Текст книги "Элла. Заметки тёмной судьбы (СИ)"

Автор книги: Мила Шедер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 23

Кайл, не ожидавший такого поворота, лишь успел изумленно вскинуть брови. В следующее мгновение, магический заряд врезался ему в грудь, и он замер. Заклинание оцепенения, сорвавшееся с его собственных губ, обратилось против него самого. Тело сковал холодный паралич, мышцы окаменели, не позволяя даже шевельнуться. Но глаза… глаза пылали яростью. В них клокотала буря негодования и жажды мести, ярким пламенем пробиваясь сквозь ледяной плен магии.

В зале воцарилась оглушительная тишина. Адепты замерли, раскрыв рты от изумления.

Я стояла, тяжело дыша, спиной к ошеломленной толпе, не отрывая взгляда от Кайла. Даже сейчас, скованный магией, он излучал такую ненависть, что мороз пробирал по коже.

Кайл, не до конца оправившийся от оцепенения, сделал шаг вперед. Движения его были все еще скованы, но в его глазах горела ярость, грозящая вот-вот вырваться наружу. Он двигался ко мне, как раненый зверь, полный желания мести.

В этот самый момент, Сэмвелл, до этого казавшийся отстраненным наблюдателем, шагнул вперед и встал между мной и Кайлом. Его широкие плечи перекрыли мне обзор, и я увидела только спину Сэмвелла, которая вдруг показалась неприступной стеной.

– Кайл, думаю, это не лучшее решение, – голос Сэмвелла был совершенно ровным, но в нем чувствовалась стальная нотка.

Я не видела лица Кайла, но почувствовала, как напряжение в зале достигло своего пика.

– Отойди, Сэмвелл, – прорычал он, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. – Она заплатит.

– Нет, не заплатит, – спокойно ответил Сэмвелл. – По крайней мере, ты не станешь ничего предпринимать.

– На ней стоит защита! Мерзкая неопределённая решила таким образом себя обезопасить! – взревел Кайл, пытаясь обойти Сэмвелла.

Слова Кайла словно ударили меня обухом по голове. Защита? Какая защита? Я понятия не имела, о чем он говорит. Но судя по его яростному взгляду, он был уверен в своих словах. И, похоже, не только он.

– С этим уже будет разбираться профессор Левен, – отрезал Сэмвелл, пресекая дальнейшие попытки Кайла обойти его.

Не говоря ни слова, Сэмвелл схватил меня за локоть и потащил за собой. Его хватка была сильной, даже грубой, но сейчас я не сопротивлялась. Куда бы он меня ни вел, это было лучше, чем оставаться здесь, под прицелом взглядов адептов и разъяренного Кайла.

– Куда ты меня тащишь? – спросила я, чувствуя, как зарождается паника.

Вот так стараешься жить тихо и незаметно, избегать любых проблем и конфликтов, а они, словно назло, наваливаются на тебя с неумолимой силой. Чтож за судьба у меня такая …

Сэмвелл, не обращая внимания на протестующие взгляды адептов, протащил меня через зал. Его шаги были резкими, почти яростными, а хватка на моем локте становилась все сильнее. Я спотыкалась, едва поспевая за ним, но он не замедлял шаг.

Миновав тяжелые дубовые двери, мы оказались в пустом коридоре. Сэмвелл остановился лишь у массивной каменной стены, ведущей в какой-то, судя по всему, не используемый класс. Он развернулся ко мне, и я смогла увидеть его лицо, искаженное гневом.

Он резко отпустил мой локоть, и я отшатнулась назад, потирая покрасневшую кожу.

– Что ты, черт побери, вытворяешь? – прорычал он, его голос был полон неприкрытого раздражения.

– Я не понимаю, что происходит … – пролепетала я в ответ, пытаясь собраться с мыслями и осознать всю абсурдность происходящего.

Сэмвелл был подобен разъяренному зверю, готовому наброситься. Его глаза метали молнии, а лицо исказилось от гнева. Мой протест потонул в его ярости, как камень в глубоком озере.

– Не понимаешь? – прорычал он, вновь схватив меня за руку. – Не строй из себя невинную овечку, невинность эта тебе совсем не к лицу. Ты только что выставила себя круглой дурой! Ты использовала запрещенный артефакт! Артефакт, владение которым карается исключением, в лучшем случае!

