Текст книги "Измена. Сегодня меня бросят (СИ)"

Автор книги: Мила Любимая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4
Это еще не предел!

/Маша/

В нос бьет едкий противный запах нашатыря, словно пропитывая собой все внутренности.

Захожусь диким приступом чахоточного кашля, как будто у меня внезапно появляется хронический бронхит.

Глаза открываются тяжело. Ощущение, что в них песок попал.

Пытаюсь проморгаться, но толку от этого нет от слова «совсем».

– Женщина? – кто-то с силой трясет меня за плечи. – Женщина, вы в порядке? Галя, скорую вызывай!

Галя, ты опоздала! Меня теперь только если с мигалками в веселенькое заведение или на опыты…

– Не надо скорую, – вяло протестую, облизывая пересохшие губы.

Щеки щиплет от слез.

До сих пор мутит и подташнивает.

А теперь к тому же еще и голова раскалывается.

Вангую, давление подскочило до критической отметки. Такими темпами на смену гормонам придет андипал и чай с ромашкой вместо красного сухого.

Докатилась ты, Марья Петровна. Тебе всего тридцать, а уже «женщина»!

И почему я думаю сейчас не о том, как бы поскорее уехать отсюда? Как вести себя и что делать дальше? С Русланом… после того, что вывалила на меня Лина?

Все мои мысли по неведомой причине занимает это оскорбительное слово на букву «Ж».

Честно, как будто я уже дряхлая старуха под восемьдесят и с меня вовсю песок сыплется.

Хотя само по себе, быть женщиной ведь не обидно.

Чисто с логической точки зрения: девушки мы только до восемнадцати, в независимости девственница ты или уже давно подарила кому-то свою драгоценную «ягодку».

Не помню точно, в какой умной книжке я этого прочла, но было дело…

Поднимаю глаза и вижу Ангелину.

Шторка закинута наверх и теперь вся зона примерочных передо мной как на ладони.

Сестра (если вообще можно так назвать эту змею подколодную!), сидит на одном из диванчиков, предназначенных для клиенток, но по большей части для сопровождающих их мужей и детей, закинув ногу на ногу и вперив взгляд в свой смартфон.

Розовые стразы на чехле ярко блестят, провоцируя резь в глазах.

Почему она еще здесь?

Меня от нее просто тошнит!

Как родной человек, младшая сестра может поступить так низко?

Я ведь люблю ее больше жизни!

Мы с Линой были лучшими подругами, ну просто не разлей вода. Несмотря на разницу в возрасте.

Я бы никогда не смогла причинить ей боль! Что же получила взамен?

Меня ужалили! В самое сердце!

– Женщина, вы говорить можете? – снова раздается чей-то обеспокоенный голос.

Боже!

Вот ведь заладила, как попка.

Мне хочется орать во всю глотку, что я не в порядке, что мне адски больно, а внутри и живого места не осталось!

– Со мной все хорошо, – с трудом выговариваю. – Минутная слабость.

– Хороша слабость, – произносит эффектная брюнетка стервозной наружности. Похоже, что управляющая бутиком. – Вы потеряли сознание.

Я упала в обморок⁈ Стыд-то какой…

– Жарко тут у вас, – жалуюсь я. – Мне просто нужно на воздух и все будет в порядке.

– Галя, принеси воды! – командует брюнетка. – Может, все же скорую?

– Это лишнее.

Когда меня наконец-то оставляют в покое, я возвращаю шторку на место и несколько минут сижу на пуфике, спиной привалившись к стене.

В голове все еще вертятся слова, сказанные Ангелиной.

Я никак не могу перестать о них думать. Начинаю представлять их с Русланом и хочется белугой реветь.

Нужно взять себя в руки. Не хочу больше здесь оставаться. И домой ехать тоже не хочу…

Наскоро одевшись, выхожу из примерочной, захватив с собой только рюкзак, куда предварительно запихнула свой телефон с треснутым экраном.

Впрочем, меня это сейчас мало беспокоит.

Управляющая вместе с администратором и консультантами провожают меня жалостливыми взглядами, как будто они долбаные экстрасенсы или ведьмы и умеют читать мысли.

А может, у меня на лице вся скорбь мира написана?

Неудивительно.

Я выгляжу будто привидение. Бледная, зареванная, растрепанная. Как там сказала моя ядовитая сестрица?

Ах, точно.

Моль!

– Надеюсь, ты не беременна? – Ангелина вышагивает рядом со мной как будто ни в чем небывало.

