355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Михаил Рагимов » Назло богам, на радость маме » Текст книги (страница 2)
Назло богам, на радость маме
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 02:52

Текст книги "Назло богам, на радость маме"


Автор книги: Михаил Рагимов


Соавторы: Виктор Гвор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

У-у-у! Я много чего хочу! Но ведь обманет, жучила инфернальная! На личике же написано: любого шулера вокруг пальца обведет и догола разденет! А на мне и так одна рубашка! Нет у меня оснований считать эту парочку честнее славянского громовержца! И ту парочку, что над ними – тоже. Извечные антагонисты, а как жареным запахло, мигом снюхались! Как бы это дело провернуть, чтобы не оказаться последней дурой? И так из-за сегодняшних уродов вся одежда кровью заляпана! Еще не факт, что отстирается! И возни… О!

– Во-первых, – задумчиво тереблю локон, – сегодняшняя драка по вашей вине была!

– Не, – идет в отказ дьяволица, – мы не при делах! Перун там…

А вот хрен, от меня так просто не отделаешься!

– Перун – ваш враг? Не трогали бы его в прошлом, и никаких драк сегодня…

– Ты к чему клонишь? – подозрительно спрашивает Мекрина.

– Ветровка! Джинсы! И желтая футболка с котенком! Всё должно быть чистым, целым и красивым. Нет! Новым! Ваша война, вам и стирать!

– Хрен с тобой, – ворчит чертовка. – Руфаиль, чистота – дело светлое…

Ангел недовольно кивает. Намекает, что еще остальных пунктов не слышал. Просто так избавить девушку от тяжелого труда не хочешь, свинтус райский! Ладно! Я смолчу, но я запомню!

– Во-вторых! Полное обеспечение экспедиции. И заклятье неснашиваемости на каждую вещь… Ну или что у вас там вместо него. Мне в лохмотьях ходить неохота! И в местных хламидах – тем более! И чтобы не пачкалось! Не люблю грязи!

Со всей дури бью ангела ногой в подбородок. Обещала же, что запомню!

– За что?! – вопит придурок.

– Не хрена на мои коленки пялиться! Ты существо бесполое и нематериальное! Скромно себя вести должен!

– Он, конечно, нематериальный, но совсем не бесполый! – информирует Мекрина. – А ты бы прикрылась, что ли. Иначе несчастного Руфика до смерти забьешь. Инстинкты же! Будь я лесбиянкой, тоже глаз от твоих ног не отводила бы…

– Ты же не пялишься!

– Так я и не лесбиянка!

Содержательный разговор! А что вы хотите?! Страждущие вежливости могут приходить утром! Когда я выспавшаяся, одетая, причесанная и накрашенная! Ну хорошо, ненакрашенная. Зато умытая и сытая!

Натягиваю штаны. Ангелочек что-то ворчит насчет моей психической неуравновешенности. Делаю шаг к нему.

– Витька, – отвлекает чертовка. – Мне очень приятно смотреть, как бьют постоянного оппонента, но вернись к делу! Значит, одежку сделать неснашиваемой?

Пернатый использует паузу на все сто: невнятно ворча о чистке одежды, исчезает в прихожей. Надо же, дошло, наконец!

– Не только одежку! Всё, что возьму с собой! И сок во фляге чтобы не скисал и не кончался. И коктейль во второй!

– «Выхлоп»? – в голосе Мекрины проскальзывает явная заинтересованность.

– Он самый! – хрен ты меня собьешь. – И чтобы ствол не перегревался. И патроны не кончались! И всё остальное – тоже. Вплоть до сумки-самобранки. Образцы продуктов загружу.

– Это можно, – кивает чертовка.

– Нужно! Еще языки местные надо знать!

– Не получится! – она усмехается. – Будь ты христианкой, глядишь, чего и вышло бы. А с атеистами – глухой номер. «Мы не рабы, рабы – не мы»! Никаких ментальных воздействий и хирургических вмешательств!

– Что? И без корректировки внешности?!

– Если станешь истинно верующей…

– Не стану!

Оно мне надо?! Жаль, конечно, языки. Но никаких, так никаких. Может, и современных хватит. Зато и на мозги давить никто не сможет. Да выучу языки! Я способная. Где четыре, там и восемь!