В его голосе сквозила неприкрытая угроза, заставляя меня сжаться от страха. Запрещенный артефакт… Я даже не знала, о чем он говорит!

– Откуда он у тебя? – повторил он, не давая мне возможности прийти в себя. Его хватка на моем локте стала невыносимой, кости, казалось, вот-вот хрустнут.

– Я не… – прошептала я, пытаясь вырваться из его железных тисков. Слова застревали в горле, парализованные страхом. Но он не собирался слушать.

С его лица исчез гнев и появился холодный рассчет.

– Поэтому ты бегала за мной по пятам? Поэтому околачивалась возле моей комнаты, словно бездомный пес? Ждала момента, чтобы украсть ещё что-то?

Его ярость была настолько сильна, что я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги. Воздух словно сгустился, давя на грудь. Мне казалось, что сейчас я задохнусь от страха и отчаяния. Слёзы, одна за другой катились вниз.

– Я действительно круглая дура… Но лишь потому, что посчитала … – Я запнулась, сглатывая подступивший к горлу ком. – Посчитала, что ты… что ты заступился, чтобы помочь. А ты просто пытался защитить себя и свой проклятый артефакт.

– Ты не знаешь …

– Да, не знаю! – перебила я его, вырывая свою руку из его хватки. На коже остался красный след от пальцев, словно клеймо. – Не знаю, что за артефакт, не знаю, почему удар пришёлся по Кайлу, не знаю, почему ты так себя ведешь! Я вообще ничего не понимаю!

Развернувшись, я побежала прочь по коридору. Слезы застилали глаза, но я не останавливалась. Мне нужно было выбраться отсюда, подальше от них всех.

Я не знала, куда бегу, не знала, что буду делать дальше. Все, чего я сейчас хотела, – это спрятаться и попытаться осмыслить произошедшее.

Коридор казался бесконечным. Мимо проплывали каменные стены, тяжелые двери, тусклые светильники. Вся академия словно восстала против меня, превратившись в лабиринт, из которого невозможно выбраться.

Наконец, я выбежала из здания и оказалась на улице. Холодный ветер обдул мое разгоряченное лицо, принося некоторое облегчение.

***

– Мисс Диггл, вы использовали защитное заклинание или какой-либо артефакт? – спросил у меня пожилой профессор, поглаживая длинную, седую бороду.

В горле пересохло. Я чувствовала, как на меня смотрят шесть пар глаз, прожигая дыру.

– Нет, профессор…

– профессор Левен, – поправил он.

В кабинете, помимо меня и самого профессора, находились трое адептов. Кайл стоял рядом с профессором, облокотившись о стену. Его поза выражала триумф и злорадство. Он наслаждался моим унижением. Сэмвелл стоял в стороне, как обычно, отстраненный и непроницаемый. Его взгляд невозможно было прочитать. И, наконец, светловолосая адептка, Селена, – звезда факультета, входящая в первую десятку лучших. Она держалась сдержанно и надменно, словно мое присутствие оскверняло ее безупречную ауру.

Ощущение чуждости и одиночества давило на меня, заставляя сжаться. Я понимала, что все они – лучшие из лучших, элита академии. А я… Кто я такая? Всего лишь неопределенная, случайно попавшая сюда и ухитрившаяся навлечь на себя гнев столь влиятельных людей.

Кайл, несомненно, наплел что-то профессору, чтобы затащить меня сюда. Его жажда мести была очевидна. Могла ли я надеяться на справедливое разбирательство? Или я уже приговорена?

– Не стоит лукавить со мной, мисс Диггл, я это сразу почувствую, – сказал профессор Левен.

– Буду признательна вам, профессор, если прочувствуете мою невиновность, – ответила я, стараясь говорить спокойно и уверенно, хотя внутри все дрожало. – Я не лгу. Я не использовала никаких защитных заклинаний или артефактов.

Кайл фыркнул, но профессор Левен поднял руку, призывая его к тишине.

– Мисс Диггл, нам известно, что Кайл пытался применить к вам заклинание оцепенения, но оно сработало против него самого. Как вы это объясните?

Я сглотнула. Этот вопрос был самым сложным. Я действительно не знала, как это объяснить.

– Я не знаю, профессор Левен.

