а она предала. Так получается.

Больно. Чувствую себя обманутой и уязвленной. Улететь на Бали больше не кажется глупой идеей. Это точно лучше, чем остаться и толкаться с этой предательницей в одних стенах. Объясняться с Николасом тем более не желаю. Не сейчас. Мне нужно время.

– Я вернусь через неделю. За это время попробую найти себе другую квартиру, – произношу сдержано и иду обуваться.

Выхожу, не попрощавшись, дверью не хлопаю – закрываю тихо. Реакции заторможенные, эмоции в шоковой заморозке. Они оттают по дороге в аэропорт. Накатит обида, презрение, отчаяние… Все сразу.

В аэропортовском туалете я буду рыдать белугой, до опухших глаз и красных пятен на щеках. Перед посадкой придется купить и выпить двойную дозу успокоительного, которая вырубит меня на все шесть часов полета. На Бали я прилечу в полукоматозном состоянии, с плюшевым кенгуру под мышкой для друга, который терпеть не может этих зверьков.

Глава 3
Костя

Костя

Картинка за окном похожа на фотообои. Яркое безоблачное небо, искрящийся бирюзовый океан и колышущиеся под легким бризом пальмы. Если рай существует, он выглядит так. И однозначно недоступен таким грешникам, как я. Приходится при жизни наслаждаться. За штуку баксов в сутки.

«Хочешь жить красиво – умей вертеться быстрее других», – любит повторять отец. Последние годы я вертелся, как чертов волчок, и теперь могу себе позволить такой отдых. Скоро смогу позволить еще лучше. Останавливаться на достигнутом не собираюсь. Мне по кайфу впахивать, прет зарабатывать. Деньги дают свободу, а ее много не бывает.

Лениво потянувшись, спускаю ноги с кровати. Она высокая и большая даже для моих немаленьких габаритов. Королевское ложе – не иначе. Постельное белье белоснежное, приятно пахнет и хрустит, как новое. Лина постаралась, хорошую виллу нашла: сервис на уровне, комнаты просторные, дом и территория вокруг обустроены безупречно.

Я приехал на рассвете, успел оглядеться и даже поплавать голым в бассейне, пока народ не проснулся. Ребята уже третий день загорают в этом раю, а я вот припозднился– дела задержали.

Свое тридцатилетие я встретил, потягивая вискарик в бизнес-зале шанхайского аэропорта. Развалившись в мягком кресле, настраивался на недельный релакс и бездумно листал ленту новостей. Соцсети меня мало привлекают, некогда подглядывать за чужой жизнью, свою бы успевать жить. Но я понимаю, как важно работающему в лакшери сегменте ресторатору демонстрировать в сети свою успешность. Периодически заставляю себя выкладывать фотки с мероприятий и делать репосты со страницы ресторана. Вчера прошла новость о скором открытии второго заведения сети «БариновЪ», я должен был этим поделиться. Зашел на свою страницу, открыл сообщения, чтобы не мигали непрочитанными… и обалдел.

«Привет, Костя…Это Маша Лесниченко, если вдруг не узнал…»

Я даже хмыкнул вслух от неожиданности. Брови взлетели, пульс зачастил.Малая… Машка! Младшая сестренка некогда лучшего друга, забавная девчонка с ямочками на щечках, в которую я чуть не влюбился по дурости. Маха моя! Душа родная. Я не мог ее забыть. Узнал, конечно! И охренеть как обрадовался.

Почти пять лет прошло. Она повзрослела. Из угловатой нимфетки превратилась в очаровательную девушку с плавными изгибами и притягательной улыбкой. Фоток на ее странице оказалось много. Я рассмотрел каждую, пока мы разговаривали. А болтали мы так долго, что я успел уговорить Маху прилететь из своей зимней Кенгурятии на мой празник на райском острове.

– Ты проснулся, именинник? – заглядывает в спальню Лина. – Я пришла тебя будить. Пора начинать праздновать!

Она в одном бикини – была на пляже или тусовалась у бассейна, пока я отсыпался после долгой дороги. Стоит в центре комнаты, улыбается. Загорелая, босая. Волосы от влажности завились, волнами лежат на плечах.

– Ух, какая тропиканочка! – причмокиваю, рассматривая ее аппетитные формы.