Что бы еще потребовать? Денег по возвращению? Не та проблема! Машину? Гы! Мальчика? Сама найду! Может, вечную молодость? Тоже слабо, наверное… Да и не хочу я тысячелетиями хоронить своих детей! А место в ГРУ Ада мне и так уже обеспечено… Может, в Рай попроситься? Нет, если там все такие, как этот Руф, с тоски сдохнешь! На фиг, на фиг!

Наконец, придумываю:

– По возвращению такое же заклятье на все мои вещи! И три желания! Под клятву Ада и Рая!

– Годится! – соглашается чертовка после долгого раздумья.

– С ума сошла, – вскрикивает вернувшийся Руфаил.

– Кто? – хором спрашиваем мы.

– Обе!

Ух ты! Оказывается, он неплохо обучаем! Уходить от ударов уже умеет! Почти! Сейчас встанет, продолжим! Не встает. Только пищит жалобно:

– Желания!.. Без ограничений!.. От Неба и Пекла!.. Сумасшедшие!..

Вот ведь жмот какой! Подумаешь, желания. А у меня теперь вопрос с гардеробом навечно решен. Ни одну шмотку выбрасывать не придется! Только новые покупать! Класс! Подведем итоги?

– Значит так! Вы сейчас по домам. Я – в душ и спать. Через шесть часов жду вас тут. Будете шмотки обрабатывать!

– Нимб верни! – воет ангел.

– Фигу! Я его с собой возьму! На память о коварном обольстителе!

Руфик прямо тухнет. Как лампочка после щелчка выключателя.

– Иди сюда, несчастный птенчик, – хохочет Мекрина. – Тетя отнесет сиротку в родное гнездышко…

Обхватывает недотепу за талию и исчезает. Надеюсь, этой ночью больше никто не заявится?! Потому как если меня кто разбудит, пожалеет, что на свет родился!

Перун

Смертные совсем потеряли стыд и совесть! Потеряли стыд, потеряли совесть… Потеряли совесть, потеряли стыд… Совсем потеряли… Совсем смертные…

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

Говорю ему: «Я есмь бог Перун-Громовержец!». А он мне: «Ой, какой глюк прикольный»! Нашел глюка! Хе-хе! Так бы и развалил кочан, что между плеч растет! Но с одной стороны башка у него и так развалена, что взять с человека с черепно-мозговой? А с другой-то стороны его не били, получается, не на всю голову ударенный! И он мне нужен. А я ему – нет! Погребальный костер ему нужен. Можно и крематорий. Лишь бы не закопали по-христиански! С этими атеистами так: по какому обряду похоронят, к тому и уйдут! Кабы не крематории, не дотянуть мне до двадцать первого века! Слава крематорию! Крематорию слава! Слава крематорию! Хи-хи! Какая у этого Славы фамилия прикольная…

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

Объяснял задачу, объяснял… Ничего не понимает урод! «Славяне – арии, славяне – арии»! Нашел, понимаешь, ариев! Хе-хе! Персы, они персы и есть! Маленькие, черненькие. Не негры, конечно, самые обычные таджики, но славяне-то тут каким боком?! «Большинство источников сходится, что изначально древние персы высокими блондинами были». И с чего им, спрашивается, мельчать и чернеть? От близкородственных браков с эллинами? Тоже «высокие смуглые блондины в три локтя ростом»! Хе-хе! Греческий локоть до полуметра еле дотягивал! И никакой Арктиды отродясь не было! Мы что, совсем об пень ударенные, на Север лезть?! Там же холодно! Молнии на лету застывают! И чукчи с ненцами! Нет, потомки полян и вятичей окончательно спятили под влиянием греческой ереси! Все сошли с ума… Все сошли с ума… Один я нормальный…

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

А выбора у меня нет. Ладно, может, Любомудрова память ему мозги вправит. И тело, на экологически чистых продуктах воспитанное. Хотя волхв и сам тогда на голову… хе-хе… сильно болел. Но то была работа змеюки этой, Мекрины! Вот кому засадить бы молнией в голову! А лучше не молнией… И не в голову… Понимаю Любомудра. Фигурка у чертовки… Какие бедра… А грудь… Хе-хе… Ах, какие бедра, ах, какая грудь… Ах, какие бедра…

