355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лорен Блэйкли » Мистер О (ЛП) » Текст книги (страница 6)
Мистер О (ЛП)
  • Текст добавлен: 15 февраля 2018, 23:00

Текст книги "Мистер О (ЛП)"


Автор книги: Лорен Блэйкли



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11

– Бонд. Джеймс Бонд.

Спенсер поправляет манжеты, а затем осматривает себя с одобрением. Он смотрит на меня, пока я заканчиваю завязывать галстук-бабочку.

– Не смог удержаться, – добавляет он. – Это необходимое условие. Нельзя надеть смокинг и не сказать этого. Потому что я похож на Бонда.

Я смеюсь и качаю головой.

– Ты и каждый парень в мире думает так о себе.

На следующий день мы находимся в магазине смокингов для последней примерки перед его свадьбой, чтобы убедиться, что размеры правильные. Миниатюрная черноволосая женщина, которая управляет магазином, открытым даже в воскресенье, вертит в руках лацканы на моем пиджаке и говорит.

– Вы замечательно выглядите. Все готово.

Я указываю на Спенсера, когда начинаю развязывать галстук-бабочку.

– Есть что-нибудь, что улучшит его положение? Может быть, бумажный пакет?

Она улыбается, а затем поворачивается к жениху для финальной подгонки. Я переодеваюсь обратно в свою одежду, и, когда присоединяюсь к ним, Спенсер наклоняется и принюхивается.

– Почему ты пахнешь стиральным порошком моей сестры?

Будто в машине резко нажали на тормоза. В голове визжит, и я пойман прямо на месте преступления. Мысли кружатся в голове и тонны оправданий уже готовы слететь с языка. Затем я говорю себе остыть. Огромное количество людей пользуются одной и той же маркой мыла, и то, что Харпер подарила мне стиральный порошок, не значит, что у меня в руках рекламный щит, на котором написано «Я хочу трахнуть твою сестру».

Просто у меня такое чувство, будто он у меня есть. Как будто каждая маленькая деталь, даже самая безобидная, раскрывает мои карты. Я должен взять себя в руки, особенно если я собираюсь поужинать со Спенсером, Шарлоттой и Харпер через несколько дней.

Я делаю каменное лицо.

– О чем ты говоришь? – спрашиваю я, бросив на него взгляд, как будто он сумасшедший.

Спенсер наклоняется ближе, выгибает бровь и снова фыркает.

– Хм-м-м.

– Чувак, – говорю я, отступая. Одно это слово передает все – это зона, закрытая для полетов. Но внутри я паникую, потому что, насколько может быть развито обоняние этого парня, если он может определить, что я пользуюсь тем же порошком, что и его сестра?

– Кстати, милый кот, – неожиданно бросает Спенсер.

Мой пульс неистово колотится.

– Какой кот?

– На руке Харпер, – добавляет он. – Они с Шарлоттой выбирали платье для подружки невесты этим утром.

Ох. Точно.

Доказательства. На руке Харпер.

На заметку: узнать, почему, черт возьми, Харпер не принимала сегодня душ.

– Да? Шарлотте понравился мой Баки?

Спенсер смеется.

– Абсолютно. Если с телевизионным бизнесом ничего не выйдет, ты должен начать зарабатывать на жизнь, подражая другим художникам-мультипликаторам.

Я закатываю глаза, а выражение лица Спенсера становится серьезным.

– И в чем дело? Харпер сказала Шарлотте, что вы стали больше тусоваться вместе. Что вчера вы пили кофе, и что она дала тебе стиральный порошок, так как пролила что-то на тебя?

– Горячий шоколад. Об был везде. Было похоже на современную живопись, – быстро отвечаю я, потому что это правда. Кроме того, нет ничего плохого в том, что мы время от времени выпиваем вместе. И затем, как сковородка о голову Вуди Вудпекера, меня поражает то, почему Харпер сказала Шарлотте простую истину. Харпер не должна скрывать, что мы тусуемся вместе.

Именно у меня есть большой секрет – я совершенно и полностью соблазнен младшей сестрой своего лучшего друга.

Безответная страсть высасывает яйца. Не позволяйте никому доказывать вам обратное.

Управляющая магазина смокингов поглаживает Спенсера по плечу.

– Теперь все готово, – говорит она.

Он благодарит ее, а затем смотрит на меня в отражении зеркала.

– Ты просто тусуешься с ней, так ведь?

