Текст книги "Собственность бастарда, или Золотая Бабочка Анкрейм (СИ)"
Автор книги: Марина Бреннер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)
– Дьорн, как думаешь, – спросила, похлопав себя пальцами по щекам – Сейчас перемена власти. Война будет?
Лорд, не сводя взгляда с жены, растянулся на постели. Еще одна дурацкая его привычка, которую надо терпеть. Валяться в одежде поверх покрывал – верх неприличия! Хотя для бастарда "верх неприлия" понятие весьма относительное и условное. Ну да ладно. Пустое всё.
– Вряд ли, – ответил задумчиво – Нужен им тот передел? Деньги только тратить. Не будет никакой войны, Бабочка. Всё по тихому решится, я уверен. Казнь, похороны и... опять благодать!
...А благодать и мир тем временем переменили решение.
Спохватившись, что жаждущим достанется она более менее легко, проворно перебирая руками, начала подмешивать в теплые сливки кажущегося благополучия мелкие, холодные осколки неприятностей и сомнений.
Наступал день показательной казни проворовавшегося Правителя.
И оба супруга, скрывая от самих себя растущее беспокойство, не ждали от него ничего хорошего. Хотя ведь обычное, вроде бы, дело!
Но однако же...
Глава 20
Народу на Чернокаменной Высоте собралось жуть как много! Представители разной знати съехались из всех наделов.
Плоские, широкие ступени лестницы, ведущие наверх, к эшафоту и само сооружение из черного камня блестели под восходящим Аргаром так, что слепли глаза. Два бело – золотых флага, прикрепленные к лобному месту крест накрест, хлестал налетавший порывами сильный ветер. Снег сыпал так, словно сидящая где – то далеко в небе громадная крыса грызла и грызла мешки, заполненные ледяной крупой.
Палачи (их было двое) уже ждали по обе стороны эшафотки, сжимая в руках секиры и "горелки".
– Хана Правителю, упокой его маграхи! – проворчал лорд Патрелл, выбираясь из экипажа и подавая руку жене – Ветрюга... мать! Штаны сдирает. Яйца к ногам примерзли. Не могли его летом казнить?
– Потише, Дьорн, – опершись о руку мужа, произнесла Беллиора – Молчи, пожалуйста. Неуместны здесь твои... фразы.
– Запахнись плотнее, Бабочка, – ответил мрачно – И, если что...
– Да, да, да!
Белла огляделась.
"Магические семьи, – подумала она – Целыми Кланами. Люди. Людей тоже много! Зрелищно... Люди любят... подобное. Вот, наверное, и едут не жалея ни своих сил, ни лошадиных."
Эти мысли пронеслись ветерком, не связанные абсолютно ни с чем. Так иногда, фоном к каким – то обыденным делам идет музыка, звучащая где – то на улице, во дворе, или парке.
Народу и вправду было много. Занято было почти всё громадное пространство вокруг лобного места, обнесенного заграждением, за которым следовало оставлять экипажи.
Судя по цветам одежды "приглашенных на казнь", те сьехались даже из отдаленных мест – в толпе мелькали ткани морских и песочных оттенков. Это значило, что представители "морских" и совсем уж нелюдимых Кланов Южной Стороны тоже явились.
– Перлись от самого побережья, – вновь принялся ворчать лорд, заприметив в толпе кого – то знакомого – Охота им? Вон этот... как его? В здорового такого змея превращается! В детстве меня жутко напугал этим.
– Оборотень? – заинтересовалась Белла.
Привстав на цыпочки, она разглядывала стоявшего далеко впереди, полуобернувшегося к ним, высокого мужчину, завернутого в тяжелый, опушенный мехом синий плащ. Пышные кудри, выбившиеся из под берета, были белыми, почти снежными. Мужчина, заметив Дьорна, улыбался и приветственно махал руками.
– Да нет, маг, – ответил лорд – Мы в гости к ним ездили, в Истен, на побережье. Наши матери подругами были.
Снег, между тем, пошел ровнее, а ветер утих. Видно, кому – то из присутствующих надоело мерзнуть и он смог договориться с погодой.
Дьорн, обняв Беллиору, прижал ее спиной к своей груди, завернув полой плаща и продолжил:
– Его мать раньше ушла. Так вот мы ездили и на похороны. Жуть это, Бабочка! Их же сжигают, магов... Чтоб после смерти не восстали ламайями или кем еще. Страшно это. Я мелкий был и сильно тогда впечатлился.
Белла повернула голову и спрятала лицо в нежном мехе опушки края плаща. От мужа шло ровное тепло, голос звучал размеренно и уютно. Девушке даже немного захотелось спать.
Бастард тут же заметил это:
– Да ты носом клюешь, леди Патрелл... Иди на руки.
Подхватив жену, присел на каменную скамью, присыпанную снегом.
– Может, в экипаж пойдешь?
– Нет! – запротестовала Белла, выпутываясь из обьятий – Я прекрасно себя чувствую. И встаньте, встаньте. Везут Правителя, встречать надо стоя.
Стражники, разогнав четкими окриками зазевавшихся людей, освободили путь к эшафоту.
Прибывший экипаж, свистнув полозьями, резко остановился. Дверца распахнулась и выпустила наружу судебного исполнителя, его помощника и опального Правителя со скованными "печатями" руками.
– Это чтоб не колдовал, его так заковали? – уточнил бастард у более разбирающейся в этом жены.
– Он и не колдует, Дьорн, – ответила Беллиора, с интересом наблюдая за происходящим – Это маг, а не бабка – шептунья из глухого села. Руки сковываются определенным образом, "веригами" с нанесенными на них знаками. Делается это, чтобы не допустить выхода магического Потенциала при сожжении. Потенциал должен "сгореть" вместе с его Носителем. Вы, милый лорд, должны были всё это изучить в Пансионе.
Последняя фраза была ею произнесена знакомым, ядовитым, "Бабочкиным" тоном.
– Я был слишком занят, геррна Училка, – ответил в тон – В мире существуют занятия более интересные, чем сушка мозгов скукотиной. Ясно тебе? Вот, и молчи.
– Встречать процессию надо стоя! – Беллиора рванулась из рук мужа – Поднимайтесь!
– Сиди спокойно. Иначе я встречу будущего покойника другой "стойкой"... Между твоих ног, дорогая моя половина. Только боязнь тебя простудить останавливает меня сделать это. Слушай... Ты так вертишься... Сядь спокойно, я сказал.
– Фу, – оконфуженная леди Патрелл спрятала побагровевшее стыдом и возбуждением лицо в мех плаща – Нашел время...
Даже сквозь толстые слои одежды, Белла чувствовала напрягшееся мускулистое тело мужа и жар его страсти. Печально было то, что ее собственная слабая плоть отзывалась на эту неуместную похоть тем же.
И в самом деле, нашли время... Просто вот как нельзя "кстати".
Меж тем, преступнику, после непродолжительного зачтения приговора, предоставили возможность "выговориться" перед скорым свиданием с Небытием.
– В жопу к Королю Маграхов! – торжественным шепотом пояснил Дьорн, склонясь к уху жены.
– Да закроешь ты рот или нет? – не выдержала Белла – Ты всю речь судебного исполнителя будешь так комментировать?!
– Да, – кивнул бастард, еще крепче прижимая к себе супругу – Потому что это фарс, дорогая моя леди Патрелл. Фарс и показуха, и тебе сие отлично известно. Его подставили.
– Ничего подобного!
– ...и сделал это родной племянник. Без сомнения, наш Правитель не без греха, но не до такой степени, чтоб башку с плеч. Темницы бы хватило. Раз казнят, значит племяш чего – то боится. Есть какая – то угроза, просто так родственничек ссаться бы не стал. И вот смотри... Самого – то племяша нет здесь, дома сидит, жопу греет. Хорошо ему, наверное! О, о! Смотри. Правитель каяться сейчас будет.
Осужденный вскинул взор к небу.
С головы слетел берет, упал в снег. Слабый порыв ветра разметал длинные черные, с проседью волосы опального, наглый Аргар ударил лучом прямо в лицо. Скользнув, осветил резкие его черты и длинный, с горбинкой нос.
Все эти признаки вкупе с темной, арестантской одеждой, делали Правителя похожим на ворону или стервятника.
– Так и быть! – прокаркал осужденный, обращаясь к небу – Я свою вину...
И тут замерли все присутствующие. Палачи. Законники. Замер даже ветер, попрыгав по капюшонам плащей зевак, сдался. Замер снег, остановившись в недолете от земли...
Замер воздух. Казалось, замер весь Аргарон в ожидании последнего, "покаянного" слова.
– Оооох ты ж..., – только и прознес Дьорн, явно почуяв что – то, распрямляясь и поднимаясь со скамьи и спуская жену с рук.
Стоявший далеко впереди морской маг, тот самый старый знакомый лорда Патрелла, чуть обернулся.
Прищурив глаза, сжал кулак. Потом, разжав его, развернул ладонь, сияющую слепящим глаза голубым светом.
Толпа дрогнула и рассыпалась на части. Но тут же собравшись вновь, поделилась на широкие ряды. Первый ряд, состоящий из мужчин – магов, окружил опальника, тесня охрану, изготовившуюся защищаться...
– ...НЕ ПРИЗНАЮ! – каркнул опальный Правитель, потрясая скованными руками – ВИНЫ ЗА МНОЙ НЕТ!
Раздались хлопки, треск мелких взрывов – это похоже было на то, как рвутся праздничные петарды. Воздух стал синим, снег оплавился, запахло гарью и почему – то свежескошенной травой...
– В экипаж! – трубно рявкнул бастард, срывая плащ – В экипаж, Белла! Беги! БЕГИ!!!
...она не успела выполнить то, что велел ей муж.
Потрясенная, оглушенная хлопками высвобождающегося, разнородного Потенциала, опешившая и отупевшая, Беллиора медленно отступила назад.
Сметенная и отброшенная толпой бегущих прочь перепуганных людей, девушка неуклюжим кулём свалилась в плавящийся снег.
Меховая муфта куда – то потерялась, руки Беллы теперь защищали лишь тонкие перчатки и сквозь них ощущалось, насколько накалилась земля.
Потом раздался еще один хлопок, словно от громадной шутихи, и всё вокруг заволокло синим, плотным дымом, выедающим глаза. Нос забил густой аромат горящего сахара. В вонючем дыму мелькнула фигура Дьорна, и тут же исчезла.
– АРРРАРРРР! – невероятной громкости рокот раздался почему – то откуда – то сверху.
Белла встала на колени, упершись в землю одной рукой. Мучаясь залепившей уши глухотой, шоком и отупелостью, девушка смотрела вверх, прикрыв другой рукой лицо и совсем не чувствуя никакого страха.
...Предпоследний хлопок оказался самым сильным.
Будто тугой кулак ударил леди Патрелл в грудь. Упав навзничь, Беллиора ударилась затылком о мягкую, горячую землю, разметав по ней руки и ноги.
Еще хлопок.
Окончательно оглохнув и распахнув широко глаза, девушка разглядела в плотном дымном небе громадные то ли темно – синие, то ли черные, кожаные, маслянисто гладкие крылья.
Тут же сверху упал ровный столб пламени. А вот в этом как раз и не было ничего страшного!
Подумаешь, огонь. Главное, что...
...ТИХО.
Глава 21
Лорд... он плохо помнил, что случилось после того, как маги – бунтовщики устроили взрыв... Что вообще там вышло, хоть пробей в голове дыру, ничего не увидишь.
Хотя, если начать выстраивать пирамидку из кубиков событий, выходило так: первый шарик Потенциала прилетел как раз от старого, истенского друга – вероятнее всего, блондинчик и был зачинщиком. Понятно, что протест спланирован заранее, недовольных сменой власти оказалось до маграхов, как много! Вот, улучили момент и жахнули так, что мало не показалось.
Может, этого и боялся нынешний, новоиспеченный Правитель, поэтому и решил отсидеться дома, грея жопу в уютном, дядином кресле? И правильно сделал! В кресле у камина много удобнее, чем теперь здесь, в чистом поле, в синем едком, жрущем глотку и легкие сладком дыму. Среди криков бунтарей, добивающих законников и охрану, среди мятущихся людей, в панике покидающих Чернокаменную Высоту. Среди вывернутых с корнем деревьев и остатков эшафотки и скамеек, среди... трупов.
К маграху в зад всю эту их политику. Политические распри и эпические битвы бастарда никогда не интересовали, равно как и чужие смерти. Тем более сейчас его интересовало другое.
...где Белла? Где хренова Бабочка?! Почему он, Дьорн, ТАК ясно чувствует её близко? Сказал ей бежать к экипажу, за загородь, а она? Шляется где – то возле? Дура. В голове этой девки мякина, и ту, похоже, разметало взрывом!
...Боги, как болит грудная клетка! Всё тело ломит, будто маграхи его жевали железными зубищами. И ощущение такое, словно с неба упал и о землю – шараааах!
Руки. Что с руками?! Где они вообще? Почему на их месте уродливые лапы, покрытые плотными пластинами змеиной чешуи? Скребущие по земле громадными, окровавленными когтями! Отчего окровавленными? Кого он драл ими, владелец этих когтей?
ГДЕ БЕЛЛА? Позвать её надо. Явно, где – то близко...
"Белла! – крикнул лорд – Беллиора!"
– АРРРРАР! – вышло из горла неведомого Зверя, каких в Аргароне не видели уже несколько тысяч лет.
– ДРАКОН! – отозвались рыку несколько голосов, тут же разлетевшись прочь, растаявших в порывах ветра и синем, густом мареве – Мать...! Откуда?!
Зверь сделал несколько тяжелых, оставляющих выбоины в земле, шагов.
Повертев тупорылой, неуклюжей башкой, чихнул дымом, взметнув ноздрями снег и обнажив голую землю. Поскреб ее зачем – то когтями и, снова оглушающе чихнув, изогнул шею. Потом, игриво прикрыв глаза кожистыми веками, раскрыл пасть, исторгнув из нее реку пламени, воняющую жженым сахаром.
Несколько магов едва успели отпрыгнуть, увернувшись от стрел огня и текущей, плавящейся земли. Один из них выбросил вперед руки. Зверь, видимо расценив этот жест, как угрожающий, полуобернулся.
– РРР...
Миг – и смельчак уже лежал, переломленный чудовищным когтем как тростниковая дудка, переломленная пальцами мальчика – пастушка.
– Сбоку, сбоку заходи! Так он не видит! Одурел от дыма!
– ДЬООООРН! – раздалось со стороны поваленного заграждения.
Черно синее Чудище послушно, как – то по коровьи, повернуло голову на звук.
– АРРРУРРАААА!
Один из бунтовщиков, согрев в кулаке заряд Потенциала, метнул его в разозленного Зверя, намереваясь прибить гадину, непонятно как появившуюся здесь.
Непонятно – потому что никакие порталы никуда никто не открывал, вот и неясно было, откуда явилась мифическая Тварь. Если только дым напутал что?
Желтый жгучий комок, брошенный метким магом, оплавил шкуру Зверя, образуя в ней дыру. От дыры быстро пробежали мелкие трещины, форма дрогнула и...
...ссыпалась в снег синей, а после и серой, дымной крошкой. Миг – и перед ошарашенными вояками прямо в земляно – снежной грязи лежал никто иной, как неизвестный голый мужик. Абсолютно голый! И в совершенном отсутствии сознания.
– Вот тебе и раз! – только и вымолвил тот самый меткий стрелок – Человек! Эй! Как тебя?
Быстро похлопав по щекам бездыханного, но ничего этим не добившись, он обвел глазами собравшихся вокруг товарищей.
– Кто нибудь его знает?
Те отрицательно помотали головами:
– Скрытая драконья форма... даже и от дыма! Ни у кого давным давно такой нет. Тысячелетия драконов не было здесь. Да и желательно... еще бы столько не было! Молчать надо об этом.
– ДЬОООООРН! – повторился уже ближе громкий, женский крик.
Внезапно пострадавший открыл глаза.
– Белла! – прохрипел, садясь и сжав руками виски, простонал – Башкааа... как калган! Что это было – то?
– Сами бы хотели знать, – шепнул один из магов, присаживаясь на корточки – Ты кто такой?
– А ты? – лорд хамски оскалился в ответ. Видно было, насколько быстро он приходит в себя – Дать бы вам всем в бубен, ребята! Какого маграха устроили бойню здесь?
– А ты за Правителя нового что ли? – вспылил бунтовщик – Ты за него, что ли, топишь?
Охая, бастард поднялся с земли. Приняв от кого – то из "спасителей" почти целый (ну... немного окровавленный и немного обугленный!) плащ, хрипнул медленно восстанавливающимся горлом:
– Идите в жопу! Вместе с обоими Правителями! Идиоты! Сколько народу порешили...
Кое как одевшись (плащ оказался ему мал), лорд огляделся.
– Ты хоть что – то помнишь? – осторожно спросил один из бунтарей, всё таки с опаской отступив назад.
– Ни хрена, – ответил Дьорн – Башка болит, будто бидон браги выжрал. И...
– Дьооорн!
Патрелл выругался.
– Какого маграха ты здесь забыла?! – без перехода хрипло заорал, развернувшись к запыхавшейся, подбежавшей жене – Я тебе что сказал делать?!
Портрясенная, Беллиора остановилась. Вот же...
Она же здесь... из за него! Она же шла к нему!
Она не побежала никуда, даже когда, поднявшись с земли, кое как пришла в себя. Она же пошла... искать его, не побоявшись ни дыма, ни огня, не поддавшись всеобщей панике!
Все бежали, придя в ужас от всего... этого. А она, Белла... каждую секунду помнила о том, что там, в синей, вонючей мгле, под взрывами и теми непонятными крыльями в небе – ее муж. Отец ее будущего ребенка!
И ОНА НЕ МОЖЕТ! НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ЕГО БРОСИТЬ!
А он теперь стоит здесь почти голый, в окружении всякого сброда и... ОРЁТ НА НЕЁ?! Да как он... что эта грязнокровая свинья себе позволяет?
Леди Патрелл тут же побагровела от злости, не только лицом, но даже и обнаженными, исцарапаными руками.
Взвизгнула, резко поднятая за шкирку, с уже остывающей земли сильным, грубым рывком. Тяжелая ладонь, припечатавшая больной, стыдный удар пониже спины, совершенно лишила горе – аристократку и остатков манер, и выдержки, коей у представителей семьи Анкрейм вообще – то было негусто...
– Да тыыыы! БАСТАРД! – завыла было Бабочка, но получив второй, более сильный шлепок, оскалилась не хуже мифического дракона и зашипела змеёй.
– Ладно! – гаркнул один из вояк, прерывая назревающую семейную ссору – Дома будете гавкаться. Валите оба! Без вас тут...
И, глядя на удаляющуюся, странную пару, кивнул одному из "песчаных" – молодому, невысокому, с растрепанной копной пшеничных волос и разодранной в кровь щекой:
– Проследи за ними. Узнай, кто такие. У кого в Аргароне... драконья шкура.
– Угум, – ответил парень – Думаешь, дым открыл правду? Может, просто марь? Ну, призрачная форма?
– Иди, следи. Призрачная форма любой бывает, но не драконьей. Истинная это шкура! Истинный облик, именно так. Если что... убей Дракона. Не место ему здесь. И... баба его брюхата, похоже. Ну... ты понял.
"Песчаный" быстро двинулся за супругами, прячась в остатках дыма, намереваясь стать тенью преследуемых. Следящей тенью.
...Экипаж оказался перевернут чуть набок. Он почти не пострадал. Только близкое прочное заграждение не дало ему окончательно свалиться на землю.
Обе лошади, впряженные в него, были мертвы. По выпученным, побелевшим глазам и запекшейся, кровавой пене на мордах. Дьорн заключил, что животных задело отголоском взрыва.
– Волна косо пошла! – рыкнул, ставя жену на землю – Хорошо, что тебя здесь не было, Белла. Всё таки...
И вдруг осекся. Резко замолчал, уже окончательно придя в себя.
Ледяная дрожь сотрясла тело. Холодный пот ожег кожу, пропитав насквозь чужой плащ. Только теперь доперло, ЧТО он, тупой грязнокровка, мог потерять... И... как? Она – то? Зачем она...
– Белла, – начал, скрипнув зубами и ощущая во рту привкус горелой карамели – А ты... почему не убежала?
– Не твое дело, Дьорн. – холодно ответила, тряхнув головой – Тебе это будет неинтересно. Не смею навязываться. И... прошу прощения за... слабость.
Смутно догадываясь, о чем не желает говорить жена, растерялся.
Да. Вот так. Растерялся.
– У тебя ничего не болит, Белла?
Вопрос был наиглупейшим. Но уж... каким был.
Странно ожидать от двух эгоистичных, ледяных тварей того, что они могут измениться и потеплеть в один миг, верно? Нужна тысяча взрывов и тысяча драконьих обращений, чтоб сквозь холодную змеиную шкуру хоть что – то проросло...
– Ничего у меня не болит, – фыркнула Беллиора, отвернувшись – Да даже если бы и болело... Тебе – то что?
Повернулась к нему. Растерянный, растерзанный вид мужа не мог оставить равнодушной даже такую пустышку, как Бабочка Анкрейм.
– Дьорн, у меня немного уши болят, – вдруг произнесла вполголоса – Я упала на спину и оглохла. Потом всё прошло, и я пошла тебя искать. Ну не могла же я бросить тебя одного? Это как – то... не знаю. Неправильно? Там еще и взрывы... И крылья эти в небе!
– Крылья?
– Ну да. Громадные, но не как у птиц, а... Скорее, как у летучей мыши, но только оооочень большой мыши! Синие. Или черные... Я не помню.
– Это всё дым, Беллиора. Он нанёс видения. Не было никаких крыльев, тебе показалось.
– Ну, может быть, – кивнула – А... где твоя одежда, Дьорн? Чей это плащ?
Лорд не ответил. Что он мог ответить, сам не зная и ничего, ровным счётом ничего не помня?
– Иди на руки, Белла. Я тебя понесу. Домой пешком придется.
– Ты босиком...
– Ааа... да. Ладно, всё равно пойдем.
...Идти долго не пришлось.
Поверенный Дьорна, Норвин, слишком поздно узнавший о преступном акте, совершенном сторонниками опального Правителя, примчался в экипаже сам.
Перехватив супругов на изломе моста, неподалеку от Чернокаменной Высоты, скороговоркой всю дорогу твердил, что Палата этого так не оставит, что виновники будут казнены самым жестоким образом, что целитель уже прибыл в поместье и ждет там, чтоб осмотреть лорда и леди, и что...
Дьорн и Беллиора не слушали его. Сидя в теплом экипаже, пристынув телами друг к другу, сливались взглядами, как река с рекой.
Может, сквозь змеиные шкуры что – то и прорастало?
"...мы ведь могли никогда больше не встретиться..."
Может, и прорастало.
А может, и нет.
