355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мэгги Фьюри » Ориэлла » Текст книги (страница 6)
Ориэлла
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 20:09

Текст книги "Ориэлла"


Автор книги: Мэгги Фьюри



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 43 страниц)

Ориэлла неслышно скользила вдаль стены, стараясь держаться в тени, и тут увидела старика. До этого он, вероятно, был скрыт беседкой, а теперь его фигура отчетливо вырисовывалась в лунном свете. С тяпкой в руке старик склонился над клумбой. Ориэлла поспешно попятилась назад и, как назло, угодила в розовый куст. Шипы больно кололись, цеплялись за волосы и одежду, но девочка боялась пошевелиться, несмотря на то что старик, казалось, был полностью поглощен своим занятием и ничего вокруг не замечал.

С бешено колотящимся сердцем Ориэлла ждала и молилась, чтобы старый дурак поскорее убрался отсюда. Не собирается же он работать всю ночь! Но тут старик, не поднимая головы, сказал:

– Разве тебе там удобно?

Едва не взвыв от боли, Ориэлла, как испуганная лань, отпрянула еще глубже в кусты.

– По-моему, ты с тем же успехом могла бы выйти оттуда, – хриплый старческий голос никак нельзя было назвать сердитым. – Личный сад Верховного Мага – неподходящее место для беглянки, моя дорогая. Говорят, даже цветы шепчут ему свои тайны!

Оставляя на шипах клочки одежды, Ориэлла стрелой вылетела из кустов. Старик улыбнулся:

– Ну вот, так-то лучше. Давненько в этом саду не бывало такой прелестной девочки. – Он достал из кармана перепачканной рубахи небольшую фляжку с вином, аккуратно завернутую в чистую белую тряпицу. – Я как раз собирался перекусить. Хочешь хлеба с сыром?

Нет, дед явно не в своем уме! Ориэлла бочком начала отходить к низкой стене.

– Нет, спасибо, – промямлила она. – Боюсь, у меня мало времени.

– Чепуха! Я всегда говорил, что бежать лучше на сытый желудок.

– Откуда ты знаешь?! – непроизвольно воскликнула девочка и тут же прикусила язычок, но было уже поздно.

– Ну, это же очевидно! Кстати, я бы на твоем месте не стал спускаться по утесу. Одолеть его еще никому не удавалось, и, боюсь, у подножия от тебя останется только кучка костей.

Сраженная наповал, Ориэлла молча уставилась на него. По щеке ее скатилась одинокая слеза.

– Иди-ка сюда, – сердечно сказал старик. – Перекуси и расскажи мне обо всем. Может быть, я смогу тебе помочь.

Ориэлла никогда еще не пила вина, и после нескольких глотков у нее развязался язык. Скоро она уже выложила старику всю историю своей жизни, включая те обиды и унижения, которые свалились на нее в Академии. Ее собеседник слушал серьезно, задавал сочувственные вопросы и даже предложил свой платок, когда слезы снова покатились у нее из глаз. Наконец Ориэлла закончила, и тогда старик встал и протянул ей руку:

– Идем со мной, – мягко пригласил он. – Пришло время все уладить.

Девочка послушно пошла за ним через сад в потайную дверцу, и лишь когда они оказались перед Башней магов, она опомнилась и остановилась. Неизвестно, что там задумал этот старый дурак, но он определенно не в себе.

– Нет-нет! – испуганно воскликнула она. – Там Элизеф – и.., и Верховный!

– Ориэлла пыталась вырваться, но старик крепко держал ее за руку, а его темные глаза горели, проникая, казалось, в самую душу девочки.

– Дитя мое, неужели ты не догадалась? Да ведь я и есть Верховный Маг!

Ориэлла едва не потеряла сознание. Она осмелилась пожаловаться на Академию самому Миафану! Она вторглась в его личный сад, и он поймал ее на попытке к бегству! У Ориэллы отнялся язык: ее так трясло, что она с трудом удерживалась на ногах.

