290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Проект Земля. Триггер (СИ) » Текст книги (страница 5)
Проект Земля. Триггер (СИ)
  • Текст добавлен: 7 декабря 2019, 10:30

Текст книги "Проект Земля. Триггер (СИ)"


Автор книги: Михаил Диаминов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Открыв глаза, увидел Стаса с дубиной и Прокопа с молотком. Голова кружилась, изображение плыло, но даже это не помешало увидеть их озадаченные лица.

– Серёжа, это что сейчас было? – осторожно поинтересовался Прокоп.

– Неизвестно, – ответил я, вспомнив системное сообщение.

– Эм-м… в каком смысле?

– Неизвестный цветок… нашёл в лесу… попробовал.

Многословные конструкции давались как-то с трудом. Молоток с дубиной опустились, кажется, оба их владельца расслабились. Мне приподняли голову, и в зубы стукнулся край глиняной посуды – я жадно выпил всю предложенную воду.

Полегчало… энергия с нуля поднялась в район тридцати процентов, и я сел.

– Ты бы хоть предупреждал о своих экспериментах, – недовольно прогудел Стас, – а то мы уже и не знали, что думать, я уже хотел писать в техподдержку, правда, пока не понял, как именно это можно сделать.

– А я уже хотел приголубить тебя молотком… на всякий случай, – вставил свои пять копеек Прокоп.

– Сам не думал, что такое может быть, вроде как не мухомор употребил, а листья цветка, – развёл я руками.

Копьё нашлось в метрах десяти от той сосны, в которую целился. Оно воткнулось в корень дерева, немного выступающего из земли. Судя по тому, что Стасу удалось вытащить его лишь с третьей попытки, и упавшим на пять единиц прочности бросок вышел отменным по силе, хотя и отвратительным по меткости.

Прокоп бурчал что-то про молодёжь, которая, ещё делать ничего не научившись, уже стремится что-нибудь ломать, а я задумался над дилеммой – пробовать ли второе растение? С одной стороны, выяснилось, что эффекты от таких растений могут быть, мягко говоря, непредсказуемыми, с другой – времени на выяснение этих неожиданностей может в ближайшем будущем не появиться, так как вооружившись, мы пойдем, как выразился Стас, «на фарм мобов».

Я решился. Предупредив товарищей, после чего они попрятали все незакреплённые предметы и велели отойти подальше, я достал растение, обнаруженное на болоте, среди пауков. Также сорвал два листочка и, медленно прожевав, проглотил. Спустя несколько мгновений вспыхнуло ожидаемое предупреждение, хотя с неожиданными изменениями:

Интеллект +1.

Внимание! Вы употребили: копытень пьяный.

Характеристики «ловкость и восприятие» снижены на 70 %, на срок – две минуты. Потеря здоровья и энергии – одна единица в секунду, на срок – двадцать секунд.

Голова начала снова кружиться, никаким приливом сил мне не грозило ни по ощущениям, ни по полученной информации. Я, почувствовав неладное, направился обратно к лагерю. Ноги вдруг начали нешуточно заплетаться. Чтобы не упасть позорно, попытался ухватиться за рядом стоящее деревце, но рука почему-то промахнулась мимо столь доступной опоры. Меня повело вправо так сильно, что я совершил нехилый крюк, лишь чудом выкрутив штурвал в обратную сторону… но и на этом проблемы не закончились. Теперь мой организм дал сильнейший крен влево, и почти неконтролируемые ноги забегали подо мной так быстро, что я понял – сейчас точно рухну!

Окончательному падению помешал не пойми откуда появившийся ствол дерева, которого секунду назад здесь не было. От удара у меня, казалось, вылетели последние мозги, зато скорость в пространстве почти исчезла, и я попытался обеими руками обнять нежданного помощника, но руки вновь схватили пустоту, и на этот раз меня повело назад. Сделав несколько шагов, не в силах прекратить движение, я обо что-то споткнулся. Окончательная потеря ориентации, ноги на фоне облаков, и я осознаю себя, уже уткнувшимся лицом в землю.

