Текст книги "И сердце на куски (СИ)"

Автор книги: Марина Князева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Я испуганно заглянула в глаза Клима. Они были темными, словно ночь и говорили о том, что Клим едва держится, чтобы не сорваться и не разодрать меня в клочья. Столько желания, столько безумия, что самой становится немного страшно.

– Тссс, Ваниль… Я только тебя приласкаю…, – не смотря на бурю эмоций, которые испытывал Клим, его голос хоть и дрожал, но при этом вселял уверенность и спокойствие. Я кивнула и отпустила свою руку. – Продолжай смотреть на меня…

Как только я расслабилась его пальцы нашли напряженную горошину клитора и слегка сдавили ее. Я не смогла сдержать крика:

– Ааа!

Ресницы стали тяжелыми и от наслаждения я закрыла глаза.

– Смотри на меня, – зарычал Клим и провел пальцем вокруг клитора.

Я снова вскрикнула. Слишком острые ощущения. От каждого прикосновения простреливало куда-то в позвоночник, а ноги совсем меня не держали. Они дрожали, и я не понимала, почему еще не упала.

Клим продолжал играть. А я продолжала тонуть в его глазах и ощущениях. Ничего кроме его глаз. Ничего кроме его рук.

– Клиииим, – простонала я его имя, чувствуя, как он чуть ускорил движение пальцев и меня затрясло. Мой стон стал громким и протяжным.

– Блять.. Так быстро? Ваниль? Ты чего?

А мне было уже плевать. Я не слышала его. Просто вцепилась в его плечи и запрокинув голову назад, испытала самый яркий оргазм в своей жизни. По крайней мере, за последние четыре года.

– Охренеть! Просто охренеть! Я думал я себя почти не контролирую, – возмущался Горячев.

Я слышала, как он расстегивает ремень, ширинку на брюках, но не могла даже пошевелиться. Эйфория окутала меня, и я плыла на волнах наслаждения. Только опустила глаза вниз, и, наблюдала, как Клим спустил брюки, трусы и освободил свой твердый, довольно внушительных размеров, член. Я на автомате протянула руку и обхватила ладонью горячую плоть. Клим глухо застонал, а я резко отпрянула. Никогда ничего подобного не делала. Ни с бывшим мужем, ни с Климом. И не понимала откуда такая тяга к таким ласкам.

Клим тихо рассмеялся, а потом помогая себе пальцами, протолкнул свой орган между моих ног. От приятного прикосновения нежной кожи я вздрогнула и по телу снова побежали мурашки.

Клим не входил меня. Он просто держал меня за ягодицы и терся о мою влажную плоть, доставляя этим трением невероятное удовольствие.

Я ощутила, как снова завожусь.

С каждой минутой каждый толчок Клима ощущался все ярче. Я все нетерпеливей двигала бедрами, между которыми от каждого движения раздавалось развратное хлюпанье. Клим оказался прав. Я текла от него как последняя сучка. И самое страшное, что мне было стыдно, но останавливаться я не хотела.

Это был не секс. Это было намного круче.

Наши стоны смешались.

– Клим, пожалуйста, я сейчас снова…

– Давай Ваниль… Я с тобой…

Мы кончили одновременно. Нас одинаково потряхивало. Я кричала и снова цеплялась за футболку Горячева. Он до синяков сжимал мои ягодицы и довольно чувствительно покусывал мою кожу на плече, тем самым продлевая мой оргазм. А потом стояли, держась друг за друга, пытаясь унять дрожь и выровнять дыхание.

– Салфетки есть?

– Нет.

– Я тебе все трусы обкончал, придется, Ваниль, раздеваться и щеголять голышом.

Пошлый Клим. Откровенный Клим. Он всегда был таким. И уже пора было научиться не удивляться его внезапным грязным словечкам, но я никак не могла перебороть свою скромность.

– Отвернись, – попросила его, пряча взгляд.

– Ванииииль, – протянул в ответ Горячев, давая понять, что я его не удивлю своим раздеванием. Но все равно отвернулся и начал приводить свою одежду в порядок.

Я как можно быстрее стянула с себя обувь, колготки, трусы, опустила подол платья, снова обулась и подняв пальто, спрятала под ним испорченную одежду.

Клим, тактично выждав пару минут, повернулся и внимательно пробежался по мне взглядом. Слава богу я успела провернуть все до того, как он посмотрел на меня и могла смело ответить на его взгляд.

– Пойдем со мной, – попросил Горячев. Он уже собран, и по нему не скажешь, что только что он стоял без трусов и дрожал от наслаждения, прижимаясь ко мне.

Я пошла. Выбора особого не было.

Правда было немного стыдно. Туман рассеялся и эмоции улеглись. Лишь неприятное чувство в груди, что я снова делаю что-то не так не давало покоя.

Спустя пару минут мы оказались в просторном кабинете. Клим включил свет и перед моими глазами открылся шикарный вид. Стекло от потолка до пола, современная мебель, новенькая техника. Шкаф, два кожаных дивана и журнальный столик между ними. Все довольно скромно, но стильно и дорого. Как и полагается в кабинете большого властного босса.

– Это твой кабинет?

– Да, – Клим уже включил компьютер и полностью погрузился в работу.

– И здание твое?

– Мое.

Я чуть не поперхнулась. Клим всегда выделялся тем, что был из богатой семьи. Но его увлечениями были машины и уж если владеть, то автомобильным промыслом, а не деловым центром в городе.

– А может и пароход свой есть?

– Есть.

Ну, да. Как же без заводов и пароходов?

– А туалет здесь есть?

– Посмотри на право. Дверь около шкафа.

И вправду там была дверь, которая сливалась со стеной и была не особо заметна на общем фоне.

Я сразу метнулась туда и увидев просторную ванную, душевую и обычную раковину, рядом с которой висела полка с бумагой, салфетками и полотенцами, обрадовалась до чертиков. Мне было некомфортно и очень хотелось привести себя в порядок, чем я сразу же и занялась.

– Нахрена ты одела колготки? – первое, что сорвалось с губ Горячева, когда я вернулась в кабинет. Он стоял около окна и, засунув руки в карманы брюк, внимательно смотрел на мои ноги. – Мы вообще-то опять не закончили.

Глава 22

Клим

Ее глаза. Они просто полыхали от бешенства. Ей не понравилось, что я поступил по-своему и не спросил ее мнения. Но я не мог по-другому. Мне нужно было удовлетворить свое желание. Я хотел ее до хруста в костях. Так, что ни о чем думать не мог. То, что случилось в лифте – это ничтожно мало для меня, да и судя по отклику Ванили, ей тоже. За двадцать минут недотрога кончила два раза, причем так мощно, что даже прокусила на моей шее кожу. Если бы я не знал, что она замужем, то со стопроцентной уверенностью мог сказать, что у Ванили жесткий недотрах.

Я не мог отпустить ее домой. Просто не представлял, как она развернется и уйдет, оставив меня со стояком в штанах. Поэтому эту ночь она должна провести со мной здесь. Место, конечно, не самое лучшее. Но что подвернулось…

Вообще, я не собирался с ней даже разговаривать. Да какое там? Я даже не думал, что снова ее увижу. Когда она зашла в нашу випку, я просто охренел и не мог поверить, что вижу Ваниль. Живую, настоящую, ту самую, которую я когда-то прогнал из своей жизни.

Я так разозлился на нее, что она вот так ,без предупреждения, ворвалась в мою почти идеальную жизнь. До ее появления во мне жила уверенность, что я контролирую каждую минуту, что весь мир подчиняется мне, но стоило ей войти и посмотреть на меня, как все, что я выстраивал годами, рухнуло как карточный домик. Один лишь взгляд и у меня сердце забилось чуть ли не навылет. Одна улыбка и я забыл обо всем. Даже о том, что собрался жениться и моя нареченная сидит рядом со мной. Вообще никого и ничего не видел, кроме Яны.

Я не хотел пускать ее в свою жизнь снова. Я не хотел снова бежать от нее, чтобы она была счастливой. Мне нелегко удалось вернуться в привычный ритм жизни и забыть эту девчонку. Я не понимал, почему она въелась в мою голову. И почему я каждый раз искал ее в других. Каждый раз сравнивал. Каждый раз представлял, как делюсь с ней своими достижениями, и как она гордится мной. Только алкоголь и работа до отключки не давали мне совсем погрязнуть в мыслях о Ванили.

