Текст книги "Земля: Выживание. Том VI (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Земля: Выживание. Том VI

Глава 1

Небо над развалинами, которые местные некогда именовали Нью-Йорком, более не принадлежало этой реальности. Сейчас оно напоминало тело, испещренное незаживающими язвами, из которых просачивался грязно-серебряный гной, подсвечиваемый изнутри мертвыми и бирюзовыми вспышками разрядов Изнанки.

Одновременно с этим зрелищем, его сопровождал пепел – жирный, липкий, пахнущий жженой резиной и мертвой органикой, который медленно оседал на искореженные остовы автомобилей, забивших широкую улицу плотным слоем безжизненного железа.

Город под властью Изнанки и взором Первых превратился в сюрреалистичный кошмар. Архитектура примитивов, ещё совсем недавно с гордостью стремившаяся ввысь, теперь казалась лишь каркасом для развития инородной жизни.

Высотные здания, построенные из композитных материалов и неплохого качества металла, сейчас оплетали пульсирующее вены органики, похожей на застывшую смолу, и отдающую лучами тусклого, багрового света.

Асфальт дорог превратился в месиво из пыли, битого камня и странных, чешуйчатых наростов, напоминающих из себя лишайник, который при соприкосновении с живой тканью начинал жадно её впитывать.

В воздухе постоянно кружила тяжелая взвесь, мешающая обзору, создавая эффект постоянного тумана. Прожекторы Первых разрезали этот туман мощными лучами холодного света, выхватывая из темноты то искореженный корпус автобуса, то обглоданный скелет здания. И окружающая их тишина – не была полной. Её то и дело стремились нарушить далекие крики тварей, гул работающих на высоте машин, скрежет работающих дронов-сборщиков и работа вооружения членов Ордена Пламени Первых.

В этой среде Первые выглядели как инопланетные захватчики, в буквальном смысле этих слов. Их сияющие доспехи, плавные линии технологий и холодное высокомерие в каждом движении подчеркивали пропасть между ними и этим умирающим миром.

Здесь, в сердце павшего мегаполиса, время словно полностью остановило свой ход, превратившись в вязкую субстанцию, где каждый вдох давался с трудом, а окружающий фон пси-энергии вибрировал так сильно, что обычный примитив лишился бы рассудка, мгновенно превращаясь в низшее порождение Изнанки.

Листура, она же Арбитр Молчания, стояла на вершине горы из растерзанной плоти, возвышаясь над уровнем земли. Под её сапогами, отлитыми из матовой белой керамики, хрустели толстенные кости форсунов, и в то же время мягко, со значительной долей упругости, подавались туши изломанных глумеров, чьи телесные жидкости медленно стекали вниз, образуя глубокую лужу.

Женщина не чувствовала ни торжества, ни усталости. Она вообще не испытывала никаких эмоций, пока её светлое лицо, лишенное какой-либо привычной мимики, словно холодное изваяние – отражало свет, падающий прямиком с их шаттлов, зависших в воздухе.

Её правая рука, полностью вытянутая в сторону, сосредотачивала на кончиках пальцев колоссальную мощь, способную в любой момент стереть противника, на которого она будет направлена. А воздушные массы, дрожавшие на небольшом удаление от её ладони, преломлялись, создавая зрительные иллюзии, как бы искажая реальность и завлекая невольных наблюдателей в миражи отгремевшего не так давно сражения.

Прямо перед ней, в каких-то жалких метрах, невидимые тиски телекинеза сжимали парочку псиархов, конвульсивно бьющихся из стороны в сторону. Именно эта двойка низших командиров руководила нечестью, заполняющей собой весь этот сектор, где им повезло высадиться.

Твари, решившие, что в этом мире они смогут властвовать над всем живым, издавали стоны боли, в ужасе пытались отстраниться от противника.

Если ещё не так давно над их головами парили подобия корон, то сейчас там можно было увидеть лишь пыль и осколки от кристаллов. А некогда блестящие серебряным светом тела, теперь напоминали собой какое-то хаотичное переплетение мускулистых жгутов, растерзанных более свирепым зверем. Псиархи несколько раз предпринимали попытки освободиться, чтобы уничтожить своего пленителя. Вот только Листура подавляла их абсолютной силой.

Она медленно сжала аккуратные, точеные пальцы в кулак, следом за чем раздался сухой, неприятный звук ломающихся костей и рвущихся сухожилий, сопряженный с ревом, наполненным болью. Псиархи ещё раз содрогнулись, после чего их конечности полопались одна за одной, а вниз потекла мутная жижа.

Листура разжала хватку, и туши монстров, а точнее то, что от них осталось, с тяжелым, влажным шлепком, рухнули прямо к подножию её «трона», добавляя еще пару единиц в её копилку.

– Госпожа Арбитр… – раздался голос позади, вырывая её из созерцания агонии боли этого мира.

Женщина не стала оборачиваться, она и без того уже почувствовала приближение одного из аэстов. Того выдавал характерный ритм пульсации защитных систем костюма и слишком церемониальный шаг, на который молодой Первый перешел за пару мгновений до того, как обратиться к своему командиру.

– Во славу Первых, Госпожа Арбитр Молчания! – посыльный замер в нескольких метрах от неё, ударив кулаком по нагрудной пластине в ритуальном приветствии. Его боевая броня, покрытая мелкой сетью царапин от когтей монстров, тускло мерцала в подступающих сумерках. – Наша разведывательная аппаратура закончила анализ сигнатур в секторах основной ответственности.

Женщина медленно повернула голову, и её взгляд – тяжелый, как гравитационный пресс, заставил аэста непроизвольно выпрямиться.

– Докладывай. – коротко бросила она голосом, лишенным понятной интонации. Он, казалось, исходил из самых недр космической пустоты. Многие из состава фрегата «Селестар» уже поняли, что его обладательница была не в духе.

– Наши опасения нашли подтверждения. – затараторил подчиненный. – Капитан Седан передает: те всплески энергии, которые мы приняли за ключевые маркеры, оказались фальсифицированы. Представитель Кузнецов обманул нас.

Женщина на первый взгляд совсем не удивилась, лишь прикрыла глаза, тихо спрашивая.

– Это всё?

– Нет, Госпожа Арбитр. – поспешно покачал головой аэст. – Техники обнаружили в глубинах одной из вершин резонансные устройства, которые как раз и модулировали излучение. Однако, точную их принадлежность мы определить не смогли. Такое устройство, к сожалению, могли изготовить любые державы из списка тех, кто прошел возвышение и находится в «пузыре». – сделав несколько пасов руками, молодой подчиненный вывел голографическую проекцию перед Арбитром. – Более того, они специально были настроены на имитацию частот прорыва Изнанки. Это искусственная инверсия, госпожа… Скорее всего, нас специально заманили сюда. Вот только… – замешкался он. – Аналитики не могут сформировать общий вывод – для чего именно это сделано.

Женщина тряхнула короткими волосами, перекидывая ровную челку с одного бока на другой, и глубоко вдохнула кислород нового для неё мира. Мало кто знал, но Листура на самом деле очень любила «примитивные» планеты за их чистоту.

Нет, у них, конечно, были «чистые» планеты. Вот только там… эта самая «чистота» формировалась искусственно что ли, как на курортных планетах Империи. Хотя были и исключения, например, Аэтельгард, принадлежащий семьей Арквель. Но даже так, больше всего ей были милы кислородные миры с низкими температурами.

Они напоминали ей о её родине.

Арбитр Молчания перевела взгляд на разрушенный рекламный щит. Где-то в самых глубинах её зрачков можно было уловить нотки грусти. Ведь буквально недавно тут сияла яркая картинка счастливой жизни примитивов. Теперь же там рос люминесцентный мох, прорвавшийся с обратной стороны Изнанки и пульсирующий в такт с ближайшими к ним разломами.

В этот момент, краткий порыв ветра донес до них запах каких-то растений и разлитого примитивного топлива. Листура почувствовала легкую и ненавязчивую вибрацию, идущую изнутри её каналов. Именно так с ней общалась интуиция, отточенная в десятках, и даже сотнях циклов, проведенных в войнах.

– Ошибка в выводах, аэст. – произнесла она ещё более холодным голосом. – Лорик, конечно, схитрил. – подтвердила женщина. – Но я не думаю, что он стал бы тратить ресурсы и время собственного Ордена только ради того, чтобы отвлечь нас. Кузнецы всегда были прижимистыми, а в совокупности с их прагматизмом, думаю, что не все так просто. – наклонив голову вбок, Листура как бы прислушивалась к завываемому в разбитых окнах ветру, после чего сказала. – Если они установили здесь имитаторы, значит, они пытались что-то скрыть. – подняла палец вверх Арбитр, и не дожидаясь реакции, продолжала. – Да, конечно, не тут, но на этой планете – гарантированно. Так что мы не уходим… нет. Напротив, мы на правильном пути, и я не сомневаюсь, что фальшивый след приведет нас к скрытой истине.

Листура сделала тройку плавных шагов вниз, прямо по склону из трупов, а в такт ей, под подошвой продолжили хрустеть тела и какое-то битое стекло.

Весь этот город походил на огромную, разлагающуюся ловушку, где каждый угол таил смертельную опасность для его обитателей, а каждая тень могла оказаться проходом в небытие. Но для Первых, пожалуй, такое место было лишь на уровне испытательного полигона.

В тот же момент, один из силуэтов, который был метрах в пятидесяти от них, сделал резкий скачок. После чего из взвившегося вверх облака пыли и осевшего пепла, материализовалась массивная фигура, закованная броней.

Это был Ротарх из Ордена Пламени Первых. Именно он командовал когортой наземных сил, выделенной ей Командором.

Рослый мужчина приближался к ним, тяжело ступая по искореженному асфальту. Его доспех, усиленный дополнительными пластинами, выглядел величественно и внушительно. А если ещё и прислушаться, то можно было уловить звуки, как внутри брони что-то гудело от избытков энергии.

За его спиной, в тени обрушенной эстакады, можно было увидеть других членов ордена, зачищавших одно здание за другим с какой-то механической и ледяной точностью.

– Ротарх. – Листура остановилась, когда фигура замерла перед ней в глубоком поклоне. – Ты быстро.

– Во славу Первых, Госпожа Арбитр! – его голос, усиленный специальными системами шлема, звучал как скрежет континентальных плит. – Центральная зона и прибрежные территории зачищены на восемьдесят процентов. Низшие не могут оказать нам достойного сопротивления, они как звери. Вот только и нас не так много. – выпрямившись во весь рост, мужчина добавил. – А ещё мы зафиксировали появление тварей рангами выше. У нас есть потери и раненые, всех отправили на «Селестар».

– Сосредоточиться только на зоне нашей активности. – приказала женщина. – Пока что забываем о тварях. – Листура указала рукой в сторону темных силуэтов небоскребов, виднеющихся на линии горизонта. – Сейчас будем двигаться в ту сторону, и, самое важное…

Она сделала паузу, наблюдая, как над одним из зданий вспыхнуло зарево, сигнализирующее об очередном мелком прорыве.

– Всех примитивов, которых получится найти живыми, не уничтожать. – её тон был безапелляционным. – Мне все равно, в каком они состоянии, поэтому просто погружайте в стазис. Для хранения выделена специальная зона. – показала она парой пальцев точку на мерцающей голографической сфере. – Хотя, если они превращаются или близки к превращению, то, конечно, уничтожайте. Увы, у нас нет времени заниматься спасением всех и вся. Но командование явно будет недовольно, если этот вид вымрет.

– Но госпожа… – Ротарх на мгновение замялся, глядя на разрушенную улицу, где во время их приземления, прямо из ближайших подвалов, доносились крики выживших местных обитателей. – Не проще ли зачистить все с низкой орбиты? У нас просто может не хватить стазис-модулей на всех кого найдем, а их синтезирование, в наших условиях, достаточно длительное. – сверился с какими-то данными мужчина, прежде чем это сказать.

– Нет, нет. Их нельзя. – Листура медленно, и одними губами прошептала, после чего повернулась к собеседнику, холодными и пустым взглядом пронзая того насквозь. – Тогда всех, кто попадется. Если доступное оборудование закончится, последующих игнорируем, но по возможности можем помочь. А если они вас атакуют – действовать на усмотрение. – заранее ответила женщина на вопрос, который ей бы точно озвучили, проведя парой пальцев рядом с ладонью, добавляя. – Ротарх, помните, мы тут с другой целью, и нам нужен результат как можно скорее. Уже закончилась половина срока, отведенного нам Командором, а у нас прогресс полностью отсутствует. Так что если потребуется, можете превратить весь континент в полыхающую бездну, но найдите мне следы Коула.

– Будет исполнено, Госпожа Арбитр! – Ротарх снова ударил кулаком в грудь, и развернувшись, начал отдавать резкие команды своим подчиненным через внутреннюю связь.

Сам процесс погружения примитивов в стазис был лишен какой-либо грации или эстетики. Стоило штурмовым группам найти выживших, они не вступали в переговоры, лишь делали пару коротких выстрелов из нейтрализатора. После чего все существа, которые попали под его воздействие, просто «выключались».

Это чудодейственное устройство было разработано на одной, давно забытой планете, где население полностью отрицало конфликты с потенциальным летальным исходом. Чудаки.

Вот только в массовом применение, этой технологии тоже нашли пользу. Особенно в работе с низшими формами жизни, животными и охране правопорядка, пусть там использовалась несколько иная модель. А вот такие, персональные, увы, против разумных, действовали очень плохо. Так как все ходили с личными щитами, которые банально не пропускали излучаемую нейтрализатором энергию.

Затем дроны упаковывали полученные статуи в прозрачные коконы из полимера, который поддерживал стабильность оболочки субъекта. Стазис-капсулы грузились на платформы целыми штабелями, напоминая ящики с товаром на складе. Примитивы не чувствовали боли, не чувствовали страха. Можно сказать, что они просто спали.

Листура, откинув мысли о процессе, просто пошла дальше по улице, игнорируя хаос, происходящий вокруг неё. Мимо точеной фигуры женщины то и дело сновали автоматические дроны-сборщики, таща в гравитационных захватах обтекаемые коконы стазис-капсул, внутри которых, в синем мареве, замерли скорченные фигуры местных обитателей.

Окружение вокруг менялось с каждым её шагом. Некогда сверкающие витрины магазинов превращались в острые клыки из битого стекла, а по тротуарам, взламывая асфальт, начала прорастать растительность. Пока на одном из уцелевших фонарных столбов болтались лохмотья чьей-то одежды.

Арбитр Молчания остановилась возле огромного провала в земле, где раньше проходило так называемое метро. Оттуда тянуло холодной стариной, которая для своего времени была чем-то новаторским.

Но самое печальное, что оттуда, из-под этих руин, в глубинах туннелей и коллекторов, всё еще бьются тысячи сердец примитивов, сжавшихся от ужаса случившейся катастрофы.

– Лорик, неужели ты думал, что таким дешевым трюком у тебя получится сбить меня с цели? Очевидно, что вы подсветили эту область, как противоположную для той, где у вас есть реальная зона интереса. – удивительно многословно прошептала она в пустоту. – Но, видимо, ты забыл, что Первые никогда не отдают «своего».

Женщина чувствовала, как пси-энергия, разливающаяся на планете, стремится заполнить собой все сущее, и полностью пропитать новый мир. Она не сомневалась, что процесс возвышения, который тут, как оказалось, запустили, связан с Коулом.

– Аэст. – позвала она одного из подчиненных, который всё еще ждал новых указаний. – Подготовь отчет для передачи Командору, добавь информацию по Кузнецам и всему случившемуся.