Не знаю, о чём думали Стас с Прокопом, наблюдая за моими отчаянными зигзагами, которыми не всякая хроническая пьянь способна похвастаться, но мне отчего-то вспомнился вечно пикирующий Бройлер-747 из старого юмористического тележурнала.

На этот раз меня, просто взяв под руки, без всяких комментариев, поволокли к лагерю. Лишь чей-то усталый вздох донесся до моего сознания, пребывающего в странной прострации.

Примечание: Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утёсах… Только гордый Буревестник реет смело и свободно… – «Песня о Буревестнике» (М. Горький)

Глава 8. Будь проще, и волки к тебе потянутся

Глава 8

БУДЬ ПРОЩЕ, И ВОЛКИ К ТЕБЕ ПОТЯНУТСЯ

Дубина оказалась лучше по наносимому урону, нежели копьё. Но, взяв её в руки, помахав так и эдак, я всё же решил отказаться от такого варианта. Дубина Стаса была хороша, но тяжела. Пока я буду ей замахиваться для сокрушительного удара, местные волки успеют мне ноги отгрызть по самую шею, а от более легкой дубинки толку будет немного.

Когда кузнец работал над древком копья для меня, я заметил рядом с ним пару железных прутьев, почти квадратного сечения, полуметровой длины и диаметром в сантиметр. Взяв их в руки, понял – это подходит мне гораздо лучше. Спросил разрешение кузнеца, забрать их себе, на что получил недовольную гримасу и высказанное сомнение в эффективности такого оружия – дескать, прут лёгкий и коротковат для хорошего удара. Урон в описании к ним не указывался, только вес – чуть меньше трёхсот пятидесяти граммов, но у меня уже были некоторые задумки. Прокоп, пожав плечами, отдал прутья, сказав, что в таком случае из остатка металла он сделает ещё один нож, а я могу воевать хоть граблями, коль охота есть.

Для воплощения задуманного оставалось довести железки до ума. Я с помощью шершавого камня сточил наиболее выпирающие грани, чтобы не пораниться самому. Для более-менее нормальной шлифовки пришлось даже изобретать подобие наждачной бумаги из песка и наиболее жёстких листьев растений. Затем заточил оба конца прутьев, где, к моему облегчению, снова сработали игровые условности – на заточку ушло чуть более часа, хотя в реале на такую операцию, с такими инструментами, понадобилась бы прорва времени, а обращаться к Прокопу не хотелось, он и так недоволен моими экспериментами и всяческими отклонениями от планов.

Не знаю, сколько можно причинить урона таким прутом, но теперь им можно наносить и колющие удары, для чего, правда, очень не помешала бы нормальная рукоять с гардой, однако, придётся обходиться без таких новоротов, потому как я надеялся и на ещё одну возможность использования этих простых предметов.

Найдя подходящих размеров сосну, я подошёл к ней, метров на пять для начала, и, примерившись, бросил прутом в сосновый ствол. В детстве, как и многим детям, мне приходилось играть в ножечки, но я больше всего любил бросать острые предметы не в песок, а в прислонённую к чему-нибудь мишень. Те ножи, которые удавалось для этого найти или незаметно изъять из домашнего употребления, подходили для этих целей не слишком хорошо – разная длина и вес рукояти по отношению к лезвию плохо сказывались на предсказуемости полёта, поэтому однажды пришлось попробовать самому изготовить метательный нож. Конечно, нож – это громко сказано, просто стальная полоска, слегка сплющенная с одной стороны и с той же стороны обточенная напильником. Точильного камня на электроприводе тогда не имелось, поэтому усилий было затрачено уйма, а результат не впечатлял – на нож это было похоже только издали, если внимательно не присматриваться. Впрочем, даже такой образец махровой кустарщины для бросков по деревянным предметам подходил гораздо лучше. Хотя бы потому, что представлял из себя почти ровный кусок металла – рукоять заменял слой изоленты, а потому и летел предсказуемо, и повредить такой девайс было крайне затруднительно.