Никогда не желала своей сестре ничего плохого, но сейчас… готова вцепиться ей в глотку и требовать, чтобы она забрала свои гнусные слова назад.

Ментально, конечно же. Ведь при помощи грубой силы проблемы не решить.

– Твое какое дело?

– У нас голос прорезался? – усмехается Лина.

– Что тебе нужно? – раздражаюсь я. – Оставь меня в покое.

Ангелина перегоняет меня, встав посреди дороги, уперев в руки бока. Мне приходится остановиться, иначе бы я в нее просто врезалась.

– А теперь послушай меня, Машенька…

– Мне показалось, ты все сказала.

– Тебе показалась, – она исподлобья смотрит на меня. – Если ты залетела, лучше тебе сделать аборт. И чем раньше, тем лучше.

На больное давит, ведьма. Жалит прямо в Ахиллесову пяту.

Лина прекрасно знает, как мы с Русланом… как я хотела стать мамой.

А теперь, выходит, у меня нет даже и мужа.

– Не волнуйся, я не беременна.

Пытаюсь обойти ее, но Лина хватает меня под локоть, до острой боли впиваясь в кожу ногтями.

– Тебе же будет лучше, – криво усмехается она. – Мать-одиночка звучит жалко.

Бегу к эскалатору, пока мне вслед доносится издевательский смех Ангелины.

Позволяю себе расслабиться только на парковке, когда сажусь в салон своего уютного Мини Купера.

Сжимаю руль, так что костяшки пальцев белеют от напряжения и делаю несколько глубоких вдохов.

Выдыхаю…

Я в порядке!

Повторяю про себя эти три слова как священную мантру и, кажется, это действительно работает.

Достаю смартфон из рюкзака, устанавливаю его в держатель и включаю навигатор.

После чего смахиваю слезы, нажимаю на кнопку автозапуска и сдаю назад.

От резкого входящего и высветившейся на экране аватарки «Любимого» снова теряю контроль над собой.

Руслан застает меня врасплох.

Сердце в грудной клетке оглушительно бьется, а я с грохотом во что-то (или в кого-то) врезаюсь…

Божечки, ну только этого для полного счастья и не хватало!

Глава 5
Авария в сердце

/Маша/

Точно не знаю, по какой конкретной причине у меня разыгралась тахикардия в комплекте с сумасшедшим тремором рук.

Возможно, все дело в моей первой автомобильной аварии.

Хотя больше я склоняюсь к тому, что всему виной внезапный звонок от «любимого» мужа.

Зачем он звонит?

Сейчас меньше всего на свете мне хочется слышать его голос.

Идеальный бархатный тембр с едва различимой хрипотцой, такой знакомый и родной…

Я не смогу этого сделать.

Не смогу взять и сказать привычное «Алло, любимый!»

Не после того, что вывалила на меня родная сестра.

Неужели мой Руслан такой трус и не смог признаться, что разлюбил меня? Что у него появилась любовница?

Неужели нельзя было сделать все нормально? По-человечески⁈

А не так… не так подло.

Будут ли у меня силы пережить этот кошмар снова?

Когда меня ткнут носом в мои же недостатки, сделав главной виновницей супружеской измены?

– Привет, – все-таки принимаю входящий.

Странно, что я вообще выжала из себя хоть одно слово.

Но, признаюсь честно, голос мой был похож на гул демонов преисподней, не меньше.

– Что-то случилось? – с фальшивой заботой спрашивает Руслан.

О да!

Ты изменил мне, любимый! С моей младшей сестрой!

Но вслух я этого, конечно, не сказала. Не осмелилась бы просто!

Пожалуй, в одном Ангелина все-таки права.

Гордость – это все, что у меня осталось.

У меня больше ничего нет…

Ни любви, ни семьи, ничего нет.

– Немного приболела, – отвечаю я. – А ты… зачем позвонил?

– Мы как-то плохо утром расстались, – своим обычным спокойным ледяным тоном говорит Руслан. Я даже представляю ямочки на его щеках, взгляд черных глаз, устремленных в пустоту его кабинета. Боже, Маша … – Может, сходим в ресторан сегодня вечером?

«Чтобы расстаться уже по-настоящему» – думаю про себя я.

Именно так Ангелина мне и сказала:

«Сегодня тебя бросят, а ты, уж сделай одолжение, будь хорошей девочкой и подвинься в сторону, без истерик и слез…»

– Какой у нас повод? – сглатываю, пытаясь унять режущую боль под ребрами.

– Неужели должен быть особый повод, чтобы пригласить свою жену поужинать?