Мне нравится, что Каролина не худышка. Грудь – уверенная тройка, бедра и зад крепкие. Можно драть по полной, не церемонясь. Что я и делаю уже почти год.

– Нормально выспался, кис? Может, кофе тебе принести? Или сразу мохито? – услужливо предлагает она.

Всегда старается показать, как важен ей мой комфорт. Ценит того, кто содержит, дает на салоны и возит по островам.

Еще недавно Каролина была танцовщицей гоу-гоу, отплясывала в клубах и на частных вечеринках, зарабатывала гроши и жила по углам у таких же понаехавших в столицу подружек. Кто-то из них подсказал ей податься в официантки, она пришла устраиваться в мой ресторан. Я нагнул ее раком на четвертой минуте собеседования. На работу, естественно, не взял. У меня принцип – персонал не трахаю. Лину я не просто трахаю, мы вместе живем. Однажды она осталась у меня ночевать и больше не ушла.

– Кофе потом. Иди сюда, детка, – раскрываю руки, стоя у окна в чем мать родила. Она подбегает, прижимается. – И как ты меня будить собиралась? – стискиваю сочную задницу.

– Поцелуями и подарками, – лепечет, тычась носом в плечо.

– Тогда считай, что я еще не проснулся. Приступай…

Встав на носочки, Лина нежно целует меня в губы, чмокает в щеку, потом в шею. Нюхает ее и замирает.

– … И это все? Чёт как-то несерьезно, – хмыкаю с показным недовольством.

– У меня еще подарок есть. Сейчас!

На секунду она забегает в небольшую гардеробную и выносит оттуда черную коробку, перевязанную золотой лентой.

У меня нет ожиданий. Подарками меня давно не удивить, каких только ни дарили:швейцарские часы, статуэтки из драгметаллов, картины, коллекционный алкоголь… Родители дважды презентовали тачки прямо из салона, а в прошлом году подогнали пентхаус в новом комплексе на крымском побережье. Что особенного может быть в этой коробке? Правильно – ничего. Белая рубашка от Брунелло Кучинелли, купленная в ЦУМе с моей карты – такой себе сюрприз.

Не увидев восторга на моем лице, Лина складывает брови домиком:

– Тебе совсем не нравится? Ты ведь носишь эту марку?

– Ношу. Спасибо, – улыбаюсь натянуто. – Понимаешь, малыш… От тебя мне хотелось чего-то более креативного.

– Могу еще минет сделать! Горловой, как ты любишь, – предлагает прямо и тут же опускается на колени.

Это дело она любит. Просить не надо, стоит только намекнуть.

– Скучно, Лин, – морщусь, но не останавливаю. – Как насчет анала? Дашь сегодня в попку? Тебе же нравится? В прошлый раз ты говорила, что вошла во вкус.

В прошлый раз она сымитировала оргазм. Я понял это, но проглотил. Вообще-то я не фанат анального секса, но у меня были партнерши, которые откровенно тащились от него, и с ними было круто. Когда впервые предложил Лине, она не сомневалась ни секунды. В процессе притворялась и врала, что все супер. Я списал на то, что в первый раз мало кому бывает приятно. Она сказала, что опыт первый – я поверил. Через несколько дней предложил еще раз, она снова согласилась и снова притворялась. Потом еще раз, и еще…

– Я дам тебе, куда хочешь, Кость. Мне с тобой все нравится, – и сейчас врет. – Только давай ночью, а? У нас времени в обрез, – как будто извиняется.

Стоя передо мной на коленях, надрачивает и вылизывает мой член и винится, что не успевает обслужить, как запрошено. Все чаще я думаю, что на тех частных вечеринках она не только танцевала.

На прошлой неделе спросил ее мнение по поводу групповушки. Ответила, что не против, если я хочу. Девушка, парень, пара – неважно, согласна на любой вариант. Интересно, как далеко она готова зайти в своем желании мне угодить? Что это: любовь такая больная или хитрость провинциалки, отхватившей успешного мужика?

Пока Лина сосет, мне в принципе похер на ее мотивы. Физиология сработала, я возбудился и хочу кончить. Мышцы напряглись, в паху горит. Мелькает мысль поставить ее в коленно-локтевую и грубо отыметь, но не факт, что будет быстрее, а время правда поджимает. Сжав руками голову, ритмично толкаюсь в нее бедрами. Хочу жестче, глубже.

