Текст книги "Идеальный мир для Химеролога 6 (СИ)"

Автор книги: Марк Альтергот

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Мы подошли к вольеру с какими-то грустными ламами.

– Вик, у нас проблема, – вдруг сказал Роман. – Нам реально нужно что-то делать с потоком «отказников». Люди несут и несут, клетки забиты. Скоро придётся их в моей комнате селить, а я не хочу спать в обнимку с дикобразом.

На самом деле, проблема действительно была серьёзной. Это была простая и жестокая арифметика Империи. Утилизировать питомца – официально, по закону – стоило пятьсот рублей. Это процедура, бумаги, налог на экологию… А купить нового, такого же, на рынке можно было за полтинник.

Власти сделали это специально. Логика железная: если «выход» стоит дорого, то человек десять раз подумает, прежде чем брать животное «поиграться». Это был своего рода барьер против безответственности, чтобы люди ценили жизни своих питомцев, а не меняли их как перчатки.

И это отчасти работало. Постепенно в городе действительно становилось меньше бродячих химер, которые раньше сбивались в стаи и терроризировали окраины. А то с одной стороны Дикие Земли, где творится полный ад, а тут ещё и внутри города рассадник…

Но у медали была и обратная сторона. Люди, которые всё-таки хотели избавиться от надоевшей «игрушки», искали обходные пути. И нашли меня. Я стал для них бесплатной свалкой.

– С животными разберёмся, – сказал я вслух. – У меня уже есть идеи по этому поводу.

Я вспомнил Геннадия, своего знакомого юриста-байкера. У него целый клуб таких же суровых мужиков на железных конях. Им постоянно нужны то охранники в гаражи, то просто компаньоны, чтобы было с кем поговорить в дальней дороге.

– Надо будет Гене позвонить. Пусть подгонит своих братишек. Проверим их зверьё, подлечим, усилим… А заодно и партию наших пристроим.

Дарить нельзя – это я уже усвоил. Человеческая психология – штука странная. Если ты даёшь человеку что-то бесплатно, даже если это уникальная химера с даром регенерации, он будет относиться к ней как к мусору. «На халяву досталась, сдохнет – новую возьму».

А вот если он заплатит… Пусть немного, но свои кровные. Тогда это уже «ценное приобретение». Тогда он будет её кормить, лечить и пылинки сдувать… Парадокс, но факт. Ценность определяется ценой.

Мы погуляли ещё час, посмотрели на грустного слона и облезлых макак, и я скомандовал отбой. Тимбилдинг состоялся, галочка поставлена.

Вернувшись домой, я с удовольствием забрался в постель под одеяло. День выдался долгим. И только я начал проваливаться в сон, как в окно что-то стукнуло. А потом ещё раз.

Я открыл глаза. На подоконнике сидел Кеша и яростно долбил клювом по стеклу. Вид у него был взъерошенный. Пришлось вставать и открывать окно.

– Хозяин… Там… У приюта… – заверещал он, влетая в комнату. – Какие-то уроды… Трое… Одарённые, сильные… Ломились к директору…

Я спокойно сел на кровать.

– Ломились? В прошедшем времени?

– Ну да! – Кеша отдышался. – Ты же там Психа оставил! Помнишь?

– Помню, – кивнул я.

Я же не идиот и прекрасно понимал, что такая щедрость со стороны и внезапное богатство приюта не останутся незамеченными. В этом городе, где каждый второй норовит урвать кусок, такие изменения, как красная тряпка для быка. Кто-то обязательно захочет «погреть руки» или замести следы. Поэтому я и оставил там Психа.

– Ну и? – спросил я.

– Всё! – Кеша махнул крылом. – Псих их… того. Порешал. Один ногу потерял, двое вообще пополам. Гады сильные оказались, магией кидались, но против нашего хорошего мальчика не вывезли.

– Отлично. Лети обратно и скажи Психу, что он молодец. Пусть ждёт меня. Я скоро буду.

Я быстро оделся, вызвал такси и поехал на окраину. Приют встретил меня тишиной, только в кабинете директора горел свет. Я вошёл и увидел тела троих нападавших.

Савелий Тимофеевич сидел за своим столом – бледный, с дрожащими руками, но державшийся молодцом. Он не истерил, не бегал по кабинету, а просто сидел и смотрел на стакан с водой.

– Добрый вечер, – сказал я.

– Виктор… – он поднял на меня взгляд. – Вы знали?

– Предполагал, – честно ответил я. – Извините, это моя вина. Если бы я не привлёк Агнессу, если бы не было этого шума в прессе… они бы не пришли. Слишком много внимания, а деньги любят тишину.

Директор покачал головой.

– Не извиняйтесь. Всё нормально. Главное – дети. Воспитанники сыты, одеты, у них новая крыша над головой. Агнесса Павловна действительно помогает, она слово держит. А это… – он кивнул на трупы. – Это, наверное, плата. В этом мире ничего не даётся просто так.

Я посмотрел на него с уважением. Крепкий мужик.

– Вы мне верите? – спросил я.

Он посмотрел мне в глаза.

– Верю.

– Тогда идите домой. Вам нужно отдохнуть. А я тут уберусь, у меня свои методы… Не переживайте, завтра ваш кабинет будет чистый. Никто ничего не поймёт.

Савелий Тимофеевич замялся, глядя на тела.

– Но… наверное, нужно вызвать полицию, чтобы они провели расследование?

– Вы же понимаете, что никто не должен знать про эти убийства. Если узнают, начнутся допросы и проверки. Какую-нибудь хрень на вас повесят, скажут, что это вы наняли охрану или сами их убрали. Приют закроют, счета заморозЯт, детей расформируют по другим детдомам. Вам это надо?

Он вздрогнул.

– Нет. Не надо.

– Вот и идите.

Директор медленно встал, достал из кармана визитку и протянул мне.

– Я бы хотел помочь, но понимаю, что я человек маленький. Не всё в моих силах, я только мешать буду. Но если нужна помощь… любая… звоните в любой момент. Я приду.

– Договорились.

Когда он ушёл, я спустился на первый этаж и приложил руку к канализационному отсеку.

– Ну что, санитары подземелий, ужин подан.

Зов ушёл вниз. Через пару минут из щелей полезла моя верная утилизационная бригада крыс. Они быстро растащили тела, а потом всё убрали, не оставив ни капли крови.

Я вышел из приюта и пошёл пешком через парк. По пути думал о директоре. Хороший оказался мужик. Профессор, кажется. Я наводил справки: знает шесть языков, преподавал в университете, а потом бросил всё и пошёл к детям, чтобы посвятить себя им.

Я вмешался в его жизнь. Сделал её лучше материально, но безопаснее ли? Эх, не факт. Теперь он под прицелом, и я чувствовал ответственность.

Ему нужна защита. Но не Псих – тот уже часть моей семьи. Нет, ему нужно что-то другое…

– Что-то под стать ему, – размышлял я вслух, идя по аллее. – Умное, образованное, спокойное…

– Угу, – послышалось сверху.

Я остановился и поднял голову. На ветке старого дуба сидела сова – обычная серая неясыть, которая смотрела на меня большими жёлтыми глазами.

– Вот и ты со мной согласна, да? – улыбнулся я.

– Угу.

– Точно! Сова! – меня осенило.

Символ мудрости, ночной страж. Тихий, незаметный, но всё видящий.

Я повернулся к Кеше, который дремал у меня на плече.

– Кеша, подъём! Давай, спроси у неё, не хочет ли она поработать.

Попугай вздохнул, пробормотал что-то про «ночные смены без доплаты», но взлетел. Он сел на ветку рядом с совой. Начались переговоры. Кеша чирикал, махал крыльями, показывал на меня. Сова слушала, иногда угукала.

Через пять минут Кеша вернулся.

– Переговоры проведены. Клиент согласен на соцпакет и мышей.

Сова спланировала мне на другое плечо.