Лицемер! Негодяй! Предатель!

Как он может так искусно и виртуозно врать? Играть в любовь, когда сам… когда сам променял меня на мою младшую сестру⁈

Почему же любимые люди так жестоки… почему?

Ничто не способно ударить больнее, чем предательство самых близких сердцу людей. И, пожалуй, это копье с отравленными концами вонзилось в меня уже два раза подряд.

«А если Лина врет? Если она просто завидует нам?» – коварный внутренний голосок принимается нашептывать мне на ухо раскаленную опиумом надежду.

Боже мой! Я точно сошла с ума! Мое пробудившееся альтер эго превратилось в какую-то извращенную версию Голума.

Теперь остается дождаться, когда за мной явится Гэндальф и отправит спасать Средиземье. Именно в этот прекрасный момент меня и запрут в психушке, предварительно надев смирительную рубашку вместо кольчуги из мифрила.

– Ладно, – спустя вечность отвечаю я. – Скинь сообщением, куда мне подъехать.

Руслан отключается, даже не произнесся своего стандартного «целую». А я бросаю телефон на сидение и выбираюсь из салона.

Несколько секунд жадно хапаю свежий воздух, словно не могу надышаться. И краем уха слышу грубый мужской голос:

– Кто этим чебурашкам только права продает?

Конечно…

В моем самом отвратительном дне во вселенной не хватает только сексистов, пренебрежительно относящихся к женщинам за рулем. Точь-в-точь как мой инструктор по вождению.

Молча обойдя свой мини купер, осматриваю машинку на предмет повреждений.

Фух!

Удар вроде бы не очень сильный.

На бампере всего пара царапин. Да и с автомобилем, в который я вписалась «задом» со всей дури, тоже ничего страшного не произошло. С матового черного Гелендвагена лишь чуть-чуть краска слезла, появилась длинная продолговатая царапина, да номера перекосились.

– За деньги да, – неприятный мужик все не унимается. – Глеб Саныч, чую, нам сейчас натуру предлагать начнут.

Вот же хам!

Обычно я себя не веду подобным образом. Как будто я рыночная торговка или дочь портового трактирщика.

Но…

Мой день дерьмо. И лучше он не становится.

Круто развернувшись на каблуках (вернее на платформе своих любимых кед), подхожу к огромному мужику в черном. А-ля рэкетир из лихих девяностых.

Лысый такой, тучный, а под одеждой явно прячутся татуировки. Насчет последнего не уверена, воображение слишком разыгралось.

– А без оскорблений никак нельзя?

– Пардон, – щурится бритоголовый.

– Вызываем ГАИ?

– Глеб Саныч, дамочка гаишниками грозится, – с противной ухмылочкой выдает мужик.

– Ничего я не грозюсь! – выпаливаю я. Грозю? Грожу? Ох! Великий и могучий русский язык. – В смысле, это не угрозы. Слушайте, я сегодня не в настроении, давайте как-нибудь решим проблему. Я сама ГАИ вызову…

– Поехали, Прохор.

– Но…

И только тут я замечаю второго мужика.

Нет, ну правда, шовинист из девяностых настолько большой, что может запросто все на свете перегородить своим телом. Дядя Степа просто… ну… плюс сайз.

Он как раз отходит в сторону, открывая обзор на мрачного широкоплечего типа в куртке авиаторе и темных джинсах.

– Маша⁈ – спрашивает меня таинственный незнакомец, сверкая глубокими сапфировыми глазами.

Только тогда я и узнаю его.

Глава 6
Сегодня меня бросят

/Маша/

Не верю своим глазам.

Это и правда тот самый Глеб Бестужев?

Соседский мальчишка из моего детства?

Тот щупленький, худой, бледный паренек, собирающий по всей округе бездомных кошек и собак? Добродушный рубаха-парень, увлекающийся фотографиями?

Думаю, не стоит объяснять, что все девчонки в школе беззастенчиво использовали его в своих целях.

Мы даже дружили… пока родители не запретили мне с ним общаться, потому что Глеб был другого круга.

Отец – военный летчик, мать – учительница истории, пусть и в элитном пансионе.

Какое-то время мы виделись тайком, называли себя «Леди и Бродяга», пока… пока он просто не перестал обращать на меня внимание, начав встречаться с первой красавицей школы.

Сколько мы не виделись?

Лет десять, наверное. А может, и того больше.

