Текст книги "Земля: Выживание. Том VI (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Мои глаза бегали по ним до тех пор, пока не наткнулся взглядом на Вербу.

Девушка стояла у самой дальней стены, прислонившись лбом к холодному бетону. Её плечи мелко подрагивали вплоть до момента, пока она не услышала звук моих шагов. Дарра не стала сразу оборачиваться, сначала, вместо этого, она медленно выпрямилась, и только потом посмотрела на меня.

Всё было понятно без слов.

– Семеныч? – мой голос прозвучал неестественно громко в тишине лазарета.

Верба медленно качнула головой из стороны в сторону, и медленно подошла ко мне, положив руку на грудь, как бы пытаясь удержать меня здесь, на этом самом месте, лишь бы я не шел дальше.

– Он умер, Алекс. – прошептала она. – Десять минут назад. Организм не выдержал полученных травм, он… он до последнего спрашивал, все ли прошло хорошо.

Я почувствовал, как внутри меня хрустнула пустота.

Гулкая, ледяная, в том месте, где еще недавно теплилась надежда. Семеныч, ворчливый старик, с которым мы были знакомы всего ничего, какие-то часы, и который вечно бубнил, ушел точно так же, как и жил до этого момента.

Воюя с миром за каждую искорку света.

– Суки… – выдохнул, глядя в никуда.

В этот момент где-то на дальней окраине станции прогремел взрыв. Пол под ногами ощутимо вздрогнул. А с той стороны, где до этого была тишина, начали доноситься крики поднимающейся тревоги.

– Отдыхать. И остальным передай. – отдал приказ Вербе, бегом направляясь к восточному крылу.

Глава 12

Дарра что-то ответила, но сделала это в тот момент, когда я повернулся к ней спиной, чтобы сорваться со своего места. Так что разобрать сказанное не получилось.

Правда в тот же момент, мышцы, вымотанные последними событиями, обиженно запротестовали против таких стремительных изменений моего тела в пространстве. Они всячески напоминали, что нам давненько не удавалось нормально отдохнуть, последние дни поспать удавалось лишь урывками.

Я так и не заметил, как пробежал мимо центрального зала, где воздух успел приобрести густоту от поднятой пыли и запаха пороховой гари. Прожекторы метались по сводам, выхватывая из темноты перекошенные лица присутствующих, которые теперь не просто безжизненно смотрели в пустоту, а жались друг к другу, ища спасения в редких складках станции.

Солдаты в камуфляже, до этого мечущиеся, словно неприкаянные призраки, срывались с насиженных мест, на ходу лязгая затворами и перекрикивая друг друга в шуме гудящей вентиляции, работающий на пределе возможного в попытках избавиться от гари.

– Алекс, ты бы притормозил, ведь твой организм ещё не успел стать бессмертным! – голос Вейлы в голове прозвучал с той самой смесью иронии и искренней тревоги, к которой за столько месяцев уже успел привыкнуть. Не хотел признавать, но без неё точно было бы скучно. – Твои энергетические каналы сейчас похожи на перегретые вольфрамовые нити. Еще один такой бой, и ты перегоришь к чертям собачьим.

– Переживем. – мысленно огрызнулся, перепрыгивая через какой-то брошенный и оставшийся без присмотра ящик. – У нас под угрозой северные направления, а Мамба отправила меня в относительно спокойное, восточное. Тебе не кажется это странным? – сделал неловкую попытку перевести тему.

– Мне кажется странным всё, что происходит на твоей планете, с самого момента моего появления. – с долей возмущения донеслось от неё. – Но Ростова, безусловно, хитрая лисица. Прожжённая. Она явно сделала это не просто так. Капитанша точно знает, что ты псионик, одаренный по вашему.

Несомненно наставница дело говорила, но подумать об этом времени не хватало. Потому что мне удалось уже добраться до нужного места. Восточное крыло, вместо того чтобы встречать суетой и подготовкой к обороне, поприветствовало меня сплошной тишиной, очень неожиданной в творящемся беспорядке.

После хаоса, который охватил центральный зал и другие переходы, это место казалось совсем отличной реальностью. Как в каком-нибудь старом мультфильме, где герои раз – и телепортировались в новые условия.

Здесь лампы, вместо того чтобы ярко освещать близлежащую территорию, отдавали лишь мягкие, тусклые тона желтого света. Пока по стенам неторопливо стекала влага, оставляя за собой ржавые дорожки на старой плитке. Пахло сыростью, плесенью и застоявшимся затхлым воздухом. В общем это местечко давно не проветривали.

Впереди, в сорока метрах от меня, маячили линии импровизированных баррикад, сложенных из мусора, каких-то бетонных блоков, и остатков старых рельс. Те, видимо, были ещё с прошлой эпохи, судя по сантиметрам налета на их поверхности.

За нелепым ограждением виднелись силуэты бойцов. Они сильно отличались от тех, которых довелось видеть до этого. Солдаты не бегали, и перемещались с места на места шагом, пока остальные либо сидели, либо стояли на своих постах, лениво вглядываясь в зев тоннеля, откуда тянуло прохладой.

– Стоять! Кто идет⁈ – из тени шагнул невысокий, коренастый мужик в потрепанной форме. На погонах было видно сержантские лычки, а на лице недельная щетина. Все его выражение было озабочено крайней степенью подозрительности. Его пошарпанный автомат смотрел прямо в землю, что несомненно меня радовало. С другой стороны, было бы странно, целься он в меня, как это делали другие. Как-никак, но я шел со стороны главного штаба, это хоть немного должно было внушать доверия.

Притормозив, поднял руки вверх, показывая свой дружелюбный настрой и то, что у меня там не было оружия.

– Капитан Александр Вишневский. – сделав небольшую паузу, сказал задумчиво. – Меня к вам направила капитан Ростова, в общем, я буду вашим усилением на этом направлении.

Сержант медленно провел пальцами по прикладу, и перекинул автомат себе за спину. Хотя его стойка кричала о том, что он не спешил расслабляться.

– Вишневский? Капитан? Ни разу о таком не довелось слышать. Но даже если это и правда, во что я пока не очень сильно верю, то какое подкрепление может быть из одного человека? Где ваша рота, если вы капитан?

– Мои люди в лазарете, да и нет у меня роты. – отрезал я, подходя ближе и начиная немного раздражаться от его поведения. – Лучше скажи, где ваши офицеры, и кто командует линией обороны?

Сержант криво усмехнулся, продемонстрировав широкую щербинку между нижними зубами, и сплюнув, сказал.

– Офицеров здесь нет, товарищ капитан, наш командир роты, лейтенант Смирнов, пал смертью храбрых во время прорыва мелочи пару недель назад. Нам же сказали что тут, у нас, тихая зона, и мы справимся пока без старшего офицера. Нет людей. Так что пока я тут за главного. Сержант Кравцов. – представился тот.

Я повертел головой по сторонам, окидывая скептическим взглядом местные позиции. Тоннель уходил во тьму, такую, которая ощущалась подозрительно плотной. Словно сделай шаг ей на встречу, и она отпружинит тебя обратно подобно желе.

– Тихая заводь, значит? – я прикрыл глаза, пытаясь дотянуться своей сферой дальше, за пределы ближайшего окружения, и мысленно обратился к наставнице. – Вейла, что скажешь, думаешь Ростова на полном серьезе считает, что тут будет тихо?

– Думаю, что местная змеюка и командир в одном лице, явно так не считает. – привела наставница интересную аналогию. – А вот её штабное руководство… они, возможно, так думают. Не исключено, что есть кроты. Именно поэтому она попросила тебя. – Вейла мгновенно включилась в анализ. – Алекс, посмотри на карту, которую мы видели у неё на столе. – материализовала девушка прямо перед глазами ту самую потрепанную бумагу с цветными метками. – Восточный проход – это кратчайший путь к зоне операторского контроля. Особенно к тому месту, откуда ведется управление местной электроникой. То есть двери, камеры, электричество. – сделав паузу, девушка добавила картинки из воспоминаний, взятые с самого первого визита, и продолжила. – Если враг хочет не просто убить пару десятков солдат, а полностью парализовать станцию, тут же захватывая её, они точно не пропустят такой лакомый кусочек. Думается мне, что она послала тебя сюда не отдыхать. А скорее, делает ставку ва-банк на твои силы, и то что ты темная лошадка для потенциального крота.

Я почувствовал, как по спине прошлись холодным кубиком льда, содержащим в себе всю злость, которая рождалась внутри. Это было то самое ощущение, аккурат появляющееся в момент, когда до меня целиком дошло, что Ростова пытается разыграть меня в темную. Вот что за люди? Ничего не случилось бы в том случае, скажи она правду и попроси по-человечески.

Но нет.

Я задумчиво залез в карман разгрузки, выуживая оттуда жетон, выданный мне людьми Маркова. Такой увесистый кусок металла, о котором в пылу происходящего совсем позабыл. А теперь вот протягивал его Кравцову.

– Смотри внимательно, сержант. С этого момента данный сектор обороны переходит под мое командование, как уже говорил, капитан Вишневский, зовут Александр, и я – одаренный.

Кравцов взял жетон, повертел его в руках, и неторопливо поднес к свету фонарика. Его глаза расширились, когда он увидел гравировку «Одаренный», которую я и сам не так давно обнаружил на обратной стороне. Вот тоже, почему никто не выдал вместе с этой пластинкой инструкцию?

Тем временем мужчина почесал голову, и вернул жетон мне обратно, тут же вытягиваясь во фрунт. Хотя стоило отметить, что его взгляд все ещё показывал остатки легкого недоверия.

– Виноват, товарищ капитан, не признали вас в таком виде. – запнулся в самом конце мужчина. – Знаков то отличия у вас нет.

– Забудь про вид. – спрятал жетон обратно в карман разгрузки. – Он не имеет значения, ты лучше расскажи, сколько у нас людей, и какие у нас ресурсы?

– Тридцать два человека, включая меня. – бодро отрапортовал Кравцов. – Есть тройка обученных пулеметчиков в полным снаряжении и с тяжелыми пулеметами. Но вот патронов… патронов у нас не очень много. Плюс наш почивший лейтенант успел выбить для нашей роты одну муху, перед тем как того… отправился в лучший мир, и несколько десятков гранат.

– Маловато, конечно. – я прошелся вдоль баррикады, осматривая вяленький личный состав.

Солдаты, в большинстве своем, были либо совсем пацанами, либо мужиками далеко за сорок. Но кое-что их объединяло. А именно взгляды, бросаемые в мою сторону, такое искреннее, детское любопытство, его не спутать ни с чем.

– Слушайте все! – обратился к ним, вставая в самом центре. Напротив меня были тыловые заграждения, а за спиной передовые баррикады. – Мое имя Александр, Александр Вишневский. Можно просто обращаться: «капитан». Хочу сразу сказать, что здесь мы не для того, чтобы дожидаться хороших новостей от штаба. Скорее всего, каждый из нас нужен для того, чтобы этот тоннель остался за нами. Занимайте позиции согласно предписаниям, пулеметчикам сместиться на фланги, если ещё не успели этого сделать. Остальные будут в резерве.

Сначала хотел свою речь закончить на этом, но потом вспомнил кое-что важное, и добавил.

– Да, ещё такой момент. Есть те, кто знает как оказывать не только первую медицинскую помощь?

Ответом была тройка рук, поднятые из задних рядов, но даже так, радовало, что хоть кто-то мог помочь вытащить пару людей с того света. Особенно вспоминая о Семеныче… это было важно.

– Тогда вы. – показал на них рукой. – Обязательно держитесь в тылу, и занимаетесь оказанием помощи раненым, если таковые будут. Пулеметчиков же среди вас нет?

Два возрастных мужика и один совсем молодой парнишка, по возрасту, кажется, даже младше Артема, отрицательно покачали головами, и направились в тыл наших баррикад.

– Товарищ капитан. – вынырнул Кравцов, как черт из табакерки, и приблизившись понизил голос. – Вы действительно думаете, что они полезут сюда? По рации слышно, что основной ад сейчас на северном и западном направлениях. Даже стены дрожат. Зачем же им мы?

– Сержант, будь это тупиком, я бы с тобой согласился. – посмотрел прямо в его глаза. – Вот только если ты чуть-чуть вспомнишь планировку, то поймешь, что эта зона – нож, приставленный к горлу станции. И если этот нож дернется, всем будет плевать, что происходит в других ответвлениях.

Я указал на небольшое свободное пространство за бетонным выступом, где был приятный полумрак и сухая земля.

– Мне нужно время, чтобы прийти в себя. Но, в любом случае, докладывай о любых шорохах, любая нестандартная ситуация. – попробовал донести до него важность ситуации, но до конца не был уверен, что ему реально было понятно, поэтому в конце добавил. – В общем, если увидите что-то странное, можете приказов не дожидаться и открывать огонь на поражение. Оттуда явно друзей ждать не приходится. Ты будешь за старшего, пока я… занят.

Сержант оз и широко раскрыл глаза, не понимая, о чем я веду речь.

– Заняты? Чем, если не секрет?

– Медитацией. – коротко и без шуток бросил ему.

– Одаренный… – выдохнул кто-то из бойцов за нашими спинами. И в этом слове одновременно было намешано всё: страх, надежда, и то самое благоговение, которое древние люди испытывали перед чем-то непонятным или перед яростью природных явлений.

Медлить больше не стал, и молча направился к намеченному месту, усаживаясь на холодный пол, куда до этого указывал сержанту. Бетон под моими бедрами оказался ледяным, но тело наоборот приветствовало прохладу.

Она помогла сосредоточиться.

Закрыв глаза, меня захватило привычное чувство, сопровождающее погружение внутрь себя, внутрь персонального, личного мира. Именно там и бурлила моя сила, именно там и была моя наставница вместе с её любимым виноградом.

– Давай, партнер, я пока помогу со страховкой, и посмотрю за внешней территорией. – голос Вейлы стал тихим, почти нежным, убаюкивающим. – А ты можешь сосредоточиться на восстановлении, очень хочется верить, что твои опустевшие резервы хоть немного успеют восстановиться за дарованное Изнанкой нам время.

Представляя свои пси центры, размещенные в разных точках тела, я не смог не удивиться. Когда-то они были совсем тусклыми и небольшими. Теперь же они были бескрайними океанами с кристально чистой жидкостью, наполняющей их до краев внутри.

Правда ныне те немного иссохли, но ничего, это поправимо.

Медленно, без спешки, по капле, вытягивал оттуда энергию, и перегонял её по каналам, одновременно с этим обращаясь к пси, разлитой вокруг нас.

Все ж таки метро, было местом, где не только спасались люди и водились чудища, но ещё тут присутствовало достаточное количество разломов. Именно благодаря им территория и наполнялась сырой силой, только сейчас… втягивая её, почему-то приходили «грязные» чувства, или лучше стоило сказать «токсичные». Уверен, что такие ощущения были связаны с переходом на новую ступень.

Интуиция подсказывала, что вместо того, чтобы сразу направлять её внутрь, надо сначала максимально сильно сжать. Сделать ту как можно плотнее, пока все примеси не уйдут вовне благодаря этому давлению.

Вдох.

И струя силы проникает внутрь каналов.

Выдох.

И накопившееся напряжение покидает тело, забирая с собой ядовитые, мглистые комки примесей.

Внутренне, хоть и был занят, но я не переставал наблюдать за окружением, и рефлекторно выпускал волну за волной, чтобы ко мне возвращались отклики пси. Пульсирующие точки людей, безжизненные очертания камней, мешков с песком, сводов тоннелей.

Так и проходила минута за минутой.

Внезапно, тишина моего транса прервалась резким звуком рации, затрещавшей на поясе сержанта Кравцова, который стоял метрах в семи от меня. Он на протяжении всего времени наблюдал за тем, как я сидел. Вот только звук был настолько резким, что энергия невольно вздрогнула, едва не уходя за пределы моего тела.

– Штаб вызывает. Восток-один,, прием, как слышно⁈ – голос в рации был искажен помехами, но в нем отчетливо читалось напряжение.

Кравцов сорвал тангенту с плеча, и спешно ответил.

– На связи Восток-один. Говорит заместитель командира, Сержант Кравцов, у нас всё спокойно, без изменений. Прием.

– Кравцов, слушайте внимательно! – захрипели с другой стороны. – Центральная зона и север находятся под сильным давлением врага. Противника поддерживают одаренные и они подтягивают тяжелое вооружение… – рация захлебнулась статическим шумом на долю секунды. – Мы отходим… на второй линии обороны. Ожидайте возможный обходной маневр.… на месте? Прием!

– Что? Повторите, штаб, не услышал последнюю часть. – сказал Кравцов обеспокоенно.

– Вишневский… месте? – прерывисто вернулось со стороны штаба.

Сержант бросил быстрый взгляд на место, где я неподвижно сидел, сохраняя ощущение транса. Пусть на самом деле и слушал каждое сказанное слово.

– Так точно, на месте, часа полтора назад принял командование линей обороны.

– Передайте ему сообщение от капитана Ростовой, надо во что бы то ни стало сохранить это направление. – с противоположной стороны раздались звуки выстрелов, и короткое. – Конец связи!

В тоннеле снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихими беседами солдат, и звуками падающей в ливневки воды. Мои глаза пошли вверх, открываясь, пока очертания мира приобретали четкие и острые границы.

– Слышали? – поднялся с места, обращаясь к энергии, чтобы она наполняла собой клетки тела, превращая их в пылающие огни. – Видимо, ад скоро переедет к нам. Всем повышенная готовность.

Бойцы зашевелились.

Кто-то судорожно передернул затвор пулемета, кто-то начал шепотом читать молитву, а кто-то просто до боли сжал цевье автомата. Я же встал у самого края баррикады, глядя в темноту. Где-то там, за пределами видимости, тени уже начинали свое движение.

– Вейла. – позвал я.

– Я здесь, Алекс. Всегда рядом.

– Интуиция кричит о том, что скоро у нас начнется. Как думаешь, не врет? – с улыбкой, мысленно спросил у неё.

– Уверена, что нет. – точно так же вернула она чувство улыбки.

– Внимание всем! – мой голос хлестнул по нервам бойцов. – Не сомневаюсь, что на нас вот-вот нападут, так что всем быть предельно готовыми!

Люди замерли, пока я вместе с сержантом быстро шли в сторону самой передовой баррикады. Отсиживаться где-то в тылу мне точно было не с руки, особенно когда моя команда целиком находилась в лазарете.

– Товарищ капитан, вам разве не надо назад? – спросил у меня Кравцов, прямо в тот момент, когда над головами засвистели пули.

Глава 13

Серый купол неба, затянутый тяжелыми, словно налитыми свинцом облаками, сейчас казался Рите крышкой гроба, которую добросердечный гробовщик забыл заколотить в конце своего долгого рабочего дня.

Воздух, наполняющий руины города, с каждым прошедшим днем лета становился все горячее и горячее, напитываясь теплом и ароматами зарастающего плесенью бетона. И тем самым специфическим привкусом энергетических колебаний, которые люди совсем недавно научились улавливать из прорывов, как их называли ученые.

Девушка шла самой первой, едва переставляя собственные ноги, по ощущению набитые под завязку ватой. Те, после очередного столкновения с монстрами казались чужими, будто они принадлежали кому угодно, но никак не ей.

Все её мысли были наполнены родным братом, которого пришлось оставить на базе под присмотром врачей. Хотя врачей, конечно, это сильно сказано. Потому что квалифицированного медицинского персонала у них не было, только те, кто мог оказывать относительно хорошую помощь.

И несмотря на тот факт, что брата удалось спасти, его жизнь все равно продолжала висеть на волоске. Сильная потеря веса, недостаток витаминов, раскрошившиеся в пыль зубы. А его кожа… серая и полупрозрачная, она обтягивала острые скулы с такой силой, что казалось, кости вот-вот её порвут. Пока опоясывающие тело вены пульсировали нездоровым, блестящим светом, перегоняя по сосудам что-то лишь отдаленно напоминающее кровь.

Каждый раз, когда Маргарита навещала того в боксе, и видела его лицо с плотно сомкнутыми веками, за которыми скрывались жуткие зрачки, имеющие разные размеры. Её сердце моментально ускорялось, то и дело сокращаясь быстрее и быстрее.

Она спасла его.

Но цена…

– Кролик, будь осторожнее, ты где там витаешь? – опустилась на её плечо рука, выхватывая из оцепенения, и раздался приглушенный голос Тихого. – Справа, в завале супермаркета. Кажется, что кто-то копошится.

Рита замерла, прижимая ладонью автомат к собственной груди.

Девушка медленно повернула голову в сторону, куда указывал один из напарников. Перед ними раскинулся скелет колоссального торгового центра, от которого остались лишь искореженные несущие балки и груды битого стекла.

Прямо метрах в ста от этого места, разведчики нашли один из упавших космических объектов. А в тени обломков, разлетевшихся по округе, действительно что-то двигалось. Невысокое, сгорбленное, с изломанными конечностями, издающее тихий, влажный хруст пальцев о бетон.

– Давайте просто проигнорируем. – одними губами произнесла она. – Обойдем по широкой дуге, в сторону. – показала она ладонью направление, где по логике не должно быть других монстров.

Пока она разговаривала с Тихим, интуиция била в колокола, и кричала о чем-то «враждебном», уставившимся ей в спиной. Но это был не тот хищный и дикий взгляд, а тяжелые, липкие «укусы» ненависти от Кота.

Взрослый мужчина, давно уже вышедший на пенсию, шел чуть поодаль. Его движения были резкими, рваными, хаотичными. Все это началось сразу после того, как они оставили в руинах тело Лисы, его сестры близнеца, Кот словно сам превратился в живого призрака. Он не сказал Рите ни слова с того момента, как она вышла из подвала с братом на руках. Но в его молчании было многократно больше яда, чем в любом крике, которого ждал каждый из них.

Для него всё было просто как две копейки. Рита, конечно, нашла своего брата. Но взамен её «счастью», он потерял собственную сестру. И эта несправедливость выжигала внутри его души дыру, которую не затянуть никакими оправданиями.

Маргарита покосилась на него, делая вид, что разглядывает здания через дорогу. Она прекрасно понимала, что сейчас Кот – самый нестабильный элемент в их сломанном механизме. Один неверный жест, одно случайное слово, и он гарантированно сорвется. А времени и сил на внутренние распри у них не было.

Бизон, шедший замыкающим, тяжело дышал. Его массивный корпус был покрыт сетью мелких порезов, а куртка целиком напиталась кровью, после того, как стая гремлинов накинулась на них в подземном переходе. Но даже так мужчина все ещё продолжал удерживать массивный пулемет в руках, наблюдая за ближайшим периметром.

Игла, которую все ж таки успели вытянуть с того света и подлатать на базе, сейчас шла прихрамывая в ядре группы. Её бледное лицо причудливо отсвечивало, принимая редкие лучи солнца, прорывающиеся сквозь серое небо. Сколько раз Рита говорила девушке остаться, но она ни в какую. Она хотела быть полезной, и ей претило оставить команду без медика.

Вся их группа, поредевшая после той бойни, брела вдоль проспекта, где ещё пол года назад было оживленное движение. Теперь же он представлял собой полосу препятствий, наполненной мертвыми остовами машин, застывшие в вечных пробках на десять баллов, и нескольких глубоких воронок, до краев заполненных мутной водой. Дома, стоящие по краям дороги, скалились выбитыми окнами, а кое-где на верхних этажах еще трепыхались остатки штор, похожие на флаги капитуляции человечества.

– Нам ещё далеко топать, Кролик? – Бизон остановился, чтобы перехватить удобнее свою ношу, и хрипло откашлялся. Было заметно, что мужчина сильно вымотался. Ему очень давно не удавалось нормально отдохнуть. – Игла ты там как, не устала? Может тебя понести? Хоть чуть-чуть…

– Ты шутишь что ли? – коротко ответила невысокая девчушка. – Нормально все, не развалюсь…

Рита остановилась вслушиваясь в разговоры подчиненных, и одновременно с тем прислушиваясь к обманчивой тишине города. Где-то вдали, километрах в пяти, слышался визг чудовищ, тоскливый и голодный, жаждущий новых жертв. А с крыши пятиэтажки слева посыпалась каменная крошка, словно там кто-то быстро пробежал в сторону, делая попытку скрыться от их взоров.

– Где-то две улицы ещё. – ответила Рита, сверяясь с картой на телефоне. – Дойти до развязки, именно там точка рандеву. – убрав в карман мокрой разгрузки устройство, девушка прочистила горло, чтобы звучать как можно увереннее. – Если информация правильная, то именно там будет встреча с кем-то из нового руководства, которые как раз и обещали нам поддержку.

– Обещали… – внезапно подал голос Кот, запрятав руки в глубины своих карманов. И это больше всего походило на то, как берут гвоздь и проводят по треснувшему стеклу. – В этом мире обещания стоят ровно столько же, сколько и грязь под ногами… Скольких людей мы уже положили здесь, включая Лису, включая Молота, и все ради чего? Ради этого? – ткнул он пальцем куда-то в сторону, но Рита почувствовала, что он намекал на её брата.

– Хватит, Кот. – негромко, но властно пресек его Тихий. – Во всем этом безумие, что нам ещё остается? Каждый из нас знал на что шел. Особенно когда записывался в передовые силы. А тебе, Кот. – обратился он к старику. – Тем более должно было быть известно, да и стоит ли говорить, что ты получил силы от нового мира одним из первых?

– Силы? – Кот зло сплюнул. – А толку от этих сил, если благодаря им даже нельзя спасти близких. И что толку? Ведь мы спасаем только тех, кто сидит в теплых кабинетах, пока сами бегаем по поверхности вскрывая гнойники за гнойниками, и добывая этим уродам кофе.

Он не успел договорить.

В эту же секунду, из-за угла полуразрушенного трехэтажного здания, где судя по покосившейся вывеске раньше была почта, выскочила тень. Это был один из синих, как их ещё называли, беты. Юркий, с тугими мышцами и злобным оскалом, он метил прямо в горло Коту.

Реакция старика была моментальной. Его силы не дремали, и мрачная ненависть наконец нашла цель для выхода. Кот не стал стоять столбом, а буквально выстрелил телом, напитывая плотной энергией ладони, и разрывая ими накинувшееся тело, превращая мутанта в кровавое месиво еще в воздухе. Остатки чудовища шлепнулись на асфальт с мерзким звуком, и безжизненный ком растворился склизкой жижей.

– Старик, ты совсем идиот? – рявкнул Бизон. – Зачем же голыми руками, мы так до конца и не знаем, что влияет на превращение, а ты…

– Плевать, заражусь, может оно и к лучшему будет… – сплюнул Кот с глазами, наполненными лихорадочным блеском. – Хоть сдыхать будет не скучно!

Рита почувствовала, как по позвоночнику пробежал неприятный холодок. Теперь она не сомневалась, Кот злился не только на неё. Но ему вообще было все равно, погибнет ли он сам, или утянет в этот мрак остальных. Теперь для мужчины это не имело значения.

– Выдвигаемся, и быстро. – скомандовала девушка, пытаясь ускорить шаг насколько это позволяли силы, лишь бы переключить ребят с опасной темы на что-то другое.

Спустя минут семь, они наконец миновали заваленный остатками здания перекресток, когда земля под ногами начала мелко вибрировать. Это не было похоже на землетрясение, или остаточные движения пород от далеких взрывов, которые им доводилось уже видеть.

Текущая вибрация была ритмичной, тяжелой, нарастающей, такой музыкой умирающей цивилизации.

Через пару минут, прямо из-за пелены густой дымки и пыли, со стороны развязки, показались смелые огни. Мощные прожекторы разрезали подступающие вечерние сумерки, выхватывая из руин остатки рекламных щитов.

Это была длинная колонна.

В самом её начале шла так называемая боевая машина пехоты, за которой расположился её близнец. А за ними уже ехала тройка грузовиков с бронированными бортами и еще пара легких БТР-ов, с автоматическими пулеметами на крыше. Их бока были украшены причудливыми знаками отличия, которых раньше нигде нельзя было встретить.

Техника остановилась метрах в тридцати от группы Риты, поднимая тучи сухой пыли вперемешку с песком. Двигатели продолжали работать на холостых оборотах, наполняя пространство басовитым рычанием, когда как из головного транспорта выбралась фигура в камуфляже с разгрузкой, усеянной различным снаряжением.

Женщина спрыгнула на асфальт с неожиданной легкостью перехватывая болтающуюся винтовку, и все присутствующие обратили внимание на шрам, пересекающий её лицо.

Как им изначально передавали, их должен был встретить один из офицеров Маркова с позывным «Пальма», вот только они рассчитывали, что это будет мужчина, но никак не женщина.

– Матерь божья. – с иронией и долей усталости произнесла Пальма, оглядывая встречающую её группу. Она сплюнула в сторону и поправила винтовку, перекидывая ту далеко за спину. – Выглядите вы паршиво, так, словно вас пожевала пара форсунов, после чего брезгливо выплюнули обратно. – после короткой паузы, та добавила. – Причем сделали они это явно не один раз.

– Ф-форсунов? – глупо задал вопрос Тихий, почесав затылок.

– Не берите в голову. – приподняла руки вверх Пальма, и сделала несколько шагов выше, игнорируя грубые жесты Кота, который то и дело рефлекторно тянулся к пистолету. – Кто у вас за старшего? – спросила женщина, останавливаясь в паре шагов от Риты.

– Я. – молодая девушка тряхнула волосами, и вышла на встречу. И это несмотря на всю усталость, давящую на плечи. Она едва ли могла стоять, но даже так делала все, чтобы спина была прямой. – Меня зовут Маргарита, Маргарита Гирина. Позывной Кролик. Как нам передало наше командование, было заключено соглашение с полковником Марковым. Только вот в нюансы нас не посвещали.

Пальма внимательно посмотрела на девушку, затем на людей за её спиной, после чего взгляд мгновенно смягчился, став почти что человеческим.

– Знаю. – кивнула та. – Полковник передал нам все, что необходимо. Думаю, и вас посвятить будет не лишним. Если проще, то получается, что с этого момента ваше убежище переходит под прямое управление нашего руководства. Теперь мы будем обеспечивать и охрану, и все остальное. В ближайшее время прибудут подкрепления, которые смогут зачистить проблемные территории. – она кивнула на Иглу и Бизона. – Вижу, что и медицинская помощь вам не помешает.

– Мы готовы показать дорогу. – быстро протараторила Рита, питая самые сокровенные надежды на их помощь. – Но сами понимаете, путь может быть очень… опасный. Город, все ж таки, нестабилен.

– Не переживайте. – хмыкнула её собеседница, у которой на плечах Кролик только сейчас заметила капитанские погоны. – Для этого мы и пригнали коробочки. – Пальма махнула рукой в сторону колонны. – Грузитесь в третий грузовик. Там есть свободные места и медик, один их лучших хирургов. Мы попробуем пробиться через тоннели метро на Северо-Западном участке, там, вроде как, особо монстров не видели. Заодно хорошо будет, если у нас получится наладить постоянное сообщение, чтобы ваши люди не чувствовали себя в изоляции.

Рита кивнула команде, особенно обращая внимание на Бизона и Тихого. Те сразу поняли намек, и побрели к назначенному грузовику, осторожно загружаясь в кузов, помогая их медику, Игле, залезть следом.