Текст книги "Сиротский дом в трущобах (СИ)"

Автор книги: Максим Пачесюк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 6

Пригрозив одному из вражеских бойцов физической расправой, я заставил его отправиться за Пижоном. Сам шел сбоку, готовый отразить атаку либо попытку ликвидировать ценного пленника, но смельчаков не нашлось. Хищный блеск летающего кристаллического клинка сделал пленника удивительно доходчивым и послушным. Поэтому я потянулся волей к остальным лезвиям браслета – вернул пару, убившую пулеметчика, и подергал камень, застрявший в ключице одного из стрелков. Ответом мне был стон сквозь зубы.

– Время почти вышло, уважаемые! – сказал я и сильнее дернул застрявший клинок.

– Сдаюсь! – заорал раненый и выбросил через окно дробовик. Из соседнего окна вылетело еще одно ружье, к нему присоединился ствол из дома напротив.

– Спускайтесь! – приказал я, не представляя, что мне делать и с бандитами. Для пущего устрашения в окна, из которых никто не отозвался, я послал по клинку – просто попугать. В паре просветов, к слову, уже исчезли блики стихий, а значит, стрелки удрали, что меня полностью устраивало.

Первый пленник под моим присмотром обобрал бледного пижона на предмет амулетов, перетянул ему руку и ногу, чтобы от кровопотери не загнулся, и усадил бандита на заднее сидение моего Купера. Я всадил пижону в лоб еще одно «окаменение» чтобы не дергался, в результате бедняга в результате стал похож на мраморную статую – еще немного, и окочурится. Слава Богу, до остальных стрелков дошло, что нужно бежать, и они это сделали. Вниз спустился только раненый. Его и «первого» я отправил в кузов грузовика.

– Мистер Спарроу, – позвал я Кастета. Парень сначала даже не понял, что это к нему обращаются, только моргнул удивленно, а я подмигнул. Назвал его так, чтобы подчеркнуть разницу между ним и бандитами: пускай и молодой парень, но джентльмен. То, что у него автомат, они и сами видели. – Прошу вас доставить данное транспортное средство в Бреморский квартал. Я сразу за вами. Прослежу, чтобы господа бандиты по дороге не потерялись. – Уже вблизи я шепнул парню: – Гнать будешь – меня не потеряй, а то с тебя станется.

Я вожу совсем неплохо, но Кастет живет автомобилями: знает наизусть технические характеристики всей четырехколесной техники, что производится в стране, и половину заграничной, а водит, как Бог. Истинный талант в своем самом ярком проявлении, и ведь ни капли магии в человеке!

Клинт посмотрел на грузовик, улыбнулся и покачал головой.

– Не на этом старичке, – сказал он.

Через десять минут мы были на месте, то есть, у черного хода Бреморского дома. Мои пленники не рискнули выскакивать из кузова на ходу, вернее один не рискнул, а второй, с кристаллическим клинком в ключице, едва концы не отдал от тряски. Кастет побежал за доктором, но привел гораздо больше народу: Питера, Берка и Дональда с отцом. МакЛалы откладывать не стали, устроили допрос, пока я вытаскивал клинок из раненого. Доктор быстро обработал его рану антисептиком и зельями. Больших надежд на пленных стрелков я не возлагал, но раз сдались, не отпускать же. Когда охрана уволокла их в подвал, мы с Дональдом занялись Пижоном. Пока ехали, он действительно окаменел. Руки-ноги-спину заклинило в позе сидящего человека, и только злобно вращающиеся глазенки не давали принять его за окоченевший труп, а то уже и мышцы на ощупь были холодноваты. Мы немного повертели его, но так и не поняли, как достать из машины. Можно было «жидким камнем» приложить, вот только не был я уверен, что это его не доконает. Заклинания только по названиям являлись противоположными, на самом деле у них абсолютно разные принципы действия. Прогнозировать действие «жидкого» на организм человека я не берусь: может – поможет, а может – растворит кости и убьет, чего не хотелось бы. Помогло «разрушение эфирных сущностей», которое я на месте переписал и запитал магией земли. Пленник после него застонал и обмяк без сил, но доктор заверил, что через полчаса парень будет в норме и сможет говорить. Дональд был доволен, а Берк – озадачен.

– Слушай, дядя, – оттащил он меня в сторонку. – То, что ты Дональду рассказывал… – Берк смутился, не договорил, но я его понял.

– Чистая правда, никаких преувеличений.

– Ты не подумай, что я…

– Перестань, я понимаю. Когда ты уезжал, я едва с пистолетом и одним перстнем управлялся. Далеко не тот уровень, что я продемонстрировал сегодня. Тебя долго не было дома, племянничек. Поверь, не только я тебя удивлять буду.

– Логан? – догадался Берк. – От него ждали.

– Как насчет Брайана МакЛили?

– Младшенький Криса? Лицедей?

– Теперь его Важным зовут – личный помощник главы клана.

– Чудеса, – покачал головой Берк. – Ты многое должен мне рассказать!

– Расскажет, но не сегодня! – прервал нас Дональд и демонстративно посмотрел на часы. – Мэрия скоро закроется.

– Понял, еду.

– После перестрелки? – удивился Берк.

– Именно! Завтра полгорода будет знать, что на Дункана было совершено нападение.

– Черт! Пампкин опять Сансету жаловаться будет. Вы с ним помягче, если приедет. Все, мы погнали. – Я махнул на прощание рукой.

– Стоять! – приказал безопасник и указал на левый рукав пиджака.

– Что? – не понял я, поднял руку и увидел пятна крови: темные на рукаве пиджака и алые на манжете рубашки. – Понял, спасибо.

– Подобрать тебе что-нибудь из наших запасов? – поинтересовался Альберт.

– Спасибо, я давно уже вожу запасной костюм в багажнике Купера. Кастет, поехали.

По дороге я очистил кристаллы от засохшей крови и вернул их в браслет. Слишком долго возился с амулетом и не заметил, как оказались у самой мэрии, пока Кастет не поинтересовался, к какому ходу подъехать. Я об этом и не думал, но сразу решил, что сегодняшний день сам располагает к черным ходам и задним дверям.

Из-за нехватки времени не стал менять обуви и брюки. Последние с пиджаком имели разную расцветку, так что я оставил жилетку от предыдущего костюма и не стал застегивать пиджак. Для улицы годилось, вполне прилично, но на прием у одного из двух могущественнейших людей города… Надеюсь, выгляжу как молодой человек с претензией на современную моду. Когда Финелла с Саймоном пытались обучить меня основам стиля, что-то подобное в их словах мелькало. По крайней мере, качество тканей было на уровне, и все благодаря Эйли. Если бы не перспектива свиданий, в багажнике валялась бы только рабочая форма охотника. А на будущее стоит возить с собой костюм идентичный надетому.

У черного хода нас тормознул охранник: средних лет перевертыш с цепкими оранжевыми глазами птицы. Я представился, продемонстрировал баронский перстень, не забыл упомянуть, что являюсь учеником Гарри и честно признался, что деКамп меня не ждет, но я хотел бы для начала переговорить с его секретарем.

Секретарь спустился через десять минут. За это время я мог бы и штаны сменить, но не делать же это под присмотром охраны, только авторитет уроню. Глазастый, наверное, и блоху с десяти метров в подробностях разглядит, а он от машины не отходил и бдительности не ослаблял.

Увидев на улице секретаря деКампа, я с ужасом понял, что не помню его имени, а эта братия бывает довольно злопамятной, особенно когда пробьется наверх. Стал же Чапмен лордом-главным судьей из простого секретаря. С максимально доступной для сохранения приличий скоростью я покинул Купер, обернулся к охраннику так, чтобы секретарь не видел моих губ и шепнул:

– Быстро, напомни как его зовут!

Охранник удивленно моргнул и машинально ответил:

– Юстас.

– Фамилия?

– Оутс.

Слава богу, то, что секретарь титула не имел, я помнил. Хотя держал он себя куда лучше, чем я.

– Лорд Локслин, – расплылся он в улыбке.

– Мистер Оутс, – слегка наклонил голову я.

– Чем обязаны визиту?

Я покачал головой, улыбнулся.

– Не здесь.

– Ну, конечно же! Где мои манеры! Прошу, пройдемте, лорд. – Секретарь подхватил меня за локоть и железной рукой направил в здание. Только когда мы прошли малый холл и оказались одни на лестнице, он спросил: – Что-то серьезное, лорд?