В груди что-то сжимается, даже когда я честно и беззаботно отвечаю:

– Да.

– Хорошо, – в его голосе звучит облегчение, и часть меня хочет спросить почему, черт возьми, я недостаточно хорош для нее. Спенсер хлопает меня по спине. – Потому что Шарлотта хочет, чтобы на свадьбе ты познакомился с ее сестрой. Натали свободна и она – красотка.

– О, – говорю я, удивленный тем, что это был не тот ответ, которого я ожидал. Стараясь сохранить хладнокровие, я говорю: – Никогда не считал тебя свахой.

Он качает головой.

– Не моя идея. Моей невесты. То, что хочет она, хочу и я.

– Конечно. Буду рад с ней встретиться, – возможно, мы с Натали поладим, и она отвлечет меня от одного человека, о котором мне нужно перестать думать.

– Случайные связи на свадьбе потрясающие, не так ли?

– Лучшие, – говорю я.

– И если бы между тобой и моей сестрой было что-то большее, чем просто тусовки вместе, ты знаешь, что я сделал бы с тобой.

Я провожу рукой по своим волосам.

– Ты же понимаешь, что ни я, ни мои волосы, тебя не боимся. Ты по определению не страшный.

Спенсер смеется.

– Я могу быть ужасающим. Просто спроси мою сестру.

Но я не хочу разговаривать с Харпер о ее брате. Когда позже, в тот же день, я достаю свой телефон, чтобы написать ей, то обнаруживаю, что она уже отправила мне сообщение.


Глава 12

Должно быть, я пропустил сообщение Харпер, которое она прислала ранее.

Принцесса: Привет. Шарлотта знает, что ты пахнешь, как весна, и это моя работа. Она видела мою татуировку Баки. Я могла выдать это за свое посвящение в новую крутую банду кошачьих поклонников, но, вместо этого, я призналась. Но я не сказала, что ты вроде моего любовного доктора или что-то вроде того. И что ты даешь мне советы по кое-какому интересному делу.

Я смеюсь над ее способностью подшучивать над собой. Откидываясь на спинку дивана, отвечаю.

Я: Это не важно. Что я действительно хочу знать, так это: ты теперь отказываешься от душа в знак протеста против чего-то?

Ее ответ приходит быстро.

Принцесса: Итак… не смейся. Мне очень понравился рисунок, поэтому этим утром я не мыла левое предплечье. Представь это. Я высунула левую руку за дверь душевой, чтобы не стереть кота.

Я откидываю голову на подушку дивана. Да, прекрасно себе это представляю. Почти так же, как и представлял себе это миллионы раз. Горячая вода стекает по ее волосам, капли скользят по ее груди, затем по животу и между ног.

Я: Ага. Увидел на сто процентов четкое изображение. Но фотография всегда лучше помогает в этом.

Не могу устоять, хотя знаю, нет никакого шанса, что она отправит мне пикантное фото. На самом деле, я даже не уверен, что она собирается мне ответить, потому что мой телефон молчит уже несколько минут, достаточно долго, чтобы я схватил газету в поисках воскресного кроссворда. Это единственная причина, по которой я выписываю газету. Разгадывание кроссворда занимает у меня почти неделю, но я всегда его заканчиваю.

Когда нахожу нужный раздел, мой телефон жужжит.

Это сообщение с фотографией.

О, да. Бог есть. Подождите. То есть, богиня.

Харпер стоит в своей ванной полностью одетая, подняв лицо к душевой лейке, которая не включена, и фотографирует себя, воспроизводя свой утренний душ. Это горячо, и мой член поблагодарит меня за эту фотографию позже, когда я действительно смогу насладиться ею. Харпер даже не раздета – на ней футболка с V-образным вырезом, которая дает мне фантастическую возможность заглянуть в ее декольте. Я хочу укусить эти холмики ее груди, втянуть сосок между зубами, а затем сильно его пососать – заставить ее стонать, извиваться и шептать мое имя. Поскольку я упиваюсь остальной частью этой картинки, тем, как ее шея соблазнительно вытянута, знаю, что также хочу уделить ей много внимания. Бьюсь об заклад, Харпер нравятся поцелуи в шею. Я уверен, ей понравится ощущать мои губы на своей коже. Я могу сделать с этой девушкой такое, что сведет с ума от удовольствия.

И я действительно чертовски этого хочу.

Открываю сообщение и пишу ей ответ.