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

Будем надеяться, история не повторится. Даже у Яшки не хватит мощи перебросить инфернальную сущность надолго. Тогдашняя Мекрина не введена в курс ситуации. А Любомудр со здоровыми мозгами и спецподготовкой двадцать первого века такую бучу закрутит… Хе-хе! Бах, бух, трах-тарарах, шлеп-шандарам, пять минут и гора трупов, как в американских фильмах, а Алатырь-камень на Киевском капище! Пять минут, пять минут, бой часов раздастся вскоре… Пять минут, пять минут…

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

Алатырь-камень в Киеве! Ух, какой я сильный стану! Не сейчас, в прошлом! Хе-хе! Яшку со всеми его крылато-хвостатыми прихвостнями пинком под зад с Руси! И не только с Руси! Франков из Саксонии, данов с Арконы! Или они там позже были? Неважно! Всех на фиг! Свинопас одноглазый у меня на посылках бегать будет! А этот, старикашка грекоромейский, не помню, как его, жив еще был, или уже того? Да и хрен с ним! Если жив – добьем! Задавака, каких свет не видел! Не нужен он мне! И охоту на Золотого Тельца организуем! С Симарглами! Пантеон должен быть один! Хе-хе! Причем, конкретный! Один, один, совсем один…

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

Проклятые родноверы! Верили бы во что-нибудь общее! Нет, каждый норовит собственную версию создать! С чем только не мешают! И вся эта дрянь к нам идет! В Ирий! С такого коктейля любые мозги набекрень станут! Как это Яшке удается трезвым ходить? Хе-хе! Иудеи, мусульмане, христиане. Три религии, да еще внутри делятся! Секты, ереси, течения!.. Подводные и надводные… Острова… Материки… Страны…

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

Лишь бы Игорь этот с волхвом совместился и проникся идеей! И будет нам счастье! В четырнадцатом году! И зимняя Олимпиада в Сочи! В субтропиках… Зимняя… Хе-хе! Кто из нас старый, пьяный и сумасшедший?..

О чем это я? Ах да! Повбивав бы! Молниями! А толку?

Порядок наведем во всей Ойкумене! В Ирии приберемся! Мировое древо новое посадим, а то со старого половина листьев облетела, а оставшиеся совсем желтые! Велес лесов насажает! Не, лучше, он их вырубить не даст! И мамонтов сохранит! Или они раньше вымерли! Значит, возродит! Скотий бог он, или балаболка пьяная?! Перегонит из Индии лысых ублюдков и выведет!.. Ликов наших наставим по всему миру, включая Америку и Антарктиду! Но первым делом поймаю эту чертовку, Мекрину, да как засажу ей молнией в голову! Нет, не в голову! И не молнией! Задеру хвост… Хе-хе! Фигня все эти ваши ноги и крылья! Главное – хвост! Хвост за хвост, глаз за глаз! Не уйдешь ты от нас!

О чем это я? Ах да!..

Витька

Просыпаюсь от щелчка входной двери. Точнее, от щелчка начинаю действовать, а просыпаюсь, уже прижавшись к стене сбоку от двери спальни с арбалетом в руках. Через секунду, услышав знакомое: «Витенька, это я», расслабляюсь и быстро впрыгиваю в штаны и рубашку. Наша деда пришла! Пирожки принесла!

Дедушка всегда кричит эту фразу, открывая дверь. С того самого дня, как любимая внучка встретила его, одетая в один автомат. В своей постели я люблю спать голой. Имею право! Не думаю, что смена оружия и наличие нимба принципиально изменят дедушкину реакцию. Ему, собственно, ни того, ни другого видеть не надо!

Конечно, на открывающуюся дверь так реагировать необязательно. Дед единственный, кому я дала ключи. Всё равно мама потеряет, а папе с бабушкой никакие ключи не нужны в принципе. Мы, Барсовы, кошки: ходим, где вздумается, гуляем сами по себе. И по гороскопу тигры! А чужой, если и сумеет вскрыть дверь, то уже при смерти. Просто ночка суматошная выдалась. Ну и наследственно-профессиональная паранойя, конечно, куда же без нее!

С радостным визгом висну у деда на шее, не забывая опираться левой стопой о калошницу: мои сорок кил для его сердца многовато! Потом отбираю сумку и препровождаю на кухню. Я, между прочим, про пирожки не шутила: никто другой такие вкусные готовить не умеет! С мясом, с грибами, с яйцами! Да с чем угодно! У деда каждый раз начинка новая. А какая корочка!.. В папиной роте без дедова печева любой праздник – не праздник!