– И да, и нет. – Я остановился и посмотрел по сторонам, удостоверился, что действительно никого нет. Собственно деКамп мне сейчас не нужен, хватит и его секретаря. Тем более, что я не интриган и спросить в лоб мне будет куда проще. – Мой дядя, лорд Бремор, будет завтра в городе. Устроите нам встречу с деКампои на послезавтра?

– Могу я поинтересоваться темой разговора, лорд? – спросил он с раздражающей вежливостью.

– Дункан. Называйте меня так.

– Прошу прощения, лорд, это будет совсем неприемлемо в отношении моего патрона.

– Не понял.

– Лорд деКамп разрешил Вам обращаться к нему по имени. Назвать вас Дунканом – все равно, что его Лайонелом.

Такое хитрое сравнение мне бы в голову и не пришло. Удивил.

– Я вас понял, мистер Оутс.

– О, вы можете называть меня Юстасом.

– Мистер Оутс, вы знаете, сколько беспризорников проживает в трущобах?

– Очень странный вопрос, лорд.

– Мой водитель из трущобных беспризорников, как и его брат, мой соученик. Несколько ребят на стройке подрядились нам помогать едва ли не за еду.

Тон Юстаса стал более официальным:

– Город предоставляет крышу и еду всем детям, лишившимся родительской опеки. Увы, лорд, большинство из них росли в семьях, где не было понятия дисциплины и прививались совершенно иные ценности. Из пьяниц и воров родители получаются…

Я прервал его довольно резким жестом.

– В прошлом году я имел счастье познакомится с воспитателями одного приюта, если вы не забыли, мистер Оутс. Сам бы оттуда сбежал. Приберегите казенный тон, я не требовать пришел, а предложить. Клан Бремор хочет построить в трущобах свой сиротский дом.

Оутс замер, обдумывая перспективы такого предложения, и через полминуты вернул голосу дружелюбный тон:

– Вы спешите, лорд Локслин? Может, чаю?

Железная хватка вернулась на мой локоть и направила вверх по ступеням. Пришлось согласиться. Мы миновали приемную лорда-наместника, у которой топталась пара незнакомых джентльменов. Один из них хотел было перехватить секретаря, но тот быстро его отшил и привел меня в один из дальних кабинетов. Это была то ли комната отдыха, то ли комната ожидания. Здесь был кожаный диван, кресла, журнальный столик с пепельницей и бар в углу, книжный шкаф у стены и массивный радиоприемник у окна. Оутс быстро организовал чаю с миндальным печеньем и просил подождать. Ждать пришлось долго. Секретарь, я полагаю, испугался, что я могу сбежать и прислал знакомого слугу в качестве сторожа – того самого парня, который приглядывал за нами на приеме прошлой осенью. Пока я ждал, мне предлагали выпить чаю, перекусить, послушать радио и почитать книги из личной библиотеки деКампа. Я отказался и использовал это время для того, чтобы обновить заклинания в книге.

И только через час после официального окончания рабочего времени лорда-наместника, он сам посетил кабинет.

– Прошу прощения за задержку, Дункан. Просителей сегодня было необычайно много, даже пообедать толком не мог. Составишь мне компанию?

– Конечно, лорд, – согласился я. Разве у меня есть выбор?

– Лайонел. Мы же наедине.

А слуга у нас за мебель идет? Интересно, как быстро эта мебель может помножить меня на ноль?

– Я сегодня тоже в качестве просителя, – объяснил я.

Мы покинули гостевую комнату и зашли в кабинет напротив, где уже ждал сервированный на двоих столик. Новенький проигрыватель в углу крутил джазовую пластинку, и я невольно вспомнил Альберта Ширинга и заказ Кейт. С ним тоже надо будет разобраться, но позже.

Двое слуг разложили по тарелкам запеченное с картофелем плечо ягненка и разлили по бокалам красное вино, после чего лорд-наместник их отпустил, и мы остались одни. Пару минут работали столовыми приборами – я твердо решил говорить только после ужина – но деКамп сам начал:

– Зачем бреморцам приют?

– Не верите в благотворительность, Лайонел?

– Только когда она идет рука об руку с выгодой, Дункан, – деКамп сделал глоток вина. – В чем ваша?

Врать ему не хотелось. Совсем не мой уровень.

– Может, вы с дядей при встрече все обсудите?

– А может и не нужна мне эта встреча? – пригрозил деКамп?

Какую же часть правды ему скормить, чтобы не погореть?

– Почему город не занимается стройкой в трущобах? Теперь ведь это безопасно, – ответил я вопросом.

– На ваших строителей сколько раз нападали? – переспросил лорд-наместник, словно мы затеяли игру в вопросы без ответа. Но его вопрос давал мне возможность увести разговор немного в сторону и пройти по той грани, с которой видна не вся правда.

– Точной цифры не скажу, но все нападения были отбиты.

– Потому, что у вас сильная охрана, обеспечение и работники, которые в нее верят. Заметь, не только я медлю, герцог тоже ждет, чтобы посмотреть, что у вас получится. Но я не понимаю, при чем здесь приют.

– Дети трущоб – естественное воспроизведение бандитского поголовья.

ДеКамп глотнул вина, подумал и допил бокал.

– Занятно, но долго и немного наивно. Преступники не перестанут размножаться, если вы уберете молодняк из трущоб. Вы просто создадите вакуум, который заполнят пришлые. – ДеКамп приложился к пустому бокалу, опомнился и поставил его на место. – Не верю, Дункан. Пока существует порт, будет контрабанда, а вокруг нее – вся сопутствующая сфера услуг.

– Возможно, но не на нашей земле. Сейчас преступники позволют себе слишком много, а все, на что мы имеем право – просто щелкать их по носу за наглые выходки.

ДеКамп улыбнулся, щелкнул пальцами и откинулся на спинку стула.

– Так вот чего вы хотите на самом деле! Поставить бандитов на место. Но просто так этого сделать не можете, нужен повод. А еще о благотворительности говорил! – укоризненно покачал головой Лайонел. – Нет, Дункан, я не могу этого позволить.

– Почему?

– Да потому, что Фарнелл не Авок, у нас в десять раз больше жителей, а соответственно и преступников. Они гораздо лучше вооружены, обучены и организованы. Вы будете удивлены тем, какой отпор они могут дать.

– Лайонел, вы забыли, чем славится мой клан? Мы с вас даже денег за это не возьмем.

– Это я с вас деньги брать должен. Ваша же репутация страдает!

ДеКамп замер и совершенно неприлично выругался.

– … я не позволю устраивать в Фарнелле войны ради того, чтобы бреморцы могли реабилитироваться в глазах общественности.

– Прошу прощения. Реабилитироваться?

– После вашего провала с оборотнями.

– Какого провала? – не понял я.

– Весенняя атака на клан. О ней даже в газетах писали.

– Мы перебили тех блохастых.

– Сам факт того, что на бреморцев напали, говорит о том, что вы уже не так страшны.

Честно говоря, я был удивлен слышать такое мнение. В клане и Авоке царили другие настроения. Хотя… за Авок я не поручусь, но все равно мысль была для меня новой. Моя реакция от Лайонела не укрылась.

– Ты что, не знал об этом?

– Нет, никогда не думал о произошедшем в таком ключе.

– Подумай, потому что именно так это и выглядело.

– А как выглядят нападения преступников на клан в Фарнелле?

– Во-первых, не на клан, а на отдельных наемных рабочих; во-вторых – как добровольная каторга. Все знают, что вы заставляете их на стройке отрабатывать. Об этом даже в желтой прессе писали. У вас нет повода развязывать войну, и я не позволю его организовать.

– Повод… Как например попытка захвата племянника главы клана?

– Дункан, если это случится, будет проведено расследование, которое в кратчайшие сроки докажет связи нападавших с кланом.

– Я говорил не о фабрикации.

ДеКамп замер, и впился оценивающим взглядом в мое лицо.

– Когда?

– Несколько часов назад. Они знали, кто я: пулемет с бронебойными, десяток стволов с зачарованными пулями, амулетная защита…

– Ты не выглядишь как человек из боя.

– Запасная одежда из багажника. Поговорите с дядей, Лайонел. Мы можем сделать все красиво, либо в стиле Гарри Кувалды.

– Угрожаешь?

– Предупреждаю как друга. Вы ведь не запретите мне мстить? Это будет совсем не по-дружески.

– А до выборов ты по-дружески подождать не можешь?!

– Каких выборов?

– Моих выборов, Дункан! Осенью.

А я-то думал, чего он так упрямится.

– Стоп, они же в октябре. Полгода еще.

– А вы с бандитами за неделю разобраться хотите?

Глава 7

После встречи с лордом-наместником я был выжат, как лимон. Внешне старался сохранить бодрость, но внутренне был опустошен. Мы ничего не решили, даже согласия на встречу с Брайсом деКамп не дал, но обещал завтра позвонить. Я держал лицо, пока Кастет не вырулил на дорогу, после чего сдулся, как мыльный шарик, и растекся по сиденью.

– Еще квартал, – сказал я Клинту, – и остановись у телефона.

– Там коп торчит, – сообщил водитель.

– Пускай.

Кастет притормозил возле тротуара, я вышел и поздоровался с констеблем:

– Уважаемый, – и отгородился от него красной дверцей будки, набрал номер Эйли. Слава Богу, ответила именно она, а не Гарфилд – шибанутый братец. – Привет, малышка, сегодня встречу отменяем.

– Случилось что?

– Устал. Был на встрече с деКампом, он мне знатно мозги перетряхнул. Я сегодня не настроен на прогулки, чувствую себя куском теста.

– Так приезжай ко мне, я тебя помну…

– Что за неприличные намеки, леди? Неужели вы предлагаете мне массаж? – несколько взбодрился я.

– Массаж, а не то, что ты подумал, пошляк!

– Общественное мнение, знаете ли, не сильно различает эти понятия.

– Дункан, не беси меня! Ты приедешь или нет? – девушка поставила вопрос ребром.

С одной стороны я хотел, с другой…

– У тебя что, дома никого?

– Мама и Маркус. Отец с Гарфилдом на срочном вызове: что-то с пуделем леди Паттисон.

– Нет, – отказался я. В ослабленном ментально состоянии я быстро возбужусь, ничего не получу и буду страдать. Не так: буду СТРАДАТЬ! – Мне еще своим отчитаться надо, это может сильно затянуться, – соврал я. Ненавижу и не умею врать, но назвать истинную причину было стыдно.

– Именно поэтому ты сначала уточнил, кто из моих дома? – спросила Эйли.

Ну вот, обиделась. Я же говорил, что врать не умею.

– Прости, Козочка, ты на меня действуешь… я сегодня…

– Не мямли, говори нормально!

А вот голос на меня повышать не надо!

– Если я к тебе сегодня приеду, то мы будем заниматься тем же, что и Финелла с Саймоном!

– Это кто тебе позволит?! – с вызовом спросила Эйли.

– А я сегодня не в том настроении, чтобы спрашивать разрешение! – рявкнул я в трубку и повесил ее на место, едва не оборвав рычаг. Коза норовистая!

Констебль, который отошел на почтительное расстояние и вроде не должен был меня слышать, недовольно покосился на меня сквозь стекло будки. Я сделал извиняющийся жест, набрал Альберта МакЛала и сообщил, что скоро буду.

Разговор с Эйли меня взбодрил, но это была злая бодрость, и я бы без нее с радостью обошелся. Девчонка явно смотрит на происходящее со своей колокольни и меня не понимает. Но почему не понимает? У нее же отец ветеринар, должна же знать, что влечение природой заложено!

В машину я вернулся злым, как оборотень в полнолуние, даже Кастет говорить что-то поостерегся, но за поездку я успокоился и к разговору с отцом и сыном МакЛалами, подошел уже в чисто деловом стиле. После собирался отправиться домой, но был перехвачен Берком.

– Ты обещал мне знакомство с городом, дорогой дядя, – сказал великовозрастный племянничек.

– Не сегодня, Берк, я с ног валюсь. Даже свидание отменил.

– Брось, только половина десятого. Пара часов в клубе тебя не прикончит, – он похлопал меня по плечу. Дональд одолжил мне свой Мартин на вечер.

Я вздохнул.

– Поедем на моем Купере.

– Мартин быстрее и выглядит круче.

– У меня лобовое стекло пулеметную очередь держит. Бронебойными.

– Неужели этот город так опасен?

– Временами.

Берк согласился, но поставил встречное условие: раз мы отказываемся от скорости, то можем пропустить по пинте. Я попытался спрыгнуть, сказал, что у Кастета рабочий день уже закончился, а потом подумал: какого черта? День и вправду выдался тяжелым, алкоголь я уже вечность не пил, так что можно и оттянуться, главное не переборщить. С чувством меры и у меня все было в порядке, да и Берка на злоупотреблении не ловили. Я предложил ему на выбор пару тихих пабов в которых бывал сам, но племянник отмел их в пользу клуба с девочками.

– У меня девушка есть, если ты не забыл, – напомнил я.

– Я зато свободен, – парировал он. – И мне надо будет чем-то заняться после того, как ты отправишься в кроватку.

Клуб так клуб. Я выбрал приличное заведение из первой лиги. В нулевых это место было главным заведением города, а сейчас его слава несколько померкла, зато появились репутация и стиль, навеянный мюзик-холами. Собственно так оно и называлось: «Мери Ллойд Мюзик-Холл», и в программе обязательно были шутливые песенки на грани приличия. Далеко не «Слеза», но и публика не такая проблемная.

Берк отказался от столика, устроившись за барной стойкой, заказал себе джин, мне пива и орешков. Под неспешный ритм лирической песенки мы завели свой разговор. Племянника интересовали мои успехи на поприще чародейства: освоение энергетических узлов и заклинаний, боевые тренировки, практика зачарований – а также связи с вампирами и политические расклады в городе и клане. Я же, в свою очередь, интересовался трофеями, наградами от Ферриша и новыми видами стрелкового вооружения. За разговором опустела вторая бутылка пива, и я почувствовал себя слишком хорошо – состояние, которое у меня всегда вызывало настороженность. Я даже осмотрелся и заметил за столиком за спиной пару девушек, в темно-красном и желтом платьях. Они попивали кроваво-красные коктейли и сверлили нас с Берком плотоядными взглядами. На вид старше меня, но моложе племянника, хотя кто их знает… Вампирами вроде не были.

– Двое за спиной, с коктейлями, – насторожился я.

– Вижу, – улыбнулся Берк, – А ты их как заметил? Впрочем, не важно, ты решился подкатить? А как же твоя любовь?

– Ты о чем? – не понял я. – Девушки – возможная угроза.

Берк поперхнулся джином и закашлялся, а потом еще и рассмеялся. Было обидно и непонятно.

– Да ты, брат, набрался! Бармен, лимонада моему другу. Дункан, они нам если и угрожают, то только финансово и, возможно, венерическими заболеваниями, если желаешь. – Берк качнулся в сторону, чтобы я не мешал, и помахал девушкам рукой. – Сейчас убедишься. Бармен, мне еще стакан и пару того, что пьют вон те дамы. Как мы подойдем, пускай официант дождется моего сигнала и принесет два стула. Это тебе за беспокойство.

Номинал бумажки, что скрылась под рукой бармена, я не разобрал, но он быстро сделал знак официанту подойти, а пока плеснул Берку еще джина, и в мгновение ока смешал пару коктейлей с ромом, вином и вишней. Племянник подхватил свой стакан и один из широких бокалов, после чего сделал жест следовать за ним. Второй коктейль предлагалось нести мне.

– Леди, позвольте вас угостить, – Берк поставил бокал перед девушкой в красном, обозначая ее своим главным интересом. На минутку мне стало неловко, поэтому я промолчал, выставляя свой бокал перед второй. А Берк разлился соловьем: – Позвольте представиться, Берк Кинкейд, барон Олдстоун, а это мой дядя, Дункан, барон Локслин.

– Дядя? – удивились девицы. – Вы ничего не перепутали?

Берк щелкнул пальцами и рядом возник официант со стульями для нас.

– Семейное древо Кинкейдов очень запутанное, но, если вы желаете, я могу объяснить.

Пока Берк занимался словоблудием, очаровывая девушек, я глотнул лимонада и немного протрезвел. Клаудия, что в красном платье, и Анжела – в желтом, напомнили мне вампирш именно своими нарядами. В тот вечер, когда мне окончательно закрыли вход в «Слезу», матери вампиров были одеты похоже. Девушки действительно хотели нашей крови, но в переносном и более прозаичном смысле: два молодых парня с родовыми перстнями на безымянных пальцах левой руки, то есть носители титула. И если мы не сироты, у родителей наших титулы еще выше. Да, знатный вышел прокол. Это все напряжение. Пора домой, пока я еще чего не учудил.

– Дункан Кинкейд! – возмутился знакомый голос за спиной, а потом Финелла вцепилась в мое левое ухо. – Совсем охренел, кобелина!?

Саймон, отставший от нее на шаг, ударил девушку по запястью, освободил меня от хватки и грозно зашипел:

– Веди себя прилично!

– Эйли дома плачет, а он тут с…

Прежде, чем оскорбление сорвалось с уст Финеллы, Саймон решительно зажал ее рот рукой.

– Прошу прощения, леди, – извинился он перед девушками. – А ты думай, что говоришь, и о ком!

В смысле? Неужели эти девушки…

– Это же Дункан, повернутый на чести сноб, он в принципе не способен на измену!

Финелла укусила Саймона за руку, закрывшую ей рот, и баронет вынужден был одернуть ее.

– Тогда какого хрена Эйли рыдает?

– Не твое дело, Вспышка! – разозлился я. – Еще одна такая выходка и я тебя отделаю!

Во взгляде рыжей фурии зажглись огни. В переносном смысле, а вот фаербол в руке был настоящим. Я тоже в демонстрации силы не отступил и выпустил кристаллы из рукава. В электрическом свете алмазные грани сияли особенно хищно.

– Дункан? – спросил разрешения Берк.

– Сиди! – неожиданно грубо даже для себя рявкнул я.

Кеттл закатил глаза, поднес указательный палец к руке с фаерболом. Коротко треснул разряд, Финелла взвизгнула, а огненный шар развеялся.

– Саймон! – она недовольно стукнула каблуком.

– Успокойся! Даже в суде людям сначала объясниться дают.

– Ладно, – согласилась Вспышка и повернулась ко мне. – Давай, оправдывайся.

Кеттл с силой треснул себя ладонью по лбу, протянул ее ниже, закрыл глаза и сдавлено простонал. Я от наглости рыжей опешил на мгновение. Будет тут еще мной командовать?!

– Пошла вон! – заявил я.

Баронет убрал руку с лица.

– Финни, я тебя люблю, но иногда прибить хочется.

Развитию конфликта помешала охрана заведения: сразу двое здоровых перевертышей и худой высокий элементалист воды. Он же был в команде главным.

– Леди и джентльмены, прошу, покиньте заведение, – попросил элементалист и сразу же с козырей пошел: – Вам запрещено появляться у нас в ближайший месяц, но если будете возражать, запрет из временного станет постоянным.

Саймон опять грубо заткнул Финелле рот и елейно извинился:

– Прошу прощения, лорд Локслин со спутниками ни при чем. В конфликте виноват я, но мы с леди уже уходим.

Финелла явно имела на этот счет свои мысли, негодующе замычала и снова попыталась укусить Кеттла за руку. Раздался электрический треск, девушка дернулась, ее рыжая шевелюра вздыбилась и стала похожа на одуванчик, а глаза поплыли.

– Еще раз прошу прощения! – извинился баронет и утащил плохо держащуюся на ногах Финеллу к выходу, но это не спасло нас от гнева охраны.

Водный покосился на мои кристаллические клинки, но в своем предыдущем требовании остался непреклонен.

– Джентльмены, леди…

Я убрал клинки в рукав и не стал протестовать, разве что за девушек заступился:

– Леди действительно ни при чем.

Охранник был категоричен:

– Мне очень жаль, лорд, но таковы правила!

– Тогда не будем их нарушать! – остановил меня Берк. – Что дорогие леди скажут, если мы переместимся в другое место? Какой клуб считается лучшим в этом городе? – Племянник не поскупился и оставил на столе двадцатку.

– «Золотая слеза», – сказала Клаудия.

– Дункан? – поинтересовался моим мнением Берк.

– С меня на сегодня хватит приключений. Кроме того, в «Слезу» меня не пускают.

– Ой! – Анжела, молчавшая до этого, прикрыла рот рукой. – Вы лорд Кувалда!

Заявление произвело впечатление. Даже охранники беспокойно переглянулись. Чтобы не нервировать ребят, я жестом предложил двигаться к выходу и на ходу объяснил девушке ее заблуждения:

– Вы перепутали меня с учителем, леди.

– Нет-нет, ваш учитель сэр Гарри: Гарри Кувалда или сэр Кувалда, а вы – молодой лорд Кувалда. О вас в газетах писали! Прошлой осенью вы с учителем Арочника поймали, а с особым отрядом полиции гнездо Грач сожгли.

– Разве об этом в газетах писали? – удивился я. Я помню «Фарнелл Дейли»: там наше участие с учителем если и упоминалось, то без дурацких кличек и вскользь. Вся слава досталась Сансету как детективу и Уиксли – главе ООП, ну и лорду-главному констеблю как шефу, который все организовал.

Анжела отметила мою реакцию, оживилась и заявила Красной:

– А ты говорила: «Вестник» врет!

– Что за «Вестник»? – спросил я.

– «Вечерний вестник». – Анжела вцепилась мне в локоть хваткой не хуже, чем у секретаря деКампа. – О вас Оливия Фокстрот писала, лорд. Очень талантливый репортер! Прочтите, не пожалеете.

Надо будет разузнать об этой Оливии. Откуда у нее такая осведомленность?

– Обязательно прочту, – пообещал я. Мы уже вышли на улицу, и от девушки надо было избавляться. – А теперь позвольте откланяться. – Тем более, из-за угла квартала выглядывал клок рыжей шевелюры Финеллы. Бог с ней, плевать на дуру, но она же такого напридумывать может! А потом Эйли расскажет.

– Уже уходите? – поникла девушка, не желая отпускать мой локоть.

– Уважаемая, боюсь поведение моего племянника ввело вас в заблуждение. У меня есть девушка.

– И нет такта, Дункан, – вздохнул Берк.

– Зато никаких недомолвок. Кроме того, – я кивнул на рыжую шевелюру за углом и угадал момент так, что Фин как раз высунулась посмотреть, попала сразу под четыре взгляда и сразу спряталась обратно. – Вон та девица, ее лучшая подруга, бывает довольно вспыльчивой и может попытаться выяснить, с кем это я провожу время.

Анжела заметила Вспышку, вспомнила фаербол, побледнела и сразу же отпустила мой локоть.

– Всего хорошего, дамы, – попрощался я, но вместо стоянки направился к Финелле. Как бы мне ни претило с ней общаться, хмель окончательно выветрился с моей головы, и я решил, что эту проблему лучше давить в зародыше.

Финелла снова по-детски выглянула из-за угла, увидела, что направляюсь к ней, и перестала прятаться. Прежде, чем она открыла рот и снова спровоцировала ссору, я грубо приказал:

– Захлопнись! Командовать и сцены устраивать Саймону будешь! Еще хоть слово, и сдам тебя братцу, чтобы выпорол как следует. – Нрав у Джеймса был крутой, он мог, несмотря на то, что сестрице уже девятнадцать. Пускай не в прямом смысле но нашел бы как наказать.

– Я ей то же самое говорил, – поддержал меня Саймон, показавшись из-за угла.

– А ты сегодня с чего такой вежливый и тактичный?

– Обижаешь! – деланно оскорбился баронет. Финелла попыталась высказаться, но Кеттл резко поднял руку и погрозил пальцем. – А-а!

К моему величайшему удивлению Вспышка заткнулась, надулась, сложила руки на груди и демонстративно прислонилась к стене.

– Да ладно! Как тебе это удалось?

– С превеликим трудом, – сознался баронет.

– Врежу! – пообещала Финелла.

– Я тебя тоже люблю, дорогая, – ответил Саймон.

Мы немного помолчали, и баронет предложил переместиться в какое-нибудь заведение, где можно спокойно перекинуться парой фраз. Я отказался, сославшись на то, что устал и собираюсь домой.

– Тебе все равно придется выложить свою версию произошедшего, иначе Финни такого напридумывает…