Текст книги "Космическая сага: Восхождение из пепла колоний 2 (СИ)"

Автор книги: Максим Шаравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Космическая сага: Восхождение из пепла колоний 2

Глава 1

Звёздная система «Кику-Сейден» или «Звёздный Дворец Хризантемы». Территория Дома Хаяси Рё. Флагман объединённой эскадры двух флотов флот‑адмирала Цукито Кагами.

– Флот‑адмирал, мы ждём приказаний, – Цукито смотрел на голографический экран, где перед ним склонились адмиралы Харуто Сакамото и Такаши Кимура.

– Адмирал Сакамото, ваша эскадра должна уничтожить все корабли в этой системе. Все, адмирал, вы меня понимаете? – Кагами внимательно посмотрел на Харуто.

– Да, мой флот‑адмирал, будет исполнено, – Харуто Сакамото выпрямился, и связь с ним прервалась.

Цукито заметил краем глаза, как на тактической карте пришла в движение эскадра Харуто – строй кораблей плавно менял конфигурацию, выстраиваясь в боевой порядок для зачистки системы. Он перевёл взгляд на второго адмирала:

– Адмирал Такаши, начинайте бомбардировку планеты. Первые цели – противокосмическая оборона и военные базы. Приоритет – уничтожение пусковых установок орбитальных ракет и радаров дальнего обнаружения.

– Будет исполнено, мой флот‑адмирал, – Такаши Кимура коротко поклонился. Связь отключилась. Голографический экран погас.

– Картинку на экран, хочу видеть, как исполняются мои приказы, – стальным голосом произнёс Цукито.

Через десять секунд голографический экран снова заработал и разделился на две части. Справа транслировались действия эскадры Харуто: корабли стремительно сближались с целями, плазменные батареи уже начали первые залпы. Слева разворачивалась картина бомбардировки Такаши – первые выстрелы из орудий, предназначенных для нанесения ударов по планетарным целям, устремились к поверхности планеты, оставляя в атмосфере огненные следы.

– Спейс‑майор, где помощник советника Миядзаки? – спросил Кагами, внимательно смотря на голографический экран, где эскадры его объединённого флота пришли в движение.

– Он в своей каюте, Кагами‑сама, – услышал ответ своего помощника Цукито.

Флот‑адмирал сжал подлокотники кресла, сдерживая гнев. Помощник советника Миядзаки проигнорировал его приказ немедленно прибыть в штаб управления флотом. Прошло уже больше тридцати минут. В голове Цукито промелькнула мысль: «Опять эти придворные интриги. Дайто Ито явно пытается показать, что его связи выше моих приказов. Но здесь правила устанавливаю я, а не помощник советника главы Дома Сато‑Дзё».

– Сходи за ним, если потребуется – притащи его сюда за шкирку, – произнёс Кагами, сдерживая себя, чтобы не сорваться на крик. Не пристало флот‑адмиралу повышать голос – это признак слабости.

– Будет исполнено, Кагами‑сама, – сразу ответил спейс‑майор и встал со своего места.

Не успел он сделать и двух шагов, как в штаб управления флотом вошёл помощник советника Миядзаки Дайто Ито. Его одежда была безупречна, но в глазах читалась лёгкая насмешка. Советник главы Дома Сато‑Дзё Такео Миядзаки отправил его с Кагами, чтобы он составил ультиматум наместнику звёздной системы «Кику‑Сейден» – формально для координации действий и ведения переговоров, но Цукито прекрасно понимал: Дайто Ито должен был следить за каждым его шагом и докладывать Миядзаки.

Помощник советника склонился в почтительном, но нарочито медленном поклоне:

– Прошу прощения за задержку, флот‑адмирал. Возникли неотложные дипломатические вопросы, требующие моего личного внимания.

Цукито медленно повернул голову к улыбающемуся помощнику советника Миядзаки. Перед его глазами на мгновение всплыл образ: вот этот человек шепчется с кем‑то в тени коридоров его флагмана, передаёт зашифрованные сообщения, ставит под сомнение его приказы перед офицерами. «Дипломатические вопросы, значит», – мысленно усмехнулся Цукито.

