![](/files/books/160/oblozhka-knigi-prizrak-proshlogo-si-332945.jpg)
Текст книги "Призрак прошлого (СИ)"
Автор книги: Людмила Королева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 32 страниц)
ГЛАВА 21
На даче у Романа собралась большая компания. Мы с девчонками сидели под навесом и пили вино, а парни жарили шашлык. Ловила на себе беспокойный взгляд Ковалёва, видимо заметил, что я злоупотребила алкоголем. А мне хотелось напиться и забыться. Макар снова перевернул мою душу, вспорол старые раны. Посмотрела в глаза Максу и приподняла бокал, как бы мысленно говоря ему: «за тебя!». Он был моим спасителем, тем, кто сумел вырвать меня из лап прошлого. Смотрела на него и желала каждой клеточкой, нуждалась в его тепле, заботе. Вино бурлило по венам, пробуждая мою безрассудную половину. Максим отошел от друзей и подошел ко мне. Обнял и прижал к себе.
– Может, хватит налегать на алкоголь? – строго проговорил мне на ушко, а у меня сладкие мурашки пробежали вдоль позвоночника. Прищурилась, глядела в его глаза, притянула за затылок и впилась в его губы голодным поцелуем. Было плевать, кто и что подумает, мне хотелось чувствовать, что он рядом.
Заиграла новая мелодия, доносившаяся из динамиков автомобиля. Парни специально открыли двери в машине, чтобы лучше было слышно. Я отстранилась от Ковалёва, потянула за руку Катю.
– Пошли танцевать! – воскликнула я, закружившись на газоне. Девчонки тоже вскочили со своих мест и под общий веселый смех начали танцевать.
Максим сложил руки на груди и пилил меня тяжелым взглядом. Я же кружилась, отдавшись на волю чувствам. Смотрела на звездное небо, растворялась, теряла связь с реальностью. Хотелось подпрыгнуть и улететь, ощутить свободу, вдохнуть полной грудью. Кто-то дернул меня за руку и я впечаталась в твердую грудь. Максим… Меня в жар бросило. Улыбнулась, склонила голову набок и прикусила губу. Провела пальчиками по его хмурым бровям, очертила контур губ.
– Потанцуем? – прошептала, обвив его шею, прильнув сильнее. Жар его тела передавался мне, сходила с ума от этой близости. Хотелось творить глупости, нарушить все правила. Это все вино!
Ковалёв пальцами сжал мою талию, пожирал взглядом, заставляя мое сердце спотыкаться.
– Виктория Александровна, вам не кажется, что пора прекращать налегать на вино? – заявил он, уткнувшись носом мне в висок. Я не удержала улыбку.
– Максим Александрович, я уже говорила, что вы чертовски милый? – лукаво прищурилась, а Максим закатил глаза.
Я перевела взгляд на Катю, она танцевала в обнимку с Ромой. Подмигнула подруге, а она приподняла большой палец кверху. Как бы говоря мне: «все круто».
Максим подхватил меня на руки, а я взвизгнула от неожиданности. Положила голову ему на грудь, держалась за крепкую шею и чувствовала себя маленькой девочкой. Устала быть сильной.
Ковалёв сел за стол, усадив меня к себе на колени. Взял с тарелки кусочек шашлыка, обмакнул в соус и поднес к моим губам.
– Ты ничего не ела. Так нельзя! Живо открывай рот, буду тебя кормить, как маленькую, – улыбнулся он. В глазах столько теплоты отразилось, что мое сердце дрогнуло.
– И что это ты раскомандовался? – хмыкнула я, но все же вцепилась зубами в сочный кусочек мяса.
Максим осторожно заправил мне волосы за ухо, чтобы не мешались, притянул меня к себе и сорвал с губ поцелуй.
– Раз мы встречаемся, то я в ответе за тебя. Не хочу, чтобы тебе стало плохо. Пьешь на голодный желудок… Ничего не ешь. Это может плохо закончится, так что жуй молча, – заявил он и поднес к моим губам следующий кусочек мяса. Я улыбнулась. Это было так волнительно.
– Боишься, что попаду в больницу? – поинтересовалась, заметив строгий, убийственный взгляд. Поежилась. Тяжелая энергетика Макса обволакивала. Не сомневалась в том, что он будет в семье главным, так и ощущалось его лидерство.
– Естественно, – рыкнул он, испепеляя меня взглядом. Я буквально засветилась, чувствовала каждой клеточкой, что дорога ему, что он действительно переживал за меня. Заметив мою улыбку, он хмыкнул.
– Ничего смешного, Виктория Александровна.
Я обхватила ладошками его щеки и посмотрела в глаза, заметив, как там отразился огонь желания.
– Кажется, я начинаю в тебя влюбляться, – обреченно проговорила, облизнув пересохшие от волнения губы. Максим ничего не ответил, обхватил мой затылок ладонью и захватил в плен мои губы. Покусывал, проводил по ним языком, сводил меня с ума своими действиями.
– На эту тему поговорим, когда тебе перестанет мерещится, когда будешь в этом стопроцентно уверена, – заявил он, покусывая мою шею.
Я скользила взглядом по скулам, чувственным губам, тонула в омуте зеленых глаз. Его раскаленный взгляд обжигал меня. Крепкая шея, широкие плечи и сильные руки. Через футболку виднелись крепкие мышцы. Я поняла, что пропала. То ли алкоголь опьянил, то ли полностью погрузилась в новые эмоции, который вызвал Макс.
Смутно помнила, как мы оказались в доме. Разум улавливал только жаркие поцелуи, дурманящие прикосновения Ковалёва. Впереди была лестница, ведущая на второй этаж. Не представляла, как ее преодолеть. Максим подхватил меня на руки, я обвила ногами его поясницу, уронила голому ему на плечо, вдыхала умопомрачительный аромат этого мужчины. Ощутила нежный поцелуй в макушку. Ковалёв ловко преодолел лестницу, пнул ногой дверь и внес меня в спальню. Точно так же ногой закрыл дверь, а потом защелкнул замок, чтобы никто не смог войти к нам. Максим хотел уложить меня на диван, но я как клещ вцепилась в него руками. Обхватила затылок и поцеловала требовательно, продолжая держаться ногами за его поясницу. В зеленых глазах полыхало дикое желание. У меня мурашки бегали по телу, я горела и плавилась. Мне определенно нельзя пить!
Ковалёв резко припечатал меня к дивану, придавил тяжестью своего тела, а я интуитивно прогнулась в спине, жаждала его прикосновений и поцелуев.
– Господи! Вика, как же я хочу тебя, – прошептал Максим, нежно проведя подушечкой большого пальца по моим губам, смотрел пленительно. Воздух вокруг нас накалился до такой степени, что стал осязаемым. У меня сердце грохотало где-то в голове, дыхание сбилось.
– Пожалуйста, будь только моим, – проговорила заплетающимся языком, прикусила губу, но уже было поздно. Ведь осознала, что случайно произнесла то, что должно было остаться только в мыслях.
– Девочка моя, – осипшим от возбуждения голосом проговорил он, вызывая сладкие мурашки. У меня внутренности стянуло жгутом. – Знаю, что боишься меня. Обещаю, что не обижу, – выдохнул Максим, покусывая мои губы. Посмотрел на меня строго. В глазах решимость отразилась. – Я не прикоснусь к тебе этой ночью, даже не проси. Близость у нас будет только на трезвую голову. Не хочу, чтобы утром ты сожалела о содеянном. Я слишком тебя уважаю, чтобы воспользоваться этим моментом.
Я обижено надула губы. Мне хотелось окончательно разломать барьер, который возвела вокруг себя. Черт побери, живем ведь лишь один раз. К черту правила, в пекло скромность! Ухватила пальцами за край его футболки и потянула резко вверх, отбросив ткань в сторону. Заскользила ладонями по горячей мужской груди, по твердым мышцам и судорожно сглотнула.
– Вика, что ты делаешь? – нахмурился Макс. – Я итак еле держусь, а ты специально провоцируешь.
– Ты не устоишь, – дерзко проговорила и резко нырнула рукой в его шорты. Прикоснулась к твердой плоти, услышав грозный рык, который пробрал до костей. Я уже говорила, что мне пить нельзя?
Максим перехватил мою руку, зажал мои запястья и завел их мне над головой.
– Какая же ты буйная, – улыбнулся он и покачал головой. – Но я тоже упрямый. Если что-то решил для себя, никто не переубедит. Раз сказал, что не прикоснусь к тебе, значит так и будет.
– Максим, – протянула его имя нежно, призывно, поерзала под ним, а он тяжело вздохнул.
– Вика, все утром. Как только алкоголь выветрится из твоего организма, я весь твой, – серьезно проговорил он, а я хмыкнула. Благородный нашелся. Мы буквально сражались несколько минут. Я пыталась получить желаемое, а Ковалёв рычал на меня и старался угомонить. Сошлись в поединке два упертых барана. В итоге я обессилила, сдалась, осознала, что Максим очень даже крепкий орешек, раз не поддался соблазну.
Ковалёв притянул меня к себе, обнял, нежно гладил по голове.
– Спи, котенок, – сказал ласково, убаюкиваюкивал своим голосом. Не заметила, как провалилась в безмятежный сон.
Утром разлепила веки и сжала пальцами волос ы, застонала, так как голова гудела. Часто захлопала ресничками и приподнялась на локтях. Прокручивала в голове все, что было вчера. Краска прилила к щекам. Дьявол! Вела себя как распутная девка. Самое удивительное, что мне не было стыдно. Осознание того, что Ковалёв не воспользовался ситуацией приятно грело душу. Дверь в комнату открылась и на пороге появился Максим. С волос капала вода, шорты мокрые. Сразу догадалась, что он плавал в бассейне, пока я спала.
– Доброе утро, котенок, – подмигнул он мне, а я не удержала улыбку. – Как самочувствие? Приготовить антипохмелин?
– Голова немного гудит, а так все отлично, – ответила, сканируя его взглядом. Загорелый, высокий, подтянутый, заметно, что в спорт зал ходит.
– Завтрак в постель принести или вместе спустимся к столу? – поинтересовался он, достал из шкафа сухие шорты, переоделся. Мне весь обзор закрывала дверца от шкафа. Боже! О чем я вообще думала?
– Принеси сюда, если не сложно, – пожала плечами и откинулась на подушки. Зажмурилась, а перед мысленным взором так и стоял Максим. Хотелось узнать его ближе, ощутить сильные руки на своем теле… Стоп! Опять не туда мысли уводят.
Ковалёв вышел из комнаты, а через пару минут принес поднос, на котором стояли две чашки с кофе, тарелка с бутербродами и печенье.
Мы завтракали в спальне, бросая друг на друга обжигающие взгляды. Оба упорно молчали и не начинали разговор о вчерашнем безумстве. Наверняка, Макс подумал, что я стыжусь своего поведения, поэтому решил не затрагивать эту тему.
– Спасибо за завтрак. Даже не знаю, как отблагодарить, – лукаво прищурилась, наблюдая за действиями Ковалёва. Он отставил поднос на тумбочку, а потом обхватил мой затылок рукой и притянул к себе для пламенного поцелуя.
Макс замер и заметно напрягся, когда я скользнула рукой ему в шорты и нежно провела пальчиками по твердой плоти. В его глазах сверкали молнии. Ковалёв затаил дыхание.
– А ты готов довериться мне и стать на шаг ближе? – выдохнула, дразняще провела языком по его губам. Макс судорожно сглотнул, явно не ожидал от меня таких смелых действий.
– Ты уверена? – насторожился он.
– Хочу вернуть должок, – заявила, стянув с него шорты. Он доставил мне удовольствие в кинотеатре, будет честно подарить и ему наслаждение.
– Вик… – он наверняка хотел что-то сказать, но не успел. С его губ слетел стон, стоило мне губами прикоснуться к его плоти. Нежно провела языком по уздечке, меня в жар бросило, когда увидела, что Макс на миг зажмурился от удовольствия. У меня сердце грохотало где-то в висках. Кровь закипала в венах, получала восторг от того, что осознавала какую власть имела над Максимом. Он гладил меня по волосам, изнемогая от моих пыток. Мои руки скользили по его горячему телу, а Максим вздрагивал от каждого прикосновения и рычал на меня из-за того, что доводила его до безумия.
Ковалёв запрокинул голову и со свистом выдохнул сквозь сжатые зубы. Его бедра едва заметно двигались, это означало только одно – тело взбунтовалось против здравого смысла. Макс хотел получить освобождение, а я намеренно оттягивала этот момент.
– Вика, – судорожно выдохнул он, глядя на меня помутневшими от желания глазами. Дышал так прерывисто, будто пробежал десять километров. Он дрожал, грудная клетка поднималась и опускалась в бешенном темпе, меня тоже лихорадило. Макс замер, из груди вырвался глубокий вздох, а я улыбнулась, ведь довела его края бездны и столкнула вниз. Ковалёв зажмурился, пытался отдышаться, а потом резко схватил меня и припечатал к дивану, навис сверху. В его глазах плескалось что-то дьявольское, отчего внизу живота стало горячо и жарко. Если бы находились одни, то я бы отдалась в его власть. Окно в спальне было открыто, поэтому слышался смех друзей. Они звали нас, говорили, что вода в бассейне горячая, грозились выбить дверь и силой вытащить нас на улицу.
Ковалёв смотрел мне в глаза. Мы молчали, но тишина не давила. Максим нежно припал губами к моей шее, покусывал кожу, сминал волосы в кулак.
– Ты удивительная, – выдохнул он мне в губы, обжигая кожу своим горячим дыханием.
– Пойдем, а то, похоже, твои друзья нас заждались, – прошептала, облизнув пересохшие от волнения губы.
– Друзья подождут. Не могу оставить свою девушку не удовлетворенной, – заявил он, и прежде, чем я успела, хоть что-то ответить, его губы впились в мой рот. Его язык ласкал губы, проник внутрь, быстро и настойчиво исследуя каждый уголок. Максим очень ловко освободил меня от майки и шортиков. Его рука сжимала грудь, а пальцы безжалостно теребили сосок. Легкое покалывание волнами расходилось по коже. Интуитивно выгнулась ему навстречу, не в силах противостоять этим ласкам. Его губы медленно спускались вниз по шее. Максим очертил горячим языком соски, а я не удержала стон. Маленькие осколки блаженства истязали тело, сосредотачиваясь внизу живота. Его рука медленно поползла вниз: от груди, к тонкой талии, а оттуда к бедру. Не отрывая влажных губ от напрягшегося соска, Максим ласкал рукой кожу под коленом, вынуждая расслабиться, открыться его ласкам. Страсть сжигала изнутри, меня трясло от происходящего. Я ерзала под ним, интуитивно поддавалась навстречу его руке, простони скомкались из-за этого, но было на все плевать. Мною уже правили инстинкты и жгучее желание. Мне хотелось, чтобы Максим не останавливался. Его пальцы добрались до укромного местечка, в то время как его губы жадно целовали мою шею, оставляя отметины. Пульс стучал где-то в висках, все внутри сладко сжималось в жажде освобождения. Не удержала стон наслаждения, когда Максим осторожно проник в мое тело пальцами. Все мышцы сладко ныли, стремясь к освобождению. Ковалёв не стал мучить, будто прочел мысли, словно точно знал, где прикоснуться, куда поцеловать, чтобы я потеряла связь с миром. Губами поглотил крик, который вырвался из моей груди. Я рассыпалась на атомы, сбросила с себя оковы. Не хотелось шевелиться, так бы и дрейфовала на волнах наслаждения.
Максим нежно погладил меня по щекам, осторожно поцеловал припухшие губы и улыбнулся.
– Нет, ты не котенок, ты маленький чертенок, – заявил он и прикоснулся губами к моему носу. – Не знал, что за маской скромницы прячется страстная фурия.
Я смутилась, к щекам прилила краска.
– Когда останемся наедине, подарю тебе бессонную ночь, – заявил он, будоража мое сознание многообещающим взглядом.
Смех и визг друзей доносился с улицы. Роман и Катя звали нас присоединиться к ним. Максим помог мне подняться с кровати, подал вещи. Мы оделись и спустились на первый этаж. По светящимся глазам Кати поняла, что она влюблена в Романа, а засос на ее шее подсказывал о том, что эти двое тоже даром время не теряли.
– Катя, ну ты и хулиганка, – прошептала я, слегка толкнув подругу в бок.
– Кто бы говорил, Викуля, – хохотнула она, схватила меня под руку и подвела к зеркалу. Я ахнула, заметив множество отметин на шее.
– Максим! – рявкнула, часто задышала. – Я тебя сейчас точно убью. Ты что наделал?
Катя хихикала, Роман пытался спрятать улыбку. Максим бесстрастно посмотрел на меня, подошел, обнял, прижавшись грудью к моей спине.
– Это что такое? – возмутилась, ткнув пальцем себе в шею. – Я как дома покажусь?
– Прости, я не специально, у тебя кожа нежная, не рассчитал, – заявил он, поцеловав меня в макушку.
– Вика, ты на Макса ругаешься, а ты обрати внимание на его шею, – хохотнул Рома, притянув к себе Катю. Я перевела взгляд на Ковалёва и чуть и не застонала от досады. Значит, я вчера ему тоже оставила отметины в порыве страсти. – Ты хотя бы волосами прикроешь шею, а ему в понедельник в офис ехать.
– Так я прощен или ты обиделась? – прошептал Максим мне на ухо, прикусывая мочку. Словно иголочки под кожу вошли.
– Просто в следующий раз постарайся не оставлять засосы, – пробубнила я.
– Обещаю, – выдохнул он. – Знаешь, что в твоей фразе было самым приятным? – улыбнулся Макс. – Что ты ждешь следующего раза.
У меня краска к щекам прилила. Катя схватила меня за руку и выдернула из объятий Ковалёва.
– Пошли в бассейн, – проговорила она и потянула меня к выходу. Я буквально кожей ощущала на себе взгляд Максима. Когда вышли на улицу, я прищурилась от яркого солнца. Девчонки плавали в бассейне, парни сидели в тени о чем-то болтали. Мы плескались в воде, загорали и отлично проводили время.
Вечером расположились в беседке. Максим крепко обнимал меня, словно боялся выпустить из рук. Я положила голову ему на плечо и общалась с Катей. Чувствовала умиротворение.
Мой телефон завибрировал, увидела на экране номер Оли.
– Сейчас вернусь, – сказала Ковалёву, и он выпустил меня из своих объятий. Я отошла в сторону, чтобы спокойно поговорить.
– Да, Оль, – весело сказала я, но услышав судорожный вдох, насторожилась.
– Вик… Мы в больнице. Андрей разбился на мотоцикле. Он в тяжелом состоянии. Врачи делают все возможное. Подумала, что ты должна быть в курсе, – всхлипнув, проговорила она, а у меня сердце замерло в груди, слезы непроизвольно покатились по щекам.
– Как это случилось? – спросила, облизнув пересохшие от волнения губы. Меня лихорадило. Не хотела потерять близкого друга. Стоило лишь представить, что он умрет и душу выворачивало наизнанку.
– Пьяный водитель иномарки вылетел на перекресток на красный свет… Удар был сильный… Мотоцикл ремонту не подлежит. Врачи сказали, что у Андрея многочисленные переломы и внутренне кровотечение, – всхлипывала она.
Я зажала рот ладошкой, пытаясь остановить рыдание. С трудом выяснила в какой больнице Калинин. Отключила телефон, чувствовала себя потерянной. Чьи-то теплые руки обвили мой живот.
– Что случилось? – с беспокойством спросил Ковалёв.
Я в двух словах рассказала ему о том, что произошло.
– Катя, – позвал Макс мою подругу и она подбежала к нам. – Присмотри за Викой, а то она на грани обморока. Я сейчас.
С этими словами Ковалёв забежал в дом, через пару минут вернулся с моей сумкой. Закинул ее на заднее сиденье автомобиля, что-то сказал Роману, друг кивнул и поспешил открыть ворота.
– Узнала адрес больницы? – спросил Максим, на что я утвердительно покачала головой, все еще находясь в шоке. Андрей ведь не умрет? Он же так молод! Ковалёв притянул меня к себе и крепко обнял. – Вика, все будет хорошо. Поехали, отвезу тебя в больницу.
Я удивленно посмотрела на Макса, часто захлопала ресничками.
– Отвезешь? – зачем-то переспросила.
– Ты же сказала мне, что этот человек дорог тебе. Значит, ты должна быть там. Поехали, я буду рядом, – заявил он и помог мне сесть в машину.
Всю дорогу ехали молча, я от волнения сгрызла ноготь на большом пальце. Грудную клетку неприятно сдавливало. В такие моменты осознаешь, насколько тебе дорог человек. Перед мысленным взором проносились картинки о том, как мы вместе с Калининым росли в одном дворе, как общались, его улыбка и теплый взгляд. Умоляла Всевышнего не забирать этого человека. Максим сжал мою руку, как бы напомнив о том, что он рядом. Бросила на него благодарный взгляд. В больницу зашли вместе, держась за руки. В приемном покое узнали, где можно узнать информацию и подождать. Нам сообщили на какой этаж подняться.
На третьем этаже в холле стояли Оля и Леша. Макар, прислонился спиной к стене, нервно проводил руками по волосам. Оксана переминалась с ноги на ногу. Мама Андрея сидела в кресле у окна, смахивая слезы платком. Все обратили взгляды на меня и Максима.
Я обняла подруг, потом маму Андрея. Максим поздоровался с Лешей, обменявшись рукопожатием. С замиранием сердца наблюдала за тем, как Макс и Макар бросили друг на друга уничтожающие взгляды. Однако, вопреки всем моим опасениям, Поляков протянул руку и Максим ответил на приветствие. Больница не место для боев и выяснения отношений. Мы с волнением ждали, когда выйдет врач из операционной. Оксана заметно расслабилась, заметив, что Максим ни на шаг не отпускал меня от себя. Макар же наоборот был сдержан, напряжен. Бросал на меня тяжелый взгляд, а я впервые спокойно реагировала. Мое сердце и душа теперь принадлежали Максиму. Ковалёв не клялся мне в любви, ничего не обещал, он просто был рядом. Чувствовала его искреннюю заботу, теплоту, внимание, поддержку. С каждым днем доверие между нами крепло.
Когда распахнулись двери операционной, у меня душа ушла в пятки. Взгляд доктора отрешенный, ни о чем не говорящий. Хирург направился к нам, а у меня дыхание сбилось и сердце замерло. Ощутила, как Макс сильнее сжал мою руку, второй придерживал за талию. Грохот стоял в висках, я боялась услышать плохие новости, мысленно просила Андрея не покидать нас…