Я вернулся в клинику. Там, в своей лаборатории, я занялся апгрейдом. Это было несложно. У этой птицы был скрытый потенциал, в её роду явно были магические звери. У неё были необычные глаза – структура сетчатки позволяла видеть не только в темноте, но и в других спектрах.

Я просто усилил это свойство. Влил энергию, расширил каналы восприятия…

– Теперь ты не просто видишь мышей в траве, – сказал я, заканчивая работу. – Но и можешь смотреть сквозь стены. А ещё видишь тепло и магию.

Сова моргнула, и её глаза вспыхнули фиолетовым светом. Она стала больше, оперение потемнело, сделавшись почти невидимым в ночи.

Интеллект я ей тоже подкрутил. Теперь это была реально умная сова. Она могла бы, наверное, и лекции читать, если бы умела говорить.

– Кеша, отведи её в кабинет директора. Пусть сидит там и наблюдает. Теперь она как идеальная система видеонаблюдения и служба безопасности в одном флаконе. Будет видеть всё, что происходит в приюте. Если кто-то обидит ребёнка или кто-то чужой полезет… она узнает первой. И либо сообщит директору, либо сама разберётся. Она теперь достаточно сильная, чтобы выцарапать глаза любому бандюгану.

– Понял, – кивнул Кеша, – выдвигаемся.

Глава 16

Кафе «Пушистый Латте», Петербург

Артём Филатов, ведущий инженер-конструктор закрытого НИИ «Кимберлит», устало потёр переносицу. Две недели командировки в Архангельск вымотали его досуха. Бесконечные согласования, кривые чертежи подрядчиков, испытания новых сплавов…

У него не было ни жены, ни детей, ни даже кота. Работа съедала всё время. Да и какая может быть семья, когда ты половину жизни проводишь на полигонах, а вторую половину в секретных бункерах за тройным периметром охраны?

Поэтому Артём жил один в пустой холостяцкой квартире, где из живых существ была только плесень в углу ванной, да и ту он периодически травил химикатами.

Но было у него одно место, отдушина для уставшей одинокой души, кафе «Пушистый Латте». Он зашёл сюда случайно месяц назад, просто переждать дождь. И теперь стал приходить постоянно. Не ради кофе (хотя кофе тут варили отменный), и не ради интерьера.

А ради него.

Артём вошёл в зал, привычно кивнул девушке за стойкой и взглядом начал искать своего друга. Сердце предательски ёкнуло – вдруг его забрали? Вдруг случилось что-то?..

Но нет, он был на месте. В дальнем углу, на специальной мягкой подушке, сидел волчонок. Странный, нелепый, совершенно не похожий на грозных хищников из Диких Земель.

Шерсть у него была короткая и жёсткая, почти как щетина, местами переходящая в голую кожу. Одно ухо стояло торчком, второе висело. Но самое главное – глаза: один ярко-голубой, ледяной, а второй янтарно-жёлтый, тёплый.

Волчонок тоже был одиночкой. Он никогда не играл с другими животными, не ластился к посетителям. Он просто сидел и наблюдал.

Артём подошёл к нему, сел на пуфик рядом.

– Привет, бродяга.

Волчонок повернул голову. Узнал. Жёлтый глаз чуть прищурился, короткий хвост один раз стукнул по подушке.

– Давно не виделись, да? – Артём протянул руку, и зверь ткнулся мокрым носом ему в ладонь. – Я вот в командировке был. Скучал, представляешь?

Он гладил жёсткую шерсть, чувствуя под пальцами тугие мышцы и тепло живого существа. Это было странное чувство… Словно они были сделаны из одного теста. Два поломанных жизнью, нелюдимых существа, которые нашли друг в друге что-то родное.

– Мы с тобой похожи, брат, – тихо сказал Артём. – Ты тут один, и я один. Никому мы особо не нужны, кроме работы.

Волчонок вздохнул, положил голову на лапы и посмотрел на инженера своим разноцветным взглядом. В этом взгляде было столько понимания, что Артёму стало не по себе.

Он посидел ещё полчаса, просто гладя зверя и жалуясь ему на тупых подрядчиков и срывы сроков. Волчонок слушал внимательно, иногда дёргая ухом.

Пора было уходить.

Артём с неохотой поднялся. В груди тут же защемило. Опять возвращаться в пустую квартиру, говорить с телевизором…

– Ну, бывай, – он потрепал волка по холке. – Зайду, как смогу.

Он развернулся и пошёл к выходу.

– Вы уже уходите?

Артём остановился. Перед ним стояла официантка – милая девушка в фирменном переднике «Пушистого Латте».

– Да, дела, – буркнул он.

– Я вижу, вы подружились, – улыбнулась она, кивнув на волчонка. – Не хотите забрать его с собой?

Артём застыл, как вкопанный.

– В смысле? У вас же правило – животные не продаются, это же сотрудники.

– Правила изменились. Владелец разрешил. Теперь любого питомца можно выкупить. И, кстати, совсем недорого. Мы хотим, чтобы они нашли настоящий дом.

Артём посмотрел на волчонка. Тот сидел и смотрел на него. Сердце инженера забилось быстрее. Забрать? Домой? Но тут же включился рациональный мозг.

– Нет… Не могу, – он покачал головой. – Работа у меня такая… Командировки постоянные, переезды, опасные объекты… Я же технолог по вооружению, у меня дома чертежи, макеты всякие, реактивы… Он там поранится или сгрызёт что-то не то. Или я уеду на месяц, а его девать некуда, и он пострадает.

Девушка посмотрела на него с тёплой, какой-то материнской улыбкой.

– Не переживайте. Наши животные… они особенные. Уверяю вас, они гораздо крепче, чем кажутся и справятся с любым переездом.

Артём посмотрел на неё, потом на волка. Что-то внутри него дрогнуло. Может, хватит быть одному и пора уже, наконец, рискнуть?

– Сколько? – хрипло спросил он.

Девушка назвала смешную сумму, по меркам цен на химер. Артём достал карту.

– Оформляйте.

Через несколько минут он уже заводил машину. Волчонок сидел на пассажирском сиденье, пристёгнутый ремнём безопасности, и с интересом смотрел в окно.

– Ну что, брат, поехали домой?

Артём привёз его в квартиру. Зверь обошёл прихожую, понюхал ботинки…

Внезапно зазвонил телефон.

– Филатов! – рявкнул начальник в трубку. – Ты где⁈ Отчёты по испытаниям нужны срочно! Курьер заболел, вези сам!

– Да, сейчас буду, – Артём сбросил вызов.

Он посмотрел на волчонка, который уже примеривался к кожаному дивану.

В квартире царил идеальный порядок. На столе лежали важные чертежи, схемы новых стабилизаторов, расчёты… Если этот зверь решит поиграть, работе конец. А убирать всё в сейф времени не было.

– Слушай меня, – строго сказал Артём, глядя на волка. – Мне нужно уйти. Ты остаёшься за главного. Сиди здесь, на диване. Прошу по-братски: ничего не трогай, ничего не грызи. Чертежи – это вообще святое. Понял?

Волк посмотрел на него и сел на диван.

– Я быстро.

Артём вылетел из квартиры, запирая дверь на два замка.

Весь вечер на работе он был как на иголках. В голове крутились картины разгромленной квартиры: разорванные в клочья секретные чертежи, погрызенная мебель, лужи на ковре… Он проклинал себя за то, что оставил дикого зверя одного в доме.

«Идиот, – думал он, подписывая акт испытаний. – Какой, к чёрту, волк? Зачем я его взял?»

Но когда он ехал домой, поймал себя на странной мысли. Впервые за много лет он хотел вернуться. И не просто добраться до койки и забыться во сне, а именно вернуться домой, потому что там его кто-то ждал.

Он влетел в квартиру, готовый увидеть армагеддон. Быстро скинул ботинки и осторожно заглянул в комнату. На диване, ровно на том же месте, где он его оставил, сидел волчонок – с прямой спиной, аккуратно сложив передние лапы.

В комнате по-прежнему царил идеальный порядок, ни одна бумажка не сдвинулась с места. Артём опешил.

– Ты… ты что, реально всё это время так и сидел?

Волк медленно кивнул. Инженер почувствовал, как краска стыда заливает лицо.

– Какой же я дурак… – он опустился на колени перед зверем. – Я же тебя запер, даже еды не оставил, воды не налил… А ты сидел и ждал. Прости меня, брат. Прости дурака… – он погладил волка по жёсткой голове. – Я сейчас всё исправлю. Будем ужинать. Я так проголодался, что слона бы съел…

Артём вскочил и побежал к холодильнику.

– У меня там стейки есть отличные! Тебе как сделать? – он обернулся, решив пошутить. – Сырое будешь, как настоящий хищник, или пожарить?

Он ожидал, что волк бросится на сырое мясо. Но тот, спрыгнув с дивана и подойдя к кухне, поднял лапу, выпустил один длинный, чёрный коготь, и отчётливо указал им на плиту.

Артём замер с куском мяса в руке.

– Да ладно… Жареное? Серьёзно?

Волк снова кивнул и облизнулся. Артём смотрел на него секунду, другую… А потом громко расхохотался.

– Ну ты даёшь! Тоже мне, гурман, блин! Ладно, будет тебе жареное! С кровью или полной прожарки?

Волчонок фыркнул и подошёл к нему, всем своим видом показывая: «Готовь уже, не болтай».

Артём бросил мясо на сковородку. Квартира наполнилась запахом еды и уюта. Он смотрел на своего друга и понимал: это была лучшая сделка в его жизни.

«А ведь та девушка была права, – подумал он, переворачивая стейк. – Они особенные».

За окном шёл дождик, но в квартире было тепло и, впервые за долгие годы, не одиноко.

* * *

Я сидел в удобном кресле в приёмной, лениво перелистывая страницы на планшете, пока Валерия что-то усердно печатала на своём ноутбуке. После напряжённого рабочего дня вечером в клинике царило затишье – даже хомяки-уборщики закончили все свои дела и теперь тихо шуршали обёртками от конфет в углу.

– А знаешь, Вик… – вдруг мечтательно протянула Валерия, отрываясь от экрана, – Как бы сейчас хотелось на пляже поваляться. Поплавать там, позагорать… Эх, как хочется на озеро!

– На озеро? – переспросил я, не отрываясь от бумаг. – Это где у нас тут ближайшее? «Мёртвый Залив» считается?

– Ну, есть же нормальные озёра! – возмутилась она. – Где-нибудь подальше, в зелёной зоне. Хотя о чём я говорю… Сейчас в водоёмах можно поймать разве что столбняк или щуку-мутанта, которая откусит ногу по самое бедро. Так себе спа-процедуры.

– Завтра поедем купаться, – сказал я, отложив планшет. – Разгоню всех гадов, и будешь плавать, как русалка.

Валерия рассмеялась, но тут же замотала головой.

– Не-не-не, я передумала. Какое озеро? У нас отчёты, запись на неделю вперёд, поставки корма… Да и купальника у меня нет. Я пошутила, Вик.

– Поздно, – я скрестил руки на груди. – Начальник сказал – поедешь. Считай это корпоративным выездом. Безопасность я беру на себя.

– Но Вик!..

Договорить она не успела. Воздух в помещении рассёк знакомый свист крыльев, и мне на плечо приземлился Кеша.

– Хозяин! – гаркнул он мне прямо в ухо. – Есть информация! Просто бомба. То, что ты искал!

– Ну, давай, выдавай.

Попугай важно расправил крылья, прочистил горло и начал:

– В общем, схема сложная, но надёжная. Есть у меня одна знакомая крыса, Ларисой звать. Так вот, эта Лариса общается с одной улиткой-интеллектуалом, которая живёт в вентиляции архива. А эта улитка, в свою очередь, держит связь с морской свинкой по кличке Генерал, который сидит в клетке у одного важного шишки…

– Кеша, – прервал я его безумный поток сознания. – Покороче, ближе к сути давай.

– Покороче? – попугай обиженно цокнул клювом. – Ладно. Короче, там такая ситуация… Одна группа людей очень сильно обижена. Вообще на всех людей. Прямо глобальная такая обида, вселенского масштаба…

– Блин, а я здесь причём? – я нахмурился. – Мало ли в городе обиженных? Пусть к психологу идут.

– Ну, ты не понимаешь! Это же мышление летучей мыши… или кого-то там ещё, я уже запутался в источниках. Я перевожу дословно! Они обижены, и они хотят, чтобы эта обида превратилась во что-то большее, чем просто нытьё на кухне. Они хотят, чтобы их боль была выплеснута из тела, материализовалась в энергию разрушения, чтобы мир содрогнулся и познал их страдания и чтобы пламя очистило их души, а пепел покрыл головы врагов их…

– Кеша! – рявкнул я. – А теперь человеческим языком. Без этой твоей театральщины.

Попугай тут же «сдулся»:

– Короче, хотят они кого-то завалить.

– О, а вот это уже интересно. Давай подробности, только нормально.

Кеша пересказал всё, что ему удалось узнать через свою агентурную сеть из грызунов, птиц и насекомых. И картина вырисовывалась весьма любопытная.

Группа из десяти человек – бывшие работяги, которые раньше работали на Империю, а теперь из уволили – кого-то за растрату, кого-то за пьянство… «Погрешности», как выразилось начальство.

Но эти ребята считали иначе. Они считали себя гениями, которых выкинули на обочину. И они решили отомстить, но не конкретному начальнику, а всей системе сразу.

– … они хотят подорвать завод, – закончил Кеша. – Государственное производство. «Имперский Арсенал №5». Там делают компоненты для защитных барьеров Стены.

– Арсенал? – я присвистнул. – Серьёзная заявка.

Я достал телефон, открыл карту города. Кеша клювом ткнул в точку в промзоне.

– Они готовятся вот здесь, в старом коллекторе под заброшенным складом…

Я прикинул расклад. Десять обиженных работяг против стратегического объекта. Звучало бы смешно, если бы не одно «но». Эти люди явно работают не сами. У них откуда-то появились артефакты высочайшего класса, которые не купишь на чёрном рынке. Тут явно торчат уши другого государства.

Это было удивительно. Официально войн государств в этом мире не велось – всем хватало проблем с дикими химерами, которые жрали всех без разбора национальности. Но, видимо, кто-то решил, что под шумок можно ослабить соседа. Или это сектанты какие-то, решившие приблизить конец света.

Но факт оставался фактом: кто-то дал этим смертникам в руки мощнейшие игрушки.

– … и у них всё может получиться, – добавил Кеша. – У них есть сообщники на самом заводе. Охрана куплена, запугана или тоже «обижена». Короче, проход открыт.

– А это ты откуда знаешь? – спросил я, поражаясь осведомлённости своего питомца.

– Ну, там одно животное часто тусовалось… Кошка складская, Мурка. – пояснил попугай. – Они там не очень чистоплотные, эти террористы. Объедки на пол кидают, схемы на столе оставляют, обсуждают планы вслух, пока колбасу режут… Короче, смертнички. У них билет в один конец. Убить как можно больше людей, разнести завод, чтобы отомстить Империи за ту несправедливость, что их когда-то прокинули. Типа, им терять нечего.

Кеша замолчал, довольный произведённым эффектом.

– Ну, что, хозяин? Теперь ты пойдёшь и завалишь их?

– Ну, почти, – я почесал подбородок, взял телефон и набрал номер Агнессы.

– Слушаю, Виктор, – её голос был, как всегда, деловым и чуть усталым.

– Слушай, дорогая. Есть, короче, одно предложение. Хочешь спасти завод «Имперский Арсенал №5»?

В трубке повисла такая тишина, что я даже услышал, как она перестала дышать.

– Чего? – наконец выдавила она. – Ты понимаешь, о чём ты говоришь? Это же стратегический объект. Там делают кристаллы для Стены. Если он встанет, у нас половина периметра погаснет! Это вопрос выживания города!

– Ну, наверное, так оно и есть, – согласился я. – Так хочешь спасти или нет?

– Хочу… А что для этого нужно делать?

– Записывай адрес. И гони туда свою гвардию прямо сейчас. Времени в обрез.

Я продиктовал координаты логова заговорщиков.

– Подожди… Виктор, а ты понимаешь, что это за район?

– Какой?

– Это же «Золотой Квадрат»! Там живут только люди с большими привилегиями, которые работают на Империю, высшие чиновники, генералы в отставке… Туда полиция без ордера от самого Министра не заходит! Если я введу туда частную гвардию и начну штурм… Если эта информация не подтвердится, меня потом казнят за попытку переворота и нападение на элиту… За то, что я там устрою…

Я хмыкнул.

– Знаешь, у тебя есть два варианта: поверить или не поверить. Но в любом случае, если начнётся какая-то проверка, и завод взлетит на воздух… И ты хоть каким-то образом попадёшь под раздачу после уничтожения завода… Они узнают, что ты знала, но ничего не сделала. И тогда тебя казнят за бездействие и пособничество терроризму.

Агнесса молчала секунд пять. Потом я услышал, как она грязно, совсем не по-аристократически выругалась.

– Ладно, я поняла.

Я посвятил её в подробности – кто, сколько, чем вооружены – и положил трубку.

– Ну и зачем? – спросил Кеша, склонив голову набок. – Хозяин, ты совсем дурак или только прикидываешься? Можно же было самим. Тихо пришли, тихо убрали, тихо ушли… И весь лут наш.

Я потянулся в кресле.

– А зачем мне самому? Зачем мне эта репутация, рейтинги, что-то повышать и делать? Мне проще её раскачать. Пусть Агнесса станет героиней, спасительницей Империи. Пусть её род возвысится. И она мне уже будет доставать всё, что мне нужно. Любые ингредиенты, любые разрешения… Обычная разумная тактика. Зачем мне тратить время на всякие интриги и доказывать кому-то свою лояльность, если я могу просто заниматься своей любимой работой?

Кеша задумался.

– Хитро, однако… Ладно, я полетел, посмотрю что там будет твориться. Люблю запах напалма по утрам.

– Ага, – кивнул я. – И артефакты их прихвати. Те, что самые мощные. А то как бы вся гвардия Новиковых не полегла. Эти инженеры – ребята серьёзные, ловушек там наверняка понаставили.

Кеша чуть не врезался в люстру.

– Чего⁈ А то, что я могу пострадать, тебя совсем не волнует? Я же птичка! Маленькая!

– Так ты же бессмертный, – напомнил я.

– А вдруг у них настолько сильные артефакты, что я превращусь в ядерный пепел? – запаниковал попугай. – Вот скажи, хозяин, разве из ядерного пепла можно восстать из мёртвых? Это же радиация, мутации… Я вернусь двухголовым!

– Ну, в теории, можно, – успокоил я его. – Феникс бы воскрес даже из плазмы.

– А я Феникс или попугай⁈

– В зеркало что ли давно не смотрел?

Кеша подлетел к зеркалу, висевшему в приёмной и пригляделся. Его перья, раньше просто зелёные, теперь переливались оранжево-чёрным светом, напоминая застывшее пламя. Он действительно был похож на феникса.

– М-да… – вздохнул он, разглядывая своё отражение. – Красив, чертяка. Ладно, уговорил.

Он чирикнул и вылетел в форточку.

Агнесса справится. С моей наводкой и поддержкой Кеши у неё всё получится. Её репутация снова пробьёт небеса.

Я задумался. Главное – не перестараться. А то такими темпами она ещё императорский трон займёт. Станет Императрицей Всероссийской, начнёт издавать указы… А я люблю увлечься и вовремя не остановиться. И что тогда, мне придётся кланяться? Нет, бред.

Хотя… Императрица в должниках? Я улыбнулся. Звучит, как неплохой план.