Текст книги "Все будет по-другому (СИ)"

Автор книги: Марина Зимняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

4.

Сосед поднимается следом за нами, отстает на несколько ступеней. Ощущаю его тяжелый взгляд. Кожу под легким шифоном печет. По инерции поправляю платье. Уверена, что он заметил это движение. Обычно так делают девушки, которые носят слишком короткие юбки. Я не ношу откровенной одежды, у меня максимально строгий и сдержанный гардероб. Но сейчас руки сами юркнули по бедрам придержав колыхающуюся ткань.

Аленка взлетает по лестнице через ступеньку. Выглядит это так, будто она взбирается на крутую гору. В руке у нее зажат ключ, и она стремится прибежать к квартире первой, чтобы отомкнуть дверь.

– У меня есть хорошие знакомые, занимающиеся кузовным ремонтом, – басит у меня за спиной Угрюмов. – Ели хотите...

– Спасибо. Я разберусь, – произношу не оборачиваясь, не позволяя ему закончить фразу.

Аленка пытается засунуть ключ в замочную скважину, но у нее ничего не получается.

– Дочь, переверни ключик.

– Ой, да в чем вы там разберётесь!? – поравнявшись со мной, произносит он. Смотрит на меня сверху вниз, кривит свою наглую физиономию.

Опускаю взгляд и упираюсь глазами в оскалившуюся волчью морду у него на плече.

Аленка тем временем распахивает дверь и заскакивает в квартиру. Скидывает туфли и как слоненок бежит в комнату. Как она только умудряется создавать столько шума? В ней с трудом набралось двадцать килограмм на взвешивании во время медкомиссии.

– Бублик, я пришла!! – кричит Алена во все горло.

– Я привыкла сама решать свои проблемы, – отвечаю не ему, а волчьей морде.

Надо же… на удивление красивое тату. Перевожу взгляд с плеча на небритое лицо. Тридцать пять – тридцать семь... Мозг генерирует возможные варианты его возраста. Ему не помешало бы подстричься, да и побриться было бы не плохо.

Ироничная улыбка кривит его губы.

– Диана… Вам не кажется, что отказываться от помощи в вашем случае, как минимум глупо, как максимум недальновидно. Через пару дней сами голову ломать будете над тем, кого озадачить своей проблемой. В первом же сервисе вам навешают лапши на уши и обдерут…

– Я не планировала ее ремонтировать, – перебиваю его, делая шаг в прихожую.

– Так, будете ездить?

– Да, – отвечаю и прикрываю дверь за собой. – До свидания… – проворачиваю ключ дважды.

Ну и какая тебе разница, сколько ему лет и чем там его плечи разукрашены? Ты лаешься с ним минимум два раза в неделю. Вероятно, он работает где-то сменами или сутками. Иначе мы бы грызлись с ним днем и ночью.

Битва за парковочное место, не единственная проблема, возникшая между нами. Дело в том, что ровно столько-сколько мы с Аленой живем в этой квартире, у него не прекращается ремонт и судя по всему делает его он самостоятельно.

Я сразу поняла, что достаточно скромная цена аренды, выльется в какую-нибудь проблему в будущем. Будущее не заставило себя долго ждать. Этот мужик постоянно что-то сверлит, долбит и пилит за стеной. Благо, что не каждый день, а только когда находится дома. Но выбора у меня особо не было и нет. Здешний заработок сильно отличается от московского. Ощущение того, что для нас с Аленкой скоро неминуемо наступят непростые времена тенью нависает надо мной, когда я прикидываю свои доходы и расходы.

В прошлом году мы с Аленой попали в больницу. После тяжелой простуды, в качестве осложнения мы получили отек суставов. Щиколотки, коленочки и локти с запястьями, пальчики на руках и на ногах, раздулись как шарики. Сопровождалось все это красными высыпаниями и высокой температурой. Нас обследовали почти месяц. Страшные подозрения на ревматоидный артрит не подтвердились. Но мне пришлось спустить все наши скромные сбережения на анализы и приемы у ревматологов. Что это было, так толком никто нам и не объяснил. Но еще раз обследовать ребенка через год настоятельно посоветовали.

С ощущением блаженства ступаю босыми ногами на прохладный ламинат. Ненавижу каблуки, но без них я совсем коротышка.

– Дочик! – зову притихшую Аленку, заглядываю на кухню.

Алена сидит на стуле в маечке и трусиках и ложкой наяривает сметану прямо из стакана.

– Пельмешки сваришь? – слизав сметану с верхней губы произносит она.

Быть не может! Она что, проголодалась!?

– Может супчик?

– Ну маааама! – кривится Алена.

– Ладно, пельмешки так пельмешки, – мою руки, достаю кастрюлю, наливаю воду, ставлю на огонь. – Доченька, скоро Неля Альбертовна придет. Ты же будешь хорошо себя вести? – поворачиваюсь к ней.

– А ты куда? – настороженно интересуется она.

– К дедушке, – бросаю лавровый лист в воду. – Может ты со мной? – снова смотрю на нее.

– Нет! Я лучше с Альбертовной поиграю, – произносит Аленка сморщив нос.

Яр козлина! Где мой телефон? Я без него как без рук…

– Принеси мне свои часики.

Аленка уносится в комнату. Звоню няне используя Аленкины часы, чтобы напомнить о нас. Няня уже в пути. Нас познакомила Алиса, поэтому я могу доверить ребенка этой женщине. Она нередко забирала Аленку из сада, когда я задерживалась на работе. Периодически сидит с ней, когда я навещаю отца. Теперь будет забирать из школы и делать с ней уроки.

Иду к двери под сопровождение трели дверного звонка. Шустрая бабулька… Быстро она примчалась.

Распахиваю дверь. На пороге стоит сосед, улыбается.

– Малую позови, – бесцеремонно бросает мне.

У него в руке огромное шоколадное яйцо. Не стандартный Киндер сюрприз, а раз в десять больше. Слава Богу он одет и даже слегка причесан. Не успеваю открыть рот, как Аленка ураганом вылетает из кухни. Ее моська, перепачканная в сметане расплывается в восторженной улыбке.

– Это мне!? – радостно вскрикивает она.

– Ну, а у кого сегодня праздник? – очень даже дружелюбно произносит он и протягивает ей яйцо.

– Спасибо, дядь Вань! – ухватив обеим руками подарок лепечет дочка. – Я посмотрю, что там! – с пробуксовкой Алена уносится в комнату. – Бублик, ты только погляди, что у меня есть! – доносится оттуда.

– Спасибо… не стоило, – бормочу себе под нос и бегу на кухню.

Вода с шипением выкипает из кастрюли роняя несколько пельмешек прямо на варочную панель. В попытке спасти ситуацию, ошпариваюсь. Моя рука в миг оказывается под струей холодной воды.

Сосед смотрит на меня скептически, держит мою руку.

– Как вы до сих пор выжили? – качает головой.

– Почему вы постоянно смотрите на меня так, будто бы я недееспособный безнадежный инвалид!? – возмущаюсь и пытаюсь дернуть рукой. Он не отпускает, вода продолжает хлестать охлаждая ошпаренное запястье.

– Ой, вот этого не надо! Нормально, я на вас смотрю! – он слегка склоняется надо мной, улыбается почему-то.

– Спасибо! – Алена появляется в дверях. – В нем была кукла Лол. У меня уже есть такая, – запихивает в рот остатки шоколада. – Ма! Я не буду пельмени... Я наелась! – с набитым ртом произносит она и скрывается в комнате.

Ненавижу… Я конечно не произнесла это в слух, но взглядом я его застрелила.

– Будете пельмени? – рявкаю агрессивно.

– Они у вас переваренные.

– Переваренными они будут тогда, когда вы их съедите. Вот кто это теперь будет есть? Вы что не могли заявиться на полчаса позже!?

– Ладно, ладно! Я как раз люблю именно такие, – пятится к столу, присаживается.

Плюхаю перед ним тарелку пельменей, не особо церемонясь ставлю на стол сметану.

– Диан…

– Что? – подав ему вилку направляюсь к холодильнику.

– А чай будет?

А чай дома попьете. Спасибо за подарок, но больше не нужно, – выгружаю контейнеры с едой для отца. Составляю их в пакет.

– Мне кажется я знаю, почему вы такая злючка…

Если он сейчас скажет, что у меня недотрах, я и правда угощу его чаем, только вряд ли ему это угощение придется по вкусу.

Поворачиваюсь, смотрю на него вопросительно. Хочет сказать… по глазам вижу, что хочет.

– А давайте сходим куда-нибудь? – неожиданно выдает он.

– Куда-нибудь, до вашей квартиры?

– Ну почему же сразу…

– А давайте! – перебиваю его.

Его взгляд начинает бегать.

– Ты серьезно? – слегка настороженно интересуется он.

С чего это мы уже на ты?

– Более чем! С минуты на минуту придет няня, я к тебе загляну на полчасика, – улыбаюсь ему максимально приторно.

– Можно и не на пол, – прочистив горло произносит он.

– А можно есть побыстрее… правда?

Мужчина расплывается в довольной улыбке.

– Вот это подход, – качает головой. – Мне нравится!

– Жуй активнее, пожалуйста. Я очень спешу.

Алена лежит на ковре в обнимку с бубликом, смотрит мультики. Сосед энергично закидывает пельмени в рот. Альбертовна идет к нам слишком долго, начинаю нервничать. Наконец в дверь звонят, я спешу ко входу.

На пороге стоит Ярослав с букетом и огромным медведем в руках.

– Дорогой! – произношу громко оглядываясь в сторону кухни. – Тут один товарищ в весьма странной манере пришел извиняться за мою разбитую машину. Может ты разъяснишь ему сколько он нам должен. Ты же уже прикинул, правда? – поворачиваюсь к Угрюмову, который выходит в коридор.

5.

Два месяца назад

– Диана! Зайди ко мне, – раздается голос Олега, выглянувшего из кабинета. – Где Яницкая? – повторяет он громче.

– Здесь я... Здесь! – немного запыхавшись подбегаю к распахнутой двери кабинета начальника, обмахиваюсь папкой.

Машина снова меня подвела, не захотела заводиться. Пришлось вызывать такси. Такси ехало долго, потому что на Ленина, как обычно пробка, и объезжать ее пришлось дворами. В итоге полпути я преодолела пешком. Точнее, несясь резвой антилопой почти полтора километра до офиса. Офис продаж фирмы Олега находится не в самом удобном месте. А быть может я живу в не самом удобном районе, чтобы работать здесь. Я, конечно, стараюсь не злоупотреблять расположением начальника, но иногда выходит вот так. И мне жутко неудобно перед ним за свою непунктуальность. В прошлом мы были одногруппниками, правда он универ окончил, а я нет. Получив образование, Олег основал агентство по продаже земельных участков. А я вышла замуж и уехала в другой город, так и не перейдя на заочную форму обучения.

– Прости… Машина сломалась, – произношу слегка отдышавшись.

– Помощь нужна? – интересуется он, закрывая за мной дверь. Присаживаюсь за стол.

Олег опускается в свое кресло.

– Ну что Дианка, пляши! – улыбается.

– Ты меня повышаешь? – вскинув брови произношу я.

– Если хочешь могу сделать тебя замом зама моего зама, – хохотнув говорит он. – Боюсь только, что на зарплате это не отразится. Будешь перекладывать бумажки из папки в папку за оклад и мнить себя важной тетей. А оно тебе надо?

– Не надо, – отрицательно качаю головой.

– Вот… в продажниках у тебя нет потолка в зарплате. Торгуй и получай процент, – снова улыбается. – Короче, есть для тебя неплохое дельце.

Усаживаюсь в кресло поудобнее, готовлюсь слушать внимательно.

– Не хочу посвящать в это дело лишних людей, но тебе я надеюсь, можно доверять?

– Конечно, – киваю. – Надеюсь, ничего противозаконного?

– Нет, – машет рукой. – Просто нужно продавать один объект так, чтобы он не продался.

– В смысле… Просто задрать цену на участок?

– Там не участок, а дом… Точнее, большой дом на большом участке. Хозяева разводятся. Недвижимость очень дорогая, жена это знает. Муж предлагает ей отступные. Но она все равно настаивает на половине стоимости дома. А сумма там космическая, – закатив глаза произносит Олег. – Он не готов ей столько дать. Предлагает ей десять процентов, она упирается.

– На сколько космическая?

– Здесь, ты еще такой недвижкой не торговала. В Москве может и да, а здесь точно нет.

– Так сколько!?

– Девяносто пять лямов.

– Ого… – чувствую, как округляются мои глаза, а калькулятор в моей голове прикидывает сумму гонорара.

– Это тебе не по шесть соток под ИЖС втюхивать, – довольно лыбится Олег.

– Я так понимаю нужно создавать видимость продажи, чтобы супруга думала, что работа ведется, а объект все равно не продается?

– Я в тебе не сомневался.

– Ну, а если она приведет своих покупателей или откажется от наших услуг.

– Это вряд ли… Она сама ко мне пришла. Мои ребята неподалеку от этого дома геодезию проводили. Мы там для элитного КП выкупили четыре гектара. Она мимо проезжала, остановилась и поинтересовалась. Возможно ли сделать межевание на ее участке. Разделив его на три куска, чтобы продать каждый по отдельности. Они ей мою визиточку оставили. Вот она и заглянула к нам. Привезла документы, пожаловалась, что дом не продается, по ее мнению из-за того, что он стоит на слишком большом участке. На самом деле логика в ее словах есть. Не всем нужно восемьдесят соток земли в личное пользование. Дом там тоже не слабый, но земля все же перетягивает его стоимость.

– Я не совсем тебя понимаю, она обратилась к тебе с межеванием, а не с продажей.

– Сейчас самое главное, – выдержав легкую паузу произносит Олег. – Дом принадлежит Ярославу Зарецкому. Я сразу обратил внимание на фамилию. Пообещал девушке подумать над ее проблемой, а сам позвонил Ярославу. Представляешь, у меня до сих пор его контакт сохранился.

Надеюсь то, как я сливаюсь с белой стеной не заметно глазу Олега. Рано ты радовалась, Диана. Не видать тебе сумасшедших денег. Ты в это дело не полезешь…

– Диан! Ты чего зависла? Ничего криминального в этом нет. Я его понимаю. Стоимость недвижимости взлетела. Когда-то его дед ту землю за три копейки купил, но сейчас то она стоит не три копейки. С какой стати он должен с ней делиться, если они даже года не прожили.

– Ты знаешь… Я, наверное, пас. Не умею я не продавать, я как бы другому училась… Боюсь испортить вам все дело.

– Дурочка, что ли? От тебя требуется только показывать дом. И аккуратно расписывать людям его минусы. Поверь, там их достаточно. Я пообещал его жене, что возьмусь за продажу. Потянем кота за хвост несколько месяцев. Ей надоест эта тягомотина. Поймет, что продать его дохлый номер, согласится на условия мужа. Он выплатит ей десять миллионов и нам с тобой прилетит парочка. Ты когда-нибудь такие деньги зарабатывала? Отдам тебе пятьдесят процентов, может хоть машину поменяешь наконец, – сочувствующе смотрит на меня. Еще благотворительности с его стороны мне не хватала. – Диана, не будь дурой, тебе первой предлагаю, сейчас эти чайки прознают, – кивает в сторону двери. – И аля-улю наши денежки. Ты же понимаешь, что болтать об этом не следует. К тому же мы учились вместе. Ты ж его тоже знаешь.

Набираю полные легкие воздуха, раздув щеки выдыхаю.

– Чего ты нервничаешь?

– Да, не нервничаю я… А если ничего не выгорит? Только время зря потрачу, а мне знаешь ли за квартиру платить, и кредит… скорее бы его уже выплатить.

– Получится! Ее терпение уже на исходе. Скоро она убедит себя, что синица в руках, куда лучше заоблачного журавля. Дом может продаваться годами. Люди с большими деньгами, охотнее покупают землю и строят дома по своему вкусу. А та недвижимость особым вкусом не отличается. Его дед Яра строил.

– А почему они делят его пополам, если приобретался он не в браке, а принадлежал Ярославу изначально.

– Там дед намутил чего-то, дабы простимулировать внука на длинную семейную жизнь. Да перемудрил малость. Длинной семейной жизни не вышло, зато гемора теперь…

Моя алчность меня погубит. Прохожу по широкой веранде мысленно ловя флешбеки. Высокая блондинка, похожая на Барби, что-то лепечет, возмущается. А я ее не слышу…

***

– А где Ярик? – кричу на ухо Миланке, пытаясь перекричать громкую музыку.

Милка танцует и отрицательно качает головой, пожимает плечами. Она уже достаточно накидалась, но продолжает свои странные танцы. Басы долбят, сотрясая все внутренности и заставляя прикрывать уши, пока выбираюсь из эпицентра этой вакханалии. Зря я поехала. Вот как теперь выбираться отсюда? Яр даже не появляется. Может он уехал?

Неожиданно кто-то притягивает меня к себе, обнимает и тянет обратно.

– Фу!!! Верещагин! Не дыши на меня, – изображаю на лице отвращение. Олег ржет как конь, слегка ослабляет хватку.

– Чего ты такая кислая? Пойдем танцевать, – орет мне на ухо. – Яницкая! Да ты как стеклышко… не порядок! – волоком тащит к импровизированному бару.

– Отстань! – пытаюсь освободиться из его захвата.

– Не будь занудооой, – припевает, дрыгая башкой в такт музыке. Пихает мне в руку стакан. – Пей! Тебе нужно расслабиться!

– Не хочу! Отстань, – снова пытаюсь от него отделаться, но он крепко держит меня за руку. – Я не пью!

– Когда-то нужно начинать, – лыбится этот придурок и продолжает дрыгаться.

Отмахиваюсь от предложенного им стакана. Часть алкоголя расплескивается на его футболку. Он подхватывает меня, перекидывает через плечо и широким шагом направляется к бассейну. Колочу его по спине. Чувствую, что сейчас полечу в воду. Но у края бассейна он останавливается и говорит:

– Купаться будем?

– Нееет! – ору я. – Олег, я не умею плавать!

– Пить не умею, плавать не умею, – недовольно бормочет он, опуская меня на газон. – Скучная ты Дианка! Пойду я… нормальную девчонку подцеплю, – произносит он слегка скривившись, попятившись назад разверчивается и скрывается в толпе.

Меня нисколько не задевают его слова. Я действительно такая: скучная, серая и неинтересная. Бросаю взгляд на окна второго этажа, в двух из них загорается свет. Может, Яр там?

– Никита! – окликаю парня проходящего мимо меня. – Ты Ярика не видел? – сама не знаю для чего интересуюсь я.

– Он в доме.

– А что он там делает? – Никита смотрит на меня как на дурочку, усмехается. – Шпилит, наверное, кого-нибудь!

Через секунду я снова остаюсь одна. Никита уходит, пару раз обернувшись. На его лице ухмылка. Только ленивый и слепой не в курсе, что Яр мне нравится. Одному только Ярославу не известно о моих чувствах. А может и известно… Просто он, в отличие от меня, хорошо шифруется. Делает вид, что не замечает то, как я на него смотрю, пока он пялит свои бесстыжие глаза на Алису. Смотрит на Алису и обжимается с какой-нибудь девкой. Только ничего ему не светит. Здесь мы с Яром поменялись ролями.

Потоптавшись несколько минут на месте, разворачиваюсь и шагаю в направлении входа в дом. Зачем иду туда, сама не знаю. Меня просто тянет к нему. Влечет с непреодолимой силой. Может, мне удастся пообщаться с ним наедине. Только что я ему скажу? Понятия не имею. Ускоряю шаг, боясь передумать. Распахиваю дверь, а потом пулей взлетаю по лестнице. Нахожу его в одной из спален. Он лежит на кровати, поворачивает голову, смотрит на меня мутными глазами.

– У тебя все нормально? – спрашиваю первое что приходит в голову.

На лице Яра растекается улыбка.

– Все, отлично, – произносит усмехаясь.

– Почему ты один сидишь?

– Не сижу, а лежу, – скрестив ноги и закинув руки за голову, произносит он.

Я делаю несколько шагов к нему, становлюсь рядом с кроватью. Ну как можно быть таким красивым? Алиса настоящая идиотка. Я бы…

Рука Яра выныривает из-под головы, ухватывает меня за пояс платья.

– Тебе тоже там скучно? – тянет меня на себя.

А потом, сама не понимаю, как... Я оказываюсь лежащей на кровати, а надо мной, как во сне, нависает Ярослав.

6.

Что я чувствую сейчас? Сейчас я ощущаю лютую ненависть к самой себе за то, что позволяю Угрюмову распускать руки. Он притягивает меня к себе и, приобняв, устраивает свою огромную лапищу на моем животе. Я кладу свою ладонь поверх его. Дура! На те же грабли... Ну почему из-за Ярослава мне приходится делать то, что мне отвратительно? Снова приближаю к себе мужика, который мне противен. Ну почему мне вновь попался такой экземпляр? Он, конечно, не Стас, но тоже не предел моих мечтаний. А во всем виновата моя жадность. Отказалась бы от предложения Олега, и не было бы всего этого. Поборов отвращение, натягиваю на лицо приторную улыбку.

– Вань, пообщайся с человеком. Думаю, он готов компенсировать полную стоимость ремонта. Просто не знает сколько нужно.

– Да что там знать. Полмашины рихтовать нужно. Пусть дает рублей сто пятьдесят… нормально будет.

Лицо Яра вытягивается. С губ срывается легкий смешок.

– Проще сдать эту рухлядь на металлом. Нечего там ремонтировать. Не волнуйся, я куплю тебе нормальную машину, – произносит он и делает шаг в квартиру.

Не разуваясь проходит к двери в комнату. Аленка продолжает лежать на ковре в обнимку с Бубликом. Фиксики во всю горланят свои фиксипелки, а Аленка дрыхнет, ей не мешает ни шум телевизора, ни накаляющаяся атмосфера в прихожей. Иван отпускает меня и выставляет руку в дверной проем, тем самым преградив ему путь.

– Расплатиться можно прямо здесь, необязательно вваливаться в квартиру. Особенно если тебя в нее не приглашали, – басит сосед.

Яр присаживается на корточки и устраивает медведя на ковре за дверью, рядом с ним кладет букет.

– Можно тебя на пару слов? – игнорируя Угрюмова, обращается ко мне. Вытаскивает телефон из заднего кармана, протягивает.

Иван ни с того ни с сего толкает его в плечо, заставляя Яра сделать шаг назад. В тот момент, когда Ярослав ему отвечает тем же самым, я захлопываю дверь в комнату ребенка.

– Хватит! Прекратите! – выкрикиваю пытаясь втиснуться между ними. Угрюмов явно превосходит Ярослава в силе поэтому без труда, выталкивает его на площадку. Выскакиваю следом за ними. – Вань, ненужно! Что ты делаешь? – пытаюсь повиснуть у него на руке. Второй он бьет Ярослава в живот. Тот сгибается пополам и начинает смеяться.

– Яницкая, можешь собой гордиться, – сплёвывает кровь прямо на пол. Выпрямляется. Боже… Да, когда они успели? Я отвернулась лишь на секунду. Из губы Ярослава сочится кровь. – И снова ты мне организовала мордобой. Я как правило, лишь по твоей милости в табло получаю. Трахаля своего угомони. Нам поговорить нужно, – вытирает ладонью кровоточащую губу, зло косится на Угрюмова.

Иван хватает его за ворот рубашки, явно намереваясь спустить с лестницы.

– Вань, ненужно, – останавливаю его, встав между ними.

– Добрый вечер! – Неля Альбертовна удивленно рассматривает нашу троицу.

– Добрый, – вскрикиваю я. Как же вовремя она пришла. – Проходите, проходите! Аленка спит. Я сейчас тоже зайду, – пропускаю женщину к двери.

Продолжая коситься на мужчин, бабулька проходит в квартиру.

– Ярослав, мне на каком языке тебе еще сказать? – стреляю глазами в Ивана. Хоть бы поддержал. Потом с ним разбираться буду. – У Алены есть отец… Ты к ее рождению не имеешь никакого отношения, – выпаливаю на одном дыхании, боясь взглянуть на соседа.

– Он? – кивает в сторону Угрюмова, неотрывно глядя мне в глаза.

Иван молчит, не опровергает, но и не подтверждает мои слова.

– Да ты спалилась уже тысячу раз, Диана. Я даже тест делать не собираюсь и так знаю, что она моя. В конце концов, я не слепой и сам все вижу. Ты мне еще ответишь за свою ложь. Думаешь, я бесконечно буду вот так ходить за тобой?

– Господи! Зарецкий, тебе заняться больше, что ли не чем!? – уже не сдерживая голоса воплю я. – Оставь нас в покое!! – толкаю его к лестнице. – Все! – поднимаю ладони вверх. – Ничего общего с тобой больше иметь не желаю. Пусть Олег сам занимается твоим домом. Исчезни… Умоляю тебя! Исчезни! – голос срывается. Поворачиваю голову в сторону соседской квартиры. Иван стоит у своей дери, подперев ее спиной, с любопытством за нами наблюдает.

– Я хочу возить ее в школу. Если ты ей не скажешь…

– Только приблизься к моему ребенку, – цежу сквозь зубы.

– Я предупреждал тебя, что если не захочешь по-хорошему, то будет по-плохому, – продолжая сверлить меня ненавистным взглядом произносит Ярослав.

Из за двери высовывается голова Нели Альбертовны.

– Дианочка, мне тут сын позвонил, внука сейчас привезет. Прости, деточка, но мне бежать нужно.

Запрокидываю голову назад, вздыхаю. Где мне взять терпения? Что за день то сегодня такой?

– Идите, – спокойно произношу я.

– Извини пожалуйста, у тебя здесь… проблемы,– виновато произносит женщина.

– Все нормально. Идите по своим делам, спасибо. Женщина спускается вниз, оглянувшись на нашу троицу.

– До свидания, – бормочет себе под нос.

– До свидания, – произношу направляясь к двери. – И вам всем, до свидания! – рявкаю раздраженно и захлопываю за собой дверь.

Заглядываю к дочке. Ее из пушки не разбудишь, спит как ни в чем не бывало. Иду на кухню, наливаю себе стакан воды, выпиваю залпом. Присаживаюсь за стол и роняю голову на столешницу. Это ж надо быть такой дурой?

Все эти годы я была уверена, что Ярослав живет себе радуется и думать забыл о том, что у нас мог бы быть ребенок. Конечно, сомнения по поводу того, стоит ли возобновлять общение с Алисой были. Да и в фирму к Олегу я пошла тоже не с большой радостью. Только беда в том, что у меня выбора не было. Я бы не потянула содержание дочки на те гроши, которые могла здесь заработать. Не жалуют работодатели матерей одиночек с маленькими детьми. Поэтому пришлось обратиться к знакомым. Алиска и посоветовала мне попроситься на работу к бывшему одногруппнику. Он у нас самым деловым стал. Все знали, что он неплохо развернулся. А то, что Яр теперь спокойно общается с Алисой, да еще и в гости к ним захаживает, вообще стало для меня сюрпризом. Так убивался по ней, а теперь в гости таскается к племянникам и к брату.

Поначалу, я переживала немного, но в основном потому что сама случайно встретиться с ним не хотела. О том, что его может заинтересовать наличие у меня ребенка, даже не думала как-то. Столько лет прошло. Как сейчас помню облегчение и неподдельную радость в его глазах, в тот момент, когда я сообщила ему, что жениться на мне больше нет необходимости.

И так же ярко помню его слова, которые предшествовали моему решению и его поступок после них. «Дианка, подумай хорошо! Ты своим упрямством только себе жизнь сломаешь. Я такой... и другим не буду. Будешь ждать меня каждую ночь и рыдать, как сейчас. Я погорячился, не нужен мне этот ребенок. И тебе не нужен, сама скоро поймешь это…».

С того момента, как он забрал меня от Алисы, Ярослав ночевал дома лишь один раз. Всего один раз за полтора месяца, которые я жила у него. Он сделал это намеренно. Мог бы и дальше шляться где попало. Наверное, мое упрямство ему порядком надоело, и он решил подтолкнуть меня к аборту особо жестоким образом. Яр заявился домой пьяным, в компании такой же пьяной девки. Они не спали несколько часов, а я до утра рыдала в подушку. Рано утром уехала домой. Но папа, как и предполагалось, рад мне не был.

Я была такой наивной. Верила, что он просто так переживает расставание с Алисой. Мечтала о том, что в конце концов он угомонится и рассмотрит меня, почувствует, как небезразличен мне. Я готова была помочь ему залечить его раны. Готова была ждать… Первое время, оправдывала его и надеялась, что все у нас еще может быть. Но он растоптал мои чувства: унизил, оскорбил, плюнул в душу…

Спустя несколько дней я сказала ему, что у меня случился выкидыш. Как и предполагалось, он не пытался меня ни найти, ни вернуть. Избавился и вздохнул полной грудью. Я поехала забрать забытые второпях вещи и отдать ему ключи, а заодно и сообщить новость. Потом отправилась на аборт. Только в больницу я так и не зашла. Постояла несколько минут перед дверью и пошла к Стасу. Он был моей последней и единственной надеждой. И он не подвел, даже отчество свое моему ребенку дал и фамилию. Только расплачивалась я за эту услугу слишком тяжело, не раз жалела, что не поехала к бабушке.

Ощущать его неуверенные вечно потеющие ладони на своём теле, его противное дыхание и дерганые движения было настоящим адом. Вспоминаю сейчас и меня снова передергивает. Неужели в моей жизни так и не случится нормального секса. Ни такого от которого хочется стереть кожу мочалкой, ни такого от которого хочется проблеваться. А такого, что пусть даже не по любви, но хотя бы в удовольствие. Я ненавижу себя за мысли о том, что мне было хорошо с Яром. Стараюсь стереть из памяти тот мимолетный эпизод, но он будто бы выжжен у меня на подкорке. Скотина, как же я тебя ненавижу…

Я страшно боялась забеременеть от мужа. Тайком пила таблетки. У нас был уговор, что наш брак не будет фиктивным. Стас не собирался заниматься благотворительностью просто так. Я много лет ему нравилась. Отец считал его подходящей мне парой. Он был уверен, что рано или поздно я прогнусь под отцовские требования и так или иначе стану его женой. Но его женой я оказалась по собственной воле. Даже не так… Я сама пришла к нему и с порога вывалила на ошарашенного Стасика все свои проблемы. И сама же предложила ему помочь мне их решить.

В глубине души мне было жаль его. Всю нашу совместную жизнь он пытался напустить на себя флер этакого мужика тирана. А на самом же деле был робким и нерешительным. Я не долго мучилась угрызениями совести, когда от него уходила. Честно признаться, вообще не мучилась. Переживала немного, что он вздумает надавить на меня через ребенка. Все-таки официально Аленка считалась его дочерью. Но он не стал впутывать в это дело дочку. Стас никогда не питал к ней отцовских чувств, он рассчитывал, что я рожу ему его ребенка.

Мы развелись быстро. Я отказалась от алиментов и ушла в свободную самостоятельную жизнь. Он тоже в моей жизни больше не появлялся. Аленка даже отцом его не считает, для нее он и вовсе остался каким-то незначительным элементом. Был и был, какой-то дядька, живший вместе с нами в одной квартире. Куда он делся, она особо не интересовалась. Как хорошо, что детская память так краткосрочна. Возможно, спустя пару лет, она и вовсе о нем не вспомнит.

Слышу тихий, не очень уверенный стук в дверь. Я уже позвонила отцу и сообщила, что приду завтра после работы. Выслушала тираду, о том какая я неблагодарная и выпила успокоительное. Переложила Аленку на кровать. Придется утром поднимать ее раньше, чтобы искупать. Сегодня у нее был насыщенный день, будить жалко.

– Никого нет дома, – произношу уставшим голосом, заглядывая в глазок.

– Я собирался резать плитку, но решил сделать вам подарок. Подарю вам вечер тишины, – басит сосед улыбаясь.

– Какая щедрость с вашей стороны, – произношу открывая дверь. – Чего тебе?

– Ты обещала зайти, – кривит уголок губ в улыбке.

– Иди на хер, – спокойным голосом произношу я, закрывая дверь обратно. Он придерживает дверь, не позволяя мне ее закрыть.

– Дочка спит?

– Тебе то что?

– Я не доел пельмени, – продолжает улыбаться.

– Вань, без тебя тошно… Уйди по-хорошему.

Он отпускает дверь, убирает руки в карманы. Смотрит на меня слегка нахмурено, больше не улыбается.

– Аленка спит, если не станешь шуметь, буду тебе благодарна.

– Она на него очень похожа.

Сильнее чем нужно хлопаю дверью, поворачиваю ключ дважды.

Тебя забыла спросить. А то я сама не вижу…