![](/files/books/160/oblozhka-knigi-prizrak-proshlogo-si-332945.jpg)
Текст книги "Призрак прошлого (СИ)"
Автор книги: Людмила Королева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 32 страниц)
– Прости, я снова все испортил. Не смог устоять. – прошептал Андрей, а я отвела взгляд в сторону. Щеки вспыхнули. Боже! Что же я творила? Зачем вообще согласилась на эту прогулку? Ведь знала, что Калинин не ровно дышит ко мне.
– Это ты прости. Может, нам не стоит общаться? – выдохнула, отвернувшись от него.
– Что за глупости? Боишься, что твое сердце выберет меня, а не Макара? – спокойно проговорил он, а у меня кольнуло под ребрами.
– Я уверена в своих чувствах к нему, – ответила ледяным тоном и обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь.
– Тогда нет причины прекращать нашу дружбу. Если хочешь знать, вчера я сюда привозил Олю. Ей тоже очень понравилось. С ней, конечно, проще общаться, потому что нас не тянет друг к другу. И желание поцеловать не возникает рядом с ней. Постараюсь держать себя в руках и больше не прикасаться к тебе.
– То, что мы делаем, как-то неправильно, – ответила я.
– Думаешь, что Макар хранит тебе там верность? Да, он наверняка уже нашел утешение в чьих-нибудь объятиях. Вика, тебе всего семнадцать! Ты ему не жена! Жизнь летит очень быстро, не надо копаться в себе, соответствовать каким-то рамкам. Живи так, как тебе хочется и плевать, если осудят. Ну, подумаешь, пару раз поцеловались… Я-то знаю, что ты порядочная девушка. Уважаю тебя за то, что ты так предана Полякову, но в то же время, прихожу в бешенство. Не заслуживает он тебя…
Я зажмурилась, затаила дыхание. Под ребрами все горело от боли.
– Вот теперь ты все портишь. Нам действительно не стоит общаться. Думала, что мы сможем быть друзьями, но ошиблась… – выдохнула, смахнув непрошеные слезы.
Калинин заметил, что по моей щеке скатились слезинки, подошел и обнял.
– Прости… Черт! Мне не следовало этого говорить. Вика, просто мне голову сносит… Обещаю, что больше не стану надоедать тебе своей любовью. Попытался завоевать тебя, но ты не поддаешься. Готов признать поражение, – натянуто улыбнулся он.
– Отвези меня домой, – попросила, решив, что надо избегать Калинина, иначе наши встречи точно до добра не доведут.
– Конечно, – печально проговорил он.
Мы вышли из здания, попрощавшись с Петровичем, подошли к мотоциклу и надели шлемы. Андрей вез меня аккуратно, не торопился, соблюдал все правила дорожного движения. Перед поворотом сбавил ход, однако нас подрезала машина, пролетев на запрещающий сигнал светофора. Чтобы избежать столкновения Андрей резко вывернул руль, но железный «конь» не удержал равновесия, и мы упали. Моргнуть не успела, как оказалась на земле. Несмотря на то, что скорость была небольшой, мы все же немного пострадали. Любимые джинсы разорвались, колени и ладони разбиты в кровь. Андрей испуганно посмотрел на меня, помог подняться.
– Ты как? – с беспокойством спросил он, осматривая меня со всех сторон.
– До свадьбы заживет, – попыталась пошутить, поморщилась от боли.
– Может, в больницу? Вдруг серьезные повреждения? – насторожился Калинин, а я закатила глаза.
– Поехали домой, – попросила, тяжело вздохнув. – Если бы были переломы, думаю, почувствовала бы.
Андрей поднял мотоцикл с асфальта, помог мне сесть, еще раз осмотрев меня на наличие повреждений. До дома доехали быстро. Калинин подхватил меня на руки и понес в сторону подъезда. Я возмущалась и просила поставить меня на ноги, но он не слушался.
– Я тебя чуть не убил. Вот так всегда, соблюдаешь все правила, а попадется какой-нибудь лихач, и костей не соберешь, – проговорил Андрей. Калинин позвонил в звонок, на пороге появилась моя мама. Она ошарашено смотрела то на меня, то на Андрея. Джинсы сильно пропитались кровью, со стороны смотрелось кошмарно.
