Текст книги "Путь возмездия"

Автор книги: Максим Лагно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)

Таковы правила житья на Дивии, особенно среди славных. Даже если бы я тонула, то благовоспитанный дивианец несколько раз спросил бы, можно ли ко мне прикоснуться? И только после этого протянул бы руку.

Когда на Дивии установится справедливая власть, эта норма вежливости будет предана забвению. Освободившись от старых догм, люди будут без спроса протягивать товарищу руку помощи.

Поступок Гуро Каалмана разозлила меня. Пусть я демон, пусть ненастоящая жена, но для остальных я – Чуари из славного рода Гонк. Я живой человек, в конце-то концов. Мог бы дождаться, когда я сяду, и после этого взлетать!

Пыхтя от негодования, я выползла из-под лавки, воин рода Ситт всё так же уважительно не подавал мне руки.

– Прости, уважаемая, но я вынужден спешить – примирительно сказал Гуро. – Я боюсь, что нового демона перехватит целитель из рода Разех.

Каро Ронгоа подтвердил:

– Они давно завидуют Ронгоа, и тоже хотят заняться лечением природной дури и демонизма.

Новый демон!

Пробормотав принятие извинения, я села на свободный лежак.

Вместо гнева, сердце моё преисполнилось любопытством – кого на этот раз неведомая воля перетащила в прошлое? И главное – из какого будущего?

✦ ✦ ✦

Небесный дом завис над местом для приземления акрабов недалеко от здания Прямого Пути.

Перед тем как выйти, все надели маски и направились к площади перед главным входом в Прямой Путь.

Несмотря на ранний час, здесь оживлённее, чем днём. Особенно много небесной стражи. Они то и дело взлетали и приземлялись. Многие доставляли задержанных, принося их под брюхом, как коршуны – добычу.

Задержанные ругались и требовали соблюдать приличия и не касаться их. Несколько буйно пьяных, обмотанные вязками, катались по камням площади, неразборчиво ругаясь. На мгновение мне стало стыдно. Ведь это моими стараниями вино хлынуло на Дивию мутным потоком, а высшие люди оказались крайне неустойчивыми к его воздействию. Эти буйные, быть может, выпили пару кувшинов слабой ягодной бормотухи. Но я тут же осадила себя. Вино пили и до меня. Рано или поздно оно всё равно хлынуло бы, наполняя золотом сундуки наёмников и тех славных дивианцев из торгового сословия, которые состояли с ними в сговоре. А сейчас слабохарактерные пьянчуги летающей тверди покупали моё вино, приближая тем самым освобождение Дивии. Борьбу с пьянством можно устроить после этого.

Один небесный стражник, судя по знакам отличия – второй или третий старший отряда, прокричал прямо над моим ухом:

– Братья! С заставы третьей доли Восьмого Кольца снова прилетел гонец. Снова спрашивает, что делать с тем жилищем у стены, подозреваемым в укрывательстве наёмников?

– Да ничего не делать, брат, – ответил ему кто-то.

– Местные жители волнуются от такого соседства. Наёмники не просто так прячутся. Вдруг, готовят что-то?

– Да и грязь с ними. На кого им нападать в Восьмом Кольце?

– Старший заставы собирается нагрянуть туда с внезапным налётом.

– Пусть нагрянет, нам-то что?

– У него всего шестеро бойцов, считая гонца. Если в доме на самом деле прячутся наёмники, то навешают они нашим братьям… Надо бы помочь им людьми.

– А если наёмников не окажется? Мы зря время потерям, летая туда-сюда.

– Так что сказать гонцу с заставы?

– Где он?

– В казарме отдыхает.

– Пошли, я сам ему скажу. Пусть передаст своему старшему, что сначала необходимо подтвердить подозрения, а потом устраивать налёты.

– Но нельзя же не помочь братьям?

– Если мы устроим налёт, а в доме окажутся невиновные жители? Нас же самих потом будут мордами тыкать в скрижали Обвинения и Правды за нерадивое выполнение предназначения!

Оба небесных воина удалились, обсуждая старшего заставы.

Прямо перед нами опустился акраб без стенок, царапая камни плоским днищем без киля. На его открытой платформе ровными рядами лежали мужчины, опутанные вязками. Их некогда дорогие халаты порваны и измазаны грязью. Мне очень хотелось подслушать, в чём они провинились? Но охранявшие их стражники молчали.

Мы не стали идти дальше по оживлённой площади, а свернули и пошли вдоль стены первого этажа здания Прямого Пути. Там нас встретил небесный стражник в простой деревянной маске.

– Лететь надо, – сказал он искажённым маской голосом.

Мои спутники использовали заранее приготовленные кристаллы «Крыльев Ветра». Гуро обхватил меня сзади и поднял. Каро и стражник летели чуть выше. Разведчик рода Ситт, оставшийся на земле, с лёгким шелестом и вспышкой исчез. Решил переместиться на «Ускользающем Свете», догадалась я.

Мы пролетели мимо круглых и овальных окон, закрытых железными ставнями, и балконов, изолированных «Стенами Воздуха». Ничего подозрительного в наших летящих фигурах нет – у стен здания Прямого Пути постоянно кто-то летал, а над площадками и балконами сновали акрабы.

Где-то на середине здания одно из окон было открытым. Стражник первым влетел туда. Немного помедлил, потом пригласил нас. Гуро Каалман, покряхтывая, втащил меня в круглое окно, залез сам и убрал «Крылья Ветра».

✦ ✦ ✦

В Доме Опыта я была только в тот раз, когда произошло сличение скрижалей Обвинения и Правды по делу покушения на жизнь Гуро Каалмана. Я видела зал, где происходило сличение, и некоторые коридоры, по которым меня в него привели. О камерах для заключённых я знала только из рассказов людей и их скрижалей.

Вообще, как я упоминала ранее, судебная система Дивии – это насмешка над здравым смыслом. А местные юристы, законники из сословия Способствующих Равновесию, такие же шарлатаны и бездельники, как священники. Но одно в этой системе хорошо – она не подразумевала лишения свободы.

Единственное место, где дивианцы отбывали срок – это камеры предварительного заключения в Прямом Пути. Да и то не засиживались, так как суд вершился быстро.

От моих товарищей из жителей ветроломов я знала, что на окраинных Кольцах, особенно в Десятом и Одиннадцатом, стояли некие сараи, в которых содержались приговорённые к длительным общественным работам. Это не тюрьмы в прямом значении слова, а места концентрации заключённых, построенные для облегчения их доступа к местам проведения общественных работ, чтобы не мотались из Кольца в Кольцо. Именно эти сараи в быту называли тюрьмами.

В одной из камер предварительного заключения мы оказались.

Опять же на темницу это совсем не похоже: просторный и пустой зал, хорошо освещённый одним жёлтыми и тремя синими светильниками, входная арка перекрыта чем-то вроде хлипкого шлагбаума.

В центре зала скорчился на полу голый человек, опутанный вязками. Вокруг него лужа мочи и полосы размазанного по гранитным плитам кала.

Провожавший нас стражник перемахнул через шлагбаум и занял место на посту. Воин рода Ситт уже стоял у окна и закрыл за нами ставню.

Каро Ронгоа и Гуро Каалман, зажимая носовые прорези масок от вони, подошли к демону. Тот замычал и задёргался.

– Уважаемая, – позвал меня Гуро.

Я приблизилась к демону, подняв полы халата, чтобы не намочить. Мне было любопытно – кем окажется этот человек?

– Кто ты, демон? – спросил Каро Ронгоа и ткнул связанного носком сапога.

Демон отчаянно задёргался, хрустя костями, норовя то ли уползти, то ли порвать вязки. Потом напустил ещё лужу и завыл. И вой его был настолько нечеловеческим, что я отшатнулась.

– Слышишь ли ты знакомые слова в его речи? – спросил у меня Гуро.

– Это не речь.

– Ты уверена? Прислушайся хорошенько.

– Да что тут слушать? Так ревут быки или кабаны, которых режут. Разве вы сами не слышите?

– Для людей речь любого демона – это визг кабана. Всё-таки попробуй поговорить с ним.

Я склонилась над воющим демоном.

– Приветствую, тебя уважаемый, – сказала я. – Не бойся, ты просто переместился в…

– Э-э-э, так не пойдёт, – вмешался Гуро Каалман. – Ты говоришь с ним на языке людей, а надо на демоническом.

На колу мочало, начинай сначала! Сколько раз я напоминала Гуро, что я не различала, где мой родной язык, а где дивианский. Они оба родные! Выражая мысли вслух, я не выбирала на каком языке их говорить… Но обсуждать это в присутствии посторонних опасалась.

Гуро Каалман догадался о моём затруднении. Приблизился ко мне и прошептал:

– Чарс Вил-Сон переходил с языка людей на демонический. Попробуй и ты.

– Если бы я знала как…

– Чарс Вил-Сон утверждал, что достаточно перестать думать на людском языке и начать говорить на демоническом.

Я последовала этому туманно сформулированному совету.

Сначала я не смогла произнести ни слова. Потом выдала какую-то дикую чушь, воистину звучащую, как набор бессмысленных звуков.

И тут же услышала себя со стороны. Оказалось, что я вполне отчётливо произнесла:

– Здравствуй, товарищ! Не паникуй, я помогу.

Ответом был всё тот же нечеловеческий вой.

Я вдруг подумала: раз русский язык показался мне бессмысленным, то, быть может, и этот вой тоже лишь казался воем? Что если демон причитал на узбекском? Учитывая место захоронения Дивии, большинство демонов должны быть узбеками. С другой стороны, какова была вероятность, что к трупу дивианца прикоснётся англичанин? Ничтожная. И тем не менее…

Сосредоточившись, я выдала очередную тарабарщину. И снова услышала эхо своего голоса:

– Салом алайкум…

Я не знала узбекского языка, кроме распространённых фраз приветствия или поздравления с Первым Мая и Седьмым Ноября, но раздавшийся в ответ вой не имел ничего общего с узбекским. Этот демон просто хрипел, завывал и попеременно то мочился, то испражнялся. Даже ползать перестал.

Гуро всё понял и без моих пояснений. Он повернулся к Каро Ронгоа и сказал:

– Это глупый демон. Мне он не нужен.

Каро Ронгоа кивнул:

– Тогда я отдам его целителям рода Разех. Пусть, хе-хе, тратят время и силы на его лечение, чтобы потом всё равно опозориться неудачей.

Стражник поднял шлагбаум, выпустив Каро Ронгоа из залы с демоном. А я, Гуро Каалман и его телохранитель из рода Ситт выбрались через окно.

✦ ✦ ✦

Когда мы сели в акраб, Гуро Каалман спросил:

– Ну, какие будут предположения о причине безумия этого демона?

– Наверное, перемещение личности из тела будущего в тело прошлого, при посредничестве останков прирождённого жителя, производит потрясение в некоторых умах?

– Подумай лучше.

– Вероятно, при переходе возникают какие-то поломки в сознании?

– Не городи сложной чепухи, когда объяснение на поверхности. Подумай, если демон выл, как животное, испражнялся, как животное и не понимал ни человеческой, ни демонической речи, то…

– Он был животным? – изумилась я.

И всё поняла.

Личности людей, прикоснувшихся к останкам дивианца, переносились в прошлое, и оказывались в телах прирождённых жителей, находившихся в храме. Но раз на Дивии некоторые животные тоже обладали озарениями (а так же, вероятно, линиями и гранями, хотя об этом нельзя свободно рассуждать, чтобы не нарваться на обвинение в хуле на Создателей) то почему бы и барану из будущего, провалившемуся в развалины, тоже не переместиться в тело дивианца?

Или того хуже!

Что если люди, коснувшиеся останков в храмах, попадали не в дивианцев, а в кабанов и буйволов? Конечно, возникал вопрос, как животные оказались в храме? Ведь переселение демонов происходило во время каких-то сложных и тяжёлых обрядов, связанных с улучшениями линий или толкованием равновесия. Но чудотворная сила, исходящая из Сердца Дивии в храмы, не распространялась строго до их стен, а могла выходить намного дальше! Вполне могло быть так, что возле храма пролетала скотовозка, а значит, фактически, свиньи получали благоволения… А вместе с ним – переселенца из будущего.

Сердце моё переполнилось ужасом, когда я представила, как моё сознание вошло бы не в Чуари Гонк, а в свинью!

Я поймала на себе насмешливый взгляд Гуро Каалмана.

– Страшно, демон? – трескуче спросил он. – Чарс Вил-Сон тоже перепугался, когда додумался до этого.

– И как часто появляются демоны? – спросила я.

– Разумные демоны – редкость. Как мне разъяснил Чарс Вил-Сон, большинство тех, кого мы принимали за демонов, были просто безумцами.

– Разве целители не лечат безумие?

– Лечат, лечат, – засмеялся Гуро Каалман. – Но на самом деле не все болезни гнилой головы можно вылечить озарениями. Правда, целители об этом не любят говорить.

– Ты опечален, что демон оказался животным? – спросила я.

– Я опечален, что демон вообще оказался.

Верно, появление демона – неважно, разумного или нет – это знак, что развалины Дивии на месте. Что падение летающего города не было остановлено.

Мне повезло, что демон оказался неразумным. Но как только на Дивии объявится разумный переселенец из будущего, дни мои сочтены. Гуро Каалман решит, что я исчерпала пользу для его дела по спасению летающего города от падения, и что меня пора прикончить.

Глава 16

Старый друг и алкогольный магнат

После победы Гуро над заговорщиками, Чуари убедилась, что за его могуществом, видным всякому, крылось ещё большее могущество, невидное никому. Ведь он так и не объяснил, откуда у него взялось «Отражение Озарения», которое мало того, что не являлось озарением сословия священников, но вообще было доступно только в Первом Кольце? И вдобавок оказалось ещё и яркой ступени, способной противостоять молниям первого старшего рода Поау?

Наибольшую угрозу для Чуари представляло его умение видеть будущее.

Будучи славной священницей, она знала о защите от прорицаний. Например, скрытые озарения сословия Помогающих Создателям «Отзвук Тишины» и «Утроение Отблеска».

Она могла бы раздобыть и руководство по эксплуатации этих озарений. Но зачем? Усвоить их не сможет, так как потратила врождённые грани. Кристаллы стоили миллионы золотых граней, поэтому их покупали прорицатели, ходившие за первыми старшими славных родов.

А заинтересованность демона в кристаллах для защиты от прорицаний вызовет не просто подозрения Гуро Каалмана, а наверняка подтолкнёт его к решению убить её сейчас, а не ждать неизвестно чего. Как он там объяснил причину таинственной пропажи прошлых демонов?

«…не из-за того, что они были опасными демонами, а из-за того, что стали опасными прирождёнными жителями», – напомнил Внутренний Голос.

Чуари стала искать иные способы защиты от «Пророческих Снов».

Выяснила, что озарение «Иное Лицо» снижало точность прорицаний. Использовавший его человек вносил в образы пророческих снов искажения, которые невозможно исправить – прорицатель не видел, кто именно скрывался под обманной личиной. Это основная причина, почему «Иное Лицо» признали опасным и запретили. А вовсе не из-за того, что оно позволяло принимать облик других людей, как это объяснялось в законах Прямого Пути.

«Обман Взора» и «Обман Голоса», направленные непосредственно на священника, который собирался смотреть о тебе «Пророческий Сон», тоже искажали толкование сна, но лишь при условии, что священник не заметит этих воздействий.

В любом случае, всё время носить запретные озарения – не вариант.

В итоге кое-какие способы Чуари нашла в скрижали:

О ПРОРОЧЕСКИХ СНАХ И ПОМЕХАХ ДЛЯ ИХ ТОЛКОВАНИЙ, СОЗДАВАЕМЫХ КАК ВОЛЕЮ СЛУЧАЯ, ТАК И ВОЛЕЮ ПРОТИВОДЕЙСТВУЮЩЕГО ПРОРИЦАНИЮ ЧЕЛОВЕКА

Автор из рода Кинаби уверял, что в присутствии прорицателя нельзя делать чего-либо ради достижения каких-то целей. Желательно даже не думать об этом. Бездействие не изменит будущего, но сохранит его неопределённую многовариантность, осложнив прорицателю толкование «Пророческого Сна».

Совет, конечно, идиотский. Любому понятно, что если ничего не делать, то ничего и не будет. Загвоздка в том, что Чуари как раз надо что-то делать, да поскорее.

В скрижали был другой совет – расстояние. Чем ты дальше от прорицателя, тем ему сложнее увидеть именно твои направления на Всеобщем Пути. А если вообще удалиться с Дивии в низкие царства, то точность пророчества о тебе становится совершенно ничтожной – ни одно толкование его не вычислит.

То есть, вариант побега весьма соблазнителен: можно собирать армию и никакой прорицатель, спящий на летающей тверди, ничего не узрит. Главное, держаться подальше от священников из дивианских посольств.

Внезапно Чуари повезло с фактором расстояния.

После периода бурного общения и получения сведений о будущем, Гуро Каалман отдалился от четвёртой жены. Она изредка видела его за ужином, да и то встречи становились всё реже и реже. С другими жёнами Чуари тем более не общалась считая их слишком преданными ему. Они тоже не искали знакомства с «сестрой по мужу», презирая её за молодость. Так что отблески будущего четвёртой жены Гуро не увидит через «Пророческие Сны» с участием других жён.

Чуари воспользовалась внезапно открывшейся свободой.

✦ ✦ ✦

Применяя все доступные ей предосторожности против «Пророческого Сна», она вернулась на Ветролом Вознёсшихся, чтобы возобновить начатую в детстве пропагандистскую работу.

Там она неожиданно повстречала Руда – парня, который приютил её после побега из Дома Опыта.

Оказалось, что старшие Ветролом Вознёсшихся, которые, выдали Чуари и её соратников по Дюжине Познавших Справедливость, всё-таки не покорились воле Гуро Каалмана. Как только искатели рода Ситт убрались, старшие прислали в клетку целителей, которые вернули к жизни убитых.

Правда, целители были не самыми искусными. Вернуть Руда к жизни вернули, но восстановить прежнюю форму проломленной в нескольких местах головы не смогли. Теперь его череп казался разделённой на две половинки тыквой, покрытой пучками волос. Один глаз был выше, другой сползал чуть ли не к подбородку.

Реконструкция головы стоила громадных денег, каких у бедняков отродясь не водилось. Да и славные целители, способные на такие операции, не стали бы тратить время на грязерожденного.

Чуари не узнала в этом Квазимодо старого друга, но он узнал её.

Всё это время Руд и товарищи по Дюжине продолжали исповедовать учение Чуари об неизбежности установление в Дивии полной справедливости и раздачи озарений всем и даром. Находить новых сторонников, как это делала маленькая Чуари, они не способны, но хотя бы поддерживали связи с теми, кто когда-то ходил на собрания их кружка.

Ещё они сохранили «ПАМЯТКУ ДЛЯ ПОЗНАВШЕГО СПРАВЕДЛИВОСТЬ». Установили эту скрижаль в отдельной клетке, устроив в ней что-то вроде храма. Время от времени они собирались вокруг алтаря читали скрижаль и пересказывали речи Чуари, пользуясь напоминаниями своих Внутренних Голосов. То есть, они не делали ровным счётом ничего, чтобы добиться справедливости, а только верили, что она наступит сама собой, главное почаще повторять записи из скрижали, как священники Двенадцати Тысяч Создателей повторяли гимны и молитвы.

Чуари неприятно поразилась, что невежественные люди превратили её учение в мистический культ. Она возобновила собрания кружков.

Сначала она пыталась вытравить фанатизм из учения о справедливости. Но быстро сдалась. Даже наоборот – теперь она сопровождала свои выступления мощными выбросами «Восторга Создателей», о котором грязерожденные и бесславные бедняки не имели никакого преставления.

Речи Чуари буквально снесли соратникам крышу. Они были готовы немедленно начать восстание, чтобы поскорее установить Справедливость. Ведь они теперь знали правду, о том, что славные рода захватили все озарения и не делились с остальными жителями!

Комбинируя агитационную работу с одурманиванием «Восторгом Создателей» Чуари организовала значительное число единомышленников. Список с именами, линиями, озарениями и предназначениями занял два свитка.

Итого набралось девяносто две дюжины, или 1 152 человека! Численность, равная воинству Дивии, вместе с небесными стражниками. Конечно, качественно эти люди были далеки от воинов. Среди них затесалось много забулдыг, которые ничего не спрашивали, а просто готовы творить беззаконие за чарку вина и коробочку дурман-травы. Ну и за справедливость.

Численность соратников, по-настоящему способных воевать, можно уменьшить наполовину. Но зато все они – истинные приверженцы установления Справедливости.

✦ ✦ ✦

Особое место в отряде будущих воинов справедливости заняли служители веры Всенаправленного Ветра Моваха, отменённой так давно, что в Прямом Пути уже забыли об этой отмене.

Как именно Чуари Гонк, священница истинной веры, вышла на служителей веры лживой, я, кажется, пропустил, но искать и перечитывать было лень.

Чуари понравилось одно из положений веры, утверждавшее, что для Моваха равны все люди мира, что внизу, что вверху.

Моваховцы соблазнились обещанием, что при новой власти будут доступны скрытые и запретные ранее озарения. Это обещание подкупало вообще любого прирождённого жителя, которому не повезло родиться в семье из славного рода. То есть – подавляющее большинство жителей Дивии.

Служителей Моваха было немного, а их паства состояла в основном из жителей Ветролома Вознёсшихся, так как старшие служители Моваха были одновременно владельцами ветролома.

Но не их паства была нужна Чуари. Да и бойцы из служителей были не самые лучшие, хотя и владели озарением «Крылья Всенаправленного Ветра».

Служители Моваха пообещали защитить её от пророческих снов Гуро Каалмана.

Главный служитель это веры владел «Утроением Отблеска». Это озарение не скроет будущее Чуари, но так увеличит видимость его возможных вариантов, что даже Гуро Каалман не разберётся, какое из видений нужно толковать.

Теперь, когда Гуро удалялся в свою часть дворца, чтобы впасть в очередной продолжительный «Пророческий Сон», дабы увидеть будущее Дивии, Чуари приводила во дворец служителей Моваха.

Используя озарения и кристаллы, они плели грозди, запутывая части пророческих снов Гуро, которые касались Путей Чуари Гонк.

Саму Чуари помещали в «Облако Тьмы», настолько непроницаемое, что в нём замирали даже мысли.

Чуари не знала, чем именно занимались в это время служители Моваха, но знала, что они не делали ничего такого чего не делали бы священники Двенадцати Тысяч Создателей, защищавшие своих клиентов от чужих «Пророческих Снов». Чуари служила в храме Второго Кольца и хорошо знала о невидимых посторонним битвах священников, проходивших при встречах первых старших славных родов, которых эти священники обслуживали.

Правда, у моваховцев всё же нашлось отличие от священников признанной религии: всякий раз, выпроводив служителей из дворца, Чуари недосчитывалась то шкатулки с золотом, то украшений. А однажды из морозной кладовой исчезла целая туша озарённого кабана, выращенного родом Карехи.

Что поделать, служители Всенаправленного были бедны.

✦ ✦ ✦

Через служителей Моваха Чуари Гонк завела долгожданные знакомства с вожаками гнёзд наёмников.

На первый взгляд казалось, что вольнорожденные (так наёмники сами себя называли) – это отверженные бунтари, отрицавшие порядки, сложившиеся в дивианском обществе.

При близком рассмотрении выяснилась курьёзная правда: вольнорожденные были такими же патриотами Дивии и уставленных порядков, как остальные сословия. Они отстаивали своё право быть вольнорожденными с такой же яростью и нетерпимостью, с какой сохраняли своё сословие Защищающие Путь, Сохраняющие Опыт и остальные.

