Текст книги "Длань Подъятая (СИ)"

Автор книги: Морио Тайши

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

– Это она. Нестабильная реакция, забираем её! – выплюнул сверлящий подозрительным взглядом блондинку агент Кох, стоя спиной к Германнам.

– Что?! – в один голос выпалили отец и мать.

– Подождите… – донёсся из слепой зоны взгляда Лизы неуверенный голос Шейда-Алами.

– Доктор, ваша работа на этом закончена. Мы берём дело под свой контроль. – резко ответил «рыба». Агент Нанна быстро выглянул в окно.

– Так, подождите, никуда она не поедет. Мы не давали своего согласия... – начал было папа, когда Кох перебил его.

– Ваше согласие нас не интересует. Вы вместе с девчонкой отправляетесь с нами. Попытаетесь уклониться – вернётесь в камеру, и уже никто вас оттуда не вытащит.

Лиза не могла поверить в происходящее. То, что только что казалось достаточно невинной беседой, внезапно начало приобретать все более неприятные последствия... Только из-за того, что ей на секунду стало плохо?!

Непонимание и паника стали овладевать девочкой. Затылок будто пронзила невидимая игла. Датчик сердцебиения начал пищать чаще, к нему прибавились пронзительные сигналы от других, прежде молчавших, приборов.

Доктор резко дёрнулся к приборам.

– Амплитуда зашкаливает! Ей срочно нужно ввести снотворное! – доктор едва начал движение к, вероятно, шкафчику с медикаментами, как Кох достал из внутреннего кармана пиджака маленький шприц без какой-либо маркировки и вонзил иглу в руку девочки.

Лиза почувствовала, как с каждой каплей поступаемой в тело жидкости её мысли становятся рваными и путанными, а зарождающиеся эмоции резко смолкли, оставив лишь тупое равнодушие к происходящему.

– Что вы себе позволяете? – вскричал Шейда-Алами, и в то же время отец с глухим рыком бросился на агента.

Раздался громкий хлопок.

Лиза равнодушным взглядом смотрела, как вокруг образовавшейся на груди отца раны расплывается красное пятно, и он, остановленный выстрелом на середине броска, медленно падает на спину.

Раздались ещё два выстрела.

Девочка заторможено оторвалась от вида упавшего тела отца, и увидела, как почти синхронно начали падение мама и Шейда-Алами.

Вмиг посерьёзневший агент Нанна убрал пистолет в спрятанную под пиджаком кобуру, и повернулся к коллеге.

– Время? – безо всякого выражения спросил Кох.

– Четыре – семь минут до появления охраны. – как по учебнику ответил «викинг».

– Свидетели?

– Отсутствуют, в крыле мы одни. Записи с камер изымем позже.

– Отход?

– По главному не получится, много глаз. За поворотом пожарная лестница, выйдем к машине.

– Отлично.

Агент Кох подошёл к отравленной неизвестным препаратом девочке, грубо скинул одеяло и быстро отсоединил подключённые к её телу приборы, кивнув Нанне.

Тот, обойдя уже направляющегося к двери коллегу, легко взял безвольную Лизу и закинул на своё плечо, после чего проследовал за «рыбой».

Сразу после выхода в полуосвещённый узкий коридор, они повернули направо и распахнули дверь с ярко светящимся зелёным знаком выхода.

Выйдя на пустую лестницу, агенты, резво перебирая ногами, миновали пролёт за пролётом (Лиза насчитала семь), и, толкнув тяжёлую металлическую дверь, вышли в безлюдный переулок с единственным припаркованным чёрным микроавтобусом.

Нанна поставил девочку на землю, и резкая боль в ногах на мгновение прояснила сознание Лизы.

Она поняла, что только что произошло и чему она была свидетелем.

«Мама. Папа».

В живот как будто ударили со всех сил тараном, сердце болезненно заныло, и девочка, согнувшись пополам, неожиданно издала пронзительный отчаянный вой.

Кох уже садился за водительское сиденье, когда услышал его и быстро обернулся по сторонам, выискивая взглядом свидетелей происходящего.

Нанна подскочил к девочке и коротко замахнулся, собираясь ударить Лизу, но та резко выбросила вперёд руку, рефлекторно пытаясь защититься от надвигающегося удара убийцы.

В висках застучало.

Тугой обруч с торчащим на затылке лезвием сдавил голову девочки.

В уши ударила вязкая, густая тишина.

Мир распался на осколки.

Будто сидя за сбоящим кинопроектором, двоящимся взглядом Лиза увидела, как на поверхности осколка перед её глазами Нанна дёргано занёс для удара руку.

На другом, чуть больше и дальше – он отвернулся.

На третьем, ещё дальше – размытый силуэт Коха вылезает из микроавтобуса.

На следующем – оба агента уходят из поля зрения блондинки.

По видневшейся на выходе из переулка трассе в движении замер непрерывный поток автомобилей.

«Время», пронзила неожиданная догадка разум Лизы. «Время меняется».

Это звучало настолько безумно, что девочка никогда не смогла бы в это поверить и принять происходящее, однако остатки отравляющего её тело препарата, неспособные противостоять шоку блондинки, впитали все удивление без остатка.

Сейчас Лизе было важно собраться и не допустить произошедшего.

«Если они, приехав, не найдут меня, то у них не будет причины убивать родителей», с трудом подумала девочка.

«Чем дальше осколок и чем крупнее – тем более давнее событие».

Она пригляделась к осколкам вдали, почти на расстоянии вытянутой руки.

На одном из них машины агентов ещё не было.

Лиза со всей силы потянула к нему руку.

Боль от сужающегося каждую секунду обруча стала совершенно невыносимой, воздуха в лёгких не хватало, и Лиза с резким выдохом коснулась осколка.

Мир вокруг вернулся в свой нормальный темп.

До прибытия агентов в больницу оставалось… Неизвестно сколько, но явно не больше нескольких минут, так что ей следовало поспешить.

Девочка судорожно вздохнула, сделав первый, неуверенный шаг, и, ежесекундно озираясь, поковыляла в противоположном от ближнего выезда, через который приедет микроавтобус, направлении.

Что-то капнуло на больничную пижаму, в которую до сих пор была одета Лиза.

Девочка поднесла руку к лицу и провела под носом.

На пальце осталось пятно крови.

* * *

26 августа 2013 г., Понедельник, 04:12.

Лиза резко дёрнулась на матрасе, вырываясь из очередного кошмара.

Сев и протерев покрывшееся испариной лицо, она проснулась окончательно.

Пережить смерть родителей, пусть всего лишь во сне – не самое приятное начало дня, особенно когда впереди ожидает множество планов, для успешного выполнения которых необходимо полностью сосредоточиться.

Достав блокнот и пробежавшись глазами по списку дел, девушка глубоко вздохнула, массируя виски.

Вчера она забыла добавить в него то, о чем подсознательно не хотела вспоминать – тренировку.

После первого же упражнения голова обычно раскалывалась с неимоверной силой, а вновь и вновь напрягаемые мышцы под конец занятия оставляли покрытую липким потом блондинку безвольной куклой лежать на полу, не в силах пошевелить ни единой ломящей от боли конечностью.

На восстановление уходил практически весь день, в течение которого она не могла заниматься ничем другим, кроме как лежать на кровати, бессмысленным взглядом уставившись в экран телевизора.

Следующие пару дней мышцы ощутимо болели при малейшей нагрузке, а голова раскалывалась при любом относительно громком звуке. В результате, более-менее в себя Лиза приходила только на четвёртый день...

А через неделю все начиналось заново.

И вчера как раз был седьмой день с окончания восстановления после последней тренировки.

Девушка с досадой скрипнула зубами.

Сейчас ей как никогда нужно было быть в хорошей физической форме каждый день.

Федералы в любой момент могли выйти на неё, получив сообщение от кого-либо из жителей Оушенсайда, который, как её родной город, разумеется, находится на особом контроле.

Конечно, мало кто уже вспомнит развешанные пять лет назад по всему городу плакаты о пропаже Лизы Германн, но в городе ещё остались люди, помнящие её.

Единственной надеждой было подготовленное благодаря ресурсам «Консорциума» прикрытие и время, за которое внешность Лизы претерпела достаточно серьёзные изменения, превратив тощего нескладного подростка в хрупкую миловидную девушку.

Конечно, риск в любом случае был велик. Отправлять её на первое задание сюда было весьма странным решением...

Для кого-нибудь постороннего.

Однако блондинка прекрасно понимала извращённую логику своего работодателя.

«Бросить щенка в бурную реку, чтобы точно убедиться в его потенциале... Если он, разумеется, выживет. Дарвин был бы доволен», мрачно подумала девушка.

И, чтобы ещё больше добить настроение Лизы, память услужливо напомнила о том, что если она решит потренироваться, то придётся сегодня зайти ещё и в аптеку.

Приобрести клонидин без назначения врача и для самостоятельного применения здесь явно не получится, придётся обойтись валсартаном. Лекарства нанесут ещё один достаточно ощутимый удар по её бюджету.

Ещё один довод против тренировок в ближайшее время.

С этими нелёгкими мыслями девушка встала с матраса и начала делать утреннюю зарядку.

Что ни говори, но тренировка имела один огромный плюс, начисто отметающий все многочисленные минусы: её способности действительно усиливались.

В свой первый, вернее, первый осознанный раз, тогда, в больнице, она смогла задержать лишь самые близкие осколки, охватив период в районе двадцати минут, после чего едва не умерла от последствий. Похоже, в тот день произошёл многократный всплеск её способностей, вызванный чрезвычайными обстоятельствами.

В следующий раз она смогла сделать это только спустя четыре месяца, и получилось переместиться только на полминуты... Хотя, уже без последствий.

Сейчас, спустя пару лет тренировок, она могла свободно вернуться на десять минут и сразу после этого пробежать кросс.

«Или пробежать кросс, а потом ухватить осколок», хмыкнула девушка. «Телепортация всегда эффектно выглядит для непосвящённых».

Совершив последние махи и выполнив с десяток отжиманий от пола, Лиза уже куда бодрее вернулась в вертикальное положение.

«День грозит быть насыщенным, и уж если тебя ожидает куча помоев, то куда приятнее встретить её с ложкой», философски подумала блондинка, и, повесив на плечо рюкзак со всем скарбом, покинула чердак, с лёгкостью пробежав по ступенькам вниз.

Город встретил девушку едва пробивающимся через плотные тучи мягким светом, едва разгоняющим темноту, и порывами прохладного ветра со стороны океана.

«Сегодня определённо стоит ожидать дождя», подумала она, механическим движением поправляя капюшон коричневого худи.

С одной стороны, избавиться от лишних прохожих и запаховых следов на случай визита федералов было весьма кстати, но, с другой стороны, перспектива намокнуть совершенно не прельщала блондинку. А уж во что превратится чердак после избытка влаги с небес...

До начала рабочего дня оставалось ещё несколько часов, и окрестности ангара пока что были пусты.

Лиза быстро огляделась, и, накинув капюшон, быстрым шагом двинулась к офису West Bay, располагавшемуся в одном здании с материнской «Кэмпбелл Компаниес» северо-восточнее от ангара, на Юнион-авеню.

В столь ранний час город выглядел полностью вымершим. Ветер гонял пока что сухую пыль по пустынным улицам, заставляя девушку закрывать дыхательные отверстия при переходе через перпендикулярные улицы.

Ни в одном из расположенных на её пути домов не горел свет, что было совершенно непривычно после огромного Сиэтла с прорвой просыпающихся в это время яппи, готовящихся уже к шести часам наводнить офисные небоскрёбы на пересечении Пятой авеню и Марион-стрит, и вечно погрязшего в ночной жизни Ньюпорта с толпами напившихся алкотуристов, шатающейся походкой разбредающихся по своим снятым на одну ночь бюджетно обставленным апартаментам.

Лиза на мгновение почувствовала укол ностальгии. Впервые за последние несколько лет она осталась одна в чужом городе. Конечно, Оушенсайд не был похож на закованный в бетон и сталь Сиэтл, и её нельзя было назвать полностью чужой, после большей части прожитой здесь жизни, но что-то в тихом городке явно изменилось.

Те же здания, те же знакомые улицы, те же запахи и звуки...

Но вернувшаяся девушка не чувствовала себя в безопасности, как раньше.

Хотя, даже не так.

Оушенсайд больше не казался вечным пристанищем, куда всегда можно вернуться, и все будет по-старому.

Город постепенно погружался в тихую агонию, и блондинка это чувствовала.

Ещё лет десять – и только гниющие остовы домов очередного города-призрака будут открываться взглядам проезжающих по живописной побережной дороге путешественников.

«Возможно, Смарты уже уехали отсюда. Так лучше и для них, и для меня. Слишком много воспоминаний, а Кейси всегда хотела вырваться в большой мир. Сидит себе в каком-нибудь пафосном колледже где-нибудь в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе, да на вечеринках каждую ночь отрывается».

Сердце девушки предательски сжалось, когда она подумала о том, что больше никогда не увидит подругу. Иногда, когда становилось слишком тяжело на душе, она запрашивала доступ к системе видеонаблюдения «Консорциума», установленной в каждом принадлежащем Йорку заведении, и вечерами смотрела записи из ньюпортских клубов, втайне надеясь увидеть знакомое лицо.

«Кейси, Кейси... Мне тебя ужасно не хватает...».

Тряхнув головой, Лиза выгнала из головы свернувшие в печальное русло мысли и перешла дорогу в неположенном месте, стремясь побыстрее свернуть в переулок, ведущий к зданию «Кэмпбелл Компаниес».

За секунду до того, как покинуть широкую улицу, она заметила неторопливо выезжающую из-за поворота патрульную машину.

«Полиция Оушенсайда на страже порядка», хмыкнула про себя блондинка, впрочем, побыстрее скрывшись в паутине узких проходов.

Кому-кому, но только не ей следует привлекать к себе внимание полицейских.

Конечно, муниципалы вечно на ножах с федералами, но, если какой-нибудь офицер узнает в ней подростка с присланной пять лет назад ориентировки, стражи порядка мигом забудут про взаимную неприязнь и устроят за ней самую масштабную за всю историю городка погоню.

Вся надежда на выправленные у одного вороватого чиновника из Департамента по регистрации транспортных средств Джерхарта водительские права. Интересно, знай он, для кого предназначен покрытый множеством степеней защиты кусочек пластика, за сколько секунд он успел бы продать её федералам?

Лиза подошла к зданию «Кэмпбелл Компаниес» и взглянула на висевшие на входе часы. Без двадцати восемь. Скоро империя Кэмпбеллов начнёт свой рабочий день, и у девушки осталось не так много времени, чтобы найти удобное укрытие с хорошим видом на вход.

Батареи смартфона после внезапного музыкального запоя прошлым вечером хватит не больше чем на час, после чего ей придётся покинуть свой пост и двинуться дальше. Конечно, полуторамегапиксельная камера телефона не слишком хорошо подходила для съёмки лиц работников West Bay на отдалении, но пытаться наспех зарисовать проходящих в здание людей было куда более глупой затеей.

Напротив входа в здание находился покрытый грязно-белым сайдингом частный дом, на заасфальтированной площадке перед которым находилось два седана, один из которых был явно не на ходу.

«Удобно было бы вести съёмку из салона, но, боюсь, хозяева дома будут против».

Оглядевшись по сторонам, девушка не нашла ничего, что можно было бы хотя бы с минимальной долей безопасности и незаметности использовать в качестве укрытия.

В поисках идей обойдя офис «Кэмпбелл Компаниес», она обратила внимание на многочисленные белые ошмётки на стенах и наличие двух камер видеонаблюдения у парадного и заднего входов, но так и не приблизилась к решению задачи.

Остановившись у мусорного бака, стоявшего у запасного выхода сбоку от парадной стороны, блондинка почувствовала растущие в груди злость и отчаяние.

Неужели все на этом и закончится?

Ей нужно ознакомиться с работниками Кэмпбеллов любой ценой, без этих данных у неё не будет шанса исследовать внутренние конфликты компании, и её безопасность окажется под угрозой.

Стоит Кэмпбеллам узнать об её интересе к делам фирмы, они тут же отправят к ней своих мордоворотов, а она даже не сможет их узнать до того момента, когда уже будет поздно.

«Думай, Германн! Думай!».

Взгляд девушки упал на содержимое контейнера.

Большую часть мусора компании занимали сложенные картонные коробки из-под техники. Похоже, офис недавно открывшегося West Bay ещё не закончили обустраивать. Повсюду, внутри бака и вокруг него виднелись флаеры, по-видимому, сорванные со стен здания.

Блондинка подняла один из них.

«Останови West Bay... Похоже, жителям города действительно не по душе новый проект Кэмпбеллов», вздохнула она.

Сразу вспомнились прочитанные вчера на форумах новости о слушаниях в мэрии города (завершившихся, разумеется, в пользу Кэмпбеллов), протестах местных защитников окружающей среды (проигнорированных), а также недавно прошедшего митинга под окнами «Кэмпбелл Компаниес» (также успешно проигнорированного).

На губах девушки заиграла довольная улыбка. В голове созрел дерзкий план.

Проведя руками по стене здания, Лиза оставила несколько пятен на любимом худи, а также на своём лице, мигом став похожей на помесь городской сумасшедшей и бездомной.

Оторвав большой кусок картона от коробки с изображённой на внешней стороне огромной плазмой («Им, что, совсем некуда деньги девать?») и ещё раз собрав грязь со стены, девушка размашисто написала почерневшим пальцем на внутренней стороне картона «Руки прочь от Матери-Природы!».

Довольно оглядев плод своего труда, блондинка быстрым шагом направилась ко входу в здание. «Германн – молодец: сделать фотографии вряд ли удастся, но запомнить лица получится. Германн – идиот: в таком виде в магазин меня вряд ли кто пустит. Итоговый счёт: один – один. Молодец, Германн!», скрипнула зубами девушка.

На часах было уже пять минут девятого, и Лиза заняла позицию в двух шагах у входа. Под её ногами находилась общественная территория, а это значило, что выгнать её охрана «Кэмпбелл Компаниес» не имела права. Хотя, учитывая влияние Кэмпбеллов, это слабый довод. Расчёт строился на том, что с сумасшедшей хиппи просто не захотят связываться.

Буквально через пару минут из-за редко растущих деревьев показались двое белых мужчин лет сорока, короткостриженный худой блондин в роговых очках с огромной оправой и абсолютно лысый толстяк, оба в белых рубашках с коротким рукавом.

Они определённо направлялись в офис Кэмпбеллов, и Лиза поняла, что пора действовать.

«Ох, терпеть не могу привлекать к себе внимание. Но на войне все средства хороши».

Преодолев стеснение, девушка, нервно сглотнув, начала размахивать плакатом с таким расчётом, чтобы он постоянно мельтешил перед её лицом, и слабеющим кукарекающим голосом кричать все, что приходило ей в голову:

– Остановим West Bay! Нет живодёрам и вредителям! Орегон – наш общий дом!

Мужчины прошли мимо неё, едва взглянув с усталым раздражением на Лизу. После них поток прибывающих работников стал усиливаться, и спустя какое-то время девушка полностью забыла о стеснительности, погрузившись в запоминание лиц и почти на автомате что-то выкрикивая.

– Мы за чистую природу! Леса – для животных, а не корпораций!

Брюнет с пробивающейся сединой лет пятидесяти, с усами, напоминающий Джей Эф Себастьяна из «Бегущего по лезвию».

Того же возраста азиат ростом с саму Лизу с зачёсанными назад угольно чёрными волосами.

Женщина лет тридцати с длинным носом и рыжими волосами до плеч, печально покачавшая головой при виде протестующей.

– Нашим детям – лучший мир! Живите в гармонии!

Седой мужчина в чёрной футболке и с залысинами, похожий на Стива Бушеми.

Высокий толстый брюнет явно итальянского происхождения, собиравшийся что-то сказать Лизе, но в последний момент передумавший.

Спортивного вида лысый мужчина с открытым и доброжелательным взглядом, держащий загипсованную руку на груди при помощи поддерживающей повязки.

Круглолицая молодая девушка с каштанового цвета кудрями, стекающими до плеч.

– Не дадим Большому Брату обмануть себя! Век живи – век природу береги!

Блондинка с широким лицом и сильно выраженной носогубной складкой.

Афроамериканец средних лет с недельной щетиной и крупными, жёлтыми зубами.

Приземистый мулат предпенсионного возраста с тонкими седыми усиками и в солнцезащитных очках...

Нескончаемая вереница работников проходила друг за другом в здание «Кэмпбелл Компаниес», в большинстве своём полностью игнорируя девушку. Некоторые кидали на неё разной степени раздражения и презрения взгляды, и лишь единицы хотели что-то сказать, но, стушевавшись, ныряли в дверной проем офиса.

«Похоже, Кэмпбеллы издали распоряжение для работников не контактировать с протестующими», догадалась блондинка.

Поток работников начал редеть, когда дверь здания распахнулась и, впервые за все время, что Лиза находилась здесь, человек вышел наружу. Это был высокий горбатый старик с короткими густыми усами, короткой стрижкой и крайне недовольным видом. Окинув взглядом протестующую, он, поиграв желваками, двинулся к ней.

– Мисс, это частная территория. Пожалуйста, покиньте это место. – чуть гнусавым голосом безапелляционно заявил он.

– Это свободная страна! Наша природа не потерпит вашего надругательства! – продолжая играть сумасшедшую, во весь голос закричала ему в лицо девушка.

– Мисс, если вы не покинете территорию, мне придётся вызвать полицию. – непреклонно отозвался тот, отвернувшись и собираясь уйти.

«Черт, этого ещё не хватало. Пора линять».

– Хорошо, офицер Урод, я уйду! Но груз сотен отнятых жизней навсегда останется с вами! – крикнула Лиза, с долей злорадства заметив, как стоящий к ней широкой спиной верзила непроизвольно дёрнулся, услышав оскорбление.

Девушка развернулась, и резким шагом пошла в сторону переулка, из которого пришла... Кстати, во сколько?

Блондинка быстро обернулась на ходу, кинув взгляд на часы.

Половина десятого.

Завернув за угол, довольно улыбающаяся Лиза выкинула с честью исполнивший свою миссию кусок картона, и, безуспешно попытавшись очистить себя, продолжила свой путь по переулку в сторону продовольственного магазина на северо-западе.

* * *

Лиза расслабленной походкой шла по грязным переулкам Оушенсайда, избегая выходить на основные улицы, чтобы избежать ненужного внимания со стороны высыпавших наружу прохожих.

Первая половина рабочего дня была в самом разгаре, так что вернуться в ангар и переодеться не представлялось возможным. Однако данный факт ни капли не портил хорошее настроение девушки, довольной блестяще выполненной – разумеется, исключительно благодаря её гениальной идее – работой.

Конечно, с продавцами магазинов возникнет ряд проблем... Но, в конце концов, разве вид толстой пачки денег не является настолько хорошим аксессуаром, чтобы затмить пару пятен на дешёвой одежде?

Хотя, демонстрировать всю наличность разом было бы не самой лучшей идеей. Лиза остановилась и, сняв с плеча рюкзак и открыв его, достала несколько двадцатидолларовых купюр.

Взгляд блондинки метнулся на старую аналоговую камеру. Задумчиво прикусив губу, девушка немного поразмыслила, и, решив, что она уже заслужила хотя бы небольшую награду за пережитое смущение, достала её и сфотографировала себя.

С негромким звуком девайс сделал своё дело, оставив девушке картинку, которую позже можно будет перерисовать в скетчбук или вклеить в дневник…

Если она сможет проявить фото.

Или хотя бы начнёт вести дневник.

Блондинка положила камеру обратно и повесила рюкзак обратно на плечо. Спасибо развитому художественному чутью, она и без проявки с уверенностью могла сказать, что кадр получился удачным, и с готового несмазанного снимка на неё будет смотреть чумазая мордашка с торчащими из-под грязного капюшона спутанными светлыми прядями и довольно сияющими голубыми глазами.

Лиза улыбнулась. В конце концов, если кто-то сумеет захватить камеру и получить доступ к этому фото, то у него и так будет возможность посмотреть на её лицо. «Если только ты не потеряешь рюкзак», раздался ехидный голос в голове. Девушка вздохнула, продолжая непроизвольно улыбаться уголками губ, и продолжила путь.

Подойдя к магазину на Хайес Ойстер Драйв, блондинка нервно сглотнула, и, скрестив пальцы на удачу, зашла внутрь. В магазине не было никого, за исключением продавца, копающегося под прилавком.

Подняв голову, он увидел перепачканную девушку. Губы его злобно искривились, взгляд сверкнул злобой, и он резко выплюнул вместе с первыми же словами малейшую надежду на конструктивный диалог.

– Пришла полюбоваться, грязная хиппи?

– На что? – как можно развязнее бросила Лиза, решив, что пусть лучше её примут за хиппи, чем за бездомную.

– На что?! – лицо продавца налилось кровью, и он заорал, брызгая слюной. – Да после вчерашнего я вас, сволочей, близко к магазину не подпущу! Расплодились, уроды! Что, пришла полюбоваться на свою работу? Любуйся, наслаждайся, пока я полицию вызываю! – прорычал торговец, швыряя вытащенную из-под прилавка тряпку в противоположную стену.

Обернувшись, Лиза на мгновение лишилась дара речи. Все товары со стоящей у стены витрины были сметены на пол, а стена и освободившееся пространство были украшены десятком рисунков и граффити. Знаки анархии, изображения гениталий живых существ всех родов и видов, надписи вроде «К чёрту Кэмпбеллов!», но особенно выделялось огромное нарисованное сердце, охваченное пламенем, с надписью «С. + К.».

«Вот черт», подумала девушка, пока продавец в порыве гнева набирал номер. «Пора валить».

Выбежав из магазина, Лиза, оставив позади вопли торговца, привычным усилием разбила мир на осколки и отточенным движением потянула правую руку вперёд к одному из них.

В висках раздался стук, в глазах задвоилось, уши наполнились тишиной, текущей прямо по венам, и… Девушка остановилась, и, обернувшись и убедившись, что в этот магазин она никогда не входила, двинулась дальше по улице.

Необходимо было как можно скорее раздобыть пропитание, голод и жажда уже брали своё.

Проблема была в том, что единственным ближайшим источником драгоценных калорий была закусочная у Роузи – центр притяжения всего города на завтрак, обед и ужин, а также на все промежутки между ними, соваться в который было бы невероятно глупой идеей, даже если предположить, что Смарты и все, кто знал Лизу, всё-таки покинули город.

«Не все», вздрогнула девушка, инстинктивно отворачиваясь, когда из тёмной двери справа по улице быстро вышел молодой мужчина с негустой светлой щетиной и быстро направился прочь по улице, в противоположную от Лизы сторону.

Лишь в последнюю секунду девочка узнала в нём Брайана Фрэнкли – парня на пару лет старше её с Кейси, жившего на параллельной улице. Сейчас бывший отличник выглядел больше похожим на подозрительных личностей, которых девушка неоднократно видела в тёмных окрестностях Ньюпорта.

Она могла бы со стопроцентной уверенностью сказать, что он приторговывает наркотиками.

Если бы не знала Брайана Фрэнкли.

«Никого не щадит время. И кадровая политика Кэмпбеллов».

Подождав, пока парень свернёт за угол, Лиза выдохнула и медленно продолжила свой путь, постаравшись прикрыть непослушными прядями как можно большую часть лица.

Возможно, стоило побродить по окрестностям в поисках ещё одного магазина, но это могло затянуться надолго, а есть и пить хотелось здесь и сейчас... Невесёлый поток мыслей девушки прервал тихий голосок, неожиданно раздавшийся справа.

– Привет. Ты немного испачкалась. Дать тебе салфетку?

Лиза обернулась и увидела аккуратно и скромно одетую девушку одного с ней роста с пучком рыжих волос на голове. Незнакомка скромно улыбнулась, протягивая блондинке пачку салфеток, держа в другой руке пачку листовок. Секунду поколебавшись, Лиза с благодарностью вытащила салфетку из пачки и протёрла лицо.

– Спасибо. Я уже думала, что придётся идти к океану.

– Но там же вода грязная. – хихикнула девочка.

– Думаешь, я чище? – непроизвольно улыбнулась в ответ Лиза. Девушка почему-то сразу ей понравилась.

В животе громко забурчало, прерывая зарождающуюся беседу.

«Вот черт», выругалась про себя девушка.

Лицо незнакомки мигом приняло сочувственное выражение.

– Ты голодна, да? Вчера мы устраивали воскресный обед для бездомных, и ещё осталось немного супа... Эмм... Я не имела в виду, что ты... Кхм... – потупила взор девушка, милый румянец вспыхнул на её щеках.

При мысли о горячем супе желудок блондинки свело в предвкушении.

– Мы?

– Ну, мы, Объединённая Методистская Церковь Арминианской Концепции Свободной Воли Тилламука... Если хочешь... – продолжала смущаться незнакомка.

«Проповеди в обмен на еду и электричество», быстро прикинула девушка. «Звучит как выгодная сделка».

– Как тебя зовут, благодетельница? – с хитрым прищуром спросила блондинка.

– Мэй. Мэй Роджерс. – все ещё покрасневшая девушка осмелилась поднять взгляд, увидев заигравшую на губах собеседницы улыбку.

– Скажи мне, Мэй Роджерс, есть ли в Объединённой Методистской Церкви Арминианской Концепции Свободной Воли Тилламука розетка?

* * *

Горячий, только разогретый в микроволновой печи на церковной кухне грибной суп источал вызывающий слюну аромат.

Лиза нетерпеливым взглядом смотрела на осторожно несущую к грубому деревянному столу тарелку с обжигающей жидкостью Мэй, уже перестав обеспокоенно поглядывать на подключённые к розетке нетбук и смартфон.

Разложив столовые приборы перед голодной блондинкой и заварив чай, девушка села напротив уплетающей за обе щеки Лизы, наслаждающейся каждой каплей горячей еды.

– Вкусно? – Лиза утвердительно замычала, не прекращая процесс поглощения пищи.

– Мы почти всю субботу готовили его. Ожидалось, что придут около пятидесяти человек из Нетартса, Фэйрвью и Айдавилла, поэтому к нам приехали пара человек из Христианской Церкви Реформации на помощь, однако пришло всего около тридцати бездомных и нуждающихся. Мэри Снайдер предлагала приготовить что-то из вторых блюд вместо супа, тогда бы мы смогли покормить животных остатками, но, что сделано, то сделано... Сейчас мы планируем ещё несколько мероприятий, поэтому я специально вернулась в город на пару недель раньше. – щебетала довольная своей работой девушка.

Лиза подняла взгляд.

– Ты не из Оушенсайда?

– Нет, я приехала сюда в прошлом году из Пайн Сити, поступила в Дельту. Я была так счастлива! В колледже самые лучшие преподаватели на всем северо-западном побережье! Ну, быть может, не считая Сиэтла. – запнулась на секунду блондинка. – А ты местная? Ни разу не видела тебя в городе.

«Дельта, хм... Знакомство с тобой может оказаться еще полезнее, Мэй Роджерс».

– Нет, я только приехала. Сегодня. – не моргнув глазом, солгала Лиза, быстро освежая в памяти подготовленную легенду. – Я из Ньюпорта, он в паре часов езды к югу отсюда. Выиграла грант на обучение в Дельте, и сразу сюда. Меня зовут Эмма. Эмма Доу-Джейнс.

– О, очень приятно познакомиться, Эмма! Ты тоже будешь учиться в колледже? – расширились глаза девушки. – Ты уже решила, в какие классы запишешься в первую очередь?