Текст книги "Космическая сага: Восхождение из пепла колоний 2 (СИ)"

Автор книги: Максим Шаравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10

Яр запустил трансляцию. Голографический экран мигнул, и на нём появилось изображение герцога. Он сидел в кресле главнокомандующего, одетый в военную форму своего Дома – тёмно‑синий мундир с серебряной вышивкой, подчёркивающей статус правителя. Его лицо было бесстрастным, но в глазах читалась настороженность, а пальцы чуть заметно барабанили по подлокотнику – выдавая внутреннее напряжение.

– Приветствую вас, герцог, – произнёс я, пристально глядя на него.

– Добрый день… мой император, – с явной неохотой выдавил из себя Тибо, слегка склонив голову.

Я едва заметно ухмыльнулся.

– Кораблей бунтовщиков больше нет. Можете захватывать орбитальные объекты и планеты, – спокойным голосом произнёс я.

– Хорошо, – герцог кивнул, но его взгляд стал ещё более настороженным. – Где Женевьева?

– Сейчас будет, – я сделал паузу. – А потом мы доставим её к вам на корабль, Тибо. Через тридцать минут часть ваших кораблей должна отправиться в звёздную систему «Вершина Монблана», чтобы закончить подавление бунта, – произнёс я, не оставляя места для возражений.

– Но там же стоит флот барона! – изумился герцог, резко выпрямившись в кресле. Его глаза расширились от неожиданности.

– К тому времени, как ваши корабли туда прибудут, флот барона будет уничтожен, – ответил я стальным голосом, выдерживая его взгляд. – Это не просьба, герцог. Это приказ.

В этот момент у меня за спиной раздался голос Женевьевы:

– Делай, как говорит император, – её тон был твёрдым, почти приказным.

Тибо мгновенно переменился в лице. Настороженность сменилась искренней радостью, а губы растянулись в тёплой улыбке.

– Женевьева, я рад тебя видеть, – произнёс он с неподдельным чувством.

– Ты слышал, что я сказала? – строго спросила Женевьева, глядя прямо на экран.

– Да, я всё сделаю, любовь моя, – тут же ответил Тибо, его голос смягчился. – Жду тебя на корабле. Возвращайся скорее.

– До связи, герцог, – бросил я и отключил связь. Затем повернулся к Женевьеве, которая стояла рядом со мной, опустив глаза. – Отправляйся к своему мужу, Женевьева. Надеюсь, больше ты не будешь делать глупостей. Спейс‑майор отвезёт тебя, – я кивнул Порецкому и отвернулся, стараясь скрыть бурю эмоций.

– Аурелия… – начала Женевьева дрожащим голосом, в её глазах заблестели слёзы.

Я резко обернулся и перебил её, повысив голос:

– Ты меня не поняла? Я сказал – отправляйся к мужу, – прорычал я, глядя ей прямо в глаза.

– Как прикажете, мой император, – сквозь слёзы ответила она, склонив голову.

Я услышал, как она и Порецкий вышли из зала для совещаний. Тяжело вздохнув, я посмотрел на Яра.

«Яр, отправь ей сообщение, что мы спасём Аурелию. А то ещё наделает снова глупостей», – мысленно попросил я Яра.

«Хорошо, отправлю ей на коммуникатор», – в моей голове прозвучал спокойный голос Яра.

Повернувшись к тактическому шару, я внимательно изучил расстановку сил. Часть кораблей Тибо уже начала движение к орбитальной станции и планетам. Остальные продолжали стоять на месте – в том числе и флагман «Женевьева».

– Яр, когда связь с Георгием? – спросил я вслух.

– Ещё двадцать минут, – откликнулся Яр, откинувшись в кресле и чуть прикрыв глаза.

Я вздохнул и снова посмотрел на тактический шар. Корабли Тибо начинали занимать позиции для высадки десанта: группа тяжёлых крейсеров выдвигалась к орбитальной станции и верфям, а тяжёлые линкоры выстраивались возле планет.

Ровно через двадцать минут Яр поднял голову:

– Георгий прислал запрос на связь, – сообщил он.

– Выводи, – сразу ответил я, невольно выпрямившись в кресле. Усталость моментально отступила.

На экране появился Георгий. Вид у него был крайне взволнованный – лицо побледнело, волосы взъерошены, а голос дрожал от едва сдерживаемого волнения. Не успел я поздороваться, как он выпалил:

– Князь, тут полный аншлаг! Стоят два крупных флота Габсбургов и минимум пятьдесят тяжёлых линкоров. Но линкоры стоят отдельно – опознавательных знаков на них нет. Так что выявить, кому точно они принадлежат, нет возможности. Ясно одно: они пойдут в «Чёрную Реку» вместе с Габсбургами либо сразу за ними. Это однозначно ловушка, князь!

Я сжал подлокотники кресла, обдумывая услышанное.

– Ты прав, это ловушка, – произнёс я задумчиво. – Но больше всего меня беспокоит другое. К ним идёт ещё пятьдесят тяжёлых линкоров. Вот это уже проблема.

Марк, до этого молча следивший за разговором, тихо выругался себе под нос. Яр бросил на него короткий взгляд, но промолчал.

Я посмотрел на Яра:

– Шансы на победу?

Яр отрицательно покачал головой:

– Никаких. Даже с учётом поддержки флота Оболенских.

– Вот и я думаю о том же, – я провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. – Сто тяжёлых линкоров и два больших флота. У нас нет шансов, если мы сунемся туда на «Стальной Берлоге», даже при поддержке флота Оболенских.

Я снова посмотрел на Георгия:

– Спасибо. Отдыхай и отправляйся назад в систему «Звёздный Перекрёсток». Сообщи сразу, как объявятся остальные корабли. Вдруг мы всё‑таки ошиблись, – приказал я.

Георгий кивнул, его лицо немного расслабилось:

– Будет исполнено, князь.

Экран погас. В штабе повисла тяжёлая тишина. Марк первым нарушил молчание:

– Что теперь, князь? Отступаем?

Я медленно поднялся, глядя на тактический шар, где метки кораблей Тибо продолжали перемещаться. В голове уже складывался новый план – рискованный, но единственный, который мог дать нам шанс. Но для начала…

– Отступать – значит проиграть, – произнёс я твёрдым голосом. – Мы не пойдём в «Чёрную Реку». Вместо этого нанесём удар там, где нас не ждут. А пока собирай эскадру. Идём в звёздную систему «Вершина Монблана». Надо закончить с бунтовщиками.

– Будет исполнено, князь! – сказал Марк и стал раздавать приказы.

На стыковку всех наших кораблей ушло около получаса. К тому времени корабли нашего нового адмирала Пьера Валентайна уже покинули звёздную систему «Причал Альбиноса» и ушли в сторону звёздной системы «Эридан‑4» – на перегруппировку и обучение. Их силуэты на тактическом шаре постепенно тускнели, пока не исчезли совсем, оставив после себя лишь мерцающие следы варп‑перехода.

Часть кораблей Тибо, включая флагман – тяжёлый линкор «Женевьева», – прыгнули в звёздную систему «Вершина Монблана». Лететь им в варпе два с половиной часа. Мы как раз успеем там появиться и уничтожить противника до их прибытия.

– Мы готовы к прыжку, мой князь, – сообщил Марк, сверяясь с данными на планшете. Его голос прозвучал довольно громко, нарушив тишину зала для совещаний.

Мы всё ещё сидели в зале, периодически перебрасываясь короткими фразами. Я чувствовал нарастающее напряжение – смесь предвкушения и тревоги перед грядущим боем.

– Яр, я хочу посмотреть, как работают твои автоматические стелс‑бомбардировщики в бою. Как раз есть возможность испытать, – я посмотрел на Яра, и в глазах моих читался неподдельный интерес.

В зале все притихли. Никто из присутствующих так и не видел демонстрации нового корабля – только слышал рассказы Яра. Все невольно подались вперёд, стараясь не пропустить ни слова.

– Их всего три корабля, – напомнил Яр, слегка нахмурившись. – Но испытать можно. Мне самому интересно. Возможно, потребуются доработки после первого боя.

– И можно сразу протестировать новую тактику для использования этих кораблей, – добавил Марк, оживившись. – Я подготовил несколько вариантов манёвров – они учитывают их стелс‑режим и высокую манёвренность.

– Отлично, тем более мы так и не поговорили подробно об этом. Значит, посмотрим, – я улыбнулся, чувствуя, как напряжение понемногу сменяется азартом. – Идём в штаб и прыгаем. Лететь нам пятнадцать минут.

Все встали и направились в штаб, тихо переговариваясь между собой за моей спиной. Разговор мгновенно оживился – люди обсуждали новые корабли, гадали об их возможностях, спорили о тактике применения.

Я шёл впереди, слушая эти разговоры. В груди нарастало знакомое чувство – предвкушение битвы. Пять минут до варп‑прыжка. Ещё пятнадцать минут до того момента, когда мы проверим в деле новое оружие – и узнаем, станет ли оно нашим козырем в этой игре сил и интриг.

– Внимание: до варп‑прыжка – пять… четыре… три… два… один, – известила система корабля голосом Яра.

На хронометре высветился таймер длительности прыжка: пятнадцать минут.

Я улыбнулся. С каждым разом мне всё больше нравились новые варп‑двигатели, сделанные Яром. Плавный гул, едва ощутимая вибрация корпуса. Если он сможет придумать, как установить такие варп‑двигатели на остальные корабли, мы в кратчайшие сроки сможем восстановить Империю.

В голове появились разнообразные мысли о том, что я буду делать, когда наконец объединю все эти Дома и кланы под своим правлением. Картины будущего сами собой возникали перед глазами: дипломатические приёмы в тронном зале, торговые пути, связывающие отдалённые системы, военные академии, где будут обучать новым тактикам, строительство новых кораблей‑колонизаторов и расширение заселённой части галактики. Я устрою третью волну колонизации… Я почти ощутил вес императорской короны – не как символ власти, а как ответственность за судьбы миллионов.

Мой взгляд утонул в варп‑туннеле. Теперь он был совершенно иным, нежели раньше. Сине‑фиолетовые цвета преобладали, переливаясь, словно гигантская шёлковая ткань. Мелкие молнии мельтешили повсюду, вспыхивая и гаснув в доли секунды. А сам туннель стал более насыщенным и плотным – он словно обволакивал корабль, защищая его в этом странном пространстве между мирами.

– Внимание: до выхода из варп‑прыжка – пять… четыре… три… два… один.

Голос Яра вырвал меня из раздумий и созерцания варп‑туннеля. «Стальная Берлога» прибыла в звёздную систему «Вершина Монблана».

По кораблю зазвучала пронзительная сирена, уведомляя о включении боевого режима. В штабе все офицеры моментально заняли свои места и занялись работой: пальцы замелькали над сенсорными панелями, голографические экраны вспыхнули множеством данных, замигали предупреждающие индикаторы.

– Тысяча километров до цели. Крупное соединение кораблей противника, – оповестил Яр. Его голос звучал предельно сосредоточенно.

Я посмотрел на тактический шар – там вспыхнуло множество красных точек, образующих боевую формацию в точке контроля выхода из варп‑прыжка по стандартным координатам варп‑маяка.

– Начинаем разворачивать нашу эскадру, – отдал приказ Марк. Его пальцы быстро забегали по панели управления флотом.

Офицеры штаба начали передавать приказы. Послышался характерный гул – пошла отстыковка крупных кораблей. Снова раздался ритмичный звук работающих стыковочных механизмов, сопровождаемый лёгкими вибрациями корпуса.

Наша эскадра вставала в боевую формацию. На тактическом шаре стали появляться зелёные метки наших кораблей – система автоматически обновляла данные по дистанции и векторам движения.

В этот момент на тактическом шаре появились три синих точки, двигавшиеся отдельно от основного строя.

– Синие точки – это наши стелс‑бомбардировщики, – оповестил всех Яр. Он слегка повысил голос, чтобы его услышали сквозь общий гул штаба. – Сейчас они в стелс‑режиме, и вы их не видите на голографическом экране. Поэтому я подсветил их на тактическом шаре, чтобы вы могли следить за передвижением кораблей.

Марк, изучив данные, добавил:

– Отлично, пусть идут в центр боевой формации противника – к линкорам и крейсерам.

Я внимательно следил за манёвром. Три маленькие синие точки на тактическом шаре приближались к боевой формации вражеских кораблей. Сердце забилось чаще – сейчас всё зависело от точности расчётов и надёжности стелс‑систем.

Как‑то незаметно в штабе управления флотом стало тихо. Абсолютно все следили за передвижением стелс‑бомбардировщиков.

– Бомбардировщики выйдут на позицию через девяносто секунд, – объявил Яр, нарушив своим голосом тишину.

Я вздрогнул от неожиданности и сжал подлокотники кресла. Всё шло по плану. Теперь оставалось только дождаться первого удара – и посмотреть, насколько хороша новая разработка Яра в реальном бою.

Стелс‑бомбардировщики вошли внутрь вражеской формации.

– До нанесения удара – три… два… один… Пошёл сброс протонных бомб, – сообщил Яр.

Я сразу перевёл взгляд на голографический экран, на котором Яр приблизил корабли противника. Спустя пару секунд начались взрывы.

Первый взрыв озарил космос ослепительной вспышкой – ярко‑алый шар мгновенно расширился, поглотив ближайший линкор. Корпус корабля треснул, словно тонкая скорлупа, и разлетелся на тысячи раскалённых осколков, которые разметало ударной волной во все стороны. За ним последовали новые взрывы – один за другим, словно чудовищный огненный ритм, сотрясающий само пространство. Протонные бомбы срабатывали в самом сердце вражеской формации, и космос превратился в адскую симфонию разрушения.

Очередной линкор исчез в гигантском шаре плазмы: его броня не выдержала чудовищного давления, корпус лопнул, обнажая внутренние отсеки, которые мгновенно вспыхнули, рассыпаясь снопами искр. Рядом содрогнулся крейсер – взрывная волна сорвала с него внешние модули, антенны и орудийные башни разлетелись, как щепки, а следом сдетонировали внутренние системы, превратив корабль в клубок огня. Фрегаты и эсминцы, оказавшиеся поблизости, затряслись от ударных волн: их корпуса покрылись трещинами, броню срывало, системы отказали, и корабли начали беспомощно вращаться в пространстве, теряя форму и целостность. Тяжёлые истребители, находившиеся рядом с крупными кораблями, вспыхивали, как спички – каждый взрыв поблизости вызывал цепную реакцию: топливные баки и реактивные ускорители детонировали, превращая машины в миниатюрные солнца, которые тут же гасли в холодной пустоте космоса.

Обломки всех размеров – от гигантских секций корпусов до мельчайших фрагментов обшивки – разлетались во все стороны, сверкая в свете новых взрывов. Некоторые фрагменты, подхваченные ударными волнами, на огромной скорости врезались в соседние корабли, нанося дополнительные повреждения. На тактическом шаре красные метки начали гаснуть одна за другой – быстро, почти мгновенно. Вражеская формация рассыпалась за считанные секунды: уцелевшие корабли хаотично метались, теряя строй, пытаясь уклониться от новых ударов, но многие из них уже были повреждены и двигались рывками, оставляя за собой шлейфы газа и обломков.

Яр сухо произнёс:

– Стелс‑бомбардировщики не смогли покинуть зону поражения и были уничтожены.

Спустя несколько секунд Яр добавил:

– Полностью уничтожено сорок процентов всех кораблей противника. Ещё тридцать процентов получили серьёзные повреждения.

Марк хлопнул ладонью по тактическому столу:

– Это не просто попадание – это разгром! Они даже не поняли, откуда пришёл удар.

Я не мог оторвать взгляд от экрана. В космосе бушевало огненное шоу небывалой мощи: вспышки взрывов следовали одна за другой, озаряя пространство алыми, оранжевыми и белыми всполохами; облака раскалённого газа расширялись, смешивались, создавали причудливые формы, а обломки кораблей, подсвеченные изнутри остаточным свечением, медленно разлетались по всему сектору. Уцелевшие корабли противника спешно уходили в разные стороны – кто‑то хаотично менял курс, кто‑то пытался уйти к ремонтным докам верфей, оставляя за собой шлейфы повреждённых систем. Боевой формации, как и эскадры, фактически больше не существовало.

– Это невероятно, – произнёс я, чувствуя, как адреналин постепенно отступает, сменяясь холодным удовлетворением. – Марк, свяжись с уцелевшими кораблями и предложи им сдаться. В противном случае мы их уничтожим. Гарантируй им сохранение жизни и достойное обращение с экипажами.

– Так точно, – ответил флот‑адмирал, тут же разворачиваясь к офицерам связи. – Всем постам связи – установить контакт с уцелевшими кораблями противника. Передать сообщение: немедленная сдача с гарантией сохранения жизней экипажей. В случае отказа – огонь на поражение. Повторить трижды.

В штабе снова началась суета: офицеры связи начали устанавливать контакты с уцелевшими кораблями противника, а голографические экраны замигали новыми данными.

– Яр, – я повернулся к своему другу, понизив голос, чтобы не отвлекать остальных, – ты сможешь доработать эти корабли? Мы не можем допустить гибель экипажей, которые будут ими управлять. Они же не смертники.

Яр на мгновение задумался, его взгляд скользнул по голографическому экрану, где ещё мерцали последние вспышки детонаций.

– Да, но потребуется время, – ответил он уверенно. – Я снял все показания с приборов во время атаки, уже выделил часть своих вычислительных ресурсов для анализа и разработки усовершенствований. Думаю, через неделю смогу предоставить три новых образца с исправленными недочётами. Пока также управлять ими буду я.

Я удовлетворённо кивнул. Это был успех – не просто победа в бою, а шаг к чему‑то большему. Взгляд снова обратился к голографическому экрану, где буквально несколько минут назад стояла огромная эскадра кораблей. Теперь на её месте раскинулось огромное облако обломков – фрагменты корпусов, оборванные кабели, разлетевшиеся орудийные установки. Некоторые фрагменты до сих пор продолжали детонировать, вспыхивая короткими алыми искрами, словно угасающие звёзды.

Спустя десять минут стали поступать первые данные от уцелевших кораблей. Они приняли наше предложение и стали сдаваться: отключали щиты и орудийные системы, ожидая наши группы захвата. Тяжёлые истребители и фрегаты направлялись сразу в ангары «Стальной Берлоги», где наши штурмовики брали пилотов под конвой и отводили в специально выделенные помещения – просторные, но строго охраняемые большие комнаты с минимумом удобств.

На крупные уцелевшие корабли флот‑адмирал штурмовых войск Игнат Громов отправлял группы захвата. Операции проходили почти синхронно по всему сектору. Я следил за процессом на тактическом шаре: зелёные метки наших групп захвата появлялись рядом с ранее красными точками вражеских кораблей, и постепенно все они окрашивались в нейтральный серый – знак перехода под наш контроль.

В течение часа все корабли были полностью захвачены.

Игнат, сверяясь с отчётами, произнёс:

– Экипажи ведут себя сдержанно. Большинство понимает, что это лучший исход после такого разгрома.

Я удовлетворённо кивнул, оглядывая штаб. Суета постепенно стихала, сменяясь деловитой сосредоточенностью.

– Отлично, – произнёс я. – Игнат, передай благодарность группам захвата. Яр, займись интеграцией новых кораблей в нашу систему управления. Марк, подготовь обращение к экипажам: мы ценим профессионализм и готовы предложить достойные условия тем, кто присоединится к нам добровольно.

Я снова посмотрел на голографический экран. Там, где ещё недавно бушевало огненное безумие взрывов, теперь раскинулась упорядоченная флотилия – десятки захваченных кораблей выстроились возле «Стальной Берлоги».

Глава 11

– Яр, от Каэля и Милославы были сообщения? – спросил я, откинувшись в кресле.

– Только очень короткое: «Продолжаем следовать за кораблями. Будем на связи через десять часов», – ответил Яр, посмотрев на меня.

Я кивнул и прикрыл глаза, расслабляясь. Предстояло дождаться прихода кораблей Меровингов.

Спустя некоторое время Яр произнёс:

– Фиксирую новые корабли. Из варп‑прыжка выходят корабли герцога Тибо де Мерови.

– Отлично. Яр, установи связь с Тибо, – попросил я, поудобнее устраиваясь в кресле главнокомандующего. – И, Марк, начинай сворачивать нашу эскадру. Сегодня останемся в этой звёздной системе. Прежде чем двигаться дальше, необходимо поговорить с Каэлем и Милославой. Но я хочу, чтобы всё было готово к варп‑прыжку.

– Будет сделано, – отреагировал Марк, сразу склоняясь над панелью управления флотом.

Спустя минуту голографический экран мигнул, и появилось изображение Тибо и Женевьевы. В этот раз Тибо стоял рядом со своей женой. Они сдержанно поклонились.

– Мой император, – заговорил Тибо. Сейчас его голос был совершенно другим. Я чувствовал, что его отношение ко мне изменилось. Возможно, Женевьева на него повлияла, а может, вид огромного облака обломков и строя уцелевших кораблей, стоящих перед «Стальной Берлогой».

Я кивнул, приветствуя герцога и герцогиню.

– Как я и обещал, флот барона уничтожен. Можете приступать к подавлению бунта на орбитальных объектах и на планетах, – сказал я, чуть наклонившись вперёд.

– Спасибо за помощь, мой император, – в этот раз Тибо поклонился глубже.

– Я знаю, что Меровинги потеряли три полноценных флота, и вам необходимо как минимум вернуть эти эскадры, чтобы защищать границы. Я не могу вам дать такое количество кораблей – вам придётся самостоятельно заниматься их приобретением. Но могу предложить очень много кораблей с повреждениями: где‑то совсем мелкий ремонт, где‑то довольно серьёзный. Но в любом случае это лучше, чем ничего, – произнёс я, внимательно отслеживая реакцию Тибо и Женевьевы.

– Вы очень щедры, мой император, – произнесла Женевьева с лёгкой улыбкой. – Мы ценим вашу заботу и сделаем всё, чтобы три флота были восстановлены в кратчайшие сроки.

– Корабли вам передаст флот‑адмирал Марк Радин сегодня, как только вы подавите бунт. Мы будем в этой звёздной системе ближайшие восемь‑десять часов, так что рекомендую не терять время и заняться делом, – сказал я, пристально посмотрев на Тибо и Женевьеву.

– Как прикажите, мой император, – снова ответила Женевьева. Тибо же упорно молчал. Я видел по нему, он ещё не свыкся с мыслью, что теперь его Дом является протекторатом.

Они поклонились, и связь отключилась.

Я посмотрел на тактический шар: спустя минуту корабли Тибо пришли в движение, направляясь к планетам и орбитальным объектам для высадки десанта. Как и в звёздной системе «Причал Альбиноса» эскадра разделилась. Часть кораблей ушла к планетам, другая часть пошла к орбитальным объектам по всей звёздной системе.

– Мой князь, что делать с целыми кораблями и экипажами? – спросил Марк, отрываясь от панели управления флотом. Я уже чувствовал вибрацию стыковочных механизмов. Наша эскадра стыковалась к «Стальной Берлоге», а тяжёлые истребители и фрегаты заходили в стояночные ангары. Его пальцы снова забегали по интерфейсу, проверяя данные по захваченным судам.

– Много тех, кто желает присягнуть нам на верность? – уточнил я у Марка.

Но за него ответил Игнат Громов, сидевший за тактическим столом ближе ко мне:

– Абсолютно все. Они прекрасно понимают, что даже если мы их отпустим, Тибо доберётся до них – и ничего хорошего это им не сулит. На лицах многих читается облегчение: они рады, что избежали расправы от герцога.

Я задумался. Брать к себе бывших «предателей» герцога не очень‑то хотелось – слишком велик риск. С другой стороны, служили они барону, а не герцогу. А конкретно барона они не предавали. А раз барон уже, по сути, мёртв, то и клятва верности ему утратила силу. К тому же опытные экипажи сейчас на вес золота – каждый обученный пилот, инженер и наводчик может сыграть решающую роль в грядущих сражениях.

– Хорошо, – произнёс я, приняв решение. – Принимайте у них присягу. Проведите стандартную процедуру зачисления в наш звёздный флот. Остальные, те, что остались без кораблей, пусть летят пассажирами. Отправляй всех в звёздную систему «Эридан‑4» к адмиралу Валентайну. Будут ему ещё корабли и люди – пусть займётся их восстановлением и обучением.