Лина работает ртом профессионально, зубы умело прячет. Член скользит мягко, при этом достаточно туго. Головка бьется в твердое небо, толкается в горло. Детка послушно расслабляет его, принимает всю длину. Задрав голову, смотрит на меня слезливыми глазами, по ее подбородку на шею стекает слюна.

Я давно заметил, что секс с ней техничный и какой-то ненастоящий, но меня это вполне устраивало. Сейчас – нет. Перенапряженные мышцы болезненно ноют, тело каменеет. Я вот-вот кончу, но не чувствую ни кайфа, ни азарта. Желание вялое, тупое. Походу я пресытился. Сексом или Линой – надо разобраться.

– Су-ка, – хриплю. – Глубже, детка! Соси давай!

Она старается, аж причмокивает. Ритмично двигает головой, сама насаживается. Совершив финальный толчок, я зажмуриваюсь и с глухим стоном изливаюсь ей в рот. Чувствую колоссальное облегчение, а следом странную брезгливость.

Отворачиваюсь, вздрагиваю. Шумно и рвано выдыхаю. Настроение портится. Откровенно говоря, секс без чувств – это дерьмо. Я за свою жизнь в нем по уши извалялся. Хочется, чтобы Лина на некоторое время свалила и не трогала меня, но она цепляется за мои ноги и кротко интересуется:

– Тебе все понравилось, кис?

– Все было на уровне, детка, – отзываюсь, помогая ей подняться. – Ты отличная соска, я не раз говорил. Беги в душ первой, – шлепаю ее по упругой заднице.

Она скрывается в ванной, а я проверяю, вовремя ли вылетел борт из Сиднея. Маша написала, что до виллы доберется на такси, но у меня на этот счет другие мысли.

– Кис, мы тут вдвоем поместимся. Иди ко мне! – зовет Лина сквозь шум льющейся воды.

По игривому тону понимаю, что надеется на продолжение. Я часто трахаю ее после орального секса – это обычная схема. На перезагрузку мне достаточно пяти минут, и я могу. Но не хочу.

– Я пока занят. По работе надо ответить, – тупо вру.

Сам пишу Маше:

«Мах, жди меня в зоне прилета. Я могу немного опоздать, но обязательно встречу».

В груди как-то странно щемит. Волнуюсь походу. Я скучал по Машке и ее брату, сильно скучал. Часто вспоминал, как крепко и по-настоящему мы дружили. МКМ – так малая назвала наше трио. Макс, Костян, Маха… Не разлей вода и не раздуй ветер. Пока я не накосячил. И малую обидел, и Макса подвел.

Если честно, я до последнего сомневался, что Машка прилетит. Она вчера навеселе была, когда пообещала. Беззаботно щебетала в трубку, как круто отпраздновала бёздник с подружками и парнем. Она теперь в ночных клубах тусуется, алкогольные коктейли пьет. Взрослая совсем, парень у нее какой-то…

Присев на кровать, открываю ее страничку и пересматриваю последние фотки: в косухе на байке где-то по трассе, в короткой юбочке с тетрадками под мышкой, в гидрокостюме в обнимку с дельфином… Классная она, красивая. И живет насыщенно, интересно. Счастлива в своей Австралии, на всех фотках улыбка от уха до уха. Ямочки на щечках остались, а вот взгляд повзрослел. На вчерашнем фото в красном платье в глазах ух какой огонь! Обжечься можно.

Маруська… Кобра моя языкатая. Увижу ее совсем скоро. Фу-ух. Отбиваю пальцами чечетку по матрасу. Нехило так волнуюсь.

– Обед из рестика привезли! Мне нужно спуститься, – сообщает Лина, голышом перебегая из ванной комнаты в гардеробную.

Одеваться не спешит. Водит пальцами по одежде, делает вид, что выбирает, самапоглядывает на меня искоса.

– Иди, я тебя не держу, – театрально развожу руками.

– Ну да, ты же кончил. Другим не надо, – поджимает губы.

