Текст книги "Смертные тени"

Автор книги: Мелисса Марр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 8

Девлин стоял в переулке, примыкавшем к «Вороньему гнезду», пытаясь унять дрожь. Как и его сестры-создательницы, он нуждался в крови. И их крови ему вечно не хватало.

Сегодня все изменилось. Ему хватило одной капли, чтобы понять: кровь Эни была иной. Она сама была иной.

За свою долгую жизнь Девлин успел попробовать кровь всех фэйри, какие только существовали. Он знал вкус крови смертных и полукровок. Вечность позволяла ему сколько угодно заниматься сравнением вкуса. Девлин ненавидел себя за это, однако он не был рожденным. Его сотворили, и потребность насыщаться кровью являлась платой. Жизнь Девлина не была естественной. Сотворив его, сестры-создательницы получили нежелательный побочный эффект: без потребления крови Девлин слабел. Отчасти его поддерживали казни, которые он осуществлял по приказу Высокой королевы. Но крови жертв ему было недостаточно. Сильным его делало только сочетание крови Порядка и Хаоса, а это было дорогостоящим удовольствием, сопряженным со множеством сложностей.

Как будто получить доступ к крови Эни так просто! Интересно, с чего бы он начал разговор? «Привет! Когда-то я тебя чуть не убил. Но оказывается, твоя кровь очень полезна для меня. Не откажешь мне в угощении?»

Девлин покачал головой. Холодный дождь заставлял его двигаться быстрее, но отнюдь не вносил ясности в мысли.

Он постарался сосредоточиться и думать логически. То, что он тогда пощадил Эни, могло изменить его жизнь в лучшую сторону. Проявленное своеволие виделось ему не таким уж вероломством и предательством Высокой королевы. Вплоть до сегодняшнего вечера он считал Эни обычной смертной, чья жизнь не будет долгой. При разнице в ходе времени в мире смертных и Стране фэйри жизнь Эни можно было легко скрыть. Живое доказательство неповиновения Девлина проживет, по меркам фэйри, совсем недолго. Сорша и не заметила бы его проступка.

В «Вороньем гнезде» его ждало открытие. Оказалось, девушка смертна лишь наполовину, причем смертной природы в ней становилось все меньше. Девлин это понял по одной капельке пролитой ею крови. Эни была для него полной загадкой, каким-то новым существом. Он перевидал множество фэйри, но среди них не было ни одной похожей на Эни. Девлин не знал, радоваться ему или тревожиться. Он не сможет постоянно прятать Эни от Сорши. Но кровь этой девчонки способна давать ему силу.

«Кто она? Мое спасение или мое проклятие?»

Неожиданно рядом с ним вырос Сет. Вне пределов Страны фэйри этот парень был весьма импульсивным. Сейчас он едва сдерживался, чтобы не наброситься на Девлина.

– Ты хоть представляешь, кто эта девушка?

«Да, мальчик. И яснее, чем ты думаешь».

Девлин не повысил на него голос и не поднял руку, хотя искушение было очень велико.

– Тебя это не касается, – только и ответил он Сету.

– Очень даже касается. Эни – подданная Темного двора.

Сет подошел ближе и понизил голос.

– Если бы Ниалл или Айриэл увидели тебя с ней, у них бы сразу появились вопросы о намерениях нашей королевы, и…

– Знаю, – не скрывая раздражения, ответил Девлин. – Но это не давало тебе права разговаривать со мной таким тоном.

Сет помолчал и глубоко вздохнул.

– Извини. Это был длинный вечер.

Он вытер с лица капли и криво улыбнулся.

– На самом деле это был длинный год. Кстати, тот парень выкарабкается. Я так думаю.

Девлин кивнул, хотя его совершенно не заботило состояние раненого. Удар нанес не он. Он вообще не сделал ничего предосудительного. А Сет просто еще не расстался со своими смертными представлениями и не понимал, что для Бананак убить смертного – в порядке вещей. Она делает это, задумываясь не больше, чем смертные дети, отрывающие лапки у жуков и крылышки у бабочек. Через несколько сотен лет (если с Сетом ничего не случится) он привыкнет к особенностям Бананак. Она – воплощение войны, а война сеет смерть и причиняет боль. Бананак такая, какая есть.

Девлин заставил себя сосредоточиться и оглядел Сета.

– Тебе тут не доставалось?

– Нет. Со мной все в порядке, – ответил Сет, распрямляя плечи.

– Наша королева спрашивала о тебе.

Нужно было сказать по-другому, однако Девлин чувствовал себя слишком усталым, чтобы облекать правду в учтивые одежды.

– Она… беспокоится.

По лицу Сета было видно, что его это тронуло.

– Ты передашь ей, что со мной все в порядке? Я скучаю по ней, но меня тут и пальцем не трогают. А странностей у нас хватает… Кинан пропал – добавил Сет, снова понизив голос.

– А его двор?

Девлин заморгал. Почему-то эта новость отняла у него еще часть сил. Он попятился, потом пошире расставил ноги, но все равно качнулся и поспешил прислониться спиной к стене.

– Двор Лета не является целиком его двором, но… дела там идут не так, как надо, – нахмурился Сет.

Выйдя за пределы Страны фэйри, он оставил там свое спокойствие. В мире смертных Сет явно не принадлежал Высокому двору.

«Не это ли происходит и со мной?» – вдруг подумал Девлин.

Собрав остатки воли, он заставил себя переключиться с личных ощущений на политику.

– Значит, двор Лета ослабел?

– Отчасти, но… – Сет отвернулся. – Здоровье двора зависит от здоровья правителя. Ты это знаешь.

– Получается, что ни короля Лета, ни королеву Лета счастливыми не назовешь.

Девлин чувствовал, что ему не оторваться от стены.

«Еще немного», – словно оправдываясь перед собой, мысленно произнес он.

Странная слабость. Такое с ним впервые.

– А как двор Зимы?

– Приближается их время. Думаю, Дония становится все сильнее. Конечно, злится. Беспокоится за Кинана, хотя делает вид, будто это ее не задевает. Но я ее видел и…

У Девлина слегка подкосились ноги. Хорошо, что спина упиралась в стену. Со стороны могло показаться, что он просто чуть-чуть ссутулился.

– Черт тебя дери, Девлин! – подскочил к нему Сет. – Чем она думала?

– Кто она?

– Эни, – вздохнул Сет и скользнул в невидимость.

Девлин тоже сделался невидимым для смертных глаз.

«Слабак, – отчитал он себя, отрываясь от стены. – Я сильнее всего этого. Долг придает мне сил».

Долг требовал удостовериться в безопасности Сета. Возможно, немного передохнуть. Однако Девлину сейчас хотелось только одного – найти Эни.

– Я, пожалуй, пойду, – сказал он Сету. – Поскорее возвращайся домой и…

Он споткнулся и чуть не упал.

– Куда ты сейчас пойдешь?

Сет подхватил Девлина и предложил себя в качестве опоры.

Девлин не позволил себе опереться на Сета, но был благодарен за то, что тот рядом. В таком состоянии нечего и мечтать отправиться на поиски Эни. Он взял след и теперь всегда сможет ее разыскать.

«Я найду ее и тогда…»

Мысли все время куда-то уплывали.

Некоторое время Девлин и Сет шли молча. Раза три рука Сета оказывалась очень кстати, не давая Девлину упасть. Такая заботливость удивляла советника Высокой королевы. Он помнил, как в самую первую их встречу бесцеремонно сжал Сету горло и тот потерял сознание. Подобное обращение вовсе не располагало к дружеским чувствам.

Когда Девлин пошатнулся в четвертый раз, Сет остановился.

– Сорша расстроится, – сказал он, морща лоб.

– Из-за чего?

Сет приподнял бровь, украшенную серебряной безделушкой, и с упреком взглянул на Девлина.

– Из-за того, что она узнает об Эни, – тоном взрослого, выговаривающего нашкодившему мальчишке, ответил он. Сейчас Сет выглядел не по годам мудрым.

Внешне лицо Девлина сохраняло бесстрастие, но внутри у него нарастала тревога. Откуда ей знать об Эни? Девлин никому не говорил о своем обмане, да и Рей общалась только с ним. Может, Сет имел в виду поцелуй?

«Я целовался с девчонкой, когда должен был заботиться о безопасности Сета».

Девлин бросил на него один из своих самых презрительных взглядов.

– Мне позволительно отдыхать так, как я сочту нужным, лишь бы это не мешало двору. Поцелуи в число таких помех не входят.

– Согласен. При других обстоятельствах так оно и было бы.

Они свернули в переулок, выводящий к железнодорожным путям и вагонному жилищу Сета. Поскольку находиться там, где много железа и стали, могли только самые сильные фэйри, здесь было пусто. А вокруг двух вагонов, которые уже давно никуда не ехали, цвел настоящий сад. По металлическим конструкциям вились ползучие растения. Это был Эдем в миниатюре; точнее, его механизированная версия. В холодные сезоны смертные продлевали лето только в теплицах и оранжереях, но заботами Айслинн все здесь цвело и благоухало и без тепличных условий.

– Смотри, как твоя возлюбленная старается тебя задобрить, – усмехнулся Девлин, кивая на зелень.

– Не будем отвлекаться от темы, – сказал Сет, отпирая дверь.

Девлин с облегчением рухнул в странное оранжевое кресло.

Сет сбегал в вагон-кухню и вскоре вернулся с кружкой, наполненной дымящейся жидкостью.

– Вот. Выпей, – сказал он, ставя кружку на деревянный столик.

– Не надо. Скоро все пройдет.

Девлин совсем недавно получил питание от обеих своих сестер-создательниц. Этого должно хватить.

– Фэйри Высокого двора не нуждаются во всяком баловстве.

– Зато слишком высокомерны, между прочим, себе во вред. Пей!

Сет выдвинул ярко-зеленый стул и тоже сел.

– Эни хорошо попировала с твоей помощью. Она высосала у тебя приличную долю энергии. Завтра у тебя может начаться жуткая головная боль и приступы озноба. Так что не ломайся и пей. Возвращай себе силы.

– Она… выпила мою энергию? Быть того не может, Сет. Она же полукровка.

– Только не строй из себя наивного, Девлин. Она лишила тебя сил, и ты сам это прекрасно знаешь.

Сет дотронулся до его ногтя с пятнышком крови.

– Это же кровь Эни. Ты ее наверняка слизнул. Было?

– С какой стати мне слизывать чужую кровь?

– Потому что ты так устроен.

Сет наклонился и заговорщически посмотрел на него.

– Скажи, всем фэйри свойственно уклоняться от правдивых ответов?

– Ты сам теперь фэйри.

Девлин отпил несколько глотков горячей серебристой жидкости и переменил тему:

– Откуда у тебя это снадобье? В мире смертных его не делают.

Сет пожал плечами.

– Заботами Сорши. Тревожится о моем «превосходном здоровье». Вот и навязала. Проще было взять, чем спорить с ней.

Неожиданно для себя Девлин рассмеялся.

– Знаешь, со временем ты перестанешь вызывать у меня раздражение.

– Возможно. Но мы еще не достигли того прекрасного времени.

Сет потянулся, и Девлин увидел шрамы у него на руке, возле правого плеча.

– Понимаю, – рассеянно пробормотал Девлин, пытаясь вникнуть в слова Сета, но опять теряя связующую нить. – Ты никак ранен?

Сет немедленно опустил руку.

– Кое-что я скрываю и от тебя, Девлин. Ты в той же мере служишь Сорше, что и я… Мне хотелось бы тебе верить. Я знаю: ты приходишь сюда только потому, что королева тебя посылает. Если ты о чем-то узнаешь, об этом будет известно и Сорше. А мне не хочется, чтобы она знала обо мне абсолютно все.

– Конечно.

Девлин смерил его взглядом. Мальчишка, не проживший и двадцати смертных лет. Но в словах этого юнца была правда.

– Интересно, как ты узнаёшь о некоторых вещах?

– Я не буду отвечать на твой вопрос, – широко улыбнулся Сет. – Наверное, я все больше становлюсь фэйри. Видишь, уже научился уклоняться от ответов.

– Наша королева беспокоится и… – Девлин допивал эликсир, тщательно подбирая слова. – Возможно, я не смогу постоянно находиться рядом с тобой. У меня есть и другие дела.

– Знаю, – кивнул Сет. Он встал и взял пустую чашку. – А пока ты убеждаешь себя, что тебе вовсе не надо заниматься этими «другими делами», кто-то увидит нас с тобой. Об этом будет доложено Сорше. Она успокоится, и, когда ты уйдешь, со мной все будет в порядке. Меня оберегает Темный двор. Наша королева, поди, выставила меня перед тобой беспомощным ребенком. Нет, Девлин. Я гораздо сильнее, чем был. Она это знает. Со временем узнаешь и ты. Думаю, ты… простишь меня, а может, и нет. Хотя не вижу причин, почему тебе надо злиться на меня.

Девлин смутно осознавал, что новоиспеченный фэйри говорит правду. Однако не мог понять, откуда такая осведомленность.

«Если только он не обладает ясновидением, – подумал Девлин. – Неужели Сорша, превращая его в фэйри, воспользовалась энергией трех Иол?»

Создать фэйри-ясновидца, верного только ей… что ж, это было вполне разумно.

«Я ведь могу выяснить у него правду», – вяло подумал Девлин.

– Ты видишь будущее?

– Частично, – признался Сет. – Я знаю, куда ты пойдешь после меня.

– И я буду там в безопасности? – сонным голосом спросил Девлин.

Несколько секунд Сет молча глядел на него. Затем так же молча повернулся и вышел. Девлин хотел было двинуться следом, но это требовало новых затрат энергии. Он закрыл глаза.

Через некоторое время, заслышав шаги Сета, Девлин заставил себя открыть глаза. Он смотрел, как Сет кладет подушки и одеяло, устраивая ему постель на коротком и неудобном диване. Потом Сет выключил свет и закрыл дверь на задвижку. Каждый звук отдавался эхом в мозгу Девлина, и советник Высокой королевы с горечью признал, что защитник из него сегодня никакой.

– Чего еще ты подмешал в чашку? – заплетающимся языком спросил Девлин. – Там был не только эликсир.

– Не только. Я добавил еще кое-что, это поможет тебе отдохнуть и восстановить силы. Девлин, не надо меня охранять. Когда ты это поймешь, тебе захочется поговорить с Соршей… Она не раскрыла мне твоих тайн, а я не расскажу тебе про ее тайны.

Девлин вновь закрыл глаза. Убивать по приказу королевы было гораздо легче, чем иметь дело с ясновидцами.

«Она никогда не расскажет мне все подробности превращения Сета в фэйри. Значит, опять тайны. Скорее всего, Сорша наделила его энергией Иол».

Мысли закружились, начали меркнуть. Девлин погружался в сон.

Но Сет никуда не ушел. И в тишине бывшего вагона прозвучали его слова:

– Безопасности не обещаю, но думаю, ты сделал правильный выбор.

– Я еще… ничего… не выбрал.

Девлин попытался открыть глаза, но веки стали непривычно тяжелыми.

«Ясновидец со снотворным зельем. Все это никуда не годится».

– Я… думаю. Логические пути… и все такое.

Сет негромко рассмеялся.

– Конечно… А теперь спи, брат.

ГЛАВА 9

Незадолго до рассвета Эни поднялась на крыльцо старого дома. Она притиснула ладони к темному дереву входной двери, наслаждаясь сознанием того, что всегда была желанной гостьей в доме Айриэла. Дом по-прежнему принадлежал ему, хотя теперь он делил жилище с новым Темным королем.

Эни просунула пальцы левой руки в раскрытую пасть медной горгульи, служившей здесь дверным молотком. Последовала знакомая острая боль – это горгулья сомкнула пасть. Эни вздохнула; боль была ей приятна. Пасть тут же раскрылась снова. Можно входить. Айриэл позволял нарушать свой покой весьма немногим, особенно в такой час. Но Эни была в числе этих немногих.

– Ты поранилась? Или еще что-то случилось? – спросил заспанный Айриэл.

Похоже, он ждал кого-то другого. Из всей одежды на нем сейчас были только шелковые пижамные штаны глубокого синего цвета.

– Нет. Скучаю. Не нахожу себе места. Как всегда. Сам знаешь.

Беспечность в ее тоне вышла несколько угрюмой. Айриэл невольно улыбнулся.

– Бедная девочка.

Он отступил, впуская ее в дом.

Эни сразу же сбросила туфли. Пол в передней был скользким и более холодным, чем она думала. Эни поежилась. Холод она не любила.

Дверь закрылась сама собой. Эни ждала, когда Айриэл поведет ее дальше. К приему посетителей он относился весьма щепетильно, сам выбирал, где примет того или иного визитера, потому было разумнее идти за ним, а не впереди него. К тому же, идя следом, она могла сколько угодно разглядывать Айриэла.

– А ты… я хотела сказать, он…

Эни было никак не подобрать нужных слов, когда дело касалось непростых отношений между Айриэлом и Ниаллом. Впрочем, не ей одной.

– Король здесь? – наконец нашлась она.

Айриэл оглянулся.

– Ниалла… сейчас нет.

В голосе бывшего короля звучала грусть, но он умел сдерживать свои чувства. Вокруг него двигались тени, цепляясь за стены и взбираясь на них, однако его призрачные стражи бездны не появлялись.

– Дурак он, – сказала Эни.

Тени ее пугали, но она выдержала взгляд Айриэла.

– Нет, – почти прошептал Айриэл. – Он готов прощать больше, чем я того заслуживаю.

Эни хорошо знала комнату, в которой они оказались. Однажды в этой самой комнате Айриэл утешал ее, а она упорно пыталась не разреветься, побывав в болезненных объятиях чертополошника. Тогда Айриэл сумел ее успокоить. После экспериментов он всегда оставался с ней и терпеливо ждал момента, когда у нее пропадет желание плакать или кричать.

Но сегодня Айриэл держался на расстоянии. Войдя в комнату, он сразу прошел к элегантной книжной полке из красного дерева, заставленной растрепанными книгами в мягких обложках. Он водил рукой по читаным-перечитаным книжкам, опуская стену вокруг своих чувств и обнажая печаль и тоску. Однако он стоял к Эни спиной, пряча свое лицо и эмоции.

Она оглядела комнату. Радость прошедшего вечера, казавшаяся такой яркой и удивительной, теперь померкла, но нервы оставались напряженными, и Эни не сиделось на месте. Она не выдержала и подошла к Айриэлу.

Он обернулся.

Эни осторожно обняла его за шею.

– Габриэл знает, что ты мне помогаешь. Мы могли бы поддержать друг друга.

Айриэл не шевельнулся. Эни придвинулась еще ближе. Она не впервые целовала его, но сейчас ее поцелуй был связан с намерением получить нечто большее. Даже у Габриэла хватит ума не перечить Айриэлу, если бывшему Темному королю захочется с ней переспать.

Айриэл быстро поцеловал ее в затылок, но когда она прижалась к нему, взял за плечи и отстранил от себя, сопроводив неодобрительным взглядом. Этот взгляд все еще заставлял многих обитателей двора Тьмы трепетать и вжимать головы в плечи.

– То, чего ты хочешь… этого не будет, Эни.

– У нас получилось бы. Разреши, я попробую…

Она по-прежнему ощущала горьковатый вкус шоколада на его губах. В воздухе пахло дымом – курился какой-то мох. У Айриэла был вкус греха, и Эни сейчас хотелось напитаться грехом.

– Нет.

Айриэл сел на диван и забарабанил пальцами по средней подушке.

Эни уселась на другой край, вытянула ноги, уложив одну ступню ему на колени. Айриэл несколько удивился, но не сдвинулся с места.

– Ты никак дал обет безбрачия или что-то в этом роде?

Эни откинулась на подушку и свесила руку через подлокотник.

– Я не давал обета безбрачия, но не потащу в постель дочь Габриэла.

Он приподнял ее ступню и большими пальцами стал водить по пятке. От одного этого Эни была готова растаять.

– Я послушная девочка и стараюсь не нарушать правила. Никто не смеет затащить дочь Габриэла в постель. Выполняется. – Она стала загибать пальцы. – Мне нельзя одновременно касаться смертных и питаться их эмоциями. Выполняется. В отношении фэйри – тоже. Никакого секса, пока я не буду уверена, что никого не убью. Никаких стычек с гончими, чтобы они не убили меня. Сплошные «нет», «нельзя», «не смей». Что прикажешь делать?

– Ты спрашиваешь совета?

Сейчас перед ней сидел совершенно другой Айриэл. Нежный и заботливый. Эту часть себя он не показывал при дворе. Но Эни видела его таким, когда болела или была слаба. Эту сторону любили в нем и Лесли, и Ниалл. Для тех, кто ему дорог, Айриэл был готов сделать что угодно; особенно теперь, когда на нем не было бремени королевских обязанностей. Такая любовь бывает один раз в жизни; такая любовь сметает все преграды. Эни это понимала, даже если ее смертная подруга Лесли и новый Темный король были слишком безрассудны и не могли разглядеть потаенную сторону Айриэла.

У Эни не укладывалось в голове, как кто-то может отказать Айриэлу. Он ведь был совершенством. Ну, не совсем, но близко к тому. Конечно, это не относится к жутким экспериментам над ней, но в остальном он почти идеален.

Восхищение сменилось нарастающей досадой.

«Ну что, убудет от него?»

Он ведь был Темным королем – чудовищем, которого боялись даже кошмары. При дворе с ним могли сравниться только Габриэл и Бананак.

– Если совет – это все, что я получу, пусть будет совет.

Эни убрала ногу и подставила ему другую.

– Мне плохо при дворе. Не жизнь, а сплошные страдания.

Она вздернула подбородок, закатила глаза и позволила Айриэлу созерцать выплеск ее дурного настроения.

– Девочка, меня надутыми губками не возьмешь.

Он принялся массировать ей вторую пятку.

– Раньше срабатывало.

– Нет. Я знал: тебе приятно думать, будто ты можешь играть мною. Я и не лишал тебя этой иллюзии.

Он провел кончиками пальцев по ее ступне, мучая Эни своей нежностью. Она отдернула ногу, подтянув колени к груди.

– Айриэл, но ведь это смешно.

– Меры предосторожности нередко выглядят смешными. Но Габриэл действительно заботится о твоей безопасности.

Он потянулся и сжал ей лодыжку.

– Вилы отнесли последние образцы крови в лабораторию, где занимаются биологией таких, как мы. Если удастся определить, в чем твоя уникальность, многое выяснится, и тогда…

– Ты мне уже который месяц это говоришь, – перебила его Эни. – Возьми образец моей крови и используй для магической татуировки. Я вполне смертная, чтобы быть с кем-то связанной, и вполне фэйри, которой требуется питание. Не трать время на дворовые интриги. Сделай мою кровь основой чернил. Проверь, вдруг это сработает. Тогда…

– Нет.

Айриэл еще сильнее стиснул ее лодыжку. Эни поморщилась от боли.

– Ниалл против этого. Сейчас время раздоров между дворами. Наш двор получает достаточно питания. Если все остальное провалится, то мое присутствие при Темном дворе, злость Ниалла на короля Лета и досада от выходок Бананак породят в нем достаточно эмоций. Конечно, это временное решение, но время нам очень пригодится.

Эни выпучила глаза. Эмоциональный король был весьма полезен фэйри, кормившимся чувствами. Это обстоятельство и стычки между дворами Лета и Зимы обеспечивали Темный двор питанием. Скудным, если честно. Выжить можно, но особо не пошикуешь. И такое положение вещей не способствовало удовлетворению другой потребности Эни.

– Айриэл, мне этого мало. Мне нужно больше.

– А ты умеешь питаться, не ослабляя свои «кормушки»? Не убивая их? Не раскрывая себя? Не подвергая себя опасности?

Мягкость Айриэла исчезала на глазах.

– Скажи, что тебе хватит самообладания на все это.

Врать Эни не могла, оставить вопрос без ответа – тоже.

– Я не причиню тебе вреда, – сказала она. – И здесь нет никого, кто мог бы мне помешать.

Айриэл криво улыбнулся.

– Моя дорогая, я теперь снова стал ганканахом. Когда мне надо, я умею держать свои чувства в узде. Смертный или фэйри, даже сильный фэйри, способный накормить тебя телесным контактом и эмоциями…

Эни сразу же подумала о фэйри, которого встретила в «Вороньем гнезде». Мысль мелькнула и пропала, но Айриэл заметил ее замешательство.

– Что ты сделала?

– Почти ничего. Он был великолепным… точнее, мне так показалось.

Эни бессознательно облизала губы и только потом спохватилась. Она отвела глаза.

– Кто он?

– Не знаю. Вообще-то слабым фэйри его не назовешь… Вроде когда он уходил, то был в полном порядке.

Эни взглянула на бывшего короля.

– Я правду говорю. Он действительно ушел. Этого никто не видел, кроме Сета… думаю, Сет меня не выдаст. Во всяком случае, мне так кажется. Я права? Не выдаст?

– Рассказывай, – коротко велел Айриэл.

И она рассказала все подробности встречи с фэйри, которого поцеловала в «Вороньем гнезде».

– А потом он исчез.

Айриэл заговорил не сразу.

– Он взял твою кровь.

– Да, но совсем каплю. Если он опасен, если он меня найдет, я могла бы… сам знаешь.

Эни заглушила чувство вины. Если понадобится, она убьет того фэйри. Она была подданной Темного двора, а выживать при Темном дворе порой означало делать весьма гнусные вещи.

– Если иного выхода не будет, ты сделаешь это.

Слова Айриэла не звучали королевским повелением, но они оба знали, что Эни сделает так, как он сказал.

Она скрестила руки на груди.

– Может, меня сделают объектом возмездия для наказания ослушавшихся? Или зашлют в качестве троянского коня ко двору Лета, чтобы досадить их королю. «А ну, маленькие упрямые фэйри, целуйте Эни, и поскорее!» Фэйри, смертные, полукровки… Будь я Темной королевой, так досыта накормила бы наш двор. До отрыжки. Как ты думаешь, Ниалл согласится добровольно уступить трон? Или предпочтет убить меня, чтобы мои чудовищные способности…

– Эни, хватит паясничать. Надо спокойно все обдумать. Я знаю, ты не хочешь никого убивать просто так.

Айриэл умолк. А когда заговорил снова, в его словах звучала грусть:

– Для некоторых фэйри что сплетение чувств, что смерть – темы слишком личные. Это вовсе не недостаток. Ниалл не… он предпочитает…

Слова рвались с его губ и оставались непроизнесенными, потому что надо было говорить правду, а этого он не хотел или не мог.

– Ганканахи сильно влияют на людей, а Ниаллу это не по душе. Наше прикосновение делает смертных кем-то вроде наркоманов. Твое – лишает их силы. В конечном счете смертным приходится расплачиваться за это по полной.

– А как насчет тебя? – спросила Эни.

Она не раз удивлялась странной особенности ганканахов. Те обволакивали смертных своей страстью, сводили с ума от ненасытных и неудовлетворенных желаний. Все века, пока Айриэл был Темным королем, эта его особенность дремала и не тревожила его. Теперь «передышку» получил Ниалл, а Айриэл вернулся к прежним страстям.

Она выдержала взгляд Айриэла и спросила:

– Тебе… не тяжело было убивать?

– Иногда.

У нее во рту пересохло.

– Я очень долго возглавлял двор, называемый двором кошмаров. Я поломал жизнь двоим людям, которых любил.

Сейчас в его голосе звучали печаль и гнев, но только не сожаление.

– Я привязал к себе короля Лета – сына моего друга. По моему приказу убили стольких, что и не сочтешь. Я совершал поступки, о которых даже говорить противно.

– Ты сожалеешь хотя бы об одном из них?

– Нет.

В коридоре послышались тяжелые шаги. Замерли. Потом стали удаляться.

– Я действовал во благо моему двору. Иногда для этого требовалось убивать людей. Но у меня всегда на первом месте стоял мой двор. А теперь еще и мой король.

– Я бы сделала все, что прикажет мой король, – заверила его Эни. – Правда, я не хочу убивать людей просто так. Вот если в честном сражении…

– Знаю.

Айриэл потянулся и осторожно обнял ее.

– Ему тоже было бы не по нраву пользоваться твоим голодом в качестве оружия.

– А ведь ты бы воспользовался. Ты до сих пор делаешь то, чего бы никогда не сделал Ниалл.

Айриэл не ответил, но в словах Эни и не содержался вопрос.

– Мы потом все обдумаем. Ты будешь сильной, Эни. И ничто не будет тебе угрожать.

Она подняла голову.

– Можно мне у тебя вздремнуть?

– Если не будешь раздеваться – располагайся.