– Будет исполнено, – кивнул Марк и тут же запросил у Игната численность пленных.

Я удовлетворённо откинулся в кресле. Ситуация складывалась удачно: вместо уничтожения или изгнания мы получали новые экипажи и корабли. Это был не просто тактический выигрыш – это был стратегический шаг к укреплению моего Дома.

Я ещё немного посидел в штабе, наблюдая за работой команды, и встал с кресла. На меня сразу все подняли глаза, оторвавшись от своих дел.

– Спасибо всем за отличную работу, – произнёс я. – Две звёздные системы под нашим контролем, два разбитых флота противника. Много новых кораблей, которые серьёзно усилят наш Дом. Великолепный тест стелс‑бомбардировщиков показал их реальную боевую ценность. Почти сутки мы не отдыхали. Поэтому заканчивайте текущие задачи и отправляйтесь на отдых. – Я обвёл взглядом весь штаб. – Марк, вызови дежурную смену – пусть придут сегодня раньше обычного и примут дела у твоих людей.

Марк кивнул и тут же начал отправлять сообщение командиру дежурной смены штаба. Я повернулся к Игнату:

– Игнат, предоставь штурмовикам двенадцать часов на отдых. Пусть восстановят силы – возможно, скоро им придётся серьёзно потрудиться.

– Будет исполнено, – твёрдо произнёс Игнат.

– Яр, – я посмотрел на моего друга, – как только Каэль и Милослава выйдут на связь, разбуди меня. Я поговорю с ними из каюты.

Яр кивнул, ненадолго оторвавшись от разговора с Рэттеном. Они снова обсуждали поставки для ремонта и модернизации корабля‑колонизатора. С каждым разом Яр вносил новые правки, а чтобы сроки модернизации не увеличивались, приходилось дополнительно наращивать выпуск человекоподобных андроидов.

Я едва заметно ухмыльнулся, глядя, как Яр снова убеждает Рэттена увеличить приоритеты для его поставок. Развернувшись, я направился к выходу.

Выйдя из штаба, я прислонился к стене. На меня вдруг накатила дикая усталость – мышцы ныли, в висках стучала кровь. Но помимо физического истощения, мне требовалось обдумать детали задуманного плана. И желательно обсудить его с Яром – его взгляд часто помогал увидеть то, что упускал я.

«Яр, – позвал я мысленно, оттолкнулся от стены и зашагал в сторону каюты, – мне нужно с тобой поговорить наедине. Но я не хочу обсуждать это мысленно. Сейчас переоденусь и пойду в тренажёрный зал – хочу немного позаниматься перед сном».

«Хорошо, – отозвался Яр в моей голове. – Я почти уговорил Рэттена. Увижу, как ты придёшь в зал, и сразу подойду, Ратибор».

По пути в каюту я бросил взгляд на голографический экран в коридоре – на нём транслировалась панорама космоса вокруг «Стальной Берлоги». Там, где ещё недавно стояла мощная вражеская эскадра, теперь раскинулось огромное облако обломков. Оно медленно рассеивалось, подсвеченное далёкими звёздами.

Я тихо вошёл в каюту, стараясь не разбудить Аврору – вдруг она спит. Я не ошибся: она лежала в кровати, погружённая в глубокий сон. Одеяло сползло, открыв прекрасный вид на её обнажённое тело. Я постоял минуту, любуясь её красотой и стараясь не шуметь, затем подошёл ближе. Осторожно взяв одеяло, аккуратно укрыл её, стараясь не потревожить.

– Ты наконец‑то вернулся, – сквозь сон пробормотала Аврора, едва разомкнув ресницы.

– Я сейчас уйду, зашёл переодеться. Вернусь примерно через час, – я наклонился и нежно поцеловал её в щёку. – Спи спокойно.

– Эления написала мне про Женевьеву, – открыв один глаз, тихо сказала Аврора. – Женевьева просила Элению поговорить со мной, чтобы я попросила тебя простить её и спасти Аурелию…

Я улыбнулся, слегка склонив голову:

– Считай, что попросила.

– Угу, – Аврора снова погрузилась в сон, её дыхание стало ровным и размеренным.

Я отошёл от кровати, быстро переоделся в тренировочный костюм и так же тихо вышел из каюты, осторожно прикрыв за собой дверь.

В коридоре меня окутала тишина «Стальной Берлоги» – редкие шаги дежурных, приглушённые гулы систем жизнеобеспечения, мерное гудение двигателей корабля. Усталость всё ещё давила на плечи, но мысль о тренировке и предстоящем разговоре с Яром придала сил.

Дойдя до дверей тренажёрного зала, я сделал глубокий вдох, настраиваясь на физическую нагрузку и предстоящий разговор. Впереди ждали важные решения – и я был готов к ним.

В зале никого не было – и это порадовало. Не придётся никого выгонять, чтобы поговорить с Яром. Я остановился в центре, решая, с чего начать. Немного подумав, встал на беговую дорожку и запустил самую лёгкую программу.

Не успел я толком начать заниматься, как в зал вошёл Яр. Он подошёл ко мне и пристально посмотрел:

– Ратибор, а зачем ты продолжаешь тренироваться? Я же улучшил твоё тело. Ладно, я понимаю занятия для отработки практических навыков, но зачем, к примеру, тебе бег или силовые упражнения? С твоим телом ты спокойно можешь управляться со штурмовой плазменной винтовкой без бронекостюма, а по скорости бега и выносливости ты дашь фору любому человеку.

Я остановил программу и, сойдя с беговой дорожки, встал напротив Яра.

– А почему тогда у меня ноют мышцы от усталости?

Яр усмехнулся – совсем как человек:

– Это всего лишь твоя память. Как бы яснее выразиться… На самом деле у тебя ничего не болит, но твой мозг считает, что после каких‑то определённых нагрузок мышцы должны себя как‑то проявлять – вот он и симулирует ощущения. На самом деле ты можешь без проблем, к примеру, бежать целые сутки или поднимать вес, запредельный для обычного человека. Пошли, – он направился к силовому тренажёру, моделирующему упражнение «становая тяга».

Подойдя к нему, Яр на панели управления выставил вес в триста килограммов и посмотрел на меня:

– Поднимай.

– Э‑э… Яр, в лучшей своей форме я больше двухсот килограммов никогда не поднимал.

– Поднимай, поверь – это будет несложно. Просто не задумывайся, – произнёс он. – И не используй телекинез.

Я ухмыльнулся, но к тренажёру подошёл.

На удивление, я спокойно поднял этот вес. Яр добавил – поставил сразу пятьсот килограммов. При этом весе я уже почувствовал, что нагрузка ощутима: мышцы напряглись, но я всё равно справился.

Яр снова добавил вес – выставил семьсот килограммов, потом посмотрел на меня и исправил показатель на одну тонну.

– Яр, ты так шутишь? – мои глаза расширились от удивления при виде установленного веса.

– Нет, к тому же я не умею шутить. Попробуй. Это будет нелегко, но ты сможешь, – ответил он.

Я закрыл глаза, настраиваясь. Мышцы вздулись, казалось, ещё немного – и я получу травму, но всё прошло замечательно. С большим трудом, но я смог осилить этот вес.

– Невероятно. Я и не знал, – я смотрел на Яра, и глаза мои были расширены от удивления.

– Я тебе говорил, просто ты не воспринял мои слова всерьёз, – произнёс Яр, отключая тренажёр. – Так о чём ты хотел поговорить?

Я стал рассказывать Яру свою задумку во всех подробностях. Потратив десять минут, я добавил:

– После твоей демонстрации стелс‑бомбардировщиков я внёс корректировки, добавив их в схему.

Яр смотрел на меня внимательным взглядом:

– Я не могу сделать точный расчёт. Слишком много неизвестных. Но предварительно скажу так: шансы на успех невелики.

– Яр, ты просто не учитываешь разные характеры людей – их эмоции, страхи и прочее, прочее, прочее. Вариантов поведения человека в разных ситуациях очень много. Да, их можно просчитать, но для этого надо знать человека. В одной и той же ситуации разные люди будут вести себя по‑разному, – сказал я.

– Я с этим и не спорю. Хорошо, раз ты уверен в успехе, я постараюсь сделать всё, что от меня зависит, – сказал Яр и улыбнулся.