– Вы только не волнуйтесь, мы с мотоцикла упали, – заявил Андрей, а мама побледнела, прижала руки к груди и пропустила нас в квартиру. Калинин отнес меня в ванную, хотя я бы и сама дошла.
Ужаснее всего было то, что к ранам прилипла ткань. Я со стоном стянула с себя джинсы, промыла проточной водой порезы, морщась от боли. Накинула халатик на плечи и вышла из ванной комнаты. Андрей сидел на моем диване, обхватив голову руками. Он очень переживал за меня.
– Может, все-таки в больницу? – на одном дыхании проговорил он, а я улыбнулась и покачала головой.
– Все нормально, не переживай, – уверила его, показала раны, чтобы Калинин понял, что ничего смертельного.
Он ушел домой, а я еще долго не могла заснуть. И не только потому, что кожа щипала… Я вдруг осознала, что добрый, спокойный Калинин невольно подобрался к моей душе. Его внимание, забота подкупали. Если бы мое сердце не было занято Поляковым, то возможно, я бы влюбилась в Андрея.
На следующий день после занятий отправилась на работу. Перебинтовала колени и натянула брюки, чтобы ткань не терлась о болячки и не причиняла боль. Через несколько дней окончательно пошла на поправку. В свой выходной день проснулась из-за того, что в дверь постучали. Зевая, шагала по коридору. Открыла дверь, удивленно заморгала. На пороге стоял Калинин с букетом роз.
– Я войду? – поинтересовался он, а я растерялась. Собиралась избегать этого парня от греха подальше, но как-то плохо получалось.
– Проходи, – монотонно ответила я и сделала шаг в сторону, пропустив незваного гостя. – Прости, я только встала… – пробубнила, бросив взгляд на часы. Девять утра! Принесла же его нелегкая в такую рань.
Калинин протянул мне цветы, а я смутилась.
– Не стоило, – ответила, приняв букет из его рук.
– Мне захотелось подарить тебе цветы. Что в этом такого? – спокойно проговорил он.
– Чай или кофе будешь? Я еще не завтракала, – заявила, поставив цветы в вазу.
– Не откажусь, – обрадовался Андрей и сел со мной за стол.
Я поставила перед ним чашку кофе, сделала бутерброды с сыром.
– Я у отца взял машину. Так что как позавтракаешь, собирайся, поедем в торговый центр, – сказал Калинин, а я чуть не подавилась. Удивленно заморгала и посмотрела на друга.
– Зачем? – насторожилась я.
– Из-за меня ты лишилась джинсов. А я знаю, как они тебе нравились. Так что куплю тебе такие же. Возражения не принимаются, – тут же вставил он, заметив, как я подобралась и насупилась.
– Андрей! – возмутилась я. – В том, что мы упали, нет твоей вины. Я потом куплю джинсы. Ничего мне не нужно.
– Вика, – зарычал он, испепеляя меня гневным взглядом. – Сказал же, возражения не принимаются.
Мы еще несколько минут поспорили, в итоге мне пришлось сдаться, потому что Калинин пообещал перекинуть меня через плечо и отвезти в магазин против воли.
В торговый центр приехали быстро. Вошли в отдел, где я покупала себе джинсы. Попросила продавца принести мне в примерочную нужный размер.
– К сожалению, точно таких же уже нет, но на выбор могу предложить другие две модели, – ответила девушка-консультант. Я согласилась примерить.
Отличались они только цветом, фасон был примерно такой же, как и у тех, которые разорвались.
– Мне нравится, как на тебе сидят светлые, – заявил Андрей, когда я покружилась перед ним, демонстрируя новые джинсы.
– Ваш парень прав, эта модель на вас сидит идеально, – подтвердила консультант. У меня сердце больно кольнуло. Парень? Боже! Это что же мы с Калининым со стороны смотримся как пара? Только этого не хватало…
– Мы берем эти, – ответил за меня Андрей и оплатил покупку.
Молча вышли из отдела. Я посмотрела в глаза Калинину и тяжело вздохнула.
– Не стоило тратиться, – заявила я.
– Мне для тебя ничего не жалко, – хмыкнул он. – Сходим в кино?
– Андрей, – застонала я. – Ну какое кино? Нас и так уже считают парой… Не хочу, чтобы эти слухи дошли до Макара.
– Чего ты опасаешься? Мы же с тобой друзья или ты уже считаешь иначе? К тому же Макар, когда вернется, легко узнает правду. Так чего ты боишься? – вскинул он брови.
– Ничего я не боюсь, – хмыкнула, посмотрев серьезно на Калинина. – Ты прав, доказать то, что ждала, мне проще простого. Ладно, уговорил. Пошли в кино. Но только как друзья.
– Договорились, – обрадовался Андрей и щелкнул мне пальцами по носу.
Мы пошли на комедию. Посмеялись от души. Я здорово провела время. Андрей, как и обещал, вел себя как друг, больше ни на что не намекал и в любви не признавался. Но вот взгляд выдавал его с потрохами. Мне не хотелось давать Андрею ложных надежд, я не раз напоминала ему о том, что люблю Макара, что дождусь его из армии и выйду замуж. Как ни старалась избегать Калинина, он все равно находился всегда рядом.
Новый год подкрался незаметно. Отметила праздник с друзьями, а на следующий день отправилась в гости к родителям Макара. Поздравила Ирину Михайловну и Сергея Ивановича.
– У нас для тебя есть новость, – улыбнулась тетя Ира. – В конце месяца поедем к Макару. Возьмем тебя с собой.
Я не удержала визг радости и восторга.
– Спасибо! Спасибо! – воскликнула я и обняла Ирину Михайловну. Сергей Иванович искренне улыбнулся.
Меня затопили невероятные эмоции. Любовь, благодарность, радость, предвкушение… В один миг все стало неважно, весь мой мир снова сузился до одного человека. Сердце тарабанило так, что оглушало своими ударами. Как же дожить до конца месяца? Хотелось, чтобы время поскорее пробежало, но оно предательски долго тянулось. Представляла нашу встречу и мурашки бегали по коже, дух захватывало. Я точно больная на всю голову. Как одержимая ждала день отъезда.
ГЛАВА 9
Поезд уносил меня прочь от дома. Я смотрела в окно на сменяющийся пейзаж, а в душе был настоящий кавардак. Запуталась в себе, не понимала, что происходило? Меня с толку сбивало то, что против воли испытывала эмоции к Андрею, а может, это всего лишь мираж? Обычная физиология? Не сомневалась в том, что мне нужен только Макар, но не могла объяснить себе происходящее с Андреем. Ситуация казалась до ужаса неправильной. Пришло осознание того, что поступила глупо, опрометчиво и, скорее всего, своим поведением дала Калинину мнимую надежду. Нужно понять, что мы уже давно не дети и такое поведение неприемлемо для девушки. Я как бы посмотрела на себя со стороны и поморщилась. Сердце неприятно сжалось, когда поняла, что мое поведение можно и за измену посчитать. Решила, что поменяю свое отношение к Калинину, перестану с ним общаться так, как раньше. Нельзя забывать, что теперь он парень, а не соседский друг-мальчик. Подумала про Макара, и под ложечкой засосало. Странное чувство возникло. Мечтала увидеть его и в то же время боялась. За десять месяцев, которые не виделись, все стало иначе. Поляков казался далеким, чужим. Неужели отвыкла от него? Искусала губу от волнения, переплела пальцы, сидела как на иголках. Дыхание сбилось, а сердце колотилось. Я волновалась. Чего боялась? А черт его знает. Эмоции просто выплескивались через край, и не могла ими управлять. Вздрогнула, когда ощутила на своих руках теплую ладонь Ирины Михайловны.
– Вика, не волнуйся, – улыбнулась она. Сергей Иванович подмигнул мне, а я выдохнула и немного расслабилась. В компании этих людей чувствовала себя так, словно являлась их дочерью. Странное, необъяснимое ощущение, но такое теплое и приятное.
Всю дорогу мы общались на разные темы, смеялись и со стороны казались настоящей семьей. Даже проводник посчитал, что Сергей Иванович мой отец. Радовалась тому, что у меня такие замечательные отношения с родными Макара.
Несколько дней пути – и мы прибыли на место. Вышла из вагона, меня штормило. Словно на волнах покачивалась. Ирина Михайловна успокоила меня, объяснила, что это из-за того, что много времени провели в пути. Я осматривалась по сторонам, любовалась архитектурой города, памятниками. Испытывала дикий восторг. Поймала себя на мысли, что в будущем обязательно буду путешествовать. Хотелось посмотреть на мир.
Отель, в котором мы остановились, мне очень понравился. Номер трехместный, просторный, уютный. Мы разобрали вещи, немного отдохнули от дороги и отправились в военную часть. У меня сердце билось где-то в висках, а в горле стоял ком. Парни в форме проводили нас в специальное помещение, где мы и дожидались Макара.
Скользила взглядом по цветочным горшкам, зеленым листьям, перевела взгляд в окно. Снег большими хлопьями падал на землю. Я переминалась с ноги на ногу. Меня трясло, тошнота подкатывала к горлу, а ладони вспотели.
Кожей ощутила присутствие Полякова в помещении. Мне показалось, что каждая клеточка вспыхнула и загорелась. Воздух наэлектризовался, стал осязаемым, обволакивал. Стрелки на часах замедлили ход. Сердце замерло на миг. Смотрела в зеленые глаза любимого и не могла сделать вдох. Боже! Как же я соскучилась по Макару! Бросило в жар, потом в холод.
Полякову чертовски шла форма. Макар смотрел на меня и не шевелился. Скользил взглядом по моему лицу, телу, словно сканировал. Его взгляд будоражил, заставлял кровь закипать. В его глазах одна эмоция сменяла другую. У меня дыхание сбилось, хотела броситься к нему, но ноги словно приросли к полу. Мышцы не слушались. Поляков сорвался с места.
Мгновение и оказалась в крепких руках. Макар прижал меня к себе так сильно, что кислорода не хватало. Прижалась к нему и зажмурилась. Лихорадочно цеплялась пальцами за шею, плечи и не могла поверить в то, что это реальность. Все сомнения, страхи и мысли улетучились. Одна истина пульсировала в голове. Макар – тот, кто мне нужен. Только рядом с ним мое сердце будто ожило от спячки, кровь неслась по венам быстрее, а внутри стало тепло и уютно. Мир снова исчез… Потянулись друг к другу навстречу. Ощутила на своих губах его влажные губы и чуть не умерла от переизбытка адреналина. Макар зарылся руками в мои волосы, пропускал пряди через пальцы. Его язык немного грубо ворвался в мой рот, а меня накрыла волна возбуждения. Бешеные посасывающие движения его губ и языка, сводили меня с ума. Я отвечала с не меньшей страстью. В любимых глазах плескалась раскаленная лава, она будоражила мою кровь.
Макар обхватил мои щеки ладонями и уткнулся своим лбом в мой лоб. Прожигал меня взглядом, отчего мурашки бегали по спине, а внутренности стягивало в узел. Нервы оголились до предела. Кислород закончился в помещении?
– Макарунчик, – выдохнул Поляков, нежно провел пальцем по моим припухшим от поцелуя губам, и улыбнулся. Мне показалось, что земля ушла из-под ног. Как же мало нужно для счастья. Мне хотелось визжать от радости, ведь мы наконец-то снова вместе. Чуть не запрыгала, как в детстве, от восторга, от переполняющих меня эмоций. Однако тело не слушалось, мышцы окаменели. Сияла, как гирлянда, улыбалась и не хотела выпускать из своих объятий любимого.
Сергей Иванович кашлянул, а мы вздрогнули, совсем забыли про родителей. Макар отстранился от меня и обнял маму, а потом отца.
– Как же я рад, что вы приехали. Необходимо подождать полчаса. Сейчас подпишут мои документы, и я смогу провести с вами четыре дня.
– Конечно, подождем, – улыбнулся Сергей Иванович. – Как служба?
– Нормально. Освоился, – пожал плечами Поляков, бросив на меня жадный, голодный взгляд. У меня в груди был пожар, лихорадило так, что не знала, как унять эту дрожь. Смотрела на любимого и все встало на свои места. Макар – единственный человек, которого я любила. Андрей… Всего лишь друг, который мне очень симпатичен. Калинин нравился мне как человек, а не как мужчина, у нас было много общего, но к нему я не испытывала такой всепоглощающей любви, как к Макару.
Полякову принесли документы, и мы вышли на территорию воинской части, направились к высокому забору, за которым нас уже ждало такси.
