Текст книги "Жена на год (СИ)"

Автор книги: Милена Кушкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

– Что так взволновало моих девочек?

Я обернулась к двери и увидела Ксаврена, который стоял на пороге. Выглядел он довольно помято, но на лице играла довольная улыбка.

7.

*Ксаврен Тарукс*

Моя сбежавшая невеста вернулась менее суток назад, а я уже тяготился ее обществом.

Ее разместили в гостевых покоях, но нужно было решать дальнейшую судьбу.

Хелесия, как теперь ее звали, требовала восстановить свои права. Топала ножкой и настаивала на немедленном возвращении герцогского титула и отмены проведенного ею обряда.

Если бы это было возможно!

Бывшая то швыряла в меня вазой, то пускала в ход женские чары, пытаясь соблазнить прелестями нового образа.

– Кто тебе помог с новым телом? – спросил я, когда она ослабила шнуровку корсета. – Это ведь не иллюзия, не морок?

Такая магия стоила дорого.

Девица гордо вскинула подбородок. Пышная грудь, похожая на тесто, сбежавшее от кухарки, качнулась в откровенном вырезе платья.

– У меня все настоящее, можешь сам проверить, – качнув бедром, Хелесия приблизилась ко мне, схватила мою руку и прижала ладонь к своей груди.

– Не иллюзия, – произнес я внезапно охрипшим голосом

'Искусительница самодовольно улыбнулась. Во взгляде плясали хитрые огоньки.

– Я отвалила за перевоплощение целое состояние! – произнесла она, накручивая локон на пальчик. – Я дорого ценю себя.

Ложбинка между бесстыдно открытых грудей призывно манила, обещая наслаждение.

Заметив мое колебание, девица водрузила вторую мою руку себе на бедро.

– Хочешь посмотреть, что я для тебя приготовила? – спросила она томным голосом.

Меня засасывало в этот омут. Я тонул, влекомый обещанием неземного наслаждения.

Хелесия казалась сосредоточением всех жизненных соков, в то время как я был путником, иссушенным пустыней.

Передо мной была невероятно привлекательная женщина, которая была готова продемонстрировать все свои умения, подарить мне свое тело на час, день, а если я пожелаю – навсегда.

Но вот откуда у нее столько опыта? Со мной она была всегда холодна и не позволяла до свадьбы ничего, кроме довольно целомудренных поцелуев.

Я отстранился.

– Кажется, это блюдо было приготовлено для другого, – напомнил я. – Не хочу доедать то, что не пришлось кому-то по вкусу.

Ярость полыхнула в глазах моей бывшей невесты. Она зашипела и отшвырнула мои руки.

Игривая кошечка в одно мгновение превратилась в фурию. Нацелив на мое лицо остро заточенные коготки, Хелесия бросилась в атаку.

Я едва успел увернуться.

Но вслед мне снова полетели вазы, статуэтки, пара бутылок вина, а следом вообще все, что попалось под руку разъяренной девице.

Обстановка гостевых покоев была напрочь испорчена. Но это было не самое страшное.

В какой-то момент я испугался, что девушка навредит сама себе.

Пришлось скрутить ее, чтобы успокоить. Одной рукой держал ее запястья, а второй придавил к себе.

Она дергалась и брыкалась, стараясь отдавить мне ноги. Но даже сейчас она умудрялась извиваться и тереться об меня так, что против воли тело реагировало на нее.

Внизу стало горячо и болезненно тесно.

Не швырнуть ли мерзавку на кровать, чтобы получить то, что она так старательно предлагала?

Теперь мне было доступно то, чем она манила и терзала меня раньше.

Развернув Хелесию к себе лицом, я посмотрел ей в глаза. Дыхание стало тяжелым. Я толкнул ее к кровати.

Девчонка все поняла. Не отводя взгляда, она откинулась на спину. Одним движением выдернула шнуровку корсета и призывно посмотрела на меня.

– Кса-а-ан, – простонала она и облизнула губы.

И мне стало противно.

Я знал, что если проведу с ней ночь, то меня никто не осудит.

Бывшая герцогиня сама прошла обряд, который навсегда ее лишил титула и принадлежности к роду. И только от моего решения теперь зависело, станет ли она жить в достатке, или будет вышвырнута за ворота.

Но то, как она бесстыдно предлагала себя, говорило о том, что я ее совсем не знал.

Невозможно за пару недель обучиться искусству любви в таком совершенстве.

Я отвернулся.

На столе стоял чудом уцелевший графин с водой. А вот стаканы были рассыпаны по ковру мелкой хрустальной крошкой. Обхватил двумя руками толстые стенки и стал жадно пить прямо из графина. Прохладная вода освежала мысли и остужала тело. Я замочил сюртук и рубашку.

Сквозь прозрачные стенки я видел, как самодовольно улыбалась моя бывшая невеста. Она уже праздновала победу, упивалась своей властью надо мной.

– Хватит, – я резко опустил графин на стол.

Хелесия вздрогнула, но не перестала призывно на меня смотреть.

Я отвернулся к двери, чтобы не видеть ее.

– Сначала мы должны узнать, насколько ситуация серьезна. Возможно, ты сможешь вернуть если не внешность, то хотя бы какое-то родовое имущество, – с каждым словом я все больше успокаивался.

В голове выстраивался план.

– Я готова к любым проверкам, – голос Хелесии все еще был манящим.

– Я позову Николаса, – произнес я, направляясь к двери.

– Ты... вы будете делать это вдвоем? – в ужасе проговорила моя бывшая. – Ксан, ты с ума сошел?!

Я обернулся.

Какая же она жалкая!

– Одевайся, мы поедем на твои родовые земли, к источнику магии. Проверим, откликнется ли он на твой зов. – ответил я холодно.

Мне так и хотелось сказать ей какую-то колкость, унизить. Но едва ли кто-то смог бы ее сейчас унизить больше, чем она сама.

Я выскочил в коридор и поспешил к Николасу.

Мистерлинг обнаружился в кабинете, который он любовно называл своей лабораторией.

Поместив в круг из причудливых камней заветный кулон, он читал из ветхой книги заклинание.

Завидев меня, старый маг не прервал своего занятия, а лишь упреждающе поднял указательный палец, чтобы я немного подождал.

– Я пробовал новое заклинание, чтобы амулет был готов делиться с твоей сестрой магией. деловито пояснил он. – Давай отнесем его ей сейчас.

– Нет времени! – прервал его я. – Моя бывшая невеста хочет вернуть свое имя. Возможно, если мы отвезем ее к источнику, то все сработает лучше?

Я указал на амулет, который все еще был бесполезной безделушкой.

Но Николас покачал головой.

– Это могло сработать, если бы она вернулась раньше. Сейчас род Трейгард представляет другая девушка. Она прошла магический обряд, и ее принял источник.

Старец всегда был упрямым, но сейчас речь шла о жизни моей сестры!

– Мы должны использовать любой шанс! – рявкнул я, хватая его за руку. – В роду же не один человек, всегда есть еще люди. Да и кто знает, насколько качественно ей провели обряд?

Николас недовольно посмотрел на меня.

– Что ты хочешь? – устало спросил он.

– Мы отвезем Хелесию на источник и проверим, вдруг амулет ее примет! – решительно заявил я и протянул руку к кулону.

– Нет – воскликнул Николас и закрыл от меня магический артефакт. – Мы можем провести проверку Хелесии и без его использования. А амулет очень нужен твоей сестре. Без магической поддержки она может не протянуть даже до утра.

– Хорошо, – с тяжелым сердцем согласился я.

Я разрывался.

Пока Николас проводил вечерние приготовления, я приказал подготовить карету и артефакты для перемещения. Теперь я на правах супруга герцогини Гардии мог открывать порталы по всей территории этой провинции

Ехать решено было ночью, чтобы успеть прибыть на источник к рассвету.

Николас не торопился. Долго пробыл у Рианы, а вернулся довольный.

– На этот раз должно сработать, – сказал он с воодушевлением.

Мне хотелось верить старику, но пока ни один из предложенных способов лечения так и не сработал, мы смогли только затормозить развитие болезни.

Я вздохнул.

Хелесия даже в закрытом дорожном платье выглядела вызывающе. Каждое ее движение было наполнено истомой и похотью. Она двигалась, словно самка во время течки, влекомая лишь своими развратными инстинктами.

Николас только головой покачал, когда ее увидел.

– Не думал так быстро увидеть вас, – сказал он с некоторым осуждением в голосе. —Кажется, вы не нашли того, что так страстно искали, когда решили резко изменить жизнь.

Но моя бывшая невеста только фыркнула в ответ на его слова.

После полуночи пришла и жрица. Она приветливо кивнула мне, учтиво – Николасу. И с сомнением посмотрела на Хелесию, которая была больше похожа на распутную девку, чем на урожденную герцогиню.

Дорога в этот раз была лучше. Портал перенес нас в то же место, но даже ночью была заметна разница.

Лунный свет словно указывал дорогу; в лесу было сухо и чисто. Ни поваленных деревьев, ни внезапного болота на пути, будто кто-то прибрался к нашему приходу.

Я отчетливо помнил, как нес в прошлый раз после обряда бесчувственное тело Вианель, как боялся соскользнуть с бревна или лишний раз тряхнуть ее.

Когда я думал об этой иномирянке, то сердце наполняли тепло и благодарность. Невольно я поймал себя на том, что частенько думаю о ней.

Но что я знаю о ней настоящей?

Моя бывшая шла впереди и вдруг громко рассмеялась над шуткой, которую ей рассказал лакей, который нес корзину с дарами для обряда.

Я сжал кулаки, до хруста.

О, женщины! Все они одинаковы: коварны, расчетливы и похотливы!

Сначала одна обманула меня, а сейчас и вторая втерлась в доверие, прикидываясь кроткой овечкой.

На источнике все было, как и в прошлый раз: жрица пела, слуги зажигали огонь, а девушка стояла в центре.

Только вот ничего не происходило. Хелесия поднимала руки вверх, кружилась на месте и раскачивалась в такт пению жрицы. Но не было ни единого признака того, что все действо происходило на магически сильном месте, источнике первородной магии.

С таким же успехом мы могли устроить пикник в дворцовом саду.

– Может, нам надо было прийти на закате? – поинтересовался я. – Или день особый подобрать?

Николас только руками развел.

– Магия этой женщины не первородная, в ней есть лишь искра. Да и помыслы не так чисты.

К тому же она добровольно отреклась от своего рода, предала всех своих предков, – тихо сказал старик. – Источник не примет ее.

Обратно ехали молча.

Бывшая невеста выглядела поникшей и несчастной, по ее щеке тихо катилась слеза.

Мне стало жаль ее.

Она так бездарно потеряла все, что ей было дано от рождения.

И вместе с тем я был рад, что ничего не получилось. Не было необходимости быть с ней даже ради будущего сестры.

Вернулись во дворец мы уже утром. Во дворце я встретил взбудораженную Марлу.

– Вэйр Тарукс! Господин! – воскликнула нянюшка сестры. – Риане сегодня значительно лучше! Она искала вас, ждет в вашем кабинете.

Бросив все, я поспешил в свои покои, те, к своему удивлению, обнаружил не только сестру, но и свою супругу.

*Вианель*

Я хотела уйти.

Свое дело я сделала: довела Риану до комнаты брата. Больше меня там никто не ждал.

– Постой, – Ксаврен не просил, он приказывал.

Я вскинула на него взгляд, но на лице мужа не дрогнул ни единый мускул.

Я покорно вернулась и опустилась в кресло. Со стороны все казалось вполне приличным: муж попросил жену задержаться.

Ксаврен же внимательно выслушал сестру.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь размер трагедии. Это всего лишь уличный воришка, —заметил он, равнодушно стягивая камзол и расстегивая верхние пуговицы рубашки.

Но Риана была непреклонна и, кажется, могла вить из брата веревки. Стоило ей приложить ладонь ко лбу и картинно закатить глаза, как Ксаврен согласился послать кого-нибудь в город.

Хитрой девчонке тотчас стало ‘лучше’.

– Раз я выполнил твою просьбу, то и ты не откажи мне, – с улыбкой произнес лорд. —Позанимайся немного с Николасом.

Риана надула пухлые губки, но брату не отказала и отправилась к себе.

Когда мы остались наедине, Ксаврен развернулся ко мне. Он возвышался надо мной, словно гигантский айсберг над утлой лодочкой, которую швырял во все стороны жестокий шторм.

Чтобы посмотреть ему в глаза, мне пришлось запрокинуть голову. Я видела, как мощная грудь, обтянутая белой рубашкой, расширялась при каждом вдохе и натягивала ткань.

Казалось, что Ксаврену нравится вот так смотреть на меня с высоты своего роста. Наверное, чувствовал свое превосходство над жалкой иномирянкой. Возможно, даже ждал, что я буду что-то просить для себя.

Мои ногти впились в подлокотники кресла. Я старалась не замечать налитых мышц, что прорисовывались под тонкой тканью.

– Мелисмард богат, а его правитель обладает первородной магией, но при этом в столице мальчишкам приходится воровать, чтобы прокормить себя. И лишь благодаря жалости твоей сестры воришки могут получить помощь. Как так получилось? У вас нет школ? Почему они не учатся? – спросила я.

Лицо моего супруга удивленно вытянулось. Видимо, не такого вопроса он ожидал.

– У нас есть начальные школы, где учат грамоте. Но не все дети хотят прилежно учиться, чтобы потом честно работать, – ответил он. – Да и многие маги считают, что это им не нужно.

Зачем постигать науки, когда все можно получить с помощью врожденных способностей?

Странный у них тут подход к образованию. Мне даже интересно стало.

– А маги? Николас так много всего знает, а где обычно учатся остальные? – спросила я Казалось, что Ксаврен крайне удивлен тому, что меня интересуют такие вещи.

_ Те, у кого есть магические способности и кому позволяют средства, учатся в академии, но домашнее образование считается более качественным, – пояснил мужчина.

– А первородные маги? – спросила я. – Как они развивают свой дар?

– Обычно их учат родители, – ответил Ксаврен. – Мне отец многое показал. Потом за обучение взялся Николас.

– Значит, ни стандартов, ни единой образовательной программы, – заметила я.

– А иномирянка у нас разбирается в магии? – усмехнулся Ксаврен, складывая руки на груди.

Я мотнула головой, понимая, что влезла на чужую территорию. Но все же решила высказаться. Почему-то мне хотелось уколоть этого идеального мужчину. Указать ему на его слабости.

– Я не разбираюсь в магии. Но с таким подходом у вас и не все маги владеют своим даром, – ответила я.

– Почему бы тебе не заняться образованием в Мелисмарде? – с усмешкой предложил Ксаврен. – Может, хоть в чем-то окажешься полезной.

Его замечание задело меня намного сильнее, чем я сама того ожидала. Как иначе объяснить, что я без раздумий приняла этот вызов?

– Я согласна! – выпалила я, прежде чем Ксаврен успел опомниться и сказать, что это была шутка.

*Ксаврен Тарукс*

Иномирянка меня удивляла с каждым днем все больше и больше.

Такая маленькая, слабая и в то же время бесстрашная и самоотверженная.

Стояла передо мной, сжав маленькие кулачки и задрав острый подбородок. Смотрела на меня открыто и смело, ничего не желая выгадать от своего спонтанного предложения.

В первые дни я думал, что она полная копия моей бывшей. По крайней мере внешне. Те же черты и фигура.

Но чем больше мы проводили времени вместе, тем больше я понимал, какие эти девушки разные. Взгляд, поворот головы, тембр голоса.

Даже схожие черты не делали их одинаковыми, как даже близкие сестры не становятся все же копией друг друга.

Моя бывшая сменила внешность, но осталась все той же: взгляд с поволокой, манящие изгибы и чарующий голос. Еще ярче проявилось ее стремление к удовольствиям, капризность и самовлюбленность. Видимо, то была ее настоящая суть, которую она привнесла бы в любое тело.

Иномирянка же много не требовала, стойко претерпевала испытания, охотно возилась со взбалмошной Рианой, а теперь вот заявила, что хочет заниматься образованием в Мелисмарде.

Я отмечал, что походка новой Вианель была более легкой и тихой. В движениях не было плавности, присущей похотливой кошке, но вместе с тем у нее был острый ум и пытливость.

Мне хотелось с ней разговаривать, узнавать ее.

В какой-то момент я поймал себя на том, что задумался, какой жизнью жила та, что стала моей супругой до встречи со мной.

Что заставило ее откликнуться на предложение Николса? Не думаю, что это были деньги или другие богатства, как сказал мне Мистерлинг.

Никто бы не стал бы за вознаграждение делать больше, чем от него ожидают. Тем более предлагать что-то улучшить в чужой для нее стране, где даже все лавры и почести достанутся не ей самой, а той, чье имя она носит.

И мне захотелось ее испытать. Вдруг это было простым бахвальством, чтобы впечатлить меня.

Я помнил, что все женщины ждали от меня чего-то, хотели получить за мой счет богатства и удовольствия.

– Что тебе нужно, чтобы изучить образовательную систему и предложить улучшения? —спросил я, стараясь говорить скучным деловым тоном.

Моя бывшая невеста в этот момент потребовала бы новых нарядов для инспекции академий и кучу помощников, на которых можно было бы спихнуть обязанности.

Посмотрим, чего пожелает моя смелая иномирянка

Вианель, что стояла передо мной, задумчиво теребила мочку уха и закусила нижнюю губу.

Что-то в груди смутно шевельнулось от этих движений.

Я приготовился выслушать список требований и даже хотел подыграть ей и дать то, что она попросит:

– Мне нужно ознакомиться с имеющимися образовательными стандартами, – произнесла она после короткого раздумья:

Удивительная малышка!

Вместо подарков и выгод она действительно хотела получить работу.

Но, вдруг, она просто хотела впечатлить меня?

– Хорошо. А потом? – спросил я.

Кажется, раньше я не видел, чтобы на этом личике был след от размышлений. Просто моя бывшая никогда себя ими не утруждала.

Но иномирянка задумчиво крутила на тонком пальчике локон и размышляла.

Ответ девушки поразил меня до глубины души.

– Мне нужно будет поговорить с обычными учителями. Не с теми, кто руководит школами или принимает законы об образовании, – произнесла она. – Мне хочется узнать, что думают о своих учениках те, кто каждый день идут к детям и делятся с ними своими знаниями.

Она ничего не знала о моем мире, а я ничего не знал о ней.

Но я чувствовал глубину и пытливость ее ума.

Открывать для себя ее душу было более волнительно, чем срывать одежды с десятков других женщин.

*Вианель”

Я хотела немедленно приступить к своим новым обязанностям, чтобы не чувствовать себя бесполезной. Уже мечтала, что обязательно возьму Риану с собой, когда отправлюсь в город для инспекции учебных заведений.

Но Ксаверн остудил мой пыл.

– Надеюсь, ты не помчишься прямо сейчас проверять школы для простолюдинов? – спросил он сощурившись.

Я опустила взгляд.

И как он сразу разгадал мои порывы?

– Вот будет потеха, когда жена лорда Мелисмарда побежит по городским улицам в поисках простых учителей, – произнес супруг.

Я вскинула на него взгляд и уже хотела возмутиться. Ведь именно этого я хотела: изучить все самой, поговорить с теми, кто находится в самом низу этой пирамиды.

– Будет более уместно, если я познакомлю тебя с несколькими министрами за ужином, а ты выразишь свой интерес к системе образования, – предложил Ксаврен.

Я вынуждена была признать, что это будет более похоже на естественный ход событий и не нанесет урона репутации правителя Мелисмарда.

Мужчина прошелся по комнате, в задумчивости заложив руки за спину.

– Думаю, если я приглашу министра образования с семьей на завтрашний ужин, то это не будет выглядеть излишне поспешным, и все успеют подготовиться, – предложил Ксаврен.

– Если он придет с женой, то ей может понадобиться немного больше времени, – заметила я. – Возможно, она захочет позвать модистку, чтобы обновить платье.

Супруг посмотрел на меня задумчиво.

– А тебе ведь тоже нужен будет наряд, – сказал он.

Я пожала плечами.

– Я посоветуюсь с Солой. Возможно, у меня есть что-то подходящее случаю, – ответила я Казалось, мои слова удивили Ксаврена.

– Хорошо, пусть этот прием будет через три дня, – сказал он. – А пока можешь задавать свои вопросы Николасу. Думаю, он поможет найти ответ на многие из них и хоть немного удовлетворит твое любопытство.

Оставив Ксаврена, я поспешила разыскать свою горничную, но это нужно было не для того, чтобы новое платье заказать.

Я помнила, что у Солы и Олина был сын, и мне хотелось узнать побольше о том, какое образование он получает.

Служанка встретила меня в коридоре. Она несла поднос с обедом.

– Вот и хорошо! Горяченького поедите! – обрадовалась она, когда меня увидела.

В голосе служанки было столько тепла и заботы. Я подумала, что она должна быть хорошей матерью.

– Скажи мне, Сола, а сколько лет твоему Мию? – спросила я, пока служанка расставляла передо мной тарелки.

Рука дрогнула, когда она услышала имя сына. Женщина подняла на меня влажный взгляд.

– Восемь, – ответила она и, когда думала, что я не вижу, промокнула глаза полотенцем.

– Чем он занимается? – спросила я. – Он учится чему-то?

Женщина посмотрела на меня испуганно.

– Магии в нем нет, грамоту отец показал, – ответила она. – А на большее у нас и денег нет. В деревне он чему выучиться может у прабабки? Гусей разве что пасти да безделушки из дерева строгать.

– Разве там нет учителей? – поинтересовалась я.

Сола только руками всплеснула.

– Неужто я на богачку похожа, чтобы сыну учителя нанимать?! – воскликнула она. – Не голодает, и уже хорошо. В десять лет сможем отдать его в подмастерья, здесь, в столице.

Будем чаще видеться, а наш Мию получит профессию, которая его прокормит в будущем.

Средневековье какое-то!

И ведь Сола и Олин были не самыми бедными родителями, раз прислуживали семье лорда.

Но даже они не считали нужным дать ребенку хоть какое-то образование, а обучать профессии его будет ремесленник, а не педагог.

Неужели это лучшее, что любящие родители могут дать ребенку в этом мире, чтобы обеспечить хороший старт в жизни?

Не потому ли на улицах так много беспризорников, которые вынуждены воровать хлеб, что никто не может дать им образование и обучить профессии?

Что ж, к министру образования у меня будет много неудобных вопросов.

У Николаса в кабинете бывать до этого мне не случалось, поэтому входила я с волнением.

Большое и темное помещение, в дальней стене была дверь, ведущая в личные покои, а сбоку от входа чернел провал каменной лестницы, ведущей в подвал.

Большую часть рабочего пространства занимали широкие рабочие столы, выставленные вдоль стен. А в промежутках между ними высились стеллажи с книгами, камнями, банками, наполненными сомнительной жидкостью и пучками трав.

Были здесь даже сверхточные весы и стойка с лупами, которая могла бы с легкостью заменить микроскоп.

Настоящая алхимическая лаборатория!

Сам верховный маг сидел в кресле в домашнем халате и скрупулезно заполнял данные в толстенный журнал. Рядом крутился юный помощник. Возможно, новый ученик.

– Присядь пока, – произнес Николас, не отрываясь от записей. – Мне нужно закончить отчет по лечению Рианы.

Старик выглядел сосредоточенным, но при этом пребывал в хорошем расположении духа.

Я опустилась в уютное кресло и принялась рассматривать коллекцию камней, расставленную на полке. К каждому была прикреплена табличка с десятком параметров.

– Состояние юной файре Тарукс в последние дни явно стало лучше, – в голосе Николаса звучала отеческая теплота. – Но я никак не могу отследить закономерность. Кажется, кулон, который побывал на источнике, дает определенный эффект, но он неравномерный.

Николас провел огрубевшим от времени пальцем по строчкам в журнале, перепроверяя данные. И только потом отложил записи и отослал помощника.

– Ксаврен сказал, что ты придумала себе занятие на ближайший год. Очень интересное решение, – заметил он. – Признаться, ты даже меня удивила.

– Меня на эту мысль натолкнула Риана, – ответила я. Она удивительно любознательная девушка и подмечает такие детали, на которые другие бы не обратили внимания.

Николас грустно улыбнулся.

– Вся в мать, – в его взгляде и голосе сквозила печаль. – Жаль, что я не успел спасти ее.

Теперь мне нужно вернуть долг и спасти дочь.

Старик скосил взгляд на край стола. Там в резных рамках стояло несколько портретов. К сожалению, мне не было видно, кто был там изображен. Но я была уверена, что среди лиц, которым улыбался маг, была и мать Ксаврена и Рианы.

– Что ты хочешь знать про систему образования? – спросил он, внезапно переменившись.

Видимо, хотел поскорее перевести тему нашей беседы со слишком личной на более деловую.

– Я хочу узнать все про магию и про то, как учат магов, – с готовностью ответила я.

Старик задумчиво почесал бороду.

– Ты уже знаешь, что магия в нашем мире бывает первородной и вторичной, возникшей из искры? – спросил он.

Я с готовностью кивнула.

– Первородная магия проявляется по-разному: ускоряется рост растений, может вызвать дождь или отогнать тучу управлять поведением животных, перемещать предметы в пространстве, менять их форму, размер и свойства, – начал он тоном профессора на лекции.

– Природная магия? – уточнила я.

Старик улыбнулся.

– Можно сказать и так. Например, такой маг может заморозить воду, разжечь костер, остановить шторм или извержение вулкана.

– И этой магии не учат? – спросила я.

– Первородная магия спожна в измерении и какой-то стандартизации, – подтвердил Николас. – Сегодня ее обладатель вызывает бурю, а завтра не способен даже стакан водой наполнить. Источник внутри мага похож на огонь, который то тухнет, то разгорается. Поэтому и лечение у Рианы проходит так сложно – воздействие извне должно гармонировать с тем, что у нее внутри.

Мне, наконец, становилось понятно, почему Николас так много времени проводил с Рианой.

– Магия искры обычно более стабильна, предсказуема и измерима, а потому ее носителей проще обучать, – продолжил Николас. – Такую магию всегда можно усилить с помощью подходящих артефактов. Именно для магов такого типа в Мелисмарде есть академии.

– А как учились вы? – спросила я. – Я ощутила силу вашей магии. Не каждому под силу вытащить человека из другого мира и произвести такие метаморфозы с внешностью!

Николас довольно улыбнулся. Похвала была ему приятна.

– Могу смело утверждать, что я единственный, кому подвластна такая магия во всем Мелисмарде. А, возможно, и во всем нашем мире, – не без гордости произнес он. – И да, я не посещал академию, потому что не имел на это средств. Но до всего дошел сам, изучая древние писания и общаясь с опытными магами.

– Обучение в академии платное? – удивилась я. – Разве не нужно Мелисмарду больше сильных магов? Одну часть не учат вовсе, а многие из носителей искры не имеют возможности оплатить обучение?!

Я была возмущена подходом к обучению молодых магов.

– Все так, – подтвердил Николас. – Возможно, если бы у нас было больше сильных магов, родители Ксаврена остались живы, а их дочь никогда бы не заболела. Но пока у власти стоят сильные первородные маги, они даже не будут задумываться о каких-то изменениях. Их полностью устраивает превосходство над всеми остальными.

Маг говорил эмоционально. Было понятно, что эта тема ему близка.

– Возможно, пока просто не задумывались о том, что текущий порядок вещей неверный" спросила я.

Николас смотрел на меня с неподдельным интересом.

– Думаю, что Мелисмарду повезло, что я призвал в этот мир именно тебя, – маг улыбался так, будто предвкушал лучшее в своей жизни приключение. – Иногда чтобы огромный колосс упал, достаточно, чтобы сдвинулась с места всего одна песчинка.