Да, вот такая у нас семейка ненормальная! Дедушка пирожки печет, а бабушка ни одной «горячей точки» в мире не пропускает! Кроме плиты. А если еще добавить, что дед – мамин папа, бабушка – папина мама, и при этом они муж и жена… Кто попробует догадаться, как это вообще получилось? И кем мне приходится мамопапина общесводная сестренка? Не можете? И не надо! Меня всё устраивает!

Дед немедленно начинает хлопотать над чайником, а я перекладываю пирожки в специальный термос-контейнер. Чтобы сохранить горячими до трансформации моей сумки в самобранку. Всё равно к кухонным священнодействиям меня сегодня не подпустят. Конечно, не удерживаюсь и пару пирожков отправляю в рот. Вкуснятина! Теоретически, можно все съесть, а с собой один взять, все равно размножатся в нужном количестве. Но они все с разной начинкой! Не могу же я всё время есть один и тот же сорт! А по внешнему виду не отличишь! Специально так сделано, для сюрприза.

– Не экономь! – улыбается дед. – Я завтра еще напеку. Или ты фигуру бережешь?!

Еще как берегу! Но это же не повод пирожки не есть! Три тренировки в день, и можете соперничать в объемах поедаемой пищи хоть с псовыми, хоть с копытными. Тренировки можно даже сократить до двух, увеличив нагрузки.

– Деда, я сегодня в поход иду! С однокурсниками!

– Ты поосторожней! – волнуется дед. – Мальчики в этом возрасте легко возбудимы! А ты маленькая, тебя всякий обидеть может! Там ведь ни милиции, ни Андрюши…

Совсем забыла дедову реакцию на походы. Когда-то он с бабушкой, которая мамина мама, познакомился… Хм… Как я вчера с Игорьком! Только давно, в походе, и сумел-таки отметелить нападавших.

– Деда, – заверяю его. – Если что, обязательно найдется рыцарь! Может, даже умеющий печь пирожки! Или торты!

– Витенька! – дед предельно серьезен. – Не каждый кулинар – мастер спорта по боксу!

Что да – то да! Представляете, как удивились остальные претенденты на место моего дедушки, обнаружив столь интересное сочетание навыков!

– Пусть он будет кулинаром, а я мастером спорта, – напоминаю общеизвестный факт. – И не только по боксу!

Как раз бокс не особо принципиален, что дед не упускает случая разъяснить:

– Внученька, при твоей весовой категории…

– Деда… Ну не беспокойся ты! У нас в группе все знают, что меня защищает ОМОН, СОБР и спецназ ГРУ. Все-все, честно! И вообще, в группе только девушки! Пединститут же!

Вот кто обо мне ничего не знает, так это однокурсницы. Бабский коллектив, одной сказать, всё равно, что табличку с полной информацией на шею повесить! Но деда успокаивает последнее утверждение, которое чистая правда! Жаль ненадолго!

– Это тоже опасно, к вам могут пристать местные…

Демонстрировать деду какие-либо навыки совершенно бессмысленно. Во-первых, он прекрасно осведомлен обо всех моих умениях. А во-вторых, это не имеет ни малейшего значения! Синдром дедушки. Дитятко! Маленькое! Одно! В лесу!

Потому объясняю, что иду в глушь, где местное население отсутствует, как класс, в связи с вымиранием русской деревни. Последнее переключает деда на единственную тему, способную отвлечь его от безопасности маленькой и слабенькой любимой внученьки. Конечно, пока пьем чай, он успевает высказать далеко не всё, что думает о наших правителях от Хрущева до Путина включительно, но многое. Должна заметить, дед никогда не повторяется, и каждый такой разговор сильно повышает мои знания в новейшей истории. Кстати, надо будет поговорить с Мекриной об этих деятелях и посмертном воздаянии на ближайшую сотню лет. Потом сама займусь!

Когда дед, наконец, уходит, до явления новых знакомых остается час. А дел выше крыши! Начинаю с самого простого. Кручу в руках стринги, горько вздохнув, возвращаю их на полку и вытаскиваю термобелье. Охлаждающее для жаркой погоды. Наше, рязанское. Теперь на все остальные случаи. Полипропиленовое, толстое, итальянского производства. Диапазон комфортных температур сумасшедший! Почти единственная импортная вещь в моем гардеробе! И прочное, как парашютная стропа! Практически не снашивается! Ха! Теперь просто не снашивается! И не пачкается! По этому поводу одного комплекта хватит! На всякий пожарный беру два. Поларовая куртка вместо свитера. Такие же штаны, естественно. Основной слой. Ага, на вид неотличимо от типовой «горки». Но материалы немного другие. Во всяком случае, дышит куда лучше, не намокает и снег к ней не липнет. Дождь, правда, держит хреново. Но под это дело у нас тонюсенькая мембранка прикопана! Теперь зимнее. Куртень и штаны на прималофте. Шапки, варежки, носки. Кто сказал портянки? В двадцать первом веке живем! У меня ни одной хлопковой или шерстяной вещи с пяти лет не было! Переходим к обуви. Кроссовки, само собой. Ботиночки. Не типовые, под мою ногу таких не выпускают! А раз уж пришлось индивидуалку заказывать, то обувщикам выпало попахать. Зато в присутствии моих ботиночек трекинговые боты и лучшие образцы немецких форменных берцев нервно курят в сторонке! Бахилы! Ага! Галоши с нашитым авизентом! Всё гениальное просто! А кому не нравится, может без этого дивайса ковыряться в снегу по пояс и морозить ноги в свое удовольствие! Всё, оделась!

Лыжи! Не знаю, что там наши предки могли вырубить топором из цельного ствола дерева, а я предпочитаю свои. Палатка не нужна, чай не в походе, куском непромокашки обойдусь, а спальничек надо прихватить. Не такой уж он объемный. А вот коврик объемный. Зато есть надувной матрасик американского изготовления. Не весит, места не занимает, и если не порвать – просто песня. А порвать мне теперь не грозит! Сидушку. Фонарь. Французский или американский? Если не знаешь, что выбрать, бери оба! Так и сделаю! Рюкзак для барахла. Всё!

Раунд второй. Автомат. Рожок с красной изолентой на бесконечное количество патронов. Все равно взяла бы второй: для боеприпасов и бесконечность мало. Но нетути! Зато есть холодняк. Арбалет. Нож. Еще нож. Перевязь с метательными ножами и пластинами. Еще нож. Сабля. Ну, не совсем сабля. Меньше чуть ли не вдвое. Под мою миниатюрную ручку и полтора метра роста. Хватит? Или еще лук прихватить? Нет, пожалуй, не стоит, я в нем не сильна. В том числе, из-за размеров. Тактический рюкзачок. Закончила!

Раунд три. Ремонт… Не надо, у меня ничего не портится! Кроме меня! Аптечка! Ой, мамочки! А что с прокладками делать?! Если надолго заторчу?! Физиологию-то никто не отменял! Не напасешься же! Там даже ваты еще нет! Не мхами же пользоваться?! Нет, я знаю, какими, и как, но… НЕ ХОЧУ!!! Полный отбой! Пусть ищут другую дуру, готовую отказаться от благ цивилизации! Убираю всё назад, посылаю Руфика на три веселых буквы, Мекринке и двух достаточно, и ложусь спать! Я не собираюсь прожить жизнь на одной пачке прокладок! Даже не пачкающихся и не снашиваемых. Я…

Стоп! А зачем? Пачка? Да мне одной штуки хватит! Пусть лежит в сумке-самобранке! И кусок туалетной бумаги туда! На размножение! Она вообще прямое отношение к еде имеет! В смысле через прямую кишку! Тогда иду! Хорошо, вещи разобрать не успела! Еще надо туда бинты положить, медикаменты… Нет, пусть лучше аптечка тоже самобранкой будет! И про батареи отдельно напомнить, чтобы заряд не кончался! С этим всё!

Теперь самое сложное…

Здрасти! Явились не запылились! И сразу с советами лезут! Причем, когда самое тяжелое началось!

– Витька, зачем тебе платье? – вопрошает Мекрина, оседлав стул. – Да еще такое?!

– Чем оно тебе не нравится? – вот только скажи что-нибудь! Мое лучшее платье! Один раз надевала, на выпускной вечер! А второе – мамин подарок! – Какое больше подходит?!

– Оно мне нравится, – чертовка явно чует, когда надо сдать назад. – Оба. И подходят тебе идеально. Но зачем они в десятом веке?

– А на бал к князю я в камуфляже пойду?

– «Золушку» перечитала? – язвит чертовка. – Русские князья балов не давали.

– Ты уверена, что я не попаду туда, где их давали?

– С тобой будешь в чем-либо уверена… – сдается Мекрина.