Я: Трудно что-либо увидеть. Думаю, что лучше все представлю, если ты включишь воду.

Ну, на ней белая футболка. Попытка не пытка.

Приходит сообщение от нее.

Принцесса: А теперь серьезно. Я только что сказала Шарлотте, что мы с тобой тусуемся вместе.

Принцесса: Она сказала что-нибудь Спенсеру?

Я вздыхаю.

Я: Да, но тебе не о чем беспокоиться, довольно быстро он перешел к следующей теме – хочет устроить мне свидание с кем-то на свадьбе.

Мой телефон замолкает, и Харпер больше не пишет. Ни звука в течение нескольких часов. Может быть, она ревнует. Было бы круто, если это так. Я разгадываю кроссворд, делая перерывы, чтобы договориться со своим адвокатом Тайлером, позаниматься в тренажерном зале и приготовить ужин. Когда ем, я рисую, возвращаясь к непристойному комиксу, который рисовал вчера, и рассказу о чертовски сексуальной рыжеволосой девушке-механике, флиртующей с парнем, который пригнал свою машину, чтобы просто проверить тормоза.

– ПОДОЖДИТЕ, Я ТОЛЬКО ХОТЕЛ ПРОВЕРИТЬ РАБОТУ ТОРМОЗОВ, – СМУЩАЯСЬ, ГОВОРИТ ОН.

ОНА ВЫСТАВЛЯЕТ БЕДРО ВПЕРЕД, И ОТ ЕЕ ЗАДОРНОЙ ГРУДИ У НЕГО ГЛАЗА ВЫЛЕЗАЮТ ИЗ ОРБИТ.

– НО СМАЗКА БУДЕТ ПОЛЕЗНЕЕ ДЛЯ ВАШЕЙ ТРАНСМИССИИ.

Что я могу сказать? Мне нравится пошлый юмор. Закрываю свой блокнот и возвращаюсь к кроссворду. Примерно в то время, когда вечер опускается на Манхэттен, мой телефон жужжит еще раз, когда я заполняю квадраты словом из одиннадцати букв, описывающим «сильную симпатию».

Принцесса: Привет… Раз уж ты любовный доктор, хочу задать тебе вопрос о свиданиях.

Я: Действуй. Я – открытая книга.

Принцесса: Это о первом, втором и третьем протоколах свиданий, о которых ты говорил.

Я: Ага. Я хорошо разбираюсь в этом. Готов к ответу. Начинай.

Принцесса: Ты целовал писательницу любовных романов на втором свидании?

Это второй раз, когда она спрашивает и действительно хочет знать, что я сделал. Сидя на диване, я размышляю над ответом. Телефон снова жужжит.

Принцесса: Кстати, весь день я была на вечеринке. И еще, я ОЧЕНЬ ХОРОШО справилась с толпой шестилеток.

Это значит, что она не злится из-за того, что Спенсер хочет с кем-то меня свести. Она просто была занята. Проклятье. Я провожу рукой по волосам, желая, чтобы она ревновала. Затем ругаю себя, ведь моя миссия в том, чтобы быть ее тренером.

Я: Да. И на первом свидании тоже.

Перехожу к другой подсказке в кроссворде, и через секунду Харпер отвечает.

Принцесса: Это так несправедливо! Ты применяешь ко мне совсем другие правила. Так или иначе, что еще ты делал с ней на свиданиях?

Хм… на самом деле, мы не так много ходили на свидания. Мы встречались, целовались, занимались сексом, и так по кругу. Она просила меня привязать ее к ручке холодильника и делать это стоя, чтобы она могла проверить это легкое связывание для сцены в своей книге. Я связал. Она хотела, чтобы я трахнул ее на столе, чтобы убедиться, что в книге описание будет правдивым. Я сделал свое дело. Она настояла, чтобы мы занялись сексом у окна, чтобы она могла надавить руками на стекло своего пентхауса на Парк-авеню, и чтобы я жестко трахнул ее сзади.

Подозреваю, что та глава в ее романе была довольно точной. Наши отношения были отличными и абсолютно абсурдными одновременно.

Когда я начинаю отвечать, приходит еще одно сообщение.

Принцесса: Я просто пытаюсь понять все это, вот почему я спрашиваю.

Мы с Харпер впадаем в ритм, и сообщения летят быстро и яростно.

Я: Это не были традиционные свидания с напитками, ужином и походом в кино.

Принцесса: Фу! Интересно, что это значит? Ты провел много времени в костюме, в котором был рожден?

Я: Можно сказать и так.

Принцесса: Что вы делали? Еще слишком рано о таком спрашивать? Мне интересно. Мне, правда, интересно. Ладно, возможно, еще я слишком любопытная.

Я смотрю на экран, созерцая глубину любопытства Харпер. Хотел бы я понять, почему она спрашивает – пытается понять современного мужчину, или в этом есть какой-то подтекст. Но я должен признать, что просто не знаю. И, черт возьми, если у нее на уме секс, то прямо сейчас у нас есть кое-что общее. Добро пожаловать на мою волну. Давай проведем немного времени вместе.

Я: Ты действительно хочешь знать? Хочешь представить все это?

Принцесса: Да, думаю, что да. Ты сказал, что ты – открытая книга. Я, вроде как, хочу узнать.

Я: Вроде как? Всего лишь вроде как?

Принцесса: Ладно. Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочу узнать. Я очень, очень, очень хочу узнать. Сейчас ты мне веришь?

Я: Почти…

Принцесса: Я хочу понять протокол. Мне нужны пошлые подробности…

Отлично. Ей хочется мельчайших подробностей. Это моя специальность. Это я могу. Я не тот застенчивый, тихий парень, которого она знала в старшей школе. Я изучал женщин. Я узнал, что им нравится.

Начинаю печатать, рассказывая ей о холодильнике, столе, окне. Говорю, что моя бывшая любила быть связанной веревкой, шарфом и однажды поводком моего мопса. Но когда я смотрю на эти слова, то не могу отправить их Харпер. Я не могу рассказать ей, что моя бывшая любила в постели. Это неправильно по отношению к Джей, ко мне и к Харпер. Не хочу упустить этот момент, со всеми его возможностями, поэтому пишу кое-что другое.

Я: О, мисс Принцесса Любопытство… Секс – моя самая любимая тема для разговора во всей Вселенной… Но что, если мы попытаемся перефразировать это? Я счастлив ответить на этот вопрос в более широком смысле. Например, если бы ты спросила «Что тебе нравится?», я бы ответил на это.

Принцесса: Что тебе нравится?

Теперь мы чего-то достигли. И я возбуждаюсь, всего лишь думая об ответе. Сделаю это еще более возбуждающим.

Я: Представь меню в ресторане. В одном из тех небольших ресторанчиков, где есть все. Завтрак, обед, ужин, десерт, напитки, карта вин, гарниры, закуски. Я смотрю на все это. И заказываю все. МНЕ НРАВИТСЯ ВСЕ.

Принцесса: Правда? ВСЕ? Это довольно обширно. Все?

Я: Если бы мы разговаривали об этом лично, я бы провел пальцем по твоей брови, потому что знаю, что она скептически приподнята.

Принцесса: Возможно. Но «все» охватывает слишком многое. У тебя должно быть что-то самое любимое. У тебя есть любимая позиция? Предпочтение? Пристрастие?

Улыбка медленно расплывается по моему лицу по мере того, как я читаю это сообщение.

Я: « Пристрастие» было одним из ответов в воскресном кроссворде.

Принцесса: Ты разгадываешь воскресный кроссворд?

Я: Пытаюсь. Это мое пристрастие.

Принцесса: Впечатлена. Хочу увидеть готовый экземпляр. Ты разгадываешь кроссворд голым?

Я: Отвечая на твой завуалированный вопрос: на мне сейчас джинсы, боксеры и футболка.

Принцесса: Какие боксеры? Ты пахнешь, как весна?

Я: Черные боксеры. Да. Хочешь меня понюхать?

Принцесса: Уверена, ты вкусно пахнешь. А сейчас, расскажи мне больше о своих пристрастиях. Тебе нравятся сексуальные полицейские? Сексуальные библиотекарши? Женщина-кошка? Школьницы? Доминатрикс?[20]20
  Доминатрикс – женщина, занимающая доминирущую роль в БДСМ


[Закрыть]
 

Я смеюсь над последним, и хотя сексуальный коп мне абсолютно точно подходит, не сомневаюсь в своем ответе.

Я: Сексуальная библиотекарша.

Принцесса: Тебе нравится догги-стайл? Женщина сверху? Мужчина сверху? Наклонившись над кроватью?:) Ты сказал, что я могу спрашивать что угодно! Я спрашиваю!:)

Гребаное святое возбуждение всех возбуждений. Даже когда просто читаю эти слова от нее, моя кожа по всему телу горит. Когда Харпер спрашивает меня о сексе, интенсивное, ноющее желание распространяется по всем уголкам моего тела. Она совсем не шутила, когда говорила, что с смс ей легче справиться. Ее сообщения становятся образами в моей голове. Я вижу ее перед собой на четвереньках на диване с поднятой вверх задницей. Провожу рукой по ее спине, раскрываю ее и вонзаюсь в нее. Затем представляю, как она объезжает меня, эти сочные груди подпрыгивают, когда ее бедра дико движутся кругами. Меняю позицию, и теперь я трахаю Харпер жестко и быстро, пока ее ноги лежат на моих плечах. Затем она наклоняется над диваном, я наматываю ее волосы на кулак, и тяну, и дергаю.

Я: Мне не просто нравится все это. Я обожаю все это. Но ты забыла несколько. Поза 69 рулит. Женщина, сидящая на моем лице – фантастика. У стены – потрясающе.

Принцесса: Тебе действительно нравится все меню.

Я: Не могу придумать ничего лучше, чем «шведский стол».

Принцесса: Но у тебя действительно нет предпочтений среди всего этого?

Я: Как насчет того, что я перечислю кое-что самое любимое?

Принцесса: Скажи мне.

Мои пальцы парят над клавиатурой. Умираю от желания рассказать ей все, выложить все это перед ней, но если я это сделаю, мы перейдем на новый уровень. Мы переходим от обычных сообщений к кокетливым, полным пошлых разговорчиков сообщениям.

Да, когда думаю об этом так, то начинаю печатать быстрее и с радостью нажимаю на «отправить».

Я: Поцелуи. Облизывания. Касания. Пробовать на вкус. Поцелуи. Чувства. Мастурбация. Укусы. Секс. Оральный секс. Порка. Поцелуи. Ласка. Щипания. Укусы. Секс. И поцелуи. Постоянные поцелуи.

Харпер отвечает не сразу. Пока я жду, сжимая телефон в руке, мой член находится в состоянии повышенной готовности, кожа обжигает, и я остро осознаю, насколько сильно хочу сделать все это с ней. Провожу ладонью по своим джинсам, по напряженной эрекции, и когда смотрю на экран, то думаю о том, скользит ли ее рука между ног. Внутрь ее трусиков. Выгнулась ли ее спина, приоткрылись ли губы. Порхают ли ее пальцы по клитору так быстро, чтобы заставить кончить прежде, чем она ответит.

Пишу еще одно сообщение, потому что ничего не могу с собой поделать. И потому что хочу, чтобы она представила эту картинку в своей голове.

Я: На самом деле, больше всего мне нравится заставлять женщину кончать так сильно, что она сходит с ума от удовольствия.

Мой телефон жужжит.

Принцесса: Это. Так. Горячо.

Я: А чувствуется еще лучше…

Принцесса: Могу только представить.

Я: Представь…

Ее ответа достаточно, чтобы подпитать миллион моих фантазий.

Принцесса: Я уже. Прямо сейчас.

К черту фантазии. Реальность круче. Потому что я бы поставил миллион баксов на то, что Харпер сейчас лежит на кровати, держа телефон одной рукой, а другой ласкает себя.

В этот раз я знаю, что сыграл свою роль в том, чтобы заставить ее сделать это. В чем я еще абсолютно уверен, так это в том, что она тоже меня хочет, и я не уверен, что смогу ее отвергнуть.


Глава 13

Я могу анализировать это вдоль и поперек миллионами разных способов, но не отрицаю, что писал секс-смс Харпер. Или что она писала секс-смс мне в ответ.

И это, кажется, не прекращается.

Следующим утром, пока я еду в метро к зданию Comedy Nation на Тайм-сквер для промо-встречи, нажимаю на иконку и печатаю новое сообщение.

Я: Хватит обо мне. Что насчет тебя? Что тебе нравится больше всего?

Оставляю вопрос открытым, чтобы она могла ответить так, как хочет. Существительным. Глаголом. Позицией. Черт, она может даже сказать о своей любимой еде, если ей так проще. Харпер одна из самых смелых и уверенных в себе женщин, за исключением случаев, когда речь идет о любви, сексе и романтике. Я бы не назвал ее застенчивой в этих областях, особенно после прошлой ночи. Но она больше похожа на человека, который впервые завязывает коньки, и, шатаясь, пытается передвигаться на острых лезвиях.

Принцесса: У меня никогда не было чего-то любимого… по крайней мере, пока у меня не появится тот, с кем можно поиграть.

Я: Значит, нет?

Принцесса: Не то чтобы нет. Скорее, я пока еще не знаю.

Интересно. Это говорит мне о том, что ее опыт в спальне может быть таким же, как и опыт в знакомствах. Поезд заворачивает в туннель, когда я отвечаю.

Я: Ладно. Давай выясним это. Скажи мне, что тебе нравится в парне.

Принцесса: Мне нравится пресс. Твердый пресс с кубиками.

Смотрю на свой живот. Есть.

Я: Что еще?

Принцесса: Мне нравятся сильные руки.

О, да. Вот они, твои слабые стороны. Прежде чем я могу спросить что-то еще, мой телефон звенит.

Принцесса: Мне нравятся черные трусы-боксеры.

Приподнимаю бровь, пока поезд останавливается на следующей станции. Что ж, это интересно. Почти уверен, что вчера сказал, что на мне надето именно это. Выхожу на платформу и присоединяюсь к толпе людей, поднимающихся по ступенькам к своим работам и склонившимися над своими телефонами.

Я: Мне нравятся твои ответы. Что еще тебе нравится?

Принцесса: Умные парни.

Я крепче держу телефон, пока иду на Сорок вторую улицу, сопротивляясь желанию вставить комментарий об умных парнях в очках. Потому что, знаете ли, не очки делают парня умным. А то, что в голове. Но общество решило, что очки – символ интеллекта, поэтому, если она хочет видеть во мне символ ума, прекрасно. Я имею в виду – секс-символа. Они оба мне подходят.

Я: Больше. Скажи мне больше.

Принцесса: Мне нравятся мягкие губы и голодные поцелуи. Много поцелуев.

По моему телу пробегает жар, когда я вспоминаю о вчерашних сообщениях. В моем длинном сообщении о сексе, поцелуях и большом количестве поцелуев. Возможно, я накручиваю себя, но Харпер возвращает мне кое-что из этого. Словно она хочет того же самого – следующую главу в том поцелуе, который начался возле ее дома. Поэтому я отвечаю.

Я : Какие поцелуи?

Принцесса: Поцелуи, которые заставляют меня таять.

Я: Это самые лучшие.

Не хочу прекращать этот разговор. Я жаден до ее слов, поэтому продолжаю серию вопросов.

Я: И поцелуи, которые продолжаются бесконечно.

Принцесса: И поцелуи, останавливающие время.

Я: Поцелуи, которые тебя заводят.

Принцесса: Больше. Они начинаются мягко и медленно, и тогда ты можешь ощущать их во всем своем теле. По всей своей коже. Глубоко в костях.

В моем горле пересыхает, и разум погружается в воспоминания о тех пятнадцати секундах и о возможности того, что эти секунды растянулись бы в минуты. Может быть, еще одно сообщение…

Я: Которые захватывают дух.

Принцесса: И сводят тебя с ума.

Металл соприкасается с моими бедрами, и развязная улыбка улетучивается с моих губ. Я только что врезался в мусорный бак. Я кладу телефон в карман и пытаюсь не думать о поцелуях, которые заставляют ее таять, так как больше не хочу знакомиться с мусорными баками этого города.


***

Мы не только не останавливаемся, мы ускоряемся. Мы перестраиваемся. Отклоняемся от курса. Мы все больше шлем друг другу смс и секс-смски.

Следующим вечером, я открываю пиво и сажусь за стол, где делаю большую часть компьютерной анимации. Пью, некоторое время занимаюсь графикой, а затем пишу ей.

Я: Итак, у нас есть руки, пресс, трусы, мозги и губы. Есть еще что-то, что тебе нравится?

Клянусь, я чувствую ее улыбку в одном слове, которое она немедленно присылает мне в ответ.

Принцесса: Глаза :)

Хотя, может быть, это смайлик вызывает во мне эти теплые чувства. Или, может быть, только она. Затем Харпер отправляет еще одно сообщение.

Принцесса: Я хочу смотреть в его глаза и чувствовать, что он знает меня, понимает меня. Я хочу, чтобы он узнал о моих причудах и принял их, а не пытался изменить. Я хочу знать, что это такое.

Черт, ее слова напряженные и такие… открытые. Что-то в этом маленьком экране заставляет ее открыться и раскрыть мне часть себя. Стороны, которые она никому не показывает. К тому же, она показала мне их в Speakeasy, затем в кофейне, и теперь это похоже на открытие. Кусочки Харпер, которые она прячет в своем цилиндре, или за красным шарфом или просто за остроумной шуткой или сарказмом. Большую часть времени она скрывается. Но это – совершенно новая ее грань.

Я отхожу от стола и иду через квартиру на кухню, затем с беспокойством подхожу к эркерному окну и смотрю в ночное небо Нью-Йорка с небоскребами и неоновыми огнями, глядящими на меня. Не хочу сказать что-то не правильное и не хочу посылать ее обратно в «Скрытые земли Харпер», поэтому беру телефон и выбираю безопасный ответ, но тот, который признает все ее закидоны.

Я: Ты этого заслуживаешь. Я хочу, чтобы это все у тебя было.

Принцесса: Я тоже этого хочу.

Я: И причуды никогда не должны меняться. Храни их все, Харпер. Мне они нравятся.

Принцесса: Того же самого и тебе, Ник. Мне твои причуды тоже очень нравятся.


***

У меня зависимость от телефона. Я всегда старался этого избегать, но сейчас я не знаю, когда именно Харпер пришлет мне что-то, и что из этого меня заведет.

За исключением почти всех ее сообщений, поэтому я живу в подвешенном состоянии желания.

Это потрясающе и ужасно одновременно. Ощущение чего-то удивительного и совершенно глупого. Но это головокружительное, пьянящее чувство желания. Прямо сейчас оно владеет мной и завлекает. Хотел бы я думать, что это новоприобретенное увлечение ее сообщениями идет на пользу моему шоу. Потому что следующий эпизод обсуждался будто во сне, и после того, как покидаю встречу с главным аниматором, я направляюсь к лифту, чтобы отправиться в верхнюю часть города на встречу с Тайлером в «Николс и Николс».

– Мистер Хаммер.

Этот голос сворачивает мой желудок в трубочку.

– Привет, Джино.

Он шагает ко мне и поправляет лацкан пиджака своего костюма в тонкую полоску.

– Я думал о «Приключениях Мистера Оргазм», – говорит он, поигрывая бровями. – Мне нравится думать, что у меня есть несколько общих черт с этим героем.

Я задыхаюсь от подхалимства и поэтому проглатываю его, чтобы не подавиться.

– Это так?

Он тянет свой галстук.

– Я сам немного ловелас.

– Уверен, что так и есть, сэр.

– И ты знаешь, что в свое время я тоже создал шоу.

Конечно, он должен был упомянуть о своем коротком увлечении.

– Я слышал, оно было великолепным, – лгу я.

Джино взмахивает рукой в небрежном жесте.

– Это было чертовски хорошее шоу. Но вот что. Оно было не такое захватывающее, как твое. И это заставило меня задуматься, – говорит он, хмуря лоб. Его брови похожи на двух гусениц, танцующих разные танцы. – Что, если «Приключения Мистера Оргазм» были бы более, скажем, семейными? Мне интересно, можем ли сделать шоу менее похабным, и, тем самым, найти еще больше зрителей? – говорит он, будто ударяя меня хлыстом своими идеями.

– Я подумаю об этом.

Он хлопает меня по спине и отчаливает, а я почесываю голову, пока направляюсь к адвокату. Такси, который я заказал, ждет у тротуара, поэтому я сажусь внутрь, здороваюсь с водителем и возвращаюсь к своему самому любимому занятию – смс-сообщениям. Это похоже на джек-пот, потому что меня уже ждет одно сообщение.

Принцесса: Я думала о другом, что мне нравятся.

Я: Расскажи. Мне. Сейчас.

Принцесса: Красивое кружевное белье.

Проведя рукой по лицу, я сползаю вниз по кожаному сидению. Как будто это скроет проблему. Тяжело дышу. Как будто этот стальной стержень у меня в штанах пропадет прежде, чем я войду в кабинет своего адвоката. Есть определенные слова, которые поворачивают выключатель на «стояк», и она только что использовала одно из них. Кружевное белье.

Я: Какое? Какого цвета? Какого стиля?

Принцесса: Белое. Черное. Фиолетовое. С небольшим бантиком. Сзади. Представь себе кружевные трусики с маленькой тесьмой на попе, которую можно развязать.

Я поднимаю голову и смотрю в окно. Может быть, рядом есть магазин с ванной, полной льда. Может быть, я могу просто посидеть в ней пару часов, чтобы избавиться от этой похоти. Бант на трусиках, который можно развязать? Да ладно. Ни один мужчина не способен выдержать такие слова.

Точно не тот мужчина, которому прислали атласный черный бант в розовый горошек. Обжигающее тепло волной врезается в меня, когда я шепчу: «Святой Боже». Когда Харпер прислала мне карандаши, перевязанные лентой, она как будто оставила мне небольшой намек. Ключ ко всем ее желаниям, ее тайным фантазиям. Будто женщина идет по коридору, раздеваясь, оглядываясь на вас, и ее взгляд говорит следовать за ней.

И я буду следовать.

Я: Как черный атласный бант в розовый горошек?

Принцесса: Да. Он тебе понравился?

Я: Я не уверен, что когда-нибудь снова посмотрю на него.

Принцесса: Ты насладился его развязыванием?

Господь всемогущий. Тяну вниз свою рубашку. Никоим образом я не смогу высидеть на этой встрече. Но я никак не могу остановиться.

Я: Да. Люблю развязывать маленькие банты. На самом деле «развязанный» – мое новое любимое слово.

Принцесса: Мне нравятся пошлые словечки. Вот, что еще мне нравится.

Я: Я говорил тебе, что я человек-тезаурус[21]21
  Тезаурус – словарь


[Закрыть]
 для пошлых слов?  

Принцесса: Можешь не говорить, я поняла это сама.

Я: Тогда ты хорошо меня знаешь.

Принцесса: Иногда да. Иногда нет. Еще мне нравится, когда парень настолько поглощен тем, что доставляет удовольствие, что хочется сделать то же самое с ним.

Я зажимаю переносицу, когда машина движется вверх по проспекту. Клянусь, Харпер может читать мои мысли. Я облизываю губы и крепче сжимаю телефон.

Я: Ты смотришь порно?

Принцесса: « Тамблер»[22]22
  Тамблер» – служба микроблогов, включающая в себя множество картинок, статей, видео и gif-изображений по разным тематикам и позволяющая пользователям публиковать посты


[Закрыть]
 считается?

Я: Да. На что ты смотришь или хотела бы посмотреть?

Принцесса: Это сложно описать.

Я: Нет. Вовсе нет. Попробуй.

Принцесса: Ты просто хочешь узнать, какие гифки и фото мне нравятся?

Я: Да. Это было бы круто. Фактически, это сделает мой день. Это сделало бы мой день чертовски удивительным.

Ее ответу придется подождать, потому что я подъезжаю к офису «Николс и Николс», где из-за круглого стола появляется хорошо причесанная молодая блондинка-администратор и приветствует меня по имени.

– Рада вас видеть, мистер Хаммер, – говорит она с уверенной яркой улыбкой. – Я скажу Тайлеру, что вы здесь.

– Спасибо, Лили.

Прежде, чем я успеваю хотя бы присесть на плюшевый, клюквенно-красный диван в холле, глава фирмы открывает стеклянную дверь.

– Ник Хаммер, – говорит он своим глубоким голосом, когда подходит и хлопает меня по спине. Я выдерживаю. Мужчина – чистый класс. Клей Николс одет в темный костюм, хрустящую белую рубашку и фиолетовый шелковый галстук. – Тайлер сказал мне, что ты придешь. Не мог упустить шанс поздороваться и поздравить тебя с успехом.

– И тебе привет. И скажи своей жене, что она не должна давать мне бесплатную выпивку.

Он смеется и качает головой.

– Позволь дать тебе совет. Жена ни от кого не принимает приказы.

Клей ведет меня по коридору к кабинету Тайлера.

– Мой любимый клиент! – говорит Тайлер, направляясь ко мне. Я встретил его, пока изучал анимацию в Род-Айлендской школе дизайна, а он изучал историю в университете Брауна. Тайлер быстро поднялся в сфере развлекательного права, и дело не только в том, что Клей – его наставник. Он просто чертовски хорош.

– Держу пари, ты говоришь это всем своим клиентам.

Он улыбается.

– Только тем, кто заставляет меня смеяться.

– Тогда у меня есть забавная история для тебя, – говорю я, и оба мужчины усаживаются на диване. Я усаживаюсь в удобное кресло, наклоняюсь вперед, вздыхаю и выдерживаю эту многозначительную паузу, которую эта ситуация заслуживает. – Джино хочет, чтобы я сделал шоу более нравственным.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю