Текст книги "Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача (СИ)"
Автор книги: Мария Вельская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)
Глава 12.5.
А вот это никуда не годится!
Тонкая нить тьмы только казалась таковой – а щёлкнула одно наглое чешуйчатое и фамильярское по попе с оттяжкой. Да так, что на эту самую попу и присели, возмущённо взвыв.
Таких несчастных обиженных глаз не было даже у котика, который сожрал всю сметану и закусил яичками из холодильника!
Это было преступление против тварей. Это было злостное и безжалостное нападение опасного преступника на тонкую душевную организацию и ещё более тонкую шкурку эльдлагского дракона!
Как вы могли, а? Хозяйка, я не верю!
– Не вздумай никогда нападать на живое существо из прихоти или мнимого оскорбления твоего самолюбия, Лу! По заслугам получил по попе, может, хоть так дойдет? Я тебя люблю и никогда не брошу, но не вздумай делить меня и мое внимание с другими волшебными существами! Ты бы на Мора так нашипел и наплевал! – Выговорила сердито.
Да, воспитатель из меня...
– Всё в порядке, только кончик хвоста немного пострадал, но и то скорее символически. Я тут сбоку шерсть удалил, зарастёт проплешина за день, – раздался голос Оллеара.
Друг почесывал насторожившего уши Шарркада.
От его пальцев исходило мягкое светло-лиловое сияние.
Драконья морда скуксилась, пастёнка раскрылась, длинный раздвоенный язык расстроенно повис – и я молча и крепко обняла хвостатую мелочь, присев рядом с ним на землю.
Трава была мокрая, исходила острым запахом леса и ягод.
– Ты же мудрость предков, Лу. Разве твои родичи обижали слабых? – Кошак гневно рыкнул. Мол, кто здесь слабый? Это было просто подлое неожиданное нападение! – Разве правильно в ответ на шутливую перепалку причинять боль? Ты имеешь полное право уничтожить врага, но никак не обижать нашего друга, помощника и союзника. Не жалить в ответ на слово, которое тебе не понравилось.
Я взяла дракона за уши и повернула большую лобастую голову к себе.
Светлые чешуйки переливались под дневными ласковыми лучами.
– Ты понял, что бы неправ, Лу? Больше так не будешь? – Голос мой пролился мягко, умиротворяюще. Прожурчал, смывая гнев и неловкость.
– Не буду, – буркнул дракон, смотря несчастными круглыми глазами. Потерся мордой об мою руку и выпалил, – мне просто... Просто было обидно! Он с тобой везде шлялся, ему разрешили тебя защищать, а меня – услали!
Да. Как слабое и уязвимое звено. Это не льстило драконьему самолюбию. Но ведь несмотря на все его знания, он был ещё дитя дитем!
– На мелких не обижаюсь, – надменно фыркнул кошак.
Вывернулся из рук Оллеара – и исчез в тенях.
– Лу, но ведь ты тоже однажды вырастишь, – я серьезно посмотрела на дракона, – мы все когда-то были слабыми и беззащитными. Ты ведь не хочешь, чтобы мне было больно, если с тобой что-то случится, правда?
– Это называется манипуляция, – уныло фыркнул Лустайя.
Но мгновенно пристроил голову у меня на коленях и царственно проигнорировал речь Шарркада.
– Раз ты такой умный, то будем считать, что конфликт себя исчерпал.
Чешуя была гладкой и приятной.
Интересно, каким был бы Моршерр в виде дракона? Хотелось бы это увидеть однажды.
– А сырники будут? – Шершавый язык лизнул меня в щеку, намекая, что взятки все ещё принимаются. Сладеньким.
– И испуганный торт, пожалуйста, к тревожным сырникам в меню добавь. И я бы не отказался от плаксивого рулета, – Оллеар смеялся в открытую – за что и получил орехом по макушке. Пусть и не от меня.
– Так. Всё будет, но сейчас у нас задание! – Я бодро вскочила на ноги, наслаждаясь тонким и едва заметным ощущением тепла и наполненности.
Ещё пару месяцев назад я считала, что единственное близкое мне существо – отец.
Теперь... у меня есть рыжий вэрд, безумная парочка тварей, сваха-Ишти, родичи живые и не очень и он. Моршерр Декерет. Тот, кого я...
Помотала головой, отгоняя мысли. Никаких соплей, Льяна Тархи. Либо да – либо нет. И решать не мне. Каким бы ни был ответ, я его переживу, даже если будет больно. Но лучше бы тебе, тварь моя когтистая, принять правильное решение. Я не из тех, кто будет горестно вздыхать под луной и ронять слёзы печали.
Я отогнала мысли об отдыхе и тихом безмятежном дне в огромном цветущем саду.
Впереди – целый цветущий лес, и...
– Тихо, – вдруг зашипел Оллеар.
Ухватил меня за руку, увлек за собой под раскидистый сине-оранжевый куст с крупными овальными ягодами.
Лу прополз на пузе за нами, насторожив уши.
Я тоже прислушалась, чутко ловя звуки окружающей нас природы. Ничего опасного. Ничего...
– Вот, смотри! – Пальцы Оллеара больно впились в плечо.
В просвете между деревьями что-то мелькнуло. Сердце судорожно забилось в горле.
Что. Что. Где?
Взгляд зашарил вокруг, выискивая несоответствия в мирном пейзаже.
Вот оно!
Я облизнула пересохшие губы. Между деревьями гнездилось удивительное существо. Длинное и гибкое его тело было покрыто жёстким сиреневым ворсом. Короткие лапы оканчивались четырехпалыми загнутыми когтями. Морда была вытянутой, с большими темными глазами без белка и зрачка. Очень гладкая. Кажется, покрытая светлым панцирем. Округлая, почти добродушная на вид. И грива – длинная, лилово-золотистая, спускалась вниз по шее и заканчивалась где-то посредине хребта.
– Вирвеа, – шепнул мне на ухо рыжий, – учёные до сих пор спорят, относить ли её к виду драконовидных – или к птичье-грифоньим. Впрочем, ей на споры плевать. Вирвеа одиночки, их никогда не бывает много. Самец и самка встречаются раз в сотню лет для производства потомства – от трёх до десяти детёнышей, которые остаются с матерью. Самец исчезает после их рождения. Это, кстати, самец. Причём довольно зрелый. Пару сотен лет ему будет. Они полуразумные хищники, но редко нападают первыми.
– Отличительная особенность – из гривы вирвеа получаются уникальные магические ткани, почти совершенная защита. А ещё они видят сквозь камень, землю, дерево и любые другие поверхности кроме стекла, – вспомнила я прочитанное в библиотеке.
Вытянутая голова с круглым глазом медленно повернулась в нашу сторону.
А я вдруг поняла, что этот самец отдыхает. Он только-только оставил свою самку и детёнышей и очень по ним скучал. Он оставлял их вовсе не из прихоти, а потому что новорожденные плохо переносили мощную ауру отца. Теперь пройдут годы прежде, чем он увидит их снова.
Конечно, это уже не впервые. Годы пролетят быстро, его самка и детёныши ещё к нему непременно вернуться, но всё же...
Я сама не поняла, как послала этому диковинному существу волну поддержки. И картинку древних холмов Шаан'Соэн. Там, в тени густого леса, можно погрузиться в мягкую сладкую дремоту, напитываясь энергией древних сидов, и время пролетит быстрее. А, может, и аура станет легче.
Мы оба – я и Оллеар, дёрнулись, когда дивное создание плавно поднялось, обтекая деревья длинным гибким телом. Издало горловой трубный звук, склонило голову – и заскользило прочь.
У высокого старого тиса остались лежать два клубка искристой переливающейся шерсти.
Глава 12.6.
Мы переглянулись. Откуда-то я знала, что вирвеа отправился к холмам Шаан'Соэн, и что без разрешения хозяина этих мест он не смог бы туда попасть.
– А с тобой выгодно проходить испытания, фейка, – рассмеялся Олли.
В глазах рыжего сияли азарт и теплое пушистое одеяло дружеской приязни.
– Оно как-то само собой получается, не зазнавайся. Следующий ингредиент за тобой, – фыркнула.
– Ой, с вами весело! – Расфырчался дракон. – А пойдем вот туда – ткнул лапой в противоположную сторону, – я там стайку варвиков видел. А эти ящерицы всегда обретаются не только около воды, но и неподалеку от шхусов.
– Шхусы – это те, у которых змеиный хвост вместо задних лап? Такие милые пушистые тварюшки, передняя часть немного на бурундуков походит... Или на вомбатов? – Прищурился Олли.
– И сквозь защиту ходят. Вам пригодится, – согласно кивнул дракончик.
И потопал сквозь переплетение ветвей куда-то влево, где нос чуял влагу.
Шарркад неслышно заскольщил следом за нами в тенях. Кот был слишком любопытен, да и не собирался оставлять меня без защиты – эдакий серьезный охранник.
Удивительно, но путешествие по полному тварей и опасностей лесу я сейчас воспринимала как прогулку. Хотелось бы испугаться и подумать о том, что от прежней Льяна Тархи мало чего осталось.
Но то ли и пугаться нормально я уже не умела, то ли дело было в чем-то другом – теперь я чувствовала себя иначе. Свободной. Спокойной. Уверенной в себе.
Призрак древнего энергата с фейской кровью многому меня научил. И прежде всего – никогда не чувствовать себя одинокой. Не отступать. И не позволять своим страстям взять верх над собой.
– Не ищи каких-то скрытых смыслов, девочка, – светло-золотистые с зелёными крапинками глаза Ллиатароэна Шаан'Соэн были слишком живыми для мертвеца, – жизнь дана для служения, это так. Но это не отменяет счастья. Ты можешь служить семье, роду, клану. И можешь и любить и быть любимой. Быть счастливой. На одном долге далеко не ускачешь. Да и долг без любви – невозможен.
– Как вы справляетесь? – Спросила, не выдержав.
Он, конечно, понял. Я говорила о его смерти. О нынешней форме существования. О том, что в нем нет ни зависти, ни ненависти к живым.
– Я жив в вас, моих потомках, – засмеялся тихо древний хозяин сида.
Прохладные пальцы коснулись моей щеки.
– Однажды ты поймёшь, дитя, а пока – беги, – мне улыбнулись, – кровь твоя играет всё сильнее.
Сейчас я это ощущала. Лес пел для меня. Мне не было здесь неуютно или страшно. То ли сплелись так кровь сидхе и энергатов, то ли магия давала это бесстрашие...
Мир вокруг меня пел и шипел. Я ощущала шорох огромных неприхотливых земляных червей. Недовольный писк мелких пикси. Далёкий шёпот лесов во владениях короля фейри. Шелест неповоротливых бреногов, эдаких активно травоядных броненосцев.
Мне немного не хватало знакомого шёпота моря, но это ведь мелочи, верно?
Глаза улавливали малейшее движение в ветвях. Я так и не стала надевать сапоги снова, бросила их на траве. Потом заберу. Мне слишком хорошо здесь. Слишком нравятся огромные шуршащие кроны. Жалобы деревьев на семью нахальных грызунов шинчи, которые надкусили нежные корни. Шёпот ветвей, которые пели об охоте в грозу, о молниях, разрезающих небо и воздушных скакунах пти-нерах, и водных юрких келпи, которые несли на своих спинах всадниках с прекрасными холодными лицами.
Мы легко отыскали варвиков, ящерок с пятнистой шкуркой, которые всегда могли указать на источник воды. Нашли и парочку толстых ленивых шхусов – они грелись на камне, свесив змеиные хвосты.
С ними договорился Лустайя. Шхусы позволили отколупать у них по чешуйке – те всё равно шелушились. Не уникальный ингредиент, но приятное дополнение, которое могло усилить многие зелья.
А вот ещё спустя час нам повезло наткнуться на василиска. Одного – но зато какого! Крупного, золотисто-зеленого, с гордым красным гребешком и ярко-желтым клювом.
Он только что заглотил какую-то мышь, невозмутимо облизнулся, сыто курлыкнул и начал демонстративно красоваться, приподнимая куцые крылья.
Оллеар щурил глаза и совсем не собирался бежать, вопя от ужаса.
Лу недовольно ворчал, что такие петухи попадают в суп, нечего тут выделываться.
А я чувствовала, что это существо не представляет для нас угрозы. Оно казалось мне странно знакомым. И пахло чем-то знакомым... кем-то...
– Рискнем? – Шепотом вопросил друг.
Чешуя василиска, как и его слюна, ценились на вес золота. Но был риск остаться симпатичными статуями в местном лесу и распугивать собой адептов, служа гнездом и туалетом для птичек.
– Не уверена, что стоит, – почесала нос, – я не чую опасности, но и не чую его эмоций.
А магия души с тварями не работает. Да и способностей тех у меня пока – на один чих.
– Василиски отражают чужую магию, – завозился за деревом друг, что-то доставая, – этот самец не стар, но уже и не мальчишка. Видишь, какая броня на передних лапах толстая?
Длинный хвост змея нервно дёрнулся. Острые уши, состоящие из темно-красных прожилок и трогательно подсвечивающей кожи прижались к голове.
Он медленно поднялся. Я попятилась. Под пяткой громко и протяжно хрустнула ветка. Рыкнул тихо Лу.
– Назад, живо! – Окликнул меня Оллеар.
И в этот момент василиск слишком резко для такой огромной туши развернулся – и уставился прямо мне в глаза.
Глаза у него были удивительные. Большие. Круглые. И как будто прозрачные. В них преломлялся свет. Кружился, перетекал вихрем из одной фигуры в другую. Взвивался куда-то к невидимым небесам – и опадал.
Мне нравился этот свет. Он притягивал. Сквозь заложенные уши я, кажется, слышала чей-то крик. Что-то просвистело у виска, унеслось вперёд – и легко отскочило от шкуры василиска.
Тот приоткрыл клюв, заклекотал громко и насмешливо. Ковырнул землю, вырывая кусок почвы. Прозрачное веко дрогнуло, но не поднялось.
– Аа, с-самочка Мора явилась! Ну, наконец-то! Я вс-сё шш-шдал, шшдал. А обо мне всссе. Забыли. Бросили. Ос-ставили одного во с-ссвете лет. И с-сокровища уже охранять не нужно! Брос-сили! Меня! Мор – засс-сранец! – Обиженно объявила брошенная тварь.
И... вспышка воспоминаний. Я видела его. Очень давно, в тот день, когда попалась впервые Моршерру Декерету. В тот день, когда пришла в замок Владыки Сейлира, терзаясь виной перед отцом и жаждой мести. Его ручная тварь! Тогда василиск напугал меня едва не до обморока. Как же его?
– Ссарш? – Окликнула неуверенно.
И поняла – да. Он.
Я тонко улыбнулась. Шагнула вперёд, отогнав навязчивого мелкого ми-крылана, который был на вид сущей мышью с крылышками и хвостом вместо лап.
Я сладко улыбнулась, окутывая поляну фейским очарованием и пропела:
– Здравствуйте, тирлес Ссарш. Я искала именно вас. Хотела передать вам пожелания сладких, – ну не мышат же, – яств и небольшие извинения от меня лично за то, что лорд Моршерр сейчас немного занят. Бунт магов и кровавые ритуалы отвлекли его от заботы о вашей, несомненно блистательной, персоне...
– Ой, ну кто бы мог подумать, фейка, – с лёгкой дрожью я наблюдала за тем, как василиск неловко отряхивается и перетекает стремительно в мою сторону.
Несколько ударов сердца – и он уже напротив. Смотрит насмешливо, скалится.
Ядовитые глаза прикрыты прозрачным третьим веком.
– Вся пропиталас-сь хос-сяином. И сеточка защитная с-стоит. Куда ушшш, – почти по-человечески вздохнул василиск, – притащишь мне десяток яиц сс-иленго и плюнус-сь вам в пробирку.
– Блистательный, а давайте вы сначала плюнете? У меня и мензурка небольшая с собой есть! Потом мы сразу же отправимся за вашим деликатесом, а ещё немного позднее вы нам пару перьев и чешуйку дадите? У нас ещё зелье для блеска чешуи есть, – рыжий обаятельно улыбнулся.
Да Олли клад ходячий! Дипломат прирожденный
Лустайя выгнул шею:
– А мне? Мне полировку для чешуи и брусок для когтей? – Возопил разгневанный дракон.
– Надо поду... – облизнулся василиск, щёлкнув клювом.
И в этот момент неподалеку, буквально в нескольких десятках шагов от нас что-то грохнуло – и к небу взвились языки пламени. Тревожно заорали птицы , раздался чей-то трубный рёв, писк, клекот, щебет.
В лес пришла беда.
И как всегда – нежданная, названная.
По тонким нитям тьмы в душе как ножовкой прошлись – я вскрикнула.
– Что? Какссс? Убийцессс! – Прошипел василиск.
Миг – и перед нами не милая тварь, а опасный монстр.
– Боюсь, это не браконьеры, – глухо откликнулся Олли, – быстро "глуши" магию и сливайся с местностью, Льяна.
Лицо вэрда превратилось в жёсткую маску. Но я и сама ощущала всем телом.
– Маги. Сильные. Прямо здесь. Они могли прийти... за нами?
Никто из нас не знал сейчас точного ответа на этот вопрос.
Глава 13. Нападение.
Внимание, в главу 12.6 в конце добавлен небольшой кусь, чтобы не дробить главы прошу заглянуть!***Кроны деревьев дрожали.
Пронизывающий холод колол, окутывал сердце, шептал, что прямо сейчас происходит что-то...
Тварь побери, почему для меня даже поход в этот тварий лес заканчивается каким-то сумасшествием!
Сломя голову бросаться к эпицентру событий было нельзя.
Не стоит преподносить себя нападающим на блюдечке. Но вот...
– С-с ума с-сошли. Оповещение о нарушении границы уш-ше отправилось с-стражам Владыки! Как они вообще умудрились попасть на родовые земли? Кто тут такой смелый и безумный? Ладно Мор, но Сейлир их в порошок сотрёт! – Раздалось недоуменное шипение Ссарша.
– Они наверняка чем-то отвлекли стражей, чтобы те среагировали не сразу. Владыка... Возможно, его сейчас нет в Союзе, кто знает? – Задумчиво заметил Оллеар, щуря глаза.
Мы переместились с поляны правее, но не назад, откуда мы пришли, а вперёд – чтобы выйти сбоку от нападавших. Те должны были уже переместиться дальше.
Отступи мы назад – и риск столкнуться с этими... был слишком велик.
– Это неваш-шно. Владыка почует вторжение в любой точке мира. Эти земли стоят на его крови, неучи, – шлёпнул хвостом василиск.
– Я сообщил братьям, – раздался тихий мявк Шарркада. В тени дерева блеснули золотые кошачьи глаза, – они быстро донесут весть до теней Владыки. Но Тень волнуется. Происходит что-то дурное.
– С Мор... – я осеклась.
Это Моршерр Декерет, Черный Палач Владыки тварей. Какое право я имею опекать его и сомневаться в нём?
– Мор живее всех живых, – заклекотал тихо василиск.
Удивительно. Помню, я чуть сознания не лишилась, когда увидела его в первый раз. А теперь ничего. Любуюсь. Думаю, как красиво переливается гребешок и как смешно бегают по чешуе едва заметные светлые пятнышки солнца.
Стой. Пятнышки? Солнца?! Дур-ра! Мы стоим в плотной тени крон, ни единого лучика не просочится!
– Нас нашли, – произнесла, не размыкая губ.
По телу прошла дрожь. Как бы я ни храбрилась, вступать в схватку с превосходящими силами противника...
Медальон и кольцо Шаан'Соэн нагрелись на пальце, отдавая теплом и даря уверенность. Предок знает, что случилось. Он вмешается. Придет на помощь. Я больше не останусь с бедой один на один.
– Забудь о том, что происходит вокруг. Забудь о страхе. Забудь о том, что предстоит. Сосредоточится на одной маленькой цели. Выполнишь её – берись за следующую. Маленькие шажочки. Маленькими шажочками ты придёшь к великой цели, – как наяву услышала я голос дяди Яншела.
Вспомнила, как он учил меня. Вспомнила лицо отца – серьезное, уставшее, азартное, задумчивое, отчаянное.
Вспомнила Моршерра. Мориана. Тёмно-синий жёсткий прищур глаз. Упрямый подбородок. Белая кожа. Острые когти. Он бы не сдался. Никогда не сдался.
А я... я тоже сдаваться не привыкла. Может, размякла немного, но разума не утратила.
– В разные стороны – кувырком. Лустайя, – я споткнулась о яростный взгляд дракона.
Нет, он меня сейчас не услышит. Будет драться до конца.
– Быстро! – Рык вэрда.
Мир вязнет, мигает. В нас летят ловчие сети. Страшно так, что спирает дыхание, но выхода нет.
Есть только то, что ты должен сделать. Страха нет тоже.
– Сдавайтесь. Нам нужна только девка. Парня оглушим, но не убьём, – зычно басит мужчина в странных мерцающих одеяниях. Они скрывают его фигуру, скрадывают черты лица и не позволяют сосредоточиться на перемещениях.
Их шестеро. Нападающих. И душу одного из них я чую сквозь все защитные костюмы.
Гнилую жалкую драконью душонку. Продажную тварь, пошедшую против своих.
Шиакриантоль. Не зря ты мне никогда не нравился, дракон. Так это и есть женишок?
– Льяна Тхи, повинуйся мне, своему владельцу и жениху. Остановись и прикажи своему фамильяру сдаться, – властно произнёс безумец драконьего племени, который не знал, бедняга, что с женщинами так разговаривать не стоит.
Что с землянками, что с жительницами Дагоша. После этого заговоривший получает по лбу, а дама – моральное удовлетворение и разминку.
В руках дракона – желтоватый пергамент с витиеватыми печатями.
Тот самый брачный договор?
Одна из печатей налилась кровью. Воздействие запрещённой магии? На миг мне стало нечем дышать. Подогнулись колени. Я неловко оступилась, земля пронеслась перед глазами, горло сжала сухость.
Но... в следующий миг всё исчезло.
В последний момент я успела выпрямиться и подскочить на месте, сжимая зубы и мотая головой. Острые кончики зубов вонзились в мягкую плоть, отрезвляя.
Шарркад умница, затаился в темноте, пока не выдавая своего присутствия.
Бандиты медленно взяли нам в круг.
– Живее, – зашипел кто-то из "костюмов", – у нас не так много времени, если портал схлопнется – тут и сдохнем!
Значит, портал. Наверняка на крови и костях магических существ. И снова запретная магия. Но иначе они бы сюда попасть не смогли.
– Вы и так сдохнете. Вторжение в родовые земли Владыки Иллдрэггона карается смертью, – лицо вэрда непривычно серьёзно.
Лес вокруг – живой. Он затаился. Затих, как кобра перед броском. Он зол. Волшебные твари... Они тоже здесь. Сущность энергата во мне молода, но даже так я чувствую всем своим существом их яростное желание разорвать чужаков.
Но их что-то сдерживает. Опасения? Вряд ли. Обманка? Чужая магия?
– Если ты не пойдешь с нами, моя очаровательная невеста, дочь предателя всех тварей, – смеётся Шиакриантоль, – то вот эти маленькие бесполезные хвостатые сдохнут прямо сейчас. На твоих глазах. Я просто... Оторву им голову. Говорят, мясо ченхонов даёт магам силу, – смех дракона совершенно безумен.
Он сошел с ума. Когда? Давно. Наверное, в тот миг, когда зависть к более удачливому Горриану обернулась одержимостью. Шиакри был одержим желанием власти.
Мой "жених" смотрел на меня с ненавистью. С яростью. С насмешкой. С брезгливостью.
Он медленно, издевательски плавно открыл крышку корзинки, которую держал в руках.
Я услышала, как сглотнул и коротко выругался вэрд.
Как напружинился ручным огнемётом вспыльчивый Лу.
Как щёлкнул клювом василиск.
В корзинке копошились пятеро детёнышей ченхона. Водяного змея, который обитал в глубоких озёрах и тихих реках. Потомство змеи приносили редко и охраняли так, что можно было точно сказать – родители этих малышей мертвы.
Горло сжало.
На миг действительно мелькнула мысль – может, сдаться?
– Если надумаешь пойти с ним, просто подумай о том, что тогда погибнут не только эти детёныши – Моршерр Декерет уничтожит всё, до чего дотянется. Выпьет энергию мира. А потом эти разбудят море Костей – и нам точно придёт конец, – рыжий вэрд смотрел на врагов в упор.
Я почти видела, как в глазах Оллеара один за другим строятся и рушатся планы.
– Пли, – раздался бодрый вопль позади.
Хрупкая тишина рассыпалась.
Ссарш азартно плюнул в подкравшегося к нам со спины мага. А потом что-то сообразил и мигнул игриво.
Одной уродливой каменной статуей в лесу стало больше.
– Куси его! Сожрать захватчиков! Узурпаторов! Мучителей маленьких невинных ченхонов! – Заголосил Лу.
Как-то особенно, тонко-тонко.
Пошатнулся на миг дракон, затрясли головой бандиты.
Эльдлагские стихийники могли воздействовать на сознание. Вот, значит, как это происходило.
Доли мгновения хватило на то, чтобы прийти в себя и окончательно решиться.
