Текст книги "Просто бизнес (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

– У меня нет таких денег, – сказал Гарсия ровным голосом. Молодец, держался.

– Тогда займи, – усмехнулся Перес. – Или попроси у своего американского друга. Где он, кстати, этот Лучано? Почему сам не пришел за своей шлюхой?

Гарсия помолчал секунду, потом сказал:

– Лучано мертв.

Перес замер. Усмешка медленно сползла с его лица, словно ее стерли тряпкой.

– Что? – переспросил он.

– Твои люди убили его, – повторил Гарсия громче. – Вчера вечером. Засада на дороге. Лучано мертв, так что американских денег не будет. Платить некому.

Перес побледнел. Лицо его исказилось от ярости, губы задрожали. Кулаки сжались так, что побелели костяшки. Гэй вскрикнула, завопила:

– Нет!

– ¡Idiotas! – заглушил ее голос крик Переса, такой, что эхо понеслось по горам. – ¡Les dije que los tomaran vivos! ¡Vivos, bastardos! ¡Idiotas, hijos de puta, yo les…

Пора.

Я мягко, на выходе потянул спусковой крючок. Винтовка ухнула, отдача ударила в плечо, и первый из конвоиров свалился как подкошенный. Даниэлла вырвалась, упала на землю, протяжно заорала. Тем временем я сместил прицел на второго конвоира, тот только начал оборачиваться, пытаясь понять, что происходит. Попал ему в грудь, и он упал. Роуз тоже свалилась на землю.

Третий конвоир повернулся в мою сторону, попытавшись прикрыться Гэй, но она оказалась не лыком шита и укусила его за руку. Тот дернулся заорал, она вырвалась упала, на землю. Я выстрелил в третий раз, и как в замедленной съемке увидел, как его мозги разлетелись во все стороны.

Хорошо, что винтовка самозарядная, с болтовкой я бы так не смог. Она пусть и точнее, но гораздо менее скорострельная.

– На землю! – заорал я. Уже можно было не прятаться, все равно свою позицию я выдал.

Гарсия и Винни упали на землю, прижавшись к ней. Женщины и так лежали. Перес дернулся, вскинул револьвер, выстрелил в мою сторону, а потом рванулся ко входу в штольню.

И тут по всему периметру грянула стрельба, как я и приказывал. Почти три десятка винтовок и дробовиков ударили почти одновременно. Грохот был оглушительным, эхо покатилось по горам.

Часовые у входа мгновенно упали на землю, прошитые десятками пуль, те бандиты, что оказались чуть дальше, тоже попадали. Гарсия взялся за винтовку, выстрелил в Переса, но промахнулся. Он каким-то чудовищным рывком добежал до входа в штольню и скрылся в ней.

А стрельба продолжалась. Тех из бандитов, что были снаружи, буквально изрешетили.

– Хватит! – заорал я, пытаясь перекричать пальбу. – Хватит!

Но, похоже, что патроны в магазинах уже закончились, стрельба прекратилась сама собой. Гарсия вскочил первым, побежал к Даниэлле, Винни рванул к Роуз, помог ей встать, схватил за руку и Гэй, поднял на ноги, и вместе они побежали прочь. Я выстрелил еще дважды в бандита, который высунулся из шахты с винтовкой в руках, попал. Тот завалился обратно в темноту. Все, патроны кончились.

Перезарядил винтовку, сменив магазин на полный. Все, женщины в безопасности. Теперь осталось только разобраться с этим ублюдком Пересом, который все-таки спрятался обратно в свою нору. Но ничего.

Глава 18

Послышалось несколько выстрелов – это из шахты пальнули, на нервах, похоже. Все равно они ни в кого попасть уже не могли. Я встал, вышел из укрытия, побежал к женщинам. Винни уже поднял Роуз, обхватил ее руками, и что-то говорил. Хуан тащил Даниэллу прочь – ему, похоже, хотелось как можно скорее спрятать жену.

– Чарли? – спросила Гэй, увидев меня. Ее глаза удивленно расширились. – Ты жив?

– Да жив, конечно, меня хрен убьешь, – ответил я, доставая из кармана стилет.

Выщелкнул лезвие и двумя движениями перерезал веревки на ее руках, после чего схватил и потащил в сторону. Надо было спрятать женщин. Бандиты Переса вряд ли рискнут выбраться из шахты после разгрома, который мы им устроили – все-таки перед входом в штольню валялся почти десяток трупов. Но лучше укрыть их. Столько сил ведь потратили на то, чтобы спасти.

Мы наконец оказались на безопасном расстоянии. Я схватил ее за плечи, осмотрел. На руках синяки и следы от веревок, косметика на лице размазалась, но в целом больше ничего. Вроде цела.

– Ты как? – спросил я. – Ранена? С тобой что-нибудь сделали?

– Нет, – прошептала она. Лицо было бледным, губы дрожали. Похоже, что на эту вспышку ярости с укусом она потратила последние силы. – Нет… Ты пришел. Пришел за мной.

– Конечно, пришел, – сказал я. – Как я тебя оставлю-то? Пошли, пошли быстрее!

Я схватил ее за руку и потащил в сторону ближайших камней, за большой барак. Подозвал Винни. Гарсия уже был там.

Добрались. Я посмотрел на Винни, и понял, что он от Роуз уже никуда не уйдет. Даниэлла плакала, что-то тараторила на испанском, Гарсия горячо отвечал ей. Но придется эту идиллию нарушить, потому что нам надо действовать.

– Винни, – позвал я, но мой помощник не отреагировал. Я повторил уже жестче. – Винни!

– Да, босс? – наконец-то посмотрел он на меня.

– Оставайся здесь! – приказал я. – Защищай женщин. Хуан, ты за мной…

– Но…

– Никаких но! – жестко ответил я. – Надо закончить работу, пока они еще что-нибудь не придумали. Ну, пошли уже.

Он явно не хотя, но все-таки пошел за мной. Рабочие с плантации Гарсии уже не прятались, окружили шахту. Кто-то попытался высунуться, но один из них – тот самый Рауль, выстрелил. Послышался крик.

Как же их оттуда выкурить. Кстати говоря, выкурить, действительно.

Я осмотрел здания вокруг. Барак, склады, кузница. Все деревянное, очень старое, и естественно сухое, как порох. Тут ведь солнце палит так, что достаточно одной искры, чтобы все загорелось. А ветер дул с нашей стороны, с востока, прямо в сторону входа в штольню, где спрятались эти ублюдки.

– Поджигаем здания, – сказал я. – Ветер понесет дым в шахту, они начнут задыхаться и выйдут в итоге. Тогда их и возьмем.

– А мы сами не сгорим? – спросил Гарсия.

– Нет, – я покачал головой. – А других вариантов у нас нет. Разве что садиться в осаду и сидеть, пока все не закончится.

– Может быть, просто завалить их там? – предложил Гарсия.

– А если выберутся? Тогда просто так это не оставят. Нет, действовать будем наверняка. Иди командуй.

Гарсия побежал к своим, проговорил что-то на испанском. Через несколько секунд мужчины разошлись, принялись собирать все горючее, что могли найти. Сухую траву – ее тут было полно, доски из разрушенных стен бараков, обломки деревянных ящиков, тряпки. Куча всего.

Потом я указал здания – барак и два склада. Они находились ближе всего ко входу, да еще и с подветренной стороны. Приказал складывать весь горючий хлам к стенам этих зданий, навалить побольше.

Сам же стоял и ждал с винтовкой наизготовку на случай, если люди Переса решатся на контратаку. Очень хотелось курить, но расслабляться было нельзя. Оставалось только ждать.

Но никто так и не полез. А через десять минут ко мне подбежал Рауль и доложился:

– Готово.

– Поджигайте тогда, – приказал я.

Кто-то достал огниво, кто-то спички. Подожгли сразу с нескольких сторон. Трава вспыхнула мгновенно, с треском, потом огонь жадно побежал вверх, полез по странам. Сухое дерево загорелось моментально, с ревом и треском. Потом второе и третье здание, и скоро на территории старой шахты полыхал самый настоящий пожар.

Видно будет далеко, может и сунуться кто-нибудь незваный, но ладно, плевать.

Пламя росло, ревело, жрало старые доски, как голодный зверь. Стало еще жарче, жар был такой, что рубашка мгновенно высохла. Во все стороны густыми клубами валил черный дым, но ветер хватал его, гнул, тащил прямо ко входу в шахту. Дым валил внутрь, в темноту туннелей, прямо как вода в воронку.

Я занял позицию, остальные тоже. Оставалось только ждать.

Потом послышался грохот – у одного из зданий обвалилась крыша. Сохло в горле, пекло лицо. А из шахты никто не выходил. Так прошло пять минут, десять, пятнадцать.

Я уже начал беспокоиться – вдруг там другой выход. Вдруг они сбегут через какой-нибудь задний туннель, и мы их упустим? Тогда ведь беда, придется этого ублюдка по всему острову ловить. А он может и в США сбежать, и что тогда? А мне не до того, мне бизнес надо делать.

Но нет. Мой план все-таки сработал: из глубины шахты послышались кашель и крики, потом топот ног по камням. Я прицелился в сторону выхода, приготовился стрелять.

Из темноты выбежал первый человек, согнулся пополам, кашляя так, что казалось, сейчас выплюнет легкие. Упал на колени прямо у входа, хватая ртом воздух, давясь им. Следом второй, потом третий, четвертый. Всего человек десять. Падали на землю, кашляли, задыхались, некоторые блевали. Оружие они побросали на землю, но даже если схватятся, ничего сделать не успеют. На них три десятка стволов смотрят.

Я ждал. Где Перес-то?

Прошла еще минута, дым продолжал валить в шахту непрерывным потоком. И тогда из темноты вышел еще один человек, медленно, держась за стену. Судя по одежде, это был Перес. Лицо его было черным от копоти, он кашлял, держась за грудь.

Рядом с ним шел молодой парень, лет семнадцати, не больше. Худой и чернявый, с такими же усиками, как у Переса, только пожиже. Похож на него – те же черты лица, тот же разрез глаз. Сын что ли? Может быть и так.

Перес вышел на свет, огляделся, увидел своих людей, лежащих на земле и кашляющих. Увидел нас, окруживших выход со всех сторон. Увидел тридцать стволов, направленных на него.

Лицо его исказилось, то ли от боли, то ли от отчаяния, то ли от ярости. Наверное, от всего сразу.

– Сдаемся! – крикнул он хрипло, поднимая правую руку вверх. – Не стреляйте! Мы сдаемся! Пощадите!

Сын его тоже поднял руки, стоял рядом с отцом. Он дрожал.

– Вперед! – приказал я. – Схватить, связать! Если кто-то дернется, стреляйте сразу!

Рабочие Гарсии выскочили из-за укрытий, побежали к бандитам, стали им связывать руки веревками, грубо, без всякой жалости. Пару секунд спустя, я заметил, как двое из них пинают одного пленного. Махнул Раулю, тот подошел, сказал что-то. Остановил.

Я двинулся прямо к Пересу, который так и стоял прямо, оглядывая все, что происходит. Его план разрушился. Зря он ко мне полез, очень зря.

Перес посмотрел на меня, его глаза расширились. Узнал.

– Сеньор Лучано, – прохрипел он. – Так Гарсия соврал. Вы живы. Мои идиоты вас не убили.

– Твои идиоты мертвы, – сказал я. – Если уж хотел устроить засаду, то надо было нанимать профессионалов.

– Я сдаюсь, – сказал Перес, и в его голосе появились умоляющие нотки. – Пощады, сеньор! Я заплачу, сколько скажешь! Десять тысяч долларов! Двадцать! У меня есть деньги, много, отдам все, что есть! Только пощади!

Я молча посмотрел на него, потом перевел взгляд на его сына, а это, похоже, именно он. Парень стоял рядом с отцом, губы его шевелились, молился, видимо. Глаза его были закрыты, слезы текли по грязным щекам, оставляя дорожки смуглой кожи.

И вот теперь он просит пощады. После всего, что сделал.

Перес похитил женщин. Моя Гэй была в его руках. Он оскорбил меня, оскорбил мою честь. Убил людей Гарсии – Педро, охранников в поместье. Пытался убить нас на дороге. Хотел обмануть меня, заставить работать с собой, обвести вокруг пальца.

За это придется заплатить. И за это все одна цена.

Я вскинул винтовку, прицелился ему в голову.

– Нет! – закричал он, выставляя руку вперед, как будто это могло остановить пулю. – Прошу! Пощади меня! Я отдам все! У меня сын, понимаешь? Сын! Ему всего семнадцать! Он ни в чем не виноват!

Значит, действительно сын. Ну что ж.

Я перевел прицел на парня, что стоял рядом, и нажал на спусковой крючок. Никакой пощады, все согласно нашим традициям. Да и если он был тут, то замешан.

Пуля попала парню точно в середину лба. Голова дернулась назад, тело упало, как мешок с песком. Перес медленно повернулся к нему, глаза его расширились от ужаса.

– Mi chico! – бросился он к своему потомку, схватил его, попытался поднять. Потом резко развернулся ко мне, но я выстрелил во второй раз, в висок. Мозги вынесло наружу, и он упал.

На несколько секунд наступила абсолютная тишина. Все замерли – рабочие, пленные, бандиты, Гарсия. Все смотрели на меня. Потом кто-то заплакал – у одного из бандитов не выдержали нервы. Еще один обоссался от страха.

Ну а с ними-то мне что делать? И их убить?

– Среди них есть его родственники? – спросил я у Гарсии.

– Нет, – он покачал головой. – Он один был, и еще сын. Жена умерла от холеры два года назад.

– Значит мстить некому, – решил я, опустил винтовку. – Остальных отведите подальше и развяжите. Пусть идут. Скажи им, что если кто-то из них снова появится в этой провинции, я найду его и убью. Пусть убираются отсюда и больше не возвращаются.

Гарсия посмотрел на меня. Он явно не был уверен в правильности моего решения, но потом медленно кивнул. Похоже, что решиться на массовое убийство он не мог.

Однако. А на Кубе страсти творятся даже покруче, чем у нас в Нью-Йорке. Горячая кровь, что тут еще скажешь. Хотя… То ли еще у нас будет.

– Хорошо, – сказал Хуан, повернулся к своим и что-то сказал по-испански.

Рабочие начали развязывать пленников. Бандиты, как только веревки спали с рук, вскакивали и бежали прочь. Не оглядывались, не благодарили, просто бежали как угорелые – кто в лес, кто в горы. Через минуту все они скрылись из виду.

Я посмотрел на тела Переса и его сына, лежащие на земле в лужах крови, на остальные тела.

– В огонь их! – приказал я. – Только быстро, нужно уходить, пока никого не принесло на дым.

Гарсия снова перевел. Правда рабочие перед тем, как взяться за дело, обыскивали трупы, доставали у них из карманов разное. Идея обыскать труп убитого врага ни у кого никакого предубеждения не вызывала.

Я же осмотрелся по сторонам, увидел бочку какую-то, подошел к ней, сел, там где дыма поменьше было. Вот теперь можно и покурить. Вроде бы все закончилось.

Достал из кармана пачку сигарет, закурил. Вся одежда пропахла дымом, да и волосы тоже. Очень хотелось искупаться, а потом переодеться. Поесть и поспать. Нет, не останусь я больше в поместье, куда-нибудь в отель перееду. Там должно быть попроще. Да и плантаторы в течение недели начнут сахар привозить, нужно будет разобраться с его отправкой в Нью-Йорк. А потом двигать самому.

Уже хочется, честно говоря, обратно. Там даже спокойнее было, несмотря на покушение и арест. Хотя в общем-то меня сейчас такая жизнь и ждет.

Гарсия посмотрел, как его люди тащат трупы в сторону горящих зданий и подошел ко мне. Встал рядом.

– У Переса нет наследников, – сказал он.

– И? – покосился я на него.

– У него поместье недалеко от моего, по соседству. Могу выкупить, будет не очень дорого. Тысяч в двенадцать долларов можно уложиться, время правда потребуется – месяц, не меньше.

– Хорошо, – я кивнул. – Оставлю тебе деньги, выкупишь для меня его дом. Наймешь прислугу, охрану, кого надо – пусть смотрят, чтобы все хорошо было.

– И у него плантация. Тоже тонн двести сахара в год производят.

– Ну и хорошо, – снова кивнул я. – Двести тонн лишними не будут.

А еще запасная база в другой стране, связи с местными плантаторами, с тем же Кастро, который скоро поднимется еще выше. Короче говоря, съездил я не зря. Хотя нервов эта поездка потрепала мне, конечно, много.

Но ладно. Хорошо то, что хорошо кончается. Невиновные освобождены, виновные наказаны. Перес получил по заслугам, его сын… А куда было деваться-то в самом деле? Он ведь этого так не оставил бы, решился бы мстить. Так что черт с ним.

– Спасибо, сеньор Лучано, – проговорил Гарсия.

– Можно просто Лаки, – разрешил я ему.

– Спасибо, Лаки, – повторил он. – Ты разрешил конфликт, который длится уже почти пятьдесят лет. Причем разрешил в мою пользу.

– Да не за что, – я махнул рукой. – Он сам себя убил, когда решил перейти мне дорогу. Других вариантов у него все равно не было.

– Да, но без вас у нас ничего не получилось бы.

– Без меня он, возможно, и не решился бы действовать, – я хмыкнул.

– Я могу вам чем-то помочь? Сделать для вас что-то? Что угодно.

Я задумался. Мы с ним и так работаем на взаимовыгодном сотрудничестве, он получит процент за свою помощь. А что мне надо? Мне надо привезти сахар, а потом наладить из него производство.

И что-то мне помнится, что ром – это далеко не просто самогон. Запах там будет стоять такой, что любой его почувствует. То есть производство надо организовывать где-нибудь в Джерси, договорившись с теми, кто там рулит. Конкретно с Гаспаро Д'Амико, который управляет группировкой в Нью-Арке. Он считается гангстером более низшего сорта, чем мы, а его организация официально не входит в Коза-Ностру. Но это мы решим потом, на чем заработаем еще очков.

Вопрос только в том, как сделать так, чтобы у нас получился настоящий ром, а не просто качественный самогон из сахара.

– Ты же ром у себя делаешь? – спросил я.

– Да, – кивнул Гарсия. – Вы его пробовали. Хороший ром, могу поставлять в Америку вместе с сахаром.

– Мне нужен человек, который наладит производство, – сказал я. – Который сможет научить моих, как гнать качественный кубинский ром. Из кубинских сахара и патоки. Можешь дать мне такого? На время, на пару месяцев, пока он не наладит производство, и не обучит кого надо.

– Конечно, конечно! – тут же заверил меня Хуан. – У меня есть знающий человек, Рафаэль, он делает ром для меня, и обязательно поможет вам. Обучит кого скажете. Хоть на полгода забирайте.

– Ну и заберу, – решил я. – Как наладит производство, верну.

Вот и хорошо. Нужно будет только разобраться с тем, как его натурализовать на время. Хотя, сейчас не мои двадцатые, сейчас виза-то особо не нужна, да и гражданство ему не нужно.

Но ладно. Эти хлопоты потом уже, когда вернусь. А сейчас надо все-таки пару дней отдохнуть.

Я докурил сигарету, отправил ее на землю, растоптал. Посмотрел на продолжавших мельтешить, словно муравьи, рабочих. Нужно будет напомнить Гарсии, чтобы заплатил им, и не задерживался с этим. Потому что теперь они уже умеют убивать, и если не дать им причитающееся, то могут решить взять его силой.

Наконец-то работа закончилась. Трупы нашли свое погребение в огне, народ похватал трофеи, я встал.

– Ну что, возвращаемся в поместье, – сказал я и закашлялся. Все в дыму.

Мысль о том, что сейчас снова придется идти пешком, угнетала меня. Но радовало то, что теперь двинем под гору, и должно быть немного легче. Но сегодня мне определенно нужна горячая ванна и хороший сон в мягкой постели.

Да. Надеюсь, что сегодняшний день больше не подкинет мне никаких сюрпризов, а то еще одного такого приключения я уже не выдержу. Буду верить, что спокойно вернусь, отдохну, пообщаюсь с Гэй, ее, правда, еще надо будет успокоить. А потом съеду в отель.

А еще через неделю – обратно в Нью-Йорк. Дальше заниматься своими делами.

В старую обстановку и к старым же проблемам.

Глава 19

Прошло четыре дня с тех пор, как мы вернулись с рудников. Я успел переехать из поместья Гарсии в отель в Гаване – небольшой, но приличный, с чистыми номерами и нормальной едой. Гостиница называлась «Севилья», находилась в центре города, недалеко от порта. Это было удобно для моих дел.

Взял два номера – один для нас с Гэй, второй для Винни и Роуз, по соседству. Не хотелось мне оставаться в поместье, не хотелось быть на виду у этих рабочих, слуг и охранников.

Гарсия, конечно, устроил торжественный ужин, выкатив во двор еду, бочки со своим домашним ромом и другие угощения. Гуляли все вместе, не разбираясь, кто там рабочий, а кто хозяин, пили все. Хуан еще и обещанные деньги раздал всем, так что его там чуть ли не на руках качали.

Перепились, естественно. Хорошо, что главный враг Гарсии был уже мертв благодаря нашим стараниям. Иначе Перес взял бы всех нас тепленькими, ему даже напрягаться не пришлось бы. Но увы, ему уже пришел конец.

На следующий же день я двинул, Гарсия отнесся к этому легко, не обиделся, да и я заверил его, что ни в коем случае не хочу выразить неуважение. Мне нужны были тишина, покой и возможность спокойно подумать о делах.

Тем более, что мы уже успели прокатиться на его новой машине по производствам рома и плантациям табака, заводикам, где крутилисигары. И получалось так, что первая партия оказалась гораздо больше, чем я рассчитывал изначально. Восемьдесят тонн сахара, тридцать тонн патоки, пятьдесят ящиков с сигарами и тридцать – с уже готовым ромом. Отправиться это все в дорогу должно было уже завтра, судно нанято, таможенники подмазаны. Машина поставок вот-вот должна была завертеться.

А послезавтра уже мы сами отправимся обратно в Америку. Но сегодня я планировал отдыхать, поэтому сидел на открытой веранде в легкой рубашке и брюках белого цвета, которые прикупил специально, чтобы поменьше страдать на этой жаре.

Работник отеля поднес мне сигару с уже отрубленными кончиками и спички. Я раскурился, улегся на шезлонг, прополоскал рот ароматным дымом, выдохнул. Хорошо.

Несмотря на инцидент с нападением и похищением, эта рабочая поездка полностью оправдалась. Могло быть и хуже, гораздо хуже, но вроде как провернули все нормально.

Солнце светило с неба, со всех сторон доносился шум улицы – лязг трамвая, которые тут, к моему удивлению, ходили, крики уличных торговцев, детский смех. Пахло морем, жареной рыбой и цветами. Здесь красиво, но я уже успел соскучиться по Нью-Йорку, если уж совсем честно.

Я закрыл глаза, снова набрал дыма в рот, и тут кто-то загородил мне солнце. Открыл глаза, посмотрел и увидел Гэй. На ней был строгий закрытый купальник, волосы аккуратно уложены, а на лице косметика. Похоже, что она собиралась позагорать немного.

Выглядела она хорошо – намного лучше, чем когда мы вытащили ее из штольни.

– Отдыхаешь? – спросила она.

– Отдыхаю, – ответил я и снова набрал в рот дыма.

Девушка без приглашения уселась на край моего шезлонга, провела ладонью по собранным волосам, потом сложила руки на коленях.

– Как ты? – спросил я.

– Лучше, – ответила она. – Здесь, конечно, не так роскошно, как у Гарсии, зато спокойнее.

– Да, можешь ни о чем не беспокоиться, – я махнул рукой. – Никто нас уже не тронет.

– Я понимаю, – кивнула она. – Хотя вчера кошмар приснился, будто я все еще в этой шахте, в темноте и со связанными руками.

– Это пройдет, – только и оставалось сказать мне.

– Знаю, – кивнула девушка. – Просто мне было очень страшно, Чарли. Когда они ворвались в дом, убили охранников, схватили нас. Я думала, что нас убьют или еще что похуже сделают.

– Но не сделали, – твердо сказал я. – Ты жива, цела. И все позади. Послезавтра мы будем на корабле в Нью-Йорк.

Я приподнялся в шезлонге, перехватил сигару левой рукой, а правой взял ее за руки. Сжал ладонь.

– Потому что ты пришел, – сказала она. – Знаешь, когда мы недавно собирались в Наполи, мы обсуждали с девочками… Нашу жизнь. Ну, ты ведь знаешь, мы все понимаем, с какими мужчинами связались.

– Мне показалось, что Лиза не понимает, – я хмыкнул. – Что она просто влюблена с Джо.

– Она поймет, – ответила Гэй. – Просто пока слишком наивная. Но дело в том, что мы обсуждали, что может случиться с вами. А не то, что может произойти с нами.

– Вы тоже в опасности, – кивнул я. – Это правда.

– Зато я теперь смогу рассказать остальным про то, что случилось на Кубе, – она вдруг улыбнулась. – Пусть охают и ахают, и восхищаются тобой, какой ты герой, и как спас меня.

– Только без подробностей, – сказал я. – Без имен, и без чего-то подобного. Хорошо?

– Конечно, Чарли, – сказала она. – Я же не дура. Но я бы посмотрела, как они отреагируют.

– Посмотришь, – сказал я. – Мне в любом случае скоро нужно будет встретиться с парнями. Узнать, как идут дела. Да и вообще.

Я махнул в воздухе зажженной сигарой.

– Так значит, скоро в Нью-Йорк? – спросила она.

– Уже послезавтра, – сказал я. – Завтра отправляем первую партию товара, а потом двигаем сами. Так что отдыхай, пока можешь, в Нью-Йорке будет много дел, и мы вряд ли успеем двинуть куда-то в ближайший год.

– Опасных дел? – спросила она.

Я не мог ничего конкретного рассказывать женщине. Омерта. Ни женщине, ни постороннему вообще, а самое главное – полиции. Обет молчания, круговая порука, все дела. Так что придется уклоняться от ответа.

– У нас не бывает безопасных дел, – я улыбнулся. – Но если все пойдет по моему плану, то все будет хорошо. Но опасно.

– А ты ведь будешь в центре всего этого? – спросила она.

Кажется пришло время для откровенного разговора. Я давно планировал это, потому что мне казалось, что дамочка не понимает, куда влезла. Не в том плане, что мне хотелось от нее избавиться, просто дать понять, что наша жизнь не будет ограничиваться красивыми платьями и драгоценностями. Будет война, кровь, может быть, даже тюрьма. Хотя ее мне очень хотелось бы избежать.

– Да, – кивнул я. – Слушай, я понимаю, мы с тобой полгода вместе всего, и меня уже пытались убить, а тебе приходилось прятаться. Да и это похищение. Если ты решишь, что эта жизнь не для тебя…

– Нет, – сказала она. – Я буду с тобой.

Я посмотрел на нее.

– Ты уверена? – спросил я. – Это опасно. То, что случилось здесь, может повториться. Или будет хуже, враги попытаются достать меня через тебя.

– Я уверена, – сказала она. – Нет, я боюсь, конечно. Но без тебя мне еще страшнее. И я знаю, что ты меня защитишь. Как ты думаешь, как так вышло, что я приехала в больницу первой? Еще до приезда полиции?

– Как? – мне, если честно, этот вопрос и в голову не приходил.

– Меня отправил Лански, – она улыбнулась. – Чтобы прощупать почву. Он узнал обо всем первым, вот и попросил приехать.

Однако. И она мне об этом не сказала. А Мей молодец, в действительности лучше было отправить первой женщину, чем приезжать самому. А то у полиции могли возникнуть вопросы, почему это ко мне приезжают подозрительные личности, еще и связанные с еврейскими бандами.

– Ты молодец, – я улыбнулся. – Правда молодец. Но пообещай мне, что будешь слушаться меня. Если скажу спрятаться – спрячешься. Если скажу уехать – уедешь. Хорошо?

– Обещаю, – кивнула она.

Да, все-таки повезло мне с женщиной. Она оказалась умной и понимающей.

Мы посидели так еще немного, потом она поднялась.

– Я позагораю немного. А потом хочу прогуляться по городу с Роуз, купить ей что-нибудь на память.

– Как она? – спросил я.

– Плохо, – покачала головой Гэй. – Но я попытаюсь ее растормошить.

– Хорошо, – сказал я. – Только далеко не уходите. И возьмите кого-нибудь из людей Гарсии с собой.

– Возьмем, – пообещала она.

Отошла в сторону, легла на соседний шезлонг, закрыла глаза. Теплое солнце освещало ее, она выглядела соблазнительно, да и загар уже лежал ровным слоем. Я же поднялся, подошел к перилам, встал у них.

Покурил, подумал. А потом услышал шаги, обернулся и увидел Винни. Выглядел он, честно говоря, неважно – осунувшийся, с темными кругами под глазами, небритый.

– Босс, – кивнул он мне.

– Винни, – поприветствовал я его в ответ. – Выглядишь хреново.

– Чувствую себя соответственно, – признался он, вытащил из кармана сигареты, закурил. – Не сплю нормально с тех пор, как все началось.

– Роуз? – догадался я.

– Да, – он прикурил, затянулся. – Она не отходит, босс. Днем еще нормально, вроде даже веселеет, особенно когда проводит время с мисс Орловой. А ночью плачет, просыпается от кошмаров. Я пытаюсь успокоить ее, говорю, что все позади, что мы в безопасности. Не особо помогает.

Он невесело усмехнулся.

– Ей нужно время, – сказал я. – То, что с ней случилось не забывается за четыре дня.

– Знаю, – кивнул Винни. – Просто не знаю, что делать, босс, как ей помочь. Я никогда раньше с таким не сталкивался.

– Слушай меня внимательно, – сказал я. – Роуз пережила ад. Ее похитили, держали в заложниках, ей пришлось посмотреть смерти в лицо. Это травма, серьезная. Она не исчезнет за неделю, даже за месяц. Несколько месяцев понадобится.

– Так что мне делать? – спросил Винни.

– Ну во-первых, быть рядом, – сказал я. – Не давить на нее, не требовать, чтобы она взяла себя в руки или забыла обо всем. Просто быть рядом. А еще – новые впечатления. Нужно дать ей много новых впечатлений. Когда вернемся, я поделюсь с тобой деньгами. Своди ее в кино, на Бродвей, или в какой-нибудь клуб в Гарлеме. Главное – не давай ей сидеть дома и грузиться мыслями. Понимаешь?

– Понимаю, – кивнул он. Кажется, чуть повеселел. Ну, план действий я ему дал, что уже неплохо.

– Нам предстоит еще пара поездок, не сейчас, но через полгода. В Атлантик-сити, скорее всего, двинем. Дашь ей денег, пусть поиграет в казино, отвлечется. И еще в Неваду, но это позже.

– Сомневаюсь, что она захочет уезжать из Нью-Йорка.

– Придется уговорить, – сказал я. – Но мягко, давить не надо.

Да. Мне повезло больше, Гэй оказалась отходчивее. Я снова набрал дым в рот, выдохнул, после чего спросил:

– А ты как сам?

– В смысле? – не понял он.

– Ну, в тебя стреляли, – пожал я плечами. – Тебе пришлось убивать. Насколько я знаю, раньше тебе такого делать не приходилось.

– Не приходилось, – он покачал головой. – Отделать кого-нибудь до полусмерти, сломать пару костей, еще что-то. Но убивать – нет.

– Так и как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – пожал он плечами. – Ничего особого. Они пытались убить нас, мы убили их. Это в нашем мире в порядке вещей, как мне кажется. Не так ли, босс?

– Так, – подтвердил я.

– Сперва я чувствовал ярость, – сказал он. – После того, как Роуз украли, я чувствовал дикую ярость. Мне хотелось добраться до Переса, разорвать его на куски. А сейчас мне спокойно.

Я кивнул. Хороший парень, правильный. Для наших дел подходит.

– Это хорошо.

Мы помолчали еще немного, Винни явно думал о чем-то, курил. Потом затушил сигарету, сунул ее в пепельницу, которая стояла на перилах, и сказал:

– Спасибо, босс.

– За что? – не понял я.

– За совет, – ответил он. – Теперь мне понятно, что делать. Ты мудрый человек.

Да. Если бы он знал, что у меня за спиной опыт уже двух жизней, то не удивлялся бы. Но увы, рассказать об этом я не смогу никому и никогда. Это цена за второй шанс и за возможность что-то изменить в истории.

Но это потом. Сперва нужно разобраться со своими врагами и сделать так, чтобы не приходилось думать о выживании.

– Тогда иди к ней, – сказал я. – Можешь прогуляться с ней и Гэй, заодно будешь охранять. Тебе я доверяю больше, чем людям Гарсии.

– Так и сделаю, – сказал он.

Повернулся и ушел. Я же остался стоять, смотря на улицы Гаваны. И думал…

Да разные мысли в голове крутились. Но было ощущение, что только что я сделал однозначно доброе дело.

* * *

На следующий день я поехал в порт. Гарсия должен был встретить меня там, нам нужно было проконтролировать погрузку. Винни остался в отеле с женщинами, попросил разрешения. Я разрешил, не стал таскать его почем зря.

Порт Гаваны встретил нас привычным хаосом: грузчики таскали ящики, краны скрипели, корабли гудели. Пахло рыбой, солью, машинным маслом, как и в любом таком месте. Было грязно и шумно, но чувствовалась тут какая-то деловая атмосфера.