Я ведь после выпускного сразу в МГУ поступила и в столицу переехала, поближе к университету. Бабушка с дедушкой мне квартиру на совершеннолетие подарили. Потом же я почти сразу замуж вышла. Вот и вся истории Маши.

Надо же, каким он стал!

Неудивительно, что сразу не узнала его.

Глеб так сильно изменился…

Серьезный, взрослый, брутальный.

Он определенно возмужал.

Стал шире в плечах, сменил прическу… раньше Глеб носил длинные волосы, собирал их в пучок. Сейчас же у него аккуратный модный «ежик». В синих глазах потух по-детски искренний восторг.

Я кожей ощущаю холод от осколков льда, застывших в этих сапфировых океанах.

– Глеб? – зачем-то спрашиваю я.

– Маша, – повторяет он.

На его лице лишь появляется намек на полуулыбку. Но от нее мне хочется съежиться и закутаться поскорее в теплый плед. Желательно прихватив с собой чашечку обжигающего мятного чая.

– Ты изменился.

– А ты все такая же.

«Наивная простушка Маша» – мысленно проговариваю про себя.

С каждой секундой начинаю чувствовать себя еще более неловко.

Не постоянно все-таки сталкиваешься на парковке торгового центра со своей первой любовью.

– Ну-ууу… – тяну я и нервно заламываю руки. – Что делать будем? Я все-таки врезалась в тебя.

– Пустяки, – его взгляд опускается ниже, заставляя меня покраснеть. – Ты замужем?

Вздрагиваю.

Долго думаю, прежде чем ответить «да».

Почему запинаюсь, сама не знаю. Наверное, все оттого, что я без пяти минут разведенка.

Но не говорить же о своих проблемах первому встречному, правильно?

Мне вообще никому не хочется сообщать о своем позоре и предательстве двух самых близких людей.

– Замужем, – отвечаю я и зачем-то прячу руки в карманах. – Знаешь, мне бежать пора… может, я оставлю тебе свой номер, и мы потом все решим?

Глеб едва заметно кивает и достает смартфон в матовом черном чехле.

Без задней мысли диктую телефон и, наспех попрощавшись с мужчиной из прошлого, предпочитаю побыстрее вернуться в свою машинку. И только выехав с парковки, до меня доходит.

Я что только что дала ему свой телефон? И он просто взял и записал его⁈

Да и плевать!

Это, получается, мужу можно спать с моей младшей сестрой? А я и номер никому дать не могу?

Тем более, что ничего такого я и не хотела… просто врезалась в машину Глеба и должна хотя бы ремонт оплатить.

Сегодня я не в состоянии разбираться с подобными глупостями. Да и Глеб тоже спешил по своим делам.

Мне еще предстоит ужин с Русланом. Чувствую, прощальный…

Добравшись до дома, напрочь забываю о встрече с Глебом Бестужевым. Эта информация банально вылетает из моей головы. Варюсь полностью в Руслане и нашем предстоящем ужине.

Хожу из угла в угол, не зная, как мне быть, за что хвататься… может, принять успокоительное? Или сказать мужу, что заболела и никуда не поеду? Растянуть агонию еще ненадолго!

Нордик ходит за мной по пятам, радостно виляя хвостом.

Кормлю пса. Себе наливаю чай, стараясь успокоиться. Но будем честны, вся валерьянка в мире не способна привести меня в чувство.

Пальцы дрожат, так что я неуклюже разливаю чай. Сердце колошматит со всей силы, с грохотом ударяясь о ребра. И я снова плачу, да еще и навзрыд, расслабленная мыслью, что никто тут меня не услышит, кроме Норда.

Штрудель кладет свою морду мне на колени, смотрит в глаза преданно и внимательно, словно знает все то, о чем я думаю.

– Мой ты хороший, – всхлипываю я. – Только ты у меня и остался…

Получаю от Руслана сообщение с названием ресторана и временем встречи.

«Заказал столик в Византии на 20:00»

Смотрите-ка, наш любимый ресторан. Там он сделал мне предложение девять лет назад и там же собирается меня бросить.

Подонок!

Хватаю чашку со стола и подумываю швырнуть об стену, но не решаюсь. Убирать кому потом? К тому же, Норд наступит, поранится не дай бог…

Да, девочки! Страдать из-за мужиков в тридцать уже совсем ни то, что в шестнадцать. Впрочем, я и не знаю толком, как это.

Собираюсь.

Надеваю первое попавшееся платье, которое не застегивается на талии.

Встаю боком перед зеркалом в гардеробной, щипая себя за живот и бока.

Ну вот и откуда взялся весь этот жир?

Ангелина не открыла Америку, когда сказала о том, что я набрала вес. Из-за гормонов я действительно поправилась. Вот только не замечала, насколько сильно.

Конечно, худенькой я никогда не была. В отличии от младшей сестры.

У Лины просто шикарная фигура. Даже шаблонная. Тонкая талия, большая грудь, попа как «орех» и модные сейчас широкие бедра. С таким телом ей сам бог велел становиться моделью.

Невольно сравниваю себя с идеальной сестрой. Вспоминаю, как выглядела Ангелина в том провокационном комплекте. Ни то что я… просто какая-то несуразная деревенщина.

Мою талию украла домашняя выпечка, грудь же явно нуждается в поддерживающем лифчике с эффектом пушап.

Провожу руками по бедрам и недовольно хмыкаю.

Приходится отказаться от идеи нарядиться в красивое платье, от взгляда на которое у Руслана челюсть отвиснет.

Есть ощущение, что я во всем выгляжу как посредственная домохозяйка. Не хочется погружаться в комплексы, но слова сестры прочно застряли в памяти, словно смертельное жало.

Для ужина выбираю пудрово-розовый брючный костюм и базовую белую рубашку. Пытаюсь привести в порядок лицо и волосы. Распускаю косу, оставив локоны распущенными. Они немного завились, спасая ситуацию.

Сделать макияж уже не успеваю.

В ресторан приезжаю вся на нервах. Не знаю как только держусь, чтобы не высказать Руслану все то дерьмо, что вывалила на меня Ангелина.

Но я не стану упрощать ему задачу. Нет!

Хостес провожает к уединенному столику за ширмой, где меня уже ждет пока еще мой муж.

Отмечаю взглядом ведерко с игристым, два хрустальных бокала, роскошный букет моих любимых гортензий. Так ведь и не скажешь, что это начало конца.

Выдыхаю.

Сегодня меня бросят…

Глава 7
Годовщина

/Маша/

Очень хорошо, что Руслан предварительно позаботился о том, чтобы наш столик располагался в закрытой кабинке за ширмой, вдалеке от других посетителей.

Впрочем, ничего удивительного в этом нет.

Муж всегда предпочитал уединение. Социопаты они такие.

Как только хостес оставляет нас наедине, позволяю себе занять место на бархатном диванчике напротив Руслана.

– Хорошо выглядишь, – говорит он, сдержанно улыбаясь.

Э-э-э… что, простите?

Могу ошибаться, но надоевших жен бросают немного иначе, как мне кажется.

Или перед финальным унижением, он решил довести меня до ручки? Если дело действительно обстоит именно так, то у него неплохо получается…

– Спасибо, – подыгрываю я ему.

Уверена, актриса из меня паршивая.

Мне непросто сохранять перед ним «лицо», оставаться спокойной и хладнокровной. Эмоции буквально просятся наружу, срывают предохранители, требуют немедленного выхода.

– Я заказал твой любимый стейк из форели и цезарь с креветками, ты не против? – осведомляется Руслан, разливая напитки по бокалам.

А что, собственно, происходит?

Ничего уже не соображаю… можно пояснительную бригаду?

– Нет, – пожимаю я плечами, не сводя с него пристального взгляда.

– Почему ты так смотришь? – Руслан протягивает мне бокал, вынуждая чокнуться с ним.

А мне все труднее продолжать держать себя в руках.

Честное слово, куда больше желания выплеснуть ему содержимое бокала прямо в лицо, а потом высказать все, что думаю…

Но вместо этого я делаю пару глотков, надеясь хоть немного справиться со своими внутренними Всадниками Апокалипсиса.

Отчаяние. Предательство. Ложь. Боль.

– Ничего, – тяжело выдыхаю, ставлю фужер на столешницу, а сама откидываюсь на спинку дивана.

На грудную клетку со всей силы что-то давит. Как будто установили на нее тяжеленную гранитную плиту.

А я просто смиренно жду, когда Руслан наконец приведет в исполнение мой смертный приговор.

– Забыла, да? – усмехается он, доставая из кармана пиджака маленькую бархатную коробочку. – У нас сегодня годовщина, Машуль.

Че-еее-го⁈

Принимаюсь лихорадочно вспоминать, какое сегодня число.

Годовщина, и правда…

И не знаю, чему мне вообще тут стоит удивляться, из-за чего злиться.

То ли от того, что он решил бросить меня именно в этот знаменательный день или от того, что зачем-то приготовил подарок!

Он какой-то извращенец? Кайф получает от чужих страданий?

– Что? – переспрашиваю я, поднимаясь и подаваясь к нему навстречу.

– С годовщиной, милая… – нагло улыбается Руслан и вкладывает в мою руку этот злополучный ящик Пандоры. – Знаю, утром мы немного повздорили, но я очень сильно тебя люблю.

Нет сил терпеть!

Не могу!

Да он, сволочь такая, издевается!

– Как ты можешь⁈ – сердито шиплю я, едва ли не брызжа праведным ядом в разные стороны. – Разве так любят⁈

Дайте этому невозможному мужику «Оскар». Он его заслужил, как никто другой.

Стоит только посмотреть на его каменное лицо, на котором ни один мускул и на секунду не дрогнул, можно стоя аплодировать такому таланту.

Железобетонный покерфейс, будто он чист как младенец.

– Опять старая песня о главном. Слушай, ну так бывает в сексе. Ты постоянно взвинчена, на нервах, вот и не можешь расслабиться и получить удовольствие.

Что?

Я фигею…

Надо же, как он виртуозно все выкрутил. Опять перевел стрелки на мои утренние неудачи на постельном фронте.

– Зато ты всегда можешь.

– Ты взяла установку вынести мне мозг и испортить нам настроение?

Не нахожу, что ему на это ответить. Чувствую себя растерянной и потерянной. Невольно начинаю сомневаться в собственной адекватности.

Только зло фыркаю, хмуря лоб. Это все, на что я способна.

– И из нас двоих, – снова подаёт голос. – Это не я забыл о годовщине нашего брака. Подарок тебе приготовил, цветы купил, ресторан твой любимый организовал.

Боже!

Да вразумите этого мужика хоть кто-нибудь!!!

У Руслана вообще совесть есть?

Как у него язык поворачивается самозабвенно врать собственной жене прямо в глаза после того, как с кем-то кувыркался?

И не просто с кем-то…

Как можно быть таким самоуверенным козлом⁈

Как⁈

– Ты мне изменяешь! – выпаливаю я.

И так больно мне становится, так горько, что я не в силах сдержать слез, брызнувших из глаз.

Но в ответ он только устало закатывает глаза, словно я так уже утомила его, что сил больше нет.

Мы оба синхронно замолкаем.

Поскольку наше уединение нарушают официанты, расставляя блюда и закуски.

Устраивать скандал на весь ресторан мне не хочется, но и молчать в тряпочку я более не способна.

– Этот вечер еще не поздно спасти, – первым нарушает тишину Руслан. – Давай спокойно поужинаем и насладимся нашим днём.

Чего я ждала, когда приперла его к стенке?

Ну точно ни того, что Руслан продолжит вести себя как ни в чем не бывало.

Я ждала, что он начнет извиняться, оправдываться, вымаливать прощение, стоя на коленях желательно! Слёзно целуя мне руки и цитируя ну Стаса Михайлова, например. А ещё лучше, Валерия Меладзе.

А он спокоен как удав, только что еще не сожрал глупую Машу полностью.

– Я в шоке с тебя…

– Чего тебе не хватает? – ледяным колючим тоном спрашивает у меня Руслан. – Я пашу сутками лишь бы у тебя все было. Украшения, загородный дом, отпуск в любое время года, чтобы моя любимая женщина могла не работать и ни в чем не нуждалась. Любой твой каприз выполняю. Хочешь собаку – ради бога, новая машина – пожалуйста. А кольца и серьги, которые на тебе? Некоторые люди годами на такие зарабатывают. Тебе все мало. Измену какую-то придумала.

И если бы не младшая сестра, скинувшая меня с небес на землю, я бы, наверное, поверила ему.

– Ангелина мне все рассказала…

– Да хоть Аня, Марина, Полина. Мало ли сколько баб у меня до тебя было. Каждую будешь слушать?

– Ангелина – моя младшая сестра. Я этого пропустить не могу…

– Ну понятно все, – раздраженно хмыкает он. – У тебя цель испортить мне настроение.

Ну почему же он так убедителен?

– Ладно, – делаю глубокий вдох. – И черт бы с этими Маринами и Полинами. Но это моя младшая сестра, я не могу забить на ее слова.

– А я твой муж.

– Хорошо… – сцепляю руки между собой. – Давай просто позвоним ей, и все выясним. Дождемся теста ДНК. Сейчас отцовство можно определить на ранних сроках…

И на секунду мне кажется, что все это просто огромная ошибка.

Но только на секунду.