Текст книги "Осколки падшего (СИ)"

Автор книги: Марина Клейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

15

Все качалось и сотрясалось, в уши вместе с грохотом вливались чьи-то голоса. Я с трудом приоткрыла глаза – сил не было совсем – и увидела среди цепей человеческие останки. Среди костей и праха призывно что-то сверкало.

Соображалось с трудом. Я поползла на блеск, толком не понимая, зачем это делаю. До цели оставалось совсем немного, когда очередная глыба рухнула в паре сантиметров от моего плеча. Меня подбросило вперед, и в этот момент, казалось, потолок обрушился окончательно.

Поток свежего воздуха возвратил сознание. Кто-то положил меня на траву, упоительно живую и мягкую. Как же замечательно снаружи…

Я встряхнулась и приподнялась на локтях. Пришлось постараться, чтобы побороть туман в голове, пробормотать переставшее действовать заклинание различения и понять, кто я, где и почему.

Вокруг чернела громада леса. Рядом был Сит. У меня упало сердце, дыхание свернулось и комом встало в горле.

Его руки потемнели, точно так же, как после воды из источника Энкеля. Но теперь посерела и покрылась черными прожилками и часть лица, невольно напомнив мне об издевательском образе Шемхазая.

Что хуже всего, было заметно – ему больно, очень больно.

– Сит, – прошептала я охрипшим голосом.

Он отвернулся.

– Что случилось?

Ни слова в ответ.

Внезапно я поняла. Заклинание освящения. Сит предупреждал – это мощный экзорцизм. Конечно, он действует на всех демонов, а не только на тех, кто мне неугоден.

– Прости, я… Я не подумала, что… – я не смогла договорить.

– С ума сошел, – послышался голос за моей спиной.

Я вздрогнула и обернулась. Неподалеку, за деревом, стоял Шемхазай, целый и невредимый. Видимо, эмоции отразились у меня на лице, потому что он с недовольным видом бросил:

– С такой скоростью, как у тебя, и самый последний бес успел бы сбежать. Но надо быть законченным недоумком, чтобы вернуться обратно так скоро. Что ж, удачной встречи с Аэмоном…

Он отступил во тьму леса и скрылся из виду.

Я посмотрела на Сита. Неужели он вернулся, чтобы спасти меня? Или просто боялся потерять осколки?

Его молчание пугало. Я не знала, что делать. Тронула его за плечо – он дрожал.

– Я не… Ты… Ты будешь в порядке?

Сит кивнул. Он низко опустил голову, за длинными прядями волос я не могла разглядеть его лица.

За спиной прозвучало:

– Только очень нескоро.

Я снова обернулась. Там, где раньше стоял Шемхазай, появились Аэмон и Лазарь.

16

– Сит, – тихо проговорила я. – Ты можешь забрать у меня осколки и уйти?

Он отрицательно качнул головой. Что ж, тогда придется потянуть время.

– Сделай это, как только сможешь.

Я встала на ноги и повернулась к Лазарю и Аэмону. Зрелище наверняка было жалким. Слабость преодолевалась с трудом, боль, теперь уже не только от раны, нанесенной Артемом, заставляла дрожать. Видимо, в меня все-таки угодили камни – ныла рука, левая нога налилась тяжестью и постепенно немела, туман в голове никак не желал развеяться.

С заклинанием различения Аэмон выглядел иначе: весь в черных перьях, с мерцающей аметистовой кожей, большими закрученными рогами, торчащими из непомерно длинной и узкой головы, и насмешливо прищуренными бледно-желтыми глазами.

Но меня больше интересовал Лазарь. Заклинание различения окончательно утвердило мои подозрения, и теперь можно было точно сказать, кто скрывается под маской.

– Ты ведь Ленхард, правда? – произнесла я.

Сит за моей спиной, кажется, дернулся. Да уж, Аэмон безошибочно выбрал себе оружие. Если Сит и не понял всего раньше, то только по одной причине – он не хотел даже допускать такой мысли. На то наверняка и был расчет.

– Удивительные познания для человека, – проговорил Аэмон слегка удивленно.

Не слушая его и по-прежнему глядя на Ленхарда, я открыла сумку и достала венок из колючей проволоки.

– У меня твоя корона.

– Она не для тебя, – ответил он.

Ленхард или, точнее, его модус, снял с лица маску. Хотя из-за заклинания различения лицо было покрыто трупными пятнами, легко замечалась былая красота и сходство с ангельским обличием Сита. Взгляд холодных синих глаз был совсем не таким, как у Люсьена, но оно и неудивительно. Никто не разбивал сознание Ленхарда, его полностью совместили с восстановленным телом. Внутри все сжало тисками, когда я подумала о том, что именно этот человек творил ужасающие зверства – и теперь вернулся, чтобы совершить еще несколько.

Впрочем, это ведь был не совсем Ленхард. Не хватало главного – души. Но это делало модус гораздо опаснее. Я понимала – его нельзя разжалобить, нельзя воззвать к его совести, если она вообще когда-либо существовала, алчности или еще чему-нибудь подобному. У него была одна навязчивая идея – сокрушить Сита, пусть и не навсегда, не насовсем, но хоть как-то отыграться за прошлое. Терять ему было совершенно нечего.

Я положила корону на землю и спросила Аэмона:

– Это ты внушил ему отомстить Ситу?

– Почему сразу внушил? – он усмехнулся. – Просто напомнил Ленхарду подробности его замечательной жизни! Поверь, его душа в Преисподней жаждет того же самого. Не нужно было даже гадать, какой именно модус способен помешать Ситри завладеть осколками. Кстати, Алиса, я ценю твою помощь. Как и говорил Шемхазай, я извлеку осколки максимально…

– Черта с два.

С этими словами я сложила руки и проговорила заклинание нападения.

Красный луч метнулся к Аэмону, но демон исчез и появился в совсем другом месте. Тогда я произнесла слова снова, на этот раз целясь в Ленхарда. Опять неудача – хотя его заклинания были получены в несколько искаженном виде, он поднаторел в них гораздо лучше меня и с поразительной быстротой применил заклинание ограждения. Луч пронесся сквозь пустоту и растворился в воздухе.

Аэмон вдруг оказался совсем близко от меня. Я протараторила заклинание обездвиживания. Между пальцев правой руки тут же появилась светящаяся синяя нить, другой конец которой обмотал руку Аэмона, совсем как в рассказе Сита об Истаре.

Однако удерживать эту нить было необычайно сложно. Хотя Аэмон не предпринимал ни одной видимой попытки освободиться и лишь сверлил меня яростным взглядом, по ощущениям казалось, что я удерживаю взбесившуюся лошадь. Нить рвалась в разные стороны и больно резала пальцы.

– Леден арден дер аварде… Экстум септен ле стер лартен.

Слова прозвучали глухо и непривычно, ошибки так резали слух, что я не сразу поняла, что происходит. И только когда увидела вспышку красноватого света, запоздало осознала: Ленхард тоже знает заклинание нападения, пусть и не совсем правильное.

Я в растерянности замерла, не зная, стоит ли отпускать Аэмона, и если сделать это, то как увернуться одновременно и от него, и от Ленхарда. На раздумья была какая-то секунда, и я бездарно ее упустила.

Луч как будто врезался в цель, но боли не последовало. Открыв глаза, я перестала дышать.

Передо мной стоял Сит. В следующую секунду он упал на одно колено.

Заклинание обездвиживания рассеялось, однако Аэмон от изумления и плохо скрываемого торжества отступил.

– Я должен это увидеть! – вскричал он. – Ну же, Ленхард!

Ленхард заговорил. Я было метнулась к Ситу, но он с силой меня оттолкнул. Я не удержалась, упала и уже с земли увидела, как его окутывает темное облако. Кожа меняла цвет, очертания тела расплывались и менялись…

Демон Ситри принимал свой истинный облик.

17

Разум, и без того замутненный множеством противоречивых мыслей и эмоций, мешал ясно воспринимать реальность. Она напоминала ночной кошмар: прямо на глазах происходила пугающая метаморфоза, и увиденное приводило в ужас, от которого стремительно холодела кровь.

В то же время меня частично отнесло куда-то в бездны истории. Сит рассказывал об Истаре, а я смотрела, как все случилось на самом деле, и пыталась быть отстраненной. Но увы.

Его истинный облик был действительно ужасным. Не уродливый по сути, он заключал в себе что-то необычайно отталкивающее, от чего хотелось бежать со всех ног. Страх и отвращение растекались по сознанию липкими потоками, парализуя чувства и стирая воспоминания.

Угольно-черное существо практически ничем не напоминало человека. Руки превратились в лапы с мощными когтями, из скелетообразного тела вырывались шипастые отростки, из кокона, лишь отдаленно напоминающего голову, горели яростным пламенем кроваво-красные глаза.

Одна часть разума призывала кричать и одновременно нестись прочь. Другая кстати исключила эти возможности – дыхание сперло, ноги онемели, и я продолжала неотрывно смотреть на демона. Потом каким-то чудом отвела глаза и увидела, как к нему медленно направляется Ленхард.

Я вдруг поняла, почему Сит так ненавидел его. Все потому, что они были очень похожи внешне. Сит надеялся увидеть в нем прошлого себя, а увидел сплошное зло – сущность, которую он никак не мог признать в самом себе.

– Будь осторожен, – сказал Аэмон Ленхарду. – Сейчас он заново переживает падение и потому бессилен, но я не знаю, надолго ли это.

Заново переживает падение?..

Слова Аэмона подействовали как контрастный душ.

Пересиливая себя, я подобралась к Ситу. Он бросил на меня взгляд, и хотя прочитать его не представлялось возможным, к парализующему страху неожиданно примешалось нечто, похожее на радость открытия. Невероятно, но в безобразном облике мне почудилось что-то знакомое, и сразу стало спокойнее.

– Сит, – прошептала я едва слышно. – Вставай.

Я положила дрожащую руку на страшную когтистую лапу. На ощупь она казалась вырезанной из камня – холодная и жесткая.

– Вставай, – настойчиво повторила я. В голове всплыли слова Люсьена: – Ведь ты по-прежнему Ситри!

Мне многое хотелось сказать, однако не было ни сил, ни времени. Ленхард подошел совсем близко. Я не знала, способен ли он навредить демону еще больше, но у него явно имелся какой-то план.

Как и у меня.

Я была уверена: Ленхард целиком поглощен Ситом, а Аэмону и в голову не придет, что я до сих пор способна доставить неприятности. И оказалась права.

Я сложила руки для заклинания нападения и резко повернулась к Ленхарду. Слова сорвались с губ как никогда быстро. Стрела красного света вонзилась в цель.

Ленхард попятился, оступился и упал на землю. Несведущему могло показаться, что у него приступ – грудная клетка часто-часто падала и вздымалась, из горла вырывался хрипящий звук.

Я поднялась на ноги с твердым намерением ударить второй раз. Однако Аэмон быстро пришел в себя.

Сперва я не поняла, что происходит. Сам он остался стоять на месте, а меня вдруг окутала серая дымка. В ней с фантастической быстротой замелькали размытые силуэты. Они извивались с пронзительным скрипом и неслись в каком-то безумном танце разлагающейся плоти. Эта адская симфония почти затмила неприятное чувство, знакомое по случаю в парке, но все-таки я успела его ухватить.

Аэмон снова пытался пробраться мне в голову.

«Не бояться!» – велела я себе с четким ощущением, что прошу невозможного.

Силуэты в дымке сменились знакомыми лицами. Каждое было заключено в осколок. В иных фрагментах виднелись надписи. Один за другим они трескались, разбивались и падали.

Неужели Аэмон разрушил мою стену? Заклинание очищения, надо быстрее…

Но разум затуманился от страха и не давал найти нужные слова.

Внезапно сзади на плечо легла рука. Я вскрикнула, обернулась – и не поверила своим глазам.

Это был Сит, в своем привычном демоническом облике. Он взмахнул другой рукой – осколки развеялись вместе с серой дымкой, словно по мановению волшебной палочки.

Аэмон злобно что-то проревел. Модус Ленхарда попытался встать.

Однако это была тщетная попытка. Возвращение Сита оказало на меня магическое воздействие – формулы заклинаний мгновенно выстроились в стройные ряды. Ленхард снова повалился наземь.

– Аэмон, – тихо сказал Сит.

Пока я разбиралась с модусом, Сит не терял времени даром: Аэмона крепко опутали черные тени.

– Леден арден дер аварден, экстум септум ле стер лартен, – сказала я, и луч ударил точно в Аэмона.

Демон исчез, оставив после себя клочья серого дыма.

18

Я легонько коснулась черных следов на лице Сита. Их стало меньше, но отметины по-прежнему выглядели серьезно.

– Почему ты не ушел? Тебе все еще…

– Я не говорил, что не могу уйти. Я просто не собирался этого делать. Кем надо быть, чтобы оставить тебя здесь одну?

– Ну... Демоном?

Сит слабо усмехнулся и посмотрел на меня с чем-то вроде недоверия во взгляде.

– Не могу поверить, что ты смогла подойти ко мне и… Дотронуться до меня.

Я пожала плечами.

– От того, что ты показался в другом виде, прошлое не исчезло.

– Сит… ри…

Голос Ленхарда отвлек нас от разговора. Модус все еще лежал на земле и посекундно дергался.

– В чем дело? – прошептала я. – С Люсьеном такого не случалось…

– У Люсьена не было целого сознания.

Сит подобрал с земли венок из проволоки и приблизился к Ленхарду. Тот неотрывно смотрел на него. В холодных синих глазах не было ни одной эмоции, но что-то в них все же сквозило.

– Этого ты хотел? – спросил Сит.

У меня вырвался слабый протестующий писк. Он надел корону на себя! Острые шипы вонзились в кожу, и хотя крови не пролилось, наблюдать разрывы было мучительно.

Ленхард вдруг закрыл глаза, резко и сразу.

– Ты сможешь использовать заклинание освящения? – тихо спросил Сит.

– Попробую. Только ты пока уйди, ладно?

Он кивнул, положил корону рядом с Ленхардом и исчез.

Сил у меня практически не было, однако я произнесла заклинание. Ожидала, что сразу после этого упаду в обморок, но нет: свет вспыхнул и погас, оставив от Ленхарда горсть праха, а я все так же стояла на ногах. Правда, они почти сразу подогнулись и вынудили меня опуститься на траву.

Дожидаясь Сита, я думала об осколках. Что со стеной? По ощущениям, ничего страшного, Аэмон просто пытался взять меня испугом. А Люсьен? Я была уверена, что видела осколки после его уничтожения…

Я прислушалась к себе и пришла к выводу, что успела их зацепить, а если и нет, то об этом позаботился Сит. И именно отсюда странная муть в голове, мешающая ясно мыслить.

Теперь предстояло решить, что делать дальше. Судьба Люсьена в моих руках, как и моя собственная.

Сит появился минут через десять, и по виду с ним все было в порядке. К этому моменту я успела все обдумать, хотя и не так хорошо, как следовало бы.

– Моя стена цела? Все осколки Люсьена у меня?

– Да.

Я попыталась встать. Это было непросто, но Сит подал мне руку, и с его помощью удалось подняться на ноги.

– Забирай.

– Заберу, – он помолчал. – Но твой… Твою стену я трогать не буду.

– Придется, иначе если не Аэмон, то кто другой мне до конца жизни покоя не даст. Забирай. Только не отдавай Элигосу.

– Что? – Сит посмотрел на меня растерянно.

– Ты ведь хочешь сделать что-то хорошее? – ответила я вопросом на вопрос. – Вот отличный шанс. Сломай систему. Помоги своему другу.

– Я не могу. Это невозможно.

– Я знала, что ты так ответишь, – я набрала в грудь побольше воздуха. – Но если человек попросит, ты можешь сделать практически что угодно, разве не так?

Сит насторожился, в его глазах мелькнула тревога.

– Что ты…

– Я хочу заключить с тобой договор.

Лицо Сита потемнело. Было похоже, что я нанесла ему сильный и крайне болезненный удар. Его глаза вспыхнули, он процедил что-то сквозь зубы и, к моему удивлению, попятился, как зверь от огня.

– Нет. Замолчи! Не смей!

Я не верила ни своим глазам, ни ушам. Сит отчаянно сопротивлялся. То, что с ним происходило, напоминало кадры из какого-нибудь безумного фильма, где человек борется с раздвоением личности или одержимостью. Что-то явно велело Ситу немедленно принять мое предложение. Но другая его часть категорически этого не хотела.

– Сит, все нормально. Я просто хочу…

Договорить я не успела. Что-то пронзило меня сзади; острый светящийся клинок вырвался из моей груди.

19

– Алиса!

Пылающее лезвие исчезло. Я рухнула на колени, ничего не соображая. Сит поддерживал меня, не давая упасть лицом в землю.

Внутри разверзлась бездна. Казалось, меня разрубили на двое, но я не чувствовала острой боли и, опустив глаза, не увидела ни порванной одежды, ни раны. Почудилось?

Нет. Определенно, что-то произошло. В душе царил дикий сумбур, воспоминания и голоса смешались, я не могла ни мыслить, ни ощущать – все сплылось в единую, вязкую и крайне противную субстанцию. Хотелось, чтобы меня вывернуло наизнанку, она вышла из меня, и все снова стало по-прежнему.

– Будь ты проклят!

Это сказал Сит. Но кому?

Я подняла голову и увидела Илая. Клинок в его руке на глазах растворился. Рядом появилась слабо мерцающая фигура…

«Люсьен», – узнала я, и мне стало немного, но легче.

Дыхание понемногу восстанавливалось. Значит, вот как действует Илай? Пожалуй, лучше бы меня пугали демоны…

Люсьен обернулся и посмотрел на нас. Осознанность его взгляда заставила сердце радостно встрепенуться. Наконец-то сознание вновь стало целым и, в этом можно было не сомневаться, убережено от ужасов Преисподней. Илай, конечно, не станет разбивать его и давать демонам возможность взяться за вторую попытку.

К сожалению, все произошло очень быстро, я не успела ничего сказать или спросить. Только что Люсьен и Илай были здесь, а в следующий миг словно растворились в воздухе.

– Сит?

– Как ты? – он в волнении наклонился ко мне.

– Я видела тебя… ангела. Ты и правда был похож на ребенка.

Сказав это, я потеряла сознание.

II_20

Я смутно помнила визит в больницу. Мужчина и женщина в белых халатах поочередно осматривали меня, задавали вопросы, сначала пространные, потом, поняв, что я не способна нормально соображать, по типу «больно – не больно». Наконец, сделав пару рентгеновских снимков и наложив повязки на бок и руку, меня отпустили. Дальше – полный провал.

Проснулась я дома, в постели, уже ближе к вечеру. Физическое самочувствие было более или менее сносным, но вставать не хотелось. Меня как будто глодала многонедельная хандра, хотя ничего такого не было и в помине. Разве что злосчастное разоблачение Шемхазая? Но ведь потом Сит зашел так далеко, что отказался от договора. Или, может, это следствие страха? Осколков больше нет, и, возможно, Сит вернулся в Преисподнюю.

В дверь позвонили. Я едва не застонала от нежелания выбираться из-под одеяла и двигаться в принципе.

К моему изумлению, кто-то прошел по коридору и открыл дверь, избавив меня от мучений. Послышались приглушенные переговоры.

– Сейчас посмотрю, – выделился знакомый голос, и в комнату заглянул… Шемхазай.

От возмущения у меня пропал дар речи. Какого черта он здесь делал? Я подвигала забинтованной рукой, пытаясь понять, смогу ли применить заклинание.

– Да, она в состоянии, – Шемхазай злорадно улыбнулся. – Проходите.

Вошли двое мужчин, один в обычной одежде, другой – в полицейской форме. Они представились, показали удостоверения. Я поневоле начала гадать, что бы мне могли вменить в вину, но оказывается, дело было в Артеме.

Я ответила на несколько простых вопросов – давно ли знакомы, когда виделись в последний раз, как он себя вел, знаю ли я что-нибудь об исчезновении его однокурсницы. Я рассказала правду, за исключением одного момента: предпочла скрыть, что он напал на меня с ножом. Все равно вода из источника Энкеля успела заметно заживить рану, да и опасности Артем, как выяснилось, не представлял – вчера ночью его задержали в Вербном сквере в совершенно невменяемом состоянии, и теперь он находился под присмотром психиатров, которые подозревали у него серьезное расстройство. Проверку проводили в связи с его красочным рассказом. По словам Артема, когда они с Маргаритой гуляли, на нее напало чудовище, и что голоса в голове заявили – это моих рук дело. Но полицейских волновала не моя вероятная – или, точнее, невероятная – причастность, а состояние и поведение Артема в последние дни.

Выслушав меня, они пожелали скорейшего выздоровления и удалились.

– Что ты здесь забыл? – я немедленно накинулась на Шемхазая.

– Оказываю услугу Ситу, – он картинно скривился.

– Я думала, теперь ты его ненавидишь.

– Как будто, чтобы хотеть отомстить, нужно обязательно ненавидеть! Да ничего подобного. И вообще, он сам себя наказал. Столько глупостей себе во вред, как в прошлую ночь, ни один демон не делал за все время своего существования.

– Где он? – заволновалась я. – Он в порядке?

– В Преисподней, где же еще? Радует Элигоса новостями об утерянных осколках. В порядке или нет, время покажет… Ладно, что там с тобой делать? – переключился он. – Воды? Чай? Кофе? Кошмар, я словно прислуга.

Я попросила воды и кофе. Воду выпила залпом, кофе цедила медленно. Шемхазай тем временем беспардонно шарил в моем книжном шкафу. Наконец он нашел книгу ближневосточных мифов и целиком погрузился в нее.

Рассеянно наблюдая за ним, я думала о Сите. Волнение неприятно бередило душу и в то же время немного заглушало ощущение безысходности. Что, если Темный Владыка разозлится на него? Последствия наверняка будут страшными. Эта мысль не давала покоя, я не могла ни читать, ни сидеть в интернете, просто смотрела в пустоту. По прошествии часа сознание заволокла дремота.

Меня разбудило осторожное прикосновение к моей щеке. Я вздрогнула всем телом, готовая врезать Шемхазаю, но, открыв глаза, с небывалым облегчением увидела Сита и накрыла его руку своей ладонью.

– Наконец-то, – ворчал за его спиной Шемхазай. – Ну что, как поживает Элигос?

– Неважно, – ответил Сит, повернувшись к нему. – Но, кажется, он ожидал такого исхода. Теперь он мечтает объявить войну небесам и разгромить Обитель.

– Ну, это явно не то, чего хотел Аэмон, – разочарованно протянул Шемхазай. – А что сказал Темный Владыка?

– Ему все равно.

Шемхазай изумленно вытаращился на него.

– Ты что, серьезно? Хочешь сказать, он ничего тебе не сказал? Совсем ничего?!

– Почему? Сказал. Ему все равно. Одержимость Элигоса Люсьеном он считает глупой причудой, эта затея не нравилась ему с самого начала, и чем все закончилось, ему не интересно. От того, что Аэмон самовольно действовал против интересов герцога, Темный Владыка не в восторге, но оставил наказание на усмотрение Астарота. Ну а чем занимаюсь на земле я, его вообще не волнует.

– Так и сказал?

– Так и сказал.

– Нет, это не лезет ни в какие ворота! – разъярился Шемхазай. – Даже в адские! Почему тебе всегда все сходит с рук? Это просто нечестно!

– Что ты злишься? Тебе тоже ничего не будет. Просто соберешь немного больше душ, чем обычно.

Шемхазай возмущенно фыркнул, но, кажется, немного успокоился. Он захлопнул книгу, бросил мне «возьму почитать» и исчез вместе с ней.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Сит.

– Боялась, что ты не вернешься.

Сит как будто хотел что-то спросить, но не решался. Наконец он сказал:

– Когда ты исчезла, и я понял, что ты с Илаем, я подумал, ты решила… Ну… Не связываться со мной.

– Я испугалась, что ты меня обманываешь. Шемхазай рассказал, что ты спрятал во мне осколки…

Как ни странно, это заметно удивило Сита. Некоторое время он внимательно смотрел на меня, затем спросил:

– Тогда почему ты вернулась?

– Боялась, что тебе навредят. Илай сказал, Ленхард нашел последнюю страницу…

Сит покачал головой.

– Я и не думал тебя обманывать.

– Тогда почему ничего не сказал? – не понимала я.

– За тобой все равно охотились из-за твоего осколка. От лишних тебе не было никакого ущерба, но если бы я сказал о них, он мог бы появиться. Ты бы стала невольно искать в себе другие осколки, и это могло… Ну, затуманить разум. – Сит помолчал. – Сейчас я понимаю, что должен был сказать. Или, точнее, вообще должен был найти другое место для этих осколков. Но тогда я еще не совсем себя понимал… И, наверное, хотел оправдать сохранение твоего осколка… Извини.