– Так какое лучше?

Чертовка пожимает плечами.

– Хорошо, беру оба!

Теперь она криво усмехается:

– Насколько я понимаю, босоножки для той же цели…

– Ага! – мило улыбаюсь. – Если не считать сюрпризы. Всего два заряда в каждой. Но патроны же кончаться не будут…

Краем глаза слежу, как Руфаил подбирается к лежащему на столе нимбу. Вот паршивец, тебе же запасной выдали! Сам виноват будешь!

– Про нижнее белье даже не спрашиваю, – вздыхает Мекрина. – Не можешь же ты надеть к платью «терму»…

– Правильно говоришь, – мурлыкаю в ответ, – правильно.

Стринги все-таки поехали в прошлое. И не только стринги…

– Но ноутбук-то зачем?! – выпаливает Мекрина.

– На все сообщения «В контакте» я ответила. Кого надо предупредила. Но! У меня семнадцатый уровень в «танчиках» не пройден! И за огородом надо ухаживать в реальном времени! И корову каждый вечер доить! – смотрю в непонимающие глаза чертовки и поясняю. – На ферме.

– Какой ферме? – не врубается.

– Веселой. Игра такая!

– Иг' ра, – икает Мекрина.

– Именно.

От стола доносится громкий бум. Руф добрался-таки до моего нимба. А тот оказался с сюрпризом! А не фига бедную девочку считать наивной глупышкой! Можно подумать, я эту породу не знаю! Святоши, они все вороватые! Вторая попытка будет? Ангел оказывается умнее. Вместо того, чтобы лишиться пальцев и на другой руке, жалобно зудит:

– Виктор, – это, видимо, надо понимать, как запредельное уважение. Полным мужским именем меня еще никто не называл, – давай меняться нимбами…

– За хрена?

– Ему новый лысину натирает, – объясняет Мекрина.

– Подгонит, – парирую я. – Если до попытки отчуждения моего нимба еще могла идти речь о товарно-денежных отношениях, то теперь…

– Это почему он твой?! – вспыхивает Руф. – Ты его сама отчуждила! То есть, отчуждала! То есть…

– Это трофей, добытый в тяжелой борьбе с захватчиком, нагло вторгнувшимся на мою территорию! Ясно?!

– Я не захватчик…

– Ты еще спорить со мной будешь?!

Понурый ангел забивается в угол и нянчится с покалеченной рукой. Ничего, судя по состоянию крыльев и носа, регенерация у пташек просто удивительная. Поворачиваюсь к чертовке:

– В компьютере у меня еще и шахматные базы. В сотовом – подборка фотографий! В буке тоже есть. Это запасная копия. И на флешках! Когда я еще родных увижу?! Плейер нужен, чтобы слушать музыку! Короче. Либо всё, что здесь есть, едет со мной, либо остается дома. Тоже со мной! Ясно!

– Понимаешь ли, Виктор, – сообщает Руфаил. – Наши возможности не безграничны. За каждый психоджоуль придется отчитываться! Дело на контроле на самом верху!.. – ангел вздымает палец к потолку, на минуту задумывается, смотрит на чертовку. – И на самом низу тоже! А перерасход уже огромен! Одно моё лечение…

– Будешь выступать, – возмущаюсь я. – Вообще крылья выдерну! И второй нимб отберу! И отчитывайся за провал операции по причине жадности! А Игорек пока нужный камешек притаранит куда надо, и кранты вам всем!

– Ты представляешь последствия?! – хватается за голову Руфаель. – Нас тебе не жаль, о людях подумай! Всё же мировоззрение изменится!

– А мне по фигу в кого не верить! Хоть в Христа, хоть в Перуна! Захочу – пойду, захочу – не пойду! Без вот этого, – обвожу рукой гору вещей, – с места не двинусь! Не хотите – валите, докладывайте. А это, – водружаю нимб на голову, не забыв снять неиспользованный сюрприз, – останется мне на память. Вам еще всю жизнь мои вещи не снашивать! В смысле стирать и ремонтировать! Или обновлять!

– После операции нам любые фонды утвердят! – не сдается Руф.

– Э нет! После вам ни гроша не дадут! Сейчас наложите! Или не иду!

