Текст книги "Хозяйка трактира для Демона (СИ)"

Автор книги: Мирослава Адьяр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Ника, ты попала

Я висела в густой темноте. Ни пола, ни потолка, ни единого лучика света. Казалось, что за окном просто глубокая ночь да и я всегда задергивала шторы, чтобы солнце не било в лицо утром.

Протянув руку в сторону тумбочки, я рассчитывала нащупать мобильный телефон, но пальцы не ухватили ничего.

Ни тумбочки, ни телефона.

Пустота.

Какого черта?!

Дернувшись, я попыталась подняться, но в этот самый момент опора просто пропала, заставив меня кувыркнуться вниз головой да так и зависнуть, не в силах вернуться хотя бы в прежнее положение.

– Эй! Что происходит?!

Орала я так, что горло сдавило болезненным спазмом.

Но ответа не последовало.

Голову пронзила острая пульсирующая боль. В виски будто методично вбивали гвозди, да с такой силой, что все тело сотрясалось от сдавленных стонов и подкативших рыданий.

– Ника, вечно ты копаться, как улитка!

Голос подруги ударил в голову колокольный звоном. Мы должны были пойти гулять сегодня. Сегодня же? Или это было вчера?

Я не могу вспомнить!..

– Смотри!

Перед глазами всплыла тусклая картинка знакомой улицы. Кожу обожгло жаром, воздух был такой густой и влажный. Не удивительно, на улице – разгар лета.

Вот и кофейня на углу.

Вывеска еще такая странная. Рыжий кот, свернувшийся в бублик вокруг дымящейся кофейной чашки.

Она увидела там кого-то…

Кого?

– Это не твой Марк?

Марк. Такое знакомое имя.

Боль медленно отпустила голову и стекла куда-то к сердцу. Оно застучало сильнее, колотилось о ребра, как сумасшедшее, хотело вырваться прочь и сбежать в темноту.

Моего жениха звали Марк, точно.

Он был в кофейне с другой. Они смеялись, говорили, склонившись друг к другу, он заправлял волосы ей за ухо.

Я так сильно разозлилась.

Выскочила вон.

А что потом? Почему я не могу вспомнить?!

– Хи-хи! Потому что ты умерла, милочка, – над моей головой раздался тихий злой голос.

Высокий, старушечий и скрипучий говор, каким обычно бабульки у метро предлагали купить цветы или семечки, прибил меня к месту и сковал по рукам и ногам, даже головой не пошевелить.

Меня резко крутануло в воздухе, перед глазами заплясали разноцветные мушки и сильно затошнило.

Но еще больше затошнило, когда я все-таки рассмотрела “старушку”.

Огромное лицо исполосованное глубокими морщинами покачивалось на тонкой “лебединой” шее. Оно было настолько колоссальным, что казалось, будто голова занимает все пространство передо мной. Совершенно черные глаза лишенные белков вперили в меня такой взгляд, что захотелось сжаться и спрятаться куда-нибудь.

– Какая прелесть!

Из-за первого лица вынырнуло второе – в этот раз женщины лет сорока, обрамленное черными волосами. Гладкая белая кожа, румянец, темные брови вразлет. Ее глаза были закрыты.

– Как жаль, совсем молоденькая ещё.

Старуха презрительно фыркнула.

– Молодая, старая! Судьбе нет дела до возраста. Нам шанс подкинули, будем использовать, что есть.

В темноте шевелится кто-то ещё. Оно не показывало, держалось в стороне, но я отчетливо видела, как сверкают во мраке ясные голубые глаза.

– Как тебя зовут, детка?

Женщина склонила голову на бок и слабо улыбнулась. Выглядело это жутко.

Кому бы не стало страшно, когда перед тобой два ряда здоровенных острых клыков?

Я почувствовала, что дышать стало легче, даже язык отличается от нёба.

– Н-ника. Вы кто такие?!

– Говорливая попалась! – старуха недовольно цыкнула. – Неважно это уже, птичка! Ни имена наши, ни природа. Важен будет только наш вопрос и твой ответ.

– Ну зачем ты так, сестрица? Разве нельзя объяснить все по-человечески?

– Можно! Если бы я была человеком.

Женщина покачала головой, на её лице отразилась самая настоящая жалость.

Темнота вокруг всколыхнулась, оказалась меня с ног до головы. Мысли метались в голове, прыгали с одного на другое и только одна из них красными неоновыми буквами вспыхивала прямо перед глазами.

"Они сказали, что я умерла".

Этого просто не может быть…

Я шла в кафе.

Я видела жениха с другой. Выскочила вон. Что потом?

Что же потом?!

– Жизнь людей быстротечна, милая. Так уж случилось, что твоя оборвалась слишком рано.

– Этого не может быть…я была с подругой! Я ведь была…

– Да хватит с ней возиться! – загудела старуха и неведомая сила подняла меня выше, прямо на уровень ее подслеповатых глаз. – Слушай, птаха, у тебя больше нет тела в твоем далеком мирке. Но мы хотим предложить тебе сделку.

– Кто вы?

Я с трудом смогла это сказать. Горло снова стянуло невидимыми путами, почти лишая дыхания.

– Сейчас – мы прядильщики твоей судьбы, – старуха, точнее ее огромное лицо качнулось вперед, отчего в нос ударил кисловатый запах, какой обычно исходит от полежавшей в кладовке одежды. – Скажи мне, птаха, ты хочешь жить?

Я не могла сосредоточиться на вопросе. Все плыло перед глазами, а в груди медленно росло жгучее, удушающее чувство несправедливости. Оно грозило разорвать меня на части, а сопение старухи становилось все нетерпеливее.

– Но ведь я умерла. Как вы вернете меня назад?!

– В свой мир ты больше не вернешься, милая, – тихо ответила женщина. – Но мы дадим тебе другой мир и иное тело. В обмен на небольшую услугу.

– Чего вы хотите?

Мой голос звучал просто жалко.

Сломлено, глухо и болезненно.

Какая разница, что я отвечу, раз выбора, как такового, больше нет? Я даже не смогу ни с кем попрощаться…

Как глупо.

– Буду считать, что твой ответ “да”, – проскрежетала старуха. – Будет сложно вначале, но ты потерпи. Рождаться – это всегда больно. Все, что тебе нужно знать ты найдешь рядом с новым телом.

– Подождите! Я…

Ничего больше сказать я не успела.

Меня подкинуло вверх и сразу же потянуло вниз, в колоссальную черную искрящуюся воронку. Руки и ноги прошили тысячи иголок, растянуло в стороны, будто нечто пыталось вывернуть конечности из суставов.

Мой крик утонул во мраке.

А через секунду над головой сомкнулась воронка, отрезая меня от лиц прядильщиц.

***

– Твою мать!

Приземление было жестким и болезненным. Я рухнула прямо посреди комнаты, на деревянные доски и сразу же услышала натужный хруст. Пол просел и разошелся, как прогнившая ткань, а я застряла в образовавшейся пробоине, раскинув руки в стороны.

Картинка перед глазами появлялась вспышками.

Деревянные балки низкого потолка, лохмотья паутины, столы с подломившимися ножками. В крыше зияло несколько дыр, через которые вниз капал дождь. Его шум был слышен за окном.

В воздухе царила сырость и запах плесневелого хлеба.

Дернувшись пару раз, я болезненно поморщилась и только сейчас заметила, что сжимаю в кулаке что-то похожее на старинный пергамент.

Он был запечатан и выглядел потрепанным. Один уголок был помят и надорван.

– Да что же это?!

Ударив рукой по полу, я, собрав остатки сил, выбралась из дыры и села рядом, дрожа от холода и ужаса.

Я даже не знала, где я.

И отчетливо слышала, что там, на улице, кто-то ходит.

Условия сделки

Я мертвой хваткой вцепилась в свиток и подумала, что раз уж меня ничего хорошего не ждет, то самое время прочитать инструкцию от двух непонятных женщин. То, что это письмо сунули мне они – сомнений не возникло.

Надеюсь тот, кто шастает на улице подождет и даст мне время немного разобраться в ситуации.

– И что тут у нас?

Я боялась, что пергамент сейчас просто развалится в руках – таким хрупким и старым он выглядел. Чуть-чуть надавить и обрывки полетят во все стороны.

– Не вздумай рассыпаться, – проворчала я под нос и впилась взглядом в размытые корявые строчки.

Будто какая-то старушка с тремором писала, честное слово!

– Так, тебе дан второй шанс, бла-бла-бла. Давайте уже условия сделки!

Пробегая строчку за строчкой я наконец добралась до предпоследнего абзаца.

“Этот трактир – место силы. Тут сходятся пути живого и мертвого, нити магии, пронизывающие мир, древние дороги, по которым когда-то странствовали последние повелители драконов. И это место требует ухода и восстановления. Ему нужен хозяин, что крепкой рукой возродит былое величие. Судьба не просто так занесла твой дух в наши владения, и в обмен на новую жизнь – ты станешь этим хозяином. Не думай сбежать!”.

Я невольно закатила глаза. Ну вот, мы добрались до условий.

“Мы будем следить за тобой. Мы в каждой тени, в каждом шорохе за окном, в шелесте листвы и крике птицы. Попытаешься обмануть или удрать – твоя душа навеки канет во мрак. Мы будем мучить и разрывать ее на части снова и снова, до конца времен! Преуспеешь – и тебя ждет щедрая награда. Помни, нет ничего, что мы не могли бы тебе дать”.

– Какое щедрое предложение.

“На твоей правой ладони есть знак. Он не даст постороннему управлять этим местом. Только ты хозяйка и никто не сможет оспорить это право. А если попытается, то трактир не позволит причинить тебе вред. Пользуйся этой силой с умом”.

Я перечитала письмо еще раз.

Ничего нового, в целом – даже слишком подробная инструкция, написанная для дураков. Никаких тебе туманных намеков или загадок. Даже обидно, о таком в книгах не напишут, там про все догадываться нужно, искать ответы, а тут…

Будь послушной или отправляйся в ад. Если все сделаешь правильно – дадим тебе конфетку.

В ад не хотелось. И сразу же вспыхнул лучик надежды, что раз попросить можно что угодно, то разве не получится попроситься домой?

Разве это много?

Чувство необъяснимой потери накатило с такой силой, что я отложила пергамент и прикрыла глаза. Мне было уже наплевать и на этот трактир и на того, кто там шастает, скрипит и трещит, и на капли дождя, падавшие через дыры в крыше.

В груди стало холодно и колко, к горлу подкатил удушливый ком тошноты и я сцепила зубы, чтобы к грязи вокруг не добавилась еще одна дурно пахнущая лужа.

Подтянув ноги к груди я уткнулась носом в колени.

Хорошо, что мама с папой не дожили до этого момента. Плохо так думать, но им хотя бы не придется смотреть на мое изувеченное тело.

Мне показалось, что я услышала крик подруги, скрип тормозов. Уши резануло с такой силой, что я зажала их ладонями и зажмурилась, сжалась в клубочек и завалилась на бок, стараясь занять как можно меньше места.

Растворится в пыли.

Исчезнуть.

Хотелось заорать, но в уголке черепной коробки сработал какой-то выключатель, что помешал издать даже хриплый писк, не то что крик.

Все инстинкты внутри взбунтовались, предупреждая об опасности. Не самое лучшее место для крика и истерики, потому что я нутром чуяла, что не одна, поблизости все еще кто-то есть.

Помни, нет ничего, что мы не могли бы тебе дать.

– Я это запомню. И лучше молитесь, чтобы вы и правда могли исполнять все желания.

Подняв к глазам правую руку и увидела тонкие линии знака на ладони. Круг с вписанным в него тонким рисунком стрекозы. Там еще были какие-то символы, но они остались для меня полной загадкой.

Не все ли равно, что там написано?

Разобраться бы, как это работает.

Шум за стеной усилился и стоило мне только подскочить на ноги, как дверь трактира отлетела в сторону и, ударившись о стену, просто рухнула на землю грудой ржавого металла и щепок.

Порыв ветра ударил в лицо, в глаза полетела грязная дождевая морось.

– Стой на месте!

Рявкнул кто-то как заправский командир. Я услышала топот ног, бряцание, стук и тихое рычание.

Проморгавшись, я едва не села там же, где и стояла.

В трактир набилось человек десять, все вооруженные здоровяки, с мечами в руках, кровавыми отблесками в глазах и недобрыми ухмылками. Они расступились всего на мгновение, пропуская вперед еще одного человека и сразу же сомкнулись, стоило ему войти.

– Я же говорил, господин, – подал голос один из мужиков.

Незнакомец остановился всего в шаге от меня и откинул назад плотный темный капюшон, скрывавший его лицо.

Мне пришлось поднять голову, потому что незнакомец оказался слишком высоким, и глядя перед собой я могла рассмотреть только застежки его плаща и красную вышивку на груди.

Чувство собственной ничтожности, будто ты крохотная букашка перед лицом непреодолимой опасности, мне совсем не понравилось.

Сжав руки в кулаки, я старалась держать прямо.

И это было очень сложно, особенно когда тебя рассматривают холодные, серые, совершенно безразличные глаза.

Таких мужчин в моем мире обычно называют “холеными” или “породистыми”, но мне такие сравнения никогда не нравились. Мы же не лошадь описываем в самом деле.

Так что я бы использовала “охрененно красивый”. Так будет точнее.

Прямой нос, резко очерченная линия челюсти, отчего казалось, что об этот идеальный подбородок можно бумагу резать. Аккуратная бородка обрамляла тонкие губы, темные брови вразлет сошлись к переносице, но мне почему-то показалось, что это вообще обычное состояние именно этого мужчины.

Вечно хмурый темный властелин неизведанных земель. Одной рукой карает, другой милует, третьей чистит яблоки.

Его ресницам бы позавидовали девчонки восточных кровей, а вот густоте черных волос завидовала уже я.

Впрочем, я не видела еще, в какое тело меня затолкали, вдруг там все не так уж и плохо.

Кроме роста в полтора метра.

– Увидела что-нибудь интересное? – голос у незнакомца был как описывают в любовных романах.

Вся эта история про низкий вибрирующий баритон, от которого подгибались коленки и волоски на руках становились дыбом – это про него.

Нужно что-то ответить, а не просто пялиться.

– Увидела, – надеюсь, это прозвучало храбро. – Правда тут темновато, чтобы рассмотреть получше.

В руках мужчины из ниоткуда появилась черная трость с массивным навершием в виде волчьей головы. Я даже пискнуть не успела, как он ударил стальным концом в землю и вокруг нас поднялись полупрозрачные голубоватые стенки.

Мы оказались в кубе неизвестно из чего, отрезанными от мира вокруг.

Вот гадство…

– Сейчас мы поговорим, – сказал незнакомец. Его глаза обдали меня ледяной стужей. Потянувшись к внутреннему карману он извлек оттуда что-то похожее на самокрутку и, щелкнув пальцами, вызвал прямо из воздуха крохотный голубоватый огонек. – И я подумаю, убить тебя на месте или бросить в тюрьму.

Временная хозяйка

А в тюрьму за что?!

Я вообще не местная, только прилетела, правил не знаю, мира не видела. Странно, конечно, что я понимаю его речь. Наверное это какая-то божественная магия тех самых высших сил, что обещали за плохую работу отправить меня в ад.

Спасибо и на этом, не придется притворяться глухонемой.

– И в чем меня обвиняют?

Я отступила, уперлась спиной в преграду и почувствовала, как от стены исходит настоящий лютый холод, пробирающий не только сквозь одежду, но и сквозь кожу и мышцы, продирая до костей.

– В этом месте запрещено колдовать, – мужчина выдохнул вверх облако густого дыма, и учуяв запах табака я поморщилась и отвернулась. – Более того, здесь вообще запрещено находиться. Все нарушители отправляются за решетку, до выяснения.

– Я не нарушитель, – помахав рукой перед лицом я пыталась отогнать горьковатый дым. – Я тут всем заправляю!

Подняв ладонь так, чтобы мужчина видел отпечатанный на ней знак, я криво улыбнулась впервые заметив хоть какую-то эмоцию на его лице.

Легкое удивление.

Даже не так. Легчайшее!

– У этого места не было хозяина несколько поколений.

По голосу не понять: поеду я сидеть в тюрьме или меня прямо сейчас оставят в покое. Хотелось бы остаться, мне тут еще вон, ремонтом заниматься, работу работать, хозяйство поднимать. Меня ждет любое желание и хотелось бы побыстрее перейти от трудов к награде.

– Теперь есть! У меня здесь все схвачено, скоро открытие.

Мужчина снова затянулся и шагнул ко мне. От неожиданности я даже зажмурилась, когда широкая ладонь ударила в стену прямо у моей головы. Незнакомец медленно выдохнул, окутывая меня кольцом белого дыма, а тонкие дымные нитки вплелись в мои волосы, точно живые.

Я не могла пошевелить ни единым мускулом, точно прибитая гвоздями. Даже вздохнуть лишний раз боялась.

– Да ты, мелочь, хоть понимаешь, хозяйкой чего ты стала?

– Место силы, перекресток каких-то дорог, правильно?

Мужчина демонстративно закатил глаза.

– Еще одна недоучка, – он щелкнул пальцами, и самокрутка исчезла. Незнакомец сжал пальцами переносицу и тихо выругался. В недовольном шепоте я отчетливо расслышала “тьма меня раздери” и “чтоб вас дикие собаки во мраке драли”.

– Проваливала бы ты к дэйвовой матери отсюда. Оставила бы трактир тому, кто знает, как с ним обращаться.

Я только пожала плечами.

– Не могу. У меня договор.

– С кем это?

– Это секретная информация! Но уйти я не могу и точка.

Трость ударила в пол и куб вокруг нас растворился. Вот так просто? Он уйдет и меня никто не посадит? Значит этот рисунок и правда местным знаком! Это упрощает дело.

– Знакомьтесь, господа! – рыкнул мужчина. – Новая временная хозяйка трактира. Капитан Мор! Потрудитесь заново организовать патрули.

Один из здоровяков, высоченный детина с светлыми пшеничными волосами и густой бородой коротко кивнул.

Во взгляде, которым он меня наградил отчетливо читалась жалость.

– Слушаюсь, господин.

– Почему это временная хозяйка?

Незнакомец улыбнулся. Гаденько так, ехидненько.

– Потому что до тебя многие пытались.

– Но ты же сказал, что хозяина здесь не было несколько поколений!

– А их и не было. Печать не делает тебя хозяйкой, мелочь. Она просто дает тебе шанс.

Я уперла руки в бока и вытянулась со всей силой, чтобы казаться хоть немного выше.

– У меня имя есть! Меня зовут Ника. Ни-ка!

– Не дери горло, я уже забыл, – мужчина отвернулся и двинулся к выходу. Его люди уже растворились в темноте на улице.

– Проблемы с памятью лечить надо, – буркнула я.

– У меня нет привычки держать в голове всякое ненужное барахло, – в его руке снова появилась самокрутка и огонек. – Скоро ты исчезнешь, как и многие до тебя.

Он вышел вон и я расслышала брошенное напоследок:

– Удачи тебе, временная хозяйка.

***

Слишком легко. Не бывает ведь в жизни так легко, правда? Вот только тебе угрожали тюрьмой и вдруг просто попрощались и оставили один на один с полуразвалившимся домом.

Трактиром, простите.

Это трактир.

– Нужно осмотреться что ли, – я все еще не могла стряхнуть с себя ощущение страха, оставшееся после беседы с…я даже не знаю его имени.

– Ну и ладно! Он-то мое тоже не потрудился запомнить. Курильщик, чертов. Фу!

Я не переносила запах дыма и всегда старалась отходить от курящих людей подальше.

Оставшись один на один с пустотой, я принялась осматривать помещение. Когда-то здесь был большой зал, столы и стулья давно превратились в труху, а те, что смогли уцелеть, валялись в самом дальнем углу. У некоторых стульев не хватало ножек и перекладин на спинках. Дерево давно потемнело от времени и влаги.

Пол тоже оставлял желать лучшего. Доски скрипели под ногами, стонали и дрожали, стоило только надавить чуть сильнее.

Большая часть окон – без стекол и ставен. На противоположной от двери стороне – барная стойка. Правда, здесь она, наверное, по другому называется, но чего я буду выдумывать? Если что-то выглядит, как барная стойка, то это она и есть.

За ней справа – ход в другую часть трактира.

– Етить колотить, тут есть второй этаж! – застонала я и остановилась о напрочь сгнивших ступенек массивной лестницы.

Лучше туда пока не ходить. Не хватало еще провалиться и ноги себе переломать.

Фронт работ – от рассвета и до бесконечности.

Слева от стойки был проход в небольшое помещение с очагом.

Кухня. А за ней?

Там нашлась еще одна дверь в крохотную комнату. Три на пять шагов, не больше, с одним узким окном почти под потолком, старой кроватью, столом, шкафом и массивной тумбой. Где-то тут должен был быть стул или кресло, но время его не пощадило.

– Сколько же прошло с того последнего раза, когда здесь был хозяин?

Я видела только очертания предметов, глаза достаточно привыкли к темноте. Протянув руку я коснулась стола и двинулась дальше, скользя ладонью по шершавой влажной поверхности. Пальцы натолкнулись на что-то холодное и круглое.

Ручка?

Потянув на себя я, кряхтя, вытащила узкий ящик, где нащупала что-то похожее на книгу. Увесистый талмуд, что с трудом получилось поднять и положить на стол.

Хорошо, если это какие-то рабочие записи, иначе самой мне не разобраться. Я даже не знала, за что хвататься в первую очередь! Нужно все ремонтировать. Починить крышу, перестелить пол, новая мебель…

А если это трактир, то здесь нужно и кормить постояльцев. Это продукты, деньги, которых пока что нет.

– Боже, ну и засада…

Что-то грохнуло в главном зале и послышалась тихая ругань и стон.

– Да вы издеваетесь что ли?!

Я вылетела из комнаты с четким планом в голове. Планом основанным на насилии. Найти бы сейчас только что-то потяжелее, да как пройтись по хребту незваному гостю! Сколько можно тут шляться?! Стражники, их странный господин, теперь вот еще кто-то решил завалиться.

– Конец тебе! – прошипела я, подхватив с земли первую попавшуюся палку, и застыла посреди зала, всматриваясь в темноту.

Я не ожидала, что почти сразу вспыхнет свет и больно ударит по глазам. И не думала, что услышу высокий мальчишеский голос.

– Ты кто?!

Обалдев от такой наглости, я быстро нашлась, что сказать.

– Это ты кто?! Это мой дом, найди себе другой!

Повисла тишина, нарушаемая только нашим общим злым сопением.

Когда я, наконец, проморгалась и привыкла к свету, то рассмотрела незваного гостя и поняла, что передо мной всего лишь ребенок. Мальчишка лет тринадцати, всклокоченный, промокший воробей, смотрящий на меня исподлобья зло и испуганно. Рядом валялся какой-то холщовый мешок, а в руках он сжимал светящуюся сферу.

– Тут еще вчера не было хозяина!

– Теперь есть, – я немного успокоилась. Что мне сделает обычный ребенок? Он выглядел, как ручка от швабры, даже странно, что он мог этот “рюкзак” на себе тащить.

– Я здесь всегда ночевал! – в голосе мальчишки прорезался вызов. – Некуда мне пойти!

Бездомный? Он же еще ребенок!

– А что ты днем делаешь?

– Тебе какое дело?!

– Будешь голос повышать и я тебя за дверь со свистом вышвырну.

Мальчишка надулся, его щека дернулась и было заметно, что он хочет сказать что-то грубое, но в последний момент проглотил все вертящиеся на языке слова.

Оружия я не заметила – это плюс. даже если парнишка решит напасть, то есть шанс отбиться.

– На рынке в городе работаю.

– И спишь здесь?

– А тебе какое дело?

– Я теперь здесь хозяйка, понятно?

Мальчишка недоверчиво засопел.

– Но ты можешь остаться, если пообещаешь не создавать проблемы, – я обвела зал рукой. – У меня их и без тебя достаточно.

– Правда? Ты просто дашь мне остаться?

Тяжело вздохнув, я положила палку на землю.

Местный житель – это хорошо. Он поможет разобраться, что здесь и где, как работает, где можно найти нужные для ремонта материалы, о правилах расскажет, законах, окрестностях.

С ребенком проще договориться, чем с той же стражей.

Или их господином. Бр-р, даже вспоминать страшно!

– Баш на баш. Ты поможешь мне, а взамен – живи, сколько захочешь.

– Чудная ты! А вдруг я грабитель и задушу тебя во сне?

Я усмехнулась.

– Хах! Трактир хозяина защищает. Смотри, чтобы у тебя голова не лопнула, если посмеешь на меня напасть!

Я, правда, не знала, как эта самая магия работала, но кто сказал, что немного вранья – это плохо?

Особенно когда ты на пороге отчаяния.

Демон этого города

– Господин Вэйл, с сегодняшнего дня патрули будут заходить и на Белый Холм, как вы и хотели.

– Благодарю, капитан.

Мор замялся, хотел сказать что-то еще и я сразу понял, о чем пойдет речь.

О мелочи, что сейчас занимает место хозяйки трактира.

Капитан – добрая душа, он искренне пытался помочь каждому такому хозяину, потому что верил, что у трактира должен быть господин.

“Такое место нельзя оставлять без присмотра. Сами боги хотят, чтобы оно принадлежало кому-то”.

Когда-то трактир “Три хвоста” был очень популярным. Я бы даже сказал – уникальным местом. Это узел силы, перекресток магических путей и даже сейчас, спустя десятилетия запустения, я чувствовал, как каждая кость в теле вибрирует, откликаясь на то, что издревле прячется под трактиром.

В темноте древних катакомб таилась сила повелителей драконов. Сама их кровь, что когда-то превратилась в камень и дремала, каждый раз ожидая пробуждения.

Но никто не смог её подчинить. Все прошлые хозяева – жалкие недоучки не способные понять, за какой конец меча держаться.

Они либо бежали в первые же дни, либо отпускали руки как только понимали, сколько сил, труда и денег уйдёт на восстановление.

Ничего не даётся просто так. Если ты хочешь красивое спелое яблоко, то искать его нужно на верхушке дерева, а не в гнилье под ногами.

А кто-то сбегал чуть позже, когда каменная кровь начинала им отвечать. Такое случалось, когда хозяин был способным, когда всем бурлила сила.

Они пугались, а на следующее утро трактир снова пустел.

Бесконечный круговорот людей, чьи лица я перестал запоминать.

И что я вижу опять?

Очередная хозяйка, которая хорошо если перешагнула свой двадцатилетний рубеж. Полтора метра рыжего позора, что даже не смогла защититься с помощью силы печати.

Умей она ей пользоваться – трактир бы встал на защиту новой госпожи, но под моими ногами не шевельнулась ни одна доска, а в стенах не скрипнули гвозди.

Она смотрела на меня своими янтарный глазищами и пыталась отшучиваться.

Даже жаль.

Девчонка не подозревает, что ее ждет. Все связи давно утраченные, все придется начинать с нуля.

– Не думаете, что стоит…немного помочь?

Мор весь напрягся и вытянулся в струнку. Почувствовал мое недовольство.

Наклонившись вперёд, я уперся локтями в гладкую поверхность стола и положил подбородок на сплетенные пальцы. Настроение было благодушное, даже ленивое.

Но я бы и пальцем не пошевелил, даже учитывая, что капитан мой хороший друг и преданный воин.

Мор за мной и в огонь, и воду, но есть вещи, которые я не взвалю на свои плечи.

Хватит.

Я устал помогать.

Предпочитаю позицию циничного наблюдателя. Это безопаснее. И дешевле.

– Вы же понимаете, что она никогда не договорится с подгорным народом без вашей помощи. Их правитель…

– Тот самый, что обещал отрезать мне хозяйство, если я ещё раз покажусь в его королевстве? Пожалуй, я не стану вмешиваться.

Мор упрямо мотнул головой.

– Но у вас есть влияние!

– Только не на его здравый смысл.

В груди не шевельнулось абсолютно ничего. Да, девочке будет сложно, больно, очень тяжело. Но любая помощь хозяйке трактира в итоге выйдет боком.

Если мелочь окажется сообразительной и упрямой, как стадо баранов, то её ждёт успех.

Если нет…

Тогда трактир и его сила будут ждать другого хозяина.

Мор же не собирался отступать.

– Если все сложится, маги всего мира снова потянутся сюда. Город будет процветать! Кто знает, вдруг сами повелители вернутся…

Я не смог сдержать кислый смешок.

– Да ты оптимист. Но давай вспомним, чем закончились все наши прошлые попытки? Правильно, ничем. У меня нет никакой уверенности, что эта девчонка – та самая, единственная, сильная и не сломается. Скорее я поставлю на её неизбежный провал, – я сделал вид, что решил заняться бумагами. Только бы Мор от меня отстал. – Никакого вмешательства. Я понятно говорю, капитан?

Мужчина нахмурился и недовольно поджал губы. Эх, видать рыжие шмакодявки в его вкусе. Далась ему эта…как её там? Ника?

Кажется, да.

– Вспомни своего друга Эдара. Он пытался помочь прошлому хозяину и что с ним стало?

– Это была случайность…

– Люди "случайно" не вспыхивают, как спички, в закрытой комнате где нет даже огарка свечи. Это место приносит только беды. И больше ничего.

Может и случайность, конечно.

Но я бы не стал рисковать и терять из-за этого людей – не хотел.

Город живёт своей спокойной жизнью, как и жил.

На этом все.

– Не разочарованный меня, Мор. Держись от трактира подальше. Пусть все идет своим чередом.

А рыжее недоразумение гуляет подальше от моего города.

И меня заодно.

Знакомство с собой

– Держи крепче!

– Да держу, шевели ногами!

Что в первую очередь может сделать девушка, оказавшись посреди ничего, в заброшенном доме, мокрая, как мышь, в непонятной одежде и чужом теле?

Правильно!

Обследовать подвал в поисках зеркала.

Добраться до второго этажа – миссия невыполнимая для меня в данный момент.

Разве что мне все надоест, я впаду в глубокое уныние и решу добровольно свернуть себе шею в попытке добраться до прогнившей насквозь утробы трактира.

И вот, мы залезли в подвал.

В погреб. В черное, влажное, скользкое и душное подполье. Именно так должны выглядеть кишки дракона.

Моего нового знакомого звали Дайс.

– Твои родители любители ролевых настолок, как я посмотрю.

– Чего-чего? – мальчишка, разумеется, не понял ни слова.

– Ничего, мой новый двадцатигранный друг, – всучив мальчику самодельный факел, скрученный на коленке из дерьма и палок, я подтолкнула его к лестнице в подвал. – Ты идешь первым.

Он закатил глаза и совсем по-взрослому покачал головой.

– Все девчонки одинаковые.

Очень глубокомысленно.

Лестница здесь выглядела покрепче, она даже не скрипела, не прогибалась и не стонала, угрожая провалиться от любого давления. Мальчишка осторожно спускался вниз, а я предусмотрительно держалась в двух шагах позади.

Что здесь может меня ждать?

Пауки. Плесень. Крысы.

Тараканы…

– Боже, – обхватив себя руками, я постаралась унять предательскую дрожь.

Нужно на что-то переключиться. Немедленно!

– Слушай, а кто этот мужик, которого стражники называют “господином”?

Дайс тихонько то ли ойкнул, то ли хрюкнул.

– Он что, был здесь?!

– Забегал в гости. Правда, ушел так быстро, что я даже чай предложить не успела.

– Это Вэйл Марра…Марриа…чего-то там. С непроизносимой фамилией. Он в городе всем командует, – Дайс понизил голос до заговорщицкого шепота. – Самый настоящий демон! Говорят, что ему тыща лет и он очень сильный маг.

– Целая тыща? А он хорошо сохранился.

– Он следит, чтобы никто здесь не вздумал колдовать. Трактир – дурное место. Говорят, что под ним настоящие катакомбы с древними невиданными силами. Если попробуешь тут магичить, то бум! Кишки по стенам разметает. И городу достанется!

– Надеюсь, хозяев этот запрет не касается…

Дайс беззаботно пожал плечами.

– Попробуешь и узнаешь!

Из-за скудного освещения подвал показался мне огромным. Тут стояли какие-то бочки, ящики, валялись мешки и я даже боялась в них заглянуть. Один только вид сгнивших овощей бросил бы меня в дрожь. А то, что там овощи мне подсказывал нос, сразу уловивший сладковатый тошнотворный запах гнили.

От земляного пола тянуло холодом и я порадовалась, что попала в тело в одежде и обуви. Кожаные сапожки знавали и лучшие времена, но не пропускали ни холод, ни сырость и на том спасибо.

– Ну и хламовник, – протянул Дайс. – Ты тут месяц убираться будешь!

Хранили внизу не только овощи, но и старые вещи, мебель, какие-то тряпки. В самом дальнем углу стояла пара массивных сундуков и, как ни странно, всамделишнее зеркало. Овальное, в деревянной раме, на изогнутых ножках.

– Тяжелая штуковина.