Текст книги "Путь возмездия"

Автор книги: Максим Лагно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 24 страниц)

– Если бы ты предупреждал меня всякий раз, когда я совершал глупость, меня бы тут не было.

– Самиран, я отношусь к тебе не так, как к остальным носогордым. Ты – демон, и не такой, как они. Только это уберегает тебя от обращения, какого заслуживают все пленные летучие угнетатели. Но если ты продолжишь вести себя, как носогордые, то это отношение прекратится.

Ладно, хватит дразнить человека, во власти которого я находился.

Я смиренно сказал:

– Уважаемый Разумеющий Диаба. Я не понимаю, что я сделал такого, что ты вдруг стал ко мне подозрителен?

Диаба надолго замолчал, и, как он считал, вперил в меня изучающий взгляд. Тем временем очаг разгорелся, а грязный колдун, устав махать «Порывом Колючего Ветра», начал сгребать бесполезные щепки в угол комнаты.

– Сегодня ночью на производстве коричневого дыма произошло ужасное событие, – сказал Диаба. – Был убит руководитель работ.

– Теперь некому делать коричневый дым?

Диаба отмахнулся:

– Не говори глупостей, у нас полно умельцев, которых научила сама Чуари. Но убитый был одним из первых вождей, из тех, кто вместе с Чуари освобождал Отшиб. Ты уже читал об этом великом деянии?

– Да, как раз остановился на том, как…

– Гибель вождя – ужасная потеря для Свободной Вершины. Эта потеря не помешает нам победить летучих угнетателей, но наполняет наши сердца печалью.

Я не стал притворяться, что опечален. А вот радость скрывать надо. Неужели это Эхна? Отъелась на моих харчах, восстановила силы и сразу принялась за дело! Молодец. Настоящий точечный удар! А ведь эти болваны были уверены в своей безопасности! Вожди отгородились от остальных жителей Отшиба в укреплённых дворцах с многочисленной охраной. Как я понял, их охраняли предатели из рода Ситт. Вдвойне молодец, Эхночка, раз перехитрила предателей! Обещаю, принесу тебе ещё сто килограммов мяса, если продолжишь в таком же духе.

– Почему ты молчишь, Самиран?

– Но я четыре дня не выходил из дома. Читал свитки.

– Говоришь, не выходил, а сам только что вернулся с улицы.

– Я выхожу только по большому и малому делу.

Грязный колдун, тяжело дышавший после работы с «Порывом Ветра», встрял в разговор, сказав на дивианском:

– Странный ты носогордый, зачем морозить задницу, когда у тебя есть тёплая комната с удобным седалищем? Ещё и ароматная вода для подмывания…

– Тебе, грязь, не понять высших людей.

Диаба махнул колдуну, чтобы не лез в беседу.

– Самиран, я не утверждаю, что ты убил. Да ты и не смог бы, ибо вождя сначала подло ударили «Подавлением Света», а потом размозжили голову мочи-кой.

– Разве Реоа не оживила? Она умеет собирать мозги мёртвых людей. Тем более что с вашим вождём не было бы много работы…

Диаба резко сменил тему беседы. Показав на обеденное покрывало, спросил:

– Ты поел?

– Вовсе нет.

– Но куда делась еда?

– Ах, точно, поел. Голос напомнил вот…

– Тогда одевайся, пойдёшь со мной.

– Могу ли спросить куда?

– Заслуживать ещё большего доверия.

✦ ✦ ✦

Летели мы недолго.

Я думал, что Диаба снова будет расспрашивать меня о свитках Чуари, но он даже не намекнул на это. Я расценил его безразличие, как подтверждение, что последователи Чуари давно отошли от её учения. Её труды стали набором заявлений, что-то вроде гимна или молитвы.

Вместо этого Диаба сказал:

– Накопление сырья для выращивания органов почти завершилось. Через несколько дней, Самиран, ты снова начнёшь трудиться во славу Свободной Вершины.

– Жду, не дождусь.

Диаба усмехнулся:

– Мы тоже, мы тоже.

Когда акраб остановился, Диаба достал из сундука противогаз с круглым стеклом на лицевой части. Он лично помог мне надеть его, а щели между лицом и тканью, замазал чем-то тёплым, вроде смолы. На Диабу противогаз надели выучки.

Слюдяное окошко противогаза было толстым и мутным, смотреть сквозь него – это как смотреть сквозь запотевшую бутылку пива. Мне пришлось вытянуть руки и шагать к выходу на ощупь, чтобы не врезаться в стену или ворота. Дышать в нём тяжело, ну и вонял он гнилыми шкурами и ещё каким-то дерьмом, как положено вещам, созданным в Свободной Вершине.

Я уже догадался, что Диаба привёз меня в ту часть Отшиба, где располагалось производство коричневого дыма. И даже догадался – зачем: Диаба решил показать, что звание лица, частично заслуживающего доверия – это не просто слова.

Однажды я видел завод коричневого дыма издалека. Узнал лишь, что он представлял собой не отдельное здание, а занимал значительный сектор Второго Кольца, полностью накрытый крышей от стены до стены. Крыша сделана из камня, дерева, гранитных и металлических плит, покрывавших когда-то полы и стены во дворцах жителей Отшиба, кое-где была насыпана из земли, словом собрана из всего, до чего дотянулись руки строителей.

Крыша, или скорее – саркофаг, накрывала производство, чтобы отрава не расползлась по Отшибу и не убила самих борцов с летучими угнетателями.

И у меня, естественно, сразу возникла мысль: надо вооружить всех стрельцов летучей кавалерии Цветками Деррида и направить их на завод – один залп из сотни дерридов разнесёт цеха и склады. Одним налётом мы убьём половину врагов, причём их же оружием – отравой! Даже если не убьём, то лишим запасов химического оружия. Надо донести эту мысль до Эхны и Реоа, чтобы они передали её первому старшему воинства.

Акраб завис над крышей возле большого деревянного люка. Задыхаясь от вони противогаза, я кое-как спустился по сходням. Когда Диаба поднял люк: вход на завод перекрывала дрожащая на ветру «Стена Воздуха». Хм, всё-таки защита тут посильнее, чем просто крыша из земли и палок. И защита явно тянулась намного дальше, чем только над дырой люка. Неужели, стены окутывали всю крышу? Это сколько кристаллов или грязных колдунов необходимо, чтобы постоянно держать «Стены Воздуха» вокруг всего завода? Или же эти стены создаются каким-то иным способом, через гнезда с кристаллами? Скорее всего, так. Значит, нужно будет в два раза больше дерридов, чтобы пробить их. Как вариант, можно отправить разведчиков, чтобы они сначала нейтрализовали стены, как я сделал в Лесной Крепости. А потом уже устроить налёт.

Я развеселился: зря, зря Диаба привёл меня сюда!

Диаба махнул рукой кому-то по ту сторону люка и через минуту «Стена Воздуха» раздвинулась. Мы спустились внутрь, оказавшись в коридоре, почти полностью заполненным глиняными и бронзовыми трубами. Покрытые коричневой пылью, они тянулись во все стороны, кое-где сплетаясь в паутину. Из-за стены доносились шипящие звуки.

Несколько минут мы шагали по коридору, перепрыгивая через лужи воды и горы коричневой грязи. Коридор закончился комнатой, заставленной десятиметровыми чанами из небесного стекла. Трубы подсоединялись к ним снизу и сверху, перегоняя вязкие жидкости землистых оттенков. Всё это булькало, лилось и струилось. И, наверняка, источало резкие химические запахи, но вонь гнилой кожи в противогазе перебивала даже их.

Однажды, ещё в Дивии, в составе собрания изучающих, я посетил надел одного славного рода сословия Созидающих Пищу. Имя их забыл, а Голос уже не напомнит. Главным их занятием было производство ароматной воды. Именно тогда я узнал, что ароматную воду нельзя получить, просто набросав в кувшин листьев или цветков ароматной ман-ги. То есть можно, но это будет так называемая ароматная вода для бедных. Настоящая ароматная вода, которую пили прирождённые жители (и в которой купались богачи), получалась в результате длительного и многоступенчатого процесса, когда воду и ман-гу смешивали в пузырях из небесного озарённого стекла длительной закалки. Но не только стекло придавало ароматной воде волшебные свойства, но так же ман-га, заранее выращенная под наблюдением озарённого мастера из сословия Созидающих Пищу. Да и сама вода, вероятно, подвергалась какой-то дистилляции и манипуляции с озарениями, но об этом производитель не рассказывал, так как производство лучшей в Дивии ароматной воды – коммерческая тайна, типа рецепта Кока-Колы.

Так вот, производство коричневого дыма напомнило производство ароматной воды. То есть, Чуари не изобрела технологический процесс с нуля, но адаптировала наработки дивианцев.

Тут у меня родилась новая догадка. Показав на стеклянный чан, я прокричал сквозь противогаз:

– Соль Матушкиной крови тоже здесь делают?

Диаба закивал, пробубнив:

– Морскую воду обрабатывают «Внушением Разумным».

Кажется, я впервые слышал о таком озарении. Скорее всего – что-то запретное в Дивии. Или скрытое озарение какого-нибудь сословия.

– Готовую воду доставляют в подводные храмы на летающих башнях? – спросил я и пожалел – ведь мне не положено знать, что башни способны передвигаться под водой!

Но Диаба не отреагировал на мой вопрос. Надеюсь – не услышал.

Некоторые производственные цеха были безлюдными, в других наоборот толпились десятки людей. Все в противогазах и с ног до головы закутаны в тряпки, словно рабы Дивии. Эти работники завода качали насосами воду или возили на тележках пустые чаны.

Наблюдая за их действиями, я даже не пытался разобраться, как выстроено производство. Всё-таки Чуари создавала его годами, а хитроумные инженерные решения – явно не моего ума дело. Разве что принять «Ясность Мышления»… К сожалению, все гениальные догадки рассеивались вместе с озарением.

Я отметил, в какую часть завода рабочие увозили телеги с готовой продукцией. Если авиаудар будет осуществлён, то по складам нужно бить в первую очередь.

Диаба водил меня по всем цехам и не мешал, когда я останавливался и разглядывал какое-нибудь переплетение труб, покрытое дымящимся налётом чего-то явно токсичного. Не мешал он мне смотреть, как рабочие кидали в громадный бронзовый чан спрессованные вязанки какого-то сухого растения – один из ингредиентов коричневого дыма.

На самом деле я смотрел на рабочих, пытаясь узнать Резкого Когтя, ведь Реоа упоминала, что он работал на этом заводе. Но люди в противогазах выглядели одинаково.

Среди рабочих не было Глашатаев Просвещения, которые дудели бы в свои раковины и рассказывали, что нужно работать ещё резвее, дабы освободить Дивию и приблизить наступление всеобщей справедливости. Быть может, глашатаев не было из-за того, что трубить в противогазе не очень удобно? Но скорее всего, завод химического оружия – это гиблое место. Зная Диабу, воспитанного большевиком, можно догадаться, что сюда ссылали самых бесполезных пленников или провинившихся граждан Свободной Вершины. Текучка кадров здесь была огромной – люди умирали, производя отраву для высших людей.

Наконец, я перестал делать вид, что мне интересно и прокричал:

– Мы ещё тут долго будем?

Диаба засмеялся и повёл меня к выходу.

✦ ✦ ✦

Мы вернулись в акраб – неожиданная экскурсия доверия ещё не завершилась.

Хотя окна в акрабе забраны глухими ставнями, я без труда определил, что мы сначала полетели вдоль левой части Второго Кольца, вероятно, облетая фабрику, затем перевалили стену Кольца и снова полетели вдоль него, пока не остановились в секторе Третьего Кольца, противоположном фабрике.

Диаба пригласил меня на выход. На этот раз он надел чёрную маску, по которой, как я выяснил, жители Свободной Вершине узнавали в нём Владыку, то есть – главного вождя Свободной Вершины.

Акраб висел в той части Третьего Кольца, где располагался бывший храм Двенадцати Тысяч Создателей, ныне превращённый в храм Морской Матушки. Правда, храм был далеко. Покрытое наледью изваяние Морской Матушки таяло в морозном и солнечном мареве.

В отличие от дорог Четвёртого Кольца, здесь улица расчищена от снега. Вдалеке, где она делала закругляющийся поворот, виднелась цепочка жителей Свободной Вершины: одетые в тулупы и меховые шапки, они сгребали снег с помощью квадратных лопат. Среди них суетился грязный колдун, одетый в кожаные доспехи. Он свистел «Стеной Воздуха», пытаясь сгрести снег и одновременно выстроить небольшой лабиринт, как это делали высшие люди. Но поставить больше трёх стен у него не получалось: перегородки воздуха рушились, раскидывая сугробы, только что собранные людьми с лопатами. Не обращая внимания на их недовольство, грязный колдун продолжал упражняться, выстраивая убогие дрожащие стены, какие в Доме Опыта делали младшие ученики на первом уроке.

Проследив за моим взглядом, Диаба сказал:

– «Ледяные Копья» мы тоже не умели кидать. А теперь делаем это не хуже небесных воинов.

Я согласно закивал, внутренне посмеиваясь. В Дивии воины возраста этого колдуна выстраивали из «Стен Воздуха» сложнейшие кольцевые лабиринты, которые держались долгое время, позволяя гонять по ним перепуганных низких воинов, сжигая их «Огненными Смерчами» или затаптывая табунами призрачных буйволов. Тщетные попытки грязного колдуна – доказательство, что настоящие знания передавались не через скрижали, тем более их слепки, а через личный опыт учителя. Ведь даже я видел ошибки самоучки, хотя почти не применял это озарение.

Целью нашего посещения оказался дом с двускатной крышей. Окна прямоугольные, расположенные ровными рядами, все закрыты мутными стёклами из того же материала, из какого делали окошки в противогазах. Своими прямыми, какими-то примитивными линиями дом напоминал постройку из времён Дениса Лаврова, а не здание из волшебных материалов на летающем острове. Даже прямоугольные дома Ач-Чи выглядели более красиво.

Перед домиком чисто убранная площадь с шестом, на котором висел замёрзший флаг. На чердачной части здания приделан большой деревянный иероглиф: «ЗДАНИЕ», в отличие от иероглифа «ДОМ», он имел более общее значение, применимое к любой постройке, даже не предназначенной для жилья. Под ним двойной иероглиф слова «ОБУЧЕНИЕ». Помня правила дивианской грамматики, это можно перевести как «Обучаться и обучаться».

– Это ваш Дом Опыта? – догадался я.

– Читай правильно. Это – Здание Обучения.

– Ясненько. Ведь вы ни в чём не можете быть похожими на летучих угнетателей?

Мы прошли в толстую деревянную дверь на верёвочных петлях. За дверью оказалась прихожая, заваленная тулупами и валенками. Следующая дверь была раздвижной, плотно закрытой. Когда Диаба отодвинул её, на меня пахнуло тёплым и несколько зловонным воздухом.

✦ ✦ ✦

Внутри Здание Обучения оказался одной большой и длинной комнатой, уставленной рядами деревянных парт со скамейками. Солнечный свет пробивался сквозь мутные окна, смешиваясь со светом синих фонарей, развешанных под потолком. В центре стояла большая печка, выложенная из камня. Над нею возвышался булькающий кипятком котёл, от которого расходились железные трубы, охватывающие все стены и потолок – паровое отопление.

За партами сидели дети, лет семи, вперемешку с юношами и девушками повзрослее. Все заняты делом. Одни рисовали мелом на чёрных дощечках дивианские иероглифы. Другие, расставив локти на парте, что-то резали из дерева. Судя по тому, как резцы шли точно вдоль брусков, применяли «Отталкивание Вещества». Кто-то, скрючившись, сшивал куски вонючей кожи, пытаясь сделать шубу.

В передней части помещения висела чёрная доска, занимавшая всю стену. Перед ней стояли несколько детей лет двенадцати и хором читали фразу, написанную дивианскими иероглифами:

КТО УКРАЛ СПРАВЕДЛИВОСТЬ?

ЛЕТУЧИЕ УГНЕТАТЕЛИ УКРАЛИ СПРАВЕДЛИВОСТЬ.

БОРИСЬ С ЛЕТУЧИМИ УГНЕТАТЕЛЯМИ РАДИ СПРАВЕДЛИВОСТИ.

ОСВОБОДИ ДИВИЮ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ СПРАВЕДЛИВОСТЬ ЛЮДЯМ МИРА.

Каждый последующий столбик фразы длиннее предыдущего, что создавало возрастающую сложность для чтения. Подобное я видел в домах дивианцев, у которых были маленькие дети, обучавшиеся чтению. Только у них были сразу страницы скрижали, а не отдельные предложения.

Надо признать, что чтение низким детям вполне удавалось. Я различал голоса, звучащие почти без акцента и ошибок. Их речь намного лучше, чем у царей низа, которых учили языку высших людей непосредственно в Дивии.

Учителей на всю эту ораву было пятеро. Они расхаживали по классу, одетые в чистые, подбитые белым мехом халаты. На боку у каждого висела украшенная бронзовыми накладками раковина – Глашатаи Просвещения, как оказалось, не только вели агитаторскую работу, но и учили детей.

Время от времени то один, то другой учитель подносил к губам раковину и гудящим голосом поправлял учеников, читавших фразу с доски, или учеников, вырезавших что-то из дерева.

Я догадывался, что мы пришли в Здание Обучения не для того, чтобы смотреть на учёбу прирождённых жителей Свободной Вершины. Тем не менее, Диаба похвастался:

– Вот какие у нас порядки – образование доступно всем и каждому. Как скоро будут доступны озарения.

Мне хотелось спросить: «А на каком основании одних детей учили боевым озарениям, а других заставили строгать дощечки и шить шубы?» Но не стал. Диаба упорно не соглашался, что Свободная Вершина шла по той же колее, что и Дивия – чем больше рождалось жителей с озарениями, тем сильнее общество расслаивалось на сословия предназначений.

Увидев Диабу, один учитель задудел в ракушку:

– Всем встать! Владыка пришёл!

Побросав все дела, ученики вытянулись в полный рост и замерли. Только один мальчик, крохотный, чуть ли не пяти лет, продолжал самозабвенно читать:

– Борис с лутучими ух-не-татилями…

После повторного окрика учителя, мальчик замолчал и со страхом уставился на Диабу.

Стало слышно, как булькал котёл парового отопления и шумно гнал кипяток по трубам.

✦ ✦ ✦

Учителя-глашатаи подошли к нам. Подобострастно поклонились Диабе и тоже вытянулись, словно солдаты на параде.

– А где нюхачи? – спросил Диаба.

Ответил учитель, у которого накладки на раковине не бронзовые, а золотые, что было признаком его старшинства.

– Владыка, я вынужден был увести их в другую комнату.

– Почему? – строго спросил Диаба. – Нюхачи – это люди, угнетённые и Небом, и Землёй, и Водой. Морская Матушка завещала заботиться о них и обращаться как с равными братьями и сёстрами.

– Клянусь, Владыка, мы обращались с этими… с братьями. Но самцы стаи достигли возраста спаривания и снова пытались покрыть наших девочек. А один навалил кучу дерьма и стал кидаться ею.

– Вероятно, ему не понравилось ваше презрительное отношение к нему и его сородичам, – так же строго сказал Диаба. – Вы должны воспитывать их, а не угнетать. Небось, ещё и оскорбил их, используя «Внушение Неразумным»?

Учитель опустил голову и покаялся:

– Оскорбил… Но иначе, Владыка, они всех говном обкидали бы.

– Отведи к ним.

Учитель провёл нас в небольшую комнату, соседнюю с классом. В ней было холоднее и темнее, свет проходил через единственное мутное окно. На полу у окна сидели и лежали пять-семь существ, показавшиеся мне медведями. Но двигались совершенно как люди.

При нашем появлении одно из этих существ вскочило и замерло на полусогнутых ногах. Задрав голову, принюхалось, шумно сопя.

У него была морщинистая обезьянья морда, но длинный и толстый нос с широкими, подвижными ноздрями. Кончик носа влажный, как у собаки, постоянно шевелился, а узкий лоб с широкими надбровными дугами морщился при каждом вдохе. Лицо, кроме зоны носа и рта, покрыто шерстью, переходящей в неожиданно опрятную бороду и усы. Волосы на голове опять же как-то неожиданно щеголевато расчёсаны на пробор и прилизаны.

Роста он ниже меня, но намного шире в плечах. Ноги короткие, кривые и весьма мускулистые. Всё тело покрыто блестящей и прямой шерстью, намного более густой, чем волосяной покров у самых волосатых представителей лесного народа. Было понятно, что эти существа привыкли обходиться без одежды, тем не менее, все одеты в туники, пошитые по вполне современной для Дивии моде. Правда сидела эта одежда на их телах слишком плотно, облегая как борцовское трико.

При нашем появлении встрепенулся только один нюхач, вероятно, вожак стаи. Остальные хмуро посмотрели на нас, повели носами, как кошки и отвернулись. Вожак оскалился и сделал резкое движение в сторону учителя. Тот отскочил, бормоча:

– Воспитываешь их, кормишь их, одежду им даёшь, а они рычат и говном кидаются.

Диаба строго ответил ему:

– Значит, плохо воспитывал, мало кормил, а одежду выдал тесную.

– Да как с них мерку снять, когда они не дают прикоснуться к себе? Прямо как высшие люди.

– Врёшь, – ответил Диаба. – Просто ты и твои дружки, портные, на ткани решили выгадать. Крохоборы.

Хотя в Свободной Вершине все были равны, но спорить с вождями никто не осмеливался. Учитель поклонился и признал:

– Твоя правда, Владыка. Впредь буду лучше стараться.

Подобрав полы халата и придерживая ракушку-громкоговоритель, учитель отошёл к двери.

– Сколько нюхача не корми, он всё в лес смотрит, да? – ехидно спросил я. Но учитель не понял смысла сказанного и повернулся ко мне спиной.

Перестав ворчать на учителя, вожак подошёл к Диабе на полусогнутых ногах и низко склонил расчёсанную на пробор голову. При этом выгнул шею, чтобы не упускать из поля зрения лицо Диабы. Так некоторые громадные, но добродушные псы подставляют голову, чтобы им чесали промеж глаз.

Из-за туники не видно, есть ли у диких нюхачей хвост, но если был, то он им сейчас покорно вилял.

– Нужно искать, – сказал Диаба на дивианском.

Вожак раздул рот, как делают обезьяны, обнажив крепкие жёлтые зубы, и сказал лающим голосом:

– Служить.

Я не верил своим ушам – дикий нюхач, хотя и с сильными искажениями, ответил на дивианском!

Низкие ублюдки обучили языку высших людей неандертальцев, которые должны были давно исчезнуть как вид, проиграв гомо сапиенсам в борьбе за существование.

Вожак ударил себя в мохнатую грудь и повторил:

– Служить. Хорошо. Еда. Тепло.

Мне даже сложно подобрать слова, чтобы описать кощунственность происходящего.

Врождённый язык высших людей – одна из базовых ценностей Дивии. Даже прямо скажу – духовная скрепа. На нём дивианцы общались с Сердцем Дивии. Рабов учили минимуму слов, необходимых для обслуживания хозяев. Низких царей и вельмож учили чуть лучше, но тоже ограниченно, не позволяя им знать слова и иероглифы озарений, линий и всего остального, что связано с Путём Двенадцати Тысяч Граней и устройством Дивии.

– За мной, – так же кратко приказал Диаба.

Вожак нюхачей издал лающий звук. Все члены стаи поднялись на ноги, треща тесными туниками, и потянулись за вожаком, который шагал рядом с Диабой.

Глава 22

Бесстрашные пленники и падший ублюдок

На улице были всё те же мороз и солнце. Дикие нюхачи, радостно урча, повалились в сугробы и начали кататься в снегу.

Диаба направился в сторону храма Морской Матушки. Спрашивать, куда и зачем мы идём – бесполезно. Как и все властные люди, он не пояснял своих намерений своим пленникам.

Навалявшись, дикие нюхачи пометили территорию, оставив в снегу жёлтые дыры, и бросились за нами. Вожак, приглаживая растрёпанную причёску, чинно зашагал рядом с Диабой, остальные держались позади.

У дверей храма было оживление. Сразу три летающих башни приземлились рядом, отворили ворота и выбросили сходни.

Многочисленный отряд выучек выстроился шеренгой перед входом в одну из башен. Вдоль шеренги ходил вождь в чёрной маске и меховом халате, что-то объясняя. До нас долетели обрывки слов на ач-чийском.

Диаба ускорил шаг и вдруг глухо закричал сквозь маску:

– Говори на дивианском, болван!

Вождь с заметным акцентом ответил:

– Так ведь не все понимают, Владыка. Я не виноват, что некоторые вышли из Здания Обучения, так и не выучив язык Дивии!

– Ты – вождь выучек. Ты должен не только отдавать им приказы, но и продолжать учить их, как отец родной. А если кто-то не понимает, лишай звания выучки и отправляй на дополнительное обучение.

– Да, Владыка, – поклонился вождь.

Диаба раздражённо продолжил:

– Сколько раз вам твердить: дивианский – это не язык летучих угнетателей, а наш язык, украденный ими.

– Да, Владыка. Но некоторые выучки забываются и переходят на языки своих царств.

Тем временем вожак диких нюхачей забеспокоился и замедлил шаг, явно не желая приближаться к скоплению людей. Даже заскулил и остановился. Его стая держалась ещё дальше, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Надо привыкать, – сказал Диаба таким тоном, с каким разваривают с собакой или ребёнком. – Вы равные нам люди.

– Страх. – Ответил вожак.

– Страх – не надо. Я – защита. – Диаба перешёл на его стиль общения.

– Я. Один. Они. Там. – Ответил наконец вождь и показал на своих сородичей.

Диаба положил руку на плечо дикарю, и они медленно зашагали вперёд.

Обернувшись, Диаба пояснил мне:

– В некоторых низких царствах диких нюхачей истребляют, вот они и боятся вооружённых людей.

Я пожал плечами, показывая, насколько мне безразлична судьба каких-то там нюхачей.

– Ты разве не прочитал о том, как Чуари жила среди их племени? Как она изучила их повадки и способы общения? Это было весьма поучительным для неё опытом в постижении некоторых тайн прошлого.

– Не читал.

И мысленно добавил: «И навряд ли буду, так как проматываю подобные свитки на фиг».

От толпы выучек и колдунов отделилась фигура, не похожая ни на выучек, одетых в громоздкие доспехи, ни на колдунов, носивших толстые халаты, и направилась навстречу Диабе.

Вожак остановился и подозрительно заурчал. Я присмотрелся и тоже захотел заурчать. Фигура была вся в чёрном и обтягивающем. На лице – маска без глаз и рта, переходящая в гладкий шлем.

Когда Акана Ситт – а это была, несомненно, она – подошла к нам, я обратился к дикому нюхачу:

– Я слышал, что ты и твои сородичи любите кидаться дерьмом? Не могли бы вы забросать её?

Дикий нюхач, конечно, не понял ни слова, а только разгладил пробор на голове и… застенчиво спрятался за Диабу.

А тот простёр к Акане руку и сказал:

– Нюхачи помогут тебе выследить убийцу вождя.

– Не нужна мне помощь от такой грязи! – вскричала она.

– Это не предложение, а приказ.

– Я сказала, что найду убийцу, значит – найду. И никакие грязееды мне не нужны для этого!

– Ты не уберегла вождя! – Диаба повысил голос. – Его убили прямо на улице Свободной Вершины, когда он шёл из своей купальни в храм Морской Матушки.

– Я не думала, что такое возможно. Это было неожиданно.

– Остальные вожди теперь боятся выйти на улицу… То есть, переживают, что не смогут работать во славу Свободной Вершины с прежней самоотдачей.

– Его убийца – высший, – сказала Акана. – Скорее всего, кто-то из тех, кого вы упустили живым из подводного храма. И если бы вы не сожрали мёртвых из отряда Самирана, я бы могла сказать, кто именно.

– Да какое нам дело, кто это? Кем бы он ни был, хотя бы самим Гуро Каалманом, явившимся к нам из своих пророческих снов, он не должен быть здесь!

– Необходимо проводить досмотр башен, прилетевших из далёких земель.

– Мы обыскиваем все башни после посадки.

– Значит, плохо обыскиваете. Я же предупреждала, что искатели Дивии могут пробраться и спрятаться на ваших башнях, обойдя любые меры защиты.

Акана отвечала Диабе с покорностью, но что-то в её тоне заставило меня усомниться в её искренности.

Диаба похлопал вожака диких нюхачей по голове и сказал:

– Служить. Искать?

Вожак стукнул себя в грудь, подтвердив получение задания.

Диаба показал на Акану:

– Искать. Вместе. Она.

Вожак неуверенно зарычал на неё.

– Надо. Иди за ней. Служить.

Постоянно приглаживая волосы, вожак нехотя подошёл к Акане и принюхался к ней. Она брезгливо содрогнулась.

Вожак повернулся к стае и обратился к ним с речью, состоявшей из лающих и завывающих звуков. Стая ответила ворчанием.

Вожак снова стукнул себя в грудь. И перешёл к Акане. Его мимика весьма красноречиво показала, что он готов идти за ней, но делает это без уважения.

Бормоча дивианские ругательства, Акана зашагала по дороге, за нею – вожак, за ним – стая неандертальцев, одетых в обтягивающие туники. Словно команда по греко-римской борьбе, шла за странно одетым тренером.

✦ ✦ ✦

Ещё во время службы в отряде Маджи я слышал о диких нюхачах – племени существ, похожих на людей, но живущих как звери. Низкие использовали острый нюх этих гоминидов, чтобы вычислять высших невидимок.

Считалось, что выдрессированный нюхач чуял и определял местоположение невидимки в радиусе до тысячи шагов. Нюхачи доставляли некоторые хлопоты разведчикам, но и они разрабатывали какие-то хитрости для скрытия запаха. До сих пор живо помню тот солнечный день в зарослях на пустыре, когда Илиин учил меня и Хаки прятать от нюхачей нечистоты.

Во время разбора битвы за Портовый Город я слышал, что во дворце царя обнаружили стаю нюхачей, одетых в лохмотья женской одежды. Судя по всему, гоминидов, замаскированных под женщин, водили по городу или дворцу, и когда те реагировали на невидимого разведчика, помечали его и отслеживали. После этого стало немного понятнее, каким образом сиабхи обманули нашу разведку – для них невидимки не были невидимками.

Непосредственно в сражениях дикие нюхачи не замечены. Оно и понятно – они боялись скоплений людей, а от грохота озарений, наверное, метались как кошки во время новогодних фейерверков.

Я сильно испугался за Эхну. Она перехитрила Акану Ситт, которая не подозревала о её присутствии в Свободной Вершине. Но как перехитрить диких нюхачей? Надо предупредить её, пока неандертальцы не напали на след. Кажется, убийство вождя было глупым поступком…

– Мне надоело, – сказал я Диабе. – Можно, я вернусь домой?

– Нет.

– Но я не понимаю, зачем ты показал мне производство коричневого дыма, Здание Обучения, дикие нюхачи… Каким образом эти достопримечательности повысят твоё доверие ко мне?

– Пошли в храм, – приказал Диаба.

– Опять будешь отбирать и давать озарения? – догадался я.

– Не сегодня.

Пришлось подчиниться и идти за Диабой. Выучки и грязные колдуны почтительно расступались, уступая ему дорогу.

Поставив ладонь козырьком над глазами, я посмотрел на статую Морской Матушки.

Когда я в первый раз её увидел, то не придал большого значения. Ну, богиня и богиня, мало ли что там низкие себе понапридумывали. Но после чтения мемуаров Чуари хотелось внимательнее её изучить. Особенно я хотел рассмотреть её лицо, но Статуя Морской Матушки на крыше была такой большой и стояла под таким ракурсом, что я смог увидеть только нижнюю часть её грудей.

Культ Морской Матушки не вязался с тем, что Чуари постоянно ругала священников и религию. Можно было бы понять, если бы в богини её записали после смерти, но Чуари стала Морской Матушкой при жизни. Обожествление, кажется, было её инициативой, направленной на быстрое переманивание царей низких царств на свою сторону.

Внутри храм Морской Матушки был таким же, как в последнее посещение. Под потолком висели всё те же лозунги. Только от воды в пруду поднимался пар, окутывая ракушку, отчего обстановка немного напомнила купальню.

Было очень жарко, но я не стал снимать свои шубы, так как это был слишком долгий процесс. Диаба тоже не разделся. Только сбросил обувь и заставил меня разуться.

Потом повёл меня к берегу пруда, где стояло пятеро голых людей, четверо мужчин и одна женщина. Руки они отчего-то прятали за спину. Окружив их полукольцом, стояли выучки в доспехах и вооружённые копьями. Несколько грязных колдунов, держа наготове «Ледяные Копья», ходили туда-сюда. Когда у одного из них копьё вырабатывало срок жизни и таяло с ледяным звоном, он тут же создавал новое.