Текст книги "Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача (СИ)"

Автор книги: Мария Вельская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 25 страниц)

Глава 6.5.

Тени колыхнулись, удлиннились, лорд Моршерр посерел – от усталости?! – но через мгновение темная рука резво потащила к нам упитанное извивающееся животное.

Теперь у капибары были отчётливо видны три змеиных хвоста, на кончиках которых сидели и шипели возмущенным хором змеиные головы.

– Тихрус Эфа. Тварь пятого уровня опасности, – невозмутимо заметил Моршерр Декерет, – любит подкарауливать слабых жертв, пугать и гонять по темноте. Может загнать и до смерти, так что не обольщайся его видом. Зато прекрасно чует магов и может легко определить уровень их силы. Иначе бы не выжил.

– Я буду жаловаться! Теневым грухам! В божественную канцелярию! Владыке тварей! – Вопил капибара, плюясь и шипя, – да я! Да я до самого Палача дойду! – Пискнул, ошалев от собственной храбрости.

Искомый Палач нехорошо усмехнулся. Подтащил хвостатого поближе.

– Жалуйся, – опутал паутиной вкрадчивый голос тварь-лорда, – можешь приступать. Я внимательно слушаю жалобу на самого себя, – длинный коготь лениво пощекотал мохнатое брюшко.

– А-а-а... – Писк. Фырк. Неприятный резкий запах.

– Ой, какая незадача, – разжалась страшная рука, – свои отходы сам убирать будешь, понял? Какие у нас-с жалобы, больной? Обещаю вылечить быстро, эффективно и летально... Я хотел сказать – фатально. Для болезни.

Теплый комок метнулся от лорда Моршерра ко мне.

Тварь-лорд веселился. От души.

– У нас всё хорошо, о Великий и Ужаснейший, мой блистательный, хищный, великолепный господин! Я просто хотел припасть к краешку вашей невероятной силы! – Капибара распростерся по невидимой мне земле, елозя пузом.

Все три змеиные головы кивали ему в такт, высунув от усердия языки.

– Пойдешь со мной, – ткнул коготь мохнатую шкурку. – Будешь делать то, что я скажу. И сцедишь мне своего яда, который ослабляет и блокирует магические способности.

Сейчас, здесь, я видела, как спокойно и естественно получалось у этого мужчины отдавать приказы. Он не сомневался в том, что их выполнят. Его уверенность не была напускной, он не пыжился, не пытался стать тем, кем не является. Он просто – был.

И в груди всё ярче горел опасный огонь восхищения. Пожалуй, в этот момент я была почти влюблена. Немного. Совсем чуть-чуть. Правда-правда.

– Пора возвращаться, – вырвал меня из раздумий неожиданно мягкий шёпот.

Темные глаза смотрели на меня, не отрываясь. Пульсировал нитью вертикальный драконий зрачок.

Моя сила мягко и спокойно струилась по венам.

– Руку, – я тут же вложила свою ладонь в его.

Как девчонка сущая. Но себе не солжешь, Льяна. Ненависть к этому мужчине давно переплавилась в нечто иное.

– Мою пропажу точно никто... не заметил? – Деликатно уточнила.

Ни тревоги, ни страха из-за проведенного испытания не было. Пусто.

– Нет, – короткий ответ, – ни о чем не беспокойся, Льяна. И... – я видела, как он заколебался, но всё же неохотно бросил: – Никому не доверяй. Ограниченно – Даласскому. Но более – никому.

– Хороший совет, – заметила без улыбки.

Мы замерли у самой границы тьмы. Мне казалось, что сквозь темную холодную плёнку я уже вижу очертания сидений. Ещё один шаг, и...

В спину ударил вопрос:

– Эльяаннэ Шаан'Соэн из рода Тхи, согласна ли ты добровольно стать моей спутницей и невестой?

Я обернулась. Он замер в самом центре непроглядной темноты. Высокий, чуждый этому миру, опасный, ядовитый и хладнокровный.

Зловредный капибар собакой жался к его ноге. Тьма глаз уступала место безбрежной синеве. Яркой, летней.

Напряжённо дрожала наша связь. Переливалась, звенела тонко-тонко.

Я уже знала, что отвечу.

Глава 6.6.

– Да, мой лорд, – прошептала, опускаясь на одно колено. В платье так не делают? Плевать. – Я, Эльяаннэ Шаан'Соэн, урождённая Тхи, стану вашу невестой... если вы обещаете уничтожить того, кто сейчас называет себя моим женихом.

Если кто-то думает, что я страдаю всепрощением – нет. Моя отягченная наследственность со всех сторон мне бы этого не позволила. Хватит. Уже достаточно я спускала в своей жизни всё на тормозах.

Глаза в глаза. Мы пьем друг друга – и не можем напиться.

– Согласен, – отрывистый кивок.

– Скрепляю именем рода и благословляю, – тихий звон колокольчиков и короткий свист флейты.

Силуэт Ллиатароэна Шаан'Соэн, истинного владельца сида, на миг проступает во тьме. Его алые волосы змеями обвивают белое лицо. Во взгляде – тепло. Бархатное. Странное.

– У тебя всё получится, дитя, – смеётся призрак.

Миг. Удар сердца.

Реальность плывет, колышется – и выплёвывает меня назад во внешний мир под тысячи злобных взглядов – многие отвлеклись на меня и упустили зелье, и вопли горгоны.

– Вы вылетите с треском из академии, Тархи! Я об этом позабочусь! – голос мастера срывается на визг.

Глупо. Непрофессионально. И очень подозрительно.

Только почему-то никто не стремится ей возразить. Странно, неправда ли?

– Ей намеренно испортили зелье, магистр, – вдруг раздался в полной тишине голос, – вызовите службу безопасности академии.

Самый обычный голос, мужской, со странным ощущением акцента. Как будто ему, как и мне, местный язык не родной и даётся с трудом.

Я резко развернулась назад.

И с размаху наткнулась на умный любопытный взгляд темно-лазоревых ярких глаз. В них было не видно белка.

Лицо адепта пересекал белый шрам с рваными краями. А сквозь густые иссиня-лазоревые волосы проглядывало удивительное ухо-плавник.

– Морской лорд, – разнёсся тихий шёпот.

И аудитория погрузилась в напряжённую тишину.

Глава 7. Подстава.

– Лессу подставили. И я могу это доказать, – морской тварь-лорд как будто совсем не стеснялся чужого внимания.

Холодные, изменчивые, опасные, как окенские воды, его глаза смотрели прямо на меня.

Не мальчишка. Молодой мужчина. Да и молодость – обманчива.

– Вы это сейчас... серьезно говорите, адепт Мьянкори? – Магистр Лаунра Горго́ поджала губы. – Вы понимаете, что будете нести ответственность за ваши слова?!

Она его сейчас уговаривает отказаться от своих слов? Как это понимать?!

– Я должен буду сообщить тирлесу Си-Шаону, что вы, мастер, препятствуете правосудию? – И вроде бы тон адепта почти не изменился.

Но его взгляд. Его осанка. Его манера держаться. Едва заметно приподнятая бровь и искривлённые губы. Такое приобретается только соответствующим воспитанием.

– Я должна буду сообщить, что вы посмели угрожать своему преподавателю? – лесса Лаунра гордо и величаво повернула голову, глядя в упор... на меня.

– Согласно пятому подпункту шестого параграфа второй части уложения о правилах академии, непредумышленное нанесение ущерба академическому имуществу в ходе урока может караться отработкой на кухне, в загонах либо иной несложной работой по усмотрению преподавателя. В случае, если ущерб был нанесен в ходе проверочной либо контрольной работы – наказание то же. Если же в случае нарушения виновен посторонний объект либо другой адепт – вина ложится на них. Ряд случаев может разбираться на преподавательском совете в индивидуальном порядке, – на одном дыхании отчеканила я.

Я могла бы собой гордиться. Настолько досконально устав академии ещё не додумался выучить никто. А мне было нужно... Нужно знать, чего ни в коем случае делать нельзя, чтобы не вылететь. Впрочем, это было давно.

– Считаете себя самой умной, адептка Тархи? – Взъярилась Горго́.

Пальцы сжала, сминая перо, и буравит меня настолько ненавидящим взглядом, что хочется передернуть плечами. Да что я ей сделала?

– Ни в коем случае, мастер. Устав академии должен знать каждый учащийся, – с мягкой улыбкой ответила я.

Поправочка. Попыталась ответить. Вместо улыбки, кажется, вышел оскал. Фейская магия очарования выдавливаться из меня и вовсе отказалась. Тьма энергата была сытой и сонной. Жрать эмоции мастера ей хотелось меньше всего.

– Индивидуальность случая определяется преподавателем, – с неприятной усмешкой презрительно парировала лесса Лаунра, – а я вижу лишь неподготовленную адептку, которая не сумела выполнить задание и теперь пытается выгадать себе что-то. Уже не брезгуете ничьим вниманием, адептка Тархи? – Прошипела мне в лицо.

И скосила взгляд в сторону морского.

Черную ярость удалось подавить с трудом. Зубы так и чесались.

– Нарушение преподавательской этики. Оскорбление адепта. Урон чести благородной леди. Халатное отношение к обязанностям преподавателя. Вы наговорили уже на увольнение. Или мне продолжить? – Оллеар не изменился в лице, когда это произносил.

Друг – а теперь я точно могу называть его так. Только так. Встал рядом со мной. Его глаза холодно блеснули.

Таким – собранным, строгим, величественным – я видела его, наверное, впервые. И не могла не задаваться вопросом. Как вообще и он, и морской попали к нам? Какие у них могут быть проблемы с магией?

Я повернула голову – и заметила краем глаза непонятный взгляд Тайли.

Девушка прикусила губу и, нахмурив брови, сверлила взглядом Оллеара.

– Это неслыханная дерзость, адепт... Даласский! –  Глаза горгоны. Истеричные, выпученные, бешеные.

Как будто сейчас покусает.

– Видя нежелание признавать очевидные истины, мастер, я могу сделать вывод, что вы желаете провала адептке Тархи вполне осознанно, – гулкий звонкий голос морского, адепта Мьянкори, привёл спорщиков в себя.

Ненадолго.

– Да зачем мастеру это делать? Бредишь? А то, что эта Тархи ни одних штанов не пропустит – давно известно, – яростно фыркнул дружок исчезнувшего Линоша. Худой, с неприятным лицом и запавшими глазами, Ярош.

– Поединка хочешь, дурак? Так на местном кладбище благодаря Кайто скоро мест не будет, – шёпотом буркнул кто-то.

– Вы идиоты! Как девушка красивая, так сразу – гулящая! А сами глаза стерли, обзавидовались! – вступился кто-то.

Раздался грохот.

Глава 7.1.

– Ой, – пискнул женский голос, – я нечаянно, простите!

– Нечаянно мне на ногу уронила с "Полный справочник лечебных растений" О. Травителя? – Заверещал паренёк из местных горожан.

– Прекратите балаган! – Завопила мастер Лаунра.

Но разве её кто-то слушал? Вокруг воцарился бешеный гвалт. Кто-то под шумок избавлялся от своего неудачного задания, кто-то лихорадочно пытался начать его сначала, другие призывали деканов, третьи – жаловались, что им не дают работать.

– Это, – я ошеломлённо качнула головой.

– Капец! – Охотно просветил из-под лавки Ишти.

– Олли, – я подняла взгляд на рыжего вэрда. Сглотнула. Точно знаю – таких друзей у меня не было никогда, – ты мне помог. Спасибо. Я не забуду, и...

– Мы же друзья, – моргнул Даласский. Его глаза смотрели с кошачьим любопытством, мигали изумрудными искрами, – мне это ничего не стоило, Льяна.

– Только нас всех теперь со свистом выкинут. Просто чтобы место своё знали, – проворчала Тайли.

Но что-то мне подсказывало, что к декану и ректору нас точно не потащат.

Я уже хотела поделиться своими мыслями, когда дверь с глубоким хлопком отворилась.

На пороге замер тот самый неземной красоты декан расы ллаирэй. Да-да, из тех самых обольстителей. Ллау-ршах?

В его волосах запуталось серебро луны. Серые, с яркой багровой искрой глаза смотрели пристально, с лёгким исследовательским интересом.

Но теперь я ощущала кое-что ещё. Нет, не желание. Опасность. Я всей кожей чувствовала, как опасен на самом деле этот кукольный красавец. Не хуже энергатов, если не считать, конечно, личных теней Владыки.

На миг наши взгляды скрестились. И мне едва заметно кивнули. Или примерещилось.

– Профессор Лаунра, меня послали разобраться с тем, что у вас происходит, – зазвенел пленяющий, но совершенно лишенный эмоций голос, – гвалт стоит по всей академии. Господин Леандаррон Си-Шаон недоволен.

Моршерр нажаловался ректору? В этот момент мне стало и неловко, и смешно, и грустно. Вот где бы я была без тварьей протекции?

– Н-но тирлес Ллау-ршах... – профессор тоже была женщиной. И не смогла удержаться – она буквально раздевала равнодушного мужчину взглядом, – это действительно возмутительное происшествие, но совершенно рядовое. Адептка не справилась с заданием.

Ещё немного – и утащит его под стол! Хвать – и Кусь!

– Из-за вас испытание сорвано, – бледная и величавая тварь в лице декана подняла голову – и окатила всех презрением из-под ресниц, – ректор очень недоволен, профессор, – и так он выделил это слово, что строгая и злая Горго́ почти посерела.

– Так это правда было испытание, тирлес декан, – проворковала полненькая брюнетка, едва не вываливаясь из корсета.

Я невольно посочувствовала и декану, и его избраннице, если таковая когда-нибудь будет. Сложно им придется. Слюнявчиков и губозакатывательных машинок на всех не напасешься.

– Верно, адептка. Но если вы до сих пор этого не поняли – вы уже провалились, – обжег ойкнувшую девушку взглядом ллаирэй.

– Позвольте, так зачем вы, – Горго́ не знала, что сказать, замялась.

Явились? Так он сказал. Вмешались? Приказ ректора. Будете делать?

Глава 7.2.

– Мы разберемся в происходящем прямо сейчас. А затем подведём итоги испытания. В виде исключения работы тех, кто почти справился с заданием, однако всё же отвлекся на этот безобразный скандал, будут зачтены с небольшим понижением оценки, – так же невыразительно закончил мужчина.

– Ура, – раздался чей-то неуверенный шёпот.

Я не знала, что думать. Ну не вызовут же сюда Шагреанта Тиранталя? Несмотря на своё героическое прошлое и славное настоящее, этот юркий толстяк вызывал у меня смешанные чувства.

Видеть его не хотелось. Тьма в венах шептала что-то смутное.

– Прошу извинить, что перебиваю, но, декан Ллау-ршах, как будет происходить разбор поле... – я осеклась. Снова что-то из прошлой жизни? – происходящего?

На миг серые глаза с алыми искрами посмотрели прямо на меня. Внутри что-то дрогнуло. Но... в моём сердце свила гнездо совсем другая тварь.

– Думаю, я смогу ответить на ваш вопрос на практике. И совсем скоро, – сухо пропел ллаирэй.

Тонкие черты его лица продолжали искушать адепток. Никто, казалось, не видел, как плавно он двигается, как легки и отточены его движения. Как смертельно опасно это прекрасное существо.

– Конечно, декан. Благодарю за ответ, – ответила едва слышно.

Я волновалась. Вопреки всем доводам разума. Вопреки тому, что понимала – это глупость. Любое серьезное расследование подтвердит, что я ошиблась не сама. Здесь ведь не люди – маги работают.

– Всё будет в порядке, – Оллеар улыбался.

Ишти медленно выполз из-под стола и уселся мне на колени. Эршера распушил шерсть, смешно прижал кожистые уши, расправил крылышки – и развалился, урча. Ритуальный почес. Куда же без него?

– Мьянкори Черная Акула, – раздался над моим ухом звонкий холодный голос.

Я повернулась и задрала голову, продолжая почесывать Ишти.

– Льяна Тархи. Пока – именно так, – перстень рода Шаан'Соэн на пальце нагрелся, унеслась вдаль мелодия колокольчика.

– Ты ничего мне не должна, лесса Тархи, – уставившись на меня своими дивными безумными глазами, шепнул морской.

Показалось, что море накатило приливом.

– Осмелюсь предложить тебе дружбу, лес.

– Я сейчас опи... – Ишти поперхнулся и добавил, – описать не могу, в каком офи... восторге!

Я встала, придерживая увесистое тельце мыша. И протянула руку, согнув в локте.

Здесь руки пожимали редко. И больше – люди.

Мгновение спустя мне показалось, что я сделала глупость. Невыразительное лицо морского, на котором выделялись только глаза цвета волн – застыло. Кажется, даже голоса вокруг стали тише. Отступать я не привыкла, как и сожалеть о сделанном. Поэтому просто стояла, протянув руку, и смотрела в глаза этого странного адепта.

Как хорошо, что тварей и тварь-лордов я больше не боюсь. Было бы неловко, если бы я сбежала от него, подобрав юбки и подвывая от ужаса – мелькнула и пропала ироничная мысль. Сердце гулко забилось в ушах. Забухало, заставляя кровь быстрее бежать по венам.

– Принимаю дружбу и то, что предложишь, – сверкнул глазами Мьянкори.

Локти сцепились. Пальцы переплелись.

Глава 7.3

– И-ик, – буркнул мышь, – а Акулы – это не те, которые обожают корабли топить, которые им не угодили? А человечков жрать?

– Не люблю тухлятину, – наморщил нос Мьянкори.

– Не любишь, как же. У меня жених теткин пропал, в море вашем сгинул, – фыркнула Тайлинэ, – а магом он был – дай каждому.

– Я не слежу за другими. А человеку в море легко пропасть, – тонкие губы Мьянкори раздвинулись в недоброй улыбке.

Адепты вокруг тихо шумели. А потом – зал накрыла тишина. Может, потому, что в этот момент в аудиторию быстрым шагом зашло ещё двое преподавателей. Оба – мне незнакомых. Но один из них точно был морским – и его форма с изображенным на ней коарэнисом навевала воспоминания о змее глубин. Ректоре. Личная охрана?

– А теперь начнем, – дёрнул уголком губ декан Ллау-ршах, – хотелось бы успеть если не на обед, так хотя бы на ужин.

Господа медленно проследовали к первому ряду парт. Ни один из них, казалось, даже не обратил внимания на побуревшую от ярости преподавательницу.

Госпожа Лаунра осталась в меньшинстве, но едва ли сдалась. Такие не отступают до конца – всё отрицают и гадят из-за спины, по головам идут. Я знала, просто знала – Мьянкори прав. Мастер продалась. Кому-то, кому нужен был мой провал и изгнание из академии. Тем же людям, которые забирали опозоренных девушек? Тем, кто хотел принести их в жертву и... что? Пробудить море костей и исполнить своё сокровенное желание?

Но зачем теперь, когда уже ясно видно, что я не слабая магичка?

Я на миг отвлеклась от опрашивающего адептов морского стража.

Какая-то мысль. Идея, которую я упускаю. В самом деле, ведь им – этим заговорщикам, этим тварям – по внутреннему содержимому, а не происхождению, нужны были девушки почти без магии. А я...

Замерла, ошеломленная.

А ведь я и сама не знаю, сколько во мне сейчас магии. Да, по виду я – как будто полукровка фейри.

Но если мой "жених" среди заговорщиков. Если ему зачем-то нужна именно я – та, какой была совсем недавно, они могут посчитать, что игра стоит свеч.

Вопрос в другом.

А зачем на самом деле в невесты нужна была именно я? Я – дочь рода Тхи? Я – кукла фей? Я – без магии? Ничего из этого во мне, кроме крови отца, не осталось. Я энергат. Я Шаан'Соэн. Я несу в себе кровь фейри и благословение их короля.

Это... пугало. Но чем дальше – тем меньше.

– О чём задумалась? – Оллеар пихнул локтем.

Лицо рыжего осветила лукавая улыбка.

– О тщете всего сущего, – зевнула.

И ощутила усталость. В груди скреблось ощущение, что скоро будет не продохнуть. Предчувствие неприятностей? Страх перед Тенью Владык?

– Не слишком увлекайся. Тщетны только наши попытки это самое сущее подогнать под привычные нам рамки, – хмыкнул вэрд.

Мьянкори ушёл сторожить своё зелье – наверняка выполненное идеально.

Комиссия заканчивала опрос адептов.

Тревога вернулась, нахлынула, царапая коготками.

– Итак, мы ознакомились с материалами дела, – сухо заметил так и не представившийся морской страж, – теперь мне бы хотелось обратиться напрямую к каждому из вас, адепты.

Голос у него был красивый. Глубокий. Низкий.

Декан Ллау-ршах чему-то надменно улыбался, смотря сквозь нас. Но я заметила его быстрый взгляд в сторону морского. А потом – на меня и куда-то вбок.

– Прошу каждого из адептов, кто считает, что разбирательство должно состояться, поднять руку и сотворить знак "Ясности ума".

Сердце забилось в висках, на миг горло перехватило от приступа удушья.

Оллеар поднял руку. Подняла её и темноглазая девушка по соседству с нами – я так и не смогла вспомнить, как её зовут. Тайли. Ещё какой-то парень из оборотней.

Лес рук. Нет, было много и тех, кто равнодушно промолчал. Но тех, кто поднял руки, было гораздо больше. Гораздо.

– Очень хорошо, – сухо кивнул морской, – а теперь поднимите руки те, кто считает, что адептке Тархи намеренно помешали закончить зелье. Понимаю, что многие из вас были заняты заданием, другим и вовсе было не разглядеть, что происходит. Так что я прошу ответить только тех, кто действительно мог что-то видеть.

Я прищурилась. Зачем он это делает? Прикусила изнутри губу. Леди должна оставаться безупречной. Всегда. А не строить рожи.

Что нужно этому... дознавателю? Какой ответ он хочет получить? Вряд ли кто-то мог видеть что-то действительно важное...

– Я сидел рядом и видел, как Льяна готовила зелье. Она одна из лучших зельеваров потока, ошибка исключена, – отрезал Олли.

Жаркое чувство благодарности выплеснулось наружу.

И тут же сменилось лёгким посасывающим ощущением... голода?

– Я уже высказался. Сверху хорошо видно. И откуда кидали. И даже, возможно, кто, – раздался ленивый голос Мьянкори.

Странный, странный морской.

Я завертела головой, натыкаясь на десяток поднятых рук. И застыла, споткнулась о Тайлинэ. Полукровка сидела, уткнувшись взглядом в стол. Глаз она не подняла, даже когда явно ощутила, что на неё смотрят. Как и руки.