– Если ты ещё раз проигнорируешь мой приказ Дайто, советник Миядзаки получит твою голову в мусорном мешке, – произнёс он.

Голос Цукито Кагами был абсолютно спокойным, но в нём было столько стали, что улыбка сразу исчезла с лица Дайто Ито. Его пальцы непроизвольно сжались, а спина невольно согнулась ещё ниже.

– П‑п‑простите, флот‑адмирал, – заикаясь и склонившись в глубоком поклоне, произнёс Ито. – Я… я немедленно приступлю к работе.

– Начинай составлять ультиматум и вести переговоры, – бросил Цукито и вернул свой взгляд на голографический экран. – И учти: никаких «мягких формулировок». Наместник «Кику‑Сейден» должен понять: либо он сдаётся сейчас, либо я сотру в порошок всех жителей планеты.

Дайто Ито судорожно кивнул и поспешил к панели управления на своём рабочем месте, его пальцы замелькали над голографической клавиатурой.

Эскадра адмирала Харуто Сакамото планомерно уничтожала все корабли Дома Хаяси Рё, не встречая большого сопротивления. Преимущество в кораблях и мощи было в несколько раз больше, и Харуто успешно этим пользовался. Пространство звёздной системы планомерно наполнялось новыми обломками кораблей, восполняя старые, до сих пор оставшиеся с прошлой бойни, которую устроил лично Цукито Кагами. На экране справа мелькали вспышки взрывов – один за другим гасли вражеские корабли, теряя щиты и разлетаясь на фрагменты под огнём плазменных орудий.

Флот‑адмирал перевёл взгляд на левую часть экрана, где эскадра адмирала Такаши уже начала обстрел планеты. Тяжёлые линкоры встали практически на орбите, уничтожая противокосмическую оборону Хаяси Рё. Редкие выстрелы с планеты щиты линкоров легко выдерживали, успевая полностью восстанавливаться.

– Доложить статус бомбардировки, – коротко приказал Цукито своему спейс‑майору.

– Пусковые установки орбитальных ракет – подавлены. Радары дальнего обнаружения – уничтожаются. Потери наших кораблей отсутствуют, – отчитался офицер.

Кагами удовлетворённо кивнул.

– Передай Такаши: после подавления радаров пусть начнёт обстрел военных баз.

Спейс‑майор кивнул и принялся передавать приказ. Цукито снова посмотрел на экран и перевёл взгляд на Дайто. Тот сидел бледный, но сосредоточенно работал.

– Ты отправил ультиматум? – спросил Цукито помощника советника Миядзаки Дайто Ито.

– Да, флот‑адмирал, ответа пока нет, – ответил помощник советника, стараясь не встречаться взглядом с Кагами. Его пальцы нервно постукивали по краю панели управления.

– Спейс‑майор, свяжите меня с адмиралом Такаши Кимура, – приказал Кагами.

Через несколько секунд на голографическом экране появился адмирал Такаши.

– Я весь во внимании, мой флот‑адмирал, – произнёс Кимура, склонив голову.

– Адмирал, наместник звёздной системы не торопится с ответом на наш ультиматум. Помогите ему определиться с ответом. Нанесите удар по жилым зонам, – отдал приказ Цукито Кагами, внимательно смотря на адмирала Такаши. В его голосе не было ни гнева, ни эмоций – только холодная расчётливость.

– Будет исполнено, мой флот‑адмирал, – ответил Кимура без малейшей паузы. Его лицо осталось невозмутимым, лишь на мгновение взгляд скользнул в сторону, словно он мысленно просчитывал траекторию ударов. Связь прервалась.

Цукито удовлетворённо кивнул сам себе. На экране справа мелькнули новые вспышки – эскадра Харуто завершала зачистку пространства от последних военных кораблей противника. Обломки дрейфовали в пустоте, подсвеченные лучами далёких звёзд.

– Флот‑адмирал, так нельзя! – возмущённо произнёс помощник советника Миядзаки. Его голос дрожал от негодования. – Это противоречит всем нормам и правилам. Нельзя атаковать мирные зоны. Мы же не варвары! Глава Дома Сато‑Дзё узнает об этом!