– Послушай, Витька, – чертовка перехватывает у напарника инициативу. – Давай не будем пороть горячку. Сейчас наложим. На всю квартиру. Значит, с собой: сумка-самобранка, аптечка-самобранка и косметичка-самобранка. Тактический подсумок с гранатами – тоже самобраный. Ноутбук, плейер, фонари и сотовый с вечными батареями. Может, хоть сотовый оставишь? Связи там всё одно нет! – упрямо мотаю головой. – Ну, хорошо. Автомат и арбалет с бесконечными магазинами. Самозатачивающийся холодняк, пятнадцать изделий. Две «бездонные» фляжки: с «Выхлопом» и яблочным соком…

– Три! С томатным добавь! Помидоры из Америки еще не завезли!

– Три, – соглашается чертовка. – Одежда и обувь разная в количестве сорока восьми предметов, если считать парные вещи за одну. Отдельно босоножки с сюрпризом. Лыжи, спальный мешок, тент, горелка… и прочее снаряжение, рюкзак, черезседельные сумки. Кстати, коня у тебя нет.

– Действительно, непорядок, – делаю вид, что задумываюсь. – Подгони, что ли…

– Подогнать – не вопрос, – усмехается Мекрина. – А перебросить – вопрос. Лошади, они тяжелые… И одушевленные! Может, ну их сумки?

– Ага! Размечталась! А платья я в чемодане потащу? Хрен с ним, найду коня на месте. Куплю у любого князя за тюбик губной помады. Или медведя оседлаю!

– Договорились, оседлаешь медведя. Кошель с местными неразменными деньгами. Всё?

– Гранатомет, что ли, взять…

– На хрена?! – вскакивает чертовка. – Ты и так сильнее дружины любого тогдашнего князя! Нет у них танков! А из авиации один Змей Горыныч, и тот легенда! На тебе второй рожок с зажигательными!

– Договорились! Прокладку забыла и туалетную бумагу!

– В сумке! – отмахнулась чертовка.

– Тогда, вроде, всё, – грустно вздыхаю. – А ксиву?

– Какую ксиву? – не понимает Мекрина.

– Что я работаю на вас.

– Тебе нимба мало?

– Понимаешь, Ме, там вокруг моего Игорька ты молодая крутишься! Хочешь, чтобы я ей хвост на шею намотала?..

Чертовка, не отводя от меня глаз, неторопливо втягивает через зубы воздух, так же медленно его выдыхает и вытаскивает из ложбинки в декольте небольшой медальон на ленточке.

– Наденешь вот это, – цедит она, – обзаведешься рогами и хвостом. Вот здесь, – появляется флешка, – подробная инструкция. Но не советую злоупотреблять. Там Люцифер не в курсе твоих полномочий.

Игорь

Сижу, курю бамбук. Потому как больше курить нечего. Смешная штука – жизнь. Идет человек, никого не трогает, под ноги смотрит. Вдруг трах-бабах! Ввязывается в драку, получает по голове и вот вам результат. Черепно-мозговая, клиника, бред, вредный старикашка, вещающий о великой миссии, кончина, морг, чужое тело, десятый век вокруг, лес и мишка косолапый по лесу идет. Песен петь не собирается, вместо этого мордой о плечо трется и требует внимания, любви и заботы.

И ладно бы ручной медведь Любомудра! А то самый обычный дикий мишка. Талант у моего реципиента был такой: с животными жить в мире и согласии. И мне эта способность передалась. Вот косолапый косулю заломал и принес добычу к моей пещере, с другом поделиться. А взамен хочет любви и ласки. Не по понятиям опошлившихся пацанов двадцать первого века, а в прямом и невинном смысле: чтобы похвалили и по холке потрепали. Надо уважить топтыгина. Рука зарывается в густую шерсть.

– Хороший мишка, хороший.

Хороший удовлетворенно жмурится и носом подталкивает ко мне дровину. Мол, надо бы, волхв, костерчик запалить, да зверюшку добытую пожарить. Любит лохматушка жареное мясо. А мне так лень палочки крутить! Устройство, как в книжках про первобытных людей: лучок, палочка тетивой обкручена, брусочек, место, куда мох подкладывать… Крути, пока не загорится. Ни тебе периферии какой, ни интерфейса толкового…

Сволочь, всё-таки этот Перун. Так и хочется букву «д» вставить! И впереди словечко, характеризующее его возраст! Не мог снарядить по-человечески. Пулемет там, компьютер, зажигалка… Нет, Любомудр, мол, жил, и ты с его навыками не умрешь! Я же не Любомудр! Да хрен с ним, с пулеметом, но пачку сигарет мог дать?! Или папирос, я на «Беломор» согласный! Даже на махорку с обрывком газеты любой желтизны в прямом и переносном смысле.

Горько вздыхаю и вытаскиваю из пещеры девайс работы местных умельцев и уныло кручу палочку. Лучок двигаю туда-сюда, туда-сюда. На удивление скучное занятие. Надо бы как-то приспособу апгрейдить.

Как и зачем этот Любо здесь мудрствовал, непонятно. Не курил. Не пил. Медовуху только. Ел, что Велес пошлет, а топтыгин притащит. Огонь трением добывал, туда-сюда! А от этого туда-сюда и свихнуться недолго. Вот волхв и свихнулся. Впрочем, он от любви свихнулся. Помню я эту Мекрину. Ничего девочка, сойдет для сельской местности. Но я бы к ней на километр не подошел. Стерва стервой. Она же этого дурачка совершенно явно совращала. То есть, обольщала. Каждый день бегала. Рядышком сидела. И как! То головку на плечо положит, то бедром прислонится. Коленку «случайно» приоткроет, наклонится особо удачно, открывая обзор за ворот. До поцелуев дело довела, и до того самого. Единственного раза.

Девчонки почему-то уверены, что парням только «одного» и надо, и после этого «одного» бросит он глупую-несчастную-обиженную-дурочку… И в самом деле, дурочки. Не знаю, как там суровые челябинские мужики на сто первую трахнутую девку реагируют, а у таких телков, как мы с Любомудром, от близости все чувства только усиливаются. И если женщина после этого начинает песню «как же я была неправа», «я тебя, такого хорошего, недостойна», «ты встретишь свою единственную, не такую развращенную, как я», крышу сносит на раз! Почему? Зачем? Хорошо же было! Что я не так сделал?

Я тоже чуть с ума не сошел в свое время. Молодой был, глупый! Выстоял, правда. Но я же в большом городе жил. Народу кругом полно. Работа, родители, друзья, девочки-давалки. Девочки особенно хорошо лечат… Если к ним особых чувств не испытывать.

А Любомудр в своей пещере совсем зациклился. От его памяти и без эмоций шибает. А так – один в один история. Даже внешне его Мекрина на Маринку похожа. Только прическа другая, да стиль одежды древнерусский. А ведь, действительно, одно лицо! Ладно, хрен с ними, с бабами! Второй (или третий?) раз нас на тот же крючок не поймаешь! Да и нет в этих Маринах-Мекринах ничего особенного. Вон, моя подзащитная микростудентка куда интереснее. Жаль, в будущем осталась. А я даже вспомнил, как ее зовут! Если не ошибся, конечно! Не могут же девушку Витькой звать! Впрочем, она там, я тут, между нами тысяча лет и ни одного шанса на встречу. Забыли!

И переходим к делам насущным. Костерок загорелся, наконец; пара кусков мяса жарится, чтобы первый голод утолить; можно остальной косулей заняться. И о миссии своей подумать. Вредный старикашка очень хотел, чтобы я какой-то булыжник разыскал и перетащил в Киев. И Любомудр похожую мысль имел. До того, как у него с этой роковой красавицей дело сладилось. А на хрена эта каменюга в Киеве? Место силы. Это где в нашем времени майдан незалежности, что ли? А запросто, небось, там впоследствии гадость какую-то закопали, вот хохлы с ума и сходят. Надо будет в летописях сей факт упомянуть. Янукович-то не допрет, но, может, дорожники догадаются вырыть?! А камешек не просто так. Сакральная штучка, намоленная. Перуну со Стрибогом, значит, силушки добавится, а христианским богам хреново станет. Интересная точка зрения! А у христиан тоже такой камушек есть? Даже два?! Э, погоди! Ложе Христово – понятно. А хаджар аль-асвад же мусульманская святыня!

До чего интересно чужую память осваивать! Такие вещи узнаешь! Еще б сигарету! Но чего нет, того нет… У трех религий один бог! Это что значит. Аллах, Яхве, Христос – одно и то же? Или разное. Как там в Писании? Отец, сын и святой дух? Яхве – отец, Христос – сын, а Аллах – святым духом питается, то есть прикидывается. Во накуролесили! Иудеи, значит, отцу поклоняются, христиане – сыну, а мусульмане – святому духу. Опять евреи самые умные оказались!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю