![](/files/books/160/oblozhka-knigi-potroshiteli-v-los-andzhelese-331923.jpg)
Текст книги "Потрошители в Лос-Анджелесе"
Автор книги: Марина Даркевич
Жанры:
Боевики
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)
line-height:normal">
«Плимут» шлёпнулся в бешено бегущую воду и закачался на волнах. Морозов был вынужден ухватиться за ручку в салоне под потолком крыши. Держаться больше не за что – почти весь остальной интерьер автомобиля демонтирован, включая сиденья. Течение тут же подхватило машину и понесло её к мосту. Игорь внимательно смотрел на брошенные по обрывистым берегам цветные ленты, отмечающие расстояние до моста. Белая... Зелёная... Красная... Пора! Морозов выбросил руки вверх, упёрся в края люка. Мост быстро надвигался. Краем глаза Игорь видел, что по левому берегу, где расположилась основная часть группы, со всех ног бежит какой-то человек с мегафоном и что-то истошно орёт. Быструю английскую речь, да ещё с ругательствами, Игорь и без того воспринимал неважно, а шум бегущей воды заглушал крики. Одно было ясно – что-то пошло не так...
Мост уже был прямо над самой головой Игоря. Трюкач ждал, что вот-вот стальная пластина освободится и даст ему толчок для прыжка. Машина прошла створ первой опоры. Ничего!.. Ещё две секунды – и «плимут» понесётся к водопаду, чтобы попасть под объективы камер, установленных ниже. Плёнка запечатлеет короткий полёт машины (колёса подрисуют позже) и её падение на покрытые бурлящей водой камни. Вот только каскадёру ну совсем ни к чему повторять этот ужасный путь!
В какие-то доли секунды поняв, что ему грозит смертельная опасность, Морозов выскочил из люка и встал ногами на крышу автомобиля. Затем, присев, вложил в ноги всю свою силу и ловкость, на какие только был способен. Он успел! Пальцы правой руки обхватили перекладину фермы, сжали ей. Левая рука тут же вцепилась в металл, и весьма вовремя, потому что правая уже соскальзывала. Но теперь самое страшное было позади. Игорь надёжно держался за конструкцию моста. Сделав вдох, он быстро подтянулся, произвёл выход силой и оказался на досках настила. Слышался грохочущий топот ног по дереву – к дублёру уже со всех ног неслись четверо: исполнительный продюсер с мегафоном, оба техника и гримёрша, в чьи обязанности на выездных съёмках входило оказание медицинской помощи. Со стороны водопада донёсся лязг металла и громкий всплеск – «плимут» рухнул на камни. Морозов поднялся на ноги, выкрикнул «I’m alright!»********* и только после этого почувствовал боль в содранных ладонях и лёгкую дрожь в плечах и коленях.
ГЛАВА 6
Полицейский «форд» остановился почти впритык к микроавтобусу. Барни присмотрелся и перевёл дух: на заднем сиденье седана сидел улыбающийся круглолицый усач по имени Эваристо Гонсалес – тот самый, кого Энджи называл «тараканом». Двое полицейских, сидящих спереди, тоже носили большие усы, но не улыбались – они сейчас зарабатывали деньги, охраняя фуру от ненужных вопросов, да и от возможного нападения приграничных бандитов, которым ничего не стоило продырявить водителю голову, а машину сжечь, если им не дадут плату за право проезда через контролируемую ими территорию. Впрочем, Гонсалес уверял, что все заинтересованные рэкетиры уже получили мзду, но кто знает – правду ли сказал Эваристо или же решил прикарманить изрядную часть выделенных на «охрану» средств. Барни выскочил из машины, подошёл к Гонсалесу и пожал мексиканцу широкую ладонь.
– Судя по всему, всё о’кей? – спросил Барни на всякий случай.
– Всё в полном порядке, amigo, – подтвердил Гонсалес. – Двенадцать цыпочек для лучших номеров доставлены... Слушай, там есть пара блондинок, такие лапочки, может, дашь адресок, куда заскочить за их прелестями?
– Я бы сам хотел это знать, – покривил душой Барни. – Боюсь, что они поедут дальше Лос-Анджелеса.
– Жаль, – немного огорчился мексиканец. – Ну ладно. Давай выгружаться...
Дюжина симпатичных девушек, слегка ошалевших и помятых от не самой комфортной на свете дороги, пошатываясь, выбрались наружу через откинутый задний борт прицепа. Не сговариваясь, все одновременно двинулись в заросли чаппараля, откуда только что вышел водитель фуры, застёгивающий на ходу ширинку.