Миафан положил руку ей на плечо:

– Не бойся, малышка, – успокаивающе произнес он. – Если я кого-нибудь и оттаскаю за уши, то уж точно не тебя! – Ориэлла отпрянула, ибо в голосе его неожиданно зазвучал металл. Верховный Маг со вздохом посмотрел на нее. – Ну идем же, девочка! Я не стану превращать тебя в жабу – зато превращу в первоклассную волшебницу! – И он улыбнулся такой доброй и обезоруживающей улыбкой, что все страхи Ориэллы растаяли, как весенний снег под горячими лучами солнца.

Когда они оказались в его покоях, Миафан вызвал сонного слугу и отправил его за вторым, куда более обильным, ужином. Верховный Маг усадил Ориэллу в мягкое кресло поближе к огню, а сам отправился сменить залатанную одежду садовника на безупречное алое одеяние, которое носил в своих апартаментах. В ожидании ужина Ориэлла оглядывалась вокруг, завороженная роскошной мебелью, пушистым ковром и златоткаными гобеленами, украшавшими стены. В ее представлении так жили короли. Эта комната, казалось, была за много-много миль от ее убогой каморки на нижнем этаже.

Ужин прибыл с поразительной быстротой, учитывая то, что поварам пришлось покинуть свои постели, чтобы приготовить его. Ориэлла изумленно уставилась на соблазнительный поднос – слишком много для двоих! – и забеспокоилась, не придется ли ей одной съесть все это. А сами блюда! У Эйлин вечно не хватало времени на готовку, так что ее еда была вкусной, но простой, а Элизеф – так та вообще полагала, что девочка может жить исключительно на хлебе и молоке. А здесь! Мясо, которое нельзя было узнать под всякими ароматными соусами, овощи и фрукты, приготовленные самыми диковинными способами! Ориэлла почувствовала явное замешательство, ибо не имела ни малейшего представления, как следует обходиться с некоторыми особенно экзотическими яствами. Можно ли брать их руками, или это будет считаться грубейшим нарушением этикета? Однако Миафан заметил ее затруднительное положение и настоял на том, что сам будет прислуживать ей, попутно объясняя девочке всякие сложности, как только замечал, что она начинает колебаться. Ободренная его добротой и вином, от которого у нее уже кружилась голова, Ориэлла расслабилась и решила отбросить сомнения и насладиться ужином.

Когда они поели, Миафан неожиданно заявил, что все случившееся с Ориэллой было лишь досадным недоразумением, и отныне он лично будет руководить ее занятиями.

Девочка похолодела:

– Но.., но Элизеф говорит, что от меня мало толку… – покраснев, призналась она. Миафан поднял брови:

– Что? От дочки Джеранта и Эйлин мало толку? Никогда не поверю! – Небрежным жестом он погасил единственную свечу в серебряном подсвечнике, стоявшем в центре стола, и теперь комнату освещало только трескучее пламя камина.

– Ориэлла, зажги, пожалуйста, эту свечу – я не вижу стола. В панике девочка растеряла все мысли, и чем сильнее она пыталась сосредоточиться, тем хуже у нее это получалось. Что же он сделает с ней, если ничего не выйдет? Внезапно сильная рука Миафана стиснула ее ладонь, и ласковый голос моментально ликвидировал весь хаос в ее сознании.

– Не волнуйся, дитя. Думай о пламени. Представь его. Сначала это лишь горящая точка, цепляющаяся за фитиль. Потом воск постепенно начинает плавиться и испаряться – ты чувствуешь его запах – крошечный огонек расцветает и растет…

Ориэлла не верила своим глазам: это и в самом деле происходило! Вот возникла мерцающая точка, потом маленький огонек ожил и увеличился, и мягкий круг света начал подбираться к темным углам комнаты.

– Я сделала это! – победно воскликнула Ориэлла, и, словно отвечая на ее восторг, ревущий столб пламени взметнулся над свечой и лизнул потолок.

– Ой! – Ориэлла машинально погасила огонь, словно это был огненный шарик, и в ужасе прижала руки ко рту:

– Простите меня…

Миафан запрокинул голову и разразился рокочущим хохотом:

– Ну что ж, – задыхаясь, проговорил он, – я сам просил тебя об этом, и теперь вижу, что в будущем мне придется быть поаккуратнее в своих просьбах!

Ориэлла была совсем сбита с толку:

– Ты не сердишься? Но ведь я только что испортила тебе потолок!