Тем летом я достал всех своих соседей, с монотонной упёртостью дятла, вгоняя кусок металла в дерево, оглашая округу глухими ударами. Зато выяснил, что для киношных бросков, оканчивающихся торчащей из вражеской груди рукоятью, роль которой играла не первой молодости доска, требовалось соблюдение двух условий: одинакового расстояния до цели при каждом броске и такого же одинакового хвата ножа. Стоит взять немного ближе или дальше от условной рукояти, и это сразу скажется на скорости вращения ножа в полёте и приведёт к позорному удару плашмя с последующим отскоком в ближайшие крапивные кусты.

Такая жёсткая привязка несколько смазывала всю крутость и кинемотографичность действа, но если не слишком задумываться, то вполне себе ничего, а со стороны, так и вовсе – Рэмбо.

Прут воткнулся в сосновый ствол, но неглубоко, силы в бросок я не вкладывал; второй отправился следом, с аналогичным результатом. С этого расстояния воткнуть их в дерево не составляло труда. При такой длине прутьев они успевали сделать лишь один оборот. Увеличив расстояние вдвое, я снова отправил железки в полёт. Результат оказался отрицательным. Оба прута врезались в дерево неправильно, а один ещё и отрикошетил от ствола, улетев в траву. Зато я обратил внимание на шлейф. На этот раз он имел плоскую форму, почти не расплываясь с расстоянием, лишь слегка загибаясь вниз. Что ж, это хорошо, что шлейф повторяет форму предмета, жаль только, не выправляет его полёт так, чтобы прутья втыкались в цель, а не просто попадали в неё. Но я решил не сдаваться, потому как дистанционное оружие нам очень не помешает.

После пяти бросков я заметил, что прогресс бар баллистики начал расти гораздо быстрее, и продолжил упражнение. Памятуя об особенностях скорости прогресса навыка, я периодически менял условия тренировки: менял расстояния, мишени, затем и вовсе начал бегать по лесу, выбирая мишень на ходу. В итоге, один прут погнулся от неудачного столкновения с деревом, второй чуть не потерялся с концами – разминувшись с мишенью в считанных сантиметрах, улетел на небольшую открытую лужайку, но, добежав до места падения, ничего не увидел, кроме ровной короткой травки. Долго нарезал круги по лесной проплешине, пока не задел ногой невидимый из-за травы кончик прута, почти полностью ушедшего в землю. Зато своего я добился:

Баллистика +1. Получено 640 очков опыта.

Получен шестой уровень персонажа.

Ловкость +1.

Пока швырялся прутьями, начал подозревать, что сделал глупость, поменяв нормальное копьё на две заострённые железки, потому как поражать ими цель получалось не очень. Навык баллистики вполне помогал в цель попадать, что очень выручало в случае с камнями, но с прутьями этого было совершенно не достаточно. Если здешний волк или, допустим, медведь получит таким штырём по морде, то, скорее всего, сильно огорчится, практически не понеся урона. Такая тактика ведения боя меня не вдохновляла, и, скорее всего, пришлось бы бить челом перед Прокопом, если бы не следующий уровень баллистики.

Нет, она не регулировала полёт снаряда так, чтобы он попадал в цель нужной стороной, зато при броске прутом поле вероятных траекторий стало выглядеть иначе. Я даже не сразу это заметил. Запустив снаряды в ближайшее дерево, сразу после получения нового уровня я ничего особенного не увидел, лишь кору поцарапал, отчего перед глазами представилось недовольное и одновременно снисходительное выражение лица Прокопа, вынужденного всё переделывать из-за молодого и самоуверенного дурня. Но, не став сразу же предаваться отчаянию, продолжил попытки, и не зря. Помимо вдвое увеличенного времени видимости шлейфа, что по-прежнему было не так чтобы много, заметил также и некоторую странность в его… ну, скажем так, видимости. Теперь полупрозрачная полоса имела более плотные области, перемежаемые по краям более прозрачными. Понадобилось минут двадцать, чтобы понять, что это довольно размытая схема движения снаряда в полёте. Поначалу это никак особо не помогало, корректировать бросок должным образом не получалось… да что там корректировать, даже успеть понять, как именно это нужно делать, не выходило. Но у меня было время подумать, пока восстанавливался уровень энергии, и в итоге я начал улавливать момент для небольшого изменения броска, почти уже отправившегося к цели снаряда так, чтобы он врезался в неё не как попало, а с достаточно высокой вероятностью, нужным для меня образом.

Прокоп и я уже полностью походили на людей, что, конечно, радовало, вот только отсутствие одежды, стандартная набедренная повязка не в счет, несколько смазывало чувство гордости за себя – несолидно как-то. А вот Стас даже и не думал принимать человеческий облик, несмотря на то что работал немало. Врут, стало быть, когда говорят, что труд превращает обезьяну в человека, хотя это и без Стаса было понятно. Работяги, бредущие после рабочего дня, сгорбленные, с отвисшими до земли руками, и в реале заставляли усомниться в истинности подобного утверждения.

Впрочем, труд для Стаса не прошёл даром, теперь он больше напоминал Кинг-Конга, разве что габаритами всё же поскромнее, всего-то метра два ростом, и морда отдавала чем-то человеческим… а так, да с дубиной наперевес – чисто зверь!

Всё было готово для начала охоты. Хоть от светового дня осталось чуть меньше половины, мы решили не откладывать это дело на завтра, – все уже засиделись на одном месте, хотелось действия.

Специалистов по фауне среди нас не нашлось, и на кого именно мы идём охотиться, было неясно. Из более-менее крупной дичи в этом районе я видел кабанов, на которых чуть не нарвался при первой тренировке в лесу, что и озвучил товарищам по оружию, предложив охотиться на них. К тому же, с них, скорее всего, можно взять не только шкуру, но и мясо, что не грозило нам в случае с волками. Но воодушевления такое предложение не вызвало. Обезьяны с кузнецом начали капризничать и всячески выражать свой скепсис. Дескать, в чащобах обзору нет, и кабана можно будет засечь уже после того, как окажешься насаженным на клыки, да и через буреломы продираться желания мало. В чём-то я с ними был, конечно, согласен, но других, более конструктивных предложений, взамен выдвинуто не было.

Прокоп считал, что надо возвращаться обратно, и в том районе, где мы отбили Стаса, можно найти ещё стаю волков, а если нет, то можно идти дальше в лес, из которого мы пришли, так как он гораздо обширнее, и возможности для поиска больше. Стас не соглашался, утверждая, что с волками он имел сомнительное удовольствие сталкиваться чаще нас обоих, и практически все эти встречи происходили около границ со степью. Прокоп хоть и увлекался охотой в реале, но являлся в основном утятником, и в волках не разбирался, но предположил, что этим хищникам – место в лесу.

В итоге, мы выдвинулись в сторону степи. Там и обзор хороший, если кто будет, то шансов заметить больше, да и, возможно, попадутся чисто степные звери, должны же они тут быть. Может быть, хищники возле реки не показываются именно потому, что охотятся на них… правда, непонятно, где у них водопой, в таком случае?

Стас предположил, что и с волка можно взять мясо. Если не лутать его стандартным способом, а разделывать тушу как в реале, возможно, за такое навык дадут, и можно будет даже разжиться жилами, из которых можно делать тетивы для лука. Представив себе такое, я усомнился, что игра стоит свеч. Если исходить из заморочек программистов, то даже с навыком баллистики стрельба из такого лука обещает быть делом непростым. Жилы вроде на влажность нехорошо реагируют, да и в прочности их имеются сомнения. А при использовании оружия всегда хочется простоты и эффективности. Наверное, именно поэтому я взял себе эти металлические штыри. Эффективность, конечно, ещё не доказана, зато что может быть проще пары заточенных железяк? Правильно – только одна заточенная железяка.

Примерно через пять километров, если считать по масштабу, данному в карте, постепенно в свои права начала вступать равнина. Хотя её ещё пересекали редкие перелески и островки растительности, но были видны участки, ровные как стол, тянущиеся до горизонта. Над расстилающейся на запад степью будто зависли две чёрные точки каких-то птиц, явно хищных, или, может, даже стервятников. Ни стада бизонов, ни шустрых косуль на глаза почему-то не попадались, зато мух и слепней хватало. На открытом участке стало припекать солнце, отчего мы уже отвыкли, отираясь возле реки.

– Ну и что будем делать? – вопросил Прокоп, утирая пот со лба. – Обзор отличный, да не видно никого.

– Ну волки-то тут точно водятся, а у реки мы их ни разу не видели. Сам видишь, без воды здесь долго не побегаешь, – сказал я. – Видишь тот перелесок слева, там и кустарник густой виднеется и ещё один островок зелени с ним рядом? Сдаётся мне, что там может ручей какой протекать, уж больно характерная растительность.

– Думаешь, у них где-то здесь водопой?

– Ну должен же он где-то быть, а я сомневаюсь, что ручьёв здесь великое множество… по крайней мере, непересохших.

– Пойдём проверим! Если и не найдём зверя, так хоть от солнцепёка укроемся, – подвёл итог Стас.

Ещё на подходе к растянувшейся полосой растительности ветерок донёс запах влаги. Мелкий ручеёк протекал по дну оврага, и, судя по мизерной глубине, он переживал не лучшие дни. Не знаю, как здесь с сезонами, но если время года соответствует реальному, то через месяц он и вправду может пересохнуть.

Двинулись вверх по течению, там деревья и кустарники разрослись значительно шире, выглядят перспективнее. По пути обнаружил подорожники, пополнили запас медикаментов.

Ручей тёк из того самого перелеска. Там обнаружилось целое озерцо, а на берегу взгляд зацепился за что-то выпадающее из растительного фона.

Восприятие +1.

– Вниз! – прошипел я, и Стас с Прокопом рефлекторно присели и уставились на меня. – Тихо, смотрите вон туда, на берегу, рядом с раскидистой ивой!

– Кажется, это не ива, – возразил Стас.

– Да какая разница, видишь рядом с ней, в тени, две тушки лежат.

– Да, волки, они родимые, – сказал Прокоп. – Только тушки не две, а три, третья виднеется за деревом.

Я присмотрелся – действительно что-то есть. Указанной тушке наши взгляды будто спину щекотали. Она поднялась на лапы, подошла к воде и, опустив голову, начала лакать.

– Не очень-то большие с виду, – прокомментировал увиденное Стас.

– Думаешь, оттого неопасные? – спросил Прокоп.

– Да кто ж их знает… и почему здесь у мобов нет уровней? Сразу понятно было бы, осилим или как.

– Наверное, потому и нет. Не видишь разве, создатели скупы на подсказки и вообще на какие-либо комментарии!

– Может, подумаем как к ним подбираться будем? Не вечно нам тут болтать, есть подозрение, что волки нейросенсорной тугоухостью не страдают, – решил позанудствовать я.

– Да ладно тебе, птицы весь эфир забивают. Слышишь, как заливаются? – отмахнулся Стас.

– Мы в игре, не забывай! Я ещё по старой «контре» помню, как боты и через стены целиться горазды были. Для них преграды – это условность.

– Нашёл, что вспомнить! – неуверенно пробормотал Стас.

Волк, утолив жажду, побрёл прочь от воды, всё так же не поднимая головы от земли. Что-то вынюхивая, он походил зигзагами, удаляясь к зарослям кустов, затем остановился и начал без энтузиазма рыть землю лапами.

– Давайте так, – сказал я, – аккуратно идём до тех зарослей, сейчас волки туда не смотрят, укрываемся за ними, а дальше я тихо иду один. Мне нужно выйти на расстояние броска, и тогда, возможно, одного моба сразу в ноль. А как остальные вскочат и рванут ко мне, тут и вы выбегайте! С двумя-то справитесь?

– Справимся, чай, уже не просто палками отмахиваться будем! – прогудел Стас.

Я аккуратно, стараясь не наступить на какую-нибудь веточку, ступал в направлении волков. Сейчас моё приближение скрывала изогнутая полоса хлипких деревьев, растущих вдоль берега, но она скоро закончится, и между нами откроется прямая видимость. Выйдя из-за изгиба, я увидел, что ситуация никак не поменялась – две особи лежат на земле, третья что-то там пытается достать из почвы. Далековато… хотя бы ещё метров пять сократить, но в этот момент птицы вдруг начали смолкать. В иной ситуации я, наверное, даже и не заметил бы изменений в птичьей какофонии, а вот сейчас заметил и замер. На фоне неожиданно притихших певунов вдруг истерично заклокотала то ли сорока, то ли ворона… чтоб ей! Рывшийся в земле волк сразу же насторожённо вскинул голову. Хоть и далековато, но я не стал более медлить. Первый штырь отправился к цели. От непривычности ситуации, я даже не успел понять, как надо корректировать бросок, но на этот раз и не понадобилось. Должно же когда-нибудь везти! Штырь вошёл в шею, отчего зверь дёрнулся и упал, подставив брюхо. Не теряя времени, хотел добить так удачно подставившуюся цель, но не успел. На краю поля зрения что-то мелькнуло, и, повернувшись, я увидел двух волков, стремительно приближающихся ко мне. Узкая морда, почти на одной линии с торсом, уши прижаты, дёрганое рычание, из-за мощных толчков лап, – будто ракеты идут на сближение с целью.

Растеряв все мысли от такого зрелища, на автомате швырнул второй штырь в зверя, того, что справа, но тот лишь скользнул по покатой спине, не причинив видимого урона. Развернувшись, я бросился драпать и увидел, что ко мне бегут Стас с Прокопом. Пролетев между ними, вскоре услышал тяжелый удар и визг. Отлично, этих они взяли на себя!

Обогнув их, я побежал за валяющимся на земле штырём, чтобы добить самого первого, но он уже был на ногах и решил помешать мне это сделать. Хоть и двигался он куда медленнее собратьев, тем не менее, бежал он ко мне. Решив не терять времени, начал обстрел старыми добрыми камнями. Четыре камня, причём три чётко в голову, погасили шкалу его здоровья, и он завалился на землю окончательно.

Получено 200 очков опыта.

Сила +1.

Метательное оружие +1.

Подобрав штырь, обернулся на схватку. Стас мощным ударом добил одного из волков, пока Прокоп держал на расстоянии другого. Тот, увидев, что остался в одиночестве, снова, как и в прошлый раз, решил ретироваться. Пропустив выпад копьём мимо себя и каким-то чересчур гибким движением увернувшись от шипастой дубины, волк прыжком увеличил расстояние, затем ещё раз и ещё, а дальше он завыл… громко и, как мне показалось, тоскливо. Наверное, это не только меня ввело в ступор на несколько мгновений. Волк начал метаться, пытаясь уйти к зарослям, не решаясь нападать, а мы стали его теснить к воде. Положив штырь в инвентарь, я взял в руки камни, может, даже получится обнулить его на расстоянии. Но, похоже, это я сделал зря…. Вдруг Стас закричал мне: – Сзади!!!

Развернувшись, я только успел увидеть, как двумя торпедами из зарослей выскочила новая пара волков. Один из них, чуть подкорректировав своё направление, прыгнул… Я, кажется, даже успел бросить камень, но без всякого толку. Пасть захлопнулась на моём горле.

Внимание! Критическое повреждение: сонная артерия! – вспыхнуло ярко-красное сообщение. Там было что-то ещё, но читать некогда, бар здоровья падал, будто гиря с девятого этажа. Последнее, что я почувствовал – сильный удар спиной о землю и злобное рычание.

Вы умерли.

Оставшееся количество жизней: 2.

Возрождение на точке респауна, через два часа, пятьдесят девять минут.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю