Текст книги "Deadушка (СИ)"

Автор книги: Марк Фитте

Соавторы: Макс Вальтер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

– Майор, – негромко позвал капитан. Он лично принес большой чехол, сумку и ящик патронов. – Смотри, как по заказу, СВД-СМ2, тридцать второго года, с дульником Боброва, ПСО-3 и ящиком бронебойно-зажигательных. В сумке тебе РПСка, магазины в подсумках, набьешь на месте. Там же тебе лично от меня призент… Сергей Ефимыч, ваш взвод на самом острие будет, мост перекрывать, так что возлагаю на вас большие надежды и вот еще что… Если удастся технику затрофеить, гоните сразу сюда, мехводы у вас есть, а то эти черти нам с беспилотников почти весь автопарк пожгли.

– Разберемся, – согласно кивнул я, и закинул винтовку на ремне за плечо, прижимая её, к выданному здесь же, вещмешку. – Ну что, грузимся? Мои вроде всё получили, что требовалось.

– Грузимся, – согласился снабженец и указал на подъехавший «Урал». – Сразу на точку поедем, Сергей Ефимыч, вы со мной в кабину, есть информация от разведки.

Выбора особо не было, так что я закинул вещи в кузов и оставил все под присмотром командира группы СаПоГов. Затем забрался в кабину к капитану и уже когда тронулись к точке, он развернул планшет, и штабную карту.

– Новости паршивые, – честно признался мужчина и ткнул карандашом на мост. – У вас часа три с половиной на подготовку, с этого направления идёт усиленная десантно-штурмовая рота, примерно человек сто двадцать и тринадцать единиц бронетехники, включая два танка. Подробнее рассмотреть не смогли, наблюдателя сбили на подлете. В составе колонны одна ЗУшка, она по беспилотнику и отработала. Идут по походному, но медленно. Честно, если б вас не собрали, пришлось бы их встречать уже в районах, а так, есть шанс поймать на переправе.

– Мда, – только и смог прохрипеть я и вяло усмехнуться. – Ну, тогда готовь «Отвагу» и «Мужество», Капитан… Тринадцать единиц, еба-на, это ж сколько трофеев-то?!

Глава 10. Переправа

То, что мой взвод фактически являлся смертниками, это факт. Мы не Панфиловцы, да вроде и не из Псовского отряда, так что каких-то чудес от нас ждать не стоило. Скорее всего, нас кидали в самую первую линию с надеждой, что хоть сколько-то опытные бойцы, смогут задержать противника хотя бы на час, чтобы дать остальным резервистам возможность занять позиции. Вот только это означало и то, что нас заочно списали в расход, а подыхать просто так я не намерен.

Когда мы прибыли на точку, меня ожидало разочарование. Мост был длинной метров пятьдесят и располагался в низине, да и сама река была хоть и быстротечной, но не полноводной. О глубине судить пока сложно, но судя по предоставленной мне карте, в среднем она метров пять.

Для водоплавующих машин по типу БРДМ-2 это фигня, но вот танки встрянут. Следовательно, противнику нужен брод и таковой имеется метрах в ста от моста, выше по течению. Там расположился природный порог, где глубина достигает всего метра с гаком. Простого «пеха» при форсировании в брод, попросту смоет течением, но вот технике будет плевать, особенно если пойдут колонной, придерживая друг друга лебедкой.

По крайней мере я, предварительно послал бы группу разведки, с приказом закрепиться на противоположном берегу. Чисто так, на случай подобных нам аборигенов с бум-палками и «копьями».

Будем отталкиваться от того, что противник не идиот. Беспилотников у них замечено не было, так что мы можем маскировать свои позиции лишь по фронту.

Рассматривая вверенный мне сектор, я непроизвольно матерился, особенно, когда прошёлся вдоль берега, изучая при этом брод.

Пока мои бойцы сгружались с машины, мне удалось схематично накидать на карте огневые позиции. Проблема была именно в низине. После форсирования реки, противник скрывался за земляным склоном, высотой в полметра. Вдоль всего склона шла дорога в две полосы, а затем уже начинались руины. То есть пехота вполне может задымить дорогу и перебежать к развалинам бетонных коробок, откуда их уже фиг выкуришь. Следовательно, хлопать ребят надо именно на переправе.

Для этого, позицию расчета Стационарного Противотанкового Гранатомета придется оборудовать в ближайших к дороге домах, метрах в трехста от переправы. С такой дистанции девятка должна пробивать все что только можно. К тому же туда же можно посадить отделение огневой поддержки, с пулеметом ПКМ, которые, снабженцы все же соизволили выделить. Пускай херачат пехов и не дают им поднять головы.

Трубачи с РПГ-18 с другой стороны, ближе к мосту. Чтобы в случае перехода через брод, вдолбить в другой борт, или перекрыть мост, который я к тому же хотел заминировать. А с трубачами вторая группа огневой поддержки, так же с пулеметом.

Я же расположусь практически по центру, в здании и укроюсь в глубине первого этажа. За счет специфичного прибора беспламенной стрельбы, смогу без лишних вспышек отрабатывать по целям. При этом сектор обстрела у меня довольно широкий и вся переправа, будет в принципе не плохо просматриваться.

Минировать решили три точки. Для вида повалили линию электропередачи и забросали проводами проезжую часть, часть моста и даже немного закинули в брод. Среди черной электропроводки, аналогичный, похожего цвета, детонационный шнур, будет отлично вписываться.

В общем как-то так, я на пару с сапёром, быстро заложил пакеты. Смотанные шашки, с вкрученными электродетонаторами, запакованные в обычные мусорные мешки и прикрытые стеклотарой. К ним мы подвели проводку, присыпали её землёй, осколками бетона и кирпича.

Для дополнительной маскировки раскидали с десяток подобных пакетов по всему берегу, но лишь три из них были со взрывчаткой. Один на сьезде с моста, второй на подьеме с брода и еще один, через дорогу, у наиболее удобного укрытия со стороны штурмующих.

Уважай своего врага, не считай его за идиота, и тогда, может быть, проживешь чуточку подольше.

Наконец, когда закончили с подготовкой, я отправил ребят маскировать собственные позиции, предварительно раздал им рации и ящики с гранатами.

Выходило так: у группы СПГ позывной Сапог, у их группы прикрытия позывной Пята, у трубачей Труба, у их прикрытия Сопло. Я остался с позывным Старый. Пяти раций хватило, чтобы перекрыть все наши нужды.

Уже устроившись в коридоре на найденном в квартире кожанном кресле, я поставил перед собой стол, набросал на него различных шмо́ткок для упора и принялся снаряжать магазины бронебойными.

Правда когда вскрыл мешок с разгрузом, был приятно удивлен. В кобуре обнаружился Пистолет Ярыгина, уже снаряженный и с запасным магазином, причем тоже полным. Хороший бонус, пригодится, тем более, если дело пойдет совсем туго.

Так получалось, что от меня до переправы было всего метров сто пятьдесят. Использовать в таких условиях оптику есть смысл только с одной целью… Вышибать, к чертям собачьим, системы наблюдения, чем собственно, я и планировал заниматься.

Эх, а ведь там, на пункте сбора у театра, помимо моего взвода, дай боже суммарно, набралось еще с пару сотен таких же отчаяных. Я мельком слышал их разговоры. Кому-то в дом снаряд прилетел, пока он был на работе. У кого-то дочери ногу оторвало осколком. Было конечно куда больше желающих просто получить паек, оружие, снарягу и свалить в туман, но таких было немногим больше половины. Поэтому, все же надежда есть: если вдруг мы не сможем остановить колонну, ее разберёт вторая линия обороны.

От мыслей меня отвлек шум приближающейся техники. А в мертвой тишине города, этот монотонный рев десятка двигателей, был слышен наиболее отчетливо.

– Сапог, Труба, без моей команды огонь не открывать, – негромко произнес я в рацию. Мы работали со старенькими Азартами, в режиме ППРЧ, так что могли говорить открыто, без прием-принял. – Ждем, когда будут в воде и головняк выкатится на берег.

С высоты первого этажа, при учете естественного склона, мне уже через минут десять стало видно, как выкатывается бронетехника. Правда от вида этого самого головняка хотелось забиться в ужасе.

Впереди всех, медленно катился гребанный танк Т72Б3, на котором сидело человек восемь пехоты. Ствол пушки задран вверх. Ребята явно заранее подготовились к водной преграде и потому машина, лишь слегка сбавила ход и сунулась в воду. Следом за ней, сразу покатились три БРДМ-2, затем потянулись мелкие бронемашины по типу Тигров, среди которых затесался бронеурал с ЗУ-23. Завершал процессию супнабор из еще двух БРДМов, БМП-4 и одного танка.

– Это в какой же ебаный пиздец я влез? – тихо простонал я, вложился в винтовку и прицелился.

Сапер, который сидел в группе Сопло, так же выжидал мою команду. У него под рукой находились все три подрывные машинки, заранее помеченные, какая за какой пакет отвечает.

Я не прогадал. Командир роты действительно мужик опытный и не погнал бронетехнику на неизвестный мост. По-хорошему сначала бы проверить сооружение, прежде чем закатываться на него на тяжеленном танке, а то некоторые современные мосты не могут выдержать и трехтонного грузовика.

Вот только ребята явно решили, что сопротивления в городе нет. Шли по-походному, с откинутыми люками и даже высунулись из них. Было тяжело сдержаться и не отработать, по наглой головной мишени мехвода, впереди идущего танка.

Наконец, семьдесят второй выкатился на берег, справившись с водной преградой…

– Сапог, второй Бардак, трубачи, на вас третий. Я работаю по танку. Первый бардак подпускаем к пакету. Сопло и Пята, гасите пехов… Три… Два… – Я шумно выдохнул и взял в прицел голову мехвода. – Пошла жара!

Мой выстрел утонул в грохоте стационарки и взрывов. В прицел было видно лишь то, что мехвод танка свалился внутрь. Сразу завертелась башня, начал проворачиваться эдакий перископ наблюдателя, который тут же слетел от второго моего выстрела. Я лишил наводчика основного его визора, после чего принялся нещадно лупить по триплексам, осекая все остальные возможности наблюдать, не высовываясь из-под брони. Громыхнуло второй раз, теперь уже пакет.

– Старый Сапогу, цель минус, – донеслось из рации.

– Старый Трубе, бардак готов, пакет тоже сработал, – через секунду пиликнуло второе сообщение и сразу же раздалась пулеметная стрельба.

Я закончил с первым танком и переключился на дальний, который уже опустил ствол, и наводился на позицию, откуда жахало СПГ. Лишь мельком отметил, что второй и третий БРДМы уже во всю полыхают, а первый вообще лишился колес и судя по всему, его экипаж был сильно контужен. Машина встала и не подавала признаков жизни.

– Труба, давай по зушке, – скомандовал в рацию. – Сапог, дави бэху.

Танк уже замер, явно готовясь к выстрелу и делая поправки. Толчок в плечо и вот уже с башни машины слетает сбитая камера. Кажется я даже слышу как матерится наводчик.

Семьдесят второй все же выстрелил, но это был явный перелет, снаряд влетел в здание позади позиции и взорвался уже там. Пацанов просто по мелочи осыпало бетонным крошевом. БМП довелась поактивнее и даже выдала очередь, но ей тут же в борт прилетела граната, прожигая все изнутри.

– Сапог, Старому, состояние? – запросил я, продолжая ослеплять танк, который даже не успел сунутся в брод.

– Без потерь, – отозвался командир расчета. – Подноса глухануло, но цел.

«Молодцы ребята», – мысленно ухмыльнулся я и переключился уже на «бардаки», заодно оценивая ситуацию в общем.

Все складывалось более чем удачно. Зушку сожгли мухами, попутно отработав еще по одному тигру. Второй, дернулся было в сторону, чтобы выехать из колонны, но улетел с порога в воду и уже почти ушел на дно, торчал лишь уголок крыши. Пехотинцы с брони поспрыгивали, но попав под массированный обстрел, были просто прижаты огнем.

Один из тигров вырвался с брода и влетел на берег, выкатываясь к руинам, но тут же накатился на второй пакет. Наш недосапер рванул его без приказа, но оно и правильно, тут уже я не уследил. Единственные бронемашины, которые всё ещё пытаются огрызаться при помощи крупняка, представляли из себя два БРДМа, что шли в тылу процессии, они только начинали форсировать водную преграду.

– Труба, достреливайте «мухи» по дальним бардакам, после чего вместе с Соплом дуйте к головняку и трофейте танк, и бардак, коробочки по возможности уводите, экипажи в расход. Сапог, бей по дальнему танку, я его обезглазил, – я как раз переключил внимание на него и невольно усмехнулся.

Тыловой Т72Б3, не имея возможности наблюдать что происходит, попытался вырулить, но столкнулся с сожденной бэхой и встрял.

Мне лишь оставалось устроить свободную охоту, за все еще отстреливающейся пехотой и в момент, когда я щелкал уже третью цель, танк вспыхнул. Снаряд прилетел в борт, зайдя чуть ниже башни и сдергивая ее к чертям собачьим. Что там стало, с почти не бронированными Бардаками и смотреть-то было страшно.

– Старый, танк наш, – радостно донесся голос командира трубачей.

Как оказалось, РПГ у них давно закончились, а их старший со своей семерки, в принципе, палил практически без остановки, подносящие едва заряжать успевали.

– Ну и отлично, добиваем выживших, трофеим что можем и съебываем, – скомандовал я. – Сапог, готовьтесь, будете забрасывать свое копье на танк, уёбываем по-походному.

Встав из-за стола, я перехватил винтовку поудобнее, закинул на плечи вещмешок и направился собирать трофеи.

За бой у меня улетело всего два магазина, но я как-то и не заметил, чтобы менял их. Видимо дело отработанных рефлексов.

Звуки стрельбы стихали. Мы, вашу мать, сделали это и остались живы! Теперь главное не подохнуть от последствий, а они будут. Противник, такой разъеб колонны, просто так не оставит.

Глава 11. Театр

– Слышь, Старый, а ты где так нахватался? – спросил командир расчета СПГ.

Мы все уже погрузились на броню и по походному уматывали подальше, по возможности нахватив трофеев.

Удалось прикарманить еще один Тигр, экипаж которого возжелал свалить вплавь, бросив свою машину. В итоге получилась эдакая колонна: в головняке бронеавто, затем танк, а за ним, на жёсткой сцепке, БРДМ, на выпущенных допколесах.

– Да много где, – усмехнулся я, ласково поглаживая винтовку. – А что?

– Да я б ни в жизнь не додумался, что они вброд полезут, ждал бы их по мосту, – пожал плечами он.

Я с прищуром на него посмотрел. Федька был парнем крепким, плечистым, старшим прапорщиком запаса, уволенным за рукоприкладство. На вид, годков чуть за тридцать, но по факту всего двадцать пять, артиллерист из минометчиков, но с СПГ тоже неплохо справился.

– Опыт, – мне тоже осталось лишь пожать плечами. – На войне всегда очень многое решается опытом. Засада это ж такое мероприятие, опасное. Тут либо ты полностью уничтожаешь противника за пару минут, не давая ему и шанса опомниться, либо ты затягиваешь бой и тебя жмут тупо огневой мощью и числом. Только благодаря опыту и грамотному подходу можно организовывать подобные быстрые налеты или капканы, чтобы силами неполного взвода разложить усиленную мотороту, пускай и идущую по-походному… Врочем, иди они по-боевому, обстановка бы не сильно поменялась. Просто у нас было бы несколько двухсотых и половина затрехсотилась… Труба тоже виртуоз… Считай четыре мухи, шесть ПГшек, а отработал как надо. Противник растерялся и лишившись командования, не смог сразу сообразить что куда и откуда. Эх, нет у молодняка закалки. Там ж половина пацаны вообще зеленые были, лет по двадцать или двадцать пять.

– Ну, не всем же быть Старыми, – усмехнулся Сапог, поглядывая на мой вещмешок к которому куском кабеля были примотаны два потрепанных авоомата АК-74М, вместе с полными подсумками под магазины. – Трофеи?

– Именно, нам еще хер знает сколько потом разбираться с разбоем… Там же, под Сосновым, километрах в семи отсюда, колония находится. Строгач, в основном убийцы, воры различные, в общем полный фарш. Так что я лучше этих гандонов встречу с автоматом в руках, чем с ножом, – усмехнулся я и похлопал себя по голени, где висел штык-нож.

Федька явно задумался. Он-то трофеями тащил целый мешок сухпаев и аптечек. Об оружии прапорщик как-то и не вспомнил, когда настало время мародерки.

До здания театра добрались быстро, предварительно я обозначил нашу колонну, сообщил от подходе капитану по рации. Тот от нашего появления прибывал в тихом ахуе, но всё же довольно быстро соориентировался. Технику загнали на подземную парковку, а личный состав временно разместили на отдых в подвале театра.

Престняков, на удивление, оказался мужиком сообразительным и потому ребят не донимал. Разбежаться по домам они бы все равно не успели, поскольку уже через десять минут после нашего приезда, начался артобстрел. Меня же, вызвали на очную ставку в наспех организованный штаб.

– Тащ майор, – довольно лыбился снабженец. – Ну вы прям… чудотворец…

– Без прилюдий пожалуйста, чего хотели? – спокойно спросил я, понимая, что если тебе лижут зад штабисты, то в девяноста процентах случаев это смазка для глубокой пенетрации.

– Восстановить вас из запаса, в звании майора, командира ро… – начал было рассказывать капитан.

– Отказываюсь, – строго перебил его я. – Я старый и больной, дайте мне спокойно дожить последние года в окружении друзей. За родину я крови достаточно пролил, да и сейчас в ополчении тоже. Вы должны понимать, что противник будет бомбить долго, чтобы минимизировать потенциальные потери. Мы огрызнулись и огрызнулись сильно. Походная колонна разбита в хлам, выжившие добиты, три единицы техники затрофеено, вместе со штабными документами из командирской машины. Шутки кончились, капитан, после артобстрела оборонять будет нечего, останутся только руины.

– Вы не одни так лихо справились, – спокойно произнес снабженец, сложив руки за спиной и кивая в сторону висящего на стене плана города. – На южном рубеже, Киргизская диаспора с умеренными потерями тоже отбила колонну, но там двигалось шестнадцать единиц техники. Они кстати так же привезли трофейный танк и «Урал» с зениткой. Правда буквально за полчаса до вас, так что чудо, что вы успели не попасть под обстрел. Они сразу свалили, сказав, что у них укрытия понадежнее, чем подвалы театра.

– Вполне может быть, – согласился я. – Так что, Престняков, ты спросил, я ответил. В остатки армии не пойду, свою посильную помощь ополченцам оказал. А теперь забудьте нахрен про мобилизацию меня родимого. Считайте что был сильно ранен в бою и не смогу продолжать принимать участие в боевых действиях. Командование оставляю Федьке, командиру расчета СПГ. Сейчас я просто старый слесарь ЖЭКа, Сергей Ефимыч.

– Раз так… – капитан печально вздохнул. – Прошу, Сергей, сдайте винтовку и разгрузку с магазинами. Вместо нее получите парадную кобуру к своему пистолету Ярыгина. Будем считать это дембельским подарком. За проявленную храбрость и грамотно организованную оборону. Я бы с удовольстаием вручил вам медаль, вот только и «Мужество» и «Отвага» у вас наверняка уже есть, про «Боевое отличие» вообще молчу. Поэтому презентую вам более полезную награду…

Мужчина прошел к ящикам стоящим вдоль стены и извлек из одного винтовку Мосина образца 1891/30 года в снайперском варианте с установленным прицелом ПУ, на который был надет штатный брезентовый чехол. Из интересного: на ложе винтовки имелась гравировка Зайцева.

Я с интересом принялся рассматривать вверенное мне оружие, оставив СВД-С на столе перед собой. Естественное, что все подсумки кроме тех, что предназначались под магазины, были пусты. Последние тоже разряжать не стал. Нечего мелочиться, особенно с военными. Они такое скупердяйство точно не оценят.

– Что ж, я так понимаю бой был тяжелый? В ходе боя вы понесли материальные потери, пара раций, бинокль, компас, вещмешок со всем имуществом, израсходовали все гранаты и видимо оставили на позиции полтора цинка патронов. – наигранно печально произнес Престняков и хитро улыбнулся. – Сергей Ефимыч, винтовка наградная и по-хорошему бы ей висеть на стене. К тому же, я не имею права выдавать вам патроны к наградному оружию, мало ли вы захотите им воспользоваться как боевым?

– Ну что вы, – усмехнулся я, закидывая винтовку на ремне за спину. – Красиво повешу на стеночку в своем подвале…

– Вот и правильно, – согласно кивнул он. – А теперь, не смею вас задерживать, вам наверняка хочется отдохнуть.

Мне только и оставалось, что кивнуть в ответ, и поскорее свалить из штаба.

Что характерно, никаких полковников здесь не было. Из всего руководства лишь Престняков и парочка его помощников… А вот гражданских здесь много. Видимо перед артобстрелом в подвалы театра постарались собрать всех кого можно. Здесь даже организовали какую-никакую подвальную кухню. Парочка молодых пацанов варили кашу в большом котле. Судя по запаху, перловую. Ну а что, тоже неплохо…

Ребята из моего взвода уже обустроились вокруг небольшой металлической бочки из-под топлива, аккуратно срезанной под треть, в которую закидали обломки деревянных кресел. Мужики попивали чай и подъедали сухпайки, что выдавались в комплекте имущества с вещмешком.

Мое появление встретили весьма тепло и даже уступили козырное место на кожаном кресле. Сапог уже рассказывал паре залетных зевак из ополченцев, как же нам было тяжело и как лично он, подносил выстрелы к гранатомету.

Кто-то сунул мне в руки алюминиевую кружку, я немного отхлебнул и приятно удивился. Хорошо разбавленная водка с лимонадом. По пищеводу разлилось приятное тепло.

– Да все херня! – возмутился один из слушателей. – Вот раньше в рукопашную мужики херачились! Да я сам бы этих свиней на нож… У меня даже это, кинжал есть!

Он продемонстрировал в свете костра какой-то сувенирный боуи. Что вызвало у меня приступ смеха.

– Говно твой нож, сопляк, – я выудил из сапога свой 6х9-1. – Вот это, реальное оружие.

– Да че ты, дед, им сделаешь? – рассмеялся парниша.

Я шумно выдохнул, и поднялся с кресла, вытащил из чхла пластиковые ножны, надевая их на нож.

– Вставай в стойку, сопля, сейчас посмотрим как бы ты «свиней» на нож сажал, – прорычал я, скидывая с себя ватник и лишнюю одежду.

Вокруг нас сразу собирались любители поглазеть. Толпа довольно загудела, а мои пацаны уставились с интересом. Все же они видели как я стреляю, как я руковожу в бою, теперь всем было интересно каков я в ножевом бою. Ну что, пожалуй мне есть чем удивить зелень.

– Дед, да ну, ты ж развалишься, – усмехнулся парниша, надевая ножны на свой боуи и крутанув его в руке.

Мы встали друг напротив друга. Он в классическую ножевую стрйку, левой рукой прикрывая бок и челюсть, а правую с ножом удерживая у груди. Я же встал как полагается армейцу, в стойку из упражнения на восемь счетов, разве что нож перехватил обратным хватом в правую руку.

Кто-то крикнул «Начали!», кажется даже, это был Труба.

Мой оппонент сразу шагнул вперед, пытаясь рубануть наотмашь, но я вместо шага назад, ступил навстречу, отбивая его удар встречным махом левой руки так, чтобы моя кисть легла ему в район предплечья. Короткий замах правой и вот уже шея парня в моем захвате, сзади давлю ножнами, спереди предплечьем. Дергаю рукой его голову на себя и тут же впечатываю колено ему в живот. Сопляк еле успевает подставить руку и отодвинуться, но я уже оттянул ногу назад, попутно заведя ее за его правое колено. Подсечка, одновремено отпускаю его шею и парень летит на пол.

Мда, насмотрятся фильмов, а потом считают себя непобедимыми воинами. Я не действую технично или спортивно. Мои движения грязные и не показушные, именно так и убивают. Убийство в принципе штука нихрена не элегантная.

– Э-э-э бля, – простонал парень поднимаясь и зло скалясь. – Ну ты, старый…

– Будь я лет на двадцать помоложе, ты бы лежал уже со своей ковырялкой по рукоять в заднице, – усмехнулся я. – Тренируйся боец, а то все нам, старикам, приходится делать…

– Слышь, Старый, – возмутился Федька, подходя к нам и протягивая мне и моему оппоненту по кружке. – Ща мы тебя быстро омолодим. Ну, до дна, мужики, за точто все живы!

Я лишь хмыкнул и сходу влил в себя содержимое. Из глаз брызнули слезы, а горло обожгло. Этот обмудок налил мне чистый спирт. Благо хоть немного.

В этот момент меня уже не волновал бушующий на улице артобстрел. Мне хотелось лишь одного, отпинать Федю с его приколами. Хотя судя по вмиг покрасневшему лицу любителя ножей. Это хотел исполнить не я один.