– Забудь о потолке, моя дорогая! Слуги в два счета его починят. Гораздо важнее было доказать, что в твоем распоряжении – сильный дар, и ты успешно с этим справилась. Теперь нам остается лишь научить тебя призывать его – кстати, у тебя это прекрасно получилось, когда я объяснил тебе, что нужно делать, – и контролировать. Понимаешь ли, сейчас ты не успела разорвать свою связь с пламенем, и оно просто ответило на твой эмоциональный всплеск, но со временем ты будешь делать это автоматически.

– Покажи мне, как! – нетерпеливо попросила Ориэлла. Миафан улыбнулся:

– А ты не устала? Уже очень поздно.

– Устала? Ни капельки! Это же так… – конец фразы потонул в широком зевке.

Миафан протянул ей руку:

– Идем, – сказал он. – Сегодня ты переночуешь на моей кровати, а утром я распоряжусь о твоем переезде. Этажом ниже есть несколько свободных комнат – по сути дела, они принадлежали твоему отцу, и думаю, отлично тебе подойдут. Раз мы отныне работаем вместе, я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Ну, что скажешь?

– О, спасибо, спасибо! – От избытка чувств Ориэлла обняла Миафана и прижалась к нему. На секунду она испугалась, что зашла чересчур далеко, но тут же заметила, что его суровое старческое лицо сияет. С этой минуты Ориэлла полюбила Верховного Мага. Счастливая и спокойная, она уснула на его огромной мягкой кровати, и на этот раз ее последние сонные мысли занимал не Форрал, а Миафан.

Верховный Маг задумчиво смотрел на спящую девочку, когда его отвлек нетерпеливый стук.

Вздохнув, Миафан вышел из спальни, осторожно прикрыв за собой дверь. Как он и думал, это оказалась Элизеф.

– Неужели нельзя было подождать до утра? – сердито спросил Миафан.

Элизеф подошла к камину и протянула руки к огню.

– Я не могу уснуть. Мне не терпится узнать, как все прошло.

– Ну что ж, ты весьма успешно сыграла свою роль. Бедная девочка была так перепугана, что едва соображала. Но какова ее сила, Элизеф! Это просто невероятно для такой малышки!

– И что ты собираешься делать теперь? – Голос волшебницы стал резким. – Раз ты решил сам заняться ею, стало быть, готовишь себе преемницу?

Миафан фыркнул.

– Так вот какова настоящая причина твоего визита! Мне следовало бы догадаться с самого начала. Не тревожься, моя бесценная. Я не собираюсь пока назначать преемника. По сути дела, я вообще не собираюсь его назначать.

– Что? Но ведь предельный срок на этом посту – двести лет. Так было всегда.

– Традиционно – да. Но традиции – вещь изменчивая. Мне нравится быть Верховным Магом, и кроме того, кто мог бы меня заменить? Ваши с Брагтаром амбиции…

– Браггар?! – вскричала Элизеф. Миафан рассмеялся.

– Как ты наивна! Неужели ты воображаешь, что он купится на твои прелести! Со мной это не прошло, так с чего ты взяла, что получится с ним? Конечно, забавно наблюдать ваши взаимные интрижки, но все-таки в этой игре я далеко впереди вас обоих, и тебе лучше оставаться на моей стороне, милочка. Когда-нибудь я завладею миром, и для соратников у меня найдутся и власть, и богатство. – Миафан помрачнел. – Но не вздумай вставать на моем пути, Элизеф. Я один в десять раз сильнее тебя, а теперь тебе придется иметь дело еще и с Ориэллой. Ты своими руками соорудила себе прекрасную ловушку. Ориэлла давно уже ненавидит тебя – а теперь, когда наш план удался, она безраздельно предана мне!

Глава 5. ГОЛОС ВО ТЬМЕ

Так вот как ты это делаешь! – Пальцы Ориэллы пробежали по полкам со свитками, и магическое поле – сияющая аура голубого Волшебного света – заискрилась под их прикосновениями. Поглядев на ее вдохновенное лицо, Финбарр, уже в который раз, поразился тому, как изменилась юная волшебница за последние шесть лет. От прежней угловатой девчонки осталась только темно-рыжая непокорная грива, а в остальном Ориэлла превратилась в стройную молодую женщину. Лицо ее повзрослело, и теперь она действительно стала похожа на отца. Правда, из-за этого носа никто не решился бы назвать ее даже хорошенькой, но все же в девушке была какая-то своеобразная суровая красота, а ее манеры разительно отличались от поведения того затюканного нервного ребенка, которым она когда-то была.

Теперь Ориэлла была счастлива, уверенна и блистательна, ее силы росли день ото дня, а жажда знаний казалась неутолимой. Миафан хорошо поработал с ней – пожалуй, даже слишком хорошо, иногда думал Финбарр.

– Финбарр, ты меня слушаешь?

– Что? Да, конечно… Так о чем ты говорила? Ориэлла издала долгий, усталый стон и улыбнулась.

– Я спросила тебя, правда ли, что заклинание сохранения, которое ты используешь для старых документов, каким-то образом действительно останавливает время.

Финбарр был ошарашен.

– Ну да, наверное, останавливает. По правде говоря, я никогда над этим не задумывался, но такое объяснение имеет смысл. Я нашел это заклинание в свитке, написанном Баротасом – помнишь, тот древний историк, одержимый доказательством существования исчезнувшего Драконьего Народа? – и он говорит, что в нескольких более ранних ссылках – теперь, увы, для нас потерянных навсегда – упоминается их способность управлять временем и некоторыми другими измерениями. По сути дела, когда твой отец предпринял свою трагическую попытку переместиться из мира в мир, он использовал его записи, но конечно, если хочешь управлять пространством как противоположностью времени, надо…

– Мне кажется, Финбарр, из этого можно сделать интересные выводы. Неужели ты никогда не задумывался об этом?

– Какие выводы? – вырванный из привычного царства научных рассуждений, архивариус ощутил первые уколы тревоги. Ориэлла нахмурилась.

– Ну, точно не знаю, но уверена, что кое-что можно придумать. – В голосе ее послышались вкрадчивые нотки. – Финбарр, ты научишь меня этому заклинанию?

Маг бросил на девушку суровый взгляд. Ее лицо было воплощением самой невинности, но его не так-то просто было обмануть – Финбарр слишком хорошо знал Ориэллу.

– Если ты имеешь в виду, что я покажу тебе свиток, то ответ безусловно будет отрицательным. После трагедии с Джерантом я запер его в безопасном месте, и там он и останется. Утешайся тем, что не тебе одной недоступно это знание – я давным-давно решил, что волшебство Драконьего Народа слишком опасно, чтобы наши маги играли с ним. Честно говоря, я глубоко сожалею, что не сжег свиток сразу же, как только его нашел – но, видишь ли, даже зная, какое несчастье он может причинить, я не могу заставить себя уничтожить часть нашей истории. Никто, кроме нас с тобой, и еще, возможно, твоей матери не знает о его существовании – и, Ориэлла, я полагаюсь на твою честь и надеюсь, что ты не расскажешь о нем ни единой живой душе, даже Миафану. – Он взял ее руки в свои. – Обещаешь?

– Конечно, обещаю, – заверила его Ориэлла. – При условии, что ты научишь меня этому заклинанию. Архивариус заколебался.

– Договорись-ка сначала с Миафаном, – наконец сказал он. – Он отвечает за твое обучение, а у тебя и так слишком насыщенное расписание.

– Насчет этого не беспокойся, – сказала Ориэлла. – Я найду время. По сути дела, если ты научишь меня этому заклинанию, то времени у меня будет хоть отбавляй. – И она лукаво подмигнула архивариусу.

Когда Финбарр уяснил, что она имеет в виду, он похолодел.

– Ориэлла! Не смей даже думать о том, чтобы играть со временем! Ты не представляешь себе, как это может быть опасно! Одни боги знают, что ты можешь натворить!

Ориэлла похлопала его по руке.

– Не волнуйся, Финбарр, я пошутила, – но глаза ее при этом оставались задумчивыми.

– Послушай, – начал Финбарр, надеясь сменить тему. – Мы с Мериэль приглашаем тебя сегодня вечером на ужин. Она все жалуется, что давно тебя не видела.

Девушка погрустнела.

– О нет, сегодня я не могу. Мне надо заняться этими книгами по магии Погоды, которые ты мне дал. Миафан подсказал мне кое-что, но это стихия Элизеф, и раз ей так не хочется меня учить, приходится подбирать крохи знания, где придется. Если б я только могла попрактиковаться в куполе! Но у нее вечно наготове какая-нибудь отговорка. Как это обидно! – Ориэлла обрушила на стол кулачок. Финбарр моргнул.

– Я и не знал, что ты интересуешься магией Погоды, – сказал он.

– Ну, надо же хоть чем-то занять время с тех пор, как закончилось мое обучение с Браггаром. Архивариус нахмурился.

– Да, я слышал об атом. Дорогое мое дитя, а тебе не кажется, что ссориться с Браггаром – глупо?

– Ты имеешь в виду свои собственные ссоры? – нахмурилась Ориэлла. – Браггар – осел! Он считает себя докой, а сам при этом едва знает азы магии. Я научилась от него всему, чему можно было научиться, а если ему не нравится, когда я об этом говорю, так это его проблемы!

– Насколько я слышал, ты была с ним крайне нетактична, – с упреком сказал Финбарр, – и мой тебе совет – извинись. Браггар – очень опасный враг.

Ориэлла пожала плечами.

– У меня нет времени успокаивать всяких Браггаров. Переживет. Финбарр, пожалуйста, научи меня этому заклинанию.

– А тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? У тебя нет ни секунды свободной, ты все время занята, не успеваешь поесть, забываешь о сне – я видел, как в твоих комнатах всю ночь горит свет. Тебе не кажется, что люди должны немножко и отдыхать? Или даже спать время от времени? Скажи ради всего святого?

– Это ерунда! – лицо Ориэллы стало серьезным. – Финбарр, я хочу, чтобы Миафан гордился мной. Он заменил мне отца, которого я никогда не знала, и единственное, чем я могу отплатить ему – это стать лучшей волшебницей, когда-либо жившей на земле, – и я этого добьюсь!

На лице ее появилось то упрямое выражение, которое Финбарр, не говоря уж о всей Академии, начиная со слуг и кончая самим Миафаном, знал слишком хорошо. Архивариус вздохнул. Да, Мериэль беспокоится не напрасно. Целиком погрузившись в свою работу, забывая есть и спать, Ориэлла слишком напрягает внутренние силы, питающие ее волшебный дар. Уже появились первые признаки опасности: лицо девушки стало бледным и изнуренным, кожа словно светилась изнутри, а в глубоко запавших зеленых глазах появился нездоровый блеск.

Прошлым летом Ориэлла ездила навестить мать, и, сопровождая ее, Финбарр надеялся, что с помощью Эйлин удастся уговорить девушку хотя бы отчасти сбавить нагрузки, но фея, сама привыкшая неустанно трудиться, только отмахнулась от его советов. Эйлин за последнее время тоже сильно сдала: бремя, которое она добровольно на себя взвалила, было слишком тяжело. Увидев ее постаревшее лицо, Финбарр встревожился и, понимая, что она тоскует по дочери больше, чем готова признаться, начал умолять Эйлин вернуться в Академию, но та не задумываясь отказалась. «Что мать, что дочь, – подумал Финбарр. – Теперь понятно, откуда в Ориэлле это ее невозможное упрямство!»

Тем не менее он решил предпринять последнюю попытку воззвать к здравому смыслу юной волшебницы.

– Послушай, Ориэлла, тебе необходимо заботиться о себе. Мериэль боится, что ты попросту можешь сжечь себя. С магом, который, как ты, постоянно перенапрягается, могут произойти страшные вещи. Миафан гордится твоими достижениями, но вряд ли он захочет, чтобы ты потеряла свои силы – и рассудок – из-за излишнего усердия. У меня, кстати, есть свидетельства о таких случаях, если хочешь – взгляни.

Ориэлла задумалась.

– Мериэль действительно так встревожена?

– Действительно. Если бы ты хотя бы поговорила с ней…

– Конечно, поговорю! – воскликнула Ориэлла. – Слушай, пожалуй, я все-таки заскочу к вам сегодня. Уверена, мне удастся ее успокоить. А пока я заберу эти книги и немного поработаю. – Она сгребла со стола тяжелые фолианты и выскользнула из комнаты, как всегда забыв попрощаться. Финбарр вздохнул. Ну что ж, по крайней мере он сделал все, что мог. Может, Мериэль удастся вбить в эту упрямую голову хоть немного здравого смысла.

***

Жара раскаленным молотом обрушилась на Ориэллу, когда она выбралась из прохладной библиотеки на пыльный, залитый солнцем двор. Здесь, на севере, погода редко баловала теплом, но в этом году жара стояла уже месяц и не собиралась спадать. Поначалу крестьяне обрадовались, но теперь, когда все сено было убрано, а высохшая кукуруза осыпалась на корню, посылали небесам проклятия. Река превратилась в грязноватый вонючий ручеек, и впервые на памяти жителей города в Нексисе пришлось ограничить потребление воды. Сперва смертные с надеждой поглядывали на Волшебный Народ, но по мере того, как засуха продолжалась, начали расти слухи о беспорядках.

Ориэлла не придавала этому никакого значения. Она была поглощена работой и беспечно полагалась на Миафана, который мог справиться с любой задачей. Девушка не имела ни малейшего представления о том, каково приходится обычным жителям, так как Академия использовала собственные глубокие подземные источники, и Волшебный Народ не испытывал недостатка в воде. Сама Ориэлла редко покидала мыс и даже не подозревала, что маги давно уже стараются не появляться в городе в одиночку. Задыхаясь от жары, она решила воспользоваться своими привилегиями и позаниматься в личном саду Миафана, но когда девушка торопливо подбежала к маленькой двери, то услышала за стеной резкий голос Элизеф:

– Миафан, я сделала все, что могла. Я же не могу вызвать дождь из ничего, а ближайшие тучи – за сотни миль! Конечно, я привела их в движение, но им потребуется еще несколько дней, чтобы добраться сюда, а я и так уже изнемогаю от усилии. Эти подонки должны ползать передо мной на коленях! По правде говоря, если бы не ты, я вообще не стала бы беспокоиться. Кого волнует эта дурацкая засуха? У нас и так все в порядке.

– Элизеф, я же объяснил, в чем дело, – голос Миафана звучал устало и раздраженно. – Ты знаешь, обстановка накаляется. Воды и так уже не хватает, а Мериэль говорит, что если уровень реки еще упадет, то возникнет серьезная угроза эпидемии. Уже было несколько отдельных вспышек, и горожане обвиняют в этом Волшебный Народ. Если на нас свалится еще и эпидемия, город вспыхнет в одно мгновение, а я не готов иметь дело с разъяренной толпой. Вчера вечером ко мне приходил Риох, на этот раз он твердо решил уйти в отставку. Он, дескать, слишком стар, чтобы справиться с беспорядками. И этот Ваннор! Я подозреваю, что он сам втихаря подстрекает народ. Купец и раньше-то был не сахар, но с тех пор, как в прошлом году у него умерла жена, он противоречит мне в Совете по малейшему поводу. Мериэль не спасла его обожаемую супругу, и теперь он ненавидит Волшебный Народ. – Миафан вздохнул. – Было бы легче, если бы удалось найти подходящего преемника Риоху, однако гарнизон сейчас не питает особых симпатий к нашему роду. Элизеф, если в ближайшее время тебе не удастся вызвать хоть какой-нибудь дождь, я боюсь даже думать о последствиях.

– Я делаю все, что в моих силах, – огрызнулась Элизеф. – И если бы ты не надоедал мне со своими делами, у меня было бы больше времени…

Нахмурившись, Ориэлла поспешила уйти. Бедный Миафан! Возможно, если ей удастся достичь некоторых успехов в магии Погоды, она сможет ему помочь. Девушка перекинула тяжелые книги на другую руку и решительно направилась к себе. В башне стояла страшная духота, и Ориэлла с ужасом подумала, что сейчас придется тащиться вверх по бесконечной винтовой лестнице. Когда она наконец добралась до своей двери, у нее уже подкашивались ноги и кружилась голова. Заметив слугу, спускавшегося из комнат Миафана, Ориэлла вспомнила предупреждение Финбарра и остановила его. Она не ела с самого утра, но когда собралась по» требовать обед, то заколебалась: было чересчур жарко, чтобы есть. «Пообедаю попозже», – решила она. Попросив слугу принести ей холодного питья, девушка вошла в комнату и со вздохом облегчения бухнула книги на стол.

Кабинет напоминал духовку. Зеленые с золотом шторы безвольно висели на открытом окне, и легкие пылинки танцевали в широком столбе солнечного света, падающего на толстый, обманчиво зеленый ковер. Ориэлла потянулась к графину с водой, но при виде его позеленевшего и мутноватого содержимого поморщилась и решила дождаться слуги. «Если б у меня был собственный слуга, мне бы не пришлось дожидаться целую вечность!» Ориэлла подтянула стул и уселась за стол, решив, что пока может и позаниматься.

У того, кто писал этот древний фолиант, почерк был ужасный, и скоро у нее разболелись глаза от бесконечных попыток расшифровать эти каракули. Строчки, казалось, плывут по странице, залитой ослепительным солнечным светом, струящимся из окна. «Куда же запропастился этот слуга!» – рассерженно подумала Ориэлла и, потерев глаза, вернулась к работе. Хорошо еще, что Финбарр научил ее заклинанию, проясняющему эти древние иероглифы! Девушка сосредоточилась, призывая свою волшебную силу.

В первый момент Ориэлла даже не осознала приближающейся опасности и только очень удивилась, когда строчки, вместо того чтобы проясняться, начали стремительно уменьшаться. Страницы заволокло туманом, и буквы вдруг оказались очень далекими, словно в конце темного туннеля. С запоздалым испугом девушка попыталась отвести взгляд, но тело ее отказалось повиноваться. Вокруг все завертелось, и она провалилась в густую, вязкую темноту…

***

– Мне очень жаль. Верховный, но больше я ничего не могу сделать. Я предупреждала ее, чем грозит такое напряжение.

Целительница была очень расстроена, и Миафан сдержал свой гнев. «Это я виноват, – подумал он, – не надо было позволять Ориэлле так переутомляться».

– Ты уверена, Мериэль? – спросил он. – Ведь прошло уже три дня…

Мериэль устало опустилась на кровать Ориэллы.

– Физически она в полном порядке и, насколько я могу судить, не утратила своих способностей. Но внутри у нее, видимо, сработал какой-то предохранитель, мешающий ей полностью исчерпать их. Я думаю, Ориэлла воспринимает окружающее, но какая-то невидимая стена отгораживает ее от нас, и мы не можем пробиться сквозь нее.

– И сколько это продлится, по-твоему? Мериэль пожала плечами.

– Кто знает? Но честно говоря, Миафан, если даже ты не можешь достучаться до нее, то дело плохо.

– А если позвать Эйлин? Мериэль покачала головой.

– Сомневаюсь, чтобы она могла помочь. Кроме тебя, у Ориэллы есть единственный близкий человек – это смертный.

– Форрал! Ну конечно! – Миафан стукнул кулаком по ладони. – Мы убьем сразу двух зайцев. Пусть Финбарр немедленно займется его поисками, а я снаряжу гонца. Чем быстрее он будет здесь, тем лучше.

***

Сияющий кристалл на столе у архивариуса отбрасывал на стену резкие тени. Верховный Маг торчал за спиной Финбарра, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения.

– Ты мне мешаешь, Миафан! – Голос Финбарра был непривычно резок. – Энергии твоей возбужденной ауры хватит, чтобы подавить прием на мили вокруг!

– Да не отвлекайся же ты!

Финбарр поднялся во весь рост, поглядел в глаза Верховному Магу и указал костлявым пальцем на дверь.

– Вон!

Миафан опешил от неожиданности. Он совсем позабыл о той тесной дружбе, которая связывала Ориэллу и архивариуса. Проглотив резкий ответ. Верховный Маг покорно вышел и начал мерить шагами коридор. Через несколько минут дверь приоткрылась, и оттуда показалась голова Финбарра.

– Уйди куда-нибудь подальше, – рявкнула голова. – Когда твой воин найдется, я пошлю за тобой.

***

Устало вздохнув, Форрал отпихнул от себя очередную пачку документов, но на заваленном бумагами столе уже не было места: крайняя стопка соскользнула на пол, и листы разлетелись по всей комнате.

Форрал выругался. Какого дьявола он согласился принять командование в этой прогнившей дыре на краю света? На южном побережье было спокойно, и войска в фортах изнывали от безделья, если не считать случайных стычек с жестокими и отчаянно независимыми Горными Племенами, которые занимались тем, что разрабатывали месторождения на южных склонах и постоянно грызлись между собой. Форралу как главнокомандующему не оставалось ничего другого, как только бороться с нескончаемым потоком дурацкого бумагомарания, который постепенно сводил его с ума.

В свое время такая служба казалась воину тихой гаванью, но теперь он все больше раскаивался, что когда-то попался на эту удочку. Без Ориэллы жизнь утратила для него всякий смысл, и, после того как Форрал сбежал из Долины, он целый год скитался без цели, перебиваясь случайными заработками. Чаще всего он нанимался охранять караваны или склады; работа тупая, иногда одуряющая, но ему было все равно – лишь бы находилась еда, чтобы набить живот, сухое место, чтобы поспать, да иногда пара лишних монет на вино или на женщин. Кстати, женщины его и доконали. Устав просыпаться по утрам с гудящей головой, рядом с абсолютно безразличной ему шлюхой, воин согласился занять свой нынешний пост в форте, чтобы обрести хоть какую-то цель в жизни. «Тогда это выглядело неплохо», – грустно подумал он и взялся за флягу с вином, но тут же с отвращением отшвырнул ее. От скуки и безделья Форрал в последнее время стал много пить, но это был не выход. Он хмуро уставился на прочные стены серого камня, что стали его тюрьмой. Определенно, пришла пора менять свою жизнь. Форрал рассеянно подобрал флягу, наполнил кубок и начал перебирать варианты. Работа наемника, полная опасностей и лишений, уже не привлекала его, как в юности. Да, нет сомнений – служба в форте сделала его мягкотелым!

Мрачные мысли воина прервал стук в дверь, и молодой солдат как-то неуверенно вошел в комнату. Форрал знал, что его подчиненные с недавних пор старались держаться от него подальше – боялись переменчивого характера старика.

– Ну, что там еще! – рявкнул он. Солдат отдал честь.

– Мой командир, прибыл курьер. Срочная депеша от самого Верховного Мага.

– В голосе юноши звучало благоговение, да и сам Форрал испытывал нечто похожее. Но что могло понадобиться от него Миафану? Почувствовав на себе взгляд молодого солдата, воин напустил на лицо безразличное выражение.

– Впусти его.

Запыленный гонец буквально валился с ног от усталости. Форрал предложил ему пойти в казарму и немного отдохнуть, но тот заколебался.

– Командир, я имею приказ удостовериться, что ты прочтешь депешу немедленно. Верховный Маг сказал, что это очень срочно.

– Ну ладно, парень, тогда присядь, а то еще свалишься! – Форрал налил ему вина, сломал печать на помятом свитке, да так и застыл с выпученными глазами.

Великий Чатак! Ему действительно предлагают командование гарнизоном Нексиса! Но эта-новость меркла перед тем, что содержалось в последних строках письма.

Он нужен Ориэлле!

– Отдохни денек, потом отправишься обратно, – бросил Форрал гонцу. – А я должен ехать немедленно. – И, в спешке опрокинув стул, он рванулся к двери, выкрикивая на ходу имя своего ординарца.

***

Ориэлла погибала. Загнанная внутрь лабиринта с черными душными стенами, душа ее кружилась в бесконечной мучительной тоске. Иногда девушка слышала голоса Мериэль, Финбарра и даже Миафана, но была не в состоянии ответить. Она потеряла чувство времени и реальности и в твоих кошмарных снах иногда возвращалась в детство. Голоса, возникавшие и исчезавшие в ее сознании, были встревоженными и обеспокоенными, и Ориэлла отчаянно цеплялась за них, боясь окончательно потерять рассудок.

И вдруг из темной глубины к ней воззвал новый голос – новый, но так хорошо знакомый, тот бесконечно дорогой голос, который она уже отчаялась когда-нибудь услышать снова, и он дрожал от волнения;


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю