Текст книги "Вернуть Боярство 23 (СИ)"

Автор книги: Максим Мамаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7

В кабинете воцарилась тяжелая, вязкая тишина. Алёна молча хмурилась, но не держала свои мысли при себе. Петр неловко отводил взгляд в сторону, явно чувствуя себя не в своей тарелке – мой друг рассчитывал присутствовать на совещание, обсуждение текущих вопросов и постановки задач, хотел отчитаться о положении дел… А вместо это попал в эпицентр надвигающегося семейного скандала.

– Я, пожалуй, пойду, – прокашлявшись, встал он. – У меня всё равно ничего такого срочного, до завтра терпит. С вашего позволения, господин Глава…

– Сядь, – велел я. – На завтра ничего переносить не будем. Касательно же твоих слов, Хеля – мне есть, что ответить.

– Внимательно слушаю, – чуть скривилась девушка.

Изначальный запал горячности у неё, по большому счету, уже явно иссяк, однако от своих слов она отказываться явно не собиралась.

– Ты права во всем, что сказала, родная, – мягко начал я. – Не думал, что когда-нибудь скажу подобное, но я и сам сыт по горло всеми этими битвами, схватками, сражениями и поединками. Хождением по краю, все никак не кончающимися врагами, которые лезут, как грибы после дождя, сколько их не убивай… Я бы с радостью остался здесь, дома. Был бы с тобой и Алёной, занимался бы нашими людьми и землями, поднимал экономику, укреплял защиту, дождался бы рождения наших детей, сам бы учил их магии, продолжал бы обучение остальных наших, медленно, без безумных, сумасшедших рывков наращивал бы нашу мощь, богатства и влияние, творил бы будущее нашего Великого Рода…

Я действительно, на самом деле так думал. Меня действительно достала эта бесконечная бойня, в которой зачастую непонятно, кто друг, а кто враг. Да и кто бы на моем месте думал иначе?

И тут же кольнуло – Рогард бы думал. Но я – Пепел, а не Серый. Всего лишь Великий Маг, а не Вечный, и у нас разные истории.

– Как мне частенько повторял отец – все слова, сказанные до слова «но» ничего не стоят, – поджав губы, заметила Хельга. – А в твоих речах это «но» буквально лезет из каждого предложения.

– Но! – вздохнул я. – Ты права, как всегда есть эти проклятые «но». И ты сама прекрасно понимаешь, какие именно. Нравится нам или нет, но Империя на волоске от гибели. Там, где Император с почти пятнадцати миллионной уже армией держит удар от всей мощи Британии, Речи Посполитой, Швеции и Франции, что уже тоже подтянула свои войска, сложилось неустойчивое, хрупкое равновесие. Там против нас бьётся вся Европа, не считая Рейха, который просто оказался разбит раньше. На востоке – из последних сил держат удар остатки наших войск, отбиваясь от бриттов и японцев. На юге – бояре против османов, с которыми, помимо их собственных войск, огромное количество наемников. А что самое худшее – собственный Великий Маг.

– Я всё это и сама знаю!

– Тогда к чему этот спор? – мягко спросил я. – Если хоть на одном из фронтов нас разобьют, то скорее всего России не станет. Сейчас абсолютно вся Империя, вся знать и даже простолюдины уже так или иначе втянуты в войну, не осталось тех, кто отсиживается за чужими спинами. Таких войн этот мир ещё не видел, сейчас действительно на карту поставлено, возможно, вообще наше выживание – вы не хуже меня знаете, кто в союзниках у бриттов и осман. Демоны и темные боги, злые духи вроде джиннов и прочая погань, что вкуснейшим и питательнейшим деликатесом в своем рационе считает людей…

– Хватит, дорогой, – попросила, опустив глаза Хельга. – Ты прав, я и сама всё это прекрасно осознаю. Прости за этот порыв…

– Ничего, я всё понимаю, – улыбнулся я.

– К тому же боярам нужно помочь ещё по одной причине, – подала голос и Алена. – Даже когда мы победим, отбросив всю навалившуюся на нас сволочь, для нас ещё ничего не закончится даже при самом благоприятном исходе. Даже если мы разгромим врагов на голову, потери будут такими, что ни о каких ответных вторжениях речи не будет. Все стороны будут зализывать раны ещё не одно десятилетие, да и вообще будут слишком заняты подавлением мятежей в колониях, разборками с непременно попытающимися улучшить свое положение в мире державами второго порядка, которые не упустят исторического шанса, когда все Великие Державы будут ослаблены… Тогда-то у нас и настанет время сводить внутренние счеты.

– Согласен, – подхватил Петр. – Учитывая, что Император оказался реинкарнатором, да ещё и с таким количеством столь мощных Магов Заклятий, становится понятно, как он мог терпеть господина Павла Александровича. Он не видел в нем угрозы и считал, что сможет в любой момент справиться с ним, коли тот решиться на мятеж… Но вот с нами совсем другая ситуация. Он наверняка попробует разобраться с возможной угрозой своей власти – другим Великим Магом… Причем, учитывая, что тут за бойню устроил господин Рогард целому пантеону богов, он наверняка будет пытаться действовать окольными путями, дабы не рисковать нарваться…

– Не будет, – перебил его я. – Он… Скажем так, и кронпринц Британии, и русский Император – парни из совсем иной лиги, нежели тот же Ивар. Пожалуй, они оба были сильнее меня в прошлом – и не только за счет более высокого уровня развития, но и потому, что их Воплощения Магии как минимум не уступали моему. С первым всё понятно – он невиданного уровня демонолог, и в своём Воплощении, как и я, сумел использовать одну из величайших вселенских сил, Инферно. Заключил контракт с кем-то из демонов, и тот одолжил ему частичку своей силы и естества, дабы тот сроднился с их Планом. Так делают почти все демонологи, но в его случае уровень невероятно высок – он заимствовал для Воплощения силу не у кого-то из балрогов и иных высших демонов, нет… Его контрактор – как минимум Князь, а то и кто-то из Королей Инферно. Так что его Воплощение несет в себе силу Инферно практически высшего качества, тогда как моё – могущество Забытых. Причем, как и в его случае, основа – силы и наследие одного из их высших представителей, Вечного Воителя Рогарда.

Император же… Я не сталкивался с ним лично, и тем более не видел его Воплощения, однако я прекрасно помню свои ощущения от его присутствия. В чем бы ни был секрет его силы – это нечто не менее могущественное, чем у нас с бриттом. А то и более… И пара столь могущественных и умелых магов, как они, не могут уступать мне в знаниях и навыках.

– При чем тут это? – не поняла Алена.

– Есть специальная формула, предназначенная для вычисления возможных последствий в случае, когда чародей позволяет какой-либо могущественной сущности более высоких порядков использовать своё тело, как временное вместилище, – пояснил я. – Она не то, чтобы идеальна, плюс для более-менее приличных результатов необходимы точные параметры как чародея, так и сущности, что в нем побывала, но грубые прикидки можно сделать и без этого. Если я сразу не слег на несколько месяцев или не потерял как минимум процентов сорок сил на несколько десятилетий вперед, то значит остается лишь третий вариант – невозможность повторить подобное деяние в течении очень долгого периода времени. Так что как только война закончится Император вполне может попытаться подчинить меня, опутав клятвами и набрав для верности заложников. А то и вовсе прикончить – если сочтет, что своих сил ему хватит, чтобы вести войну с оставшимися реинкарнаторами.

Я почесал подбородок, на миг умолкнув, но почти сразу продолжил, высказав итак всем очевидную истину.

– Нам нужны бояре, мой тесть и, в идеале, склонившиеся на нашу сторону дворяне Юга Империи. Это всё вместе примерно половина страны. Да, по количеству войск и даже боевых магов Император всё ещё будет превосходить нас, но боярские гвардии и дружины уравняют силы за счет своего качества. Плюс в случае реального начала смуты они же обеспечат нам надежную промышленную базу, которая вместе с нашими ресурсами позволит иметь надежный тыл. Впрочем, думаю, если бояре, Павел Александрович и я сбережем достаточно сил и войск, то даже без дворянства Юга мы сможем установить новый статус-кво в Империи. Когда силы сторон сопоставимы по мощи, ни один дурак не станет устраивать усобицу. Ведь тогда даже в случае полной победы потери и разрушения будут такими, что Империю уже гарантированно добьют в течении пяти-семи лет. Сберечь силы, склонить Юг на нашу сторону, создать надежный союз Юга, боярства и нашей губернии – вот задача, стоящая перед нами. Юг – это программа максимум, но как минимум бояр мы должны сберечь и не оттолкнуть. Поэтому я не могу не отправиться туда, как бы я не хотел обратного. И вы сами это прекрасно понимаете.

Некоторое время все молчали, каждый погрузившись в свои, невеселые мысли. Лично я думал о том, сколь много предстоит ещё сделать. И мысленно прикидывал перспективы предстоящей схватки с османским Великим Магом. Шехзаде Селим, уже фактически обладавший властью большей, чем его отец-султан… Надеюсь, он не окажется столь же силен, как британец и Николай Третий. Если он будет на уровне Ивара Кровавой Ладони, то особых проблем ожидать не стоит – с моей нынешней силой, если мы будем драться при одинаковом количестве Сверхчар, я гарантированно одолею его. Не без труда, просто не будет, но это ничего не меняет.

– Тогда сколько войск готовить в поход? – первым нарушил молчание Петр. – И кого из высших магов ты возьмешь с собой? Какое количество судов готовить и когда выступление?

– Первая и Вторая дивизии, Дороховы со своими вассалами тоже прихватят примерно половину наличных сил, это примерно двадцать пять тысяч гвардейцев. Соколова и Каменев, Алена, Петя, Ильхар, Андрей, Темный с Ольгой, половина наших Старших Магистров и Архимагов – это уже на твое с Хельгой усмотрение, сами решите, кто из них нужнее здесь, – перечислил я. – Из воздушных сил – две трети флота, из флагманов оставляем один из линкоров. Ну и ты сам вместе со своим кровососом-заместителем, само собой. Здесь, с Хельгой, останутся Лихо с Кощеем, плюс половина гвардии да вся дружина, треть флота, наш Огонек, который неплохо отожрался и, пожалуй, уже скоро ещё одно Заклятье сформирует, судя по тому, что я чувствую по связи с ним… Ну и, разумеется, прихватишь часть своих безопасников. Столько, сколько сможешь взять без того, чтобы пригляд за Николаевском, в том числе и этим замком, ослаб.

– Не то, чтобы я был против, Аристарх, но в каком качестве нужны мои люди? – спросил Петр. – Мне нужно понимать, кого лучше взять, а кого оставить.

– Вы будете моими глазами и ушами среди южан, – пояснил я. – Будете собирать информацию, заводить полезные знакомства и вообще всячески работать на налаживание контактов среди дворян Юга. Придется общаться с тамошними Великими Родами, а я ни малейшего представления о том, кто из них там чем дышит. И ты лично там тоже будешь в первую очередь отвечать за эту работу, от тебя я жду, что ты сумеешь наладить контакт с высшей аристократией. В конце концов, ты Главный Старейшина Великого Рода Николаевых-Шуйских, так что будь добр – наводи мосты.

– Раз уж ты берешь Алену, то логичнее будет поручить политику ей, – заметила Хельга. – Не обижайся, Петр, но куда больше опыта в подобных делах. Не говоря уж о том, что она куда известнее.

– Не могу не согласиться с Хельгой, – кивнул мой начальник СБ. – Всё так и есть.

– Не переживайте, она этим тоже будет заниматься, – усмехнулся я. – Одна голова хорошо, а две – лучше.

– Тогда последний вопрос. У нас на руках четверо живых пленников, трое людей и одна полукровка – наполовину суккуба, наполовину человек. Люди – бывший Воронцов и двое Архимагов Тайной Канцелярии. Что с ними делать? – спросил Петр.

– Воронцов, значит, – зло улыбнулся я. – С ним я хочу перекинуться парой слов лично. До того – не трогать… А вот остальных – в расход. Алёна, создай из них что-нибудь путное.

– Полукровка – Высший Маг, и она согласна даже на рабство, лишь бы сохранить жизнь, – сказала Алена. – И наш Темный, кстати, заинтересовался ею и просил оставить в живых.

– У него есть способ держать её в узде? – уточнил я.

Никакой Высший Маг, особенно в военное время, лишним не будет. Но с другой стороны – это уже та планка силы, когда для того, чтобы сковать клятвами разумного нужно прибегать к воистину серьезным усилиям. Особые, долгие ритуалы, договор с Богами или иными сущностями, что возьмутся быть гарантами исполнения условий, плюс огромная плата… Если это не кто-то особенный, вроде Главы Великого Рода, который помимо себя ещё и свяжет своими клятвами стоящий за его спиной Род, то оно того не стоит. Особенно сейчас, когда времени в обрез.

– Он уверяет, что есть, – ответила Алена. – Ручается, что это даже надежнее клятв.

– Тогда пусть забирает её, – махнул я рукой. – Только предупреди его, что за все возможные проблемы с её стороны ответственность нести будет он.

– Неплохой стимул не расслабляться, – одобрила с усмешкой Алена. – Ладно, пойду поработаю.

Все трое ушли, я же остался один. Столько дел… Надо поговорить с мамой. И мелкими, брат с сестрой всё-таки. Хреновый я родственник, почти и не вспоминал о них все это время.

Я напряг восприятие и распространил его на всю территорию Замка и его окрестностей. Огоньки аур нужных людей я нашел почти сразу, и тут же мягко коснулся их сознаний, вкладывая в разумы Жанны и Руса просьбу прийти в один из небольших гостевых покоев, где уже сидела мама. Подобравшись, я и сам встал и направился туда.

На душе были смешанные ощущения. Я был и рад возможности с ними пообщаться, и вместе с тем слегка робел. С той поры, когда молодой, полный гонора и разрозненных воспоминаний о прошлой жизни Аристарх отправлялся из Петрограда в Сибирь, навстречу своей судьбе, прошло слишком много времени. Я изменился, и сейчас во мне куда меньше и Аристарха, и Пепла. Сейчас я нечто среднее, что получилось из их слияния. Отдельная личность, выросшая на их фундаменте и том опыте, что получил в последние годы.

В последнюю нашу встречу, произошедшую во время нашей с Хельгой свадьбы, я, конечно, с родными пообщался… Но так, вскользь. У меня было слишком много дел, планов, вопросов, требующих решения, одна подготовка к походу в Прибалтику чего стоила. А ещё, если быть до конца откровенным, тогда я просто уклонялся от их попыток поговорить по душам. И даже сам не могу объяснить, в чем причина… Хотя нет, если уж быть совсем откровенным…

– Ты просто струсил, – напомнил о себе мой новый сосед по голове. – Испугался, что они больше не увидят в тебе своего сына и брата, что решат, будто Аристарх исчез, поглощенный Пеплом. Струсил, что поймешь это по их глазам…

– А ты решил поработать голосом совести? – поинтересовался я, кивнув поклонившимся мне паре Старших Магистров. – Так спешу расстроить, с этим ты опоздал. Лет эдак на триста, наверное.

– Я не голос совести, Аристарх, – хмыкнул он. – Просто хочу сказать, что тебе не следует их игнорировать и держать на дистанции. Чтобы ты о себе не думал, но даже мне очевидно, что впереди тебя ждут битвы, в которых ты вполне можешь погибнуть. Растет не только твоя сила, но и сила врагов, и тебе пора бы уже отвыкать от мысли, что ты единственная большая рыба в пруду. Остальные реинкарнаторы тоже явно не лаптем щи хлебают, судя по британцу и Императору. Вполне возможно, что прочие ближе к этой парочке, чем к Ивару. А ведь даже он оказался сильным противником…

Он умолк, не став продолжать. Впрочем, он же все равно знает мои мысли, так что видит – я с его доводами согласен. Поражение в битве с вампиром подействовало отрезвляюще, напомнив мне, что рано записывать себя в непобедимые.

Всякое может случиться. Да и вообще, я же не мальчик, бегать от семьи из чувства неловкости и страха, что они решат, будто ты чужой.

Я специально шел не торопясь, пару раз даже почти останавливаясь – хотел, чтобы Жанка и Рус успели к маме первыми. Так будет проще, наверное… Когда я вошел, все трое сидели вокруг небольшого кофейного столика – мама с сестрой на мягком, удобном диванчике, а брат в кресле. На столике были пирожные, вазочка с печеньем и небольшой фарфоровый чайничек с чаем – достаточно дорогой бытовой артефакт шестого ранга.

– Ари! – подскочил Руслан.

– Привет, мелкий, – улыбнулся я. – Ты, смотрю, ещё выше стал. Скоро меня нагонишь!

Мама и Жанка тоже встали, и я сам не понял, как вышло так, что через пару секунд я уже сжимал их в объятиях и неловко гладил их по спинам.

– Мы очень испугались, – уткнувшись мне в грудь, тихо сказала мама. – Когда Павел Александрович вернулся с тобой, я подумала, что случилось худшее…

– Ну… Меня так просто не взять, – преувеличенно-бодро ответил я. – Как видишь, я цел и невредим. Лучше скажи, как у вас дела? К Жанке, небось, уже очередь из женихов?

– Ой, скажешь тоже! – отстранилась сестра.

Неожиданно даже для меня самого по груди разлилось странное, необъяснимое тепло. Освободившись из объятий и сев в свободное кресло, я налил себе чаю и с улыбкой начал слушать восторженно рассказывающего о том, как ему здесь все нравятся, Руса…

* * *

В богато украшенных покоях за низким столиком сидел молодой, красивый смуглый мужчина. Скрестив по турецки ноги на подушке, служившей ему стулом, он неторопливо тянул густой разноцветный дым через изящную, богато украшенную золотом трубку из стоящего прямо на толстом, мягком ворсистом ковре кальяна.

На столике стояла небольшая белая чашка с исходящим ароматным паром кофе. Мужчина, выпустив густую струю кальянного дыма, неторопливо взял кружку и сделал глоток. Температура напитка никак не смутила молодого человека… Впрочем, на свете было очень мало вещей, что могли хоть как-то повлиять на чародея уровня Великого Мага.

Полог, отделяющий эту укромную, небольшую часть роскошного шатра от остального пространства, была осторожно отодвинута, впуская высокого, широкоплечего воина в полном комплекте доспехов.

– Мой повелитель, посланник прибыл, – с глубоким поклоном сообщил вошедший.

– Приведи его сюда, Малик, – бросил человек за столом.

Малик, Высший Маг, недавно взявший свой ранг, был одним из самых преданных и проверенных слуг шехзаде Селима. Янычар, признавший его своим единственным господином ещё тридцать пять лет назад, будучи обычным Мастером, и с тех пор прошедший с ним все перипетии интриг, подковерной борьбы с братьями, войн и походов на соседей, когда кинжал в спину был гораздо большей опасностью, чем самая жаркая схватка…

Несколько минут спустя полог вновь откинулся, пропуская невысокого загорелого европейца. Одетый в обычный костюм, с гербом какого-то неизвестного Рода, со скромной, сжатой и замаскированной аурой какого-то слабого Младшего Магистра, он казался самым обычным аристократом из средней руки благородного Рода Османской Империи. Смуглая кожа, черные волосы, турецкий профиль…

Вот только Великого Мага подобный маскарад обмануть был не в состоянии. Перед ним сидел Маг трех Заклятий, и вся типичная османская внешность посланника была лишь маской.

– Король Испанский шлет привет своему венценосному брату с Востока, – глубоко склонился чародей.

– Я тебя слушаю, посланец.

Глава 8

Разговор с родными принес не просто облегчение – к моему удивлению, я ощутил, как с моей души исчез огромный груз. Груз опасений, что я стал для них уже чужим… К счастью, это было не так. И я даже не подозревал, как это было для меня важно.

Вроде ничего особо важного не обсуждали, но разговор продлился, к моему удивлению, почти три часа. Время пролетело в единый миг, и я вынужден был с сожалением сам свернуть наши посиделки – к сожалению, были и другие дела, которые требовали моего личного участия. Но перед этим я поднял вопрос, ради которого вообще и начал изначально весь разговор.

– Мам, как ты смотришь на то, чтобы остаться здесь, у меня? – предложил я. – И не только ты – вас это тоже касается, младшенькие.

– Это не так просто, сынок, – мягко ответила мама. – Я все же вдовствующая княгиня Шуйская, и подобный поступок скажется не лучшим образом на моих отношениях с Родом. Они итак были не в восторге от того, что мы с Жанной живем в твоем московском доме, а не в родовом поместье. Я уж не говорю о том, что Рус обучается в Роду и что Шуйские могут просто приказать нам вернуться.

– А ведь раньше они изо всех сил делали вид, что нас не существует, – фыркнула Жанна. – Зато теперь так носятся вокруг нас… Лицемеры!

– Не говори так, Жанка, – нахмурился Рус. – Они не лицемеры. Просто тогда дядя давил на остальных, и они не могли поступать иначе. Зато теперь, когда его влияние ослабло, к нам относятся даже лучше, чем положено при нашем статусе. Лучшие ресурсы для развития, лучшие наставники во всем, от магии до естественных наук – да у нас все, о чем иные и мечтать не могут!

– Они что, купили тебя? – рассердилась Жанна. – Или ты действительно ослеп⁈

– Я как раз вижу все четко и ясно! – набычился в ответ Руслан. – А вот ты…

– Они вспомнили о нас и вернули обратно лишь по одной причине, Рус! – перебила она его. – И она заключается отнюдь не в том, что в нас вдруг разглядели детей прошлого Главы! И уж точно дело не в дяде, якобы из-за власти которого нас игнорировали… Если бы дело было в этом и все те, кто сейчас нам улыбается, действительно были бы против такого отношения, то даже Глава Рода не смог бы с нами так обращаться. Тот же дед Федор, он ведь тогда был единственным Магом Заклятий в Роду и обладал огромным влиянием даже сам по себе. А уж с другими членами Совета Рода он бы точно мог в этом вопросе заставить дядю отступить. Но никто даже слова не пытался сказать в нашу защиту… И ладно мы, нам хотя бы разрешили уехать с мамой – а представь, каково было Аристарху, когда он остался там в одиночку, в окружении всех этих гиен⁈

– Сомневаюсь, что его кто-то в чем-то ущемлял или дурно с ним обращался, – уже без прежней уверенности в голосе ответил Рус, бросив на меня короткий взгляд.

– И потому, что к нему относились с должным почтением, он и решил при первой возможности разорвать все отношения с Шуйскими и отправиться без денег, артефактов и слуг с охраной на Фронтир. Где в одиночку и с самых низов, своими силами прокладывал путь наверх, пока не стал тем, кого уже и сами Шуйские побаиваются? – добила брата Жанна. – И о нас они вспомнили, по странному стечению обстоятельств, уже после того, как Ари вернулся с победой из Приморья. Когда Николаевых-Шуйских все вынуждены были признать новым Великим Родом, а его личную силу и факт реинкарнаторства было невозможно отрицать или игнорировать… А до того твои разлюбезные Шуйские так здорово за нами приглядывали, что нам почти год пришлось провести в руках людей, которые явно были врагами брата! Мы стали для них своими и важными персонами лишь потому, что наш брат стал слишком могущественным и влиятельным человеком, чтобы это можно было игнорировать.

Руслан явно не собирался так просто сдаваться, однако ответить ему не дали. Мама мягко, негромко заговорила, и младший мгновенно затих, лишь недовольно глядя на сестру.

– Дети, не ссорьтесь хотя бы перед своим старшим братом. Аристарх – Глава Великого Рода, и у него наверняка хватает более важных дел, чем выслушивать ваши глупые препирательства, – заметила она и обратилась ко мне. – Сынок, как бы там ни было и кто бы что не говорил – ты старший мужчина в семье, и как ты скажешь, так мы и поступим. Но как я говорила – мы Шуйские, часть Рода твоего отца, и полной свободой решать такие вещи не обладаем. Что, если из-за нашего согласия у тебя испортятся отношения с ними? Если твой дядя или Совет Рода прикажут нам вернуться назад, ослушание может привести к разным последствиям… Неприятным не только для нас, но и для тебя.

– Мам, как правильно заметила Жанка – я ничего никому из Шуйских не должен, – твердо ответил я и поглядел на Руса. – Не обманывайся, братишка – Шуйские изменили своё отношение только потому, что вы внезапно стали для них важны. Нет, кровь не водица, и я не отрицаю – в нужде или беде бы они вас ни за что не бросили. И выбили из рук Тайной Канцелярии, вас похитившей, действительно они, причем даже не из-за меня…

Но прежде, чем воодушевившийся было от моих слов младший брат успел хотя бы состроить выражение лица в духе «я же вам говорил!» чуть более жестко продолжил свою мысль:

– Но на этом всё. Дальше вы бы так и оставались эдакими дальними родичами из далеких ветвей, которым бы доставалось минимум внимания. Жанку выдали бы замуж против её воли за того, с кем Род решил бы укрепить отношения – как никак, дочь пусть и предыдущего, но Главы Рода ценится куда больше, чем рядовая Шуйская – ты же в лучшем случае прозябал бы на третьих ролях, служа где-нибудь в войсках Шуйских. Все изменения в их отношении к вам обусловлены тем, что через вас они хотят иметь возможность влиять на меня. А при нужде, уверен, многие из них не постеснялись бы даже угрожать вашими судьбами, чтобы надавить на меня.

– Ты преувеличиваешь, – упрямо проворчал себе под нос Рус. – Угрожать нами они не могли – мы ж не чужаки какие, нас ни пытать, ни убить без действительно большой беды и Родового Суда никто не может.

– А чтобы грозиться и давить им и не нужно ничего такого делать. Во всяком случае, напрямую, – усмехнулся я наивности брата. – Вижу, они хорошо запудрили тебе мозги, Рус… Что может быть проще, чем заявить, что если я не уступлю в каком-то вопросе или не выполню чего-то, что они от меня требуют, то Род выдаст Жанку за… Ну, к примеру, за старика? Или кого-то с дурной славой, согласно которой он очень любит избивать своих женщин? А чтобы ещё сильнее усложнить возможность как-то ей в этом случае помочь, то женихом будет какой-нибудь француз или британец из Великого Рода? Что, скажешь, такое невозможно?

Руслан промолчал, опустив взгляд.

– Или намекнуть, что тебя отправят куда-то, где вероятность, что ты и твои товарищи не справитесь и погибнете, выше девяноста процентов? – продолжил я. – И это всё – лишь самые примитивные варианты, описанные самым прямолинейным способом. На деле всё было бы наверняка сложнее, хитрее и эффективнее. Не знаю, каким образом они сумели тебе за столь короткое время внушить к себе настолько слепое доверие, но тебе стоит раскрыть глаза и уши. Они действительно тебе родня, и действительно не будут без крайней на то причины делать то, что я перечислил… Но если на одной стороне будет благо Рода, как они его понимают, а на другой твоя судьба – выбор сделают не в твою пользу.

Если честно, я сам понимал, что преувеличиваю. Нет, насчет того, чтобы надавить возможным браком сестры, я был абсолютно честен. Но вот посылать намеренно насмерть Руса никто бы не стал. И не только потому, что еслион вдруг действительно погибнет после их угрозы, я без колебаний потребую головы всех, кто будет иметь к этому хоть какое-то отношение. Даже если это будет половина Совета Рода – я найду пути свести счеты. И после этого ни о каких положительных отношениях между нами речи идти уже не будет… Они банально не настолько циничны в вопросах родной крови. Вон, даже за мной тайно отправили присматривать целого Архимага, отозвав лишь когда стало ясно, что я уже и сам могу за себя постоять и обзавелся покровителем в лице Второго Императора.