– Будет исполнено, госпожа Арбитр! – бодро отрапортовал тот, и скрылся за ближайшими развалинами, направляясь к одному из шаттлов, идущих на «Селестар».

Листура посмотрела на свои руки, обрамленные светлыми перчатками, стекающими на пальцы. На них не было ни единого пятнышка крови. Но внутри неё, в самой сути её существа, уже разгоралось пламя охоты.

Глава 2

Казалось, что прошла вечность. Правда, это если судить по личным наблюдениям, а на деле, вроде бы, не больше суток. Но как не крути, в моем восприятии каждый час неизвестности, был слишком томительным, словно ход времени вытягивал мои жилы в этих сырых, пропахших потом и болью тоннелях.

Сейчас я сидел на перевернутом ящике, который у меня получилось скоммуниздить у людей Никанорова. До этого, по словам одного из бойцов, в нем были припасы. Теперь же он заменял мне стул, и свою работу выполнял чертовски хорошо!

Однако, даже столь удобная мебель не могла помочь мне сосредоточиться, от чего взгляд то и дело невольно переключался на железную коробку ретранслятора, чьи тусклые лампочки были единственной стабильностью во всем окружающем царстве мрака.

Как мы успели договориться с Артемом и Аней, выход на связь должен был быть только в том случае, если произойдет что-то из ряда «вон». А в случаях, ещё более экстренных, они должны были транслировать информацию прямо через общие частоты.

Так что текущая тишина была одновременно и хорошим знаком, и тревожным сигналом, который в свою очередь принял воплощение капающей воды, буквально вдавливающей мои виски куда-то вглубь черепной коробки, словно на них водружали многотонную скальную породу.

– Алекс, ещё пару минут таких наблюдений, и ты прожжешь в нем дыру размером с кулак. Тогда, извини, но никто и ничего не сможет вам доложить. – флегматичный голос Вейлы раздался в моей голове столь внезапно, что я невольно моргнул. – Твоя ученица и брат не идиоты. Если молчат и не выходят на связь, значит, так нужно. Но даже так, созерцание этой коробки никак не поможет делу.

– Спасибо за поддержку, о, великая наставница! – мысленно огрызнулся на её слова, чувствуя, что изнутри поднимается волна раздражения. – Твои советы, и извечный оптимизм, всегда так вовремя…

– Радуйся, что я не говорю о самых пессимистичных вариантах. – парировала она, и почти воочию передо мной предстала картина, как в моем внутреннем мире девушка закатывает свои сверкающие глаза, поправляя небольшую и воображаемую складку на платье. – Вместо того чтобы изводить себя… и меня заодно, лучше займись делом. Когда ты последний раз нормально тренировался? Ещё чуть-чуть, и твои каналы порастут мхом!

Я не удержался от тяжелого вздоха, признавая, что девушка в очередной раз была права. Сидеть без дела – делать только хуже. Особенно если оглядываться вокруг себя, где легко можно было заметить, что жизнь то на самом деле кипела, пусть она была чужой и армейской.

Солдаты, пришедшие с конвоем, начали потихоньку осваиваться на новом для них месте, где по полученной информации, им придется провести не менее месяца. Некоторую часть из них, Никаноров передал в прямое подчинение Мимолетова, а сам, напрямую, командовал лишь специальным подразделением.

Видимо выстраивать оборону – не для него.

Тем временем, прапорщик со своими людьми, чем-то издалека напоминали тусклые тени. Одетые в грязный камуфляж, они то и дело перетаскивали туда-сюда ящики, и, казалось, бродили без цели. Как иные поговаривали: «Квадратное катать, а круглое таскать». Но надо признать, что даже за таким занятием, баррикады, разрушенные в последней стычке, быстро приобретали прежний вид.

Изредка маршрут этих мечущихся и усталых лиц, проходил мимо меня. Их же обладатели, то ли от любопытства, то ли просто так, но бросали в мою сторону короткие взгляды. Вот только стоило посмотреть на них в ответ, как они опасливо отводили глаза в противоположную сторону.

Все ж таки псионы, они же одаренные, пока оставались для мира диковинкой. Полезной, но чертовски пугающей диковинкой, которая в любой момент может превратиться в кинжал, направленный в твое горло.

И если внешняя часть блокпоста возводилась оперативно, то остальная его часть, после вчерашней бойни выглядела жалко. Стены тоннеля были испещрены выбоинами от пуль и глубокими бороздами, оставленными когтями противников. А местами, так вообще, с легкостью угадывались пятна засохшей крови, которые пока не успела оттереть дежурная смена.

Я потянулся к своему рюкзаку, внутри которого находился тот самый контейнер. Он же трофей, полученный в лабиринте, куда меня закинул разлом Изнанки.

Сама вещь, изначально, принадлежала какому-то пришельцу, как их у нас называют. И была для меня этаким «произведением технологического искусства».

Её плавные изгибы, переходящие местами в острые грани. Её матовый оттенок корпуса, который на первый взгляд, почти не отражал лучей света. И, лишь изредка, словно живой, переливался темными тонами. Все это выглядело волшебно, технологично.

Вспоминая то короткое и одновременно с тем бесконечно длинное путешествие, я до сих пор испытывал дуновение легкого ветерка по позвоночнику.

Те самые пришельцы… все это, спустя время, казалось сном. Но в руках у меня были слишком уж «явные» подтверждения того, что все произошедшее было настоящим, реальным. И что самое страшное, если бы не та выжившая инопланетянка, вечно называющая меня примитивом, думаю что остался бы там, в роли хладного трупа, и еды для монстров Изнанки.

Я коснулся гладкой поверхности, и пропустил чистую энергию внутрь хранилища. Как объясняла мне Вейла, доступ к таким устройствам замыкают на личной энергии владельца, в этакий ключ доступа. Но благодаря моему аспекту, у меня получилось очистить «слепок» этого самого «ключа», после чего наставница какими-то хитрыми манипуляциями скинула его до заводских настроек. И теперь он полностью принадлежал мне.

Моя прелесть.

Так что с легкой вибрацией, прошедшей сквозь руки, я извлек из недр умного рюкзака небольшую и металлическую бутылку. Она чем-то напоминала те, которые используют спортсмены на тренировках. Вот только уровень жидкости отображался через цифровой индикатор.

К моей радости, с самого начала, она была заполнена жидкостью, которую Вейла характеризовала как питательный раствор, но вот пробовать его… было страшновато.

Нет, ну правда, кто знает, как отреагировал бы организм? Никто, конечно же. Но псиарх, в последней стычке, так сильно припер к стенке, что пришлось пересилить себя, и влить добрую треть жидкости, перед тем как с Нюхачом отправились обратно.

Надо признать, вкус, он был очень интересным. Этакая смесь разбавленного яблочного сока и молочного коктейля. Только сок разбавили, а от коктейля осталась одна лишь плотность структуры. При этом, внутри содержалось множество нейтральных частиц энергии Изнанки, которые с легкостью усваивались организмом.

Нажав пальцем на едва заметную выемку, крышка отодвинулась, и я сделал маленький глоток. Прохлада моментально хлынула внутрь тела, и по пищеводу пробежала волна наслаждения, одновременно снимая усталость и прочищая мысли.

– Алекс, ты зачем её просто так пьешь? – Вейла хмыкнула. – Ты хоть понимаешь, что мы с тобой так и не изучили полностью, как воздействует эта жидкость на человеческий организм? Ты это, не забывай учитывать, что метаболизм других видов отличается от твоего. А вдруг у тебя отрастут щупальца вместо ушей, мне тогда точно придется искать нового ученика! Хотя… щупальца тебе бы подошли.

– Если вырастут – ты первая об этом узнаешь, и я не сомневаюсь, что воспользуешься такой ситуацией. – ответил ей, закрывая глаза и откидываясь на холодную бетонную стену. – А пока, давай, дергай меня внутрь. Мне чертовски хочется сбросить напряжение.

– Наконец-то и в твоей голове появляются дельные мысли! – улыбнулась наставница. – Пойдем, будем делать из тебя бойца с тварями Изнанки.

Переход в подсознание, чаще всего, ощущался одинаково, как провал в ничто с последующей материализацией. Вот только в этот раз было иначе, больше всего это походило на падение в холодную воду. Легкий миг невесомости, следом за которым начали затухать все внешние звуки, наполняющие блокпост, а затем резкий толчок и я уже открываю глаза в своем внутреннем мире.

Мой Остров.

Место, которое выстроилось само собой, без прямого моего участия. Судя по нашим размышлениям, брались за основу мои воспоминания, энергия, и что-то ещё. Поэтому земля, темных оттенков, под ногами, сменялась белыми, почти ослепительными плитами. А вместо привычного неба, сейчас можно было разглядеть вверху всполохи пси, мечущихся из стороны в сторону.

В самом центре острова, где обычно возвышаются какие-нибудь горы, как в кино, у меня была расположена тренировочная площадка. На ней, в изящном кресле, сидела Вейла. Она выглядела так же, как и всегда: безупречная, с легкой полуулыбкой и взглядом, который видел все сущее насквозь.

– Ну что, пришел наконец-то за добавкой? – грациозно поднялась со своего места девушка, и в её руке материализовалась гроздь виноградин, одну из которых она с легкостью подцепила белоснежными зубками, и с наслаждением прожевала. – Ты неплохо себя показал, когда на вас вчера напали. Но я уже не один раз тебе говорила, а ты не один раз это игнорировал. Ты слишком часто полагаешься на грубую силу, и превосходство энергии.

– Поэтому я здесь, разве нет? – с улыбкой ответил ей, и принял нечто похожее на боевую стойку, которой меня успела научить наставница. – Давай сегодня без теории, хочется полной боевой нагрузки!

Моя персональная язва хитро прищурилась, стоило ей услышать про нагрузку, и тихо так прошептала.

– Полной, говоришь? Ну что ж. Давай проверим, насколько ты успел освоиться с новыми силами, и, как много ты усвоил из прошлой нашей тренировки.

Девушка взмахнула рукой, и пространство, ведомое золотистыми нитями, прямо перед нами начало искажаться. Воздух, сильно сгущаясь, приобретал уже знакомые мне очертания.

Словно из кошмарного сна выживших, начал восставать псиарх. Он был точной копией того, с которым я сражался в реальности, и того, с кем уже довелось поспаринговать на тренировке. Только вот если присмотреться, можно было увидеть, что плотность и источаемая им сила – были мощнее.

– В этот раз я буду управлять им напрямую. – Вейла щелкнула пальцами, после чего её зрачки немного дрогнули, одновременно с чем замерцала и фигура моего противника. – Если он тебя раздавит, поверь, будет больнее, чем раньше.

И, без какой-либо команды к старту, псиарх рванул в мою сторону выпуская волну энергии, преобразовывающуюся в темного цвета росчерки. Одновременно с этим, его изломанные конечности, светящиеся серебряным светом, метнулись, чтобы разорвать мою шею.

Что ж, месяц назад я бы просто выставил барьер из энергии, в надежде, что он сможет выдержать натиск. Вот только сейчас…

Я сосредоточился, позволяя энергии более высокого качества протекать по моим каналам. Метка на груди, почувствовав движение пси, отозвалась зудом, в котором с легкостью можно было прочитать жажду сражений.

В общем, блокировать удар не стал, потому что лучшая защита – это нападение. Шагнув навстречу надвигающейся атаки, одновременно разгонял движение энергии по всему телу, особенное внимание уделяя тугим мышцам.

Мое улучшенное физическое тело жадно впитывала в себя пси. Пусть эффективность этого была не максимальной, но даже со всеми издержками, скорость моих движений возрастала многократно.

Можно сказать, что теперь это была квинтэссенция нескольких умений, по отдельности освоенных ранее. Так что заскользив под натиском врага, я стал выглядеть как Аня, которая использует тени, и пропустил атаку противника рядом со мной.

Мой манёвр позволил оказаться за спиной псиарха, давая шанс на формирование сильной атаки, направленной ему прямо в бок. Так что терять такую возможность было бы глупо, и мне удалось материализовать на лету бритвенные лезвия из холодной энергии. Воздух, ощутив изменение температуры, мгновенно кристаллизовался, напитываясь пси, и обрушиваясь прямо в цель.

Вот только Вейла не была идиоткой, так что к такому она была готова лучше, чем реальная тварь. И, управляя чудищем, она дернула его фигуру, как если бы была кукловодом, от чего все тело, покрытое причудливой броней, неестественно изогнулось, перекатываясь по тренировочной площадке, избегая моего выпада и контратакуя ментальным ударом.

В моей голове словно взорвалась граната. Это ещё учитывая, что я был готов к этому.

Зрение пострадало самым первым. До этого объекты, имевшие четкие границы, поплыли. А следом за ними поплыла и земля, стремительно стараясь уйти из-под моих ног, превращаясь в какое-то зыбкое болото.

– Слабо, Алекс! – раздался повсюду властный и звонкий голос Вейлы. Но чтобы она не говорила, в нем все равно чувствовался азарт. – Псиархи это не низшие, не забывай!

Я напряженно стиснул зубы. Меня искренне бесило, что сколько не пытайся, казалось, что мое развитие как стояло на одном месте, так и продолжает стоять. А монстры только и делают, что вытирают моей тушкой полы. Вейла же… ей так легко даются слова о моей «слабости», когда она сама является сущностью явно не от мира сего.

Мой разум, тем временем, продолжил наполняться энергией, как и ноги, только в этом случае он превращался в подобие зеркальной сферы, с заключенной внутри него пустотой. Каждая мысль, каждая эмоция – застывали, чтобы стать одной из граней идеального кристалла, готовых для отражения следующей волны ментальной атаки.

Когда он её встретил, та просто взяла, и… отрикошетила.

То ли Вейла, то ли сам псиарх удивился результату собственной атаки, и на мгновение замер от неожиданности. Этого времени для меня было достаточно. Пожалуй, одно из немногих качеств, которыми я гордился по праву.

Умение использовать подвернувшиеся шансы.

Из рук, занесенных для удара, под давлением, рванули тугие струи пламени, окруженные нейтральной энергией. Сноп белого огня врезался прямо в центр груди монстра.

Тварь такой выпад оценила по достоинству, и что было сил, взвыла на низких частотах. А плоть, встретившая удар, тут же начала обугливаться и осыпаться пеплом.

Довольный тем, как мне удалось достать противника, я заносил руку, чтобы закончить все одним финальным ударом, и пробить чистым лезвием пси голову врага, когда…

Вейла внезапно щелкнула пальцами, и псиарх прямо перед глазами начал растворяться, превращаясь в облака пыли.

– Эй! – я едва удержался, чтобы не упасть из-за собственной инерции, вызванной предыдущим замахом. – Так нечестно! – со всей искренностью возмутился её действиями. – Ты же видела, ещё чуть-чуть, и быть ему битым!

– Твое: «Почти» – не считается. – наставница стояла прямо передо мной, с выпрямленной спиной и гордо вскинутой головой. Но на лице отражалась слишком серьезная маска. – У тебя там. – махнула она в сторону. – Гости в общем, в реальном мире, Алекс. Твой капитан что-то от тебя хочет.

Объекты внутри моего мира поочередно начали схлопываться, исчезая один за другим, пока полностью не пропали из зоны моей видимости. Я наконец смог ощутить свое реальное тело, медленно разлепляя глаза, несколько огорченный, что не вышло завершить тренировку до конца. Но долго об этом думать не мог, потому что в нос ударил запах табака.