Текст книги "Дикарка для Хулигана (СИ)"

Автор книги: Настя Мирная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 46 страниц)

Глава 52

Счастье всегда зеркально. Если счастливы вы, то и окружающие вас люди тоже

До ночи Егор помогает мне раскладывать вещи. Он куда-то убрал часть книг, чтобы я могла выставить на полку над столом те, что необходимы мне для учёбы. Шкаф и вовсе освободил больше, чем наполовину.

Интересно, куда он убрал свою одежду, ведь все полки были заняты.

Из-за этого чувствую себя немного неловко. Я же перевернула весь его привычный уклад своим переездом.

– Котя. – зову вполголоса, аккуратно складывая рукава толстовки и кладя её на полку. Парень вскидывает на меня взгляд. – А куда ты дел свою одежду? У тебя же все полки заняты были.

Он подходит сзади, обнимает за талию и опускает подбородок мне на плечо. Проводит губами по уху, опаляя гулким выдохом кожу, и прихватывает губами серёжку – единственную уступку женственности. Других украшений я не ношу.

– Просто сложил немного компактнее. Привык, что вещи лежат небольшими стопками и рассортированные, но пришлось кое-что переложить вместе. – глухо вздыхаю, понимая, что он столько всего делает ради меня, а мне даже ответить нечем. Северов, как и всегда, всё понимает без слов. – Диана, – сипит, поворачивая меня лицом к себе. Кладу ладони на его грудную клетку, выводя ими круги, и заглядываю в гипнотическую бирюзу его глаз, – я знал, что придётся потесниться, чтобы ты стала частью моей жизни. Я убрал летние вещи в шкаф во второй спальне. Я же знал, что надо многое изменить, но это неважно – научимся. И не к такому придётся привыкнуть. – подбивает с ухмылкой, которую я так обожаю.

Не сдерживая порыва нежности, поднимаюсь на носочки и прижимаюсь к его губам в невинном поцелуе. Он чуть крепче сдавливает талию, помогая сохранить равновесие.

– К чему ещё? – шелещу ему в рот, не переставая смотреть в глаза.

– Незакрученный колпачок зубной пасты, открытые тюбики и флаконы в ванной, смешанные карандаши и ручки, волосы в ванне и в раковине, кружки и тарелки в спальне. – высекает с хрипловатым смехом.

– Я не такая свинья. – бурчу с искусственным недовольством.

Гора переводит одну руку мне на щёку и убирает за ухо выбившуюся из хвоста прядь волос. Опускает к шее, ведя пальцами вдоль трепыхающейся от его близости вены. Буквально чувствую, как она долбится ему в пальцы.

– Ты не свинья, Дикарка. Всего лишь поросёнок. – угорает этот гад, заливаясь смехом.

Задираю вверх кончик носа, делая пятачок, и хрюкаю:

– Ви-ви… Хрю-хрю…

Выдав это, сама начинаю ржать, а Егор поддерживает. Шагая назад, тащит меня за собой, пока не заваливаемся на кровать, не переставая хохотать.

– Вылитая хрюшка. – сквозь смех троллит Хулиган, крест накрест прибивая меня за спину к себе. Сам давит мне на нос и требует. – Повтори-ка.

– Хрю-хрю-хрю…

Выбиваю, смеясь до слёз. Братьев за такие шуточки прибила бы, но с Егором так легко и просто. Так тепло и уютно.

Когда удаётся, наконец, остановить поток смеха, вытираю слёзы и большими глотками втягиваю кислород. Парень тоже растирает глаза и рвано вдыхает, всё ещё сохраняя на губах лёгкую улыбку.

– А если серьёзно, Егор, то у тебя куда меньше проблем, чем ты обрисовал. – он вопросительно подтягивает вверх одну бровь, отчего на лбу появляется излом. – Я всегда закручиваю пасту и закрываю все флаконы. Волосы тоже убираю. И я правда постараюсь не оставлять кружки и тарелки. Буду сразу убирать.

– Да неужели? – с ироничным недоверием высекает мой вредный гад, за что получает лёгкий удар в плечо. Он хватается за него так, будто я его со своей силы ударила, и стонет. – Убила, Дикарка. Все кости переломала. Всё, теперь не смогу тебя обнимать.

Роняет на кровать "сломанную" руку, кусая губы, чтобы не заржать.

– Вот ты, Северов!.. – рявкаю, тоже стараясь сохранить серьёзное лицо.

– Кто, Диана? – хрипит враз сменившимся голосом, пробираясь пальцами под ткань моей футболки.

Дыхание срывается обоюдно, учащаясь и сокращаясь до коротких необходимых толчков кислорода в лёгкие. Сердца же в обратку – с силой барабанят по рёбрам, прорываясь навстречу друг другу.

– Мой самый-самый лучший и любимый Хулиган на всём белом свете. – шорохом выдыхаю между его приоткрытых губ.

Глотаю его дробные выдохи, понимая, что наше воздержание окончено. Гора ласковыми касаниями перебирает позвонки. Пробегает пальцами снизу, забираясь всё выше и выше. Задирает футболку, пока его рука не добирается до воротника. Ныряет под него. Мягко давя на затылок, вынуждает опустить голову к его лицу вплотную. Пощипывает своими губами мои, заходящиеся сладостной дрожью.

– Я люблю тебя, Егор. – выбиваю автоматной очередью, испытывая острую необходимость в этом признании.

Он всегда говорит первый. Всегда. Сама не знаю почему, но я только отвечаю. А сейчас… Сейчас я говорю раньше, чем услышу эти слова от него.

Гора довольно улыбается и всасывает в рот мою нижнюю губу. Жадно посасывая, неспешными мазками влажной плотью горячего языка гладит. Дрожью заходится всё тело. Стайки мурашек зарождаются под его пальцами и разбегаются в стороны, пока не покрывают каждый миллиметр разгорячённой кожи.

– Я тоже люблю тебя, моя нежная, ласковая девочка. – хрипит парень, ловким движением опрокидывая меня на спину и накрывая сталью раскалённого рельефного тела. – Дикарка… – ползёт губами по горлу вниз. – Моя Дианка… – втягивает кожу сбоку, прижимая язык в пульсирующей венке. Уверена, что он ощущает им все вибрации моего бушующего сердца, которое на нереальных для человеческого организма скоростях гонит по венам кипящую кровь. – Как меня прёт от тебя. Блядь, Ди, скажи, что ты готова, потому что я не могу больше ждать. Меня, сука, на куски разрывает. – вбивается твёрдым членом вниз живота.

– Я готова… Я готова… Мокрая… Очень… Сейчас… – выдыхаю несвязным набором глухие слова.

– Примешь? Без подготовки? Не вытяну больше. Хочу… Хочу тебя…

– Да… Да… Да! Приму, любимый. Давай… Давай!!! – кричу, когда он стягивает с меня домашние штаны вместе с мокрыми насквозь трусами.

Трогает пальцами промежность, убеждаясь, что смазки достаточно. Поднимаясь, одним рывком стягивает через голову футболку. Как загипнотизированная, тянусь к нему, ощупывая кончиками пальцев выпуклые мышцы на груди и руках. Спускаюсь к твёрдому прессу. Только касаюсь, а мышцы его живота резко сокращаются. Дыхание Егора замирает, а потом рывком с хрипом вылетает изо рта. Он спускает штаны вместе с боксерами, освобождая огромный, готовый к бою ствол, увитый тёмной паутиной вен. Переступив ворох одежды, вытаскивает из тумбочки абсолютно новую пачку презервативов.

– А где те? – выбиваю как в дурмане.

Он бросает на меня тяжёлый потемневший взгляд бирюзовых глаз, явно не догоняя, что я имею ввиду. Но быстро понимает и срывает плёнку с пачки.

– Выбросил. Не хотел, чтобы у моей ревнивицы был повод для истерики. – высекает с кривой усмешкой.

Достаёт блестящую ленту и отрывает один квадратик. Зубами разрывает фольгу. Приложив желтоватое колечко к толстой, переполненной кровью головке, медленно раскатывает по всему стволу. Как заворожённая, наблюдаю за его движениями, еле сдерживаясь, чтобы не попросить его дать сделать это самой.

Подворачиваю губы внутрь, надрывно и тяжело дыша.

Егор в два шага пересекает обратное пространство и, как пушинку, подтягивает меня вверх по матрацу, укладывая поперёк широкой кровати. Падает сверху, вжимая меня в мягкую постель. Своим весом передавливает рёбра, лишая возможности дышать, но она мне и не нужна. Я вдыхаю вкус его голодного поцелуя. Грудь расплющивается о его грудную клетку, словно у меня не тройка, а минус ноль, с твёрдыми сосками, которые причиняют болезненный дискомфорт нам обоим.

Его язык ведёт хитрую игру с моим. Поддевает его, сплетается, обводит кругами, дразнит ласковыми поглаживаниями почти до основания. Зарываюсь пальцами в его белые волосы, путаюсь в них, сгребаю в кулаки, прибивая его голову всё ближе. Неосмысленно двигаю своими бёдрами навстречу его настолько, насколько позволяет тяжесть его тела.

Знаю же, что он и сам выезжает сейчас на силе воли, чтобы свести меня с ума.

Оттягиваю его за волосы, разрывая поцелуй. Он, тяжело дыша, утыкается лоб в лоб.

– Что, Котёнок? – выталкивает сипом.

– Давай, любимый. Я хочу, чтобы ты был во мне. – толкаю дрожащими интонациями.

Он дробью выдыхает и снова целует. Приподнимаясь, ногами шире расталкивает мои бёдра, но не останавливает контакта губ и языков. Сдавливает в ладони ствол и прижимает к моей щёлке. Подняв голову, смотрит в глаза. С трудом фокусирую размазанный взгляд на его лице и киваю. Он водит членом между половых губ, измазывая в моих соках. Уверенным движением размазывает по поблескивающему презервативу.

Это одновременно и завораживающе, и отталкивающе. Кажется неестественным. Я впервые вижу его агрегат в резине, и мне это не нравится.

– Я буду входить медленно, Диана. Если будет больно или неприятно…

Прикладываю три пальца к его губам, не давая договорить. Оторвав тяжёлую голову, легонько касаюсь его носа, а затем и губ.

– Я остановлю тебя. – вру, потому что знаю, что даже если боль и будет, то я стерплю, чтобы получить удовольствие, которое может доставить только он.

Падаю обратно, а парень всё так же нависает сверху, держа упор на одной руке. Первый короткий толчок ощущается так, словно он сейчас разорвёт меня на части. В первый раз он вошёл одним рывком, а сейчас я чувствую, как медленно он продвигается вглубь моего практически девственного тела. Как растягивает под себя. Как заполняет собой до краёв. Чем глубже он продвигается, тем поверхностнее и короче становятся мои вдохи. Несмотря на остроту ощущений, успеваю понять, что мне не нравится, как воспринимается латекс моим организмом.

Егор замирает, внимательно изучая моё лицо, каждую эмоцию, которые я не умею скрывать.

Неосознанно дёрнув бёдрами, сдавливаю внутренними мышцами твердокаменную эрекцию. Оба ощущаем одно и тоже. Наши хриплые протяжные стоны сливаются в один чувственно-пошлый звук.

– Больно, малышка? – хрипом выписывает, судорожно хлебнув кислорода.

– Нет, Егор. – сдавливаю руками его щёки. – Непривычно. Как в первый раз, только без боли. Он та-акой большой. Я просто боюсь, что не смогу принять его. – закрываю ладонями лицо и пищу. – Я знаю, что это глупо, но ничего не могу с этим сделать.

Он убирает мои руки в стороны и сипит:

– Не глупо. Мне тоже кажется, что ты ещё более узкая и тугая, чем в первый раз.

– Правда? – шелещу одними губами.

– Правда, Дикарка.

Наклоняясь, врывается языком в рот. Бёдрами подаётся назад и затяжным рывком забивает член до основания. Замираем. Не целуемся. Не дышим. Заново привыкаем к новым для нас обоих ощущениям. Я сама не знаю откуда, но понимаю, что и для Горы это нечто, выходящее за пределы его прошлого опыта. Кончик головки упирается в матку, причиняя лёгкую, но приятную боль. Несмело ёрзаю под ним, и парень толкается чуть дальше, пусть я была уверена, что его член внутри меня на всю длину.

– Расслабься, Ди. Как в прошлый раз. Постарайся, девочка. – вбивает слова мне в рот. – Не сжимайся. – это уже сквозь зубы цедит.

Закрываю глаза. Пусть и рвано, но глубоко вдыхаю. Перестаю сжимать ногами его бёдра, разведя их шире. Касаюсь ладошками его вспотевшей груди и медленно веду к плечам. Завожу за шею. Давлю на затылок, вынуждая наклониться. Давление, которое оказывает член во влагалище, спадает. Мышцы обмякают, позволяя Егору, наконец начать двигаться.

– Моя умница. – шепчет тихо.

– Поцелуй. – требую полушёпотом, но неумолимо.

Он с тихим смехом завладевает моими губами. Лижет и прикусывает. Его толчки медленные и затяжные. Неглубокие. Толкаю его в плечи, вынуждая приподняться.

– Сними. – выбиваю требовательным шёпотом, указывая глазами на футболку, от которой мы так и не избавились.

Северов подчиняется мгновенно. Просунув руку под лопатки, поднимает моё раскисшее тело. Срывает футболку, отбрасывая её на пол. Двумя пальцами щёлкает застёжкой бюстгальтера, отправляя его следом. Так же, оставаясь во мне, прижимает моё обнажённое мокрое тело к своему голому влажному торсу, жадно целуя. Возобновляет движение таза, вбиваясь всё глубже. Закидываю ноги ему на поясницу, захлёбываясь громкими хриплыми стонами и загустевшим кислородом. Каждый его толчок выбивает из лёгких весь воздух. Наши языки танцуют в древнейшем танце, так же, как и лоснящиеся от пота тела. Мы скользим друг об друга. Трёмся. Ласкаем алчными руками каждый сантиметр кожи, до которого можем дотянуться. Северов ускоряется. Его рывки становятся резче и, как бы странно это ни было, глубже.

Его член реально огромный. Сколько бы он не вгонял его в меня, всё равно не входит полностью. А я хочу. Хочу!

Вдавливаю пятки ему в спину, задерживая его дольше. Поднимаю бёдра в такт его движениям.

– Быстрее… Глубже… Егор… – бомблю ему в шею, царапая спину. Кусаю его. – До конца… Полностью… Любимый, прошу.

Вместо ответа он вынимает агрегат и в одно движение загоняет до самых яиц. Секунда промедления, за которую он понимает, что я полностью принимаю его. Выгибаю спину. Он спускается губами по горлу к груди. Ловит сосок. Бьёт его языком, в медленном ритме качаясь. Прикусив, снова разгоняется.

Мои бесконечные стоны летят по спальне. Отражаются от стен. Встречаются с его хрипловатым стонущим рычанием, возбуждая все нервные окончания.

Продолжая терзать ртом воспалённую желанием грудь, вдалбливается в самые глубины моего тела. Быстро. Глубоко. Резко. Жёстко. Грубо.

До крови полосую его кожу на спине, плечах, раздутых мышцами руках.

– Мягче, Ди. – шипит, возвращаясь к моим губам. – Всего разодрала, кошка.

Сам вгрызается в мой рот. Отвечаю той же дикостью и жаждой. Ротовая полость заполняется слюной с металлическим привкусом крови. Егор на каждом рывке вгоняет член, пока мошонка с пошляцким шлепком о мои измазанные смазкой ягодицы не оповещает о том, что глубже не выйдет, как бы сильно мы оба этого не хотели.

Пот скатывается по его вискам, капает с носа мне на губы. Слизываю солёную влагу и опять впиваюсь в его губы. Вся моя кожа покрыта солью и мурашками. Простынь под спиной можно выжимать. Короткие колючие волосы на его лобке раздражают гладко выбритую кожу на моём, но срывают башню ещё больше. Будто вспарывают её, оголяя нервы.

Двусторонне не просто дрожим, а звеним внутренним напряжением. Егор покрывает слабыми укусами мою шею, горло, грудь. Выпрямляю пальцы, чтобы не царапать его, но всего через несколько глубинных толчков теряю контроль над телом.

Давление внизу живота заполняет всё нутро, разрастаясь и размазывая сознание о стену похоти и удовольствия.

– Кончай, Дикарка, мать свою. – рычит Егор, раньше меня понимая, что я уже на грани. – Я, сука, больше не могу.

Кусает мочку уха. Проталкивает между нашими скользкими телами руку и сдавливает клитор. Грубо и жёстко, но так, мать вашу, остро отзывается во мне его жестокость, что меня рвёт на куски на следующем же толчке его члена до матки. Громким горловым стоном оповещаю о накрывшем меня оргазме. Спина выгибается. Животы соприкасаются, одновременно содрогаясь и сокращаясь в судорогах экстаза.

– Его-ор! Да-а-а! – вспарываю пространство громким животным криком.

– Блядь, Дикарка! – хриплым рыком вторит мне, замирая внутри.

Несмотря на собственную дрожь, замечаю, как его колбасит в момент разрядки. Сжимая зубы, заполняет презерватив спермой.

А я, мать его, хочу, чтобы, как и тогда, изливался прямо в меня. Хочу чувствовать, как кипящая сперма заливает моё влагалище.

Вгоняю ногти в плечи. С нечеловеческой силой вдавливаю пятки в его поясницу. Парень делает ещё несколько натужных толчков. Из-за пульсации и сокращений плоти ощущаю его ещё острее и ярче. Последнее, что вижу, прежде чем провалиться в темноту экстаза, напряжённые челюсти и поджатые губы, а следом меня выносит из реальности, разбирая на разноцветные атомы.

В сознание меня возвращает тяжесть горячего тела и сотни коротких поцелуев на лице.

– Очухивайся, Дикарка. Харе меня пугать. – трещит Северов, тряхнув за плечо.

С трудом поднимаю сопротивляющиеся веки и вытягиваю губы "уткой", требуя уделить им особое внимание. Как только получаю своё, обнимаю его за шею, перебирая слипшиеся влажные волосы.

– Люблю тебя, Егорчик. – выдыхаю ему в ухо.

– Люблю тебя, Диана. – не заставляет ждать его ответ. – Ты просто нереально-пиздатая, моя Дикарка. Повторюсь снова. – сечёт с улыбкой в интонациях. – Мне в жизни ни с кем так кайфово не было. Ты моя девочка. Моя половинка.

Божечки, как же я тащусь, когда он так говорит. Эти его уменьшительно-ласкательные словечки и мягкий голос уносят меня куда-то в небеса от счастья.

Не зная, как выплеснуть горячую радость – смеюсь. Звонко и громко. И мой Хулиган смеётся. Перекатывается на спину, таща мне сверху. Только сейчас понимаю, что его член до этого момента был во мне. Обмякший, но не расслабленный полностью.

Каждая мышца в теле сладко ноет. Гора лёгкими касаниями гладит по спине, пробегая губами по волосам.

– Ты солёная, моя сладкая девочка. – выбивает, посмеиваясь.

Прохожусь языком по всей длине его шеи.

– Как и ты, мой Хулиганчик.

– Хулиганчик? – вытягивает вверх брови. – Вот этого точно не надо, Ди.

– Почему, Хулиганчик? – бомблю, короткой перебежкой продвигаясь ногтями по грудине к шее.

– Дикарка. – предупреждающе рычит, ловя мою кисть и поднося к губам, всасывает пальцы в рот.

– Хулиганчик. – повторяю, начиная хохотать.

Северов шлёпает меня вспотевшей ладонью по мокрой заднице. Кусаю его за щёку и подскакиваю с кровати. Направляясь бегом в ванную, не перестаю смеяться, зная, что он наступает мне на пятки. Дёргаю дверь, но парень отрывает меня от пола. Крича, визжа и заливаясь смехом, болтыхаю в воздухе ногами, пока он не заставляет меня задохнуться, хрипом вбивая в ушную раковину:

– Я с тобой ещё не закончил, Диана.

Поставив на ноги, прокручивает лицом к себе и давит на плечи, заставляя опуститься на колени. Стягивает презерватив, швыряя его прямо на пол, и приказывает:

– Оближи.

Без сопротивления слизываю терпкую сперму с его члена. Как только касаюсь языком, он пошатывается.

– Соси. – летит следующий приказ.

Поднимаю глаза к его лицу, только чтобы убедиться, что это всё ещё мой Егор. И да, это он. Никакой тьмы в его бирюзе нет.

Втягиваю в рот пурпурную головку, медленно продвигаясь по полутвёрдому стволу. Он начинает расти и наливаться кровью прямо в ротовой полости. Вытаскиваю эрекцию изо рта и хитро прищуриваюсь, скрещивая наши взгляды.

Оттолкнув его к стене, заползаю в ванную и поднимаюсь на ноги. Гора вбегает всего через секунду, как я успеваю воплотить свою затею. Упираясь ладонями в край раковины, оттопыриваю зад. Встречаемся глазами в зеркале.

– Какого дьявола ты делаешь? – рычит, сдавливая ладонями бёдра и пристраиваясь сзади.

– Я хочу видеть, как ты трахаешь меня, Егор.

Глава 53

Вперёд без остановок

– Хулиганчик. – добивает Дикарка с хохотом.

Ловлю себя на том, что начинаю с какого-то хера злиться. Ощущаю себя реально расплавленным куском мяса. Нет, я в курсе, что сам решил измениться ради Дианки, но она явно перегибает.

С размаху опускаю ладонь на её голую задницу, но Ди явно вошла в кураж. С тем же смехом вгрызается в мою щёку и удирает. Всего на секунду прикрываю глаза и перевожу дыхание, потому что понимаю, что рискую сорваться. Да, сдерживаю себя во время секса, но мои желания и мысли приобретают опасный поворот. Поворот не туда, сука! А она подкидывает в кипящий котёл моего безумия свои словечки и выкрутасы.

Соскакиваю с кровати и настигаю её у двери в ванную. Сгребаю в охапку и отрываю от пола. Ди, не переставая смеяться, мотыляет ногами и визжит. Трение наших влажных тел подбрасывает дров в огонь моей похоти и разгорающегося бешенства.

– Я с тобой ещё не закончил, Диана. – рычу ей на ухо, опуская на пол и поворачивая лицом к себе.

Дикарка притихает и будто подвисает. Смех испаряется, а дыхание становится возбуждённым. Блядь, как же прёт от этой девочки. Всего пара слов, и она готова на всё. Расширенные зрачки и мелькающий между губ язычок говорят о том, что она уже завелась.

Погружаюсь в синеву её глаз, только чтобы не сорваться. Понимаю, что меня несёт и так, сука, не вовремя. Нельзя сейчас терять контроль.

Позволяю себе только то, что, уверен, может принять Диана. С силой давлю на её плечи, вынуждая стать на колени. Она теряется всего на пару мгновений, но подчиняется. Когда её лицо оказывается на уровне покачивающего члена, стягиваю гандон и швыряю его в сторону.

– Оближи. – командую коротко, скрипнув зубами.

Дикарка вскидывает затуманенный взгляд мне в глаза. Даже не делаю попыток скрыть темноты, но она принимает её спокойно. Послушно слизывает семя сначала с головки, а после проходится языком по всей длине ствола. Несмотря на то, что кончил не больше пятнадцати минут назад, от кайфа, который она доставляет своим жарким ротиком, ведёт меня конкретно. Отшатнувшись назад, ловлю равновесие.

– Соси. – опять сквозь зубы рычу, сдерживая внутреннего монстра.

Дианка послушно втягивает в рот шляпу и медленно скользит дальше по длине. Опустив веки, тяжело дышу, чтобы не завалить её на пол прямо в коридоре. Пару раз заглатывает по самое нехочу, а потом кидает на меня какой-то странный взгляд, толкает в стену и заползает в ванную.

Вообще охренела, сучка?!

Зверея, вбегаю следом, только чтобы увидеть, как она призывно выпячивает задницу и старается уловить в зеркале мой взгляд. Твёрдым шагом подхожу к ней и до боли стискиваю острые бёдра своей Аномальной.

– Какого дьявола ты делаешь? – бешенством обдаю, глядя в отражение её чёрных зрачков.

Вжимаюсь членом между ягодиц, ощущая, какая она мокрая. Истекает нектаром, словно водопад.

– Я хочу видеть, как ты трахаешь меня, Егор. – заявляет смело, ведя задом то вверх, то вниз.

Бля-ядь… Понимаю же, что лучше тормознуть сейчас, но последние предохранители догорают. Ясное сознание медленно, но неумолимо тухнет.

Скользнув руками ей на живот, крепче вбиваюсь стояком. Ползу ладонями вверх. Когда подбираюсь к груди, Диана замирает, но я лишь по касательной задеваю соски. Вынуждая её выпрямиться, давлю на ключицы. Предплечьем фиксирую чуть выше груди, спиной прибивая к себе. Вторую кисть перебрасываю на горло, сжимая. Ди напрягается, когда скрещиваем взгляды.

– Ты сама довела меня до этого, Дикарка. – хриплю ей в ухо, смачно смачивая слюной ушную раковину.

– Ты контролируешь? – пищит, дёргаясь в сторону, потому что и так знает ответ.

– Нет.

– Егор… – повышает тональность и делает ещё одну попытку освободиться, но я крепче сдавливаю пальцы на её горле.

Вывалив язык, предельно медленно скольжу от лопатки к впадинке за ухом, удерживая её в плену не только физически, но и зрительно. Всасываю в рот вену, которая от страха бьётся, как пойманная птица. Кусаю. Девушка взвизгивает и вырывается. Контролируемо усиливаю давление правой руки. Ту, что на горле, не сжимаю, только фиксирую, чтобы не дать ей вырваться. Прикусываю впадину между плечом и шеей. Ди перестаёт дышать. Поднимаю голову выше, глядя на наше отражение. Она замерла каменным изваянием, вцепившись в мою кисть, и что-то говорит. Вот только я нихуя не слышу за разгулом своего безумия. Но подняв взгляд немного выше, понимаю, что слова и не нужны. Она, мать вашу, в панике. В глазах стоит соль. Пальцы трусятся. Роняю руки, но тут же поднимаю обратно.

Всё, блядь! Доигрались!

– Успокойся, малышка. – прошу тихо, поворачивая лицом к себе.

Обвиваю руками, пока её дрожь ползёт по моей натянутой напряжёнными мышцами коже. Вразрез с воем внутри, мягко касаюсь её волос и спины.

Закрываю глаза и глубоко вдыхаю. Раздувая крылья носа, выпускаю переработанный кислород. Скрежещу челюстями, напоминая себе, что с ней нельзя перегибать палку. Но меня не отпускает. Я хочу сделать ей больно. Я хочу её подчинить. Сломать под себя. Избавиться от её непокорности.

Бля-дь… Нет! Я люблю её именно за это. Вашу, сука, во все дыры! Какого хера я делаю?! Почему не могу остановиться?!

Это Диана. Моя Диана. Нельзя делать ей больно. Нельзя! Это Диана. Моя Диана. – бью мысленную мантру.

Нас обоих коноёбит. Дикарка осторожно, словно боясь вызвать своими действиями взрыв, проталкивает между нами руки и поднимается ладошками по грудной клетке до шеи. Шумно выдохнув, открываю глаза, встречаясь с её синей глубиной. Она касается пальчиками скулы, на которой чётко определяется бегающая желвака, выдающая мой внутренний пиздец.

– Всё хорошо, Ди. – касаюсь губами кончика носа. – Извини. Давно меня так не сносило. Сильно испугалась, Котёнок?

– Да. – выталкивает больше воздуха, чем звуков.

– Прости, любимая. Я, блядь, сам в ахуе. Пора с этим что-то делать, потому что сам я, как оказалось, не могу с этим справиться.

– И что делать? – сипит Дианка тихо.

Сгребаю в ладонях её лицо, не отводя взгляда от синих глаз. Надо было сделать это раньше, но был уверен, что смогу преодолеть всё только благодаря ей. Не смог.

– Ты как-то говорила, что у вас в универе есть какой-то крутой спец. – она несмело кивает, продолжая держать зрительную связь. – Можешь нас свести?

– Ты хочешь обратиться к психологу? – шелестит недоверчиво.

– Да, Диана. Пора. Я должен избавиться от этого дерьма раз и навсегда. Я больше никогда не хочу пугать тебя и делать больно.

– Ты же так не хотел, чтобы кто-то лез к тебе в голову. – шуршит с нескрываемым сожалением.

Она столько раз намекала на мозгоправа, но никогда не давила. Со временем и сама поверила, что я не слечу с катушек. Да и я тоже.

– Мы не вывозим сами, Диана. Мне нужна помощь специалиста. Я держался и думал, что всё в прошлом, но нет. Извини, малышка.

– За что ты извиняешь, дурак? – вскидывается Дикарка, отрывая мою голову от своего плеча. – За то, что только что было? Или за то, что не хотел ничего слышать о психологах? – рывком дыхание переводит и опять тарахтит, с такой силой сжимая голову, что у меня сейчас серое вещество наружу полезет. – Не надо, Егор, пожалуйста. Ты действительно справляешься. И сейчас ты остановился. – на мою попытку вставить слово с такой дурью ладонью рот припечатывает, что слизистая о зубы рвётся. Впрочем, там и до этого живого места не было. – И не надо говорить, что всё равно почти сорвался. – сбавляя обороты, заметно снижает голос. – Если ты правда хочешь этого, если считаешь, что сами мы не справляемся, то я познакомлю тебя с Маргаритой Николаевной. Просто ты сам должен быть готов этому. Открыться ей полностью. Ничего не скрывать и не умалчивать. А я же знаю, любимый, – уже почти шепчет, утыкаясь лбом в грудную клетку, – как для тебя это сложно. Если ты этого хочешь, то я тебя поддержу, но не делай это ради меня. Только ради себя.

Ловлю её пальцы, царапающие грудину, она каждый раз так делает, когда нервничает, и мягко сдавливаю. Дианка робко поднимает голову, но глазами всё равно куда-то вниз смотрит. Учитывая то, что шмотья на нас нет, то догадки, на что она так палит, имеются.

– Ради нас с тобой, Ди. Ради нашего будущего и семьи, которой мы когда-то станем.

Только после этих слов она поднимает печальный взгляд и сипит:

– Ты правда готов на это пойти?

– Готов, родная. Теперь готов. Я же говорил, что просто надо больше времени.

Она припечатывается ко мне, крепко обнимая за спину. Скривившись, не подаю вида, что касания её пальцев причиняют боль там, где она меня исцарапала. А точнее говоря, почти по всей верхней части спины, плечам и рукам. Но да похуй. Это мелочи. Тот кайф, что я ловлю с ней, стоит гораздо большего.

Решение принято и отступать некуда. Пусть меня хоть выпотрошат, хоть череп вскроют, но я избавлюсь от этой херотени раз и навсегда.

Принимаем короткий душ вместе, но не заигрываемся. Обычно это приводило нас обоих к оргазмам, а учитывая то, что теперь у меня есть полный доступ к её пиздатому телу, то держать себя в руках приходится куда крепче, чем раньше, потому что соблазн стал гораздо более сильным.

Заматываю Дианку в полотенце и отправляю спать. Время за полночь, а у нас подъём в семь. Утоляю никотиновую ломку и иду в спальню. Ди, конечно же, не спит. Сидя в позе лотоса, нервно теребит пальцами край одеяла. Паркуюсь рядом и накрываю её пальцы ладонью. Она так резко поднимает голову, удивлённо моргая, что не остаётся сомнений, что она слишком чем-то грузится, поэтому и моего прихода не заметила. Пододвигаюсь ближе, обнимая одной рукой. Дианка роняет голову мне на плечо, рвано дыша, но ничего не говорит. А я не спрашиваю. Не потому, что не хочу знать. Очень хочу. Но жду, что она сама расскажет. Я всегда стараюсь вытянуть из неё все мысли, чтобы она не накрутила себя, но сегодня даю ей возможность самой открыться. Вот только молчание затягивается.

– Диана. – зову полушёпотом, подбивая пальцами подбородок. Она робко смотрит на меня, явно в чём-то сомневаясь. – Что случилось, Котёнок?

Она глухо вздыхает, откидывает одеяло и заползает на меня верхом. Точнее, становится надо мной, делая упор на колени, и опускает ладони на плечи.

– Я пытаюсь понять, почему ты сорвался. Сегодня всё было хорошо. И прошлые две недели тоже. Да и до этого только один раз в коттежде. Это из-за того, что я тебя укусила? Из-за того, что дразнила? Или потому, что сказала, что хочу видеть, как ты меня, – вовремя решает покраснеть. Когда она не возбуждена, то даже похожа на вчерашнюю девственницу, – трахаешь? Что из этого стало триггером?

– Дианка. – задираю голову выше, чтобы не потерять зрительную связь. – Почему ты так уверена, что это из-за тебя?

Она убирает с моего лба чёлку и пробегает пальчиками по волосам.

– Не знаю откуда, но я в этом уверена. Ответь, Егор, что случилось? Чтобы я больше никогда не повторяла своих ошибок.

Всего на секунду закрываю глаза и перевожу дыхание. Сжимая её ягодицы, поднимаюсь с кровати. Дикарка обхватывает ногами торс, обернув предплечьями шею. Дойдя до шкафа, опускаю её на ноги.

– Повернись спиной ко мне. – выталкиваю тихо и хрипло. Без колебаний подчиняется. Кладу руки на тонкую талию, опустив подбородок на плечо. Смотрим на наше отражение в полный рост. – Всё вместе, Диана. То, что я столько держался, не давая выхода гневу и своим тёмным желаниям. Что постоянно держу контроль во время секса, чтобы не перегнуть палку. И да, эти твои дразнилки. Я сам не знаю, что именно взбесило, но это стало последней каплей.

– Прости. – выталкивает беззвучно.

– Не извиняйся, Диана. Это было всего лишь игрой, но меня снесло. Не должно было, но снесло.

Замираем, не отрывая взглядов от серебристой поверхности. Кажется, что проходят часы, а мы всё так же стоим.

– Хочешь спать? – в полтона высекает Ди, закидывая голову мне на плечо.

Растягиваю рот в похотливой улыбке и накрываю её губы.