Текст книги "Кружевница. Полотно Жизни (СИ)"
Автор книги: Мила Лис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
Глава 12.
Утро понедельника выдалось бодрым – еле проснувшись от уже хриплого писка «помощи», я быстро умылась, надела форменное платье и заплела косу. В новую сумку переложила тетради и побежала в столовую.
Столовая понедельника явно отличалась от столовой выходного дня количеством студентов. Пришлось пройти мимо трех столов со студентами, которые меня внимательно рассматривали.
За первый стол прямо пылал пламенем волос разной длинны и оттенков. Парни и девчонки смотрели на меня с явным любопытством, некоторые даже кивнули приветствуя.
Со второго стола, с явной неприязнью, на меня смотрели надменные студенты в черной форме.Третий стол удивил – парни и девчонки с платиновыми волосами и в белоснежных, как снег в горах, мантиях, смотрели на меня как ... на пустое место.
За остальными столами кучками сидели студенты разных магических расс, вот только эльфы предпочитали сидеть отдельно, как и драконы.
Не желая дальше поддерживать эти "смотрины", я юркнула в толпу студентов на раздаче. С полным подносом еды я подошла к привычному столику, за которым уже сидела Илара.
– Просвети меня, – тихо попросила я, расставляя свой завтрак на столе, – что это за компании в центре столовой?
– Ммм?, – промычала Илара, – .. а, так это огненные, туманные и снежные драконы. Объяснять не надо кто есть кто? – усмехнулась она
– Ннет, – и я принялась энергично уплетать кашу.
– Снежинка? – произнес над ухом знакомый голос
– Лэр Дар? ... Проголодались? – съязвила я и тут поняла – в столовой стало тихо. Даже ложки перестали стучать
– Я тут учусь вобще-то, – с насмешкой ответил блондин, – приятного аппетита, ещё увидимся, – и пошел к своему столу.
Ложки потихоньку начали стучать – это студенты вернулись к недоеденному завтраку.
– Ты с ним знакома? – пергнувшись через стол восхищенным шепотом спросила Илара. – Да, – ответила я откусывая булочку, – а что такого, ты так спрашиваешь, как будто он принц, – хмыкнула я – Ну да, наследный. – ? – Дракон он. Снежный. А по совместительству принц, – наслаждаясь моей вытянувшейся физиономией, продолжила Илара. – И ещё он студент выпускного курса, по окончании которого.... Я чуть не подавилась булочкой.
– Принц?! Снежный дракон?! – прошептала я, стараясь не привлекать внимания. – И ты молчала?!
Илара хмыкнула:
– А что, сразу «молчала»? Ты сама не спрашивала. К тому же… – она понизила голос, – тут половина академии знает, кто он. Просто не все афишируют.
Я покосилась на стол с платиновыми волосами. Лэр Дар сидел в окружении таких же беловолосых студентов, что-то спокойно объяснял, время от времени жестикулируя. Его мантия сверкала, будто покрыта инеем.
– И что, он… всегда так? – я неопределённо махнула рукой. – Ведёт себя как обычный студент?
– Как обычный? – Илара рассмеялась. – Ты видела, как он двигается? Как говорит? Это не «обычный». Это принц, который учится быть королём. И магия у него… особенная.
– Какая? – не удержалась я.
– Снежная, разумеется. Но не просто лёд и холод. Он умеет замораживать время. На микроуровне, конечно. Например, может остановить падение капли или замедлить удар заклинания. Говорят, на выпускном испытании он должен будет показать полный контроль над этой силой.
Я молча переваривала информацию.
– То есть он… почти бог?
– Нет, – серьёзно ответила Илара. – Он человек. Дракон. Студент. И у него тоже есть слабости.
– Например? – я невольно подалась вперёд.
– Например, – она улыбнулась, – он терпеть не может сладкое. И ещё – не выносит, когда его называют «ваше высочество» в стенах академии. Считает, что здесь все равны.
Я невольно улыбнулась:
– Ну хоть что-то человеческое.
После завтрака мы с Иларой разошлись: у неё была практика по рунической магии, а у меня – медитация.
Я шла по коридору, размышляя о Лэр Даре. «Принц… дракон… и при этом – студент». В голове не укладывалось.
«Помощь» в руке тихонько мерцала, будто чувствуя мои мысли.