Быстро натянув на мокрое тело сарафан, подходит к зеркалу и поправляет волосы. Обижается. Ждала, что я присоединюсь к ней в душе и удовлетворю. Сорян, детка, мысли у меня совсем о другом. Точнее, о другой.

– Не дуйся, Лин. Это был подарок, за него мерси. Ночью продолжим.

– Это если у меня силы останутся, – кокетничает. – Ты же помнишь, что вечером мы едем в супер-пупер-модный клуб на пляже? Там волшебный вид на закат и лучшие коктейли на острове. Мы с девочками хотим оторваться!

– Отрывайтесь, я не против, – растягиваю губы. – Скажи, у тебя ведь получилось арендовать тот небольшой джип, что я просил?

– Да, его скоро должны пригнать. Ты хочешь ехать на нем? А как же планы набухаться на тридцатник?

– Мне нужно вечером сгонять в аэропорт встретить кое-кого. К нам еще одна девочка прилетает, тоже будет здесь жить.

Пока Лина хлопает глазами, переваривая новость, я достаю из неразобранного чемодана чистые трусы и вальяжно направляюсь в ванную.

– В смысле здесь? Прямо с нами? – звучит за спиной.

Велик соблазн постебаться и ляпнуть что-то вроде «ну да, кровать-то большая – поместимся», но я сдерживаюсь. Лина может рассказать об этой шутке Маше, и та решит, что я до сих пор «озабоченный на всю голову придурок». Кажется, так она называла меня в наше последнее лето. Я смеялся, но было неприятно. Для Махи я всегда хотел быть идеальным.

– Она будет жить на вилле и отдыхать в нашей компании, – оборачиваюсь и говорю тоном, не терпящим возражений и дополнительных вопросов. – Насколько я понял, спальня рядом с нашей свободна?

– Да, но… – Лина нервно переминается, – она вообще кто?

– Сестра моего лучшего друга. Криптомиллионер Макс Дор из Австралии, я тебе о нем рассказывал.

Рассказывал я вскользь и немного и о том, что мы с Максом давно не общаемся, не упоминал – еще тешу себя надеждой, что это временно.

– Она будет одна? – уточняет Лина, все еще часто моргая. – Там кровать небольшая. Я полагала, эта спальня для Кирилла. Ты говорил, он может позже прилететь.

Кирилл Радунков – мой партнер в ресторанном бизнесе. Он сын большого столичного чиновника и нужен мне, чтобы закрывать различные бюрократические вопросы. Мы не дружим близко, но на день рождения я его позвал. И он подтвердил, что будет, но на прошлой неделе неожиданно свинтил в Европу.

– Не волнуйся, детка. Если Кирилл прилетит, он остановится в отеле. Жить, как мы, коммуной, он не захочет. Ему такое по статусу не положено, – поясняю снисходительно. – Подготовь для Маши комнату, окей?

Я уже в ванной и собираюсь закрыть дверь, но слышу за спиной тихое и острожное:

– Маша, значит? У тебя с ней что-то было?

Застываю на пару секунд.

У меня с Машей много чего было. Я ей памперсы в детстве менял, из садика забирал, потом от районных хулиганов защищал и бил по рукам, когда поймал с сигаретой. Я был на похоронах ее отца, мы вместе хоронили ее маму. Она рыдала на мой груди… Я мог бы сказать, что Машка мне как сестра, попытаться успокоить этим Лину… но не люблю врать, в первую очередь себе. Может, я и озабоченный, но не конченный. Ни за что не стал бы совать язык в рот сестре, на сестру у меня бы не встал.

– Последний раз мы виделись, когда ей было шестнадцать. Мы друзья, Лин, не дергайся. Займись лучше делами, – бросаю через плечо.

Включаю воду, встаю под приятные прохладные струи.

– Конечно. Как скажешь. Я все сделаю, – кивает, но не уходит.

Голос звучит глухо, спина неестественно ровная. Она очень недовольна тем, что я позвал Машу без предупреждения, но высказать мне боится. Сдерживается, прячет эмоции, складывает их отдельно. Бесит этим. Я в людях уважаю прямоту, не терплю вот таких – с двойным дном, не доверю им.

– Можно мне поехать с тобой в аэропорт?

Это все что, что она говорит.

– Нет.

Делаю воду холоднее и отворачиваюсь.