Вольнорожденные заняли нишу бунтарей и противников Прямого Пути, но при этом точно так же соблюдали иерархию между прирождёнными жителями и грязью. В их гнёздах даже устроено подобие родовой аристократии, как в славных родах. С той разницей, что членом «славного рода» у вольнорожденных становились не по праву рождения, а по праву наследования имени вольнорожденного. Эта отвязка от билогического родства позволял им громко величать себя «рождёнными волей».

Да, наёмники проще относились к грязерожденным детям, с удовольствием принимали их в свои гнёзда. Но принимали не за то, что в них текла часть крови низких, а за то, что текла часть крови высших.

Сами того не зная, вольнорожденные служили невольным фильтром, пропускавшим людские отбросы ветроломов. Они перерабатывали грязерожденных детей в полноценных прирождённых жителей, чем разбавляли однообразный генетический фонд летающей тверди.

Точно так же, как все славные рода или сословия, они охраняли свои тайны, сочиняли свою мифологию, высекали свои шифрованные скрижали и берегли узоры скрытых озарений, которыми совершенно не собирались делиться с кем-либо.

Чуари установила, что под видом «простаков», (так наёмники называли всех жителей Дивии, кто не вольнорожденный), представители гнёзд присутствовали в Совете Правителей. В качестве уполномоченных помощников оказывали своё, пусть и небольшое, влияние на принимаемые законы. Вдобавок, вольнорожденные дети ещё с Дома Опыта проникали в какие-нибудь сословия и оттуда помогали своим гнёздам.

Они презирали Совет Правителей и Прямой Путь. Даже осмеливались открыто не верить в Двенадцати Тысяч Создателей, разрешая своим птенцам верить в кого угодно. Они бравировали тем, что якобы избрали Путь во тьму, но на протяжении всех поколений жили внутри своего сословия ровно так же, как рода военных жили в сословии Защищающих Путь.

Предлагать наёмникам поменять политическое устройство Дивии – такое же безрассудство, как предложить это сословию учителей или священников.

Вольнорожденных устраивали порядки в Дивии, ведь они часть этого порядка.

✦ ✦ ✦

Тем не менее, Чуари использовала наёмников по прямому предназначению – стала постоянной покупательницей их услуг.

Гнездо под названием «Ночные Шорохи», специализировавшееся на воровстве, выкрало (сделало копии) скрижалей с картами и схемами Нутра Дивии и всех Отшибов.

Сравнив копии скрижалей из дворца сословия Поддерживающих Твердь с теми, что хранились в Доме Опыта в общем доступе, Чуари убедилась, насколько они разные. Сословие Поддерживающих Твердь или исказило карты или не заботилось об их правдоподобности. При любом варианте это было сделано специально, чтобы полное знание об устройстве Нутра не вышло за пределы сословия.

Один из наёмников гнезда «Властелины Страха» устроил Чуари, Руду и другим соратникам посещение Нутра Дивии. Провёл её какими-то длинными и секретными ходами, скрывая это посещение от тружеников Нутра. Далеко вглубь Нутра наёмник заходить опасался – так как безопасные Пути среди органов знали только труженики. Поэтому Чуари наблюдала шевеление могучих органов издалека в подзорную трубу.

Пользу иного порядка принесла группировка «Бездонные Омуты», занимавшаяся контрабандными перевозками запрещённых товаров из низких царств. Чтобы упрочнить с ними знакомство, Чуари даже вложилась золотом и небесными домами в торговлю вином, которого в Дивии до этого почти не знали. Не без усилий Чуари пьянящий напиток распространился с окраин в срединные Кольца.

Дивианцы оказались крайне неустойчивыми к алкоголю. Они пьянели с одной чарки слабенькой браги, теряя внимание к Внутреннему Взору и Голосу.

Производство вонючего козьего вина выросло в несколько раз, а контрабандное вино из низких царств прочно заняло место в едальнях, как премиальный товар, демонстративное потребление которого стало модой среди богачей.

Дивия делилась с низкими своим дурманом – контрабандисты отсыпали низким купцам муку, намолотую из грибов и лишайников, растущих на необитаемых ветроломах. Наркотический эффект грибной муки почти не действовал на высших людей, но валил с ног низких жрецов, вызывая у них желание жрать эту муку ещё и ещё.

Чуари Гонк не ставила своей целью спаивание высших людей. Она не собиралась превращаться в доисторического алкогольного магната. Но торговля вином дала ей возможности наладить связи с низкими купцами, которых Чуари Гонк вообще увидела впервые в своей жизни.

От купцов она узнала обстановку в низких царствах: об их правителях, политическом устройстве, экономике и военных возможностях. К большому сожалению, все эти компоненты оказались примитивными и ничтожными. Даже самая большая армия Портового Царства не способна завоевать Дивию, хотя бы уже от того, что попросту не достигнет летающей тверди. Не говоря уже об убогом вооружении в виде каких-то крюков, кривых копий и деревянных луков.

Многочисленность низких людей нивелировалась их тупостью, невежеством и боязнью богов летающей тверди. Таких перевоспитать невозможно – масса дикости слишком велика.

Быть может, если стать правителем Портового Города или Ач-Чи, можно как-то преобразовать эти царства, но на это понадобятся сотни лет, да и высшие люди не допустят падшего правителя в низком царстве. Так что встать во главе Сиабхи-Дана-А или Ач-Чи и устроить поход на Дивию – не вариант.

Низкие могли быть ресурсом, но не движущей силой своего грядущего освобождения от летучих угнетателей.

Чуари не до конца уверена в том, что она делала, но увидела возможность повлиять на развитие низких царств, не покидая Дивии. Она хотела открыть постоянные каналы торговли, чтобы среди обычных товаров переправлять в низкие царства технологии, необходимые для противостояния с Дивией.

Чуари сетовала, что разные по происхождению сторонники одинаково вдохновились не идеалами справедливости и равенства, но обещанием, что после установления в Дивии нового порядка, все скрытые озарения будут раскрыты, а запретные озарения – разрешены. Попытки доказать им, что озарения должны быть доступны людям всего мира, включая низких, вызвали отторжение.

По крайней мере, она добилась, чтобы сторонники согласились с обобществлением озарений – они не будут принадлежать родам, сословиям или отдельным личностям, но станут собственностью всех озарённых.

…

Установив мотивы революционеров, я решительно пропустил кучу свитков с описаниями из разговоров и планов, дойдя до непосредственного начала активных действий по захвату власти в Дивии.

Глава 17

Свиток «20 год, зима. Восстание и падение»

Нашим штабом был роскошный дом с высоким забором, расположенный в Третьем Кольце Отшиба Свет Разума. На этом Отшибе попросту не было домов поскромнее.

Штаб-дворец, как я юмористически назвала это место. Правда, никто из соратников не понял соли каламбура, так как понятие штаб-квартира им тоже неизвестно.

В штаб-дворце мы хранили оружие, доспехи, боевые кристаллы и сундук с мясом озарённых буйволов. Такое мясо употребляли в пищу небесные воины всех славных родов, поэтому найти его в свободной продаже почти невозможно. На рынках Дивии много мяса обычных животных, сваренное и озарённое на усиление Линии Тела. Но мясо животных, которые родились с озарениями – редкость, которую воинские рода скупали заранее.

Здесь же хранились кристаллы яркого озарения «Колодец Молний». Эти кристаллы – краеугольный камень нашего восстания.

Наёмники гнезда «Ночные Шорохи» с большим трудом выкрали кристаллы из сокровищницы дворца рода Те-Танга, тружеников Нутра. Чтобы скрыть истинного заказчика кражи, «Ночные Шорохи» пустили по рынку слух, что их наняли некие неназванные целители. Это направит небесных следователей на ложный след: Те-Танга как раз начали вражду с целителями рода Саран из-за места в Совете Правителей, дело шло к родовой войне, поэтому кража идеально подходила на удар по противнику.