Цукито медленно повернул голову к Дайто Ито. В зале повисла гнетущая тишина – даже офицеры у терминалов замерли, стараясь не привлекать к себе внимания.

– Вы живы лишь потому, что мне лень встать, – произнёс Цукито ровным, почти будничным тоном. – Но, если вы ещё раз решите критиковать мои приказы, это будет последнее, что вы сделаете в своей жизни.

Помощник советника нервно сглотнул. Его лицо побледнело, руки задрожали. Он уткнулся в панель управления, начав быстро перебирать пальцами, будто внезапно обнаружил сотню неотложных задач.

Кагами отвернулся к экрану, где уже начали появляться данные о начале новой фазы бомбардировки.

– Спейс‑майор, – негромко произнёс он, – доложите статус удара по жилым зонам.

– Первый залп произведён, флот‑адмирал. Цели – периферийные жилые кварталы. Потери среди гражданского населения оцениваются в тридцать тысяч. Обстрелы наших кораблей с поверхности прекратились, – отчитался офицер, не поднимая глаз.

– Отлично, – кивнул Цукито. – Передайте адмиралу Такаши: пусть продолжит наносить удары по жилым зонам.

Дайто Ито сглотнул, стараясь не смотреть на экран, где транслировались кадры разрушений. Он уже понял: перед ним не просто военачальник – перед ним человек, для которого цель всегда оправдывает средства. И спорить с ним смертельно опасно.

Цукито заметил реакцию помощника советника Миядзаки и усмехнулся. Он снова стал смотреть на голографический экран, где адмирал Сакамото уже начал уничтожать гражданские яхты и грузовые корабли – те вспыхивали в атмосфере, как падающие звёзды. А тяжёлые линкоры адмирала Такаши Кимура готовились к новой атаке по жилым зонам планеты. Внизу, на поверхности, уже виднелись новые чёрные шрамы – следы предыдущих ударов.

Как только линкоры нанесли новый удар по жилым зонам, Дайто Ито произнёс, голос его дрожал:

– Наместник согласился на наш ультиматум, они готовы сдаться.

– Игнорировать, – сказал Цукито, не отрывая взгляда от экрана. Его лицо оставалось бесстрастным. – Спейс‑майор, передайте адмиралу Кимура продолжать обстрел гражданских территорий.

– Слушаюсь, Кагами‑сама, – ответил спейс‑майор. Его пальцы забегали по панели управления, передавая приказ адмиралу Такаши.

Цукито не собирался сразу прекращать обстрел. Дом Хаяси Рё должен раз и навсегда запомнить, что сопротивление бесполезно. Они должны сдаваться сразу, как только корабли Дома Сато‑Дзё входят в звёздную систему. Это будет уроком всем наместникам других звёздных систем. «Пусть знают: цена неповиновения – кровь», – мысленно добавил он.

– Флот‑адмирал, наместник снова прислал согласие на принятие нашего ультиматума, – через пару минут произнёс помощник советника Миядзаки и посмотрел на Цукито. Его голос звучал уже твёрже, в нём появилась отчаянная решимость. – Он просит прекратить обстрел гражданских территорий. Вы обязаны прекратить обстрел, флот‑адмирал. Они уже сдались!

Цукито медленно встал со своего кресла главнокомандующего – плавно, почти неторопливо, словно в замедленной съёмке. Его фигура, подсвеченная голубоватым сиянием голографических дисплеев, отбрасывала длинную тень на полированный пол штаба. Он сделал несколько шагов к помощнику советника – шаги звучали глухо, но в наступившей тишине казались раскатами грома.

Дайто Ито замер, широко раскрыв глаза. Его взгляд метался между лицом Цукито и рукоятью катаны, виднеющейся у пояса флот‑адмирала. В воздухе повисло ощущение неизбежного – как перед ударом молнии в грозу.

Движения Кагами стали молниеносными – стремительный рывок, нарушивший застывшее мгновение. Катана вышла из ножен с пронзительным свистом рассекаемого воздуха. Лезвие, отполированное до зеркального блеска, вспыхнуло голубоватым отсветом, на мгновение отразив хаотичные блики голографических карт и предупреждающих символов.

Взмах – чёткий, отточенный годами тренировок. Сталь соприкоснулась с плотью почти беззвучно, лишь короткий влажный хруст нарушил тишину. На шее Дайто Ито мгновенно появилась кровавая полоса – сначала тонкая, алая нить, которая тут же расширилась, извергая фонтанчик алой жидкости.

Цукито сделал шаг назад, слегка наклонил клинок и аккуратно вытер лезвие об рукав Дайто. Каждая капля крови, скатывающаяся по полированной стали, казалась тяжёлой, как ртуть. Затем он развернулся и неспешно вернулся в своё кресло – движения снова стали размеренными, почти медитативными.

Тело помощника советника Миядзаки, лишённое опоры, медленно завалилось на пол. Оно опустилось с глухим стуком, словно сброшенный манекен. Голова, отделённая от тела, откатилась в сторону, остановившись у подножия тактического стола. Её открытые глаза по‑прежнему смотрели в потолок – в них застыло выражение крайнего изумления.

Кровь хлынула из шеи толчками, в такт последним сокращениям сердца. Алые струи растекались по гладкому металлическому полу, образуя неровную лужу, которая медленно расширялась, подбираясь к ногам офицеров. Она блестела в свете мониторов, отливая тёмно‑бордовыми оттенками, и впитывалась в швы между панелями. Несколько капель попали на край тактического терминала – они растеклись неровными кляксами, словно зловещие символы предупреждения.

Голографические экраны вокруг продолжали мерцать, отображая ход боевых действий: вспышки взрывов в космосе, траектории ракет, мигающие отметки уничтоженных целей. Контраст между безмятежной работой техники и жуткой сценой в центре зала создавал сюрреалистичную картину – будто сама реальность раскололась на две части: одну – упорядоченную и цифровую, другую – кровавую и первобытную.

Цукито сел, положил катану на подлокотник кресла и спокойно произнёс:

– Спейс‑майор, продолжать обстрел. Запросы на связь от наместника игнорировать. Мы давали им шанс, теперь они должны понести наказание. Это будет уроком всему Дому Хаяси Рё.

Его голос прозвучал ровно, без эмоций, – так, будто только что не произошло ничего экстраординарного, а просто был отдан очередной боевой приказ. Его взгляд снова устремился к голографическому экрану, где эскадры продолжали свою разрушительную работу.

В штабе стояла гробовая тишина. Никто не смел говорить. Офицеры, бледные и напряжённые, уткнулись в свои панели управления, стараясь не смотреть в сторону тела. Каждый сосредоточенно выполнял приказы флот‑адмирала, будто происходящее на полу не имело к ним никакого отношения.

Спейс‑майор сглотнул, стараясь не обращать внимания на растекающуюся лужу крови, и отдал приказ:

– Продолжаем обстрел, – его голос чуть дрогнул, но он тут же взял себя в руки. – Интенсивность – прежняя. Запросы на связь игнорируем.

На экране вспыхнули новые отметки – тяжёлые линкоры Такаши Кимура выпустили очередной залп. Цукито следил за траекториями снарядов, отмечая, как точно они ложатся в намеченные районы.

Один из младших офицеров, сидевший ближе всех к телу, невольно вздрогнул, когда лужа крови подошла к его терминалу. Он замер на мгновение, потом судорожно отодвинул кресло и снова уставился в данные, его пальцы дрожали, но продолжали вводить команды.

Через несколько минут рабочий дисплей Дайто Ито мигнул – пришло новое сообщение от наместника. Оно высветилось красным, требуя немедленного внимания, но Цукито даже не повернул головы.

– Игнорировать, – бросил он через плечо. – Пусть читают следы своих ошибок на поверхности планеты.

Спейс‑майор кивнул и отклонил запрос на связь. В зале по‑прежнему царила мёртвая тишина, нарушаемая только тихим гулом оборудования и редкими докладами с боевых кораблей.

Цукито откинулся в кресле, сложив руки перед собой. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась холодная решимость.

– Запомните этот момент, господа, – негромко произнёс он, обводя взглядом штаб. – Милосердие – роскошь, которую мы не можем себе позволить в разгар войны. Слабость порождает сопротивление. Жёсткость – единственный язык, который понимают в восточном звёздном секторе. Пусть Дом Хаяси Рё и остальные восточные Дома запомнят: неповиновение влечёт за собой немедленное и беспощадное возмездие.

Он снова посмотрел на экран. На поверхности планеты разрастались огненные вспышки новых взрывов.

– Поддерживать обстрел ещё десять минут, – приказал Цукито. – Затем перевести корабли на орбитальный патруль. Адмиралу Такаши – начать подготовку к высадке десанта на планету. Адмиралу Сакамото – начать захват орбитальных объектов звёздной системы. Всех военных Хаяси Рё уничтожить. Гражданских, которые окажут сопротивление уничтожить.

Спейс‑майор отдал честь:

– Будет исполнено, Кагами‑сама.

Цукито кивнул. В штабе по‑прежнему никто не решался поднять глаза выше уровня своих терминалов. Тело Дайто Ито с отрубленной головой продолжало лежать на полу, а кровь продолжала растекаться, подбираясь к ногам офицеров – молчаливое напоминание о цене неповиновения флот‑адмиралу.

Цукито прикрыл глаза, на мгновение отрешившись от хаоса штаба. В воздухе всё ещё витал металлический запах крови, но флот‑адмирал уже отстранился от только что совершённого – перед ним стояла следующая задача. Необходимо было отправить записи боя и работы штаба Дайсукэ‑сама – это был его личный приказ. Глава Дома Сато‑Дзё требовал полного и детального отчёта: каждый приказ, каждое решение, каждый кадр с сенсоров наблюдения.

Он медленно поднял руку и коснулся сенсорной панели на подлокотнике кресла. Перед ним тут же развернулся дополнительный голографический интерфейс – мерцающая сеть защищённых каналов связи, шифрованных протоколов и накопителей данных. Пальцы Цукито задвигались с отточенной точностью, выбирая нужные файлы: записи с сенсоров эскадры Харуто Сакамото – вспышки взрывов, разлетающиеся обломки кораблей Дома Хаяси Рё; трансляции бомбардировки планеты от линкоров Такаши Кимура – огненные следы плазменных зарядов, исчезающие в атмосфере; аудиозаписи всех приказов, включая тот самый, что стоил жизни Дайто Ито; данные телеметрии – траектории ударов, координаты целей, статистика потерь и повреждений; кадры из самого штаба – в том числе последние секунды жизни помощника советника Миядзаки.

Каждый файл он помечал грифом «Строго конфиденциально. Только для глаз Дайсукэ‑сама» и зашифровывал по протоколу «Сакура‑9» – алгоритму, разработанному специально для нужд Дома Сато‑Дзё.

– Спейс‑майор, – негромко произнёс Цукито, не отрываясь от работы, – подготовьте официальный рапорт. Заголовок: «Звёздная система Кику‑Сейден под контролем Дома Сато‑Дзё». Включите в него: подтверждение капитуляции наместника; список захваченных активов; предварительный расчёт потерь противника; статус наших кораблей и десанта.

– Будет исполнено, Кагами‑сама, – отозвался офицер, бросая осторожный взгляд на тело Дайто Ито, всё ещё лежащее у его ног.

Цукито завершил выборку данных и отправил папку с файлами. На экране замелькали индикаторы загрузки – массивный пакет информации начал путешествие к резиденции Дайсукэ.

Глава 2

Мы продолжали стоять в коридоре командной палубы и смотреть друг на друга. Свет ламп отбрасывал резкие тени на лицо Фотиса, подчёркивая линии усталости и одновременно – затаённого волнения. Наконец Фотис произнёс:

– Это слишком неожиданное предложение, мой князь. Вы знаете меня слишком мало, чтобы доверять такой пост.

Я засмеялся – весело и непринуждённо, и звук моего смеха эхом отразился от металлических стен коридора.

– Уважаемый Фотис, после того, как я изучил ваши мысли и память, я знаю вас лучше, чем кто‑либо из вашего окружения. Я уверен, что вы справитесь, – я на мгновение замолчал и поправил себя: – Даже не так, Фотис. Я точно знаю, что этот пост – именно то, что вам требуется. Вы будете лучшим премьер‑министром этого кластера звёздных систем и Великого Дома Северных Медведей. Под вашим управлением, пусть не сразу, но эти звёздные системы наконец начнут процветать. Да, война ещё идёт, но в ближайшее время Союз Свободных Колоний распадётся, а отдельные королевства и республики присоединятся к моему Дому. И вы будете ими руководить, Фотис.

Наместник звёздной системы «Янтарный Утёс» задумался. Его взгляд стал отстранённым – он уже мысленно просчитывал первые шаги, оценивал ресурсы, прикидывал, какие кадры понадобятся. Я не торопил его, зная, что он согласится: в глубине души Фотис жаждал этой ответственности.

– Хорошо, мой князь, – наконец произнёс он. – Но у меня есть несколько условий…

Я прервал его, подняв руку в жесте, который был одновременно и успокаивающим, и властным:

– Дорогой Фотис, я предлагаю вам всё хорошо обдумать и записать все ваши условия. Сейчас мы улетаем, но через несколько дней я буду готов обсудить с вами все ваши пожелания. И у вас как раз будет время найти себе замену. Ведь звёздная система «Янтарный Утёс» не может остаться без наместника, – я улыбался, смотря, как на лице Фотиса проносится буря эмоций и мыслей: радость, тревога, расчёт, предвкушение.

– Да, вы правы, мой князь, – Фотис склонил голову, и в этом поклоне было уже не просто уважение, а зарождающаяся верность. – Через несколько дней, как только я найду себе преемника и всё обдумаю, я дам вам знать.

– Отлично. Буду ждать, – я хлопнул его по плечу. – А пока поторопитесь вернуться на планету, иначе вы рискуете улететь вместе со «Стальной Берлогой», – произнёс я и пошёл дальше, в сторону своей каюты, оставив Фотиса в коридоре. Он тут же развернулся и зашагал в ангар к своему шаттлу – уже с другой походкой, более целеустремлённой.

В каюте было тихо, Аврора ещё не вернулась, и я решил пойти в тренажёрный зал, чтобы во время спокойного бега обстоятельно обдумать мои дальнейшие действия. Коридоры «Стальной Берлоги» постепенно пустели – экипаж готовился к прыжку, и гул двигателей перешёл в ровный, почти незаметный фон.

Зайдя в зал, я включил беговую дорожку и начал спокойный бег. Ритмичные шаги помогали упорядочить мысли.

– Моё противостояние с Домом Валуа начинает набирать обороты, – подумал я, глядя панораму космоса на голографическом экране. – И только мощью своих кораблей я их не одолею. Валуа используют кредиты и экономику, чтобы давить на других и заставлять их действовать в своих интересах. Я же использую только силу. Может, мне привлечь Женевьеву? Всё‑таки она Валуа и знает своего, пусть и троюродного брата Луи. Да и Марселя она хорошо знает.

Только я об этом подумал, как в зал зашла Женевьева в тренировочном костюме и целенаправленно направилась ко мне. Я даже удивился такому совпадению – словно сама судьба подталкивала меня к решению.

– Мой император, – она слегка поклонилась, её голос звучал ровно, но в глазах читалась готовность к делу. – Я не помешаю?

– Если честно, то я про тебя только что думал, – произнёс я, остановив беговую дорожку и задумчиво глядя на Женевьеву. Её осанка, собранность, холодный ум – всё это делало её идеальным союзником в игре против Валуа.

– Я выполнила ваше поручение, – тут же ответила Женевьева. – Список лояльных аристократов и военных я составила. Обращение к жителям наших звёздных систем тоже готово, – она ожидала моего разрешения приступить к тренировкам.

– Хорошо, ты пришла тренироваться или искала меня? – спросил я и снова запустил программу лёгкого бега.

Женевьева заняла соседнюю дорожку и тоже включила программу лёгкого бега. Мы стали бежать в одном темпе, когда она наконец ответила:

– Я решила совместить разговор с вами и тренировку, мой император, – начала говорить Женевьева, стараясь не сбить дыхание. – Мне интересно, почему вы не отправили меня назад в город‑дворец Артурию, а оставили на «Стальной Берлоге»? Ведь договор о протекторате подписан, и мне следовало бы улететь назад к Тибо. Но по каким‑то причинам я осталась здесь и теперь полечу с вами на захват новой звёздной системы, которой даже нет на общедоступных звёздных картах. К тому же успела поучаствовать в планировании ваших дальнейших действий и получила прямой приказ от вас на выполнение задания.

«А ведь и правда, как так вышло? – в моей голове заворочались мысли. – Как‑то быстро она стала частью нашего узкого коллектива, хотя буквально несколько часов назад её статус был если и не враг, то точно не член моей команды».

Я снова остановил беговую дорожку, сошёл с неё и сел на лавку возле стены, внимательно глядя на Женевьеву, которая последовала моему примеру, но, сойдя с дорожки, встала напротив меня.

Несколько секунд мы молчали. В зале слышался лишь гул вентиляции и отдалённые звуки подготовки корабля к прыжку. Голубоватый свет ламп отражался в её глазах, придавая им стальной оттенок – такой же, как в её характере.

– Ты задаёшь правильные вопросы, Женевьева, – наконец произнёс я. – На которые я не знаю, как ответить.

Она слегка склонила голову, ожидая продолжения. Её взгляд оставался спокойным, но в глубине глаз читалось лёгкое удивление.

Я посмотрел ей в глаза, собираясь проникнуть в её мысли, но мне не дали. В сознании резко прозвучал настойчивый голос Яра:

– Ратибор, расчётное время прыжка в звёздную систему «Чёрное Крыло» – один час двадцать две минуты. Тебе необходимо срочно появиться в штабе.

– Сейчас буду, – так же мысленно ответил я Яру, стараясь скрыть раздражение от внезапного вмешательства.

Отведя взгляд от лица Женевьевы, я встал, провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.

– Нам надо готовиться к прыжку, – произнёс я, стараясь вернуть голосу уверенность. – Лететь чуть больше часа. Мне необходимо в штаб управления флотом. Рекомендую тебе присоединиться. А наш разговор отложим на потом.

Женевьева молча чуть склонила голову. Она уловила, что прерванный разговор важен, и его продолжение неизбежно. Развернувшись, она направилась к выходу из тренажёрного зала. Её шаги были ровными, уверенными – ни намёка на спешку или растерянность.

Я последовал за ней. Пока мы шли по коридорам «Стальной Берлоги», я невольно наблюдал за ней краем глаза. Женевьева шла чуть впереди, её тренировочный костюм подчёркивал стройную фигуру, а движения оставались собранными и точными. Она не оглядывалась, но я чувствовал: она ждёт, когда мы вернёмся к нашему разговору.

Женевьева свернула в правый коридор, ведущий к гостевым каютам. Я проводил её взглядом, отмечая про себя, что в её походке появилась новая уверенность – словно она уже приняла свою роль в грядущих событиях. Затем я направился дальше по коридору, к своей каюте.

Войдя внутрь, я увидел Аврору – она только что вошла и стояла у самого входа.

– Привет, – я подошёл сзади, обнял девушку за талию и поцеловал её в шею.

– Я так понимаю, пляж откладывается? – произнесла Аврора, начиная снимать с себя платье. В её голосе звучала лёгкая ирония, но без упрёка.

– Да, прости, – я помог расстегнуть ей замок. – Через пару часов мы уже будем в звёздной системе «Чёрное Крыло». Яр переделал варп‑двигатели, и теперь скорость наших прыжков выросла в несколько раз, – произнёс я виноватым голосом. – Но я обещаю, мы обязательно ещё много раз сходим на пляж.

Аврора скинула платье и повернулась ко мне. В её глазах плясали озорные искорки – она прекрасно знала, как легко заставить меня чувствовать вину, и слегка этим пользовалась.

– Пошли в душ, – сказала она, протягивая мне руку.

Я кивнул, быстро снял тренировочный костюм и последовал за Авророй.

В душевой кабине пространство наполнилось паром, а струи тёплой воды застучали по стенкам. Аврора повернулась ко мне, её волосы прилипли к плечам, капли воды стекали по лицу.

– Ты опять думаешь о чём‑то другом, – мягко заметила она, проводя пальцами по моей щеке.

– Не совсем, – я поймал её руку и поднёс к губам. – Я думаю о том, что каждый раз, когда мы вот так остаёмся наедине, я всё сильнее боюсь тебя потерять. Эта война… она затягивает, как чёрная дыра. И чем дальше, тем сложнее будет остановиться.

Аврора прижалась ко мне, обняла за шею:

– Тогда не останавливайся. Просто обещай, что будешь возвращаться. Ко мне. Всегда.

– Клянусь, – тихо ответил я, крепче прижимая её к себе.

Мы простояли так ещё несколько минут, слушая, как шумит вода и гудят двигатели корабля, готовящегося к прыжку.

Оставив Аврору в душе, я оделся и направился в штаб управления флотом. Коридоры командной палубы «Стальной Берлоги» теперь были полностью пусты. Все офицеры находились на своих рабочих местах.

В штабе шла подготовка к первому варп‑прыжку с новыми двигателями.

Яр сидел на своём месте, слегка прикрыв глаза. Зная своего друга, я точно знал: сейчас он полностью погружён в проверки всех систем корабля. И, скорее всего, вся его информационно‑вычислительная мощь направлена на поиск неисправностей и на последние проверки всех его расчётов.

Я молча кивнул всем присутствующим и сел в своё кресло главнокомандующего.

– «Стальная Берлога» готова к прыжку. Через десять минут начинаем разгон, – произнёс Яр, полностью открыв глаза и посмотрев на меня.

– Отлично, – ответил я и откинулся в кресле. – Марк, у нас всё готово к возможному столкновению с противником?

– Так точно, князь, – отозвался Марк, стоящий у тактического терминала. Его пальцы порхали над голографической панелью, проверяя последние данные. – Все экипажи на своих кораблях, боезапас пополнен, щиты активированы в режиме повышенной готовности. Яр сообщил, что с новыми варп‑двигателями прыжок будет очень коротким – меньше полутора часов.

Следующие десять минут я чувствовал, как в штабе постепенно усиливается напряжённость. Многие офицеры начинали нервничать – их можно было понять: новые варп‑двигатели, новая скорость, и это самый первый прыжок на таких двигателях. Кто‑то нервно поправлял воротник формы, кто‑то слишком часто проверял показания приборов.

Корабль чуть дрогнул, начав разгон. Лёгкая вибрация прошла по палубе, отдаваясь в подошвах ботинок. Панели освещения мигнули, подстраиваясь под изменение энергонагрузки.

– Внимание, «Стальная Берлога» начинает разгон для варп‑прыжка, – по кораблю разнёсся голос Яра. Его слова прозвучали чётко и уверенно, успокаивая тех, кто нервничал.

Офицеры замерли у своих постов, неотрывно следя за экранами. В зале повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим гулом работающих систем.

И буквально спустя минуту:

– Внимание: до варп‑прыжка – пять… четыре… три… два… один.

Перед нами на голографическом экране стал формироваться варп‑туннель. Но в этот раз он выглядел по‑другому. Был больше, более красочный, а всё его пространство было залито мелкими разрядами, напоминающими миниатюрные молнии. Его края пульсировали сине‑фиолетовым светом, создавая завораживающий, почти живой узор.

В штабе раздались сдержанные вздохи облегчения. Кто‑то перекрестился, кто‑то хлопнул соседа по плечу. Напряжение постепенно спадало, сменяясь осторожным воодушевлением.

Я откинулся в кресле, глядя на переливы варп‑туннеля. Через полтора часа мы будем в звёздной системе «Чёрное Крыло». По крайней мере я на это сильно надеюсь…

Всё время полёта в штабе стояла тишина, изредка прерываемая тихими голосами офицеров, докладывающих параметры полёта. В целом это было не нужно – я был уверен, что Яр полностью контролирует всё, что только возможно. Но людям так было спокойнее: видя и слыша, что полёт проходит хорошо, они могли сосредоточиться на своих задачах, а не на тревожных мыслях о новом оборудовании и неизведанной системе.

Офицеры сидели за своими терминалами почти неподвижно – лишь изредка кто‑то поправлял форму или проверял данные на голографической панели. Инженеры контролировали нагрузку на варп‑двигатель – графики на их мониторах оставались ровными, без тревожных всплесков.