Текст книги "Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2 (СИ)"
Автор книги: Мария Клепикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 26
– Что… что ты делаешь? – волнуясь, спросила я, хотя и сама догадывалась об очевидном.
– Молчи…
Я была уже по пояс обнажённая, всё ещё не веря в происходящее и удивляясь своему бездействию.
Руки Ветроградова провели по моей голой спине и переместились на грудь. Он обводил её контур, нежно сжимал. Я невольно откинула голову на его плечо ничуть не препятствуя уверенным действиям. Чувствовала его возбуждение, и сейчас он не был мне противен. Стыдно признаться, но я хотела Ветроградова. Хотела, чтобы он овладел мной.
Слабо завязанный пояс больше не мог удерживать халат, который сполз на пол, полностью обнажая меня.
Ветроградов не торопился, он изучал моё тело при слабом свете ночной лампы.
«Красивая», – шептал он мне. – «Хочу тебя».
Не помню, как я очутилась на его руках, как он положил меня в постель, и как сам разделся. Всё казалось сном.
Наша первая брачная ночь, наша первая ночь по обоюдному желанию. Я приняла Ветроградова, как своего мужа, выбросив из головы все обиды на него. Возможно, я потом пожалею, что позволила ему прикоснуться к себе, но… мне было действительно хорошо.
Мне было приятно чувствовать своей голой кожей его, ощущать крепость объятий, вдыхать мужской запах, чувствовать себя желанной. Мы так и уснули вместе, не произнеся не единого слова.
* * *
Считать, что после этой ночи у нас всё стало хорошо, было бы глупо. Никаких утренних поцелуев – я просто встала и оделась. В конце концов, это просто секс. Это нормально ведь между мужем и женой. Но никаких чувств у нас не было. В то же время, заметила за собой, что сама для себя незаметно перестала называть его не по фамилии, а по имени.
Кирилл тоже вёл себя как обычно. Он просто убедился, что у него всё в порядке. Да пусть подавится! Но я не жалела. Я теперь понимала других девушек, мечтавших оказаться в его постели. Хоть мне и не с чем сравнивать, но в эту ночь Кирилл показал себя прекрасным любовником. Без грубости и насилия, точно знавшего, как доставить женщине удовольствие.
Я продолжала заниматься дочкой и домом, стараясь выбросить из головы наш секс. Мимолётная слабость – так я назвала прошедшее. Однако, к моему великому удивлению через три дня Кирилл вновь пришёл ко мне.
– Что? – настороженно спросила я, когда он демонстративно снял передо мной футболку.
– Догадайся, – хитро ответил он и потянулся ко мне с поцелуем, но я увернулась.
– Ты же не спишь с девушками больше одного раза. Так в чём дело? – я старалась держаться хладнокровно. Это было трудно, ведь тело помимо моей воли отреагировало на его возбуждение.
– Ты моя жена, – Кирилл пытался раздеть меня.
– И что с того. Ты же меня не любишь, – я упрямо сопротивлялась в его объятиях.
– Зато наши тела любят друг друга, – шепнул он мне. – Я же вижу, ты меня тоже хочешь.
Он подхватил меня под бёдра и, больше не спрашивая, перенёс на постель. Сопротивляться смысла не было – волна возбуждения пробежалась по всем моим членам, и я вновь оказалась в его власти.
Добровольно. И не последний раз.
* * *
– Софья, Софийка, маленькая хулиганка, иди сюда!
– Хи-хи-хи!
– Догоню, догоню, догоню…
– Хи-хи-хи…
Дочка взяла за привычку скидывать с моего стола всё, что попадало под руку. Это сродни стихийному бедствию, а началось ещё до того, как она научилась вставать в кроватке.
Вообще, это целое открытие и событие для маленького человечка – учиться уметь делать что-то новое, будь то ползание на четвереньках или подниматься, держась за что-нибудь.
Мне пришлось соответствовать Софье в росте, поэтому встала на четвереньки и, громко хлопая ладошами о пол, медленно «побежала» к ней. Комната озарилась громким восторженным визгом, и, упав на попу, дочка перевернулась и, как и мама, на четвереньках поползла от меня же.
– Догоню-догоню-догоню, – «пугала» я её, хохоча про себя, а про себя придумывая, куда же переложить документы ещё, чтобы ненароком моё сокровище не испортила. Стоит ли говорить об обслюнявленных и помятых документах к дипломной работе?
– Попалась!
Кирилл подхватил на руки Софью, и теперь они вдвоём «убегали» от меня. Разумеется, я тоже приняла вертикальное положение и наигранно охала. Дочка была в восторге!
Естественно, папа дочку в обиду не дал и водрузил себе на плечи. Мне пришлось изобразить дикую усталость и отставание, хотя на самом деле я просто воспользовалась случаем и вернулась к себе наводить порядок. Но я сама была виновата – просидела всю ночь у компьютера и забыла убрать документы с краю стола.
Справедливости ради Кирилл тоже не раз страдал от проказ любимицы – доченька как-то даже порвала важный контракт, и с тех пор ему пришлось убирать всё в шкаф. Но и это не стало преградой для мелкой хулиганки – Софийке очень понравилось открывать дверки и вываливать из них всё. В общем, не ребёнок, а стихийное бедствие!
Спустя время ко мне заглянул Кирилл со спящей дочкой на руках.
– Ну как, дописала?
– Да, почти, – кивнула я. – Спасибо, что забрал Софью. Осталось только ещё раз всё перепроверить – вдруг что пропустила.
Это была последняя версия дипломной работы – я лишь правила те замечания, которые получила в последний раз. На самом деле само содержание моего куратора устраивало, а вот с оформлением пришлось повозиться – ну никак у меня не получалось выставить нужные границы печатных листов. Не знаю, в чём дело: вроде бы и параметры правильные установлены, а в печатном варианте они смещались. В общем, намучилась!
Нажав последний раз «сохранить», я устало потерла глаза и посмотрела на Софью. Она как раз только что проснулась и слезала с кроватки – мы для этих целей специально сняли несколько прутьев с краю. Я поторопилась к ней, чтобы снять песочник и усадить дочку на горшок.
Это была настоящая победа, когда мы её приучили, и теперь наши штанишки и трусики за редким исключением были сухие. А ведь капризничала целую неделю, пока не привыкла. Тут ещё Лариса «масла в огонь подлила», выискав где-то статью, что детям сначала нужно привыкнуть к горшку в качестве игрушки.
«Доигрались»!
Софья тогда ни какую не хотела на нём сидеть – приходилось держать. А теперь она сама выдвигала его из-под кроватки. Кстати, чтобы не отвлекалась от нужных дел, мы с Кириллом купили ей обычный горшок, а с мордочкой уточки и ручками, который нам подарили, убрали с глаз долой.
– Пись-пись-пись! А, а-а! – подсказывала я звуки, чтобы дочка оправилась. – Вот и молодец, – похвалила я её, надевая трусики и колкоточки и поправляя футболку.
На всякий случай я привычно прикрыла дверь, пока ходила мыть горшок, чтобы Софья не вышла случайно без присмотра из комнаты и не упала с лестницы. Вернувшись, решила подсмотреть, чем она занята. И каково же было моё удивление, когда увидела её стоящую посреди комнаты и… делающую шаг.
«О, Боже! Софья пошла!» – чуть не воскликнула я.
– Ты чего подглядываешь? – шёпотом спросил меня Кирилл, подошедший совершенно неожиданно, но так вовремя.
– Смотри, – также шёпотом произнесла я, немного отстраняясь. – Сама пошла!
– Так, что за столпотворение? – громогласно поинтересовался дед Андрей с лестницы.
– Поти… – я так и не договорила.
Софийка отвлеклась на шум и упала на попку.
– Эх, дед, такой момент испортил, – с сожалением сказала я. – Я только хотела снять на видео первые шаги Софьюшки.
– Что? Наша лапочка пошла? – радостно воскликнул он. – Дайте-ка я посмотрю!
– Поздняк дед, всё интересное пропустил, – Кирилл с деловитым видом скрестил руки на груди и наигранно кисло покачал головой.
– Ничего не пропустил, – не разочаровался дед Андрей и важно открыл дверь, проходя в детскую. – Для любимого дедушки Софочка ещё раз покажет, как она умеет ходить. Ну, иди ко мне, моя хорошая.
Дед Андрей присел на корточки и протянул руки к правнучке. Та разулыбалась во весь пока ещё беззубый рот и… поползла. Мы с Кириллом смеялись до слёз. Вот уж облом!
– Это всё из-за вас! – несерьёзно возмутился дед Андрей. – Софийка вас стесняется! Быстро уходите отсюда!
Мы с Кириллом не стали спорить и, продолжая смеяться, стали спускаться вниз, как вдруг он развернулся на сто восемьдесят градусов и пошёл к себе наверх.
– Я лучше возьму видеокамеру, – объяснил он мне. – На телефоне качество не то будет.
На самом деле сейчас у нас стало условным названием «его» или «моя» комнаты. Кирилл теперь каждую ночь спал со мной на диване в детской, за исключением тех дней, когда работал допоздна. Это произошло постепенно. А я… не возражала. Мне и правда было хорошо с ним.
Было бы глупо всю жизнь дуться на него из-за прошлого. Тем более Кирилл стал ко мне хорошо относиться. Любви в привычном понимании у нас всё ещё не возникло, ну, думается, к этому есть все предпосылки. Время лечит.
Помешав в кастрюле кашу для Софьи, я попробовала её на готовность и, выключив конфорку, накрыла крышкой – пусть пока настоится.
– Фу, ты, напугал! – надула я губы и махнула на стоящего в дверях Кирилла облизанной ложкой. – Давно тут стоишь?
Муж ничего не ответил, но это итак понятно по его хитрым глазам. Всё ясно: решил сделать домашнее видео.
– Сейчас мы накроем на стол и будем кушать, – комментировала я свои действия. – Вот из этих замечательных киви, мандарина и банана мы сделаем интересные фигурки, – я очистила ягоды и фрукты и принялась творить. – Наша Софьюшка очень любит красивые фигурки. Сегодня я приготовлю для нашей доченьки бабочку.
В интернете море идей для красочных блюд для детей, но своя фантазия порой подсказывает что-то новенькое. Соня пока ещё не знала многое, но я уже начала показывать ей картинки с названием изображённого, ну и, разумеется, изучали натуру. И я понимала, что мою «бабочку» она не распознает – для ребёнка в её возрасте она будет лишь ярким пятном еды. Ну и ладно.
– А вот и мы! – раздался голос деда Андрея.
– Проходите, садитесь, гости дорогие, – предложила я и стала накладывать еду по тарелкам. Хоть такую кашу я готовила для Софьи, однако её с удовольствием ели и все остальные, поэтому и наварила побольше.
Детский стульчик для еды у нас был, но я предпочитала держать дочку на руках во время кормления. Кирилл продолжал снимать, как кушала Софья из чайной ложки. Я не давала ей её пока – рано слишком, а вот чашку в руках дочка хорошо держала, но опять же я придерживала.
– А точно Софийка сама пошла? – решил уточнить дед Андрей. Видимо правнучка так и не показала ему свои навыки.
Глава 27
– Точно, я своими глазами видела.
– Я тоже, – подтвердил муж.
– Надо же, в семь с половиной месяцев, – удивился дед Андрей. – А вот ты, Кирилл, тоже рано пошёл. Помнится, тебе было десять месяцев, а вот отец твой ближе к году стал ходить.
– В меня пошла, – довольно отозвался муж.
– Что это в тебя? Может в Алёну. Ты во сколько сама пошла? – спросил дед Андрей.
– Не знаю, – призналась я. – Тетрадь с мамиными записями я так и не нашла, а в то время, – я не произносила намеренно «когда она была жива», – мы с ней об этом не говорили. Я сама маленькая была, – лёгкой грустью поведала я.
– Жаль, – только и произнёс дед Андрей. – Но ты ведь ведёшь дневник для Софьюшки?
– Конечно, – кивнула я. – Пока, правда, записываю всё в обычную тетрадь, но уже присматриваю красивый альбом для Софийки.
– Давай, давай, чтобы у ребёнка остались детские воспоминания на будущее, – напомнил он.
– Не беспокойся, – вставил своё слово Кирилл, до сих пор, остававшийся «за кадром». – У меня в руках непреложное доказательство. Если что, предъявим по полной программе, – тихо засмеялся он.
– Вот именно! – дед Андрей помахал пальцем. – Верно говоришь.
На радость всем наша Софьюшка всё же продемонстрировала самостоятельные шаги. Такие неуверенные, но тот факт, что смогла, её саму радовал. Дочка даже рукчками махала, чтобы не мешали. А потому мы сзади по очереди её страховали по бокам – ножки-то ещё слабенькие.
От усталости и бессонной ночи я постоянно зевала, и мне предложили пойти лечь спать пораньше. Я согласилась. Более того, чтобы дочка мне не мешала, Кирилл предложил свои «апартаменты». Я и тут согласилась, не замечая подвоха.
Лишь только улеглась в постель, ко мне тут же нырнул под одеяло муж.
– Ты чего? – спросила я, глубоко вдыхая и готовясь погрузиться в царство Морфея.
– А ты как думаешь? – словно «коварный змей» ответил он вопросом на вопрос и, положив руку мне на талию, многозначительно пробрался под майку.
– Вообще-то я выспаться хотела бы, – протянула я, накрывая его руку своей, но не препятствуя действиям.
– Спи, я тебе не мешаю.
«Кому он это говорит? Как тут уснёшь, когда к тебе пристают?» – подумала я, а вслух произнесла: – Не отстанешь ведь?
– Неа, – Кирилл плотно прижался ко мне.
Ну и что тут делать? Правильно: скинуть с себя бельё и обнять мужа.
* * *
Настал день защиты дипломной работы. Хоть я и была уверена в своих силах, знала материал чуть ли не наизусть, но всё равно очень нервничала. С сокурсницами мы сидели в соседней аудитории в ожидании вызова, а те, кто уже защитился, уже отдыхали.
– Алёна Ветроградова, иди, ты следующая, – позвала меня вышедшая из аудитории грустная девушка. Видать что-то не получилось.
– Ну, ни пуха, ни пера! – подбодрили меня мои тёзки (в нашей группе Алён было три).
– С Богом, – ответила я и, быстрым жестом перекрестившись, вошла в соседний кабинет.
Сердце колотилось, все члены словно окоченели, а голос почти пропал, когда ко мне обратились экзаменаторы. Но я справилась. И с волнением, и с самой защитой.
– Пятёрка! – тихо-тихо, едва пискнула, чтобы не нарушить царящую в стенах здания тишину, и счастливо сжала кулачки.
– Поздравляем, Алёнка! – также тихо поздравили меня другие девушки. – Ты же самая сильная в нашей группе.
– Ой, перестаньте, будто я одна такая! Сами мне фору дадите, – улыбалась я.
Никто из нас не расходился – все ждали, когда защитится последняя студентка. Кирилл заходил к нам, чтобы я покормила Софью – они гуляли неподалёку в ожидании меня. Погода стояла такая хорошая, что мы решили отметить этот день в открытом кафе на пристани. Одну из девушек также ожидал муж и двое детей, но в отличие от моей малышки, те были постарше.
Посидев для приличия немного, я ещё раз поздравила всех и пошла к Кириллу. Он стоял у цветочной клумбы рядом с Софьей. Дочка уселась прямо на бордюр и теребила лепестки одуванчика.
– Ну как вы? – поинтересовалась я, лёгким прикосновением целуя мужа в губы.
– Нормально. Софийка сама прошла сюда вот от той лавочки у киоска, – показал он рукой. – Примерно сто метров, – уточнил, – и ни разу не упала.
– Ого! – воскликнула я и присела на корточки. – Приветик!
Дочка подняла на меня свои большие глазки и улыбнулась.
– Цыплёночек ты мой, – поцеловала я её в щёчку и достала влажную салфетку, вытирая жёлтый носик – видимо нюхала одуванчик.
Но не только носик дочки претендовал на подобное прозвище – на Софье был надет костюмчик их жёлтого комбинезона и белой кофточки с оборками. Ну, а голову прикрывала вязаная шляпка с короткими закруглёнными полями и украшенная заколкой-цыплёнком.
– Пойдём гулять? – предложила я, беря дочку на руки.
– А что с девчонками не осталась? Вы же вроде бы не плохо там сидели, – поинтересовался Кирилл.
– Посидела чуть-чуть и хватит. Они там спиртное накупили – мне всё равно нельзя, а ещё многие из них курят. Знаешь же, что я не переношу запах курева.
Муж ничего не ответил, лишь только взял из моих рук сумку. Сам он курить бросил давно, но как сообщил мне дед Андрей, насколько он сам знал, для Кирилла это не было вредной привычкой – просто иногда покуривал. Мне было всё равно – главное, что сейчас не курил.
Медленно мы шли по набережной в сторону кафе «Морской бриз», в котором в своё время мы с тогда ещё Андреем Владимировичем неплохо провели время. Сквозь большие окна я заметила, что здесь всё по-прежнему красиво. И, если мне не изменяла память, то работал тот же парень, что и обслуживал нас тогда. Я не отличалась фотографической памятью, но его запомнила: рыжий молодой человек со жгучим взглядом тёмно-карих глаз. И именно он приближался к нам.
– Что будете заказывать? – вежливо поинтересовался он, пристально смотря на меня, но как только Кирилл посмотрел в его сторону, тут же перевёл взгляд.
Узнал или флиртует? Всё же в кафе много людей приходит.
– Чашку кофе без сахара, – ответил муж и обратился ко мне. – А ты что будешь?
– На Ваше усмотрение, – ответила я, спокойно глядя в глаза официанту.
– Будет исполнено, – почтительно поклонился он. – Сейчас всё принесу.
Буквально через пару минут на нашем столике стояла заказанная Кириллом чашка горячего кофе и… чашка какао и тарелочка с яблочным штруделем.
Я оторопела и посмотрела на официанта. Совпадение или вспомнил меня? Похоже второе. Он ничего не сказал, и, незаметно указав на бейдж, подмигнул.
«Дамир Лестайтис» – прочитала я, но в ответ сдержанно кивнула головой, словно благодарила за принесённое.
Софийка потянулась к стоящим передо мной заказам. Я протёрла ей ручки влажной салфеткой и дала маленький кусочек штруделя, перед этим попробовав кусочек – вкус восхитительный, впрочем, как и тогда. Но дочка упрямо тянулась и за чашкой. Видимо хотела пить. Я достала из сумки её бутылочку, однако Софья упрямо тянулась к чашке с какао.
– Подожди, Софьюшка, горячо. Фа! – пояснила я ей привычное обозначение температуры.
И словно по волшебству перед дочкой оказалась маленькая чашечка с милым детским рисунком.
– Это для юной леди, – сказал Дамир. – За счёт заведения тёплый напиток.
– Спасибо, – поблагодарила я молодого человека, на этот раз сделав более глубокий признательный кивок.
– Всего доброго, – ответил он и удалился.
Софья с удовольствием пила свой какао, громко причмокивая. Штрудель она съела почти весь сама, а я доела, что осталось. Кирилл расплатился, и мы покинули кафе. Но напоследок я столкнулась с провожающим взглядом Дамира.
Домой мы не торопились. Пользуясь свободным временем (муж устроил себе отгул – в выходные у него было несколько важных деловых встреч), позвонили Ларисе и заехали на полчасика, потому что у неё в самом разгаре шёл ремонт.
– Привет. Мы, наверное, не вовремя, – извинилась я, глядя на мусорные пакеты, стоящие в коридоре.
– Привет, привет. Что вы, проходите – основная грязь у нас закончилась. На кухню не приглашаю – там не пройти, но в зале чисто. Извините уж, чаю не предлагаю.
– Да мы только что из кафе, – пояснила я. – Не беспокойся.
– Ну, вот и славно. Проходите, посмотрите, какие обои мы наклеили, – Лариса ловко юркнула под ноги. – Кирилл, надевай тапочки Руслана – у вас одинаковый размер ноги.
Сама я уже сунула ноги в шлёпки, в которых ходила, когда жила здесь.
– Лариса, дай тряпку, я протру подошву Софьи.
– Да не надо – она же чистая.
– Я бы так не сказала. Софийка у нас уже ходит, – не без гордости заявила я.
– Да ты что! – воскликнула она. – Тогда я сейчас, мигом.
Лариса быстро сбегала за тряпкой и чмокнула мою дочку, а затем, вымыв руки, взяла её на руки.
– Ты посмотри, как выросла, – тискала она будущую крестницу. Сами крестины у нас должны были состояться в начале следующего месяца. – Ну как, нравится?
– Да, очень красиво, – ответила я, разглядывая нежно-кремовые обои с растительным рисунком на два тона светлее. – По-моему они очень подходят сюда, а то прошлые, ты уж извини, казались тёмными.
– Знаю, поэтому и выбрала именно такие, – согласилась Лариса. – А вот люстру и бра выбирал Руслан. По-моему они хорошо сочетаются.
– Красиво, – подтвердил Кирилл, щёлкая переключателем на светильниках. – А где он сам? У него же вроде бы сегодня выходной должен был быть.
– Да. Но сам знаешь, раз начальство вызвало – стало быть, будь как штык, – Лариса видно уже привыкла к рабочему графику парня-полицейского. – О, я сейчас вам ещё кое-что покажу.
Подруга вытащила из коридора большую коробку и раскрыла её.
– Вот такое зеркало будет у нас в ванной. Руслан устал наклоняться в прежнее маленькое, когда бреется, – хихикнула она.
Это верно. Лариса-то низкая, а Руслан – парень «достань воробушка».
* * *
Наконец настал день, который я так утомительно ждала – получение диплома. Всего лишь формальность, но для меня это было значимое событие. Через что мне только пришлось пройти во время этой учёбы лучше не вспоминать. А ведь как славно начиналось: я была так счастлива, что стала студенткой, впереди мелькали радужные перспективы, надежды на лучшую жизнь, на успешный бизнес, на становление меня деловой женщиной. Да, я мечтала ею быть, думала, как в будущем стану развивать свой бизнес.
Теперь в моих руках была всего лишь синий диплом, а ведь я была уверена, что получу красный. Даже не смотря на все мои злоключения, я старалась изо всех сил, но не всё оказалось так, как хотела.