– Покажи правила взаимодействия со студентами из королевских родов, – попросила я.
Коробочка замигала, затем выдала:
Протокол вежливости (академический) Обращение: по имени или званию (если оно официально присвоено). Титулы: не используются в учебных помещениях. Поведение: равное, без подобострастия, но с уважением к статусу.
Запрещено:
задавать вопросы о личной жизни; упоминать родственные связи без разрешения; пытаться использовать статус для личных целей.
– Понятно, – пробормотала я. – Никаких «ваше высочество».
Аудитория для медитации оказалась круглой, с мягкими ковриками по периметру. В центре – хрустальный шар, излучающий спокойный голубой свет.
Преподаватель, невысокий мужчина в серой мантии, представился как мастер Эрин.
– Медитация – это не отдых, – начал он. – Это работа с внутренним потоком. Сегодня мы научимся ощущать свою магическую суть.
Студенты расселись, закрыли глаза. Я последовала их примеру.
Сначала – тишина. Потом – едва уловимый гул, будто далёкий прибой. Я сосредоточилась на нём, пытаясь понять, где он начинается и где заканчивается.
Внезапно перед внутренним взором вспыхнул образ: нить. Тонкая, серебристая, она тянулась сквозь тьму, пульсируя в такт моему дыханию.
«Это… моя магия?» – подумала я.
Нить дрогнула, будто отвечая.
Когда мы вышли из аудитории, Илара уже ждала меня у двери.
– Ну как? – спросила она.
– Странно, – призналась я. – Я увидела… нить. Как будто моя магия имеет форму.
– О! – её глаза загорелись. – Это хороший знак. Значит, у тебя есть потенциал к визуализации. Многие годами не могут увидеть свою суть.
– А ты что видела? – Огонь. Маленький, но упрямый. – Она улыбнулась. – Я же из рода Арахнидов, а наша магия всегда имеет огненный оттенок. – Илара, а скажи... этот кх... принц, он здесь живет? – Общежитие СД, номер не помню, сходить спросить? – съязвила подруга – Нет, спасибо, – я закатила глаза и мы отправились искать следующую аудиторию.
Обед мы пропустили, отправившись в библиотеку, а вот ужин...
С раздачи мы шли с полными подносами: салат из овощей, пюрешка и мясной гуляш, отвар и по два куска мясного пирога. Расставив эти шедевры академской кулинарии, мы продолжали болтать осуждая прошедший день.
– Если ты не знала, Юнис, с этой паучихой в академии никто не общается, не советую тебе сидеть с ней за одним столом, – перед нами стояли Элия и Риса
И тут я, вспомнив своё земное прошлое, как бы невзначай, развернулась так, что моя коса взлетела и отвесила подзатыльник... обеим. В столовой раздался смех, а Илара лишь приподняла бровь, глядя на опешивших Элию и Рису.
– Ну и методы у тебя, – тихо хмыкнула она, когда девушки, покраснев, развернулись и пошли прочь.
– Привычки из прошлого не так просто забыть, – пожала я плечами, усаживаясь обратно. – В моём мире это был универсальный ответ на хамство.
Илара задумчиво поковыряла пюре вилкой.
– Знаешь, может, оно и к лучшему. Эти двое любят распускать слухи. Особенно про тех, кто с «неподходящими» компаниями общается.
– То есть про тебя? – прямо спросила я.
Она пожала плечами:
– Скажем так: род Арахнидов не все считают «достойным» соседством. Говорят, мы слишком… непредсказуемы в магии.
– А по-моему, это просто зависть, – буркнула я, накалывая на вилку кусочек гуляша. – Кто из них может видеть нити реальности? Или восстанавливать магические контуры?
Илара рассмеялась:
– Ты быстро учишься. Но будь осторожна. В академии слова могут ранить не хуже заклинаний.
Мы вышли из столовой, неся с собой по кружке травяного отвара. Вечерний воздух был свеж, в небе уже зажглись первые звёзды.
– Куда теперь? – спросила я. – У меня ещё пара глав по магической структуре государства…
– Давай в малый читальный зал? – предложила Илара. – Там точно никто не помешает. А если хочешь, могу показать пару приёмов для концентрации – они помогают при чтении сложных текстов.
– Было бы здорово, – искренне обрадовалась я.
По пути в библиотеку мы молчали, наслаждаясь тишиной. Лишь изредка доносились голоса студентов, возвращавшихся в общежития.
В малом зале, как всегда, царил полумрак, рассекаемый мягким светом магических светильников. Мы устроились за дальним столом, разложили книги и тетради.
Илара достала тонкий серебряный обруч с крошечными рунами по ободу.
– Это – концентратор. Надеваешь, закрываешь глаза и представляешь текст в виде узора. Слова становятся линиями, идеи – цветами. Так проще уловить суть. И быстрее.
Я осторожно взяла обруч. Металл был тёплым на ощупь.
– И как это работает?
– Магия внимания, – улыбнулась она. – Попробуй.
Я надела обруч, закрыла глаза. Сначала – только темнота. Потом – едва заметное мерцание. И вдруг перед внутренним взором вспыхнул узор: переплетение линий, точек, вспышек света. Где-то вдали звучал тихий гул, похожий на шёпот страниц.
– Вижу… – прошептала я. – Это как карта.
– Именно, – кивнула Илара. – Теперь попробуй «пройти» по одной из линий. Это будет главная мысль абзаца.
Я сосредоточилась. Линия потянулась вперёд, раскрываясь, как цветок, и вдруг я ясно увидела фразу: «Магическая структура государства основана на трёх столпах: законе, традиции и воле правителя».
– Получилось! – я открыла глаза, снимая обруч. – Это невероятно!
– Практика, – подмигнула Илара. – Через пару недель будешь читать так же легко, как обычную книгу.
Когда часы на стене показали 21:30, мы начали собираться.
– Спасибо, – сказала я, складывая тетради. – Без тебя я бы ещё неделю пыталась разобраться в этой структуре.
– Всё приходит с опытом, – ответила она. – Главное – не бояться пробовать.
На выходе я задержалась, глядя на звёздное небо за окном.
«Сегодня был хороший день, – подумала я. – Даже несмотря на Элию и Рису».
Илара, словно почувствовав мои мысли, легонько толкнула меня плечом:
– О чём задумалась?
– Ни о чём, – улыбнулась я. – Просто рада, что встретила тебя.
Она улыбнулась в ответ:
– Я тоже.
И мы пошли к своему общежитию, оставляя за спиной тихий свет читального зала и шёпот нераскрытых книг.
– А пойдем ко мне? Поболтаем, – предложила я – А пойдем, – обрадовалась Илара и мы поднялись на четвертый этаж.
Дверь моей комнаты оказалась приоткрытой..., а в просвете я увидела черный клубок... такой же, каким убили бабушку черные кружевницы
Я замерла на пороге, сердце ухнуло куда-то в пятки.
– Что… – начала Илара, но я жестом остановила её.
Осторожно толкнула дверь. Она скрипнула, приоткрываясь шире. В сумраке комнаты тот самый клубок – чёрный, будто поглощающий свет, – лежал на моём столе. От него расходились тонкие, почти невидимые нити, уходящие в щели между досок, в углы, в стены.
– Это… нехорошо, – прошептала Илара, отступая на шаг. – Ты видишь это?
– Вижу, – с трудом выдавила я. – И знаю, что это.
Воспоминания нахлынули волной: лежащая на пороге гостинной бабушка, чёрные нити,и её последние слова в завещании про черных кружевниц.
– Чёрные кружевницы, – сказала я, стараясь говорить ровно. – Они убили мою бабушку. И оставили такой же клубок.
Илара медленно подошла ближе, вытянув руку.
– Не трогай! – я схватила её за рукав. – Это не просто предмет. Это ловушка. Или послание.
Она отступила, кивнула:
– Что делать будем?
Я огляделась. Взгляд упал на «Помощь» – коробочка на тумбочке тихо мерцала, будто чувствовала напряжение.
– Помощь, – тихо произнесла я, – что это? Как нейтрализовать?
Коробочка замигала, затем выдала:
Объект: Чёрный клубок (тип: сигнальный маркер / связующее звено) Опасность: Средняя (активация зависит от внешних условий) Способ нейтрализации: 1. Изоляция в антимагическом контейнере. 2. Разрушение нитей огнём (только для опытных). 3. Обращение к куратору.
– Понятно, – пробормотала я. – Ни контейнера, ни опыта. Значит…
– Обращаемся к куратору, – закончила за меня Илара. – Но кто он у тебя?
Я задумалась. В списке контактов академии значился профессор Гранингс, но он вряд ли будет рад позднему визиту. Лэр Дар? Он принц, а значит, имеет доступ к высшим уровням защиты…
– Лэр Дар, – сказала я. – Он должен знать, как поступить.
– Ты серьёзно? – Илара приподняла бровь. – После утренней стычки?
– Сейчас не до обид, – отрезала я.
Мы вышли из комнаты. Время близилось к 22:00, и коридоры опустели. Лишь изредка мелькали тени дежурных домовых.
Общежитие СД находилось в северной башне – там всегда было холоднее, чем в других корпусах. Уже у входа я почувствовала, как воздух стал плотнее, будто пропитанный инеем.
На посту дежурного сидела девушка с платиновыми волосами. Увидев нас, она подняла бровь:
– Студенты? В такое время?
– Нам нужен Лэр Дар, – прямо сказала я. – Срочно.
Девушка прищурилась, затем кивнула на переговорный кристалл на стойке:
– Назовите цель визита.
Я сглотнула:
– Чёрный клубок. Связь с чёрными кружевницами.
Её лицо изменилось. Без лишних слов она коснулась кристалла, и через минуту перед нами стоял Лэр Дар.
Он смотрел на нас, скрестив руки. В его глазах не было ни насмешки, ни раздражения – только холодная сосредоточенность.
– Показывайте, – коротко бросил он.
Мы вернулись в мою комнату. При виде клубка Лэр Дар резко выдохнул:
– Так быстро…
– Вы знаете, что это? – спросила я.
– Знаю. – Он достал тонкий серебряный жезл, очертил круг вокруг клубка. Нити зашипели, будто живые, и втянулись внутрь. – Это маяк. Они хотят знать, где ты.
– Кто? – голос дрогнул.
– Те, кто убил твою бабушку. Чёрные кружевницы. Они не просто убийцы – они… – он замолчал, подбирая слова, – секта. Ищут что-то. И им нужна ты.
Илара побледнела:
– И что теперь?
Лэр Дар поднял жезл, и клубок вспыхнул ледяным пламенем, рассыпавшись в прах.
– Теперь ты под защитой академии. Но будь осторожна. Они найдут другой способ.
Он повернулся ко мне:
– Завтра приходи в кабинет ректора. Гранингс должен знать. И… – он помедлил, – если что-то покажется странным – сразу ко мне. Поняла?
Я кивнула.
– Спасибо.
– Не благодари. Это моя обязанность. – Он уже у двери, но обернулся: – И да… – сегодня здесь лучше не ночевать... Я бы мог пригласить тебя к себе, но...
– Благодарю, но не стоит, я найду где переночевать.
Дверь закрылась.
Мы с Иларой молча смотрели друг на друга.
–Пойдем ко мне, – наконец сказала она, – теперь точно поболтаем.
Я рассмеялась, хотя в горле стоял ком.
– Пойдем… – я вздохнула. – Не хочу оставаться одна.
Комната Илары была точной копией моей, но с одним дополнением: над кроватью, сплетенный из множества разноцветных нитей висел ... гамак.
– Мне так привычнее, – пожала плечами подруга, шутливо выкатив глаза и пошевелила пальцами, – ты же слышала, я па у чи ха.
Мы забрались с ногами на кровать и я, не найдя причины скрывать кто я и откуда, рассказала Иларе свою историю.
Она внимательно выслушала и произнесла:
– Помощь, – расскажи все, что знаешь о секте черных кружевниц.
Коробочка подруги лежала рядом с моей и, прокашлявшись, начала говорить:
– Данная информация...
– Профессор Гремлин? – поинтересовалась моя коробочка
– Профессор Моор?
– Да, это я!
Мне показалось, что моя коробочка выпятила несуществующую грудь вперед:
– Что, Гремлин, смотрю пенсии вам явно не хватает, раз в коробке сидите, с ноткой провосходства проговорила моя.
– Да вы тоже, профессор, – делая упор на звании ехидно проговорила другая, – тоже смотрю не пятки греете на Южном побережье.
И тут коробки, начли ругаться, перебивая друг друга.
Мы с Иларой, давясь от смеха, остановили начинающуюся вакханалию:
– Так, стоп!, – одновременно выкрикнули мы, – замолчите оба.
Коробочки затихли, лишь едва заметно мерцая – будто обиженные дети, которых одёрнули за шалость.
– Ну вы даёте, лэры, – фыркнула Илара, вытирая слёзы от смеха. – Может, вас вместе поселить? В одной тумбочке?
– Боюсь, тогда они вообще перестанут нас слушать, – улыбнулась я, но тут же снова стала серьёзной. – Так что с чёрными кружевницами?
Илара коснулась своей «Помощи»:
– Повторяю запрос: расскажи всё, что знаешь о секте чёрных кружевниц. Но без комментариев от… коллег.
Коробочка вздохнула (буквально – издала тихий шипящий звук) и начала:
Чёрные кружевницы или Тьма Статус: тайная секта, действующая вне официальных магических структур. Цель: неизвестна (предположительно – поиск и захват артефактов, связанных с «Полотном жизни»). Методы:
внедрение нитей тьмы в магические контуры; подчинение воли через «чёрные клубки» (сигнальные маркеры / ловушки); устранение свидетелей.
Известные случаи:
127 год: исчезновение группы исследователей в Этерианских руинах (предположительно, связаны с поиском «Иголки первоткачихи»).
214 год: нападение на караван с реликвиями рода Арахнидов (украдены свитки с древними узорами).
302 год: убийство лэры В. Таррин (автора «Полотно жизни: история и символизм»).
Особенности магии:
работают с «тёмным плетением» – искажают нити реальности, а не создают новые;
способны маскироваться под обычных людей; используют жертвенную магию (источник силы – чужая боль).
Меры предосторожности:
избегать контакта с неизвестными нитями; не принимать подарки от незнакомцев; сообщать о подозрительных знаках куратору.
Когда коробочка закончила, в комнате повисла тяжёлая тишина.
– Твоя бабушка… – тихо сказала Илара. – Она ведь тоже изучала «Полотно жизни»?
– Да, – я сглотнула. – И оставила мне дневник. Там есть наброски узоров, которые она считала важными. Я не понимала их значения, пока… пока не увидела чёрный клубок.
– Покажи, – попросила подруга.
Я достала из сумки потрёпанный кожаный блокнот. На обложке – выгравированный глаз (чтобы видеть суть), перо (чтобы записывать правду) и ключ (чтобы открывать тайны). Открыла первую страницу:
«Если ты читаешь это, значит, они пришли за тобой. Помни: чёрные кружевницы ищут не просто знания – они ищут Иголку. И пока она у нас, ты в опасности. Но и в безопасности. Потому что только тот, кто владеет Иголкой, может восстановить плетение…»
– Иголка? – нахмурилась Илара. – Это метафора?
– Не думаю, – я перевернула страницу. Там был рисунок: тонкий, почти прозрачный стержень, усыпанный микроскопическими крючками. Под ним надпись: «Иголка первоткачихи. Ключ к Полотну. Храни её. Не доверяй никому».
– То есть… – Илара медленно подняла взгляд. – У тебя есть этот артефакт?
– Я не знаю, – призналась я. – Бабушка говорила, что он «в надёжном месте», но не сказала где. Только оставила подсказки в дневнике.
– Например?
Я полистала блокнот, остановилась на странице с картой:
– Вот. Это план старого крыла академии. Здесь отмечен крест. А рядом надпись: «Там, где время остановилось».
Илара прищурилась:
– Восточное крыло? Оно же заброшено. Говорят, там до сих пор действуют защитные контуры, которые никто не может снять.
– Именно, – кивнула я. – Но если Иголка там…
– …то чёрные кружевницы тоже это знают, – закончила она. – И будут искать.
Мы переглянулись. В глазах Илары горел азарт – не страх, а решимость.
– Что будем делать? – спросила она.
– Сначала – убедиться, что Иголка действительно там, – сказала я. – Потом… потом решим, как её защитить.
– Или спрятать, – добавила Илара. – Но для этого нужен план.
– И союзники, – напомнила я. – Лэр Дар. Он знает больше, чем сказал.
– А ещё… – подруга покосилась на коробочки. – Возможно, наши «помощники» тоже могут быть полезны. Если заставить их работать вместе.
Я усмехнулась:
– Давай попробуем. Но сначала – сон. Завтра рано вставать.
Илара устроилась в гамаке, а я на кровати. В окне мерцали звёзды, а где-то вдали звенели защитные контуры академии.
– Знаешь, – тихо сказала я, глядя в потолок, – когда я сюда приехала, думала, что буду просто учиться. А теперь…
– Теперь ты спасаешь мир, – подмигнула Илара.
– Скорее пытаюсь не дать ему разрушиться, – поправила я.
Она протянула мне руку:
– Вместе.
Я кивнула. И впервые за долгое время почувствовала: я не одна.
А где-то в глубине академии, в заброшенном крыле, где время остановилось, ждала своего часа Иголка первоткачихи – ключ к Полотну жизни.
И чёрные кружевницы уже шли по следу.
Глава 13.
Ректор Гранингс пребывал в бешенстве:
– В академии творится черти что! – рычал он, – вы лэра, видимо не понимаете всей опасности сложившейся ситуации! Его судьба, – он ткнул пальцем в невозмутимо сидящего принца, – целиком зависит от вас, – теперь палец почти уткнулся в мою грудь.
Принц видя двусмысленность ситуации скрыл смешок за покашливанием:
– Профессор, – начал он, – вы наверно забыли, что лэра Юнис всего несколько дней назад прибыла не только в академию, но и в наш мир, и ...
– Мне страшно представить, что будет через неделю, если уже сейчас вся академия стоит на ушах, – не сбавляя тембра рокотал ректор.
Ректор Гранингс хлопнул ладонью по столу – по кабинету прокатился глухой удар, а магические светильники на миг вспыхнули ярче.
– Неважно, сколько дней она здесь! – его голос дрожал от напряжения. – Важно, что уже сейчас вокруг неё закручивается вихрь событий, который может снести всё, что мы выстраивали веками!
Лэр Дар медленно поднялся из кресла. В его движениях не было ни капли суеты – лишь холодная, выверенная грация снежного дракона.
– Профессор, – произнёс он ровно, – вы забываете, что лэра Юнис – не пешка в вашей стратегии. Она жертва обстоятельств, а не инициатор. И если мы хотим её защитить, стоит перестать пугать её масштабом угрозы.
Я сглотнула. В кабинете ректора, окружённая двумя могущественными фигурами, я чувствовала себя… крошечной. Но в то же время – странно значимой. Как будто от меня действительно зависело что-то важное.
– Защитить? – ректор резко развернулся ко мне. – Вы понимаете, что чёрные кружевницы не остановятся? Они искали Ирилу сто лет. Теперь нашли внучку. И пока у нас нет ни Иголки, ни плана, как её спрятать, любая защита – иллюзия.
– Тогда давайте искать, – тихо сказала я.
Оба мужчины уставились на меня.
– Искать, – повторила я твёрже. – Иголку. Подсказки в дневнике бабушки. Старое крыло академии. Мы с Иларой уже составили план.
– «Мы с Иларой»? !– ректор приподнял бровь. – Вы всерьёз полагаете, что двое первокурсниц смогут обойти защитные контуры, которые не могут снять даже мастера маги?
– Смогут, если им помогут, – вмешался Дар. – Я могу обеспечить доступ в старое крыло. У меня есть полномочия.
Ректор замер. В его глазах мелькнуло что-то неуловимое – то ли раздражение, то ли… уважение.
– Вы осознаёте, что это нарушение протокола? – процедил он.
– Осознаю. Но если Иголка там, а чёрные кружевницы уже идут по следу, промедление опаснее.
Тишина. Только тиканье старинных часов на стене – будто отсчёт времени, которого у нас всё меньше.
Наконец ректор выдохнул, провёл рукой по лицу, будто снимая маску гнева.
– Хорошо. Но под мою ответственность. И при одном условии: вы, – он указал на меня, – будете подчиняться каждому слову принца. Без споров. Без самодеятельности.
– Согласна, – кивнула я.
– И ещё, – он достал из ящика стола тонкий серебряный медальон. – Это артефакт связи. Если почувствуете опасность – сжимайте его. Я приду.
Я взяла медальон. Он был холодным, но через секунду согрелся в ладони, словно признал меня.
– Спасибо, – прошептала я.
– Не благодарите. Это не милость – это необходимость.
Мы вышли из кабинета ректора. В коридоре царил полумрак, лишь изредка мерцали защитные руны на стенах.
– Ты действительно готов рискнуть из-за меня? – спросила я, глядя на Лэр Дара.
Он остановился, повернулся ко мне. В его глазах отражался свет магических ламп – как звёзды в ледяной пустыне.
– Я не рискую из-за тебя. Я делаю это, потому что иначе нельзя. Чёрные кружевницы – угроза не только для тебя. Они хотят переписать узор мира. А мы – те, кто должен его сохранить.
Я кивнула. Слова были лишними.
Вернувшись в комнату Илары, я рассказала ей о решении ректора и о предложенной помощи Дара. Она слушала молча, лишь иногда хмурилась, но в конце одобрительно кивнула:
– Значит, надо подумать, где может быть спрятана Игла. – Она достала из ящика пергамент и начала чертить схему старого крыла. – Вот здесь, – ткнула пальцем в точку на плане, – должен быть тайный ход, который ведет в архив ткачей. Я нашла упоминание в «Символике древних договоров».
– Ты гений, – улыбнулась я.
– Просто люблю читать, – усмехнулась она. – А теперь давай проверим, что наши «помощники» знают о защитных контурах старого крыла.
Коробочки, видимо, почувствовав серьёзность момента, не стали препираться. После короткого обмена данными они выдали:
Защитные контуры старого крыла:
активированы 302 года назад;
основаны на магии времени и эффекте «остановки»;
ключ доступа: засекречен;
слабые точки: северная аркада, восточный балкон, подвал библиотеки.
– Восточный балкон, – задумчиво повторила Илара. – Там всегда было прохладно. Возможно, это след нарушения контура.
– Надо будет проверить, – сказала я, сворачивая пергамент. – Но сначала – завтрак, силы нам еще понадобятся.
В столовую медленно заходили сонные студенты. Мы с Иларой болтали, с удовольствием уплетая творожную запеканку.
– Как думаешь, Элия и Риса, они.. кто?
– Нагини, – не отрываясь от учебника ответила подруга, – но это не точно.
– Илараа! – простонала я, понимая, что она так шутит.
Лекции у нас с Иларой шли отдельно. Мое "ускоренное" обучение заключалось в уроках медитации, государственном управлении и искусстве плетения чар. Медитация, как способ запустить мою магию давалась лучше всего, а вот плетение чар... давалось из рук вон плохо.
Я каждое утро после медитации сидела в полутёмной мастерской лэры Миры, которая стала моей наставницей. Вокруг меня клочками свисали нити – следы моих неудачных попыток. На столе лежал незавершённый узор: нити магии вяло мерцали, то и дело распадаясь на бесформенные клочья.
– Снова не получается, – пробормотала я, сжимая кулаки.
Лэра Мира подошла бесшумно – как всегда. Её длинные пальцы скользнули над узором, и нити на миг вспыхнули ровным светом.
– Проблема не в технике, Линель. Ты слишком напряжена. Плетение – это не борьба. Это танец.
– Танец? – я скептически подняла бровь. – Когда я пытаюсь «станцевать», всё вокруг начинает разрываться на клочки.
Она улыбнулась – едва заметно, как умели только мастера древней магии.
– Потому что ты видишь в чарах оружие. А они – живое дыхание мира. Попробуй снова. Закрой глаза.
Я вздохнула, но подчинилась. – Дыши глубже, – голос лэры звучал где-то на грани слуха. – Представь, что нити – это ветви дерева. Они растут, изгибаются, ищут свет. Не ты ведёшь их – ты лишь помогаешь им найти путь.
Я сосредоточилась. Перед внутренним взором возник образ: дерево с серебряными ветвями, колышущееся под невидимым ветром.
– Теперь протяни руку. Не к нитям – к ветру.
Я сделала жест, будто касаюсь чего-то неосязаемого. И вдруг…
…ощутила.
Лёгкое дрожание в воздухе. Тёплый поток, обтекающий пальцы. Нити на столе дрогнули – не хаотично, как раньше, а словно прислушиваясь.
– Хорошо, – прошептала лэра. – Теперь скажи им, куда расти. Но не приказом. Просьбой.
– Пожалуйста… – я сама не заметила, как заговорила вслух. – Станьте узором. Красивым. Живым.
Нити засветились. Медленно, неуверенно, но они начали сплетаться – не по моей воле, а вместе со мной. Когда узор наконец сложился – тонкий, переливающийся, как перламутр, – я едва поверила своим глазам.
– Получилось, – выдохнула я.
– Получилось вместе, – поправила лэра. – Ты научилась слушать. Это первый шаг.
– А второй?
– Второй – не забыть это чувство. Потому что иногда тебе может понадобится не сила, а именно это: умение слышать магию, а не подчинять её.
Выйдя из мастерской, я глубоко вдохнула. Во дворе академии кипела жизнь: студенты смеялись, переговаривались, кто-то тренировал левитацию. Казалось, мир продолжает вращаться, несмотря на то, что я только что сделала маленький шаг к чему-то огромному.
Дни летели за днями, иногда даже получалось прогуляться по аллее и парку вокруг академии. Эти короткие передышки были как глоток свежего воздуха – среди бесконечных занятий, медитаций и попыток освоить плетение чар.
– Смотри, – Илара указала на покрытую инеем ель, – зима уже на пороге. А мы всё сидим в четырёх стенах.
Я улыбнулась, вдыхая прохладный воздух. В парке было тихо – студенты в основном толпились во внутреннем дворе или в библиотеке. Здесь же царили покой и шелест опавшей листвы.
– Знаешь, – сказала я, – когда я впервые вошла в академию, думала, что всё будет… проще. Что магия – это взмах руки и чудо.
– А оказалось – бесконечные попытки не разнести мастерскую? – рассмеялась Илара.
– Именно.
После прогулки я отправилась в мастерскую – лэра Мира ждала меня с новым заданием. На столе лежал клубок бесформенных нитей – остатки моей вчерашней неудачной попытки.
– Сегодня, – сказала она, – попробуем иначе. Закрой глаза. Вспомни парк. Деревья в инее. Поскрипывание снега под ногами.
Я подчинилась. Перед внутренним взором всплыли образы: вековые ели, смех Илары, хруст снега под ногами.
– Теперь протяни руку к нитям, – продолжала лэра. – Не как к материалу для чар. Как к части того мира, который ты только что видела.
Я коснулась нитей. На этот раз они не дрогнули в испуге – они откликнулись. Медленно, неуверенно, но начали сплетаться в узор, словно повторяя ритм осеннего ветра.
– Вот так, – прошептала лэра. – Ты не создаёшь магию. Ты позволяешь ей течь через тебя.
Узор рос – не идеальный, но живой. Он мерцал мягким светом, и в нём было что-то от парка, от шелеста ветра, от дружбы, которая держала нас вместе.
Позже, сидя у окна в общежитии, я долго разглядывала узор, переливающийся в полумраке комнаты. Он напоминал мне замёрзшие ветви ели, увиденные сегодня в парке, – хрупкие, но стойкие перед лицом зимы.
За окном медленно сгущались сумерки. Я думала о том, как далеко продвинулась за эти недели. Ещё недавно я не могла даже удержать нити магии в руках, а теперь… теперь я училась слышать их. Чувствовать ритм мира.
Но впереди ждало самое сложное.
Восточное крыло. Игла Ткачей. Ритуал.
Эти слова эхом отдавались в сознании. Я знала: когда придёт время, мне придётся не просто использовать магию – мне придётся стать её частью. Как дерево, пускающее корни в землю. Как ветер, играющий с листьями. Как снег, тихо ложащийся на ветви.
Проснулась я рано – солнце едва коснулось верхушек деревьев за окном. В комнате было прохладно, и я плотнее закуталась в одеяло, глядя, как первые лучи пробиваются сквозь занавески.
Сегодня – новый урок. Новый шаг.
Я поднялась, натянула тёплый свитер и вышла в коридор. В академии ещё царила тишина – большинство студентов предпочитали поспать подольше. Но не я.
В мастерской меня уже ждала лэра Мира. Она стояла у окна, наблюдая за рассветом.
– Ты пришла рано, – не оборачиваясь, сказала она. – Это хорошо. Магия любит утренние часы. В них есть особая чистота.
Я кивнула, занимая своё место у стола. На нём уже лежали новые нити – серебристые, почти прозрачные.