Глядя, как Жанка с торжеством смотрит на хмурого Руса, я невольно улыбнулся.

– В общем, не стоит слишком уж слепо доверять нашим дражайшим родичам, – заключил я. – Касательно же твоих опасений… Они могут говорить и требовать что угодно, но вы мои мать и родные брат с сестрой. Если будут пытаться на чем-то настаивать я их просто… В общем, мне найдется, что ответить кому угодно. И им придется сжать зубы и улыбаться, соглашаясь со сказанным, потому что в случае конфликта они лишь знатно опозорятся – забрать вас у меня силой или вообще как-либо вынудить меня уступить им не по плечу.

Большим глотком, нарушая правила этикета, я допил свой чай и продолжил, обращаясь уже только к маме.

– Я вынужден буду в самом скором времени вновь отправиться на войну. Собрав большую часть сил своего Рода и войска нескольких Родов, что признают моё неофициальное главенство над собой, я двинусь к южным рубежам, на помощь тамошнему дворянству и боярским Родам, – пояснил я нахмурившейся маме. – Там же, кстати, и поставлю их перед фактом того, что отныне вы живете в моем доме. И ещё… Мам, ты скоро станешь бабушкой, а Жанка с Русом – дядей и тетей.

– Хельга в положении? – отступила тревога с её лица. – Поздравляю, сынок! Это лучшая новость, что мне доводилось слышать за последние двадцать с лишним лет!

– Спасибо, – улыбнулся я. – Мам, да и вы двое – в том числе и поэтому я прошу у вас остаться здесь, с моей женой. Поддержите её, пожалуйста – у неё очень сложные отношения с семьей, поэтому тепла от них ей ждать не приходится, а я, как и большая часть тех, с кем она близка, оставляем её здесь. Даже отец, который действительно её любит, уходит сражаться с британцами… Прошу вас, просто будьте рядом с Хельгой.

Этот аргумент окончательно закрыл вопрос. Обрадованная мама без колебаний согласилась, что просто обязана остаться рядом с невесткой в столь ответственный и сложный период. Жанна тоже обрадовалась, и даже Рус прекратил дуться. Поговорив ещё несколько минут, я с искренним сожалением сказал, что вынужден идти – дела Рода не ждали.

Оставив их с радостной новостью, я направился к уже давно ожидавшим меня боярам. Что за день такой – сплошные разговоры, обсуждения и встречи. И везде приходится действовать одними лишь словами… То ли дело выйти в поле с копьём наперевес, чувствуя за спиной тысячи преданных мне воинов и магов, и в яростном треске бушующих вокруг Молний промчаться над строем своего воинства, предвосхищая последнюю, решающую атаку на врага!

Впрочем, одернул я себя, в последний раз эта лихость едва не обошлась мне чрезмерно высокой ценой. Так что в этот раз надо больше времени уделить скучным и вторичным делам, посвященным подготовке, дабы не оказаться вновь в подобной ситуации…

Меня ожидали пятеро – Шуйский, Морозов, Долгорукий, Бутурлин и Аксаков. Каждый – Старший Магистр, зрелые, умудренные опытом мужи боярские, пусть не Старейшины, но явно достаточно заметные члены своих Родов.

– Рады видеть вас в добром здравии, Аристарх Николаевич, – заговорил после церемониальных приветствий и поклонов Шуйский. – Как самочувствие? Всё же после столь тяжелой схватки лишь нескольких суток отдыха вряд-ли будет достаточно.

Вопрос, вроде бы, являющийся простой вежливостью, проявлением учтивости и соблюдением этикета… Но несмотря на то, что все пятеро отлично скрывали свои эмоции за масками спокойных, почтительных лиц, обмануть мою Силу Души они были не в силах.

Их очень, очень интересовало то, как обстоят дела с моим здоровьем. Впрочем, чтобы это понять не требовались ни десятки лет опыта общения со столь же опытными в умении держать лицо собеседниками, ни даже Сила Души. Хватало элементарной, базовой логики – им нужен я во всей моей силе и мощи, и потому вопрос здоровья одного молодого и сумасбродного Главы Великого Рода был отнюдь не праздным.