Селена, до этого молча наблюдавшая за происходящим, вдруг заговорила.

– Мне кажется, профессор, мы упускаем важную деталь. Описание произошедшего указывает на срабатывание оберега. Активацию защитного механизма, который нельзя создать случайно.

Кайл довольно ухмыльнулся, глядя на меня с торжеством. Теперь ему даже не нужно было ничего говорить. Селена сама разрушала мою защиту.

– Иными словами, мисс Диггл, вы хотите убедить нас, что обладаете мощной магической защитой, о которой даже не подозреваете? – Профессор Левен снова посмотрел на меня своим пронзительным взглядом.

В этот момент Сэмвелл впервые заговорил.

– Профессор, возможно, мы слишком торопимся с выводами. Мисс Диггл – неопределенная. Думаю не стоит строить необоснованные обвинения. К тому же, если бы на Мисс Диггл был артефакт защиты, как ты утверждаешь, Кайл, ты получил бы гораздо более сильный отпор. Заклинание просто бы не сработало. А то, что оно обернулось против тебя… Тут может быть элементарная ошибка в заклинании.

Селена бросила удивлённый взгляд на Сэмвелла, слегка ткнув его в бок.

Профессор задумчиво потер подбородок, словно взвешивая все "за" и "против".

– Хм… Возможно, ты прав, Сэмвелл. Но мы не можем оставить это просто так. Мисс Диггл, мне придется проверить вашу ауру. Это стандартная процедура, не стоит беспокоиться.

Беспокоиться мне стоило, на самом деле. И ещё как стоило! Я с трудом сдерживала дрожь, представляя, что может увидеть профессор Левен в моей… не совсем светлой ауре. Совсем не хотелось, чтобы кто-то посторонний копался в моём внутреннем хаосе, вытаскивая наружу все то, что я так тщательно пыталась скрыть.

Профессор Левен медленно подошел ко мне. Он поднял руку, и я почувствовала легкий холодок, пробежавший по коже. В следующее мгновение, вокруг меня словно вспыхнул невидимый свет, окутывая меня с головы до ног. Я почувствовала легкое покалывание, но в целом, ничего неприятного не происходило.

Его лицо выражало предельную сосредоточенность. Казалось, что он погрузился в какой-то иной мир, недоступный для нашего понимания. Прошло несколько томительных секунд, показавшихся мне вечностью.

Наконец, он снова открыл глаза. В его взгляде читалось явное недоумение, граничащее с растерянностью.

– Странно… – пробормотал он, хмуря брови и глядя на меня с явным сомнением. – Ваша аура… абсолютно чиста. Нет никаких следов воздействия защитной магии, никаких артефактов. Ничего, – повторил он, словно пытаясь убедить в этом не только нас, но и самого себя.

Однако, его взгляд говорил совсем обратное. В нем я прочла смесь удивления, подозрения. Он словно видел что-то, чего не мог объяснить, что-то, что противоречило его знаниям и опыту.

– Мисс Диггл, – произнес он, нарушая затянувшееся молчание, – не вижу смысла вас больше задерживать. Можете идти.

Я кивнула, чувствуя ком противоречивых эмоций: облегчение от того, что избежала немедленного наказания и с другой стороны – клокочущую ярость. Мне отчаянно хотелось потребовать встречного разбирательства. Но я сумела перебороть это безумное желание, прикусить язык до горечи во рту и затолкнуть гнев обратно вглубь себя. Здравый смысл, с трудом пробиваясь сквозь пелену ярости, шептал, что сейчас не время для открытого противостояния.

Один неосторожный шаг, одно лишнее слово, и я навсегда лишусь шанса выбраться из этой ямы.

Поэтому я просто кивнула, стараясь изобразить как можно больше смирения и благодарности, оставив невысказанные обвинения гнить внутри меня. Я знала, что этот гнев когда-нибудь потребует выхода, но сейчас, сейчас нужно было выжить.

– Спасибо, профессор, – прошептала я и поспешно вышла из кабинета, чувствуя спиной тяжелый взгляд Кайла.

Глава 24

Выскочив из кабинета профессора, я едва успела перевести дух. Я шла так быстро, что, завернув за угол, врезалась в кого-то. Но вместо того чтобы извиниться или хотя бы поинтересоваться, все ли в порядке, во мне взыграла обида. Зачем тратить слова на тех, кто только и делает, что судит, обвиняет и обтирает об тебя ноги? Надоело!

Стиснув зубы, я нагло проигнорировала столкновение и попыталась обойти возникшее препятствие.. Однако мой побег был прерван самым бесцеремонным образом. Внезапно чья-то сильная рука вцепилась в меня, причем прямо за шкирку! Будто я провинившийся котенок, которого решили наказать за шкодливость. Мое возмущение достигло апогея.

Резкий рывок назад лишил меня равновесия, заставив неуклюже развернуться и посмотреть… вверх. Потому что тот, кто осмелился так фамильярно со мной обойтись, был на две головы выше меня.

Подняв голову, я увидела молодого человека со светлыми волосами ниспадающими на лоб мягкими волнами. Его глаза, пронзительные и холодные, смотрели на меня с легким удивлением. На нем был безупречно скроенный мундир с серебряной вышивкой, подчеркивающий его высокий статус. Все в его облике – осанка, взгляд, одежда – кричало о принадлежности к аристократии. Лицо его выражало легкое удивление, но ни тени гнева или раздражения, что немного успокоило моё бешено колотящееся сердце.

Сглотнув, я попыталась сгладить неловкость ситуации.

– Прошу прощения, – выпалила я, стараясь звучать как можно более вежливо.

Мои слова, казалось, вызвали у молодого человека еще большее удивление. Он слегка приподнял бровь, словно я сказала что-то из ряда вон выходящее и смотрел на меня так, словно я была каким-то занятным насекомым, случайно попавшим в поле его зрения.

– Прощения? – переспросил он, его голос был низким и бархатистым, с едва уловимыми нотками насмешки. – За что же вы просите прощения, юная… леди? За то, что едва не сбили меня с ног в коридоре? Или за то, что не сочли нужным поклониться… своему будущему королю?

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам.

Наследный принц?!Его мне ещё в списке врагов не хватало…

– Ваше Высочество, – пробормотала я, судорожно пытаясь вспомнить все правила этикета. Поклониться? Сделать реверанс? Заговорить третьим тоном? Мозг отказывался работать в авральном режиме.

Наследный принц продолжал смотреть на меня с тем же легким удивлением и едва заметной насмешкой в глазах.

– Прощения приняты, – наконец произнёс он, его губы тронула едва заметная улыбка. – Судьба и без того достаточно над вами поиздевалась.

Будто в воду глядит…

– Не думаю, что вы впервые оказываетесь в подобной ситуации, юная неопределенная. Вижу, вам не занимать храбрости и… некоторой неуклюжести. Боюсь, придворные манеры – не ваш конёк.

В его словах не было злобы, скорее… интерес. И, пожалуй, толика снисходительности, от которой мне захотелось ощетиниться. Но спорить с будущим королём – последнее, что мне сейчас было нужно.

– Ваше Высочество, вы слишком добры, – выдавила я, стараясь изобразить подобие улыбки. – Я была несколько… рассеянна.

– Рассеянны? – повторил он, приподняв бровь. – Или просто спешили скрыться от заслуженного выговора?

– Не совсем так, скорее от несправедливости определённых ситуаций. Не всегда есть смысл тратить время на битву с ветряными мельницами, ваше Высочество, – ответила я, стараясь казаться как можно более беззаботной.

Принц молча кивнул, обдумывая мои слова.

– Что ж, – произнес он, – желаю вам удачи в битве с вашими мельницами. И, юная леди, в следующий раз, будьте осторожнее, когда несётесь по коридорам. Сегодня вам несказанно повезло наткнуться на моё величайшее милосердие и терпеливость. В следующий раз здесь может оказаться кто-то менее милосердный.

С этими словами он провёл изящными пальцами по своим светлым волосам, откидывая их со лба. После чего, развернувшись, он двинулся прочь, и его длинная свита, вытянулась следом, растворяясь вдали. Я осталась стоять в коридоре в полном смятении, осознавая, что этот мимолётный инцидент вполне может иметь далеко идущие последствия.

***

– Весь наш корпус о тебе гудит, – поделился за обедом со мной вестями Лео. – Здорово ты этого зазнайку осадила.

Я вздохнула, отодвигая тарелку с недоеденным супом.

– Лео, я ничего не делала. Так уж вышло.

– Как это ничего? – Лео скептически вскинул бровь, набивая рот едой. – Между нами говоря, он это заслужил.

Он прожевал, прежде чем продолжить:

– Но знаешь, что я тебе скажу? Этот Кайл – парень злопамятный. Очень злопамятный. На кухне такие слухи ходят, будто он никому ничего не прощает. Не спустит с рук, говорят. Он ведь сын одного из самых приближенных к королевской семье людей, понимаешь? Вот и зазнался, вседозволенность почувствовал. Ходит тут, петушком надувается, а за ним шлейф надменности тянется.

Лео наклонился ближе, понижая голос до шепота.

– Видала его ассистента?

– Элайджа? Элайджа Финч? – уточнила я, припоминая худощавого юношу с бледным лицом и счастливой улыбкой.

– Он самый! Так говорят его лекари второй день в человеческий вид пытаются привести. Кайл постарался.

– Мерзкий, подлый гад! – не выдержала я.

– Вот именно! – поддакнул Лео, энергично кивая. – И это еще мягко сказано. Не лезь к нему, проблем не оберёшься.

После слов Лео во мне окончательно укрепилось предчувствие беды. Кайл, этот самовлюбленный тип, не оставит эту встречу без последствий. Это всего лишь вопрос времени.

– Ладно, нам пора, – решительно произнесла я, поднимаясь из-за стола. – Адепты с других академий скоро прибудут, а у нас работы много.

– Ты со мной?

– Миссис Рудс просила тебе помочь с гостями. «Адепт Ронн галантно предложил мне вашу помощь, мисс Диггл», – произнесла я слащавым тоном, прижимая руку к груди.

Всего то решил избавиться от меня таким образом.

Но это было лишь мне на руку. Чем меньше времени я буду проводить с этой заносчивой кучкой, тем комфортнее и безопаснее пройдет для меня этот период.

Церемония открытия уже завтра, и я искренне надеялась на то, что отец прибудет к этому времени.

Я подхватила свою тарелку с недоеденным супом, намереваясь отнести ее к подносам с грязной посудой. Но в этот момент что-то произошло. Внезапная слабость пронзила руку, словно разряд тока. Пальцы онемели, и тарелка предательски выскользнула из моей хватки.

Громкий треск разнесся по столовой, когда фарфор разлетелся на мелкие осколки, а остатки супа брызнули на пол и ближайшие столы.

Вся столовая затихла, и все взгляды, как по команде, обратились ко мне. Я стояла, словно громом пораженная, не в силах пошевелиться. Но дело было не в разбитой тарелке и не в пристальном внимании окружающих. Меня парализовал ужас от увиденного.

Мой взгляд приковала правая ладонь. Метка. Прямо на моих глазах она снова росла, словно темная сущность, захватывая территорию. Линии, похожие на причудливый переплетенный узор ветвей, медленно поднимались выше, излучая призрачное, зловещее свечение.

– Элла? Элла, ты в порядке? – сквозь пелену ужаса и оцепенения пробивался встревоженный голос Лео. Его слова, словно эхо из другого мира, звучали приглушенно и нереально.

Паника начала подступать к горлу, грозя захлестнуть меня целиком. Я знала, что нельзя поддаваться ей, но страх был слишком силен, всепоглощающ.

– Да ты вся дрожишь! Дыши, Элла, дыши! Что с тобой происходит? – Лео подлетел ко мне, хватая за плечи и тряся, словно куклу. Его лицо перекосил испуг. – Элла!

Его крики звучали где-то далеко, словно доносились из-под толщи воды. В столовой что-то кричали, перешептывались, но все это было неважно. Все мое внимание, все мое существо было сосредоточено на руке, на проклятой метке, которая неумолимо расползалась по моей коже, словно ядовитая змея.

Внезапно, острое жжение, пульсирующее из центра метки, пронзило меня насквозь. Я закричала, не в силах сдержаться.

Мир перед глазами поплыл, краски смешались в безумном калейдоскопе, и я почувствовала, как теряю контроль над собой. Ноги подкосились, и я начала оседать на пол, увлекая за собой и Лео, отчаянно пытавшегося меня удержать.

В последний момент, перед тем как погрузиться во тьму, я увидела его лицо. Испуганное, растерянное… Он что-то кричал, но я уже не слышала, погружаясь в бездонный колодец небытия.

Проснулась я уже в лазарете, судя по запаху и кристально белым стенам. Голова раскалывалась, словно ее раскололи надвое тупым топором. Медленно, осторожно, я подняла правую руку и посмотрела на ладонь. На руке красовался странный рисунок. Но самое странное… изображение ворона, которое еще вчера помнилось мне четким и резким, практически исчезло. Остались лишь размытые очертания крыльев, едва угадываемые среди остального. Его контуры размылись, плавно превращаясь в переплетение ветвей, тонких и корявых. Ветви тянулись вверх по ладони, сплетаясь в узор, напоминающий дерево, чей ствол был похоронен глубоко в моей плоти.

Тишину лазарета, нарушаемую лишь мерным тихим дыханием, разорвал скрип открывающейся двери. Я резко обернулась, машинально откидывая руку назад. В дверном проеме стоял Кейвин.

Высокий, слегка схуднувший, с копной русых, непослушных волос, вечно падающих на глаза. Лицо осунулось, а под глазами залегли тени усталости, но улыбка оставалась все такой же.

– Ну, здравствуй, хворая, – произнес он, опираясь плечом о дверной косяк, широко улыбаясь. – Вот уж не ожидали тебя тут встретить, да еще и в тот момент, когда тебя волокли со столовки.

Я слабо улыбнулась старому знакомому.

– Кей.

Он прошел в палату и придвинул стул поближе к моей кровати. Усевшись, Кейвин внимательно посмотрел на меня.

– Могла бы и сказать, что в академию собираешься. Мы бы проводили…

– Я не собиралась сюда, просто … стечение обстоятельств. А вы как здесь оказались?

Кейвин развел руками.

– Нужно ведь жить на что-то. Нельзя было сидеть на шее Мередит, несмотря на её гостеприимство. А тут под руку объявление попалось. Вот мы и решили попытать удачу. Сама знаешь, неопределенным найти дельную работу тяжко, а тут платят неплохо.

Я кивнула, соглашаясь.

– Откуда синяк? – спросила я, перекидывая взгляд на тёмный отпечаток на скуле.

Кейвин поднес руку к лицу и слегка потер синяк.

– Местная «дружелюбная» атмосфера, – пояснил он с кривой усмешкой. – Не все тут рады видеть неопределённых. Мы им как бельмо на глазу.

– Уж мне можешь не рассказывать.

– С тобой то что стряслось? Выглядишь тоже не лучшим образом. Тебя куда направили? На распределении я тебя не видел, неужто в десятку попала?

– Уж лучше бы не попадала, – грустно Ответила я.

– Coвсем тяжко? Я бы этим всем засранцам показал, каково это – жить по-настоящему, – с пылом произнёс Кейвин, сжимая кулаки. – Дайте только повод!

– Как поживает Ингрид? – сменила я неприятную тему.

– Все хорошо. Твои лекарства быстро её на ноги поставили, спасибо тебе. – Кейвин тепло улыбнулся. – После того, как ты ушла, нас стражи посетили, отыскали по следам. Спрашивали, что, да как… За магическую вспышку интересовались.

Я напрягалась всем телом, затаив дыхание.

– И что вы сказали?

– Ты не переживай, мы тебя не раскрыли, – понимающе выговорил Кей. – Уж не знаю, что скрываешь, но мы не собираемся тебя выдавать. Сказали, что вспышку не застали, ушли после того, как заметили одного уггра, шастающего вокруг.

Я вздохнула с облегчением, но внутри все равно оставалось неприятное ощущение.

– Спасибо, – лишь выговорила я.

– Ладно, ты отдыхай. Я пойду, не то получу сполна от миссис Рудс. Ходит за нами по пятам, глазами поедает.

Кейвин встал со стула и направился к двери.

– Кей, погоди! Я с тобой, – выпалила я, решительно отбросив в сторону покрывало.

– Ты уверена? – недоверчиво произнес Кейвин, слегка прищурив глаза. – Очнулась ведь недавно. Отдохнула бы…

– Уверена, – твердо ответила я, поднимаясь с кровати. Голова слегка закружилась, но я устояла на ногах. – Пошли, встретим прибывших со всеми почестями.