Текст книги "Банальная история (СИ)"

Автор книги: Мария Мясникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

Посол Зитри, смуглый пожилой человек с непроницаемым выражением лица, на разговор согласился. Витиевато выразив восхищение встречей со столь великим и, безусловно, могущественным Владыкой, мужчина склонился в подобострастном поклоне. Странное одеяние, расшитая чудными птицами и змеями помесь мантии и тоги, коснулось земли. Интересно, среди этого народа принято носить элементы герба родины на одежде или рисунки – причуда резидента шаха в Олире?

Чувствовал зитриец легкое опасение пополам с недоверием, но оглушающей ненависти нитрианцев не испытывал. Кир бы сказал, что Эльлади очень любопытно, что для дипломата такого ранга почти непристойно.

Киру тоже было бы интересно пообщаться с доброжелательно настроенным аборигеном, но от происходящих переговоров зависело слишком многое, чтобы можно было просто говорить.

С другой стороны, поведение зитрианца внушало надежду на благоприятный исход. Учитывая, что большинство представителей сопредельных держав старательно делало вид, что их здесь нет, то поведение зитрианца можно рассматривать как дружелюбное. Ставка на вменяемость и идеологическую незашоренность собеседника пока оправдывалась.

Прогулка по прилегающему к дворцу саду проходила весьма плодотворно. Эльлади жонглировал намеками, доброжелательно улыбался, и нюхал окрестные цветочки. Кир старался не отставать, чувствуя как от оскала сводит челюсть, и больше молчал – словоохотливость зитрианца ему была чужда.

– Великий визирь не против протянуть руку помощи, о Владыка Тьмы, – величественно возвестил посол, а после перешел на доверительный тон, – единственно, о величайший, визирь опасается, что время мимолетно и ветер перемен дует так часто, что сегодняшние союзники часто уходят. Уж простите недостойного за столь крамольные слова.

Замявшись, посол сделал вид, что рассматривает очередной экзотический цветок, на сей раз, ядовито-фиолетового цвета. На его месте, врач бы не нюхал столь кислотное растение с такой старательностью – мысли о его ядовитости возникали просто сами собой.

Стоило, конечно, думать о формулировке ответной ремарки, а не об особенностях ботаники чужого мира, но мысли, отчего-то, метались впавшими в панику при виде кота мышами. Следовало признаться, дипломатические танцы в набор кировых умений, увы и ах, не входили.

Зитрианцы опасаются, что Темный Властелин не сможет или не захочет выполнить взятые на себя обязательства – вполне резонные опасения, ведь и сам "властелин" не был уверен, удастся ли продержаться ли до зимы, не сойти с ума от присутствия чужой и ненужной силы, не умереть от удара в спину…

Полы длинного одеяния посла, шелестя, волочились по протоптанным садовым дорожкам

– Да, людям это свойственно, но, к счастью, я вечен, – намекнул Кир, не придумав лучшего аргумента, – и предпочитаю заключать договоры на века.

– Я рад, что Господин Севера развеял опасения ничтожного, ведь нет ничего лучше долгой и нерушимой дружбы, – почти пропел посол. – В знак достижения взаимопонимания я бы осмелился обратиться с небольшой просьбой…

Просьба оказалась скорее ультиматумом, изрядно приправленным сахаром и улыбками. Что ж, Эльлади – не промах. Воспользоваться затруднениями противника он не постеснялся, за что Кир винить его не мог – дипломат должен, в первую очередь, заботиться о благе собственной страны. Требования зитрианца велики, но не неподъемны – торговые преимущества для соотечественников, отмена таможенных пошлин для них же, особые привилегии при покупке некоторых товаров и право на разработку нитрианских соляных копей. Взамен Зитри продаст им зерно и даже будет поддерживать нейтралитет. Разумеется, выцыганенные блага не помешают зитрианцем торговать хлебом втридорога – ведь в кои-то веки они окажутся монополистами. Но на безрыбье и рак – рыба.

– Конечно, мы не отказываемся доставить радость друзьям, – согласился разделить шкуру не только не убитого, но и злющего медведя Кирилл. И, припомнив подзабытые навыки, не постеснялся начать торговаться.

Адриан, Герцог Норэ

Когда герцог возвращался, он не думал, что возвращается в никуда. Постепенно тактическое отступление сменилось на демоны знают что: в армии царили упадочные настроения, люди то жаждали реванша, то оплакивали почти поражение. Адриан же никак не мог перестать беситься: любое напоминание о предательстве союзников выводило из себя. Нет, люди могли предать, человек слаб и ненадежен, но как решились на измену пресветлые и вечные? Вместе со злобой накатывало жгучее разочарование.

Впрочем, изменники Врага не спасут – объединенные силы Светлого круга раздавят его как червя, коим он и является. Лето заканчивается, но до зимы еще далеко, да и колесо времен войне не помеха.

И все же Темный Властелин оказался куда хитрее и коварнее, чем герцог представлял. Не стоило недооценивать врага, тем более такого.

Зато Судьба, оскорбленная присутствием в Мире Зла, была на их стороне. Адриан сам не понимал, что заставило его выбрать узкий тинский тракт, а не ломануться через Приграничье, но мимолетная прихоть оказалась решением, спасшим их шкуры. Позже, раздумывая о превратностях капризницы удачи, герцог предположил, что, возможно, вмешалась Зеленая Матерь или столь почитаемый простонародьем Данан. В любом случае, захваченные территории они миновали без потерь и слава

всем

Богам.

Армия временно разбила лагерь возле Лирны, небольшого городка, известного лишь благодаря здешнему козьему сыру. Сам герцог с офицерами воспользовался гостеприимством местного владетеля, немало удрученного происходящим в стране.

До провинциального нобиля доходили лишь слухи, но и они были пугающими. В результате, бедняга настолько был рад присутствию воинов, что согласен был кормить всю толпу, лишь бы чувствовать себя в безопасности. Трусость дворянишки оскорбляла всю знать, но пока она приносила пользу, герцог держал свое неудовольствие при себе.

И все же вести из глубины страны озадачивали, поэтому Адриан, прежде чем предпринимать какие-либо действия, рискнул связаться со старыми друзьями и вновь попал в цель.

Приграничье перешло на сторону Врага, столица сидит в осаде, а Орона вывесила алый флаг с черным кругом, извещающий о присутствии в городе Черной смерти. По Нитриану спокойно передвигаются вражеские армии, возникающие из воздуха. Что ж, разведчиков, отправленных в Темную Империю и доносивших о куче диких варваров, не способных договориться между собой, следует сварить в кипящем масле. Непременно следует.

Но, прежде всего, нужно спасать Нитриан.

Глава 17

Керлиан

Нынешнее воплощение явно отличалось излишней склонностью к авантюрам: ухитрившись осадить Олиру, господин тут же потерял свои позиции в уже захваченных областях. Небольшая часть владетелей присоединилась к победителю, основная масса же дожидалась подходящего момента. И дождалась.

Нитриан встречал темные легионы неприветливо: им довелось разбить несколько довольно крупных отрядов, не считая того, что леса просто кишели странными разбойниками (по утверждению напуганных бургомистров), норовящими напасть только на хорошо вооруженных чужаков; некоторые колодцы радовали отравой, а замки знати вместо гостеприимно распахнутых ворот встречали раскаленной смолой и стрелами. В отсутствие крупных армий нитрианцы благоразумно перешли на мелкие пакости.

Понятно, зачем Повелителю так срочно понадобилось их присутствие: пока он развлекался в центре, уже захваченное приграничье поняло восстание. Но почему хозяин не оставил ни одного гарнизона, кроме как в Ороне? Да еще и всех новоприсоединенных союзников потащил с собой?

Политической изворотливости повелителю точно не хватало, видимо, высчитать последствия своих решений хотя бы на несколько ходов вперед оказалось для него непосильной задачей. Зато самомнения у господина всегда было на десятерых…

– Думаешь, он рискнет начать строительство Темной Империи отсюда? – поделился сомнениями с товарищем Керлиан. Нитриан хозяину при всем старании не переварить, но вряд ли он с этим согласится.

– Не знаю, выхода-то все равно нет, – пожал плечами Дитрих, пришпоривая своего вороного, – тут или рискнуть, или совсем не дергаться и ждать пока тебя раздавят.

– Ладно, – обычно светлые по неким причинам всегда давали им фору, но не на сей раз, – чем быстрее все закончится, тем лучше.

За время марша леди Лесса наконец-то выучилась приемлемо держаться в седле и перестала ныть каждые пять минут. Керлиан невольно преисполнился признательности к Виленту, выдрессировавшему несносную девчонку.

В дороге рыжее чудовище не скучало, а, пользуясь случаям, раздавало намеки появившимся кавалерам, особенное внимание уделяя одному из нитрианских командиров. Молодой полковник уже чуть ли не в рот заглядывал предприимчивой девице.

Пару раз Лиан становился свидетелем сцен, развивавшихся примерно по одному и тому же сценарию: полковник гарцевал вокруг девушки, та интересовалась какой-либо глупостью, позволяющей своему рыцарю покрасоваться… Все как в дурной лурнской пиесе.

– Ольрик, – манерно растягивая слова, спрашивала леди Лесса, – у вас такие интересные замки. А почему бойницы такие узкие?

Нитрианец, тенью ходившей повсюду за девчонкой, тут же принимался читать лекции по архитектуре и фортификации, а его собеседница восхищенно вздыхала, накручивая длинную прядь на палец.

Если бы Лиан не слышал от нее парочку неожиданно дельных замечаний по поднимаемым темам, то в искренности маленькой лицемерки даже не засомневался бы. Но глупенькой и наивной девочкой рыжая стерва умела притворяться просто великолепно.

Не отставал от нитрианца и имперец, благосклонно принимающий все выкрутасы леди Лессы. Керлану казалось, что для Антония командиром была она, а не Дитрих.

При этом все свои маневры Лесса проводила в отсутствие Вилента, зачем-то задержавшегося в охваченной крысиной смертью Ороне. Палач выискивал в городе непойми что и занимался неизвестно чем, а его возлюбленная искала ему замену.

Апофеозом ухаживаний стало засыпание дамы сердца цветами – полковник окончательно потерял голову от любви.

– Моя леди, – тщательно выглаженный мундир, почищенная сбруя, помытые волосы – столь основательная подготовка полковника к встрече достойна похвалы.

– Что здесь происходит? – тихо поинтересовался Ильнар, со все возрастающим недоумением наблюдая за интересной сценой: нитрианский командир торжественно вручал сестре Темного Властелина охапку гортензий.

– Догадайся, – неодобрительно отозвался Дитрих. Рыцарь подобное легкомысленное поведение не одобрял, но вмешиваться не спешил. Как и раскрывать глаза бедолагам, которых тщательно водили за нос.

И все же изворотливость рыжей гадюки Лиану начинала нравиться. Осталось лишь понять, чего Лесса хочет этим добиться.

Впрочем, цель леди Лессы тайной пробыла недолго.

Пограничье пылало. Передвигаться по схватившейся за мечи территории быстро не получалось: вражеская конница стремительно налетала во время марша, рушила с трудом организованный Дитрихом порядок и сбегала, оставляя трупы и раненых. Ответить им не представлялось возможным: нитрианцы обладали лучшим знанием местности, на их стороне был фактор внезапности и поддержка жителей. Своих же всадников не было, так что Дитриху оставалось только беситься. И все время быть на стороже, разумеется.

Не гнушались бароны нападать и во время ночевок, предварительно перерезав глотки дежурным, чтобы те не подняли тревогу. Эльфы нагло игнорировали нападавших, держась особняком и реагируя лишь в тех случаях, когда дело касалось их самих, на приказы же Дитриха эф-Ноэль чихать хотел. Предатели-люди также не спешили поднимать оружие на бывших братьев, так что выкручиваться приходилось самим.

Тем временем, у повстанцев появился предводитель – некий граф Эстам, бывший бургомистр Ороны. Граф хвастался тем, что не побоялся лицом к лицу встретить Врага, а после сбежал из его узилища. Про храброго графа начали слагать баллады, злобно высмеиваемые леди Лессой.

Граф прямого столкновения избегал, здраво рассуждая, что в таком случае его деятельность закончится очень быстро. Тактика же, принятая им ранее, подходила куда как лучше: отщипывать по кусочку от медлительных и несобранных легионов, минимизируя свои потери и выжидая.

Кроме того, им еще придется возвращаться этим же путем, а крестьяне уже начали прятать продукты. Тех крох, отнятых силой, катастрофически не хватало. Сейчас лето, лошадей немного и обойтись подножным кормом они могут, с людьми сложнее, но не сильно. Вот осенью или зимой, когда они будут драпать с чужой армией за плечами, граф за все отыграется.

Так что если они хотели избавиться от Эстама, действовать следовало немедленно. Только вот лично Керлиан ничего предпринимать не собирался. И никто из них не собирался: к чему напрасные трепыхания, карательные акции, если все всегда заканчивается одинаково – поражением? Тем более, злорадно напоминал Дитрих, повелитель на этот счет распоряжений не оставлял.

Леди Лесса, просвещенная насчет воинских премудростей неким доброхотом, придерживалась противоположного мнения и требовала от Дитриха решительности и беспощадности. Но за неимением Вилента поддержать ее было некому. Ильнар, после долгих сомнений, все же склонился на сторону старых товарищей, хотя и с изрядными оговорками. При эльфах соображения не взывать к возмездию Лессе хватало, а вот имперцам отыгратся за бесславное прошлое хотелось. Дитриху даже пару раз пришлось напомнить, что командующий пока еще он. Вот только так считали не все.

Отправленный в арьергард Антоний и присоединившаяся к нему часть предателей решили действовать на свой страх и риск. Кое-кто из нитрианцев родился в этих мест, и знал, что владельцем одного из восставших замков был брат графа. Там же временно проживала невеста Эстама. Как выяснилось в дальнейшем, Антоний (Лесса?) просчитал, что граф Эстам, потеряв родичей, точно кинется мстить.

Дитрих о затее узнал поздно, после того как одним утром они не досчитались полка Ольрика вместе с изрядной частью имперцев под командованием Антония (часовые тут же были повешены в полном составе, но ситуацию казнь не изменила). И, конечно (куда же без нее), леди Лесса также пропала.

Вилент, наконец догнавший армию, сразу же спохватился, заметив пропажу любовницы. К счастью, у предприимчивого палача оказались при себе рыжие пряди: при наличии бережно вынутых из запазухи и розданных волос сплести поисковые чары и поставить стационарный маяк труда не доставило. Разведчиков на поиски можно было не отправлять.

Лиан зачем-то сохранил рыжий волос.

– Выдрать бы ее, – мечтательно предложил Дитрих, вынужденный гоняться за взбалмошной девицей и самовольно покинувшими войско уродами, – девка, конечно, огонь, еще бы не лезла постоянно в мужские дела, вообще золотом была бы.

Керлиан закашлялся и ничего не ответил.

Когда они подъехали к замку, тот уже был захвачен. Антоний довольно инспектировал сокровищницу, солдаты выкатили во двор бочки с вином и предавались веселью с замковыми женщинами.

Их тут не ждали, но и волноваться из-за их присутствия не собирались, как и оправдываться впрочем – авторитет Дитриха в армии упал до критической величины. Подобного провала в карьере темного рыцаря еще не случалось.

В общем, победители, которых, по здравому размышлению, стоило бы судить, развлекались, Вилент искал свою любовницу, а Дитрих пытался навести хотя бы жалкое подобие дисциплины. Керлиан стоял посреди всеобщего бардака и чувствовал себя как никогда лишним.

Через несколько часов порядок был наведен, пьянка прекратилась, сестра хозяина нашлась, а также выяснилось, что невесту графа захватили живьем. Выволоченная во двор замка девушка умоляла о милосердии, стоя на коленях.

– Разве мы не милосердны? – тут же картинно изумился Вилент. – Вы умрете быстро и почти безболезненно.

Умерла девица действительно быстро, а то, что произошло

до

этого – что ж, им тоже надо было снять напряжение. Чистоплюй Дитрих, правда, отказался, но у рыцаря всегда было странное отношение к женщинам, а они с Бальдуром неплохо провели время и без него.

Семейство повстанца развесили на стенах его же замка, мертвецы раскачивались в петлях в такт известной лишь смерти мелодии. Дитрих собирался вместе с ними повесить и нарушивших приказ, но Лесса от имени брата пригрозила большими неприятностями, и рыцарь плюнул и сдался.

Следущее утро выдалось на удивление мерзким. Прогулка по стенам, призванная помочь справиться с похмельем, ожидаемого результата не принесла, зато Лиан вспомнил, что не видел Лессу с вечера, а она, хоть и ведьма, но все-таки девушка, и находиться в окружении разгоряченных и потерявших контроль солдат для нее не вполне безопасно. Тут же пригодился сохраненный волос – девчонка сразу же отыскалась, причем поблизости. Наверное, у нее какая-то тяга к башням, иначе с чего бы ей откровенничать именно там?

Она стояла, прислонившись к стене, сложив руки на груди и выставив перед собой подбородок, нитрианец застыл рядом с ней на неприлично близком для достойной девушки расстоянии. Парочка яростно спорила, никого не замечая вокруг. Судя по его словам, полковник собой точно не гордился, но для сожалений было поздновато.

Он со всего размаху ударил кулаком по стене, сдирая кожу, она вцепилась в его руки. Следовало уйти, но Лиан машинально сотворил подслушивающее заклинание.

– Рик, ты, – голосок дрожал, – ты поступил правильно…

Лиан не сомневался, что заглянув в лицо рыжей лгунье, увидел бы слезы.

– Правильно? – безумно ухмыльнулся Ольрик. Предателю было впору посочувствовать: их и так ненавидели, а уж сейчас тем более: теперь перебежчикам дороги назад нет, светлые такого не простят.

– Я… Я люблю тебя, – почти повисла на нитрианце девчонка, обвив его шею руками.

Керлиан искренне пожалел, что Вилент опять не застал столь красноречивую сцену. Что ж, девчонке талантливо удавалось сделать так, чтобы ее мужчины не пересекались.

Воронье терпеливо ждало, когда надоедливые создания уйдут прочь, и можно будет приступать к пиршеству, живые выясняли отношения, а мертвым было уже все равно.

Граф предсказуемо возжелал мести: свою невесту он очень любил, вдобавок, потерял голову настолько, что решился на прямое столкновение. И тут уж Дитрих проявил себя на высоте: в тактическом плане рыцарь значительно превосходил противника. Неудивительно, что бой закончился разгромом повстанцев.

Графу повезло погибнуть в честном бою, от руки Бальдура. Голова Эстама была тщательно упакована (чтоб, не дай Небо, не испортиться) в подарок повелителю.

– Вас стоит поздравить, леди? – бродившая среди трупов Лесса выглядела эльфийской Девой Смерти, не хватало лишь острых ушей и серебряных волос.

– Ммм? – край длинного плаща, волочившегося по земле, испачкался в крови.

– Вы добились своего, – счел нужным пояснить Керлиан.

На обычные фразы Лесса прореагировала излишне эмпульсивно.

– Да пошел ты, – яростно тряхнула гривой она и сбежала.

Хамству девчонки Лиан ни капли не удивился: ей такое поведение было присуще изначально, с другой стороны, она скорее была склонна скандалить и ругаться до последнего, чем избегать ссоры. Но конфликт на этом не завершился – через несколько часов его разыскал Дитрих, решивший свалить на него неприятное поручение.

– Рыжая пропала, – тоскливо булькнул он, отложив любимую, пережившую бесконечное число войн и потрясений, флягу, – будь другом, поищи, а?

Хозяин явно не обрадуется, если с девчонкой что-либо случится: она ему зачем-то нужна. Вот только желания ехать за ней у Лиана нет никакого.

– Почему я? Пусть Вилент ее ищет, – в конце концов, это демонов палач с ней спит, а не он.

– Потому что он занят, – отрезал приятель, – а тебе все равно нечем заняться.

Представив

чем

именно занят Вилент, вызвавшийся поговорить с кое-кем из окружения графа, Керлиан мгновенно почувствовал себя дурно.

Парочка поисковых заклятий и дело сделано. Осталось надеяться, за прошедшее время с девицей ничего страшного не случилось. Должна же она догадаться взять сопровождающих. Найти ее не составит труда, заодно и проветрится.

Под копытами трофейного коня хрустит гравий, цветы начинают отцветать, их запах становится по-осеннему острым, сухим и чуть горьковатым. Заклинание ведет вдаль от замка, к реке.

Обрыв, внизу блестит, отражая солнечные лучи, река, а на краю застыла тонкая фигурка и рядом никого – так он и думал, рыжее кошмарище разгуливает в полном одиночестве. Серая лошадка привязана к высохшему дереву орны, приносящему несчастья молодым девушкам по местным легендам. Хотя леди Лесса сама кому хочешь несчастья принесет.

Заинтересовавшийся присутствием кобылы конь возбужденно запрял ушами. Кобыла приветственно заржала, и лишь тогда девушка соизволила обернуться.

– А, это ты, – с разочарованием произнесла сестра Повелителя. Хотела побыть одна или ожидала кого-то другого?

Лиан подъехал чуть ближе: сверху открывался чудесный вид. А вот сказать тоже о девушке не получалось – выглядела она не особенно хорошо, да и вела себя непривычно тихо.

– Не нравятся трупы? – вряд ли она видела много смертей и уж точно не понимает, куда они все вляпались. – Привыкай. У тех, кто следует за твои братом, руки оказываются по локоть в крови.

– Мне их не жаль, – упрямо мотает головой Лесса, – никого. Из маленьких волчат вырастают волки, слабые противники становятся сильнее – так зачем ждать, когда они смогут вцепиться в горло?

Похожие сентенции изрекал Вилент – их леди уже говорит с его слов?

– На твоем месте я бы не сильно слушал Вилента: ты для него лишь прихоть. Чуть запахнет жаренным и он бросит тебя, не задумываясь.

– Пустяки, у меня ведь есть еще Антоний с Ольриком, – улыбнулась, – и ты. Ты ведь меня не бросишь, правда, Керлиан? – в чужом взгляде рыбкой из глубины всплыли тщательно прорепетированные обожание, восхищение и любовь, его имя прозвучало неземной мелодией. Вот же тварь!

– Считаешь, все вокруг слепые глупцы? – горло перехватило от ярости.

– Я обязана отвечать? – Лесса обошла его по кругу, как проклятого, отвязала кобылу и несколько неуклюже забралась в седло. Теперь они могли говрить на равных (Лиан так и не спешился), но продолжать беседу девчонка не собиралась.

– Ты – всего лишь маленькая тварь, – ветер растрепал рыжие волосы, подхватил и унес зеленую ленту, и уже свободные пряди змеями танцевали в воздухе.

– А ты – предатель, подонок и убийца, – узкие руки в бархатных перчатках сжали поводья.

– Не смей, – буквально задыхаясь от злости, потребовал Лиан. Да что она вообще о нем знает, чтобы судить?

– От того, что я промолчу, черное не превратится в белое, правда не перестанет быть правдой, ложь – ложью, – отвлеченно заметила Лесса.

– А ты – шлюхой, – вырвалось у Керлиана. О словах он пожалел почти сразу же, но как ни странно, рыжая не обиделась.

– Видишь ли, жить очень хочется, вот и приходится вертеться. Будем считать, что этого разговора не было или мне пожаловаться брату?

Лиан четко представил, как будет смотреться кровь на черной куртке, как вокруг рыжей головы появится алый ареол, как чужое тело летит с обрыва и живописно раскидывается внизу. От сладких грез оторвал топот копыт – свидетели появились как всегда не вовремя.

– Лесса, красивая моя, я смотрю, вы с Керлианом опять повздорили? – по ходу с пытками на сегодня Вилент закончил. Бедный граф, наверное, превратился в фарш.

– Ничего, наш прынцуже уходит, – карминовые губки обиженно поджались.

– Не грусти, радость моя, – дотронулся до щеки девушки палач, – мы всегда можем его отравить.

Милая леди в ответ лишь рассмеялась.

– Не стоит переживать, мы с Лианчиком разберемся сами.

Желание убийства стало совсем нестерпимым.

– На твоем месте я бы тщательней следил за подружкой, – не удержался от последней шпильки маг. Знал бы Вилент, что его любовница заигрывает с другими мужчинами за его спиной, так бы не радовался.

– Не могу разделить твоей озабоченности, Керлиан, – лицемерно оскалился этот шакал.

С силой дернув за поводья, принц исчезнувшей во тьме веков Рассветной Империи развернул лошадь. Он скорее бы выпил яду, чем задержался в обществе сей парочки еще на несколько минут.

– Рада была повидаться, – донеслось вслед.

Осаждать столицу Нитриана не пришлось, когда они прибыли, повелитель уже успел обосноваться в городе. Капитан Тарг, отправленный навстречу, всем своим видом излучал дружелюбие и готов был ответить на все вопросы. А вот приехавший с орком имперец предпочитал молчать, почтения к легендарным героям своего народа не испытывал и смотрел на них как на пыль под ногами. Наглеца, позволившего себя такой взгляд по отношению к Керлиану, стоило размазать по стенке и, пожалуй, чуть позже он этим займется.

Большую часть армии разместили по окрестым городкам вокруг Олиры, их же ждали внутри. Проехавшись по улицам, Лиан отметил, что жителей господин уже запугал до невменяемого состояния. Интересно, показательные пытки на площади прошли? А традиционные колесования неугодных?

Во дворце Дагмара, выбранном временной резиденцией Темного Властелина, им выделили роскошные покои и предложили отдохнуть с дороги. Керлиан предпочел бы сразу получить дальнейшие указания от повелителя и спать спокойно, но добиться аудиенции оказалось на удивление трудно: гоблин-порученец на все вопросы отвечал, что повелитель занят.

Иль с Лианом, понимающе переглянувшись, тут же взялись за оркийского капитана, остальные заинтересованные лица, включая сестру хозяина, не замедлили присоединиться. После долгих расспросов и возмущенных воплей леди Лессы орк стыдливо сознался, что повелитель временно

отсутствует

. В дальнейшем оказалось, что хозяин постоянно шлялся неизвестно где и подчиненные просто не были в курсе. Постоянно при его отлучках присутствовали лишь сотворенные им создания, да и то не факт.

Дитрих немного удивился, потом подумал и удивился сильнее. Ильнар пожал плечами и заметил, что у господина могут быть

свои дела

. Лесса сразу же возмущенно засопела, принятый ею трагический вид мог насмешить кого угодно. Орк явно чувствовал себя несколько неловко, сознаваясь в творящемся бедламе.

Да, хорошую охрану повелитель себе нашел – эти недоумки даже не знают, куда он исчезает.

Ждать дальнейших новостей Керлиан не стал, отправившись спать – не караулить же повелителя под дверью, когда он почти месяц нормально не мылся? Тем более, если Темному Властелину он понадобится, тот позовет.

Утром заглянул знакомый гоблин: вернувшийся Повелитель тут же согласился принять своих вечных слуг. Дитрих, позевывая, следовал за проводником, Ильнар, с утра выглядевший неряшливее обычного, рассматривал поподающиеся по пути картины, Вилент с Бальдуром тихонько переговаривались за спиной.

В безвкусной и скудно обставленной приемной, больше подходящей провинциальному чиновнику, чем Темному Властелину, кроме них были только закованные в черные латы иллюзии.

– Можете проходить, – заглянув в кабинет и дождавшись ответа, бесстрастно сообщил гоблин. Застывшие истуканами возле двери призрачные стражники тут же расступились, освобождая проход.

В дверях случился затор: Лесса, разбуженная каким-то гадом и примчавшаяся в последнюю минуту, за неимением приглашения, вломилась без спросу, толкнув Ильнара и наступив Лиану на ногу. Наконец, они все вошли, и рыжая девица моментально бросилась к брату.

– Кирка, как я соскучилась, ты не представляешь, – бормотала она, повиснув на шее у повелителя.

Кабинет, куда их пригласили, оказался так же беден и невелик, в нем с трудом поместились все присутствующие. Хотя обычно господин любил роскошь, встречались и склонные к аскетизму воплощения, так что бывший принц даже не удивился.

– Осторож…, – локоть рыжей задел чашку с традиционным нитрианским настоем на столе, заливая бежевый ковер, – все, поздно, – убитым тоном докончил повелитель, отлепляя от себя родственницу. И тотчас обратил внимание на остальных.

– Что моя сестра здесь делает? – выговаривая каждое слово по раздельности, с большими паузами и очень громко спросил хозяин. Виски тут же заломило, все покрылось мутной пленкой, сердце закололо – хозяин был оченьнедоволен.

– Кир, ты чего? Не рад меня видеть? – Лиан ощутил признательность к девчонке, отвлекшей господина.

– Ну, что ты, – картинно изумился Темный Властелин, – как ты могла такое подумать?

Тут уже и до принципиально не понимающей намеков Лессы дошло, что повелитель выказывает им свое неодобрение. Тишина приняла нехороший оттенок. Вилент, притащивщий девчонку, брать вину на себя не спешил, равно, как и сама виновница объяснять свою

очень важную

причину, побудившую искать встречи с братом.

– Ух ты, какая прелесть, – неожиданно взвизгнула рыжая девчонка, Лиан даже вздрогнул. Из-под шкафа тем временем величественно выполз такой же ярко-рыжий кот.

– Леська, Бегемот, можете пока поиграться вместе, – скомандовал господин, – а от вас, господа, я по-прежнему жду ответа.

Пока Лесса баловалась с похожим на нее откормленным котом, они привычно пытались доложить обстановку и при этом не вызвать раздражения у переменчивого господина и не нарваться на наказание.

После доклада повелитель благосклоннее не стал, даже заблаговременно приплетенный граф и предъявленная победа над изменниками не повлияла.

– Действительно, имея целую армию, одолеть пару баранов, тфу ты, баронов – это надо суметь, – серьезно согласился господин, – поздравляю.

Лесса тут же подхалимски хихикнула. Лиан почувствовал себя так, словно его облили помоями. Что ж сам повелитель допустил восстание, если все так просто? Да и зачем тогда они были ему здесь нужны? Керлиан взмолился давно позабытым всеми, кроме него, богам Рассветной империи, чтобы повелителя не взбрело в голову начинать завоевательный поход.

Дитрих, тем временем, вновь попытался объяснить всю сложность ситуации, но потерпел очередное поражение.

– Достаточно, я понял, – прервал рыцаря Темный Властелин, – горжусь вами, о, мои верные слуги. Поставить вам памятник? – саркастически уточнил он.

Смотреть прямо на хозяина было невыносимо, приходилось довольствоваться ковром – кстати, с весьма интересным рисунком. Придирки бесили до невозможности, но вступать в спор – самоубийство.

– Господин, – осторожно просунул голову в дверной проем гоблин, – вас просит о разговоре здешний жрец.

– Опять?! – повелителя явственно перекосило. Учитывая такую реакцию хозяина, жить назойливому жрецу оставалось недолго.

Но Темный Владыка неожиданно успокоился, изучающее взглянул на своих слуг, задержавшись на некоторых. От странно злорадного выражения пустых глаз стало неуютно.

– Хотя, знаешь, Легрий, будь добр, пригласи миэля Абрахама зайти.