– Ну вот, удачной дороги, – проговорил Гонсалес и посмотрел на часы. Барни отлично понял, что надо спешить. Сейчас припрётся следующий «клиент», который заберёт свою часть интересного товара, и только после этого грузовик развернётся и отправится обратно в Тихуану выгружать малоценный балласт.
Барни уселся в кабину «GMC», повернулся и поглядел на устраивающихся в салоне красоток, доставленных из Восточной Европы. Ему было немного жаль девушек, ведь он знал, что их ждёт скорая и ужасная смерть...
– Ну что, готовы? – с бодрой улыбкой спросил он. – Добро пожаловать в Америку!
Радостный многоголосый девичий вопль был ему ответом. Криво ухмыляясь, Барни запустил двигатель и погнал машину вглубь штата Калифорния.
* * *
На берегу быстрой реки стоял ор и гвалт. Никто не мог понять, что произошло. Вернее, что произошло, было так или иначе ясно, но почему это случилось – никто не мог дать внятный ответ.
Первым заметил неполадки Билл, старший техник. Как только «плимут» спустили на воду и отправили в плавание, на пульте управления вдруг замигала и погасла лампочка, сигнализирующая об устойчивости связи со спусковым механизмом катапульты в машине. Техник подбежал к обрыву, но индикатор не зажёгся. Моментально сообразив, что аппаратура внезапно вышла из строя, Билл заорал, зовя мистера Корригана, исполнительного продюсера. Тот, в свою очередь, тоже быстро понял, чем грозит дублёру поломка. Он поднял мегафон и побежал по берегу, крича Морозову, чтобы тот немедленно хватал свою задницу в охапку и скорее выбирался из машины на берег, пока это ещё можно успеть. К сожалению, из-за шума и особенностей американских идиоматических выражений Игорь ничего не понял, кроме того, что ему грозит опасность.
Как отважный каскадёр вышел из сложной ситуации, мы уже знаем. Так же как и то, что он оказался на волосок от гибели. И сейчас мистер Корриган проводил быстрое расследование, чтобы понять, кто виноват в данном инциденте.
Но, как и следовало ожидать, ни к какому результату сотрясение воздуха не привело. Исполнительный продюсер лично запаковал забарахливший пульт в полиэтиленовый мешок, ловко запаял его зажигалкой и положил в свою сумку. Затем велел всей группе собираться и выдвигаться восвояси. Обычно после удачной выездной съёмки киношники устраивали небольшое барбекю, для чего в холодильник автобуса загодя укладывалось некоторое количество говядины, специй и пива, но в этот раз продукты пришлось везти обратно. Помрачневшие, встревоженные люди погрузились в автобус, который вскоре двинулся в сторону города. Следом поехал и Морозов на мотоцикле, но через полсотни метров обогнал коллег, дал газ и помчался как можно скорее. Он ощущал странную тревогу, но уже не за себя.
...После того как съёмочная группа уехала, прошло минут пятнадцать. В нижней части водопада из прибрежных кустов выбрался какой-то мужчина, одетый в гидрокостюм. Он закрепил конец капронового троса за один из больших камней на берегу. Затем осторожно ступил в бурлящую воду и направился к разбитому корпусу «плимута», валяющемуся неподалёку от падающего сверху потока. В оглушительном шуме и облаке водяной пыли этот человек забрался внутрь машины через оконный проём, нащупал под пластиной катапульты какой-то предмет и выдернул его взятыми с собой плоскогубцами. После чего спрятал инструмент и вынутую деталь в пристёгнутую к комбинезону сумку, выбрался из покорёженной машины и, придерживаясь руками за натянутый трос, вернулся на берег.
* * *
Игорь подъехал к знакомому трёхэтажному зданию, заглушил двигатель и соскочил с мотоцикла. Он пробежал по узким лестничным пролётам до верхнего этажа и добрался до двери в жилой апартмент.
Дверь квартиры, которую студия временно предоставила для Дайвы, была незаперта и более того – чуть приоткрыта. Тревога Игоря возросла многократно, он толкнул дверь и шагнул внутрь. Тишина.
– Дайва! – позвал Морозов, не во весь голос, но достаточно для того, чтобы девушка его услышала, даже если вдруг спит.
Никто не отозвался. Игорь прошёл внутрь квартиры, надеясь, что Дайва выскочила в кафе или за сигаретами. Но, заглянув в спальню, понял, что его смутная тревога оказалась небеспочвенной. Следы борьбы или драки были слишком заметны и очевидны, чтобы сомневаться – девушке пришлось плохо. По всей видимости, её всё-таки похитила та же самая шайка, член которой приходил сюда с визитом ночью. Игорь смотрел на развороченную кровать, на перевёрнутый столик и на упавшие стулья. Посреди комнаты валялась раскрытая сумочка Дайвы, напоминавшая дохлую лягушку с разинутым ртом. На полу виднелось несколько тёмно-красных капель. Игорь присел на корточки, вырвал из блокнота листок и собрал немного запёкшейся уже крови. Мало ли что...
Теперь надо кому-то срочно позвонить. Босса, разумеется, поставить в известность. Хотя... Босс обождёт. С минуты на минуты на территорию Голливуда въедет автобус с ребятами из студии, мистеру Монтенегро и без Дайвы будет чем заняться – Корриган сказал, что служебное расследование неизбежно. Полицию тоже придётся поставить в известность. И, вероятнее всего, директор сам свяжется с копами. Ладно. Пусть руководство занимается проблемой Игоря, а проблемой Дайвы займётся Игорь...
Морозов спустился на улицу, подошёл к телефону-автомату и набрал номер полицейского участка, где работал Стив Ковальски.
* * *
Док ещё не полностью оправился от ранения, но Карл Хофман неплохо его заменил. Конечно, после принятия решения о «расширении бизнеса» уже не было речи, чтобы устраивать рискованные операции в особняке на Мун Драйв, который, ко всему прочему, оказался на примете у полиции. Плюс к этому, какие-то проблемы возникли у Тадеуша и Чарли, и им стало опасно появляться в оживлённых местах города.
Одним из «клиентов» банды был владелец земельного участка, на котором когда-то располагалась психиатрическая больница. Теперь в звуконепроницаемых палатах неприметного сооружения творили зло по заказу богатых и до предела извращённых клиентов...
Дайву похитили очень быстро, хотя и не без шума. Ульмане решила выпить кофе и прогуляться по Голливуду, посмотреть на Аллею Звёзд и здание Киноакадемии – чтоб было о чём рассказать дома. Ну, и приврать, конечно, что видела своими глазами Микки Рурка. Ни одного знакомого лица она так и не заметила, а по возвращении во временное пристанище была схвачена двумя типами, которые уже пришли поджидать, пока девушка отсутствовала. Несмотря на то, что Дайва отчаянно брыкалась и кусалась, два гангстера (то были Энджи и Барни) без особых проблем скрутили девушку и спустили на грузовом лифте практически в багажник автомобиля. Затем, заехав во внутренний двор бывшей больницы, вытащили наружу и заперли в одной из палат, где когда-то содержались буйнопомешанные. Швырнув девушку на замусоренный пол, бандиты закрыли стальную дверь с маленьким окошком с железными прутьями и исчезли. Ульмане поднялась на ноги. Что ж, она опять была взаперти. Здесь было не лучше (но и не сказать, что хуже), чем в подвале особняка. Лишь немногим светлее, поскольку через матовое зарешёченное окно с трудом, но пробивался солнечный свет. Из интерьера в палате, кроме голой железной кровати, имелся умывальник, но когда Дайва попыталась отвернуть кран, из трубы донёсся только тихий шум выходящего воздуха. Походило на то, что девушку тут долго держать не станут... Попытки найти запасной выход или открыть тяжёлую дверь ни к чему не привели.
Когда свет, попадающий в помещение извне, стал меркнуть, за девушкой пришли. Этих двух типов – белого и чёрного – она прежде не встречала, но понимала, что вырваться будет невозможно. Правда, знакомую плешь на голове одного из них опознала сразу же. Дайву выволокли из одной старой палаты и перетащили в другую, где обстановка вмиг показалась девушке знакомой: точно так же, как в том особняке, были расположены две койки, а между ними установлено то же самое оборудование. Как ни брыкалась Дайва, ничего не помогло! Её раздели почти догола, заклеили рот скотчем и привязали ремнями к одной из коек. Затем в палату вошёл обнажённый по пояс жирный негр с толстой золотой цепью на неохватной шее.
– Хороша цыпочка, – удовлетворённо произнёс этот тип, почмокав толстыми губами. Потом он удобно улёгся на соседнюю койку. Высокий человек в зеленоватом халате, слегка заляпанном кровью, начал свои манипуляции. Он воткнул две иглы в сгибы локтей обеих рук толстому негру, а одну – в руку Дайве, точно попав в вену. Девушка пыталась дёргаться, чтобы хоть как-то помешать зловещей операции, но ничего у неё не получилось. Она была зафиксирована очень прочно и надёжно.
Ульмане с ужасом обратила внимание на узкий заострённый предмет в руке плешивого. Это блестящее и явно острое орудие немного напоминало искривлённый стилет с зазубринами на конце клинка. И этот ужасный тип с гнусной усмешкой направлял сейчас лезвие девушке прямо в голый беззащитный живот. Боже, какой кошмар!!! Игорь, где же ты?! Приезжай скорее, выручи меня, пока ещё не поздно!..
* * *
– Стив, тебе заняться больше нечем? – с досадой спросил лейтенант Адамс. – Я, конечно, понимаю, что поиск пропавших документов русского каскадёра – это занятие нудное и долгое... Между нами, я подозреваю, что его бумаги давно уже гниют в канализации... Но какого чёрта ты опять поднимаешь шум и требуешь устроить обыск на частной территории? Да ещё принадлежащей вполне уважаемому человеку?
– Это вы про Карла Хофмана? – скептически произнёс Ковальски. – Да уж, конечно, уважаемый... Сами знаете, что он, кроме всего прочего, ездит на встречи национал-социалистов.
– Это не запрещено законом, – проворчал Адамс. – Хотя лично мне очень не нравится.
– И как быть с исчезновением Дайвы Ульмане?
– Эта девушка мало того, что въехала в Штаты по сомнительным документам, так тоже устроила панику на пустом месте. Ей вообще нечего было высовывать нос на улицу, сидела бы и ждала депортации. Ты сам знаешь, что Голливуд уже не тот – в нём полно психопатов и маньяков... Днём чувак играет в кино хорошего ковбоя, а вечером насилует несовершеннолетних и уши им отрезает... Кстати, если мы не поймаем этого урода до конца месяца, нам мало не покажется. А за эту нелегальную девчонку тебе слова никто не скажет.
– Мне не очень нравится такой подход, – честно сказал Стив.
– Поверь, мне тоже! Но мы не можем инспирировать расследование исключительно по сомнительному заявлению русского каскадёра, чья история тоже выглядит довольно странной...
– Кстати, он на съёмках чуть было не погиб или не покалечился. Как раз в то время, когда похитили девушку. И он уверен, что всё это было подстроено. Считает, что его попытались устранить на время, а то и насовсем, чтобы не мешался.
– Вообще я соглашусь, что вокруг этого парня происходит слишком много шума, – заметил Адамс. – И мне это не нравится тоже. Думаю, надо сделать запрос в миграционную службу. Возможно, и Морозова есть смысл поскорее отправить домой.
– Это называется «прятать голову в песок», – сказал Ковальски.
– Нет, это называется «разрядить обстановку», – возразил лейтенант. – Возможно, никаких прямых связей тут нет... Но ты тоже согласись, что ряд крайне неприятных инцидентов, случайно или нет, начался одновременно. Я, пожалуй, поговорю с капитаном. Может быть, он действительно решит, что поиски пропавшей девушки надо форсировать. А может быть, нет.
* * *
Над Лос-Анджелесом опустилась ночь – угольно-чёрная и при этом освещённая заревом рукотворных огней. Раскалённая от жара нагретых за день домов и улиц и одновременно прохладная от океанского бриза. Двое неспешно ехали на мотоцикле в сторону особняка на Мун Драйв, но слезли с него за три дома до цели, оставив его среди других двухколёсных машин близ бара, где шумно развлекалась компания байкеров.
Игорь и Стив подобрались к ограждению.
– Вот здесь она, видимо, спрыгивала, – сказал Морозов, показывая на длинный и толстый сук, торчащий со стороны участка.
– Может быть... – произнёс Ковальски. – Тебе не кажется странным, что тут мёртвая тишина?
На самом деле, дом был погружён в молчание. Ни одно из окон не светилось.
– Это действительно странно... Ну что, идём?
Две ловкие фигуры одна за другой подпрыгнули, подтянулись на ветке и перебрались над ограждением на территорию особняка.
– Если тут кто-нибудь есть, они имеют право начать стрелять, – шепнул коп.
– Ты вооружён? – спросил Игорь.
– Конечно, нет... Я же сейчас не при исполнении. Это у нас только Хэнк спит со своим «Глоком». Иногда это бывает полезно. Как в случае той вашей внезапной погони.
– Кстати, а кто оказался хозяином снафф-студии?
– Пока неизвестно. Водитель ушёл в несознанку, но на него у нас ничего нет. Он – сопляк, видимо, действительно мало что знает. Тот, который стрелял в вас, сдох. А девка только адрес могла назвать. Когда наши туда приехали, все уже сбежали. Словом, зависло дело.
– Дайва рассказывала, что в неё начали стрелять, когда она подбежала к калитке, и слышала, как в металлическую стойку попала пуля, – вспомнил Морозов.
– Пойдём-ка посмотрим... Правда, в такой темноте мы ни черта не увидим.
Стив подошёл к калитке и осветил фонариком металлические опоры.
– След сильного удара действительно есть, – сказал он, указывая на вмятину и сбитую краску. – Но попробуй докажи, что это именно пуля.
– Наверное, искать пулю – вообще безнадёга, – вздохнул Игорь.
Морозов и Ковальски осторожно прокрались через запущенный сад к стене особняка. Действительно, гробовая тишина.
– Если бы тут что-то происходило, мы бы уже поняли это, – произнёс Стив. – Похоже, здесь нам делать нечего.
– Наверное, гангстеры решили, что их могут рано или поздно накрыть, и решили поменять свою «базу», – предположил Игорь.
– Скорее всего, так оно и есть...
Парадная дверь была заперта на замок, как и чёрный ход. Причём довольно надёжно – ломать бесполезно, а пользоваться отмычками подобно матёрым «медвежатникам» не умел ни тот, ни другой. Оставалась возможность проникнуть в дом через подвал, и это показалось приятелям хорошей идеей. Сковырнуть задвижку удалось сравнительно просто. Люк возле дома со скрипом отворился, и мужчины пробрались внутрь.
В подвале было темно – хоть глаз коли. Стив немедленно зажёг фонарь и вместе с Игорем двинулся по направлению к лестнице, ведущей вверх. Вокруг по-прежнему было тихо. Ни малейшего шума не доносилось и на первом этаже, куда с осторожностью выглянули «разведчики». Да и второй этаж был погружённым во тьму и тишь.
– Похоже, мы действительно впустую затеяли эту экспедицию, – сокрушённо пробормотал Стив. – Но надо подняться и проверить всё, что мы можем.
Двери в комнаты, про которые рассказывала Дайва, были закрыты, но не заперты. Только в одной из них обнаружились следы присутствия людей – кровать без белья и подушек, но со стоящим рядом штативом для капельницы.
– Возможно, здесь был тот тип, в которого стреляли твои коллеги в аэропорту, – сказал Игорь.
– Это лишь догадки, – вздохнул Ковальски. – Больше ничего в этих комнатах не найти. Наверняка они вывезли весь подозрительный материал, который мог бы оказаться набором улик. Конечно, если собрать здесь кучу криминалистов со специальным оборудованием, они, может быть, чего и нароют, но для нас эта задача непосильная... Пойдём, глянем на окно.
– Если стреляли, то, вероятнее всего, именно отсюда, – сказал Морозов. – Прямо огневая точка.
– Конечно, – согласился Стив и начал светить фонариком по полу. – А, вот и подтверждение! Гляди-ка!
Луч света окружил валяющийся цилиндрик.
– Гильза! – сказал Игорь.
– Конечно... А вот и ещё одна... И ещё.
– Надо забрать их!
– Только одну, – заявил Стив, поднимая гильзу. – Остальные оставим коллегам. Сороковой калибр... Похоже, «СИГ Зауэр-226». Армейский.
– То есть не вполне бандитское оружие?
– Почему? Вполне. Надёжный – швейцарская разработка. Калибр убойный. Довольно удобен сам по себе, хотя и тяжеловат. Но действительно встречается нечасто. В общем, завтра попрошу лично разобраться с этой гильзой... И с твоей бумажкой, на которую ты собрал кровь в квартире. Кстати, а что у тебя за соображения насчёт этого?
– Мне кажется, группа крови – это один из ключевых критериев, по которому бандиты подбирали девушек в Европе.
– Да? – скептически произнёс Стив. – Впрочем, спорить не буду. У выпотрошенных девушек, которых мы имели удовольствие видеть, группа крови совпадала.
Игорь вздохнул. У него было тяжело на сердце из-за того, что он не смог защитить женщину, которая ему очень понравилась.
– Что делать? – пробормотал Ковальски. – Обидно как-то бросать всё это на полпути.
– Есть у меня одна идея, – вдруг сказал Морозов.
– Какая же?
– Я попробую найти человека, который нам поможет.
– «Секретного агента»? Ты же иностранец...