Текст книги "Дикий. Охота на невесту (СИ)"
Автор книги: Марина Весенняя
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
– Досай, – строго протянула девушка.
– Бу-у-удеш-ш-ш-шь? – Василиск радовался своему положению. Продержать Киру в таком положении, пока она не согласится? Легко!
– Дося… Отпусти.
– Ко-о-о-ти-ик?
– Досай! Заканчивай!
– Не-е-е-ет, – протянул змей. Переживания разогнаны словами человечки, а близость самки распаляла игривое настроение. Быть может, встреть Досай свою пару лет через десять-двадцать, он бы реагировал спокойнее, держал бы себя в руках лучше. Все-таки опыт. Но сейчас – не мог. Каждый новый день, каждый час, проведенный с Кирой, все больше пробуждали в мужчине те качества, которые до сих пор не имели права на существование.
Шер Досай Ройэгр привык быть воином, он успел побывать главой клана и с почетом относился к своим обязанностям хранителя. Он был любовником. Но никогда – мужем. Или отцом.
Совсем недавно Досай был близок к тому, чтобы жениться. Но договорной брак и близко не стоит по ощущениям к закреплению связи со своей самкой. Тяжело тем василискам, кто встретил истинную уже после брака. Сохранить себя для всех жен в равной степени, никого не обидеть и не унизить, но все равно любить только одну – непросто.
Досаю боги послали Киру. Видимо, тогда, когда он нуждался в ней больше всего.
«Маленькая, вредная, упрямая… зайка. С повадками истинной шессы». – Мужчина продолжал испытывать свою человечку взглядом.
Душа разрывалась на части. Хотелось от удовольствия лечь на спину и размять кости, переворачиваясь с бока на бок, но при этом не выпускать самку. Надо бы предупредить остальных василисков о проникновении, усилить охрану, вспомнить о своих обязанностях…
«Но и Кира сама себя в воздухе не подержит». – Звериная натура все-таки брала верх над рассудительностью.
Хотелось бы, чтобы утро не заканчивалось.
«И чтобы за хвост укусила». – Досай клацнул зубами, представляя себе, как окунется в брачную эйфорию, стоит Кире перестать упрямиться.
– Это не смешно. – Девушка приступила к активным попыткам выбраться. И Досай даже согласился сыграть с ней в «василиски-зайки». Ослабил хватку, позволяя Кире начать падать. И шустро словил ее, не дав удариться о пол. Естественно, сразу после подняв свою зайку еще выше.
– О-о-очень с-смеш-ш-шно. – Василиск не подозревал, что его звериная ипостась была способна смеяться. Звуки получались странные. Зато сердце радовалось. Можно было откинуться на пол и наблюдать, как Кира забывает о своих бедах, пока борется со змеиным хвостом.
– Все, сдаюсь! Да! – Кира воскликнула,
– Конкр-р-ретнее, – заинтересованно протянул змей.
– Я буду твоей…. Невестой!
Глава 16
– Гнездо небезопасно, – повторил Досай для совета старейшин, не понимая, почему василиски отказываются слушать.
– За неделю – ни одного проникновения! – возражали почетные старцы. – Мы не собираемся расселять самок по другим гнездам…
– … Из-за какой-то девчонки! – зашипела Акса, самая великовозрастная василиска гнезда.
– Она – семья. – Сайрон, вернувшийся от темных накануне, подал голос раньше, чем это успел сделать Досай.
– Только невеста, – недовольно фыркнула Акса.
– А с каких пор мы не защищаем невест? – На этот раз возражение последовало от Миррая.
– Человеческая девка, – протянул один из мужчин-старейшин. – Сегодня невеста, завтра – клановая шлюха. Мальчик, за хвост тебя никто не кусал, – обратился он к Досаю. – Выдвори чужеземку из нашего дома и перестань ворошить змеиное гнездо.
Шер Ройэгр нахмурился и поджал губы, так что они превратились в тонкую линию.
Пускай старики брюзжат, василиска это не задевало. Их любовь наставлять и поучать молодняк, вечно осуждая тот или иной выбор, известна многим, если не всем. Дурная слава уже не первый год тянулась за советом старейшин. Змеи, как любое живое и разумное создание, с возрастом набирались опыта и знаний. Но горделивым существам нелегко смириться с потерей силы и ведущих ролей в кланах. Это и раньше являлось проблемой, но с момента объединения кланов превратилось в катастрофу.
Вчера – заносчивая надменность. Но сегодня – оскорбление самки?
Досай сглотнул яд. Кровь и без помощи старейшин кипела в венах – Кира умела испытывать терпение. Невеста. Она согласилась только на то, чтобы быть его невестой.
Ноздри василиска расширились, словно мужчина старался уловить запах своей женщины. Он оставался на одежде, на руках Досая.
Пока змеи собрались для обсуждения, девушка была предоставлена сама себе. И это раздражало самца. Все самые близкие и верные василиски сидели сейчас здесь, подле Досая.
Миррай, Айрим, Геллар и Райвен – мужчины с самыми большими семьями в гнезде.
Сайрон, Айгон, Лайэр и Рейгхар – холостяки, но из сильнейших в клане.
Последних Досай не пожелал бы видеть рядом с Кирой даже на одном этаже.
Первая четверка… Ни одного из них нельзя было попросить пропустить совет.
Гнездо – большой дом для всех, самки с детьми осели в норах. И решать за остальных единолично Досай не мог.
– Я не собираюсь обсуждать положение своей будущей жены в клане, – твердо произнес мужчина. – С обрядом или без – она моя семья. А значит, и ваша. И даже без этого – мы не бросаем женщин. Ни своих, ни чужих, ни мимо проходящих. Поэтому…
– … Поэтому ты настаиваешь на расселении гнезда? – Акса. Для своего преклонного возраста шесса сохранилась неплохо. Половина эльфийской крови сказывалась на василиске благоприятно. Кожа, пусть и покрылась морщинами, сохраняла румяный отлив на скулах и легкий загар, лишенный старческой серости. Руки, слишком тонкие и немощные, украшали массивные черные татуировки-браслеты – шесса овдовела еще шесть лет назад. И с тех пор характер ее только портился. – Намного проще выгнать одну чужачку….
– Этого не будет, – прорычал Досай уперто.
– Тогда вам, как Хранителю клана, стоит заняться поиском бреши в защите гнезда. И того, кто ее нарушил.
– Да это невозможно! – Сайрон воскликнул, и Досаю пришлось осадить своего брата.
– Почему? – протянула Акса. Пока остальные из старейшин притихли, женщина продолжала высказывать их мысли вслух. – Разве нам не дали прямого указания на императорский дворец? – Тонкая черная бровь поползла вверх, лицо василиски перекосило. – Чем не след? Тем более ходят слухи, что Беары сейчас в столице. Почему нашему хранителю не встретиться с лордом?
– … да…
– Он может знать больше…
– Он глава, пусть решает…
– Нам обещали больше нор…
Досай тяжело вздохнул.
«Отличный повод отправить меня подальше». – Мужчина посмотрел на Миррая, мысленно ища поддержки у старшего товарища.
Змей все понял без слов. Ему было достаточно чуть повести плечом и нахмуриться – подобные решения не принимаются поспешно.
«Метка на стене – предупреждение». – Досай не видел в оставленном рисунке ничего иного.
Тот, кто убивал и проникал в гнездо, с чего вдруг станет рисовать подсказки?
– А если за всем стоят темные? – очередной голос со стороны старейшин.
Досай уже думал над этим. И единственный вывод, к которому пришел, – стоит поговорить с Беаром. Этот черный змей водит близкую дружбу с темным императором, так что Лиаму точно знать лучше, какого демона творится. Беар – в столице.
«Ехать?» – Досай прикрыл глаза, стараясь не думать обо всем.
Слишком все быстро. Кира в гнезде неделю. Только-только начинает отходить от случившегося…
«Возможно, смена обстановки… – Мужчина поджал губы. – А с другой стороны – опасность».
Сколько он может не спать, оберегая свою самку на чужих землях? Или Кира предпочтет остаться в гнезде, пусть и без Досая? Возможно, так будет даже правильнее…
***
Сумерки стремительно сгущались. Легкая прохлада уже ощущалась в воздухе, но Кира не спешила поскорее вернуться во дворец, который здесь все называли гнездом.
Стоило отойти подальше, устроиться на одной из вогнутых скамеек – и можно наслаждаться прекрасным видом величественного здания.
В то, что змеи выцарапали себе дом из скалы собственным когтями, Кира не верила. Но, прожив с василисками неделю, поняла, что ее уверенность постепенно тает. Эти чудные создания даже ленились странно. Казалось, что совсем не умеют этого делать.
Чем на улице жарче, тем активнее змеи – им нужна музыка, им нужна любовь, нужно куда-то девать энергию.
Стоило солнцу возвыситься над гнездом, Досай с другими мужчинами уходил в горы.
Конечно, шер Ройэгр не хотел этого, оставляя Киру с самками весьма нехотя. Но…
«Но так будет лучше», – обещал мужчина, ограждая невесту от своей излишней активности.
Кира и сама не была против. Потому что Досай…
«Сводил с ума. – Девушка присела на скамейку, опустила ладони на теплый камень. – Конечно, не в негативном плане…»
Просто все слишком навалилось. Кира старалась не думать об убийствах, пусть это и крайне сложно сделать. Отвлекалась как могла. Но чем больше девушка «отвлекалась», тем сильнее становилась заметна пропасть между двумя культурами.
Внимание мужчин к своим женщинам в гнезде можно смело называть маниакальным. И если поначалу Кира была уверена, что василиски – местные аналоги человеческих шейхов, что заводят себе гаремы, то теперь девушка отчетливо видела разницу.
Василиски помешаны на своих самках. Но в положительном смысле. Им болезненно необходимо ухаживать за «слабым» полом, они отчаянно нуждаются в их внимании, ласке и близости. И даже если у василиска есть пять или семь жен, каждая из них будет ощущать себя богиней рядом со своим мужчиной.
Киру пугала такая забота. Искренняя, но столь сильная… Очаровательная, но странная.
В голове не укладывалось, как возможно так быстро впадать в зависимость от другого человека.
Но, опять же, проводя все больше времени с Досаем, Кира все больше думала, что все происходящее нормально. Кире нравилось, как они засыпали вместе. И неважно, змеем Досай обращался или оставался собой. Так или иначе, засыпала девушка или в крепких объятиях, или же в надежном кольце. По утрам в постели неизменно Киру ждал завтрак, который проходил под легкий флирт. Словно настоящий джентльмен, Досай серьезно отнесся к необходимой дистанции.
«Никакого секса», – первое из правил невесты шера Ройгера.
Досай и не настаивал. Просто оставался милым, открытым…
«Почти всегда полуобнаженным». – Кира улыбнулась.
И тут же ее скул коснулся смущенный румянец. Глупо отрицать, что Досай – мужчина привлекательный. И эффектный. Еще глупее пытаться себя убедить в том, что его близость тебе не нравится.
«Нравится, – девушка спорить с собой и с рассудком не собиралась, – я же вообще неконфликтная».
После завтрака Досай показывал Кире свое гнездо. В основном они гуляли по садам, когда девушка имела возможность изучать все новые и новые уголки. Потом Досай заводил Киру в женское крыло, которое девушка нежно называла «гадюшник». Не со злобой, просто так.
Василиски с интересом слушали гостью, ее рассказы о Земле. С не меньшим энтузиазмом учили Киру делать украшения и вышивать. Особенно вышивка удивляла – женщины брали разноцветные перышки, складывали их в цветочные узоры, чуть подрезая края, а после пришивали их к шелковой ткани.
«Ни черта не получается, но увлекательно». – Кира подняла взгляд к небу.
– Слепое. – Девушка вздохнула, видя над головой только черные бескрайние просторы.
«Слепым» это небо называют василиски. Маленький побочный эффект от охранных ловушек в гнезде. Вроде ничего страшного, но, когда в самую ясную ночь на небе ни одной звезды, становится не по себе.
«Во всяком случае, человечке с Земли». – Девушка вздохнула.
Сегодня Досай отсутствовал дольше, чем обычно. Солнце еще не успевало скрываться за горами, когда он возвращался к своей невесте. Мужчина одобрительно слушал, чем Кира занималась, наслаждался тем, что ее речь на местном языке становится все увереннее и правильнее. А потом они танцевали. Каждый вечер.
«Ты же хочешь узнать мой мир лучше?» – говорил Досай, увлекая невесту в томительные уроки нежных движений, плавных покачиваний и опасной близости.
Змеиные танцы были пленительно страстные. Никакой суеты, никаких быстрых ритмов…
«Если верить Досаю».
И теперь Киру раздражало то, что сегодня очередного урока не случилось. Один вечер, и ей уже не хватает этой странной игры, когда ты то сближаешься с мужчиной, то разрываешь дистанцию. Не хватает сплетения рук или возможности прижаться всем телом…
– Дурацкий совет, – буркнула девушка себе под ноc.
– Полностью с тобой согласна.
Кира вздрогнула. Конечно, она привыкла, что в полном одиночестве ее все равно здесь не оставляют. Но, если девушка выходила в сад, остальные василиски старались держаться подальше. А тут с ней заговорили. Подкравшись совершенно бесшумно.
– Я тебя напугала? – На Киру смотрела девушка с совершенно бледной кожей и большими карими глазами.
Черные волосы с красным отливом были стянуты в тугой хвост – еще одна местная странность. Вместо того чтобы заплести косу, женщины вплетали в волосы тонкие кожаные ленты, не позволяя волосам торчать в разные стороны.
– Нет. Я… просто не знала, что не одна.
– Иногда мне кажется, что остаться одной – это что-то невозможное.
Без приглашения змейка села рядом с Кирой.
– Наверное…
– Я могу задать тебе вопрос? – заглядывая в глаза девушки, спросила незнакомка.
Глава 17
«Поразительное чувство такта. Для василиски». – Кира хмыкнула.
За неделю лучше всего удалось уяснить, что в гнезде почти не существует понятия «личного пространства». Змеи не стесняются ничего – ни своих тел, ни своих желаний, ни своих мыслей. Им ничего не стоит влезть с совершенно бестактным вопросом в беседу. Главное – не задевать гордость да не касаться темы хвостов.
Кира с трудом могла бы посчитать, сколько раз за последние дни ей приходилось краснеть от внезапных приступов любопытства василисок. Иногда девушке казалось, что змейки относятся к иномирянке как дети к обезьянам в зоопарке. Им ничего не стоило спросить у Киры про человеческие члены и чем они отличаются от половых органов самцов-василисков.
«Слава богу, ничем. Или я чего-то не знаю…» – Кира вновь залилась краской.
Раздеться и отправиться купаться в ближайший водоем, пусть он и находится у всех на виду посреди сада, – скучные будни. Заглянуть человечке под тунику, лишь бы проверить соски и узнать правду про страшные проколы и кольца прямо там…
«Умеем, любим, практикуем». – Кира вздохнула.
Бесконечно радовало, что мужчины-василиски держались от нее на максимально удаленном расстоянии. Да и вообще подобного себе не позволяли.
«А девчонки такие девчонки…» – Пришлось прикрыть ладонью лицо, чтобы не смутить собеседницу.
– Прости. Да, конечно. – Кира нахмурилась.
Немного, ощущая, что вновь погружается в свои мысли, вместо того чтобы общаться с новыми соседями.
«Я тут очень надолго… Привыкай».
– Как ты себя чувствуешь…. После всего, что случилось?
Девушка приоткрыла рот, не ожидая подобного вопроса… О ее чувствах не спрашивал никто. Даже Досай. Мужчина мог спросить о самочувствии, о настроении, но темы внутренних переживаний все-таки избегал. То ли не хотел лишний раз акцентировать на этом внимание, то ли не знал, как подступиться.
– Как ты держишься? – Не получив быстрого ответа, василиска немного усилила напор.
Даже придвинулась ближе. Достаточно, чтобы ощутить жар ее тела.
«Это не змеи, это живые обогреватели». – Кира почувствовала себя немного неуютно и постаралась аккуратно отстраниться.
– Как-то держусь… Выбора-то особо нет…
– Наверное. – Девушка тихо хмыкнула и опустила лицо, пряча грустную ухмылку.
В саду повисла тишина. Пусть короткая, но все равно неприятная.
– Здесь очень милые… – Кира одернула себя, чуть не назвав жителей гнезда «людьми», – обитатели. Весьма гостеприимные. И меня поддерживает Досай…
– Он заставил тебя быть с ним. – Девушка, которая так и не представилась, посмотрела на Киру.
Зато человечка насторожилась. Не думала она, что большой песчаный змей кому-то рассказывал подробности своей помолвки.
– Почему ты думаешь, что заставил?
Василиска не стала отвечать, только начала подниматься, желая уйти от разговора.
– Стой. – Кира поймала беглянку за руку, и та моментально зашипела. – Прости… я уже слегка…
Темноволосая девушка прижала руку к груди, рукав ее платья задрался, обнажая испещренную шрамами кожу.
– Что это? – Кира подорвалась со скамьи, не собираясь отпускать девушку просто так.
Подошла, желая рассмотреть. Левая рука василиски оказалась искалечена. От локтя до кончиков пальцев. Неохотно девушка вытянула ее перед собой, позволяя Кире рассмотреть каждый шрам.
«Здесь живого места нет». – По позвоночнику человечки пробежал холодок, мурашки пробежали по всему телу.
Белые тонкие или толстые, красного и телесного цветов шрамы. Десятки, если не сотни. Словно кожу резали, рвали и прижигали. И кисть…
Кира тихо охнула, чувствуя, что к глазам подступают слезы страха. Каждая фаланга каждого пальца была сломана.
«Возможно, не раз». – Кира глотала воздух, желая развидеть это.
Кости срослись настолько, что два пальца вообще не шевелились, а остальные оказались искривлены.
– Что это…
– Это то, что случается, когда не даешь мужчинам то, чего они хотят, – прошептала девушка, кусая себя за губу.
– Василиски? – Кира побледнела. – Они не могли… Они не трогают женщин…
– Не трогают, – еще раз грустно хмыкнула девушка. – Зато защищают тех, кто «трогает».
– Это…
– Прости, я пойду…
Кира не смогла бы удержать незнакомку. Потому что не знала как. Что можно сказать, как не бередить старые раны?
«Василиски защищают тех, кто так поступает с женщинами?» – Кира почувствовала, как к горлу подступила тошнота, – «Нет… Досай не может…»
– Кира? – Голос мужчины заставил вздрогнуть. – Почему ты так поздно гуляешь на улице одна?
Досай смотрел на свою невесту с волнением. После целого дня без Киры ее хотелось заключить в объятиях. Обвить хвостом, потереться мордой, чтобы зверь успокоился и позволил мужчине остаться с Кирой на всю ночь.
Природа брала свое – инстинкты требовали близости, которой Досай пока не мог получить. Тем не менее от объятий пришлось воздержаться.
«Сорвусь ко всем демонам». – Мужчина позволил себе лишь одну слабость – опустил ладони на плечи Киры, большими пальцами коснувшись ее кожи.
– Я не одна. – Девушка обернулась, ища взглядом убежавшую василиску.
Хотелось бы Кире, чтобы та бедняжка осталась, чтобы задать Досаю несколько серьезных вопросов. А так Кира даже имени не знала…
– Ты совсем замерзла, пойдем домой.
«Домой». – Девушка приняла локоть василиска, размышляя над тем, сможет ли гнездо когда-нибудь стать ее настоящим домом.
Возможно, мысли поспешные и сейчас не время думать о таких вещах. Но за неимением других развлечений приходилось думать. Дом…
Естественно, Досай имел в виду свои покои, просто на языке этого мира получался «дом».
Дом – гнездо, дом – комната, дом – нора.
Что такое норы, Кира так и не смогла себе представить. Спускаться туда нельзя никому, кроме самок и лекаря, так что посмотреть, что это за горячие дыры под землей, где вроде разумные женщины предпочитали рожать, было нельзя.
– Ты сегодня задумчивая.
– А ты сегодня опоздал. – Отчего-то девушка не хотела поднимать вопрос увечий на другой василиске сейчас.
Что-то внутри безмерно радовалось появлению Досая, его близости. Не хотелось разрушать легкое очарование вечера после затянувшегося ожидания тяжелыми беседами и какими-либо разборками.
«Дурочка». – То, что на самом деле важнее, почему-то отходило на второй план, в то время как Кире хотелось просто положить голову на плечо мужчины и прикрыть глаза, прогоняя всякие мысли прочь.
«Я подумаю об этом завтра».
Завтра – чудесный мир. Он не трогает тебя сегодня, забирает себе все самое тяжелое, обещает что-то хорошее.
– Я не хотел. Совет не отпускал…
– Ты грустный, – заметила Кира. – Что-то случилось?
– Ничего, с чем я не смогу справиться. Как прошел день?
Кира рассказывала, пока они с Досаем не спеша поднимались на этаж. История больше напоминала плохо выученный урок языка – Кира старалась вложить в речь как можно больше описаний, новых слов. Но путалась, запиналась, хотя это ее совсем не смущало. В конце концов, самая волнующая ее тема осталась незатронутой.
«Трусиха»., – Заходя в покои, Кира мысленно себя пнула.
Еще одна мысль начала беспокоить девушку: что, если она не хочет этого разговора, потому что боится удостовериться в правдивости?
Что, если василиски не такие мягкие и заботливые, как стараются показать? И что, если Досай – один из тех, кто защищает извергов, что пытают женщин?
В спальне царил полумрак. Кира застыла у двери, вглядываясь в глаза Досая.
«Он не может…»
«Волочь тебя по земле вполне смог», – напомнил внутренний голос.
«Он заставил тебя быть с ним», – вторил голос темноволосой василиски.
– С тобой все в порядке? – Мужчина мягко улыбнулся, дотрагиваясь до волос Киры.
– Я…
– Ты себя хорошо чувствуешь?
Вопрос, который за неделю опостылел.
«Поешь, поспи, как себя чувствуешь…» – Липкий страх, к удивлению Киры, расцветал в душе буйными красками.
Это походило на какое-то помутнение. Все то хорошее, что видела Кира в Досае, вдруг начало казаться иным.
«Он не отпустил. Не дает выбора. Не отступает ни на шаг. Назвал избранной, хочет детей. И откармливает как на убой…»
«Это то, что случается, когда не даешь мужчинам то, чего они хотят». – Слова василиски и ее шрамы слишком хорошо отпечатались в голове, чтобы заставить волосы на голове зашевелиться.
– Н-нормально. – Кира нервно сглотнула.
– Станцуй для меня, – опускаясь на подушки, произнес Досай.
– Станцевать? – Кира приподняла одну бровь.
Музыки нет, так к чему подобное предложение?
– Ты меня слышала, – низко протянул мужчина.
Невозможно было не почувствовать, насколько девушка напряжена.
"Но он все равно заставляет". – Кира почувствовала дрожь по всему телу.
Досай наблюдал, как его зайка топчется на месте, изображая из себя… неизвестно что.
«Тебе надо тренироваться, – посоветовал Миррай, глядя на изнывающего от жажды василиска, – ты или навредишь девочке, или свихнешься, если не возьмешь эмоции под контроль».
«Свихнусь, – пообещал себе Досай, – но ее не трону».
Кира медленно подняла руки вверх, складывая пальцы в символ силы – один из трех стандартных у песчаных василисков.
– Нет. Я хочу увидеть твой танец…
Кира вызывающе хмыкнула.
– А кто говорил, что я двигаюсь, словно пытаюсь продать свое тело за корону Империи? – процитировала девушка, с ужасом представляя себе последствия подобной дерзости.
«Это то, что случается…»
Кира мотнула головой, стараясь избавиться от наваждения.
«Досай не тронет».
«Все они одинаковые», – тут же вторил голос незнакомки.
– Тебе же нравятся эти танцы? – промурлыкал Досай вкрадчиво. – И если только для меня…
– Здесь даже музыки нет…
Кира смотрела на мужчину. Смотрела, как мрачнеет его лицо, как темнеют его глаза. Тени словно сгущались над ложем недобрым мрачным облаком.
– Кир-р-ра, – протянул Досай мягко, но девушка слышала совершенно иной звук – дребезжащий от негодования, угрожающий, заставляющий сжаться от страха.
Первый шаг было сделать сложнее всего. Чуть вытянуть ногу перед собой – и туника уже соскальзывала с бедра, обнажая кожу.
Василиск замер, наблюдая за своей зайкой. Внимательно пожирал глазами каждое движение. Не моргал, зато стремительно обрастал чешуей.
– Я не говорил останавливаться, – низкий голос Досая отозвался хрипотцой, стоило Кире замереть.
Девушка зажмурилась и продолжила свой неловкий танец. Вытягивала руки, покачивала бедрами, стараясь изобразить что-то восточное. Напрягала и расслабляла мышцы живота, надеясь, что угодит хмурому василиску.
Досай недолго оставался на лежанке. Поднялся, подошел к Кире вплотную, мешая ее танцу. Обжигающе горячие ладони коснулись ее живота.
– Что ты делаешь? – Язык отказывался слушаться.
Хуже этого было лишь то, что Досай начал обращаться. Длинный змеиный хвост крепко обвил ноги девушки, заставляя пошатнуться, потерять равновесие.
– Хочу тебя. – Досай подтолкнул Киру на подушки.
Девушка смотрела на мужчину. Змеиный хвост, плавно переходящий в человеческий торс. Морда-лицо, невозможно понять, что осталось от Досая и появилось от василиска. И огромные кожистые крылья, расправляющиеся за спиной.
«Как у демона».
– Хочу тебя, – повторил Досай.
– Нет! Умоляю, только не так! – Пронзительные крики вырвались в распахнутое окно, давая обитателям гнезда понять, что что-то неладное происходит в покоях хранителя.
– Кира! Кира! – Досай встряхнул девушку в своих руках, которая затряслась в рыданиях и старалась отбиться от василиска. – Кира!
Девушка мотала головой, прятала лицо и продолжала умолять:
– Прошу… Нет, только не так… только не змей… Прошу…
Досай видел абсолютно остекленевший взгляд и не знал, что ему делать.
– Да что же это такое?! – Мужчина легко похлопал Киру по щеке, стараясь привести в чувства.
Не помогло. Она не видела его и, кажется, не слышала.
Не прошло и нескольких секунд, как дверь в покои распахнулась. Первым в комнату влетел Миррай. Не разбираясь, он подхватил Досая за плечи и оттянул с лежбища. Следом в спальню хранителя вполз Сайрон, готовый защищать, если придется. И кого придется.
Увидев песчаного змея, Кира разразилась новым криком.
– Что здесь?…
– Отпусти, – рыкнул Досай, стараясь вернуться к своей самке.
– Досай, остановись! – Миррай мог предположить единственное – природа наконец взяла свое над разумом василиска, поэтому шер Ройэгр не сдержал инстинктов собственника. Набросился на свою невесту, желая скрепить брак по-змеиному.
Миррай только желал удержать друга от подобной ошибки.
– Я ее пальцем не трогал! – Досаю потребовался еще один рывок, чтобы сбросить крепкую хватку Миррая. – Она… Я….
Он вернулся на подушки, чтобы перехватить руки Киры, пока она не навредила себе.
– Я не знаю, что с ней…
– Сайрон, выйди, – приказал Миррай, ощущая, что еще немного – и человечка поседеет от страха, глядя на василиска.
– Кира… – Досай притянул к себе девушку, которая продолжала реветь и отбиваться, повторяя страшные мольбы. – Она потеряла равновесие, я едва успел поймать. А потом…
– Только не ему… я все сделаю, пожалуйста… Не надо…
– Что с ней? – Досай взволнованно поднял взгляд на старшего товарища. – Позови лекаря… Тш-ш-ш, тебя никто не тронет, сердце мое. – Мужчина прижал Киру к своей груди, стараясь унять ее дрожь. – Что стоишь?!
Миррай молча кивнул и вышел из покоев, однако к лекарю не направился. Успокоительные настои были и в его покоях. А вот то, что произошло с Кирой, действительно волновало змея.
– Тише, зайка, – Досай продолжал покачивать свою девочку в руках, с облегчением ощущая, как она успокаивается, – тише… Тебя никто не тронет. Ты в безопасности…
Кира не отвечала. Все ее тело одолела тупая, тянущая слабость, глаза закрывались, но заснуть было страшно. Все еще демонический Досай прижимал к себе. Но звучал так мирно…
– Ты… пожалуйста… я все сделаю. Только не…
– Что сделаешь? – Досай нахмурился, не понимая, о чем толкует его зайка.
– Прошу… не со змеем… Это… это…
Значение слов слишком медленно доходило до сознания мужчины.
– Сделать «это»? – уточнил он.
– Я… только не со змеем….
– Кира… Кира! – позвал Досай громче. – Посмотри на меня.
Приказу девушка повиновалась, словно зачарованная. Затаила дыхание, подняла голову. Ее глаза все еще сохраняли стеклянный блеск, но казались более живыми, чем минуту назад.
– Кира, кто и что с тобой собирался сделать? – вкрадчиво поинтересовался Досай, не переставая гладить свою зайку.
– Т-т-ты, – человечка шмыгнула носом, – постель… Я… я все сделаю. Что скажешь, но… пожалуйста… Только с тобой. И только не с твоим зверем….
Когти как-то сами собой удлинились, независимо от желания Досая.
– Зайка моя, – произнес он максимально мягко. – Во-первых, я не позволю ни одному другому мужчине к тебе прикоснуться. Никогда. Запомни это, сладкая моя. Во-вторых… Я не знаю, что у тебя там за фантазии и чему учат девушек в вашем мире, но «ЭТО» между человеком и змеем невозможно физически. И категорически противоестественно.
Кира смотрела на Досая, не моргая. Его голос успокаивал, его близкое присутствие и слова, что он говорил, действовали лучше всякого успокоительного.
– В-третьих… Раз уж об «этом» пошла речь. «Этим» мы не займемся до тех пор, пока ты не будешь хотеть "этого" так же сильно, как и я. Мне тут самопожертвование и одолжения совершенно не нужны…
Отшучиваться, когда твое сердце от страха не может решить, останавливается оно или собирается колотиться быстрее, чем крылья осы рассекают воздух, было тяжело.
Досай продолжал говорить, лишь бы Кира и дальше расслаблялась в его объятиях.
Миррай вернулся с бокалом успокоительного настоя, разбавленного теплым вином. Старший василиск не стал уходить, выбрав подождать у дверей, пока Досай не уложит разомлевшую невесту спать.
– Я велел позвать лекаря, – недовольно произнес мужчина, когда нашел в себе силы отойти от заснувшей Киры.
– Я хотел поговорить об этом. Прежде чем посвящать кого-то в клане…
– О чем об «этом»? – После сегодняшнего вечера слово «это» будет еще долго ассоциироваться в голове шера Ройэгра с постельными утехами.
– О Кире… Что произошло вечером?
– Я…. не знаю, – признался Досай. – Я нашел ее в саду, она гуляла одна. Мы вернулись в покои. Она была какой-то замкнутой, напряженной. Я предложил поужинать и ложиться, но Кира начала танцевать. Наверное, танцевать… – поправил себя змей, понимая, что движения девушки больше походили на конвульсии. – Запуталась в ногах, стала падать. Я поймал. А потом… Я полагаю, остальное ты слышал…
– М-да… – протянул Миррай. – Тебе не кажется, что…
Мужчина почесал висок, прежде чем продолжить.
– … Я не хочу этого говорить, но лучше я, чем кто-то другой…
– О чем говорить? – В коридор вышел Сайрон.
Его покои находились через две комнаты от комнат Досая, змею хватило времени на то, чтобы перекинуться в человеческое тело и натянуть на себя свободную тунику черных оттенков.
Миррай посмотрел на младшего Ройэгра, прикидывая, стоит ли говорить при молодом василиске.
– Миррай? – поторопил Досай.
– Ты не рассматривал вариант, что… что на самом деле нет никакой угрозы?
– Прости, что?
Миррай нахмурился.
– Ты знаешь, что я всегда на твоей стороне. И твою самку готов защищать, но… Это зашло слишком далеко. Никто не нашел никаких следов. Нет таких существ, что способны оказаться в гнезде тайком. Никто не видел врага, кроме Киры. А сегодняшний приступ говорит о том…
– О чем? – процедил сквозь сжатые зубы Досай, понимая, к чему клонит его друг.
– Кира… душевнобольная, – выдавил из себя Миррай.
– Она не убийца.
Сайрон прислонился спиной к стене.
– Нет! Я не говорю, что она виновата в смерти Эллании. Мы это знаем. И мы знаем, что ее родители были убиты после того, как она попала в наш мир. Но все события… Все то, что увидела девочка… Это все могло не повлиять на ее… здоровье.
