Текст книги "Замуж за Орка (не) по своей воле (СИ)"

Автор книги: Мари Александер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)

Глава 15

Да уж, после того как мы снова остались одни, я поняла, что, наверное, поспешила. Может быть, действительно нужно было дать орчанкам возможность сделать то, что они хотели?

Но так как было уже поздно и обратно звать тех девиц я не собиралась, надо было срочно решить, что делать дальше. И первым делом я зажмурила глаза, чтобы не видеть раздевающегося орка. Тут же пришла мысль, что нужно как можно скорее выбраться из лохани. Но с закрытыми глазами быстро это сделать не получилось, а развернуться спиной к орку и открыть глаза я додумалась слишком поздно. Орк отодвинул меня к одной из стеночек и сел в воду, удобно расположившись между моих ног.

На автомате отодвинулась от него как можно дальше и, прижав колени к груди, почти вжалась в деревянную стенку лохани. А орк не дал мне времени опомниться и вникнуть в происходящее.

– Женщина, приступай! – отдал он приказ и тут же добавил, не сбавляя тон: – И платье своё сними, сделаем из него мочалку!

– Что?! – От возмущения я аж глаза открыла и уставилась на громилу.

Этот гад зелёный сидел передо мной спиной и ждал, что я начну выполнять его указания. А не дождавшись, повернул голову и заявил:

– Тебе помочь снять платье?

И, прежде чем я возмутилась, эта зелёная гора мускулов развернулась ко мне на полкорпуса, и огромные зелёные лапищи легли на мои плечи.

– Я помогу! – криво ухмыльнулся он, демонстрируя свой оскал.

– Нет! – слишком резко, забыв, что нельзя показывать свой страх, выкрикнула я.

Взгляд орка стал тяжёлым.

– Если ты не собираешься мыть меня, тогда зачем выставила других женщин из шатра? – задал он, казалось бы, логичный вопрос.

Вот реально? О чём я только думала, выгоняя орчанок?

Но поздняк метаться!

– Не нужно рвать платье, – стараясь говорить спокойно, начала я отвечать. – Оно же не грязное. И потом, я уверена, что они принесли мочалки, ну или тут в шатре они есть. Я сейчас поищу и найду всё что нужно.

Орк будто задумался на минуту, не сводя с меня взгляда. А я уже осматривала шатёр на предмет наличия банных принадлежностей. Раз орчанки не принесли вместе с водой и лоханью, значит, что-то должно быть тут. Взгляд орка смягчился.

– Ты так любишь это платье? – сделал он странный вывод из моих слов.

Я думала, что ответить, но слова и мысли вылетели из головы, когда его большие руки начали двигаться. Одна спустилась на предплечье, а вторая, наоборот, добралась до шеи, и я чувствовала, как его ладонь поглаживает шейные позвонки, а пальцы перебирают волосы на затылке и подбираются к моим ушкам.

– Эльфийка, даже сейчас ты демонстрируешь своё превосходство, да? Несколько дней в пути, а твоя кожа чиста и нежна, твои волосы как шёлк, и ты вкусно пахнешь.

Он говорил в этот момент не как орк, а как демон-искуситель, и его пальцы уже почти добрались до моих ушек. Но я помнила, какую реакцию могут вызвать прикосновения к ним. Поэтому попыталась остановить его и выпалила первое, что пришло в голову:

– А вот тебя нужно помыть! От тебя пахнет… – тут я принюхалась, и сама не поняла, что дальше сказала, – чёрным костром, рабскими оковами и смертью!

Слова мне самой показались странными, а вот орка они отрезвили.

Он резко убрал руки и развернулся ко мне спиной. Показалось, что он попытался от меня что-то скрыть. Но что именно, я не понимала. И если честно, меня уже очень сильно нервировало то, что я почти ничего не понимаю из происходящего вокруг. Нужно было, чтобы хоть кто-то объяснил мне всё по-нормальному. До этого момента я и не знала, как пахнет смерть или рабские оковы, а сейчас безошибочно определила их.

Да, нужно было найти того, кто ответит на все мои вопросы.

Вот только орк мне в этом деле не помощник. Хотя у меня уже начала появляться мысль, сказать ему, что ударилась головой и многое забыла. Это бы объяснило многое, но пока я не спешила это делать. Что-то останавливало меня, какое-то внутреннее чутьё запрещало проявить слабость.

От созерцания зелёной спины и чёрных волос орка меня отвлёк его недовольный голос.

– Женщина, ты так и будешь сидеть или займёшься делом? Скоро нас позовут на пир! Если ты сама не в состоянии помыть мужа, так иди и позови кого-то. Уверен, дочери Дрофморула сделают мне приятно. Они выполнят любое моё желание, а не только помоют!

Моему возмущению не было предела: «Вот же ж гад! И имя отца тех девиц запомнил же! Ну готовься, я тебе сейчас сделаю приятно!»

– Где тут у Рвала мыльно-рыльные принадлежности? – поднимаясь на ноги, спросила я.

Прежде чем переступить через бортик лохани, я задрала подол и выжала из него воду. Всё же шкуры на полу мочить не хотелось. Насквозь промокшая ткань предательски облепила моё тело, но я старалась не думать об этом и начала самостоятельные поиски.

Орк же вольготно расположился в лохани и молча наблюдал за мной.

Поиски увенчались успехом: пусть и не сразу, но я нашла прямо у входа в шатёр что-то наподобие шкафа – несколько полок с разными нужными вещами. Но вместо дверцы эти полки прикрывала ещё одна шкура. Страшно было представить, смотря на количество используемых в быту шкур, сколько же животных эти орки убили.

Отмахнувшись мысленно от ненужных вопросов, я взяла с полки всё необходимое и направилась к лохани, в которой распаривался мой зелёный муж.

– Сними мокрое платье, – скомандовал он. – Нечего портить шкуры!

Его взгляд красноречиво говорил, о чём речь. Как бы я ни старалась выжать ткань, с подола всё равно капала вода. Пришлось согласиться, и, прежде чем приступить к банным процедурам, я огляделась, ища, во что бы можно было переодеться или завернуться. В итоге пошла к ложу из шкур, надеясь найти там покрывало.

– Там сухие полотнища для обтирания и одежда, – указав на принесённый орчанками сундук, сказал орк.

Молча я открыла сундук и взяла свёрнутое в несколько раз полотно, а потом передумала и, отложив его в сторону, достала из сундука первое попавшееся под руку платье.

Это было что-то наподобие длинной тканой рубахи с прорезями для рук и головы. Ткань на вид казалась грубоватой, но на ощупь была приятной, а голубоватый цвет ткани и вышивка белыми нитями спереди, делали это платье пусть и не праздничным, но точно не повседневным. Я же успела обратить внимание, что большинство женщин были в платьях более тёмных цветов, коричневых, серых или, как мать моего орка, тёмно-зелёных.

Ну а вспомнив рыжую мегеру, я мысленно обрадовалась, что это хотя бы не кожа, а ткань, пусть и не шёлк.

Выбрав платье, я поняла, что у меня появилась новая проблема: где переодеться? В шатре не было никаких ширм, да и вообще чего-либо, за чем можно спрятаться. Все предметы размещались по кругу, вдоль стены.

– Женщина, вода стынет! – напомнил мне о себе орк.

Уж не знаю, он заметил мою заминку или реально просто желал быстрее помыться, но пришлось принять единственно верное решение. Не поворачиваясь в сторону орка, я стянула с себя платье. Сначала хотела задрать подол и снять через голову, но потом напомнила себе, что кое-кто стопроцентно наблюдает за мной, и поэтому, распрямившись, я откинула длинные волосы назад и оголила сначала плечи, а потом мокрая ткань сама соскользнула по телу вниз и упала к моим ногам.

Волосы хоть и были длинными, но доходили лишь до талии. Нижнего белья на мне не было, так что взору мужа открылся чудесный вид на то, что было ниже поясницы. Чувствуя, как начинают алеть щёки, я всё же не спешила прикрыться. Нарочито медленно я взяла выбранное ранее голубое платье-рубаху и надела его через голову. О том, что пришлось немного наклониться вперёд, я промолчу. Но вот ткань скользнула по телу, я одёрнула подол и повернулась к мужу лицом.

Орк смотрел на меня так, будто реально собирался съесть!

По-моему, орк был голоден. В подтверждение этого он тут же сказал:

– Сними платье, ты намочишь его!

– Надену другое, – ответила я и подошла к лохани. – Твоя мать щедра, так что платьев у меня теперь много. Надо будет сказать ей спасибо.

Мысли сами складывались в слова, пока я намыливала отрез ткани, который собиралась использовать как мочалку, и старалась не смотреть на орка и не думать о том, что буду сейчас делать.

– Моя Вторая Мать! – исправил меня орк.

Видать, для него было важно именно такое обращение к жене своего отца. Ещё там, у ворот, я поняла это. Но попросить объяснить, что к чему, не могла. Поэтому сейчас пришлось лишь согласиться.

– Да, твоя Вторая Мать. Она даже с размером угадала. Платье будто по мне шили, – ответила я и, поняв, что дальше мылить тряпицу уже бесполезно, повернулась к орку.

На лицо его не смотрела, оценивала масштаб предстоящей работы и повторно пришла к выводу, что зря выгнала тех орчанок. Тут работы непочатый край! Но как говорится, глаза боятся, а руки делают.

Придвинувшись поближе, я начала водить мочалкой по широкой мужской груди. Старалась убедить себя, что это просто тело, которое мне нужно помыть. Ну так, будто я доктор, а это мой пациент. Я же лечила его там, на берегу, и ничего в тот момент не чувствовала такого особенного к нему.

Вот и сейчас: я лишь мыла его!

Но сколько бы я себя ни убеждала, а вот ниже пояса не смотрела, да и руки не опускала, а наоборот – с грудной клетки перешла на шею и, подняв голову, встретилась с ним взглядом.

– Она не угадывала с размером! – процедил орк, и снова в его взгляде сквозили холод и ненависть. – Моя Вторая мать заранее приготовила для тебя этот дар. Но ты отказалась от него в день нашей свадьбы! Ты не приняла ни один дар от моих сородичей! Ведь ты была уверена, что очень скоро сможешь вернуться к своему отцу, и уже сама выберешь себе нового мужа!

Его ярость была почти осязаема. Я хотела отпрянуть, но не успела – рука орка снова была на моей шее. Но в этот раз он не ласкал, а душил меня. Мыльными руками я пыталась освободиться от этой живой удавки, но безуспешно – мои пальцы соскальзывали. Пыталась хватать воздух ртом, но не могла сделать и одного вдоха.

Орк же наблюдал за моими трепыханиями и задавал дурацкие вопросы:

– Сознайся, что за игру ты затеяла, женщина? Зачем пытаешься соблазнить меня, если не желаешь быть моей?

Пальцы зелёного громилы сжимались на моей шее, и я понимала, что вот-вот отключусь.

Глава 16

Мне вот всегда было интересно: это кто придумал, одновременно душить и задавать вопросы? Ведь дураку понятно, что ответить что-либо в такой момент невозможно. Во-первых, я просто не могла произнести хотя бы одно внятное слово, не говоря уже о нескольких словах, собранных в одно предложение. А во-вторых, при нехватке кислорода мозг просто отключается, и я вообще перестала соображать.

В какой-то момент мелькнула мысль о кинжале, но было уже поздно. Орк, видать, перестарался, и я реально отключилась. Уже потом осознала, что это было моё спасение. Ведь ответа на дурацкие вопросы у меня не было, а схватись я за оружие, то неизвестно, чем бы всё закончилось.

Пришла в себя, уже лёжа на шкурах и шёлковом покрывале. Этот контраст меня поразил. И на какое-то время я залипла на мысли, откуда у орков шёлк? Но долго размышлять на эту тему мне не дали.

– Очухалась? – послышался откуда-то со стороны уже знакомый голос зелёного громилы, то бишь мужа-орка.

И тут же он навис надо мной.

– Вы, эльфы, такие слабые? Я слегка придавил шею, а ты тут же – шмяк! – высказал мне претензию зелёный муженёк. – Вставай, нечего валяться просто так!

Отдав приказ, громила не спешил отходить от ложа, а всё так же возвышался надо мной. За время моей отключки он успел помыться и даже надел новые чистые штаны и сапоги. Вид снизу был устрашающим. Ложе хоть и было выше уровня пола, но орк возвышался надо мной, как гора.

Я же не спешила вставать: казалось, что он специально не отходил от ложа и загораживал собой всё. Поэтому я лежала и ждала кого-то подвоха. Мало ли что у него на уме. Вдруг снова решит устроить мне допрос в своей орочей манере, только в этот раз душить будет «помягче», делая скидку на то, что я эльфийка.

Но я ошиблась, планы на этот вечер у моего мужа были другие.

– Вставай! – повторил он и оценивающе посмотрел на меня, затем ухмыльнулся. – Потом вернёмся и уже вдвоём поваляемся, а сейчас я жрать хочу! – Сказав это, он клацнул зубами и оскалился. – А ты слишком тощая, чтобы тобой насытиться!

Говорил так, будто реально собирался меня съесть. Ну или чувство юмора у него было таким. О том, что он говорил о другом виде голода и хотел меня тем самым оскорбить, намекая, что я не настолько привлекательна, как орчанки, я не успела подумать. Да и времени на это не было.

Орк протянул мне руку, пришлось принять его помощь и протянуть свою в ответ. Рывок – и вот я уже стояла ногами на шкурах, прямо напротив него. Чуть пошатнулась из-за резкого подъёма, но орк успел второй рукой обнять меня за талию, не давая упасть. Высота спального ложа немного компенсировала разницу в росте между нами, и поэтому наши лица оказались почти напротив друг друга.

Мне не пришлось задирать голову, чтобы видеть снова недовольное лицо мужа. Он втянул воздух носом, зло посмотрел на меня и вдруг заявил:

– Запомни: тут у нас свои правила. От меня ни на шаг не отходи, женщина!

В ответ я лишь кивнула. Горло ещё саднило. Но моя покорность почему-то опять вызвали недовольство орка.

– Здесь я твой муж, а ты моя жена! Ты подчиняешься мне, я сказал – ты сделала! Ты поняла это, женщина?

В ответ орк получил снова лишь кивок. Его рука на моей талии, казалось, стала тяжелее. А та, в которой он всё ещё держал мою ладонь, сжалась сильнее, и, не сводя с меня взгляда, громила добавил:

– Мы оба знаем, что только ты сможешь вернуть Карате то, что забрала у неё. Её магию! Лишь поэтому ты всё ещё жива, женщина! Но если достанешь кинжал, тебе придётся принять бой. А ты слабая, и тогда мне придётся убить кого-то из своих, защищая тебя. Но я этого не хочу делать. Ты всё поняла?

И в третий раз я кивнула, хотя вот про возвращение магии я точно ничего не поняла. Но была уверена, что говорить об этом громиле не стоит.

В этот раз мой молчаливый кивок удовлетворил орка, и он отпустил меня. Развернулся и пошёл к выходу из шатра. Но перед тем как откинуть полог, обернулся и посмотрел, иду ли я следом.

Его вопросительный взгляд вывел меня из ступора, и я поспешила за ним. Сойдя с ложа, с удивлением поняла, что уже не босая. Как-то сразу этого не ощутила, когда пришла в себя, но сделав пару шагов по полу, устланному выделанными шкурами, я уставилась на свои ноги. Мягкие кожаные мокасины были мне впору, но для надёжности они имели ещё и шнуровку. Кожаные ремешки наперекрёст обвивали мои ножки почти до середины голени и были аккуратно завязаны бантиком сбоку. Для того чтобы убедиться в этом, я задрала подол. Мой удивлённый взгляд метнулся в сторону орка. А он меж тем взял с сундука какой-то отрез ткани серого цвета и протянул его мне.

– И на вот, прикройся! – сказал орк, всучив мне то ли большой платок, то ли шаль из мягкой на ощупь ткани. – Снимешь его, когда вернёмся в шатёр.

Оправив подол платья, я взяла шаль и, не задумываясь, накинула на плечи. У меня из головы не шло, что это сам орк уложил меня на кровать. А потом ещё и обул?!

Да разве его большими ручищами можно завязать бантики из тонких кожаных ремешков?

Увы, и на эти вопросы я не смогла бы получить ответы. Просто спросить сразу не решилась, а потом уже времени не было. Как только мы вышли из шатра, нас тут же окружила толпа орущих орков. Кто-то радостно приветствовал моего, выкрикивая странные пожелания, кто-то просто хлопал его по плечам и жал руку. При этом со мной никто не смел заговорить, хотя косые взгляды я чувствовала и всё сильнее куталась в шаль.

Пока дошли до центра поселения к выставленным полукругом столам, я окончательно убедилась: меня тут не рады видеть – ни мужчины, ни женщины. Добрая половина всех встреченных нами орков провожала меня недоверчивыми взглядами. Будто все они ждали с моей стороны предательства.

И разве что лишь детвора глазела на меня с живым интересом. Мальчишкам и девчонкам было любопытно. Они тыкали в мою сторону пальцами и шушукались между собой. Наверное, эти дети впервые видели кого-то с другим цветом кожи и волос. Тут мне в голову пришла неожиданная мысль, что вот так же они будут смотреть и тыкать пальцами на нашу малышку.

Может, даже хорошо, что Рзо спрятал её.

Судя по словам отца моего орка, на нашу девочку возложена какая-то важная миссия, но вот только какая?

И что будет, если она не справится с этим?

Ведь мой муж-громила уже несколько раз говорил, что я забрала у неё магию. А как я это сделала? И самый важный вопрос: как её вернуть?

Опять вопросы, и все без ответа.

Мы приближались к уже накрытым столам. Муж шёл чуть впереди меня, я же старалась не отставать и шла за ним след в след. И чем ближе мы подходили к месту пиршества, тем сильнее я ощущала другое чувство. Страх неизвестности, метания и все вопросы отошли на второй план.

О боги, как же сильно, оказывается, я была голодна!

Это я поняла, стоило лишь почуять запах жареного мяса. Тут же сглотнула слюну и приложила руку к животу, стараясь скрыть недовольное урчание пустого желудка. Но, видать, никто, кроме меня, этого не услышал – вокруг стоял жуткий гул голосов пирующих орков.

Но вдруг все смолки. И пусть из-за спины мужа я ничего не увидела, но зато услышала громогласный голос вождя. Каган поприветствовал своего старшего сына и пригласил за стол.

Нам предназначались почётные места за общим столом рядом с вождём. Как только мы сели, появились откуда-то две девицы в очень открытых нарядах. Эти полуголые орчанки поставили перед нами большие блюда и кубки с напитками.

Вот тут-то я и призадумалась, а я точно эльфийка?

Глава 17

Вопрос был не праздным, а очень даже насущным!

Как-то не ощущала я сейчас себя представительницей этой благородной расы. Оказавшись за праздничным столом, я как минимум согласна была побыть человеком, а по максимуму вообще могла назвать себя орчанкой.

И вопрос был не в цвете кожи!

А всё потому, что содержимое тарелки орка меня прельщало намного больше, чем то, что я увидела на своей. Я, конечно, всё понимаю, на взгляд этих огромных и зелёных, я тощая и бледная. Да к тому же длинноухая (хотя вот это и не показатель: как я успела обратить внимание, примерно у половины орков уши не такие уж и маленькие).

Но предлагать мне утолить голод тремя маленькими эльфийскими хлебцами и горкой какой-то ботвы – это уже верх наглости.

Да они знают, сколько я потратила сил на лечение этого громилы?

Стоило ему лишь чуть-чуть сжать моё горло, как я отключилась – именно потому, что выжата как лимон. Что та изнурительная дорога по Реке Жизни и постоянный стресс измотали меня как морально, так и физически.

И в данный момент я готова была убить за нормальную еду!

А они меня в веганство записали?!

Уши у меня, может быть, и эльфийские, а вот желудок точно нет!

Потому что лишь при взгляде на сочные куски жареного мяса на тарелке мужа, я чуть не захлебнулась слюной.

О боги Межмирья, за что вы так со мной?!

Жаренная на открытом огне свинина!

Шашлык!

Название этого блюда тут же всплыло в моей голове, и я сглотнула слюну, потому что вспомнила вкус мяса на углях. В голове замелькали картинки: берег какой-то реки, расстеленный на траве большой плед уставлен тарелками с разными походными яствами, а чуть в стороне от этого импровизированного стола – мужчины у самодельного мангала из нескольких красных и белых кирпичей, детские голоса где-то на заднем фоне, и я с шампуром в руке.

Странное видение быстро пропало, но после него остался осадок. Ведь там всё было другим, и там я была на своём месте. А здесь?!

Молча я перевела взгляд с тарелки мужа на свою и постаралась скрыть разочарование. Откуда-то я знала, что прямоугольные белые хлебцы называются эльфийскими и они долго сохраняют свою свежесть. Поэтому грешно было злиться за то, что мне предложили именно их. Да к тому же я была уверена, что эльфы не едят шашлык.

Это снова подвело меня к мысли, что я не эльфийка или раньше ею точно не была. И вообще, кажется, не из этого мира!

От этой гениальной мысли меня отвлёк голос орка-горы. Отец моего громилы встал и что-то громко и долго говорил. Скорее всего, он произносил тост, ведь все слушали его, подняв кубки. А я так погрузилась в свои мысли, что прослушала всю речь. Очнулась лишь в конце, когда Каган что-то громко прокричал и ему в ответ гаркнули все орки, сидящие за столом. Как по команде они осушили свои кубки и с жутким грохотом поставили их на стол.

Так же поступил и мой муж. Тут же рядом с ним нарисовалась полуголая орчанка и наполнила его кубок. Но мой орк не обратил внимания на её прелести, чуть ли не вываливающиеся из лифа откровенного платья. Его, видать как и меня, пока больше прельщало жареное мясо. Поэтому, недолго думая, он придвинул свою огромную тарелку поближе и уже начал есть мясо, беря сочные куски прямо руками. Горячий сок стекал по его пальцам, когда орк откусывал мясо и, не тратя времени на то, чтобы растянуть удовольствие, жевал его и глотал, откусывая новый кусок.

Искоса наблюдая за ним, я молча сглатывала слюну и крошила пальчиками эльфийский хлебец.

– А ты, невестушка, чего не пригубила медовухи? Или тебе мой тост не понравился? – обратился ко мне орк-гора.

– Так если бы ей налили, то, может, и пригубила бы! – ответил за меня мой орк, не переставая откусывать и жевать мясо. – А так чего водой-то студёной давиться?

– Что значит водой? – не понял вождь и заорал: – Жена?!

Вот тут я реально поняла, что в некоторых случаях мои ушки действительно живут сами по себе. Вопль был такой громкий, что мои длинные уши сами прижались к голове и попытались закрыться. И всё это – лишь бы не оглохнуть.

Но если у меня только ушки отреагировали, то у орчанок, стоящих за нашими спинами, кажется ноги сами по себе решили унести своих хозяек куда подальше. Как говорится, подальше от начальства, поближе к кухне. Но и там им было не укрыться, и отвечать за проступок всё же пришлось.

– Хальрита! – ещё раз позвал Каган свою супругу.

– Чего разорался? – отозвалась орчанка с кожей пепельного цвета.

Она как будто из ниоткуда появилась за спиной у своего мужа.

– Муж мой, тебе грога мало или мясо сырое?

Со стороны эта парочка выглядела очень импозантно. Он – просто огромный и темно-зелёный, а она невысокая, стройная, с пепельной, а в свете живого огня почти серебристой кожей. Он нависал над ней с таким выражением лица, что я бы точно испугалась. А вот Вторая Мать моего орка не выказывала никого страха.

– У нас что, медовуха закончилась? Так подали бы гномье вино! Где это видано, чтобы жене будущего вождя за столом подали воду?! Ты, жена, совсем забыла наши обычаи или решила так оскорбить моего сына и мать его детей?

Орчанка ничего не ответила. Она лишь посмотрела в мою сторону. Ух, как блеснули её глаза! Не уверена, что она на нюх смогла определить, что в моём кубке, зато точно рассмотрела содержимое тарелки.

Все за столом затаили дыхание. Мне показалось, что даже дрова в большом костре стали трещать тише.

– Муж мой, я согласна за это не нарочное оскорбление понести наказание! – склонила гордая орчанка голову. – Твоя воля – закон!

Услышав её ответ, я обомлела. И не только я!

Помня, как эта женщина общалась со своим мужем там, у ворот, и не сомневаясь, что это не её вина, я смотрела на её склонённую голову и недоумевала. Ну ведь стопроцентно, что те девицы решили заменить медовуху на воду. Так почему она берёт всю вину на себя?

Пока вождь определялся с карой, достойной такого проступка, за Хальриту вступился мой орк.

– На правах главного виновника торжества я прощаю тебя, моя Вторая Мать! Ты могла и позабыть, что эльфы пьют и едят, – сказал мой муж и указал на пустое место рядом с отцом. – Садись за стол и отметь моё возвращение в клан вместе с нами!

Орчанка посмотрела на моего орка, кивнула и только после этого перевела взгляд на своего мужа. Гордо подняв голову, она всё же ждала его вердикта.

– Радуйся, горная женщина, что мой старший сын любит тебя, как мать, и этот пир в его честь! – всё ещё сурово глядя на жену, ответил на её немой вопрос орк-гора. – Исправь ошибку и займи своё место подле меня. Кто мне грог будет наливать вовремя? Твои наливальщицы совсем не следят за моим кубком, вот и сейчас он пуст!

Говоря последнюю фразу, этот орк-гора демонстративно поднял кубок, опрокинул его содержимое в себя и так грохнул им пустым по столу, что будь кубок деревянным, как тарелки, то точно бы развалился на две части. А так добротный металл выдержал удар, разве что на деревянном столе осталась вмятина от круглой ножки кубка.

Примеру вождя тут же последовали все орки за столом.

Это было как сигнал, что пир продолжается и можно выдохнуть, пить и есть дальше, ну и, конечно же, разговаривать. И снова гул голосов, за которым я всё же расслышала слова орчанки с пепельной кожей.

– Сейчас я это исправлю, – сказала Хальрита и, забрав кувшин у стоявшей рядом молодой зеленокожей красавицы, наполнила кубок мужа до краёв. – Сейчас я всё исправлю!

С этими словами Вторая Мать моего мужа подошла к нам и забрала мой кубок с тарелкой. Тут я впала немного в ступор: а тарелку-то куда? Я же даже не попробовала, что там за ботва была!

Но останавливать Хальриту я не стала. Лишь молча посмотрела ей вслед. Странным было видеть, что один из орков встал из-за стола и пошёл следом за ней в ту сторону, откуда приносили еду и кувшины с напитками.

Как оказалось, на это обратила внимание не только я.

Подошедший к нам брат мужа, хлопнул моего орка по плечу и заржал в голос.

– Глянь, Гонфилорн побежал за матерью следом. Будет умолять её не убивать его дочек!

Не отвлекаясь от поедания мяса, мой орк ответил, даже не посмотрев в сторону кухни:

– Потом эти дуры поймут, что лучше бы она их убила – быстрее отмучились бы!

– Ты прав, брат, – кивнул Рвал и вознамерился сесть рядом со мной.

Но мой орк его остановил.

– Твоё место с другой стороны от отца!

– Так тут свободно, – усмехнулся Рвал.

И вправду: место рядом со мной пустовало, даже несмотря на то, что народу, а точнее орков, за столом было даже больше чем нужно. Но никто не спешил подсесть ко мне.

– А раз свободно, то я могу сесть и обещаю: прослежу, чтобы кубок и блюдо твоей женщины всегда были полны. Позабочусь о ней, по-братски!

– За своей женой я и сам присмотрю! – рыкнул мой орк, всё же отвлёкся от почти опустевшей тарелки и добавил, оскалившись посмотрев на брата: – Рвал, ступай на своё место!

У меня сложилось в этот момент какое-то двойственное восприятие происходящего. С одной стороны, эти двое говорили обо мне так, будто меня тут нет или я вообще вещь, а с другой стороны, мой громила, кажется, приревновал меня?

А вот это было приятно!

До жути! Не всё мне смотреть, как его обхаживают полуголые, а то и вообще голые девицы с зелёной кожей и огромными буферами.

Жаль только, что Рвал не рискнул настаивать на своём предложении. Он подозвал девушку с кувшином, дождался, когда она наполнит его кубок, и, подняв его высоко над головой, крикнул, привлекая внимание всех за столом:

– Крагтаранг вернулся! Выпьем за это!

Снова все зашумели, присоединяясь к тосту Рвала, а потом начали стучать по столу пустыми кубками. И, не дав никому времени на передышку, брат мужа снова поднял только что наполненный кубок и пробасил, на манер отца:

– Крагтаранг вернулся вместе с красавицей женой. Так поднимем кубки за эльфийку, мать его детей! Пусть боги Межмирья даруют вам как минимум трёх сыновей и трёх дочерей!

Тут же послышались пожелания других орков. Это было похоже на конкурс «кто больше»! Но стоило Рвалу осушить свой кубок и стукнуть им по столу, как дебаты закончились. И снова оглушающий стук метала по дереву. Я же сидела и думала о том, что столы, наверное, они часто меняют.

– Сын мой, негоже пить за жену брата, когда ей самой ещё не налито! – заявила Хальрита, снова бесшумно появившаяся из ниоткуда.

Вторая мать моего мужа сама принесла мне новую тарелку и, поставив кубок, наполнила его медовухой. Но я смотрела не на кубок. Мой взгляд был прикован к тарелке.

Боги Межмирья!

Всё же эльфы едят мясо!

Пусть и не свинину, но запечённая куропатка с кисло-сладким ягодным соусом – это просто услада для желудка голодной эльфийки. Пресловутые квадратные эльфийские хлебцы тоже были на моей тарелке, но в этот раз не в качестве главного блюда, а лишь как дополнение. Плюс были ещё какие-то овощи. Но до них мне не было дела.

Теперь можно было приступить к трапезе и присоединиться к остальным пирующим, подняв кубок и выпив за здоровье наших будущих детей. О том, как мы должны будем их делать, я старалась не думать.

Ведь как-то же дочка у нас уже получилась.

Впрочем, ну не сегодня же мы должны будем этим заняться?!

Так я успокаивала себя, сама не налегая на медовуху, но внимательно следя, как наполнялся и пустел кубок мужа. Этот процесс меня успокаивал. Вот точно, после такого количества выпитого грога, орк должен был свалиться замертво прямо тут, у стола.

И тому было обоснование: кто-то из пирующих уже наелся-напился и завалился спать, не уходя далеко от праздничного стола. Странным было то, что по мере уменьшения мужского контингента за столом, женский состав увеличивался.

Сначала за столом были только мы с Хальритой и ещё две уже немолодые женщины-орчанки. Они сидели молча подле, как я думала, своих мужей. Другие орчанки лишь приносили мясо и закуски, запечённые грибы и какие-то ещё блюда, но самое главное – разливали напитки по кубкам.

Странная получалась ситуация: чем слабее был орк, тем меньше шансов было у его женщины сесть за общий стол. Нам с Хальритой в этом плане повезло дважды. По статусу жён нынешнего вождя и будущего вождя мы первоначально имели право сидеть подле мужей на любом пиршестве. Так ещё наши громилы способны были перепить любого из своих соплеменников.

Поэтому чем дольше длилось застолье, тем глобальнее вставал вопрос, а точно мой орк не потребует сегодня от меня исполнения супружеского долга? Огромный и зелёный муж пил и не хмелел.

Надежда на это умерла окончательно, когда Рвал встал из-за стола и просто рухнул на землю прямо там, где стоял, а потом ещё и захрапел. Вот тут-то мой муж и решил, что пора уже и честь знать. Он как будто ждал именно этого момента. Мой громила встал, подхватил меня на руки и, попрощавшись с родителями, направился в наш шатёр.

У этого гада даже ноги не заплетались!

Он целенаправленно шёл до шатра, а я начала паниковать.

Боги Межмирья, что делать?!