Текст книги "Мой босс - злодей любовного романа (СИ)"

Автор книги: Марина Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

– Абсолютная! Но спасибо на добром слове, – поспешила я подтвердить, смотря на мужчину серьезно и бесстрастно, как и подобает профессионалу. После подняла руку, в которой все это время держала объявление о найме, на котором сейчас и акцентировала внимание. – Это здесь требуется личный помощник?

Наниматель, который озадаченно почесал затылок, взлохматив гриву волос, перевел на меня яркие глаза ядовито-зеленого цвета и вновь моргнул. Кажется, я сильно выбила его из колеи, чем и воспользовалась, вероломно пройдя внутрь неприметной лавки на торговой улице, которая, как мне известно, была замаскированной мастерской нашего антагониста.

– Прошу прощения за вторжение, но я бы хотела продолжить разговор в помещении, – вежливо заметила я, замерев в холле аптечной лавки, которая сейчас была закрыта, ввиду позднего времени.

– Так, значит, – начал он, рассматривая меня уже иным взглядом. Недоумение моим внешним видом все еще преобладало, но теперь из него испарился всякий намек на сочувствие. Скорее, теперь меня всерьез подозревали во всяком нехорошем. – Ты решила устроиться ко мне на работу?

– Если верить объявлению, главному фармацевту требуется личный помощник с полным пансионом, – не стала я отрицать.

– Это так, но в объявлении ясно сказано, что требуется мужчина, – сложил он руки на груди, акцентируя на этом внимание, словно испытывал меня. Будь я менее опытной или настоящей аристократкой, быть может, и смутилась бы. Но в прошлой жизни у меня довольно завидный опыт: я со средней школы выросла на 20 красавчиках с поразительными телами в различных проявлениях. Потому среднестатистический качок меня не впечатлит. Красив, конечно, но у меня иммунитет. Если бы я была столь падкой на красивые тела, попытала бы удачу с Гейном, не даром же он – главный герой.

– Вы предпочитаете мужчин? – склонив голову, невозмутимо поинтересовалась я, отчего беловолосый поперхнулся и покраснел от возмущения.

– Нет! Как раз наоборот! Специфика работы личным помощником подразумевает тесное сотрудничество буквально днем и ночью. Я не желаю смешивать рабочее и личное, потому не хочу иметь дело с противоположным полом в данном вопросе. Мне нужен профессионал, который не будет отвлекать меня от работы и отвлекаться на меня, – с важным видом пояснили мне.

– Тогда нет никаких проблем, – поспешила я его успокоить и уверенно заявила: – Я не рассматриваю вас, как мужчину.

Почти ожидаемо мужчина выпучил глаза с большим шоком, чем когда я пыталась обвинить его мужеложстве. Поверить, что кто-то мог остаться к нему равнодушным – он просто не мог. Это буквально не укладывалось в его самовлюбленной голове.

– В смысле? – просипел он, поймал мой безразличный взгляд на его распахнутом халате, после отчего-то смутился и спешно запахнулся, смущенно покраснев, словно оказался без штанов перед учительницей.

– Я хотела бы кое-что прояснить, – вздохнула я, вспомнив наставления Проводника, с которыми он сопроводил меня в путь к моему двухгодовалому обогащению. Тот настоятельно советовал мне быть собой и максимально честной. По его мнению, это – самый быстрый и верный способ завоевать доверие и расположение демона, который от природы очень чувствителен ко лжи. Впрочем, еще из романа было понятно, что Киллиан больше всего ненавидел лжецов. Потому, встретив «святую» Розали, которая придерживалась честности и справедливости во всем, не мог остаться равнодушным. На мои справедливые опасения, что я могу ненароком перетянуть внимание герцога Нокса на себя, меня поспешно успокоили. Ведь разница между мной и Розали заключалась не только в силах и ролях, отведенных в этом романе. То, что покорило антагониста в Розали – полная самоотверженность и бескорыстие девушки. Собственно, после этого никаких пояснений не требовалось. – Я люблю деньги, – прямо и твердо заявила я. Киллиан, который держал свою личность в этом месте под секретом, напрягся. – Вот прямо очень. Как вы уже должны были понять из моего внешнего вида, сейчас я оказалась в непростой жизненной ситуации. И, поверьте, иные отношения, кроме деловых, сейчас вызывают во мне исключительно отторжение. В данный момент я нуждаюсь в деньгах, потому и здесь.

– Сейчас, может быть, – задумчиво прищурился он, разглядывая меня. Во всем его виде читалось сомнение. – Не знаю, что конкретно стало причиной вашего... положения, – выразительно окинул он меня взглядом. – Но со временем раны на вашем сердце заживут и вы вновь захотите любви... Особенно с таким-то работодателем под боком... – не упустил он возможности себя похвалить. Его самовлюбленности только позавидовать.

Кажется, возникло очередное недопонимание, и он решил, что мой внешний вид – следствие разбитого сердца, а не инстинкта самосохранения. Пришлось прилагать усилия, чтобы не закатить глаза и продолжать вежливо улыбнуться.

– При всем уважении, но как вы недавно сами заявляли, при всем вашем внешнем великолепии, – не забыла я «подсластить пилюлю». Все же с потенциальным работодателем имею дело. – Вы не в моем вкусе, – категорично заявила, не оставив ни единой возможности для сомнений. – И, откровенно говоря, я вижу в вас единственный плюс – ваш достаток. Пожалуй, это единственное, что может меня привлечь. Но мне будет достаточно, если вы будете платить мне справедливую зарплату за мои труды. Потому мне откровенно все равно, как вы выглядите, пока платите исправно и удовлетворяете свои "иные" потребности не за мой счет. Честно говоря, это даже хорошо, что вы так красивы: у вас больший выбор в женщинах, потому меня это касаться не будет.

– Что-то все же может и привлечь, – не сдавался он, отстаивая свою неотразимость.

Боже, как ребенок!

– Тоже верно, – не стала я спорить. – Однако, – важно подняла я палец. – В своем избраннике, помимо его достатка, я хочу видеть и иные, не менее важные качества, нежели внешность. Это – порядочность и... верность, – выразительно посмотрела я на свежие засосы, которые он воровато пытался прикрыть воротом халата, при этом обиженно надув губы. М-да... нянчиться с ним будет той еще задачкой...

А еще, кажется, Киллиан лишь убедился в своем заблуждении, относительно моего разбитого сердца, ибо смотрел с сочувствием. Впрочем, мне же лучше: хоть он и бабник, но по роману отбитым подлецом никогда не был и нарочно боль женщинам причинять не желал. Потому, думая обо мне, как о несчастной обиженной женщине, постарается меня, по крайней мере, не трогать.

– Значит, тебе от меня нужны лишь деньги? – насупился он, прожигая меня подозрительным взглядом. Но я и бровью не повела.

– Деньги и строгое исполнение обязательств, прописанные в нашем будущем рабочем контракте. Кстати, о нем, – вспомнила я и полезла в свое декольте.

– Так и знал... – то ли с пренебрежением, то ли с облегчением покивал Киллиан, словно его опасения или ожидания оправдались. Но после вновь озадачено замер, смотря на то, как я протянула ему листы бумаги, еще теплые от моего тела.

– Карманов не было, – пояснила я свои действия, заботливо запихивая обратно блестяшки, которые потревожила. Надо бы при случае к оценщику наведаться. – Здесь мое резюме и условия сотрудничества.

– Условия? – поразился он моей наглости, но бумаги принял и даже с интересом в них заглянул. – А вы большого мнения о себе, – фыркнул он, пробежавшись взглядом по моему черновику контракта.

– При всем уважении, но я успела навести справки о данной вакансии. Мне известно, что из-за нестандартных условий, ненормированного рабочего дня, переработок, отсутствия больничных, отпусков и даже выходных, порой, абсурдных требований, а так же... специфического характера нанимателя, средний период работы одним человеком составляет – неделя. И это я еще сильно округляю, – продолжая вежливо улыбаться, наблюдала я, как мрачнеет лицо мужчины, которому нечего было этому противопоставить. – Отсюда и мои требования. Разумеется, в вашем праве самому судить о моей полезности. Потому там же прописано, что все мои требования вступают в силу после месячного испытательного срока. Если выдержу проверку, я жду от вас полную лояльность: полный пансион, справедливую оплату труда, включая переработки и непредвиденные обстоятельства, – вспомнила я то, через что прошла несчастная Розали на службе у этого... Казановы. И ведь, божий одуван, никакой компенсации за это не требовала. Я подобных ошибок не совершу и обдеру его как липку! – А так же полный иммунитет от внешних раздражителей, на срок действия контракта, – добавила я.

– Как это понимать? Каких еще раздражителей?

– Скажем так, есть некие обстоятельства, из-за которых мне пришлось мгновенно пересматривать в свою жизнь. Возможно, я использовала несколько резкие и грубые методы для этого, после чего многие останутся недовольны и даже попытаются это исправить, посредством возвращения меня на моё место. С чем я категорически не согласна. Вот от таких «раздражителей» вы обязаны дать мне иммунитет на два года, которые я собираюсь проработать у вас верой и правдой.

– Могу я узнать подробности? – нахмурился он.

– При всем уважении, но пункт пять договора о сотрудничестве, – мило улыбнулась я, пока он искал тот самый пункт. Я бы, может, и выложила ему все, как есть: и про жениха, и про родителей, но пока есть серьезные опасения, что, услышав мою историю, просто откажется связываться с такой проблемной сотрудницей. Потому постепенно узнает. Но лишь после того, как подпишет контракт и уже не сможет отвертеться!

– «Полное невмешательство в личную жизнь другого, если это не противоречит и не препятствует качественному исполнению обязанностей сторон», – процитирован он и хмыкнул. – Невмешательство, это, конечно, хорошо. Но, как ты и сама знаешь, требования к личному помощнику могут нести специфический характер. Порой придется делать что-то... личного характера.

– Не переживайте, я знала, на что подписываюсь, когда шла сюда.

– Вот оно как! – самодовольно и снисходительно посмотрели на меня, ни на грамм не поверив. – В таком случае, у меня для тебя есть первое задание. Если выполнишь его, я, так и быть, рассмотрю твою кандидатуру.

К этому я была готова, потому вновь вежливо улыбнулась, демонстрируя полное внимание.

– Сейчас на втором этаже есть нежелательный гость, который отказывается покидать это место и мешает моей работе. От тебя требуется заставить ее уйти, не применяя при этом грубую силу.

Стараясь скрыть снисходительную усмешку, я коротко спросила:

– Это все?

– Нет, не все, – разозлившись на мое высокомерие, заявил он. Для того, кто не может даже с собственной любовницей разобраться, держался он неплохо. – У тебя на это есть полчаса. Если не справишься, можешь просто уходить, – пригрозил он.

– Пока меня нет, изучите мое резюме и условия контракта. Это задание не займет у меня много времени.

– А ты в себе уверена, – не поверил он моему бахвальству, пренебрежительно помахав в воздухе документами.

– Начните с резюме, так нам будет легче понять друг друга и прийти к компромиссу при заключении контракта, – не поддалась я на провокацию, спокойно поднимаясь по лестнице на второй, жилой этаж.

Пока поднималась, слышала приглушенный голос мужчины, который все же заглянул в резюме:

– Любимое хобби – пересчет денег... Сильные стороны – зарабатывание денег... Цель на будущее – скопить много денег... Девиз по жизни: «Деньги, денежки, деньжата»... Это шутка?! – не выдержал он, но я уже скрылась в коридоре.

***

Через десять минут мужчина с нечитаемым выражением на лице смотрел вслед улепетывающей девушке, которая настолько торопилась, что одевалась и обувалась уже на бегу.

– Я три дня пытался выставить ее... – пожаловались мне. – Все перепробовал... Как? – посмотрел он на меня, не то со страхом, не то с уважением, не то с подозрением.

– Все просто. Я – профессионал своего дела, – поделилась я, но под взглядом мужчины сдалась: – Просто представилась вашей бывшей любовницей, на свадьбе которой выяснилось, что вы наградили меня всем букетом заболеваний из возможных, отчего меня бросили у алтаря. Думаю, сейчас она торопится к лекарю, для проверки своего здоровья.

– Чего? – округлил он глаза. – Это так ты собираешься выполнять свои обязанности, подрывая мой авторитет? – вознегодовал он, но... злым не выглядел. Скорее, удивленным моими наглостью и бесстрашием.

– Отчего же? – пожала я плечами. – Для своего работодателя я бы постаралась действовать более деликатно. Но вы пока не мой босс, а задание не было конкретизированным, не считая установленного времени, в которое я уложилась.

Честно говоря, я сама понимаю, что наглела и не удивилась бы, если бы мне дали пинка. Но решила довериться Проводнику и быть максимально честной с Киллианом. Потому сейчас замерла в ожидании вердикта антагониста.

– Что же... твоя правда, – хохотнул он внезапно, смотря на меня с веселым интересом. – Как говоришь, тебя зовут?

– Элла, – напомнила я, хотя точно знаю, что писала его в своем резюме.

– А фамилия?

– У меня нет фамилии, – заявила я, что являюсь простолюдинкой, но выразительный взгляд ядовито-зеленых нечеловеческих глаз на мое драное платье, которое несомненно изначально было дорогим и шикарным, как бы опровергало мое заявление. Впрочем, надо отдать мужчине должное, уточнять он не стал.

– Что же, Элла, поздравляю с испытательным сроком. Но не торопись радоваться, ведь я заставлю тебя пожалеть о своем высокомерии, прежде, чем докажешь мне свою полезность, – пообещал он со зловещим коварством во взгляде. Но не впечатлил. Я и без того знала, что с меня три шкуры спустят, прежде чем я смогу добиться доверия и лояльности. Однако оно того стоило, если это гарантирует мне безбедное будущее и защиту от «родственничков». А пахать я еще с прошлой жизни научилась, как и подчищать за начальством.

– Как мне к вам обращаться? – полюбопытствовала я, так как в объявлении личность нанимателя не афишировалась. Впрочем, настоящую личность демона я прекрасно знала, как и то, что он держит эту лавку под псевдонимом, и никому свое настоящее имя не раскрывает. Однако, признаться в этом ему я не могла, вот и пришлось разыгрывать незнание.

– Как и все твои предшественники, можешь называть меня Мастером, – великодушно разрешил он, пока вел меня на второй этаж.

– А имя?

– А об этом поговорим, когда пройдешь испытательный срок. Я не называю своего имени тем, кто этого недостоин. Потому, если хочешь его узнать, тебе придется постараться, – высокомерно заявил он с видом, словно это знание могло быть желанным призом для каждой.

Только посмотрите, какая цаца! Я же лишь скривилась. Разумеется, тайком, чтобы он этого не заметил. С начальством лучше поддерживать хорошие отношения. Особенно, если я планирую на нем хорошенечко нажиться.

– Я приложу все силы, – кисло пообещала я, после чего меня подвели к двери, ведущей в соседнюю комнату со спальней, из которой я пять минут назад выпроваживала навязчивую любовницу. Так вот оно, какое – тесное сотрудничество...

– На ближайший месяц это – твоя комната, – торжественно объявил Киллиан, толкнув дверь. То, что он назвал комнатой, на деле было складом макулатуры, причем совершенно заброшенным. Ни о каком порядке и речи не было, а многие кучи были просто рассыпаны по полу. – Чувствуй себя, как дома, – ядовито улыбнулся он. – Ах да, перед тобой – твое первое поручение: тебе нужно перебрать и систематизировать документы. Надеюсь, двух дней тебе хватит? – поднял он брови с энтузиазмом, всем видом показывая, насколько мстительная и подленькая у него натура и за слухи о его венерических заболеваниях он будет отыгрываться на мне с особым наслаждением. – Ну, развлекайся, – жизнерадостно пожелали мне. – Кстати, сегодня домоправительница заболела, потому, если голодна – займись этим самостоятельно. И, раз уж будешь готовить для себя, не забудь и про начальство. У меня сегодня настроение для мясного рагу, – добавил он важно, а после подленько помахал мне, прежде чем закрыть меня в моей персональной тюрьме.

– Ну... никто не говорил, что выжить в этом мире будет легко, – попыталась я себя успокоить, хотя на этом фоне‚ честно сказать, Гейн уже не выглядел таким уж страшным. Но, это, конечно, малодушие, потому я отмахнулась от подобных мыслей и засучила рукава, осмотревшись. – Начнем квест по выживанию!

Глава 2

Ладно, согласна... Это было чертовски сложно. Признаться, я хотела все бросить уже на третий день, когда Киллиан проверил мое первое поручение, из каприза приказав все переделать в другом порядке, и накидав еще несколько поручений в довесок. Первую неделю я позволяла себе спать по четыре-пять часов, ибо дедлайн босс устанавливал строгий план, и его невыполнение перечеркнуло бы все мои непомерные усилия. Лишь через неделю Нокс ко мне привык и позволил себе отвлечься на что-то иное, нежели измывательство над своей новой помощницей в моем лице. После чего заперся в своей лаборатории и не показывался мне на глаза аж целых три дня. Более благословленного времени я и не помнила. За время его отсутствия я неторопливо привела оставшиеся дела в порядок: разобрала документацию, перепроверила наличие ингредиентов, систематизировала клиентскую базу, перебрала препараты, у которых уже выходил срок годности, привела в порядок бухгалтерию, и еще время осталось помыться и, наконец, привести себя в человеческий вид.

Спокойная обстановка, здоровый сон, полное соблюдение гигиены и даже новый костюм, выделенный сердобольной домоправительницей, благоприятно сказались на моем внешнем виде. Потому, появившись после исследования, наш демонический Казанова... меня не узнал, приняв за очередную поклонницу, что вылилось в очередную сцену недопонимания. Но его кислую физиономию, когда он понял, кто перед ним, стоило видеть, потому я стоически вытерпела очередной приступ самолюбования со стороны Киллиана.

Как бы то ни было, со скрипом, но я завершила свою стажировку, во время которой через день попеременно хотела умереть сама, или убить этого... этого демона. И вот, в день моего официального найма, босс соизволил раскрыть свою личность, наверняка рассчитывая на изумление и восторг, ведь устраивалась я работать к простому аптекарю, а на деле оказалась помощницей самого герцога Нокса. В ответ я кисло улыбнулась и приписала к своему окладу, указанному в контракте, еще два нуля, сообщив, что помощник герцога не может получать зарплату аптечного подмастерья.

Мужчина скис снова, но поспорить не мог, даже не подозревая, что я в своих условиях изначально крупную сумму написала, как раз с расчетом, что Киллиан совершенно не разбирается в бухгалтерии. И я очень постараюсь, чтобы до моего увольнения так и продолжалось впредь.

Впрочем, с влиянием и богатством герцога Нокса, он наверняка и не почешется, даже если я заберу у него половину его состояния. Благо, Киллиан настолько богат, что и сам не осознает, насколько. А вот я – знаю, потому приложу все силы, чтобы становился еще богаче, и ни одна тварь не покусилась ни на монетку из его казны. Кроме меня, разумеется.

Следующим этапом меня ввели в курс дела, раскрыв детали, о которых я и без того знала из книги, но перед боссом сказалась несведущей: когда говорит босс, даже если это полный бред, всегда лучше проявлять заинтересованность и готовность конспектировать. В прошлой жизни эта маленькая деталь хорошо сказалась на моем карьерном росте. С той лишь поправкой, что в случае с Ноксом нужно еще через фразу хвалить и подбадривать. Лесть Киллиан любил. Но лишь от «своих» людей. Потому пришлось срочно упражняться в красноречии, пока босс окончательно не свыкся со мной.

Произошло это примерно через полгода нашего сотрудничества, после чего мы... подрались. Просто я заметила, как, погрузившись в дела, демон полностью забросил свое здоровье, забывая не только спать, но и есть, на что красноречиво указывали нетронутые подносы с едой, заботливо оставленные домоправительницей. Подобного расточительства я простить не могла даже демону. Так вот, пришлось босса едва ли не за волосы тащить в столовую, отрывая от его магических формул, над которыми он чах не хуже Кащея. Покалечить он меня не мог (как я уже говорила, к женщинам он очень снисходителен, на чем я по возможности паразитировала), но царапался, зараза, в попытках отвязаться, а еще кидался предметами, убегая от меня. Хорошо еще, что из-за недоедания и недосыпа был настолько ослаблен, что убежать далеко не мог, а сопротивление было мной быстро подавлено посредством связывания босса женскими чулками, которые подвернулись мне под руку. Откуда в его лаборатории женские чулки, причем от разных пар, знать мне не хотелось, но руки я после мыла с особой тщательностью.

После этого потребность в нескончаемой лести отпала сама собой, но я была довольна, наблюдая, как куксится связанный и обиженный демон, пока я кормила его с ложечки, изображая самолетик.

Тут надо пояснить, что персонаж Киллиана – не просто среднестатистический злодей, который нужен в сюжете лишь для того, чтобы был. Как я уже упоминала, на данном этапе, несмотря на отвратительный, нарциссический характер и манию собственного величия, назвать Нокса злодеем – язык не повернется. Напротив, являясь главой одной из прославленных семей, он имел свои особенности, как и все влиятельные семьи, относящиеся к "героям".

Гейны изначально считались посланниками небес, наравне с ангелами, и в прошлом прославились, как опытные и сильные воины, защищающие королевство от любой угрозы. Из этой семьи каждое поколение выходили прославленные герои, которые благодаря благословению были практически неуязвимы физически, что и делало их несокрушимыми щитами для королевской семьи и страшными врагами на поле боя.

Мериголды прежде славились своими магами, которые со временем постепенно выродились, хотя и остаются потенциально предрасположенными к рождению магов, на что многие уже даже не надеются.

Была еще святая, которая дальше по сюжету окажется также потомком одного из героев. Однако если остальные семьи за свои заслуги получили дворянский титул, то прародитель Розали отказался от почестей, оставшись служить в церкви, передавая божественную благодать своим потомкам.

А есть Ноксы, которые получили свое начало от... демонов. Это гарантировало им незаурядные способности в алхимии, чем и прославился род, а семья Киллиана сколотила несметное состояние, являясь единственным поставщиком зелий и артефактов, которыми пользуются в королевстве по сей день.

Откровенно говоря, из всех семей реальную пользу приносили лишь Гейны, которые до сих пор охраняют покой королевства от внешней и внутренней угрозы, да Ноксы. Сюда можно приписать еще Розали, которая, благодаря своим силам способна исцелять даже смертельные раны. Но насколько мне известно, на данный момент она еще не осознала свои возможности, и они раскроются лишь после знакомства с Михаэлем, после чего она и приобретет статус «святой» наравне со своим великим прародителем.

Но и это еще не все. Помимо «плюшек», каждый из родов получили и свою порцию «дегтя». Гейны, несмотря на силу и физическое превосходство, были лишены полного спектра эмоций, с каждым поколением теряя их все сильнее, отчего становились буквально бесчувственными куклами, не способными ни на жалость, ни на любовь, ни на сострадание. Для воина это, конечно, хорошо. А вот в повседневной и личной жизни им становилось тяжко. Точнее, не им, а их партнерам.

Мериголды были обречены постепенно потерять всю свою магическую силу по мере того, как магия покидала этот мир. Сначала перестали рождаться маги мужского пола, после и девочки растеряли свой дар. Вероятно, бабушка Эстеллы была последней волшебницей семьи Мериголд, но, учитывая, что даже при жизни могла максимум пустить в воздух лишь несколько магических светляков, «волшебница» – слишком громкое слово.

Святые в чем-то были схожи с Мериголдами. Наверное тем, что Святые рождались лишь раз в несколько поколений, но ни один так и не мог сравниться в могуществе с родоначальником, а проявляли они свои силы крайне поздно (уже во взрослом возрасте). Вот и Розали – первый маг с божественной силой за четыре поколения, о чем даже сейчас не подозревает, ибо потенциал ее раскроется лишь после встречи с Гейном, который во времена первых героев был верным щитом первого Святого.

Если так подумать, Михаэль и Розали обречены быть вместе, учитывая, какая история связывает прошлое их семей.

Но сейчас о другом. Так вот, у всех семей свои обстоятельства, но ни один не сравнится с Ноксами. Так уж вышло, что, начиная с родоначальника, через все поколения род Нокс несет на себе проклятье. И проклятье это – «похоть». Другими словами, мужчины и женщины этого рода обречены подпитывать свои жизненные силы посредством секса, без чего жить они не смогут, что ставит их в один ряд с инкубами. Проклятье начинает действовать в день совершеннолетия наследника и не исчезает вплоть до смерти. Ни причин получения этого проклятия, ни условий для снятия, к несчастью для Ноксов, известно не было: эти знания считались потерянными. На самом деле это буквально было тайной, покрытой мраком, раскрыть которую мог лишь родоначальник Ноксов, который и стал первым несчастным.

«Ну и чего такого» ‚ подумаете, наверное вы: от секса никому хуже не будет‚ достаточно жениться пораньше и эксплуатировать супружника в свое удовольствие, пока тот не закончится... Возможно, это и является, частично, решением, но проблема в том, что из-за проклятья Ноксы не способны испытывать желание к одному и тому же человеку дольше одной недели и вынуждены менять четыре партнера ежемесячно. Какой жене это понравится?

Думаю, никакой, потому род Ноксов зарекомендовал себя закоренелыми холостяками и повесами, отчего к бастардам отношение было ровно как к законнорожденным детям. Хуже всего то, что, в отличие от Гейнов, Ноксы способны испытывать эмоции, в том числе и любовь, но из-за своего проклятья физически не способны жить с любимым человеком. Возможно, острая потребность быть любимым хоть кем-то и стала причиной высшего проявления нарциссизма, которым славились почти все Ноксы. Это же не обошло стороной и Киллиана.

Даже в оригинале этому моменту уделяется большое внимание: Киллиан постепенно влюблялся в Розали, а она в него хотя за что – ума не приложу, учитывая, как они лаялись из-за разных взглядов на жизнь. Потом, несмотря на его сопротивление, они рискнули встречаться. Не в последнюю очередь Киллиан, который не хотел причинять боль Розали своими возможными изменами, согласился на это из-за влияния святой силы, которая исходила от Розали. Из-за нее его проклятье притухало, хоть и не исчезало до конца. Поверив, что, возможно, Розали является ключом к снятию его проклятья, он переспал с ней и через неделю, все еще желал ее...

Но они оба ошиблись, и через месяц Киллиан все равно сорвался: проклятье взяло свое, причем многократно усилившись, отчего он буквально потерял рассудок от похоти, а когда очнулся, обнаружил себя в постели сразу с несколькими женщинами, ничего не помня о прошедшей ночи. К несчастью, Розали стала этому свидетельницей и не смогла вынести подобной боли.

Этим воспользовался уже положивший на нее глаз Гейн, и он смог увести ее от Киллиана, который пытался вымолить у Розали прощение, постепенно становясь одержимым, отчего поступал резко, жестко и порой безрассудно, чем лишь сильнее толкал Розали в объятия новоиспеченного вдовца. Собственно, так и появился антагонист истории.

Вот такие дела.

По роману Киллиан ненавидел свое проклятье и с ранних лет стремился всеми силами снять его. В своих исследованиях он достигал невероятных успехов, отчего прославился даже больше, чем его предки, за достижения в развитии королевства: от лекарств, до магических устройств и печатей, которые облегчали жизнь даже простолюдинам. И эта аптека, которой он владел, скрывая свое настоящее имя, была создана для простых жителей, чтобы они также могли пользоваться его эликсирами.

Но, несмотря на свои достижения, к моменту появления Розали Нокс так и не приблизился к пояснению загадки своего проклятья, отчего постепенно впадал в депрессию, становясь все более невыносимым. И лишь с появлением святой робкая надежда придаст ему сил... Ровно до того момента, пока главная героиня его не бросит, после чего Киллиан конкретно поедет крышей.

Это я все к чему? Возможно, понимание персонажа и знание его трагичной предыстории сказались на мне, придавая сил. Потому я стоически терпела и его капризы, и банальные издевательства, и его выводящий из себя нарциссизм, и бесконечный поток женщин, который я поначалу только спроваживала, но постепенно, из-за занятости босса, была вынуждена еще и находить. Я в публичном доме была уже «своя», меня и персонал и завсегдатаи в лицо знали и даже уважительно здоровались. Я пережила это все, хотя порой и было невыносимо сложно.

В такие моменты успокаивало одно: за каждую свою потраченную нервную клетку я сдирала с герцога втридорога! С чем он постепенно смирился, признавая, что пользы от меня значительно больше, потому на мне не экономили.

Не знаю, к несчастью или напротив, но такие моменты за два года случались довольно часто, потому я успела даже свыкнуться.

Вот, как сейчас:

– Да как ты смеешь? – завизжала эффектная брюнетка, выплескивая мне в лицо содержимое своего бокала. Обтекая струйками напитка, я облизала мокрые губы и распознала обычную воду. Повезло еще, что не горячий чай. А то со мной всякое бывало, и лечебные эликсирчики у меня уже вместо утреннего кофе.

И надо же было из всех баб боссу связаться именно с аристократкой?!

– Мои искренние извинения, если я вас невольно оскорбила, леди, – прикидывая нанесенный ущерб моей гордости в денежном эквиваленте, мысленно выставила я боссу счет и не могла сдержать недовольство. – Я лишь передала слова моего господина, мне очень жаль, если они показались вам грубыми, – напомнила, что я тут, вообще-то, всего лишь гонец. Потому вообще не понимаю, каким образом крайней осталась, словно не он, а я ее бросила, еще и язык показала... Все как всегда: за все косяки босса отдуваться приходится мне. Да мне молоко за вредность полагается! А лучше бутербродик с икоркой...

Впрочем‚ мне не привыкать.

Нокс мне заплатит в любом случае, вне зависимости от происхождения пассий, но связываться с аристократками мне не нравится сильнее всего, так как с ними мороки больше: унизят, выскажут всякое нелицеприятное, могут и оплеуху зарядить. Редко больно, учитывая, что аристократки довольно тщедушны, но чертовски обидно. А ты терпи и успокаивай себя будущей компенсацией от босса и предвкушением его виноватой моськи.