![](/files/books/160/oblozhka-knigi-prizrak-proshlogo-si-332945.jpg)
Текст книги "Призрак прошлого (СИ)"
Автор книги: Людмила Королева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 32 страниц)
ГЛАВА 1
Вы помните тот момент, когда сердце впервые пропустило удар? Когда весь мир вдруг замер, и взгляд изменился? То мгновение, когда душу наполняет первая любовь? Не знаю, как остальные, а я никогда не забуду этого, и неважно, сколько пройдет времени… Говорят, что первую любовь невозможно вычеркнуть из сердца… Это действительно так…
Мне было двенадцать лет, когда это случилось… Обычный летний день… Я с братом вышла погулять во двор, где собралась наша большая дружная компания. Мальчишки и девчонки знали друг друга буквально с пеленок, ведь выросли в этом дворе. Большинство из нас жили в одном доме, поэтому каждый вечер мы проводили вместе на детской площадке. Я со своей лучшей подругой Олей сидела на скамейке, наблюдая за тем, как мальчишки играли в футбол. Еще несколько девчонок с нашего дома тоже болели каждый за свою команду. Я смотрела на то, как мой старший брат применял хитрые приемы и отнимали мяч у соперников. Честно признаться, я умирала от скуки. Когда мяч перелетел через ворота и попал в меня, я разозлилась. Хотелось напакостить в ответ, поэтому подхватила мяч с земли, показала брату язык и сорвалась с места. Подружки хохотали, а парни разозлились, ведь остановили игру из-за меня.
– Вика! – рявкнул Леша. – Дома получишь! – услышала я его угрозу.
– Я догоню, – заявил Макар и, перепрыгнув через ограждение, устремился за мной. Бегал он очень быстро, это я уже выяснила, когда мы играли в казаков-разбойников. Адреналин стучал в висках, а на губах у меня играла улыбка. Вот и нашла себе развлечение на вечер. Недалеко от площадки стояло несколько рядов гаражей. Я побежала туда, надеясь спрятаться. Знаю, глупо… Но дети, часто творят непонятно что…
Макар догнал меня очень быстро. Рывком припечатал к кирпичной стене, раскинув руки по обе стороны от меня. Поймал в ловушку… Я прижала к себе мяч, пытаясь отдышаться.
– Дёмина, мяч верни, – прорычал он, испепеляя меня взглядом. Я посмотрела в зеленые глаза, и мир ушел из-под ног. Что-то произошло в тот момент… Это не объяснимое ощущение, как будто молния поразила сердце, и оно сбилось с ритма. Я видела Макара всю свою жизнь, но глядела на него так, словно мы не знакомы. Что с моими глазами? Не понимала, что творилось в моей душе… Вихрь поднялся в глубине сознания, бабочки запорхали в животе, и я впервые посмотрела на друга иначе. Тогда-то я и влюбилась… А если быть точнее, то получила порцию яда… Я отравилась… Макар внезапно стал центром моей Вселенной. Скорее всего, не у одной меня сорвало крышу… Поляков тоже на миг замер, глядел, не моргая, на мои приоткрытые губы. Ему на тот момент было четырнадцать… Вроде уже не дети, но еще и не взрослые… У меня дыхание сбилось от странного блеска в его глазах. Моргнуть не успела, как Макар выбил из моих рук мяч и прижался ко мне своим телом. Ощутила его горячие, влажные губы на своих губах и перестала дышать. Краска прилила к щекам, кожа словно горела. Поляков осторожно провел языком по моей нижней губе, вызывая мурашки в моем теле. Я растерялась, тонула в новых ощущениях и понятия не имела, что делать в подобной ситуации.
– Тебя еще никто не целовал? – выдохнул он, обжигая меня горячим дыханием. У меня от волнения язык к небу прилип. Все, что смогла – отрицательно покачать головой. Макар улыбнулся и снова припал к моим губам, осторожно покусывая и сминая. У меня чуть сердце не выскочило из груди. Прикосновения этого мальчишки будоражили, открывали что-то неизведанное.
– Только Леше не говори, что я тебя поцеловал. Не хочу потерять друга. Договорились? – спросил он, отстранившись, а я снова лишь кивнула. Поляков, как ни в чем не бывало, подхватил мяч с земли, взял меня за руку и потянул к остальным, а меня трясло как в лихорадке. С того момента моя жизнь изменилась. Каждую секунду думала про Макара, вспоминая свой первый поцелуй. Стоило Полякову бросить взгляд в мою сторону, меня словно в кипяток окунали. Не знала, как он ко мне относился… Но судя по его заинтересованным взглядам, наверное, я тоже что-то всколыхнула в его душе.
С Макаром мы жили на одной лестничной площадке, в соседних квартирах, а моя лучшая подруга на этаж ниже. Ее соседом был Андрей Калинин. Вот когда погода не позволяла выбраться на улицу, мы впятером собирались у кого-нибудь дома и играли то в карты, то в компьютерные игры, или просто смотрели телевизор. Спустя две недели после поцелуя Макар позвал нас всех к себе, так как на улице шел проливной дождь. Поляков держался так, словно ничего между нами и не было, поэтому я последовала его примеру. Однако так и бросала на него задумчивые взгляды. Леша заметил это и нахмурился, но ничего не сказал. Мы расположились на диване, выключили свет и смотрели ужастик по телевизору. Макар сел рядом со мной, как делал это много раз до этого. Вот только теперь его присутствие сбивало ритм моего сердца. Так, чтобы никто не заметил, он сжал мою руку, нежно поводил большим пальцем по моему запястью, а я дышать перестала. Уже не волновало, что было на экране, мозги переключились на новые эмоции.
– Я попить, – заявила, вскочив с места. Так как миллион раз была дома у Полякова, то спокойно отправилась на кухню, зная, где и что находилось. Открыла шкафчик, достала стакан и налила себе воды. Сделала два глотка и развернулась, чтобы вернуться в зал к остальным, но вздрогнула. Макар стоял в проеме, скрестив руки на груди. Прищурился, губы натянулись в тонкую линию. Мне показалось, что он злился.
– Ты от меня сбежала? – прорычал он, делая уверенные шаги в мою сторону.
– Нет, – выдохнула и попятилась, пока не уткнулась спиной в столешницу. Заморгала испуганно, как лань, встретившая хищника.
Поляков прижал меня к себе, строго глядя в глаза. Нежно провел рукой по моим волосам, очертил контур скул подушечками пальцев. Я интуитивно уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть от себя. Меня пугала эта близость… Он лишь хмыкнул и сильнее сжал меня в объятиях. Чувствовала, как раскатисто билось его сердце под моими ладонями. Оно тоже сбилось с ритма.
– Хочу, чтобы ты запомнила раз и навсегда. Ты будешь моей. Увижу рядом с тобой другого, размажу его по стенке. Леха, конечно, пришел в ярость, когда я ему сказал, что ты запала мне в душу. Чтобы между нами не произошло, он навсегда останется моим другом. Так что я всегда буду маячить рядом, – заявил Поляков. Он не дал мне возразить или что-то ответить, а наглым образом подавил мое сопротивление и поцеловал. В этот раз не было в его прикосновениях нежности, только дерзость и сила. Как будто хотел продемонстрировать, что он всегда будет в доме хозяином. Когда он отстранился и вышел из кухни, я приложила пальцы к губам. Они припухли, и кожу саднило от укусов. Вернувшись в комнату, хотела сесть на свое место, но Макар не позволил. Притянул меня за руку и усадил к себе на колени, уткнувшись подбородком в мое плечо. Я боялась пошевелиться. Друзья бросили на нас удивленные взгляды. Брат злился, но высказывать ничего не стал. Знала, что дома Леша устроит мне «веселую жизнь».
– Макар, ты какого черта творишь? – не выдержал Андрей Калинин. – Вику отпусти. Мы же договаривались, что дружба прежде всего.
– На нашей дружбе это не отразится, – уверено заявил Поляков, крепче сжимая меня в своих объятиях. У меня щеки пылали. Так неуютно я себя еще никогда не чувствовала.
– Макар, не дури! Ей всего двенадцать! – злился Андрей.
– Андрюх, угомонись. Я в курсе, что ты тоже на нее глаз положил. Поздно, она моя. Я ее пальцем не трону, пока не вырастет. Я уже дал слово Лехе, так что нечего на меня так смотреть, – хмыкнул Поляков, а у меня рот открылся от удивления. Посмотрела на Калинина. Вот никогда бы не подумала, что нравилась и ему.
Как и ожидала, стоило нам с братом вернуться домой, он грубо схватил меня за руку и затолкал в комнату, закрыв за собой дверь, чтобы родители не услышали наш разговор.
– Вика, ты что творишь? – рявкнул Леша на меня, испепеляя взглядом.
– В чем ты меня обвиняешь? – вздернула подбородок, сложив руки на груди. – В том, что у друзей крышу снесло?
– Ты просто не понимаешь… На кону стоит дружба… Если Макар тебя обидит, я ему все зубы выбью за это, потому что ты моя сестра, но из-за этого лишусь лучшего друга. И не смей с ним спать. Узнаю, убью! Макаром движет инстинкт. Он ищет дурочку, которая согласится с ним ночь провести. Получит то, что хочет и свалит. Поэтому очень надеюсь, что у тебя достаточно мозгов, чтобы отказать ему, – зашипел брат.
Сказать, что я потеряла дар речи, значит, ничего не сказать. У меня рот приоткрылся от изумления. Это что же получается, я только прозрела, недавно ощутила влечение к противоположному полу, а у брата и друзей это уже давно? Для меня это стало открытием. Когда мы успели сделать шаг из детства в направлении взрослого мира?
– Леша, я влюбилась в Макара… Но ты не переживай, у меня есть голова на плечах. Обещаю тебе, что ни один парень не притронется ко мне до восемнадцати лет. Я не испорчу твою дружбу с мальчишками, слово даю. Ты мне веришь? – проговорила на одном дыхании, глядя в его глаза. Брат заметно расслабился.
– Я, конечно, буду только рад породниться с Макаром, но в далеком будущем. Тебе верю, потому что знаю, что ты у меня особенная. Не разочаруй меня. Отец с меня кожу сдерет, если узнает, что я за тобой плохо смотрел, – проговорил он и вышел из комнаты.
На следующий день все друзья во дворе знали, что я принадлежу Макару. Он заявил на меня свои права, а так как в компании являлся лидером, то перечить или смеяться никто не решился. Я носила невидимое клеймо… Мы так и продолжали общаться, каждый день видеться, но парой считались условно. Лишь изредка, если выпадал такой момент, что мы с Поляковым оставались на несколько минут наедине, он буквально срывался с цепи. Сбрасывал с себя маску безразличия и с горящими глазами набрасывался на меня. С каждым годом его поцелуи становились настойчивей, а руки смелее. В такие моменты сложнее всего было не потерять рассудок.
Я лишилась покоя. Эта странная любовь меня отравила, заполнила все клеточки. Я грезила о Макаре, в то время, как он, становясь старше, все чаще пропадал с друзьями в других дворах, а на меня перестал обращать внимание. Держался со мной холодно в компании друзей, словно не замечал. Однако стоило другому парню обнять меня или в шутку подхватить на руки, Поляков мгновенно появлялся рядом и обещал конкуренту свернуть шею, если тот снова позволит себе вольность. Я не могла понять Макара. Смирилась с тем, что рядом с ним постоянно сменялись девчонки, а я была для него другом. Хотя наше влечение друг к другу стало далеко не дружеское. Когда парни собирались у нас дома, я не раз слышала, как они обсуждали свои достижения и успехи. Тогда поняла, что мой брат точно такой же… Он, как и остальные, искал девчонок на один раз. У них возраст такой был… Гормоны бушевали… Да и рано еще было думать про создание семьи и серьезных отношений.
Шло время, мы менялись, взрослели, вот только мое невидимое клеймо никуда не делось. Не могла я ни с кем познакомиться, потому что сразу же возникал Поляков и всех распугивал. Меня это раздражало. Как-то спросила у брата, что это значит и почему Макар не дает мне спокойно жить. На что Леша ответил, что Поляков много лет меня любит, но терпеливо ждет, когда я вырасту. Этот ответ меня просто убил тогда. Думала, что если двое любят друг друга, то проводят время вместе. Он же ничего подобного не делал. Встречался то с одной, то с другой, а я, видя его с девушками, умирала от боли, но никому этого не показывала. Была глупой и наивной, считала, что чувства испарятся, что переболею, словно ветрянкой, и навсегда выброшу из головы Макара. Вот только беда в том, что стоило мне его увидеть или услышать – и кровь закипала в венах, сердце тарабанило, и краска приливала к щекам. Такой недуг, как выяснилось, был не только у меня. Оля в последнее время стала тише мышки, сникла и не хотела выходить гулять. Она призналась мне, что уже давно влюблена в моего брата, а он не обращал на нее внимания. Поэтому и общаться в одной компании она больше не хотела. Ох уж эта первая любовь… Она действительно рушила привычный мир…
Мы с Олей все реже стали появляться во дворе, предпочитали гулять в парке, лишь бы не пересекаться с парнями. Она понимала меня, как никто другой, ведь я тоже сохла и умирала без взаимности.
Когда мне исполнилось шестнадцать, а брату восемнадцать, родители оставили нас одних, позволив встретить Новый год с друзьями, а сами уехали к бабушке. Вся наша компания собралась у нас дома. Девчонки готовили салаты, парни помогали накрывать на стол. Праздник и дух волшебства пропитывал каждого. Вкус свободы кружил голову, ведь нам впервые с братом позволили остаться дома одним на Новогодние праздники. Я нарезала салат, подпевая про себя песню, которая доносилась из комнаты. Пританцовывая, превращала овощи в ровные кубики. Когда горячие крепкие руки обвили мою талию, я вздрогнула. Макар по-хозяйски обнял меня, прижавшись твердой грудью к моей спине. Я застыла и напряглась. Сердце оборвалось куда-то вниз, а дыхание сбилось. Не понимала, что особенного в Полякове? Обычный парень, но действовал на меня, как наркотик. Мгновенно затуманивал разум. Когда Макар нежно поцеловал меня в висок, я выронила нож из руки.
– Помочь? – ласково прошептал он, припав губами к венке на шее. Я задыхалась от нахлынувших эмоций. К щекам прилила краска, и почему-то захотелось спрятаться. Поляков своей мощной энергетикой лишал меня воли.
– Помоги, – хмыкнула я, уверенная в том, что он в жизни нож в руках не держал. Однако ошиблась. Макар очень ловко достал из шкафа еще одну доску и быстро порезал помидор кубиками.
– Не знала, что ты умеешь готовить, – удивилась я, а он приподнял брови и посмотрел на меня.
– Ты же в курсе, что я единственный ребенок в семье. Мама очень дочку хотела, но раз у нее только я, она научила меня готовить, чтобы помогал ей, – спокойно проговорил Поляков. – Вы с Лешей часто у меня обедали дома. Так все, чем угощал, я готовил сам. Просто не люблю об этом никому говорить. Не хочу, чтобы парни засмеяли, а то растеряю свой авторитет, – усмехнулся он.
– Я умею хранить тайны, так что не переживай, никому не расскажу, – улыбнулась, стараясь не обращать внимания на то, что внутренности буквально плавились. Бросила на Макара оценивающий взгляд. Он стал выше, раздался в плечах, заметно окреп, подкачал в тренажерном зале мышцы. Темно-синяя рубашка с коротким рукавом и потертые джинсы. Волосы в хаотичном беспорядке торчали в разные стороны, легкая небритость на щеках. Меня в жар бросило. Макар из подростка превратился в симпатичного парня. За это время изменилась и я. Черное платье в обтяжку подчеркивало все линии и округлости. И вроде я провела всю свою жизнь с друзьями, знала о каждом многое, но в то же время поняла, что все мы стали иными…
Поляков нежно провел подушечкой большого пальца по моим губам, стирая помаду. Другой рукой подтянул меня к себе, слегка наклонился и лукаво прищурился.
– Знаю, поэтому от тебя у меня никогда нет и не будет тайн, – выдохнул он мне в губы, срывая легкий поцелуй. Я часто захлопала ресничками и попыталась оттолкнуть его от себя. Уперлась кулаками в его грудь, но Полякова это только развеселило. – И больше не крась губы помадой, не люблю привкус химии.
– Не прикасайся ко мне, – прорычала угрожающе. – Ты не можешь целовать меня, когда тебе вздумается, – зашипела, прожигая его уничтожающим взглядом. В тот момент меня затопила злость и горечь. Я только научилась жить с осознанием того, что Поляков – это всего лишь детское наваждение. Ведь любовь, вспыхнувшая в двенадцать лет, не может быть настоящей… Это просто гормоны, или что-то иное… А после таких его проявлений нежности я долго себя собрать не могла. Ведь он всегда исчезал потом, а мое сердце кровоточило. Устала от того, что все вокруг считали меня девушкой Полякова, но на деле это не так. Мне Андрей больше знаков внимания оказывал, чем Макар. Друг часто дарил то цветы, то подарки, просто так. Как-то Калинин признался, что день и ночь думает обо мне. Однако люди так устроены, что мы не можем контролировать свои чувства. Мне Андрей очень нравился, я испытывала к нему теплые чувства, но мысли мои были заняты Макаром. Калинин тоже считал, что стоит Полякову получить от меня желаемое, и его ветром сдует. Где-то в глубине души, понимала, что они правы. Успела за эти годы понаблюдать за поведением Макара. Он действительно разбивал девчонкам сердца, наверное, я единственная, с кем Поляков общался так долго.
– Это еще почему? – хмыкнул он и хищно оскалился. Специально прижал меня крепче, чтобы я не смогла вырваться и сбежать. Как на зло никто из друзей не зашел на кухню, веселые голоса доносились из комнаты. А я так надеялась, что Макар сбавит обороты при появлении друзей.
– Потому что у тебя есть девушка, как там ее… Даша? Наташа? Я уже запуталась в именах… К тому же Андрей пригласил меня на выходных сходить в кино, я намекну ему, что не против встречаться. Уверена, что он давно бы позвал на свидание, но ему мешает дружба с тобой. Намерена объяснить ему то, что я не твоя и никогда не принадлежала тебе, – заявила, гордо вздернув подбородок. Макар с шумом втянул в себя воздух. Глаза потемнели от злости, на скулах заходили желваки.
– Нет у меня никого… Интрижки не считаю чем-то серьезным, просто удовлетворяю свои физические потребности. Что прикажешь делать, если кровь бурлит? Душой и сердцем я всегда был и буду только твоим, – серьезно проговорил он, а у меня рот открылся от удивления.
– Ты это каждой второй говоришь? Это схема такая? Я должна ахнуть от восторга и повиснуть у тебя на шее со словами: «я твоя на веки»? – хмыкнула, одарив его презрительным взглядом. – Ты просто бабник! Не хочу иметь с тобой ничего общего.
– Вика, я люблю тебя… Причем очень давно… Когда впервые поцеловал тебя, мне кажется, я в тот момент отравился… Потому что годы идут, а я выбросить тебя из головы не могу. В бешенство прихожу, стоит увидеть рядом с тобой другого… Но портить тебе жизнь не намерен. Хотел, чтобы ты повзрослела, осознала, что испытываешь ко мне. Не мог я просто использовать тебя, и не только потому, что ты сестра моего лучшего друга… Просто уважаю тебя. Вот и старался держаться подальше, чтобы не сорваться.
– Вешай лапшу на уши кому-нибудь другому, – хмыкнула, стараясь удержать невозмутимую маску. Надо признаться, его слова проникли в душу и прикоснулись к сердцу. Макар говорил очень искренне и глядел так, что я тонула в омуте его глаз.
– Макар, оставь Вику в покое, – спокойно проговорил Леша, войдя на кухню. – Пойдем, покурим.
Поляков смерил меня убийственным взглядом, наверное, его зацепило мое недоверие. Парни ушли на балкон покурить, а я доделала салат и присоединилась к остальной компании. Девчонки помогли красиво накрыть на стол, пока я была на кухне. Зажгли на елке гирлянды, сделали музыку громче. Всего нас было десять человек. Пять девушек и пять парней.
Брат с друзьями вошел в зал. Дина встряхнула золотыми кудрями и томно посмотрела на Полякова. Дине на тот момент было восемнадцать лет и среди девушек она самая старшая.
– Макар, я слышала, что ты расстался с Наташей, поэтому один пришел? – поинтересовалась она, а он закатил глаза, а потом бросил на меня быстрый взгляд. Прищурился, заметив, что рядом со мной сел Андрей.
– А разве я хоть раз на праздники приводил в нашу компанию посторонних? Нет! Потому что только присутствующие родные для меня люди. Мы вместе выросли, доверяем друг другу, можем положиться в любой ситуации один на другого… Это и есть настоящая дружба. В нашу компанию приведу только ту, которая действительно что-то будет значить для меня, – заявил Макар. Подошел к столу, подхватил мою подругу Олю на руки. Она взвизгнула от неожиданности.
– Оль, извини, но это мое место, – прорычал Поляков, пересадив Гончарову ближе к Леше, а сам сел рядом со мной. Подруга злобно посмотрела на Полякова.
– Макар, в следующий раз просто попроси, – хмыкнула она, поправляя платье. – Извини, там не написано, что место рядом с Викой твое.
Я поежилась, чувствовала себя загнанной в угол. С одной стороны Андрей делал намеки на то, что хотел бы встречаться, с другой Поляков активировался. Что это с ними? Может, праздник так всем вскружил голову? Я намерено игнорировала Макара, сбрасывала его руку со своей ноги, а он продолжал сжимать мое колено широкой ладонью, не обращая внимания мои убийственные взгляды. Настырный…
Когда забили куранты, мы подняли бокалы шампанского под всеобщий смех и поздравления. Я мысленно загадала желание, попросив у высших сил подарить мне кусочек счастья. Алкоголь быстро ударил в голову, щеки раскраснелись, а глаза у всех блестели. Мы танцевали, веселились и, казалось, что все стало как раньше… Когда в детстве дружили все вместе, не испытывая друг к другу влечения. Однако это были иллюзии… Даже в приглушенном свете видела взгляды подруг, они уже давно смотрели на парней не как на друзей, а как на потенциальных своих половинок. Леша пригласил на танец Олю, мне казалось, что подруга вообще не дышала. Паша притянул к себе Дину Иванову. Она сначала сопротивлялась, а потом сдалась. Я поняла, что Иванова глаз положила на Макара, но он ей не спешил отвечать взаимностью. Это очень радовало.
– Потанцуем? – предложил Андрей, а я искренне улыбнулась и, схватив его за руку, выскочила из-за стола. Калинин прижал меня к себе. Я буквально кожей ощущала гневный взгляд Полякова в тот момент. Макар сидел на диване, прищурившись, наблюдал за нами. В глазах сверкали молнии, кулаки сжаты. Я даже опасалась, как бы он не затеял драку, потому что Поляков часто решал вопросы кулаками. У него был взрывной характер.
– На какое кино идем? – спросила я у Андрея, а он невесело улыбнулся.
– Вика, прости, но мы уже никуда не идем. Макар обещал мне шею свернуть, если я с тобой пойду. Я его не боюсь, просто не хочу портить дружбу. Мы же столько лет общаемся…
– Ты же говорил, что я тебе небезразлична. Вот так просто сдашься? – хмыкнула, покачав головой.
– Вика, ты не понимаешь… Я не стану бороться, только потому, что вижу, как ты смотришь на меня и как на него… Я для тебя просто друг, а он нечто большее, это видно со стороны невооруженным глазом, – заявил Калинин, а я закатила глаза. Не стала с ним спорить. Ведь он прав…
Когда песня закончилась, Поляков подскочил с места, ухватил меня за локоть и потащил в сторону моей спальни.
– Надо поговорить, – процедил он сквозь стиснутые зубы. Я опешила, но потом подчинилась. Не станет же он меня насиловать в моем доме, где много людей?
Завел меня в комнату и запер дверь. Погасил свет, оставив только ночник. Я судорожно сглотнула и с опасением посмотрела на Полякова. Что он задумал?
– Я до безумия ревнивый. Не стоит меня провоцировать, – зарычал он так устрашающе, что у меня мурашки пробежали по спине.
– Макар, ты в своем уме? Ты мне никто! Просто сосед! Я с кем хочу с тем и встречаюсь, танцую, целуюсь… Это вообще не твое дело. Я тебе не жена, даже не девушка, – хмыкнула, сложив руки на груди, чтобы унять дрожь в теле.
– Это пока не жена, но станешь ею. Тебе шестнадцать, а значит, только через два года сможем подать заявление в ЗАГС, – заявил он, а у меня вырвался нервный смешок.
– Ты точно больной на всю голову. А мое согласие тебе не нужно? Я не выйду замуж за бабника. Макар, я измены прощать не стану… А ты точно будешь бегать налево… У тебя натура такая. Ты, как охотник, тебе всегда нужно выслеживать добычу, чтобы, поймав, отправиться дальше. Ты поэтому и теряешь интерес к своим спутницам, потому что любишь чувство азарта. И не говори, что это не так. Я успела изучить твой образ жизни. Все же выросли вместе.
Макар молча подошел ко мне, а я пятилась до тех пор, пока не уперлась спиной в шкаф. Поляков бесцеремонно запустил руку в мои волосы, обхватил затылок, притянул к себе и поцеловал страстно и яростно, распаляя внутри меня огонь желания. Мышцы скрутило в тугой узел, а сердце пронзило иглами. Я пьянела от его дерзости и наглости, от умелых ласк. Макар знал, как лишить разума, однако у меня была хорошо развита сила воли. Не пошла на поводу дикого желания, хоть и хотелось постигнуть что-то неизведанное, такое манящее и пугающее одновременно.
Поляков водил пальцами по моим припухшим губам, а я вдох не могла сделать. Испуганно смотрела в его глаза. А страшили меня эмоции, которые он во мне вызывал. Я превращалась в безвольную куклу, пугало то, что он имел власть надо мной.
– Вика… Глупышка моя… Я же по-настоящему люблю тебя… Знаю, что не веришь. Я докажу, – прошептал, нежно покусывая мою шею. Я уперлась руками в его грудь, пытаясь остановить это безумие. Боролась сама с собой. Была уверена, что ему от меня только одно надо… Просто спортивный интерес…
– Отстань от меня, – выдохнула, облизнув пересохшие от волнения губы. Дышала часто, с шумом втягивая в себя воздух.
– Я бы и рад, но не могу. Запала ты мне в душу. Я весной в армию ухожу на два года. Хочу, чтобы ты меня дождалась. Эти месяцы до призыва проведем вместе. Обещаю, что пальцем тебя не трону. Так мне будет проще понять, ждала ты меня или нет, – заявил он. Отстранился и вытащил из кармана коробочку. – Это тебе. С новым годом, Вика.
Я взяла подарок дрожащими руками и открыла. На бархатной подушечке лежало колечко, очень напоминающее обручальное с маленьким рубином в центре. Макар взял кольцо и одел мне на безымянный палец, перекрутил его так, чтобы камушек не было видно. Создавалась иллюзия того, что у меня на руке обручальное кольцо. Как он узнал мой размер?
– Раз я не могу сделать тебя своей женой до ухода в армию, то прошу, хотя бы кольцо не снимай. Не хочу, чтобы в мое отсутствие к тебе кто-нибудь подкатил. Виталик и Пашка обещали за тобой и Олей присмотреть, им только через год отдавать долг Родине, – проговорил Поляков. Я дар речи потеряла, смотрела то на кольцо, то на Макара и не знала, что сказать. Растерялась…
– Ты серьезно? Макар, если это шутка, то глупая… – он не дал мне договорить, впился в мои губы голодным поцелуем, наматывая мои волосы себе на кулак.
– Господи… Когда же ты вырастешь? Я уже устал ждать. Вика, да я с ума по тебе схожу. Твое недоверие режет меня без ножа. Разве я хоть раз тебе лгал? – выдохнул он, глядя мне в глаза.
– Но ты все это время проводил с другими… – обижено проговорила, прикусив себе язык.
– Да проводил. Но раньше я тебе ничего не обещал. Ведь так? Мы официально не встречались. Да, я отпугивал от тебя других парней, но только для твоего же блага. Знаю, что у них на уме, и не хотел, чтобы моей девочкой воспользовался какой-нибудь кретин. Оберегал тебя от других и от самого себя. А с сегодняшнего дня мы начнем встречаться, и теперь других девушек в моей жизни не будет.
Что-то обжигающее текло по моим венам. У меня сердце замело в груди от его слов.
– И ты даже не спросишь, хочу ли я все это? – нахмурилась, поражаясь его самоуверенности.
– Вика, я знаю, что ты меня любишь, вижу это по глазам, по тому, как ты отвечаешь на мои прикосновения. Все эти годы чувствовал на себе твой пронзительный взгляд. Скажешь, я не прав? – вскинул он брови, а я залилась краской. Хорошо, что в полумраке этого не видно.
Я растерялась, поэтому молчала, опустила взгляд в пол.
– Твое молчание расценю, как знак согласия, – улыбнулся Макар и прижал меня к себе. Зарылся носом в мои волосы, вдыхая в себя запах моей кожи. Я прижалась щекой к его горячей груди, ощутив аромат легкого морского бриза с нотками лайма. Слышала стук его сердца и происходящее казалось нереальностью. Может, это сон?
Поляков взял меня за руку, крепко сжал, а потом потянул за собой к остальным. Новогодняя ночь способна творить чудеса… Брат, танцуя с Олей, целовал ее с жадностью, то же самое проделывали Маша и Виталя. Остальные общались, хохотали над шутками Андрея. Калинин метнул взгляд на нас с Макаром, заметив руки Полякова на моей талии, поспешил отвернуться.
Только под утро веселая компания разошлась по домам. Оля осталась помочь убрать посуду. Леша и Макар собрали стол и передвинули его на место. Я посмотрела на подругу и подмигнула ей. У нее щеки залились румянцем, а в глазах полыхал огонь.
– Представляешь, как будет здорово, если ты выйдешь замуж за Лешу, а я за Макара? Мы же с детства вместе, так по жизни и станем неразлучными, – хихикнула я и обняла Гончарову.
– Я тоже уже про это подумала. Дай, Бог, чтобы так и было, – прошептала подруга и улыбнулась. На кухне появился Леша. Без слов перекинул через плечо Олю и утащил в свою спальню.
– Леша, веди себя прилично, – крикнула я брату в спину.
– Взаимно, сестричка, – бросил он мне в ответ и закрылся в спальне.
– Сама пойдешь в комнату или мне последовать примеру твоего брата? – поинтересовался Макаров, а я судорожно сглотнула.
– Ты же обещал, что пальцем меня не тронешь, – выдохнула, часто захлопав ресничками.
– Вика, запомни раз и на всю жизнь, я всегда держу свое слово. Пойдем, спать ужасно хочется, – хмыкнул он, схватил меня за руку и подтолкнул к моей комнате. Быстро разложил мой диван, а я открыла рот от изумления, схватила с полки вещи и убежала в душ. Освежилась, переоделась в шорты и майку. Макар ухмыльнулся, прошел мимо меня в ванную. Вернулся в комнату в шортах. Когда он успел принести из дома сменные вещи? Заранее планировал остаться или после душа сбегал домой? Уточнять не стала… Поляков нырнул под одеяло, притянул меня к себе и крепко обнял.
– Спи. Отдохнем и в кино вчетвером пойдем, – заявил он, зарывшись носом в мои волосы, поцеловал в затылок. Я замерла как мышка. Вот как уснуть, когда тот, о ком грезила столько лет, в одночасье перевернул всю мою жизнь вверх дном? Я вдох боялась сделать, в голове был вихрь эмоций. Осторожно погладила пальчиками его руку, а он сжал мою ладонь.
– Макар, а можно личный вопрос? – прошептала, ощутив, как он напрягся.
– Солнышко, тебе можно все, – уверено ответил он.
– Сколько девушек у тебя было? – спросила из любопытства.
– Ты первая кого я поцеловал, ты единственная, в кого я влюбился, и ты станешь моим солнышком на всю оставшуюся жизнь. Все остальное не важно. Поняла? – проговорил на одном дыхании, а я улыбнулась. Выкрутился. Хитрец!
– Я первая, кого ты поцеловал? – удивилась, вспомнив тот момент в гаражах.
– Почему слышу в твоем голосе недоверие? – хмыкнул он, поцеловав меня в плечо, отчего мурашки пробежали по телу.
– Ты это сделал так умело, вот и подумала… – но Поляков меня перебил.