Текст книги "Автор любовных романов - Девственница (ЛП)"
Автор книги: Меган Куин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)
9 глава
Убийца семенной жидкости
У меня получилось избегать своих соседей всю прошлую ночь, но теперь, в воскресенье утром, они начали вылезать из своих комнат после сна, и избегание стало невозможным. На Генри была пара пижамных штанов в клеточку... и все. Его волосы сбились на одну сторону из-за подушки, создавая довольно забавный утренний эффект. Делани вышла из своей комнаты, на ней длинная футболка и розовые тапочки.
Вместе, они как зомби шли к кофемашине, где их ждала свежая порция. Я была такой милой.
Я сидела на одной из кухонных табуреток, наблюдая, как они наливают себе кофе. Я ждала, пока кофеин коснется их губ, чтобы они оживились и поняли, что я была на кухне, ожидая их вопросов.
Как обычно, Генри был первым, кто воспрял духом, так как у Делани всегда уходило больше времени. Он потер свою голову и послал мне ленивую улыбку.
– Доброе утро, Лав. Как прошло свидание? Я пытался спросить у тебя прошлой ночью, но ты уже спала. Надеюсь, все прошло хорошо.
Я пожала плечами и улыбнулась за кофейной кружкой.
Генри замер как вкопанный, кружка на полпути ко рту, когда он произнес:
– Ты потеряла девственность?
– Нет! Правда, Генри? На первом свидании? – засмеялась я над взглядом на его лице.
Облегчение проскользнуло в его глазах, когда он сел рядом со мной.
– Из-за взгляда в твоих глазах, ты не можешь винить меня за то, что я спросил. Так что случилось?
– Он поцеловал меня, – ответила я с яркой улыбкой, все еще помня, как ощущалось быть в объятиях Ланса, его губы на моих, требуя большего.
– Он целовал твою киску? – спросила Делани с места, где она сидела за столом. Ее голос звучал как у семидесятилетней курильщицы. У нее самый потрясающий утренний голос. Иногда, когда напивались, мы с Генри пытались имитировать ее, но Дерк единственный, кто делает наиболее похожую пародию.
– Нет, почему ты об этом спрашиваешь?
– Просто любопытно. Не знаю, есть ли там больше интересных деталей, чем просто поцелуй.
– Это был не просто поцелуй, – ответила я. – Он был сладким и деликатным...
– Не говори «деликатный», – протянула Делани свою руку. – Боже, ненавижу это слово. И мокрая. Когда ты пишешь, пожалуйста, убедись, что никогда не говоришь, его деликатные руки провели по моим мокрым женским складкам. Боже, меня тошнит, лишь думая об этом.
– Хорошо, – протянула я. – «Мокрая» и «Деликатные» вычеркнуты из словаря. Генри, ты тоже хочешь, чтобы я избавилась от каких-то слов?
– «Членосос» – это противное слово.
– Зачем мне вообще использовать это слово?
– Кто знает? Ты непредсказуемый человек.
Это была правда, особенно с тех пор, как легко я попадала под влияние книг, которые читала. Ради всего святого, до своего разговора с Генри, я думала о том, какие еще вещи можно удерживать в заднем женском отверстии.
– Итак, произошло что-то еще? – спросила Делани, меняя тему обратно на свидание.
Я съежилась, опуская кофейную чашку на стол.
– Ночь шла фантастично...
– Шла? Эм, ох, что случилось? – вмешался Генри.
– Дай ей рассказать историю, – сказала Делани, ударяя его плечом и садясь за стол рядом со мной, предвкушая историю.
– Ночь шла фантастично, – повторила я. – Я играла ужасно в боулинг, а он был великолепен, конечно. – Генри закатил глаза. – У бара у нас был милый разговор, разговаривали о путешествиях, и куда мы хотели бы поехать.
– Исландия, – сказал Генри, указывая на меня.
– Генри, дай ей договорить, – сделала ему выговор Делани.
– Да, я рассказала ему об Исландии, и он не осудил меня. Вообще-то, у него есть друг, который был в Исландии и сказал, что там было потрясающе. В любом случае мы решили снова поиграть в боулинг. Но так как я была плоха, он подумал, что будет полезно дать мне несколько советов...
– Классический ход, чтобы подобраться ближе к тебе, – снова прервал меня Генри.
– Я оторву твои яйца, если ты еще хоть раз встрянешь в эту историю, – предупредила Делани, в результате чего Генри отступил.
Не шутите с Делани, когда она только вылезла из постели.
– Кофе, – пробормотал Дерк, выползая из комнаты Делани и заходя на кухню.
– Шшш! – шикнула Делани, указывая на кофейник, который был уже готов. Дерк выглядел ненамного лучше Делани; вероятно, они тусили по клубам, одно из их любимых занятий. Прямо сейчас, они могли выиграть лучшее фото крупным планом, если бы прислонились к стене в полицейском участке.
– Он давал тебе советы... – помогла Делании мне продолжить.
– Да, так что я решила последовать им, и в первый раз шар попал прямо в желоб. Я была не очень удачлива. Я думаю, это потому, что мой большой палец болел... шар был немного маловат для меня, точнее дырка. Так что, он еще раз воодушевил меня, стоял позади меня и ждал, пока я снова брошу шар.
– Святое дерьмо, ты бросила шар назад и попала прямо в его орешки, не так ли? – произнес Генри с огромной улыбкой.
– Нет! – защищала я себя.
– Генри! – сказала Делани, бросившись через стол, поднимая ручку, как оружие.
Смеясь, Генри отстранился и попросил меня продолжать.
– Я не бросила шар для боулинга ему в пах.
– Извини, но это имело бы смысл, после твоего свидания в пятницу. Ты дробилка орешков.
– Спермо-сокрушительница, – вмешался Дерк, выглядя живее.
– Щелкунчик.
– Убийца семенной жидкости.
– Это хорошее, – сказал Генри, стукаясь кулаками с Дерком.
– Ты хочешь услышать историю или нет? – спросила я, раздражаясь.
– Извини, пожалуйста, продолжай, Лав, – сказал Генри с располагающим к себе взглядом! Раздражающий мужчина!
– Ну, я бросила мяч вперед, и когда наклонилась, мои штаны порвались от промежности к заднице, прямо по шву.
Мои друзья тихо сидели и смотрели на меня, ничего не говоря, поэтому я показала им штаны, которые лежали на столе. Я встряхнула их и просунула руку в зияющую дыру в промежности, чтобы подтвердить свою историю.
Делани была первой, кто сломался, взорвавшись смехом, следуя за Дерком и Генри, который выхватил у меня штаны и осмотрел их.
– Только ты, – покачал головой Генри, пока проверял промежность. – Что ты сделала? – спросил он, явно обеспокоенный, но с небольшим весельем в голосе.
– Ну, конечно, я была подавлена и замерла там на пару секунд, присев, надеясь, что ничего не видно, и вот когда я вспомнила, что была под ультрафиолетовым излучением с недавно отбеленным задним отверстием.
– Погоди, что? – спросил Дерк, смотря на Делани. – Ты заставила ее отбелить задницу? Зачем ты это сделала?
Делани посмотрела на свои ногти и сказала:
– В этой квартире слишком много разговоров о задних отверстиях. Честно, можем мы быть взрослыми и поговорить о чем-то другом?
– Нет, – ответил Дерк, как ни в чем не бывало. – Зачем она отбелила задницу?
– Я не говорила ей это делать, это все Марта.
Дерк покачал головой и сделал глоток своего кофе.
– Прямо сейчас я не могу это осмыслить. Блум, скажи нам, почему то, что твоя задница отбелена, имело значение?
– Ну, я не хотела, светить ею перед всеми, и чтобы ее увидели под ультрафиолетом.
Для меня это имело смысл, но, видимо, Генри, Делани и Дерк думали, что я шучу, потому что они в одно и то же время запрокинули свои головы назад и захохотали, схватившись за животы.
– Пожалуйста, не говори мне, что думаешь, что от ультрафиолета задница могла засветиться, – предложила Делани.
– Не знаю. Могла бы.
– Рози, твой задний проход был отбелен, не погружен в радиоактивные материалы. Это самая нелепая вещь, что я когда-либо слышала. Пожалуйста, не говори мне, что на самом деле так считаешь.
Я просто пожала плечами, потому что, откровенно говоря, я смертельно боялась вещей, освещенных там ультрафиолетом. Я понятия не имела, что Марта сделала со мной. Все, что я знала, она могла сделать пирсинг в этой чертовой области моего тела; я бы этого не почувствовала, не после того как она почти оторвала мой анус.
– Это не по существу, – вставил Генри. – Я хочу знать, что ты делала.
Делая глубокий вдох, я продолжила:
– Ланс сразу заметил, что что-то не так, так что он начал идти в мою сторону, чего я не хотела, учитывая мое затруднительное положение, так что я пятилась на дорожку и поскользнулась на смазке, которую они использовали, чтобы шары катились, упав прямо на задницу и выставив свои порванные штаны перед Лансом. Вообще-то, я дала ему вид на все в первом ряду.
– О боже, – покачал головой Генри, пока Делани и Дерк пытались сдержать свои ухмылки.
– Да, хотя он был мил со мной из-за этого. Он рассказал мне о том разе, когда у него порвались штаны, и он дал мне свой кардиган, чтобы я могла выйти из боулинга с толикой достоинства. Он привез меня сюда и поцеловал перед нашей квартирой. Это было фантастично.
– Кроме порванных штанов и показа Вирджинии Лансу в первую ночь, должен сказать, у тебя было хорошее свидание, – произнес Генри.
– Было. Он снова пригласил меня.
– Ты хочешь снова увидеть его? – спросила Делани, пока Дерк заискивал перед ней, опуская руку на ее голое бедро.
– Хочу, – призналась я, желая того, что было у Делани с Дерком. – Я просто нервничаю по двум причинам. Первое, завтра у меня свидание с Алехандро. Отменить его или все еще идти на него?
– У тебя нет никаких обязательств перед Лансом, у вас не официальные отношения, так что я говорю, все еще иди на свидание, – сказала Делани. – Верно, Генри?
Генри смотрел на свою кофейную чашку, как будто был погружен в серьезные мысли.
– Что?
Закатывая глаза, Делани повторила.
– Рози все еще может завтра пойти на свидание с Алехандро.
– Эмм, нет. Не думаю, что это хорошая...
– Заткнись, – прервала его Делани. – Ты говоришь это лишь потому, что тебе не нравится Алехандро, что просто смешно, так как ты был тем, кто зарегистрировал ее на сайте онлайн знакомств. Винить ты должен только себя. – Она повернулась ко мне и сказала: – Завтра ты идешь на свидание с Алехандро. Какая вторая проблема?
Чувствуя небольшую неловкость, особенно потому, что Дерк был в комнате, и Генри вел себя странно, я поерзала на месте и допила свой кофе, прежде чем продолжить.
– Прошлой ночью обстановка сильно накалилась. Он часто прикасался ко мне. Мне это нравилось, не поймите меня неправильно, ну я чувствую, если пойду на еще одно свидание с ним, он захочет подняться на ступеньку выше.
– Ты этого не хочешь? – спросил Генри.
– Хочу, но не знаю, готова ли. Я имею в виду, что, если он снимет свои штаны?
– Что ты имеешь в виду? – спросил Генри. – Думаешь, парни заходят в комнату и сразу снимают свои штаны?
– Может быть, – пожала я плечами. – Я начала эту новую книгу, и парень постоянно заходит в комнату со спущенными штанами. Что, если это произойдет со мной? Что, если он спустит свои штаны и начнет делать тазовые движения в мою сторону. Что мне делать? Должна ли я просто открыть свой рот? Или развести ноги в стороны?
– Боже, – произнес Генри, проводя руками по своим волосам. Бесстыдно, я наблюдала, как он играл мускулами на своем теле. Он был моим другом, но мне по-прежнему разрешено восхищаться. – Лав, слушай меня внимательно. Если Ланс заходит в комнату и просто снимает штаны, ты должна уйти, потому что, что? Чувак просто снимает свои штаны? Это чертовски странно. И открыть рот? Серьезно?
Смеясь, я сказала:
– Я просто хочу убедиться, что все делаю правильно.
– Не открывай рот, если член летит в твое лицо.
– Но ты говорил мне, что парни любят минет.
– Любят, – ответил он, – Но ты делаешь ему минет, если хочешь этого сама, а не потому, что он шлепает тебя членом по щеке. Боже, ты была слишком замкнутой.
– Хорошо, давай представим, он снимает штаны, и я хочу сделать ему минет. Откуда мне знать, делаю ли я это правильно?
– Однажды мы это проходили, – сказал Генри, хватая другой банан и передавая его мне. – Покажи нам, что умеешь.
– Я не буду сосать этот банан перед всеми вами, чтобы вы судили меня, – стояла я на своем; у меня были свои пределы.
– Я помогу, – сказала Делани, слезая со стула и хватая другой банан. – Это будет легко, учитывая размер. Он даже и близко не похож на моего мужчину, правильно, малыш?
Дерк подмигнул ей и сказал:
– Все правильно, красавица.
– Дерк, иди сюда; давай будем держать бананы для девушек, так они смогут полностью использовать свои руки. Обхвати вот так основание, – сказал Генри. – Лав, притворись, что мой кулак, это яички, хорошо?
– Это так глупо.
– Просто представь, – продолжил Генри. – Как только станешь мастером в этом, ты сможешь описать минет в своей книге, даже не думая; это придет естественно. Ты этого не хочешь, Лав? – его голос был дразнящим, но я знала, он пытался помочь мне, и это то, что я любила в нем, он всегда старался помочь, не важно, какой была задача.
– Ладно, но клянусь Богом, если что-то получится с кем-то из этих парней, вы будете молчать. Я не хочу, чтобы они знали, что я практиковалась на банане.
– Обещаю, это останется между нами, верно, ребята? – спросил Генри.
– Да, – вместе ответили Делани и Дерк.
– Хорошо, откуда мне следует начать? – спросила я, смотря на банан, который сжимал Генри.
– Снять рубашку, задание номер один, – сказал Дерк, пока смотрел на Делани.
– Чувак, – отчитал его Генри. – Нет, рубашки остаются. Генри повернулся ко мне и сказал: – Помнишь, о чем мы говорили? Начинай отсюда.
Наклоняясь ниже, я посмотрела на банан, и в неверии покачала головой. Я правда собираюсь сосать банан? Я хотел научиться, и если я окажусь в подобной ситуации, буду ли я с Лансом или Алехандро, то не хочу растеряться. Я хотела бы иметь немного уверенности, и вот так я обнаружила свои губы вокруг банана, пока притворялась, что кулак Генри был яичками.
– Это идеально, – произнес Генри. Я посмотрела на Делани, и заметила, что они с Дерком затерялись в своем собственном мире, пока она ублажала банан и смотрела на Дерка, соблазняя его.
– Мы с этим закончили, – сказал Дерк, откидывая банан в сторону и хватая Делани. Он вывел ее с кухни обратно в спальню, Делани хихикала все время.
Я отодвинулась и посмотрела на Генри.
– Это так смешно. Люди не практикуются на бананах.
– Ты можешь практиковаться на мне, – Генри подергал бровями.
– Ты продолжаешь предлагать, Генри, когда ты поймешь, что этого никогда не произойдет?
– Однажды ты скажешь: «Да», Лав.
– Хорошо, – закатила я глаза. – Вернемся к банану. Что насчет презерватива? Я читала, что парням нравится, когда девушки надевают на них презерватив. Это правда?
– Мы закончили с сосанием банана?
– Не знаю, это кажется странным.
– Просто сделай это очень быстро, и затем мы поговорим о презервативах.
– Хорошо, – я схватила кулак Генри и начала легко его массажировать, пока проводила языком по краю банана, и затем к низу банана, пока не достигла кулака Генри. Я облизнула его пальцы, смеясь, и затем поднялась вверх, как сказал Генри. После того, как я вернулась к кончику банана, я взяла его в рот и начала сосать. Я подняла взгляд на Генри, глаза которого были затуманены, и когда я посмотрела вниз на его пах, то заметила, что он был возбужден. Генри, мой Генри, был возбужден. Он поймал мой взгляд и отстранился, но не пристыженно.
Пожимая плечами, он сказал:
– Это было горячо.
На моем лице расплылась маленькая улыбка, пока я пыталась избежать зрительного контакта с его возбуждением.
– Я не использовала трюк с мурлыканьем.
Боже, я чувствовала себя так неловко, и ненавидела, абсолютно ненавидела тот факт, что Генри было так комфортно с его сексуальностью, что он может просто сидеть здесь, возбужденный, и для него это нормально.
– Уверен, когда ты помурлыкаешь, с тобой все будет прекрасно. Это проще простого. – Он подмигнул и затем ушел в свою спальню, немного поправляя свои штаны. Когда он вскоре вернулся, я не могла не смотреть вниз на его пах, и к моему разочарованию, ничего не выпирало к тому времени, как он вернулся. Я, видимо, завела его, но не так сильно, не то чтобы я пыталась. Просто было бы мило видеть его твердым немного дольше.
Какого черта я говорю? Нет, я вообще не хочу видеть его твердым. Святой боже. Мне нужно начать контролировать себя. Все эти новые любовные романы в моей жизни и разговоры о сексе блуждали в моей голове.
– Вот, – сказал Генри, протягивая мне маленький пакетик, на котором было написано «Большой». Я не была полностью тупой, я знала, что такое большой презерватив... смотрела по телевизору. То, что Генри протянул мне такой, заставляет меня думать, что он, должно быть...
– Перестань пялиться на мой член, – сказал Генри, заставая меня врасплох.
– Извини, – ответила я, чертовски смущенная. – Просто, это большой презерватив, – практически прошептала я, заставляя Генри хихикать и шептать в ответ.
– Я знаю. Я все время их ношу.
Я просто пялилась на него, потому что прямо сейчас все становится слишком интимным. Да, я сосала банан, который он держал, это то, что я заблокирую в своей памяти, но прямо сейчас, я держала его презерватив, и это было более личным, чем все, что мы до этого делали вместе. Казалось, будто я держала в руках его пенис, что, как я знала, не было правдой, но все равно, не могла не думать об этом в таком ключе.
– Рози, это презерватив, не бомба, которую ты должна дезактивировать. Открой его и надень на банан.
– Почему парни просто сами не могут этого сделать? – бормотала я, так как упаковку было открыть немного тяжелее, чем я ожидала. – Они должны делать их такими, чтобы открывать было немного легче, – сражалась я.
Прямо когда я разорвала упаковку, презерватив взлетел в воздух и приземлился прямо в кофе Генри, что стоял на столе.
Я улыбнулась Генри и сказала:
– Хорошая что, мы не используем его по-настоящему, или у тебя был бы кофейный член.
Я хихикала слишком сильно над своей глупой шуткой. Генри просто изучал меня своим вопросительным взглядом, будто пытался прочитать меня. Мне этот взгляд не нравился; он всегда заставлял меня нервничать.
Он вытащил презерватив из кофе и вытер его об штаны. Он отдал его мне и затем посмотрел на банан. Аккуратно, он показал мне, как раскатывать его, и рассказал о процессе, и как доставить удовольствие парню, медленно дразня его. Он также сказал мне, если я стану действительно опытной, то смогу раскатать его ртом, принимая длину парня, но это казалось слишком безумным.
Все, что я могла представить, это что презерватив застревает в задней части моего горла, и я умираю от удушья из-за презерватива. Сейчас я могла видеть свое надгробие.
Рози Блум, умерла от удушья презервативом. Ее последние слова были: «Смотри, как я надеваю его».
Да, не так я хотела уйти, так что думаю, буду держаться подальше от старого трюка со ртом.
– Кажется, это довольно легко.
– Это так. Просто раскатай его вниз, – заверил меня Генри. – Теперь, парень внизу должен быть хорошо выбрит, но если это не так; убедись, что не зажимаешь резиной его волосы на лобке. Это дерьмо очень болезненно.
– Погоди, значит я иду и делаю чертову депиляцию, но парень может прийти с волосатыми ягодками, и это нормально?
– Это не нормально. Это гадость, но да, некоторые парни думают, что это мужественно, чтобы волосы торчали из каждой морщинки его яичек.
– Фу, гадость. Разве у них там все не потеет?
– Да, иногда ужасно потеет, так что если у парня куст, предлагаю двигаться дальше; ты не захочешь иметь с этим дело.
Учтено, подумала я. Что, если у Ланса есть куст? Может быть, это был его недостаток. Если бы это был его единственный недостаток, уверена, что могла бы справиться с ним, потому что все, что ему будет нужно – это немного женского поощрения.
– У тебя там есть волосы? – спросила я Генри. – У тебя есть эта маленькая полоска волос от пупка до лобка, – акцентировать внимание я. – Так значит ли это, что у тебя нет стрижки?
Генри послал мне знающий взгляд и ответил:
– Лав, разве кажется, будто я буду парнем, который носит огромную кучу сожженных спагетти с моими шарами?
– Нет, но люди иногда удивляют.
С ухмылкой, он схватился за пояс и оттянул его вниз, так что я увидела самый край его лобковой области, и она была абсолютно чиста. Единственные волосы, что у него были, это полоска волос от пупка до лобка, что, как я думала, было невероятно сексуально.
– Никаких волос, Лав, и не искушай меня, потому что я покажу тебе товар, если ты продолжишь дразнить меня.
Комната начала сужаться, с этой необъяснимой сексуальной напряженностью между Генри и мной, когда он опустил пояс в опасную зону. Мое сердце заколотилось, и я поняла, что мне трудно дышать, когда осознала все, что он предлагал мне. Его грудь поднималась и опадала, пока он наблюдал, как я смотрю на него. Я почувствовала нужду наброситься на него, провести руками вниз по его груди и к поясу. Я никогда раньше не чувствовала такой сильной нужды получить Генри в свои руки, но будь я проклята, если не хотела его прямо здесь и сейчас.
– Нет необходимости, – я прочистила горло и отвернулась, стараясь стряхнуть грязные мысли. – Я, вероятно, должна пойти в душ и сделать пару записей сегодня. У меня есть несколько вещей, которые я хочу проверить. Пожелаешь мне удачи?
Выглядя опустошенным, Генри послал мне нежную улыбку и сказал:
– Удачи, Лав. Если тебе нужна помощь, дай мне знать. Ты можешь использовать мой член, как модель. – Всегда пытается улучшить мое настроение.
– Все в порядке, но спасибо тебе, Генри. Твоя постоянная готовность помочь не осталась незамеченной.
– Все что угодно для тебя, Лав. – Генри притянул меня к своей груди, и я инстинктивно обняла его руками, прижимаясь щекой к голой коже. Мускулы его спины перекатывались под моими руками, и я любила то, как твердые мышцы его груди ощущались напротив меня.
Я правда теряю рассудок.
Он поцеловал меня в макушку и сказал:
– Знаешь, ты правда не должна идти на это свидание с Алехандро...
– Перестань, – засмеялась я. – Я пойду, так что смирись.
– Ты скажешь мне, где вы будете есть это тако, – он отстранился и указал на меня.
– Продолжай в том же духе, и ты ничего не узнаешь!
– Берегитесь, молодая леди. Я не против того, чтобы связать тебя и удерживать здесь, так что ты не сможешь пойти.
– Отшлепаешь ли ты меня, если я буду дерзкой? – в тот момент, как слова сорвались с моих губ, я в шоке прикрыла рот.
Генри усмехнулся и покачал головой.
– Эти книги начинают оказывать влияние на тебя. Мне это нравится. Со всей серьезностью, я рад, что ты вчера вечером хорошо провела время и смогла оправиться от порванных штанов.
– Я тоже. Спасибо, Генри.
– Все что угодно для моей дороги из красного кирпича, убийцы семенной жидкости и девушки, разрывающей штаны.