Время – лучший лекарь. Не врут. Меня отпустило. Нет, забыть я ее не смог, но научился не пускать ее в свои мысли. Тем более в этот раз мне никто не сообщал о подробностях семейной жизни Смоленцевых. Мотя, который был моим внештатным информатором, через пару месяцев улетел на Карибы на постоянное место жительства, а больше ни с кем, кто мог бы знать Ваньку и Яну, связь я не поддерживал.

За четыре года моя жизнь изменилась. Я сам изменился.

Мой отец передал мне бразды правления своим многомилионным состоянием, и я все время, как проклятый учился не пустить по ветру его многолетний труд. У меня получилось. Я даже не понял, как втянулся. Просто проснулся как-то утром и понял, что я на коне.

Когда стало немного полегче решил, что пора бы уже и со второй половинкой определиться. Методом многочисленных проб я познакомился с Аделиной. Она обычная богатая стервочка. Но с добрым сердцем. Не глупая и не зануда.

Конечно, это была не моя судьба, но она была единственная, кто не делал мне мозг и не требовал от меня того, чего я не хотел. Ее устраивало все. Наши отношения без обязательств, которые плавно переросли в отношения с обязательствами. Я не любил ее, но мне было с ней хорошо. И после полутора лет общения я вдруг решил, что смогу жить с ней будучи официально ее мужем.

Шумихи и праздника мне не хотелось. Аделина поддержала меня, и мы в скромной обстановке отметили нашу помолвку. А потом такой же скромной компанией двинули в клуб.

И здесь меня ждал подарок всей моей жизни.

Ваниль…

Она стала еще красивее. Нежная, ухоженная, и по-прежнему скромная. От привычки краснеть по каждому поводу так и не избавилась.

Я запомнил ее другой. Уставшей, похудевшей, с потухшим взглядом. А сейчас это была совершенно другая Ваниль. Она набрала вес, совсем немного, но это нисколько ее не портило. Я видел, как плотоядно оглядел ее с ног до головы Темыч. Потому что там реально было на что посмотреть. Чего только стоила ее улыбка с этими очаровательными ямочками на щеках от которой глаза светились как звезды. Высокая грудь, тонкая талия, точеные ножки. Платье выгодно подчеркивало ее силуэт, и при виде ее мало кто мог удержаться, чтобы не облизнуться. Только непонятно, какого хрена она делала в ночном клубе одна? Почему Смоленцев отпустил ее? Так доверяет? Или у них не все ладится? Хотя обручальное кольцо на месте. Значит, не все так плохо.

А еще Ваниль нервничала. Она кусала губы. А потом их облизывала. И мне, при всей моей мнимой неприязни казалось, что я в жизни ничего не видел эротичнее. Я завелся так, что в горле пересохло. И не мог поверить сам себе, что ей даже смотреть на меня не нужно, чтобы снова скрутить в бараний рог. Наверное, поэтому и нагрубил. Хотел доказать себе, что контролирую ситуацию. Но ни хрена не контролировал. Побежал за ней, как теленок. И документы придумал через секунду после того, как она сбежала. Хотел быть рядом. Потому что уже почувствовал ее тепло. Унюхал ее запах. И повело. Никогда не понимал какого хрена некоторые мужики от баб голову теряют. А теперь знал. На своей шкуре почувствовал. И сейчас, глядя на то, как Ваниль злится, еще не понимал, что происходит со мной, но уже точно знал, что больше не отпущу. Хрен знает каких дров мне еще придется наломать, но вычеркнуть ее из свой жизни я больше не смогу.

– Ну, давай, заканчивай, что ты там не закончил? – Ваниль смело подошла ко мне так близко и, метая молнии глазами, практически выплюнула свои слова.

А мне так захотелось ее прижать к себе. И я бы сделал это, но недотрога отошла от своих оргазмов и снова превратилась в правильную девочку, которая по ошибке села в мою машину.

Я молчал. Смотрел на ее губы, грудь, потом в глаза. Дразнил. Раздевал взглядом. До тех пор, пока она снова не залилась краской и ее дыхание снова не сбилось.

Ваниль поняла, что проиграла. Что она хочет меня, не меньше, чем я ее. Поэтому даже не стала сопротивляться, когда я подхватил ее за бедра и понес к столу. Чтобы поудобнее устроиться между ее ног, пришлось немного задрать ее платье и пошире раздвинуть ноги.

– Блин, Клим, – возмущенно выдохнула Ваниль, – ты ведешь себя, как дикарь.

– Я соскучился, – признание само слетело с моих губ. Ваниль удивленно распахнула глаза, словно ей никто давно не говорил таких вещей. Но самое странное, что я сам удивился своим словам не меньше недотроги. А потом вдруг понял, что они самые правильные и я о них нисколько не жалею. – А когда думаю о том, что на тебе нет трусов и ты в одном капроне я вообще теряю человеческий облик.

Ваниль неожиданно улыбнулась.

– Это все неправильно…

– У нас с тобой с самого начала все неправильно…

– Угу, – Ваниль закусила губу, а я уже едва удерживал чешущиеся ладони. До безумия хотел дотронуться, но как примерный парень держал руки на ее талии.

– Я все исправлю. Ты только позволь…

Глупо, конечно, надеяться на то, что Яна сразу же распахнет для меня свои объятия. Что бросит Смоленцева. А по-другому мне было не нужно. Прятаться по углам и унижать ее, таская по отелям и гостиницам, было не для меня. Я уверен, что это только сейчас Ваниль такая раскрепощенная и позволяет мне распускать руки. Потому что сама хочет. Потому что не может с собой бороться. Но как только наши короткие случайные связи обретут налет постоянства, она сделает все, чтобы сбежать от меня. Поэтому нам обоим нужно время, чтобы решиться на определенные шаги. И я их сделаю. А пока просто не мог отказаться от ее сладких сочных губ.

Ваниль словно подслушала мои мысли. Скользнув медленно по моей груди руками и сцепив их на моей шее, подставила губы для поцелуя.

Боже, как мне это нравилось. Как в девчачьей романтической истории. Нежно и сладко. А когда Ваниль активно подключилась к поцелую, моя голова окончательно отключилась.

Медленно раздевать Ваниль – было райским наслаждением. Платье, которое упало к нашим ногам. Кружевной бюстгалтер, освободивший ее довольно полную красивую грудь. Тысячи мурашек побежали по ее алебастровой коже, когда мой язык принялся ласкать чувствительные соски. Стоны. Ее стоны. Самый потрясающий звук, который я когда-либо слышал. Я не пропустил ни одного сантиметра на ее коже. Шея, грудь, живот, бедра – везде мой язык и зубы оставили свой след. До ее криков. До ее дрожи. Ваниль выгибалась дугой, когда мой язык коснулся ее между влажных складок.

– Клим! Пожалуйста, не надо! – она пыталась оттолкнуть мою голову, но стоило мне оказать ей сопротивление и чуть ритмичнее начать ласкать ее клитор, как Ваниль опустилась на стол и протяжно застонала. – Боже, Боже! Даааа!

Она снова кончала. Снова бурно и громко. Снова я едва сдерживался. Скинув пиджак и футболку, я молниеносно расстегнул брюки и спустил их вниз вместе с трусами. Мысль о том, что я наконец-то окажусь в ней, заставляла мое сердце выскакивать из груди. Мой член был весь в смазке. Не меньше, чем гладковыбритые складки Ванили.

– Нет! – стоило мне прикоснуться к ее плоти своим каменным органом, как неожиданно Яна села и уперлась руками в грудь. В ее глазах плескался испуг. – Можно я сама? Сверху…

Странно, конечно, но размышлять над поведением недотроги не было сил. Я ее хотел и сопротивляться не стал. Просто помог ей слезть со стола и дойти до одного из диванов. Разложив кожаную махину, я упал спиной на прохладную поверхность и потянул за собой Ваниль.

Она смущалась. Краснела, как школьница, пока пыталась оседлать меня. Но не торопилась насадиться на мой член, чем заводила меня еще сильнее. Подняв руки над моей головой, она тихо прошептала:

– Держи их там и не смей мне помогать… Я сама…

– Охренеть… А смотреть-то можно?

– Можно…, – и мой член скользнул в ее горячую тесную влажность.

Совсем не глубоко. Но мы оба вздрогнули. А потом от следующего толчка – застонали. Медленно, с опаской, не пуская меня и словно привыкая ко мне, Ваниль начала двигаться. Где-то на краю сознания я понимал, что с недотрогой было что-то не так, но мешать не рискнул.

Это все равно было очень красиво. Она пыхтела, стонала, кусала свои губы и с каждым разом ускорялась. А потом словно просто сорвалась с цепи. И меня сорвало. Я едва успел вытащить член, но все равно умудрился ее испачкать.

– Все нормально? – Ваниль завалилась на бок и, прижавшись ко мне, довольно зажмурила глаза.

– Да. А у тебя?

– Ты даже не представляешь насколько.

Это была долгая ночь. И мы не спали. Нам нужно было наверстать упущенное. И только к пяти утра, я смог отпустить Яну, которая клялась, что больше не может даже пошевелить пальцем.

– Мне нужно домой.

Я не хотел ее отпускать. Но и к себе пригласить не мог. Там поселилась Аделина, о которой я совершенно забыл рядом с недотрогой. А в гостиницу мы явно уже опоздали.

– Я отвезу, – пообещал я, не желая расставаться с этой девчонкой.

Мне на миг даже показалось, что это наша последняя встреча и больше мы не увидимся. Развить мысль мне не удалось. В кармане брюк запиликал сотовый.

Звонила Аделина. Я долго смотрел на экран, а потом на Ваниль, которая торопливо начала одеваться и старательно делала вид, что ей совсем не интересно. Вся эта ситуация напрягала.

Во-первых, я видел, как крутятся шестеренки в голове Яны, и она делает свои правильные выводы.

Во-вторых, я не понимал, какого черта у Аделины вдруг появилось желание позвонить мне в столь ранний час. Она никогда не делала этого. Даже когда я не приходил ночевать. Сообщив ей вечером, что мне срочно нужно в офис, я был точно уверен, что она меня не потревожит.

– Да, – все-таки ответил я.

– Клиим, – Аделина плакала, – пожалуйста, приезжай, скорееееее!

– Что случилось? – в груди неприятно заскребло.

– Мой папа умееееррр! Клиииим!!!

Из меня словно весь воздух вышибли. Слишком неожиданная новость.

Еще несколько часов назад я видел Арнольда Викторовича в добром здравии и не мог поверить словам Аделины. Но ведь она не могла мне соврать?

– Скоро буду, – буркнул я и отключился.

Пока я разговаривал, Ваниль уже успела одеться и теперь стояла по стойке «Смирно», при этом глядя куда угодно, только не на меня.

– Дай мне пару минут! Я отвезу тебя домой.

Ваниль покорно кивнула. Она не произнесла ни слова, но в кабинете отчего-то стало прохладнее. Я собрал свои вещи и ушел в туалет. Мне нужно было привести свои мысли в порядок. Новость о смерти несостоявшегося тестя выбила меня из колеи. Я даже не знал, что говорить, делать и как помочь Аделине. А еще Ваниль. Ведь если сорвусь и оставлю ее или наобещаю и не смогу выполнить, потому что банально буду занят, я потеряю ее навсегда.

Немного успокоившись и одевшись, я вернулся в кабинет. Который встретил меня гробовой тишиной и холодной пустотой.

Яна ушла. Как я и предполагал, сделала свои выводы и приняла свое правильное решение.

– Девушку, которая ушла с моего этажа, задержите! Я уже спускаюсь! – прокричал я охране по телефону, надеясь остановить Ваниль. Я должен был ей все объяснить. Прежде, чем она снова проклянет меня.

– Она минуту назад уехала на такси, – как приговор прозвучали слова охранника.

Я и так был не в себе. А поспешный уход Яны окончательно выбил меня из колеи. Успокаивало только одно. Я был уверен, что меня уже ничто не остановит и, чтобы ни случилось, я в ближайшее время завоюю сердце моей маленькой недотроги.

Глава 23

Яна

Вдоволь наплескавшись в ванной, завернувшись в огромные теплые банные халаты и намотав полотенца на головы, мы с Мией сидели на большой кровати и смотрели мультики на планшете. Вернее, малышка была полностью увлечена мультяшной развивашкой, а я с улыбкой наблюдала за ней.

Совсем еще маленькая, но уже большая любительница повторять за мной. Ей обязательно нужен был такой же халат и полотенце как у меня, так что пришлось заказывать одинаковые комплекты в интернете. Благо, сейчас с этим никаких проблем. На любой вкус и кошелек.

Мия, хоть и схватывала на лету каждое мое движение, каждый жест, но все равно была безумно похожа на Клима. Такие же кофейного цвета глаза, высокие скулы, густые темные волосы, чуть полноватые губы. От каждого ее взгляда мое сердце начинало биться сильнее. Чем старше становилась малышка, тем больше черт Клима проявлялось у нее. И это трудно было не заметить. И игнорировать тоже трудно.

Каждый день она напоминала мне о своем отце, который снова ворвался в мою жизнь и снова вскрыл все мои раны, а потом снова исчез.

Как же мне было плохо без него. Я не могла вычеркнуть из своей головы ночь, проведенную с ним в его офисе. Самую потрясающую ночь в моей жизни. Ночь, в которую он смог вознести меня небесам и одним толчком сбросить снова вниз.

Уже прошел месяц после нашей встречи. Долгий тоскливый месяц, где я каждый день ждала, что Горячев появится в моей жизни. И скажет, что мне не приснилось, что я не выдумала его и что у нас есть шанс на совместное счастливое будущее.

Ждала и прекрасно понимала, что Клим не изменился. У него другая жизнь и я лишь в очередной раз просто эпизод в его жизни. Он даже в жены выбрал девушку себе под стать. Красивую, уверенную в себе, из своей лиги.

А я как была глупышкой, так ей и осталась. Отдавалась ему, надеясь, что мое сердце больше не будет болеть. Что и со мной случится чудо, и любимый мужчина обратит на меня внимание. Я даже обручальное кольцо сняла, которое носила, как напоминание о том, что обмануть может даже самый любимый человек. Но с Климом оно не сработало. Поэтому смысла в этом куске металла больше не было.

Клим подумал, что я все еще со Смоленцевым. Но, как обычно, ему было плевать. Плевать даже на свою будущую жену. Он просто воспользовался мной. А я была рада его видеть. Скучала по нему. Было страшно, знала, что снова оставит с разбитым сердцем, но нисколько не жалела, что провела с ним эту ночь. Я бы пошла за ним, куда бы ни позвал, чтобы ни предложил. Я провела бы с ним не одну ночь – так вскружил голову мне Горячев, но звонок его невесты спустил меня на землю. Она просила его вернуться. Точно не слышала, но понимала, что в пять утра будущие жены звонят не погодой поинтересоваться. Она точно плакала. Потому что он ей изменял. Просила его вернуться. А я знала об изменах не понаслышке. Я была участником измен с обеих сторон и надолго запомнила, как это бывает больно.

Наверное, поэтому и сбежала. Не смогла бы ехать с Климом в одной машине и смотреть в его глаза, зная, что его сердце всегда будет принадлежать другой женщине. А я может и самый лучший кайф, самая любимая игрушка. Но игрушка. Транзит. Сегодня нужна, а завтра никто не вспомнит, как меня звали.

Я точно знала, что Клим мог меня найти без проблем. Через Лару, например. Которая после той ночи замутила с Денисом, который был другом Клима. Пару звонков и он мог узнать обо мне все, что угодно. Но Клим предпочел все забыть.

И я старалась. Днем мне помогала работа, по вечерам Мия, а ночью было трудно. Но я держалась. До позавчерашнего утра.

Меня снова начало жутко тошнить.

В этот раз почему-то я сразу догадалась о причине тошноты. И в тот же день купила тест, который подтвердил, что я беременна.

Снова. От Клима Горячева.