– Макар, – позвал парень в форме. Любимый обернулся. – В увольнение? – усмехнулся незнакомец.
– Да, ко мне семья приехала, – спокойно ответил Поляков.
– Хорошо тебе отдохнуть. Ты медсестричку предупредил о том, чтобы она вечером тебя не ждала? А то Катюха будет спрашивать у меня о том, куда ты делся, – рассмеялся парень.
У меня сердце замерло в груди. Я нахмурилась, с изумлением смотрела на Полякова. Жгучая, разъедающая ревность заполнила вены. Я тут терзалась из-за своего неправильного поведения, а Макар? Выходит, что тоже с кем-то общается? Или его с этой Катей связывает гораздо больше, чем просто общение? Мне не хватало кислорода. Непроизвольно сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони. Хотелось придушить Макара… Однако сдерживала свои эмоции. Ведь тоже не отличалась идеальным поведением…
– Нет, не предупреждал. Скажи, что ко мне семья приехала, – с раздражением проговорил Поляков, бросив на меня настороженный взгляд. Любимый пытался уловить мою реакцию на происходящее. Я судорожно сглотнула и отвернулась от Макара. Делала глубокие вдохи, чтобы взять в узду эмоции.
В такси Поляков взял меня за руку, но я выдернула свою ладонь и отодвинулась от него. В глазах Макара клубилась гремучая смесь. Казалось, что он мечтал мне шею свернуть. Любимый прищурился, прожигая взглядом, а я отвернулась к окну. У меня внутренности горели, накатила обида, а еще странное, непонятное чувство горечи. Может, мы поспешили, дав друг другу обещания хранить верность? Никто из нас толком не справился с данным словом.
Поляков общался с родителями, бросая на меня убийственный взгляд. Знала, что ему не терпелось остаться со мной наедине, чтобы выяснить отношения. При родителях не собирался устраивать разборки и затевать неприятный разговор. Мы приехали в отель, поднялись в свой номер. Сергей Иванович и Ирина Михайловна всю дорогу о чем-то рассказывали сыну, я не вникала в их разговор, ушла в себя.
– Сережа, давай быстренько сходим в торговый центр, который я видела по дороге сюда. Хочу посмотреть, что там за распродажа, – улыбнулась Ирина Михайловна. – Когда мы еще походим по местным магазинам?
Сергей Иванович закатил глаза. Он понял намек жены.
– Иришка, конечно. Мы скоро будем, – заявил Сергей Иванович, похлопал сына по плечу и, взяв жену за руку, вышел из номера.
Мы с Макаром остались наедине. Кожей ощущала наэлектризованный воздух. Он стал осязаемый, обволакивающий, будоражил каждый оголенный нерв. Я затаила дыхание, когда заметила нечто звериное в глазах Полякова. Макар явно ждал, что я начну расспросы или брошу в его адрес упреки, но, как бы мне не хотелось, не стала этого делать. Развернулась, прошла мимо окаменевшего Макара, включила телевизор, выбрав музыкальный канал. Я отошла к окну, обхватила себя руками, чтобы унять дрожь. Странное чувство. Так мечтала увидеть любимого, умирала, сгорала, думая о нем, а теперь вот он рядом, но между нами словно так и остались тысячи километров. Поляков уверенным шагом подошел ко мне и встал за спиной, обвил мой живот руками и уткнулся подбородком в мой затылок.
– Не накручивай себе. У меня ничего не было с медсестрой, просто общаемся… – нарушил тишину Макар, а я не могла сделать вдох. Ревность, подобно яду, отравляла.
– Просто общаетесь? – хмыкнула я, не веря его словам. Знала Макара слишком хорошо, чтобы поверить в эту сказку.
– Макарунчик, когда же ты поймешь, что я тебя люблю? Душа и сердце тебе принадлежат. Я не спал с Катей, если тебя это так беспокоит. Однако пару раз поцеловал ее. Бросишь меня из-за минутной слабости, из-за того, что флиртовал с медсестрой? – насторожился он, затаив дыхание.
– А ты расстанешься со мной, если узнаешь, что я целовалась с Калининым? – монотонно проговорила, ощутив, как напряглись мышцы у Полякова. Макар с шумом втянул в себя воздух. Услышала, как скрипнули у него зубы, соприкоснувшись друг с другом.
– Что ты делала? – зарычал он, резко развернув меня. Смотрел в глаза, прищурившись. Губы в тонкую линию натянулись, на шее вена бешено пульсировала. Макар был в ярости.
– Не накручивай себе. У меня ничего не было с Андреем, просто общаемся. Мои душа и сердце тебе принадлежат, – процитировала любимого, вздернув подбородок. – А мы с тобой идеальная пара. Наверное, все же поспешили, решив стать одним целым. Ни один из нас толком не знает, что такое доверие и верность. Пошли на поводу физического влечения.
Поляков с силой припечатал меня к стене, пальцами сдавил горло, лишив кислорода.
– Я убью тебя, – зашипел он так зловеще, что у меня мурашки поползли по спине. – А потом сверну шею Калинину. Вика, какого черта ты с ним целовалась? – рявкнул на меня Макар, в глазах клубилась гремучая смесь. Я оттолкнула от себя Полякова, с жадностью хватала ртом драгоценный воздух. Смотрела на любимого, как на врага. Кулаки непроизвольно сжались, меня затопили противоречивые эмоции.
– Может, горишь желанием проверить, девственница ли я? – вскинула брови, одарив его убийственным взглядом. Сложила руки на груди, чтобы унять дрожь.
– Не сомневайся, проверю. Когда вернусь домой. И не дай Бог, ты меня не дождешься. Придушу, – процедил он сквозь стиснутые зубы. Да уж… Не так я себе представляла нашу встречу. Прав был Леша. Мы гремучая смесь.
– В следующий раз, когда будешь зажимать в углу свою медсестру, знай, что со мной то же самое может вытворять Калинин. Ты ни одной юбки пропустить не можешь. Чертов бабник! – прорычала, тяжело дыша. У нас эмоции вышли из-под контроля.
– Кто бы говорил! – рявкнул Поляков, сжав кулаки. – Люблю, буду ждать, – передразнил он меня, – а сама с Андреем целуешься. Что ты ему еще позволяешь?
Воздух в помещении накалился до такой степени, что казалось, стоит сделать лишнее движение и все взлетит, подобно ядерному взрыву. Смотрели друг на друга и тяжело дышали.
– Мы допустили ошибку. Не выдержали испытание. Нам лучше расстаться, потому что дальше будет только хуже. Начнем трепать друг другу нервы, обвинять и кидаться претензиями, – выдохнула я, ощутив, как неприятно кольнуло под ребрами. Я любила Макара, но мы поспешили, хотели жить по правилам взрослого мира, но ни один из нас этих правил толком не знал.
– Макарунчик, – зарычал Поляков, одарив меня ледяным взглядом. – Я тебя точно сейчас придушу, – рявкнул он и сорвался с места. Я взвизгнула и поспешила прочь. Инстинкты самосохранения подсказывали, что нужно скрыться, вот и послушалась интуицию. Мы как дети, носились по номеру. Поляков все же схватил меня, перекинул через плечо, как добычу. Я брыкалась, говорила, как сильно ненавижу его, что он обманщик… Взвизгнула, когда приземлилась спиной на мягкое покрывало. Макар придавил меня своим телом так, что кислорода не хватало. В его глазах промелькнуло что-то дикое и пугающее, отчего у меня кровь устремилась по венам, а в висках застучал адреналин.
С необузданной яростью Макар впился в мои губы. Дерзко, властно сжимал пальцами мою грудь, языком толкаясь в глубь моего рта. Меня будто в кипяток опустили. Застонала от жгучего, всепоглощающего желания. Вцепилась пальцами в его шею, притянула сильнее к себе, отвечала на поцелуй с жадностью, с дикостью. Мы кусались, причиняли боль друг другу, пока ярость не утихла и ей на смену не пришла страсть. Влажные губы Макара обрушились на мою шею. Он как вампир, прикусывал мою кожу зубами, вызывая у меня волну дрожи. Лихорадочно стаскивал с меня вещи, желая прикоснуться к коже. Я умирала от его ласк, в груди был ураган эмоций. Поддела пальцами его футболку и потянула, освободив любимого от одежды. Провела пальчиками по плечам, твердой груди, погладила плоский живот. Поляков задышал учащенно, глаза пеленой страсти заволокло. Уперся своим лбом в мой и посмотрел в глаза.
– Как же я по тебе соскучился, – выдохнул он, прикусывая мои губы, наматывая волосы себе на кулак. – До безумия скучал.
– Я люблю тебя, – прошептала, облизнув припухшие губы. Тонула в омуте зеленых глаз. Заколдовали, отравили, опьянили. Я себе не принадлежала, сгорала от противоречивых эмоций. Мы разум теряли друг от друга.
– Ты только моя, – прорычал он. – Не отпущу тебя никогда. И выброси из своей прекрасной головы мысли о расставании. Никому тебя не отдам. Калинина убью, когда вернусь. Не друг… Одно название, – проговорил Макар с раздражением.
Я обхватила его щеки ладонями и улыбнулась.
– Мы с тобой не можем друг без друга. Эти эмоции сильнее нас. Мне нужен только ты… Прости. Не знаю, что на меня нашло. Зачем целовала другого, не могу объяснить. Наваждение или же любопытство. Хотела проверить, что почувствую. Только с тобой у меня разум отключается и сердце замирает. Я тебе принадлежу, вернешься – и будем вместе, никогда не расстанемся. Но, если узнаю, что ты на стороне спишь с кем-то еще, уйду навсегда. Не намерена терпеть твой ветреный характер, – проговорила на одном дыхании. У меня в висках так стучало, что мыслей своих не слышала.
– И ты прости. Я ведь тоже к Катюхе ничего не испытываю. Просто спортивный интерес, ничего больше. Ты мне сейчас словно отражение в зеркале показала. Это чертовски больно. Прости меня. В следующий раз постараюсь думать головой. Не хочу тебя потерять, – признался он, нежно покусывая мои губы, спустился к ложбинке, обхватил губами сосок, а меня будто прострелило. Не удержала стон наслаждения. – Как же я тебя хочу… – прошептал еле слышно. Его трясло как в лихорадке. Макар положил голову мне на грудь, а я гладила его по волосам и чувствовала умиротворение. Казалось, что могла вот так всю жизнь провести рядом с ним. Макар был словно недостающим звеном в моей жизни. Той частью, без которой не испытать полноценности.
– То письмо, которое ты мне дала на вокзале, я перечитываю каждый день перед сном. Действительно тяжело находиться вдали друг от друга. Вика… Ты только дождись меня. Я же теперь с ума буду сходить, зная, что Калинин там к тебе пристает, – вздохнув, проговорил Макар, приподнялся, печально посмотрел в мои глаза. Я нежно провела пальчиками по его щеке, пленительно смотрела в глаза, и показалось, что тону. Растворялась в нем, будто расщепили на атомы.
– Я, между прочим, тоже буду с ума сходить, зная, что связалась с бабником. Это какой-то тупик. Но у меня есть предложение. Давай не будем спрашивать друг у друга о том, как провели время порознь? Ты придешь, и начнем все заново. Я думаю, что моя невинность станет лучшим доказательством моих чувств. Ну а я поверю тебе на слово о том, что являюсь для тебя единственной и неповторимой. Мы же с тобой никогда друг от друга ничего не скрывали, хочу, чтобы так было всегда.
– Макарунчик, – проговорил Макар так нежно, что у меня бабочки запорхали в животе. Поляков приподнялся на локтях, чтобы меня не раздавить. – Боже… Как же я тебя люблю… – выдохнул он и впился в мои губы ненасытным поцелуем. У меня кровь бурлила в венах, сердце билось о ребра. Мы как оголодавшие целовались, дарили ласку друг другу, но не переходили грань.
– Мы вернулись, – послышался голос Ирины Михайловны.
Макар отстранился от меня, быстро натянул футболку и помог мне одеться. У меня щеки горели, волосы были слегка растрепаны.
– Пока не скупили весь магазин, твоя мама не хотела уходить, – усмехнулся Сергей Иванович, обратившись к сыну. Поставил пакеты на диван и бросил на нас искрящийся взгляд. Я смутилась и попыталась пригладить растрепанные волосы.
– Мы купили горячий шоколад и мороженое. Погода не летная, лучше в номере посидим. Если завтра ветер стихнет, то погуляем все вместе, – предложила Ирина Михайловна.
Устроили чаепитие, весело общались. Мы с Макаром друг на друга бросали хищные взгляды. Когда стемнело Сергей Иванович и Ирина Михайловна ушли в свою комнату, а мы с Макаром разошлись по соседним. Однако когда его родители уснули, любимый осторожно пробрался ко мне.
– Утром уйдешь к себе. Не хочу, чтобы до моих родителей дошел слух о том, что мы с тобой ночевали вместе. Ты же знаешь, как моя мама строго относится к подобным вещам. Тетя Ира обещала моей маме, что мы с тобой будем спать в разных комнатах, только из-за этого меня отпустили к тебе, – прошептала я, зачаровано наблюдая за тем, как Макар стащил с себя футболку.
Он, как дикий зверь, не спеша приблизился к своей «жертве», а потом напал. Забрался ко мне под одеяло и прижался.
– Мои никогда не сдадут нас. Родители такие же были в юности, так что они на нашей стороне. К тому же мы с тобой ничего такого не делаем. Не хочу терять ни минуты. Проведем эти дни вместе по максимуму, – проговорил он и поцеловал меня в висок.
– Мне как-то неловко. Одно дело ночевать вместе, когда нас никто не видит, и совсем другое, когда твои родители рядом. Не хочу, чтобы они подумали обо мне плохо. Так что утром уйдешь к себе, понял? – строго сказала, прищурилась. Макар хохотнул и щелкнул пальцем мне по носу.
– Хорошо, постараюсь сбежать до того, как они проснутся, – улыбнулся Поляков и зарылся носом в мои волосы. У меня мурашки бегали по спине. Замерла, когда теплая ладонь скользнула вдоль бедра. Сердце грохотало так, что оглушало своими ударами. Сон как рукой сняло. Мышцы налились свинцом, а дыхание участилось. Немного развернулась и попала в плен зеленых глаз. Макар смотрел на меня как змей искуситель. Медленно наклонился, опаляя мою кожу своим горячим дыханием. Я жаждала ощутить его губы на своих, а Макар специально дразнил меня. Остановился в нескольких миллиметрах и улыбнулся. Провел языком по моим губам, а я судорожно сглотнула. Сходила с ума. Жар распространился по венам, а кожу покалывало в тех местах, где скользила его ладонь. Макар рывком сорвал с меня трусики, порвав тонкий шелк. Его пальцы прикоснулись к нежной плоти, исследовали, поглаживали, а я чуть не умерла от остроты ощущений. С моих губ слетел стон, который сразу же поглотили его губы. Стук сердца отдавался в ушах, а мир словно исчез. Перед глазами мельтешили лишь звезды. Отдалась на волю безудержной страсти. Наслаждение острыми шипами пронзало тело. Не выдержала эту сладкую пытку, разлетелась на атомы, на частички, словно меня и не существовало вовсе. Легкость, эйфория, умиротворение… Не хотелось шевелиться. Вот только тяжелое дыхание Макара вернуло меня на Землю. Я понимала, что он снова сдерживал себя. Не хотелось быть эгоисткой. Лукаво прищурилась и без предупреждения, провела ладонью по его твердой плоти. Мурашки наслаждения пробежали по моей спине, когда услышала приглушенное рычание Макара. Поляков перехватил мою руку и прожигал меня взглядом.
– Что ты делаешь? – зашипел он, тяжело дыша. – Я и так еле сдерживаю себя.
– Я когда у Леши наводила порядок в комнате, то нашла книгу, – выдохнула, облизнув пересохшие от волнения губы. Хорошо, что в полумраке Макар не видел, как у меня горели щеки от смущения. – Прочла, как девушки могут доставить удовольствие. Хотела… Если доверишься… В общем… Я… – запинаясь говорила, пытаясь делать вдохи. Сердце оглушало своими ударами. Я волновалась так сильно, что меня лихорадило.
– Макарунчик! Ты меня с ума сведешь. Какая еще книга? – усмехнулся Поляков, покачав головой.
– Можешь помолчать и просто довериться? – с раздражением проговорила, снова попыталась прикоснуться к любимому. Макар насторожился, судорожно сглотнул.
– Хорошо, – выдохнул он, отпустив мою руку.