Текст книги "Заноза для дознавателя (СИ)"

Автор книги: Люси Фер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Глава 29

– Конечно, господин дознаватель… Ведь это наша последняя встреча, – стараясь скрыть горечь, прошептала я. Голос дрогнул на последнем слове, и Орислав удивлённо на меня взглянул, чуть отстранившись.

– Хм, – произнёс он едва слышно, но более никак не отреагировал на мои слова. Его взгляд на мгновение задержался на моём лице, словно он пытался прочесть то, что я желала спрятать.

Он крепко прижал меня к себе и закружил в танце. Ритм вальса подхватил нас, унося прочь от тревожных мыслей, но внутри меня бушевала целая гамма противоречивых чувств: печаль от предстоящей разлуки, счастье от близости его рук, волнение от его взгляда и затаённая обида на обстоятельства. Я и сама не могла разобраться в самой себе, а потому решила просто отдаться танцу и выкинуть глупости из своей бедовой головы. Но дознаватель сделать этого мне не позволил.

– Ты сегодня какая‑то другая… – задумчиво протянул он, и я зачарованно посмотрела прямо ему в глаза. В их глубине мерцало что‑то неуловимое – то ли любопытство, то ли тревога.

– Ну, конечно… Платье, причёска… Всё это из любой сделает её лучшую версию, – попыталась я отшутиться, но голос прозвучал слишком легко, неестественно.

– Я не об этом, – нахмурился Орислав, покачав головой. – В твоём поведении что‑то изменилось. Ты не такая колючая, как раньше.

– Не понимаю…

– Не смотришь на меня волком, не шипишь, словно дикий ёж, при любом удобном случае, выглядишь тихой и покорной, словно горная лань. Что с тобой случилось, Раска?

Я на мгновение замерла, чувствуя, как под его пристальным взглядом тает моя привычная оборона.

– Ничего особенного, – пытаясь прийти в себя от его слов, прошептала я. – Просто сегодня такой чудесный день. Не хочется омрачать его напрасной злостью. Да и будем честны, моё поведение было небезосновательным.

– Пояснишь? – поднял вверх тёмную бровь Савосский, и в его голосе прозвучала нотка заинтересованности.

– Ну, сами посудите, – я сделала глубокий вдох, подбирая слова. – Как я могла относиться к человеку, который приехал по душу нашего ректора? Тор Борислав очень хороший человек, он сделал для меня больше, чем кто‑либо на этом свете. Поэтому, когда над ним нависла угроза в лице вас, было бы странно питать к его обидчику какие‑то тёплые чувства.

– Как интересно… – искренне рассмеялся Савосский, но мне показалось, что в его глазах мелькнула едва заметная досада. Он чуть крепче сжал мою талию, словно пытаясь удержать момент.

– Но теперь всё хорошо, – поспешила я сгладить неловкость. – Ректор останется на своём месте, вы отправитесь в столицу заниматься своими архиважными делами. Все довольны и счастливы!

– Все ли? – нахмурился дознаватель, неожиданно резко крутанув меня в своих объятиях. Прижав мою спину к своей груди, мужчина вкрадчиво произнёс мне в самое ухо: – А с чего ты взяла, что я приехал сюда по душу Бориски? Он сам тебе это сказал?

– Нет, конечно! – поспешно оправдалась я, боясь накликать Лихо на ни в чём неповинного старика. – Он, напротив, убеждал меня в том, что вас не боится, но…

– Но ты ему, конечно же, не поверила? – усмехнулся Орислав, и я зарделась, чувствуя, как жар приливает к щекам.

– Подумала, что не хочет меня волновать, да и…

– Что?

– Ну, скажем так, я кое‑что услышала, – я запнулась, подбирая слова, – то, что позволило мне сделать подобный вывод…

Савосский громко рассмеялся, чем привлёк к нашей паре ненужное внимание танцующих студентов. Кто‑то из них бросил любопытный взгляд в нашу сторону, но его это, кажется, вовсе не волновало.

– Узнаю Раску Хвою, – весело изрёк он. – Тебе нужно стать дознавателем: ты так мастерски выискиваешь информацию… Вот только трактуешь её в корне неверно.

– Ну уж извините… – обиженно нахохлилась я, пытаясь вырвать свою руку из его захвата, но не тут‑то было. Его пальцы лишь слегка сжали мою ладонь, удерживая на месте.

– Я приехал сюда, Раска, не за тем, чтобы сместить ректора с его должности, – его голос стал серьёзнее. – Многолетняя служба тора Борислава не вызывает ни у меня, ни у царя никаких нареканий, скорее даже наоборот. Он образцовый ректор, хотя даже у таких случаются неприятности…

– Сор Светолик? – понятливо кивнула я, смотря в упор на Орислава.

– Именно, – подтвердил он. – Я, конечно же, не могу раскрывать тебе всех подробностей, но сюда меня привёл нерешённый вопрос с оборцами. Показания вашего молодого преподавателя были крайне подробными и настораживающими. У нас есть все основания полагать, что в данной местности действует одна очень активная оборская ячейка, которая баламутит воду и, что не менее важно, привлекает на свою сторону несмышлёных юнцов.

– Какой ужас… – только и смогла выпалить я, резко сбившись с такта. Дознаватель этого будто бы и не заметил: он расслабленно кружил меня, будто мы обсуждали погоду, а не возможный государственный переворот.

– Не волнуйся об этом, – ласково улыбнулся мне мужчина. – Скоро всё закончится.

– Ты поэтому уезжаешь? – сама не заметив, как перешла на «ты», тихо спросила я его. Слова вырвались сами собой, и я тут же внутренне сжалась, ожидая его реакции.

– Отчасти, – пожал Савосский плечами. В это время музыка резко стихла, и мы остановились. Зал наполнился шёпотом и смехом, но для меня всё вокруг словно замерло. Орислав неожиданно нежно прижался губами к моей руке.

– Мне нужно идти, – быстро обернувшись на ректора, рядом с которым стоял Гасар, проговорил он. – Пообещай подарить мне ещё один танец перед завершением бала. Я бы хотел с тобой кое‑что обсудить…

– Конечно… – едва слышно ответила я, кивнув головой. Его улыбка на мгновение согрела меня, а затем дознаватель с лёгким поклоном скрылся в толпе.

«О чём же ты собрался со мной беседовать?!» – эта мысль прочно поселилась в моей голове и напрочь отказывалась её покидать. Сердце билось чаще, а в груди разливалось странное, тревожно‑радостное предчувствие.

Глава 30

Веселье ощутимо витало в воздухе, окутывая зал тёплым облаком музыки, смеха и шёпота. Студенты наслаждались балом: кружились в танцах, перекидывались друг с другом ничего не значащими фразами, смеялись, сверкая глазами в свете сотен свечей. Искристый смех и улыбки летали в зале, словно солнечные бабочки в летний полдень, отражаясь в золочёных рамах зеркал и переливаясь на паркете, отполированном до зеркального блеска.

Однако мне было неспокойно.

Я и сама не понимала, чем была вызвана моя тревога. То ли слова Орислава, брошенные мимоходом – «Я бы хотел с тобой кое-что обсудить...», – то ли грусть от нашей скорой разлуки, то ли неясное предчувствие, что за всем этим кроется что‑то большее. Оно не давало мне расслабиться и в полной мере насладиться восхитительным праздником, словно невидимая рука сжимала грудь, мешая дышать.

– Чего киснешь? – раздалось из‑за спины, и я резко обернулась, едва не подавившись солёным крендельком, который как раз отправила в рот.

– Не кисну! – с набитым ртом пробормотала я, пытаясь выдавить улыбку. Млад, кажется, моему ответу не поверил. Его взгляд, внимательный и чуть насмешливый, скользнул по моему лицу, задержавшись на глазах.

– Я серьёзно, Раска, – нахмурился он, пристально смотря на меня. – Что случилось? Ты какая‑то не такая.

– Отлично выглядишь, – постаралась я увести разговор в другое русло, машинально поправив складки своего платья. К слову сказать, я ни капли не солгала. Тёмно‑зелёный бархат костюма красиво оттенял глаза парня и делал его фигуру поистине внушительной. Никогда бы не подумала, что мой худощавый, невзрачный лучший друг может выглядеть столь привлекательно – словно преобразился за одну ночь.

– Это заслуга Миры, – отмахнулся от моего комплимента Ладка, бросив быстрый взгляд на девушку, стоящую чуть поодаль в окружении щебечущих подруг. Она кокетливо ответила на его взгляд, чуть склонив голову и улыбнувшись, лицо парня тут же посветлело.

– Ну, конечно, – весело поддела я его, – сам бы ты никогда так прекрасно не нарядился…

– Так что случилось? – ничуть не обиделся на мою поддёвку Млад. Он не сводил с меня глаз, и в его взгляде читалось неподдельное беспокойство.

– Да с чего ты это вообще взял?! – скрестив руки на груди, нахмурилась я. – У меня просто немного болит голова…

– Ой, Раска, думаешь, за столько лет я не научился понимать, когда ты врёшь?! – он слегка наклонился ко мне, понизив голос.

– Млад, я не хочу об этом говорить. Ничего серьёзного, правда, – сдалась я, тихо пробормотав ответ.

«Да и что я могла ему сказать, если и сама не понимала причин своей тревоги?!»

– Ладно, – пожал плечами парень. – Не хочешь – не говори. Пойдём потанцуем? – приглашая, протянул он мне руку. Его ладонь была тёплой и надёжной, и на мгновение мне захотелось просто ухватиться за неё и забыть обо всех тревогах.

– А твоя дама не обидится, что ты уделяешь внимание другой? – хитро скосила я глаза на свою одногруппницу, которая исподтишка наблюдала за нашей беседой, слегка нахмурив брови.

– Мы с Мирой и так весь вечер танцуем. К тому же она устала и решила отдохнуть. Не думаю, что танец с тобой будет проблемой.

– Ну что ж… – тяжело вздохнула я, бросив быстрый взгляд на сцену, где несколькими минутами ранее стояли Гасар и ректор. Ни одного, ни второго видно не было. Я поискала глазами тёмную макушку дознавателя, но и он будто бы сквозь землю провалился.

Вложив свою ладонь в руку друга, я постаралась выкинуть все мысли из головы и отдаться танцу. Вышло плохо. Мои шаги были сбивчивыми, а взгляд то и дело скользил по залу в поисках знакомых лиц.

– Раска, ты же знаешь, что я всегда рядом? – тихо обратился ко мне Млад, когда мелодия стихла и мы остановились, пытаясь перевести сбившееся дыхание. Его голос звучал так искренне, что на мгновение мне захотелось рассказать ему обо всех своих глупых тревогах и печалях.

– Конечно, Ладка, – искренне улыбнулась я, посмотрев парню прямо в глаза. – Иди, Мира тебя уже заждалась…

Задержавшись на пару мгновений серьёзным взглядом на моём лице, друг кивнул мне и направился к девушке.

Я же глубоко вздохнула и направилась к столу с яствами. Бал подходил к концу, завершающий танец был не за горами, а Орислава словно и вовсе здесь не было. Тоскливое чувство одиночества разлилось внутри, я с отчётливой уверенностью поняла, что его обещание останется невыполненным.

– Дорогие друзья! – неожиданно раздался громкий голос соры Капюш со сцены. Взгляды всех присутствующих направились на дородную даму в строгом золотом платье с чёрными кружевами. Её голос звучал властно и непреклонно. – Надеюсь, наш бал пришёлся вам сегодня по душе! Но даже самое хорошее в нашей жизни имеет свойство завершаться, поэтому вынуждена сообщить вам, что зимний новогодний бал академии Ледок окончен! Расходитесь по своим комнатам!

– А как же речь короля и королевы академии? – озадаченно пробормотала я, нахмурившись. О том, что это было в программе вечера, я не сомневалась. Да и тор Борислав украшал любое торжественное мероприятие своими длинными разглагольствованиями. Сегодня этого не случилось. И это было крайне странно.

Народ недовольно потёк к выходу разноцветной волной. Многие подходили к столам и брали оставшиеся яства, кажется, они рассчитывали на продолжение банкета в своих комнатах. Кто‑то смеялся, кто‑то перешёптывался, кто‑то уже строил планы на вечер за пределами бального зала.

Я же замерла каменным изваянием, пытаясь высмотреть в толпе лица мужчин. Ни Гасара, ни ректора, ни дознавателя видно не было. Сердце тревожно затрепыхалось в груди, ладошки вспотели. Ощущение чего‑то зловещего придавило меня могильной плитой – всё это неспроста.

– Пойдёмте, Раска. Час поздний! – раздалось рядом со мной, и я, дёрнувшись, перевела озадаченный взгляд на сору Капюш. Женщина внимательно смотрела на меня, слегка прищурив тёмные глаза, в которых читалось что‑то, чего я не могла понять.

– Тор Борислав? – едва слышно промямлила я.

– Он сейчас занят, не беспокойтесь понапрасну! – подхватив меня под руку, преподавательница по заговорам увлекла меня к выходу.

Уже в своей комнате я смогла немного перевести дух. Нервно меряя её небольшое пространство шагами, я прокручивала в голове все события этого вечера, пытаясь понять, что же не даёт мне покоя. За окном шумел зимний ветер, бросая в стекло горсти снега, а в камине догорали последние угли, отбрасывая дрожащие тени на стены.

– Обманщик! – обиженно прошептала я, взлохматив кудрявые волосы. – Обещал танец, а сам – что в воду канул. И о чём же ты хотел со мной поговорить?! Лихо тебя побери! Сколько же от тебя проблем! Жила же без тебя и горя не знала!

Мои стенания неожиданно прервал уверенный стук в дверь. Я испуганно дёрнулась и замерла на месте, прислушиваясь. Стук повторился – три коротких, резких удара.

– Пришёл, чтобы извиниться? – прищурившись, едва слышно прошептала я.

Выждав ещё несколько мгновений, я натянула на лицо надменную маску и подошла к двери. Медленно её отворив, я ожидала увидеть там виноватое лицо черноволосого дознавателя, мысли о котором не давали мне покоя весь вечер. Однако реальность оказалась иной.

– Тари Беляна? – не сумев скрыть своего удивления, сморщилась я разочарованно.

– Раска, у нас беда! – выпалила затравленно бледный секретарь ректора. Её глаза были расширены от страха, а руки слегка дрожали. – Савосский арестовал Гасара и тор Борислава за пособничество оборцам! Только ты можешь им помочь!

Глава 31

– Я не понимаю… – нахмурилась я, пытаясь осознать услышанное. – О чём вы говорите, тари Беляна?

– Ректора и Вилова взяли под стражу! Савосский обвиняет их в связях с оборцами! – словно неразумному дитю медленно повторила женщина, пристально вглядываясь в моё лицо. Её обычно мягкие черты исказила непривычная жёсткость.

– Этого не может быть… – покачала я головой, отказываясь воспринимать её слова всерьёз. В груди зашевелился ледяной комок тревоги. – Орислав мне сам сказал, что приехал сюда не по душу ректора… Тем более…

– Мало ли что он тебе сказал! – перебила меня секретарь, зло дёрнув головой. Янтарная брошь на воротнике её платья блеснула холодным светом, словно подчёркивая резкость брошенных слов. – Мне, знаешь ли, он тоже много чего говорил! Дознавателям верят только баламошки, они хитрее самого Лихо!

– Зачем вы так? – нахмурилась я, чувствуя, как внутри закипает протест. Мне нестерпимо хотелось защитить Орислава от этих голословных обвинений.

– Я знаю, о чём говорю! – смягчила тон тари Беляна, но в её голосе всё ещё звенела сталь. – Поверь, не всем и не всему можно безоговорочно верить. Но это пустое разглагольствование! У нас нет на это времени! Нужно действовать! Спасать тор Борислава и Гасара! Они просто не выживут на рудниках…

– На рудниках? – схватилась я за сердце, пытаясь утихомирить его бешеный стук. – Какие ещё рудники?! Уверена, дознаватель со всем разберётся, не может же он отправить на каторгу ни в чём неповинных людей?! Нет! Орислав не такой! Я уверена в его справедливости и честности! Здесь вышла какая-то ошибка...

– Лихо тебя побери, Раска! – не выдержала женщина, её голос зазвучал громче, почти срываясь на крик. – Откуда столько слепой веры в мужчину, которого ты знаешь всего ничего? Поверь, он не такой, каким хочет казаться… Запудрил тебе мозги, глупышка… А ты и рада растечься от его сладких речей…

– Неправда… – ошеломлённо выдохнула я. У меня появилось стойкое желание по-детски закрыть уши руками и не слышать этих скверных слов. Никогда бы не подумала, что тари Беляна может быть такой жестокой – её голос, обычно такой ровный и успокаивающий, теперь резал, как нож.

– Правда, Раска, – тяжело вздохнула она, и в этот момент я заметила, как дрожат её пальцы. – Поверь мне, я и сама попалась на его удочку. За что и поплатилась… Но сейчас не обо мне! Ты можешь помочь Бориске и Гасару! Нет, не так! Ты не можешь, ты должна! – схватила она меня за руку и уставилась мне прямо в глаза. Её взгляд был таким пронзительным, что мне стало не по себе.

– Как? Я ничего не понимаю, тари Беляна… – промямлила я, пытаясь вырвать ладонь из её ледяного захвата. Безуспешно. Она прицепилась ко мне словно голодный клещ, и я ощутила, как по спине пробежал неприятный холодок.

– Пойдём, я объясню тебе всё по дороге! – потянула меня к двери упрямая женщина. – Мы попусту теряем драгоценное время!

– Может, я хотя бы платье сменю? – упёрлась я пятками в пол, чувствуя, как ткань стесняет движения. – В нём несколько неудобно…

– Оставь! – отмахнулась от меня ректорская секретарша, словно и не заметив моего сопротивления. – Мы не можем ждать! И так столько проболтали…

– Скажите хотя бы, куда мы идём? – на ходу прокричала я, захлопнув дверь в свою комнату. Женщина упрямо неслась вперёд, утягивая за собой и меня. В который раз я подивилась сокрытой в столь маленьком и тоненьком женском теле силе. Никогда бы не подумала, что тари Беляна такая – её хрупкая фигура вдруг показалась мне пугающе решительной.

– Сейчас пройдём по короткому пути. Нет времени расхаживать по всей академии… – пояснила она мне и открыла какую‑то неприметную узкую дверь – ту, что обычно пряталась в тени коридора и которую я никогда прежде не замечала. – Ступай за мной осторожнее! – отдала она мне приказ и запалила на ладони световой шар. Его мерцающий свет выхватил из темноты потрескавшиеся каменные ступени и паутину в углах.

– Хорошо, – едва слышно пробормотала я, аккуратно переставляя ноги по ступеням лестницы, ведущей куда‑то вниз. Стойкое ощущение неправильности и странности происходящего свербело внутри, вызывая сотни вопросов. – Вы обещали мне всё объяснить по дороге… Кажется, сейчас самое время… – тихо напомнила я секретарю, и та недовольно на меня взглянула. В её глазах ощутимо блеснула злость, смешанная с усталостью и чем-то ещё.

– Да, Раска, обещала, – тихо ответила она мне, не переставая спускаться ниже. – Свои обещания я всегда держу. Надеюсь, ты тоже! – резко остановилась она, и я едва не влетела в неё, успев затормозить лишь в последний момент.

– Конечно, – ничего не понимая, пробормотала я, и тари Беляна повернулась ко мне лицом. Искренне улыбнувшись – так, что на мгновение я поверила в её добрые намерения, она пожала плечами и неожиданно выдала:

– Вот и славно! А теперь тебе лучше закрыть глаза и не сопротивляться!

– Что?.. – поперхнулась я, и в тот же миг кто‑то сзади накинул мне на голову тёмный мешок. Ткань пахла пылью и затхлостью, перекрывая кислород. – Что вы делаете? – завопила я, пытаясь содрать с головы ткань, но сильные мужские руки схватили меня сзади, не дав ни единой возможности хотя бы шелохнуться. Моё сердце забилось где‑то в горле, а в ушах зашумело.

– Почему так долго? – услышала я холодный голос тари Беляны, и мой похититель кинул ей в ответ что‑то неразборчиво грубое и хриплое.

– Какого Лихо вы творите? – закричала я вновь, попытавшись ударить ногой мужчину позади себя. Тот выругался, и в следующее мгновение его тяжёлый кулак встретился с моим темечком. Боль вспыхнула яркой вспышкой, заставив мир потемнеть.

Последнее, что я услышала перед тем, как уплыть в туманные дали обморока, был спокойный голос ректорской секретарши:

– Я же предупреждала тебя, Раска! Но ты всегда была слишком глупа и своевольна…

Глава 32

Орислав

В последнее время Боги будто бы всерьёз взялись проверять меня на прочность. День ото дня на меня сыпались всё новые и новые проблемы, решить которые становилось всё труднее и труднее. Будто сама судьба решила испытать мою выдержку, подкидывая одно испытание за другим.

Раньше я шёл напролом, не особо считаясь с окружающими меня людьми. Какое мне было до них дело, коль важно лишь выполнение царского указа и не более того? Я привык действовать жёстко, без сантиментов, полагаясь только на логику и холодный расчёт. Но сейчас всё было иначе. И виной всему стала одна маленькая, ужасно непоседливая девица, которая по всем параметрам не подходила одному из лучших дознавателей Боровишского царства.

И с чего, собственно, эта егоза, смотрящая на меня с лютой неприязнью, столь сильно засела в моём сердце, лишая сна и покоя? Самая настоящая заноза – дерзкая, неугомонная, вечно встревающая не в своё дело. Но представить свою жизнь без её острого языка и насмешливого взгляда я уже не мог да и не хотел. Её смех, будто звон весеннего ручья, то и дело всплывал в памяти, а глаза, яркие и живые, будто укоряли меня за всю ту холодность, которой я привык ограждать себя от мира.

Именно об этом я и хотел поговорить с ней сегодня после бала – о том, как всё изменилось, о том, что я готов быть другим. Но реальность оказалась несколько иной.

– Глупые идиоты! – недовольно выдохнул я, стремительно пересекая коридор академии.

Все мои планы пошли коту под хвост, когда последние сведения об оборцах, собранных нерасторопными подчинёнными, настигли меня прямо в торжественном зале. Свиток с донесениями будто жёг карман, а в голове уже складывалась цепочка новых задач.

– Только бы Раска не напридумывала себе невесть что… – покачал я головой, воочию представив, как разъярённая девушка раздражённо качает головой, отчего её забавные кудряшки прыгают возле лица, словно дикие зайцы. – Нужно срочно исправлять своё положение. Не удалось поговорить на балу, так сделаем это в другом месте! – зябко передёрнул я плечами, пытаясь взбодриться, остановившись возле комнаты своей занозы.

Глубоко вдохнув, я трижды громко постучал в дверь. Тишина. Вновь повторив свои действия, я нахмурился. Никакого ответа, ни малейшего намёка на её присутствие в опочивальне.

– Раска! – громко позвал я, снова ударив кулаком по истёртому дубу. Звук получился глухим, почти отчаянным. – Лихо! – выругался я зло, поспешно направившись в комнату лучшего друга девушки.

За время, проведённое в стенах академии «ЛЕДОК», я, кажется, узнал всё об этой егозе: её привычки, любимые места, даже то, какой взвар она предпочитает по утрам. Поэтому отыскать нужную дверь для меня не составило никакого труда.

Хлопнув по деревянной преграде, я удивлённо замер на пороге. Хлипкий барьер на моём пути отворился, явив пред очами странную картину.

На кровати в тесных объятиях друг друга упоённо целовались парень с девушкой. Зелёное платье, в точности такое же, как было на Раске сегодня, сразу же бросилось в глаза. Ярость мгновенно поднялась во мне одуряющей волной, красная пелена застила разум, и я бесконтрольно шагнул внутрь, сжав кулаки до побелевших костяшек.

Лишь вовремя раздавшийся девичий стон остановил меня от необдуманного поступка. Это была не Раска. Помотав головой, я более отчётливо увидел то, что в пылу гнева проигнорировал в начале: рыжие волосы, более крупное телосложение, да и оттенок платья был куда более светлым.

– Кхм! – глухо откашлялся я, привлекая к себе внимание влюблённой парочки. – Обычно, занимаясь подобными делами, студенты закрывают двери…

– Что??? – вскочил ошалелый парень, ошарашенно глядя на меня. – Дознаватель? Какого Лихо вы здесь забыли?

Юнец так забавно пытался прикрыть собой розовощёкую девушку на кровати, что мне на минуту стало весело. Уголок рта невольно дёрнулся в усмешке, но причина моего визита быстро стёрла её с лица.

– Знаешь, где Раска? – спросил я, стараясь говорить ровно, но голос всё равно прозвучал резко.

– Чего? Как видите, не здесь! В своей комнате, поди, где же ей ещё быть?! – явное беспокойство проскользнуло в словах худого мальца.

– В комнате её нет! – раздражённо отчеканил я. – Настолько сомневаешься в моих умственных способностях?! Может, она что‑то тебе говорила, куда‑то собиралась после бала… Вспоминай!

– Простите… – неожиданно раздался тоненький голосок с кровати, и мы дружно перевели свои взоры на девушку, которая уже успела привести себя в мало-мальски приличный вид. – Я видела Раску, когда шла к Младу.

– Где? – прорычал я нетерпеливо, не совладав со своей яростью. Эта тягомотина начинала меня жутко раздражать, а нехорошее предчувствие надвигающейся беды лишь усиливало гнев в душе.

– Она выходила из своей комнаты. И она была не одна…

– Лихо тебя побери, Мира! – не выдержал и Млад. – Прости меня, но ты можешь говорить быстрее…

– Не кричи на меня, – насупилась девушка. – Она была с тари Беляной.

– С кем? – нахмурился я, не желая верить услышанному.

– С секретарём тора Борислава, – пояснила Мира обиженно. – Уверена, ничего плохого не случилось, они просто решают оставшиеся вопросы, касающиеся фестиваля…

– Куда они пошли? – не дослушав девичьи домыслы, зло прищурился я.

– Я… Я не знаююю… – видимо, не оценив кровожадного выражения на моём лице, заикаясь, пробормотала зазноба Раскиного друга.

– Что с Раской? – неожиданно раздалось сзади, и, развернувшись, я едва ли не взвыл.

– Я же сказал тебе не высовываться, идиот! – грубо бросил я через плечо.

– Мне повторить свой вопрос? – не проникся моим гневом этот упёртый недоросток.

– Ответ будет прежним! – отрезал я и стремительно вылетел из комнаты, ощутимо приложив плечом замершего в дверном проёме юношу. – Отныне сам береги свой зад! У меня есть дела поважнее!