Вчера я не могла сдержать слезы. Я сидела в туалете и скулила, как побитая собачонка. Я не знала, что делать. И мне было так страшно, как не было страшно в первый раз.

Я знала, что не потяну двоих детей одна. Вешать на родителей совесть не позволяла. Идти к Климу – гордость. И на аборт я бы точно не решилась. Других вариантов не было. Уже целые сутки новость о моей беременности не давала мне покоя. Я была так рассеяна и растеряна, что бездумно согласилась завтрашним вечером погулять с Ларой по набережной, потусить в каком-нибудь кафе и немного развлечься.

– Все-таки весна. Да что весна? Скоро лето на носу! А ты грустная, Суворова! Последнее время сама не своя ходишь. А сегодня вообще бледная, как моль! – трещала, как стрекоза Лара, когда мы выходили с работы. – Так что я отказов не принимаю, Янчик!

– Хорошо! – согласилась я, лишь бы побыстрее остаться одной и не слушать уговоры подруги. Лара бывает очень настойчива. А сил сопротивляться у меня не было.

О моих проблемах Лара не знала. Она пыталась выяснить, что произошло в тот вечер в клубе. Но я соврала ей о том, что мы с Климом давно знакомы и давно не переносим друг друга. Соврала, что уехала домой и совершенно не знаю, куда он поехал, зачем и с кем.

Слава богу, в ответ Лара лишь пожала плечами и больше не приставала ко мне с вопросами.

– Увидимся завтра вечером на остановке! – крикнула она мне вслед, когда я села в маршрутку.

Мия была у родителей. Маму сократили с работы и последние полтора года она занималась воспитанием внучки. Утром приезжала за ней, а вечером я сама забирала Мию. Но в этот раз еще не доехав до дома родителей, я позвонила маме и попросила ее оставить Мию на выходные. Утром мама поспешно забрала малышку, а я сейчас боялась показаться ей на глаза. Весь мой растерянный вид выдал бы меня с головой. Да и плакаться, не приняв точного решения, я не хотела. Родители и так для меня слишком много сделали, чтобы огорошивать их такой новостью, предварительно не взвесив все плюсы и минусы.

Май выдался довольно жарким. Вокруг все расцветало и радовало глаз буйством красок и запахов. Сирень, ландыши, тюльпаны. Все весенние цветы благоухали так, что кружилась голова. А вечером наступала приятная прохлада, и все, кто не пропадал на работе, выходили гулять во дворы и парки.

На набережной было слишком много народа. Практически все скамейки, кафешки и вообще любые места, куда можно было пристроить свои вторые девяносто, были заняты. В основном, молодежью. Отовсюду доносилась музыка, смех, крики. Атмосфера вокруг была заряжена позитивом. И на какое-то время мне удалось немного забыться и даже расслабиться.

Ближе к вечеру народ начал расходиться, а к полуночи остались самые стойкие и холодоустойчивые, потому что последнее тепло растворилось и, чтобы согреться, требовалась как минимум теплая кофта, хорошая порция алкоголя или крепкие объятия. Ничего этого у нас не было, но все равно оказалось, что мы с Ларой не относимся к мерзлячкам. Или просто наш столик в кафе находился в закутке, куда не мог забраться ни один сквозняк. А вкусные кексы и ароматный горячий чай поддерживали еще и хорошее настроение. Вообще, мы в этот вечер объелись всякой всячины. И моего любимого фисташкового мороженного, и блинов, и даже попробовали самсу из самой лучшей пирожковой нашего города.

Было уже довольно поздно. Но уходить совсем не хотелось. Потрясающий вид, открывавшийся с нашего места на набережную, завораживал. Было темно и практически ничего не видно, но совсем недавно на нашу реку запустили огромный теплоход, который представлял из себя что-то вроде ночного клуба на воде. Зажигательные вечеринки с модной музыкой, интересной программой и, естественно, алкоголем просто магнитом притягивали молодежь на это судно. Дорого, пафосно и не всем по карману.

Сама я там не была, но довольно много была наслышана об этом передвижном клубе. О нем говорил почти каждый, кому не лень.

Вот и сегодня, он совсем недавно начал курсировать по воде, привлекая внимания разноцветными огнями, громкой музыкой и веселым смехом. Голос ди-джея, кричащего в микрофон, был настолько заводным, что ноги сами постукивали в ритм музыке.

– Давай посмотрим как там, – кивнула Лара на приближающуюся к причалу светящуюся громадину.

– Там, наверное, холодно. И нас туда не пустят. Мы не пройдем фейс-контроль. – Я окинула взглядом Лару, на которой были черные брюки и теплая клетчатая рубашка, а затем себя. Мои синие джинсы и голубой свитер из ангорки были очень теплыми и удобными. Но наши наряды вряд ли можно было назвать тусовочными. Отсутствие вечернего макияжа, хвостики на макушке и удобные старые кроссовки нисколько не улучшали образ.

– Давай хотя бы попробуем! Я оплачиваю билеты! А с тебя в следующий раз пицца и кино! – не отставала Лара.

Я не хотела! Я не любила быть в толпе! Я давно отвыкла от такого большого скопления народа в одном месте, но, взглянув в умоляющие глаза подруги, поняла, что не смогу ей отказать. Согласившись, я была уверена, что дальше трапа мы не пройдем.

Мои ожидания оправдались. Как только судно причалило к берегу и первый поток толпы схлынул, мы купили билеты и попытались пройти на палубу. Нас не пропустили. Пришлось спуститься на берег не солоно хлебавши. Лара, конечно, расстроилась. Она не хотела уходить, и как капризная девчонка, уперла руки в бока и сердито топала ногой.

Перед самым отплытием подруга схватила меня за руки и притащив к двум огромным охранникам, начала уговаривать их пропустить нас на речную вечеринку. Она дергала меня за руку, стараясь привлечь к уговорам, но у нее ничего не получалось. Я не горела желанием. А охрана была не пробиваема.

– Ты, как всегда, Морозова, – раздался за спиной незнакомый мужской голос, – не нытьем, так катаньем. Юбчонку бы напялила и тебя бы уже давно пропустили!

Мы с Ларой одновременно обернулись. Перед нам стоял тот самый друг Клима, кажется, Денис, с которым Лара знакома и с которым у нее вроде бы завязались отношения. Рядом с ним стоял, кажется, Артем, и три красотки, которые выглядели так, словно только что сошли с обложки модного журнала. Одна краше другой. Мы и так выглядели не очень, а на фоне их вообще сливались с трапом. Но меня это не тревожило. Сердце забилось, как сумасшедшее, по другой причине. Я искала Клима. Это же ведь его друзья. И он должен быть где-то рядом. Я вертела головой, вглядывалась в людей на берегу, но так его и не увидев, выдохнула с облегчением.

К встрече с ним я была не готова.

– Иди ты, Стужев, знаешь куда, – процедила Лара, брезгливо оглядывая Дениса и его компанию. На что он лишь снисходительно улыбнулся и уже обратился к качкам в проходе: – Пропустите их! Они со мной!

Компания мажоров прошла на палубу, а мы застыли как две идиотки и удивленно смотрели им вслед.

– Ты же сказала, что у тебя с ним отношения, – короткая перепалка между Денисом и Ларой не была похожа даже на дружбу.

– У меня с ним – да! У него со мной – нет! – Лара пожала плечами, продолжая смотреть ему вслед, а мне оставалось лишь догадываться о том, что между ними все было не так просто, как пыталась преподнести Морозова.

– Вы проходить будете или нет? – буркнул один из мордоворотов. – Мы отчаливаем.

Я бы отказалась и не пошла. Но Лара была взбалмошной и упертой. Поэтому недовольно фыркнув, она снова взяла меня за руку и потащила на судно.

Мы заняли место у поручня за удобным белым столом и кожаными мини диванами подальше от сцены, заказали безалкогольные коктейли и приготовились отлично провести время.

На теплоходе и вправду было круто. Вокруг царила праздничная атмосфера. Место в центре было свободно для танцев, вдоль поручней были расставлены столики и диваны. Ближе к сцене и подальше от толпы были расположены столы и стулья для больших компаний. Так сказать, вип-места. Все было чисто, современно, качественно и дорого. Стоимость билета оправдывала себя.