355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лора Андерсен » Тина ван Лигалон (СИ) » Текст книги (страница 8)
Тина ван Лигалон (СИ)
  • Текст добавлен: 31 октября 2016, 01:49

Текст книги "Тина ван Лигалон (СИ)"


Автор книги: Лора Андерсен



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 27 страниц)

– Посмотрим, – Джулия сразу включила канал, только убавила звук. – Принеси поесть.

Она с трудом заталкивала в себя еду. При ее состоянии этого совсем не хотелось делать. Боль билась в висках, сжимая голову тисками. Джулия зло бросила вилку на тарелку, с трудом сдержавшись, чтобы не запустить ее в Чарли. Она много раз повторила себе, что это вранье и Тина Роджер мертва. После такого пси-удара, притом, что ей далеко не сразу пришли на помощь, она не могла выжить.

С каждым днем Джулии становилось хуже. Она подолгу не могла уснуть, а когда засыпала, ей снилась Тина, покорная, спокойная, и ее огромные глаза, с таким укором смотрящие на Джулию. После таких ночей Джулия просыпалась с головной болью, которую нечем было заглушить, и обычно весь день проводила в постели. Чарли, словно чувствуя ее боль, старался чисто по-мужски, сексом, утешить ее, и это помогало иногда, ненадолго. Джулия прекрасно понимала, что ее боль имеет чисто психические причины и ее злило, что она никак не могла справиться с собой. Где-то в глубине ее души пыталось проснуться что-то под названием «совесть». Только Джулия старалась всеми силами преодолеть это чувство, зная, что иначе ее чувствительная психика быстро начнет деградировать и вести личность к распаду.

Передача началась, как обычно, с рекламного ролика, потом возникла студия и в нее вошла Тина Роджер. Она медленно села в кресло, два охранника в форме Вардов расположились прямо перед ней на полу, ведущий задал вопрос. Тина улыбнулась и спокойно начала отвечать. Ей задавали вопросы по поводу убийства, она сослалась на потерю памяти, это убедило Джулию, что это – не Тина Роджер. Женщина ничего не могла вспомнить и довольно путано отвечала на вопросы, пока явно не начала нервничать. Тут оператор показал ее лицо крупным планом, и у Джулии все замерло: женщина на экране, нервничая, покусывала губу совершенно характерным жестом Тины Роджер, а потом подняла глаза и прямо посмотрев в камеру, а Джулии показалось – ей в душу, тихо сказала: «Я жива, Джулия. Ты слышишь меня?» Потом снова пошли вопросы, но Джулия больше их не слышала, перед ее глазами стояло лицо Тины Роджер крупным планом и как она покусывала, нервничая, губы.

«Она – жива! – крутилось в мозгу Джулии. – Как это может быть? Или все-таки ловушка? Но как они смогли подобрать такую похожую женщину? Те же жесты? Кто знал ее так досконально?»

Она еще долго раздумывала, так и не найдя решения этой головоломки. Ей нужно было увидеть эту женщину, чтобы выяснить, кто она. Раз возникнув, эта мысль уже не отпускала Джулию. То она решала, что это настоящее безумие, то приходила к выводу, что это единственный шанс все выяснить и довести свою месть до конца. Никак нельзя было допустить, чтобы Тина осталась жива и с ним! С ним, который был – вся жизнь Джулии.

Чарли в ужасе наблюдал за ней. С каждым часом взгляд Джулии становился все безумнее, и он начал бояться, как бы она не убила и его, приняв в своем измученном мозгу за кого-нибудь другого. Поэтому, когда Джулия встала и начала собираться, он только молча смотрел на это, стараясь даже ни о чем не думать, чтобы случайно не спровоцировать ее.

– Я ухожу, – на удивление спокойно сказала Джулия. – Если в течение суток не вернусь, выпустишь Ирен из подвала, вот тебе ключ. Но не раньше. Ты меня понял? – ее глаза зло сверкнули, Чарли поспешно кивнул. Ни за что на свете он не решился бы ослушаться эту женщину.

* * *

Джулия шла через Многомерность в Аль-Ришад, осторожно, пробираясь через большие мерности пространства и уменьшая этим шанс быть обнаруженной.

Она застыла в Четырехмерности рядом с квартирой Креила ван Рейна, страшно рискуя и стараясь определить, кто дома. Лион был дома и с ним дежурила какая-то женщина-Вард, со странной телепатемой – Холод. Мороз. Метель.Больше никого не было. Ей везло. С одним Вардом Джулия вполне могла справиться и поэтому решила выйти в реальность. Она возникла в комнате, женщина стояла к ней спиной и спокойно положила ребенка в кроватку, хотя не могла не почувствовать Джулию, а потом также спокойно обернулась.

У женщины было лицо Тины Роджер! Только это никак не могла быть она. Больной мозг Джулии пытался лихорадочно найти этому объяснение, женщина прямо смотрела ей в глаза, и Джулия уловила проникновение в мозг, тяжелое, разрушающее, мощное, которому почти невозможно было сопротивляться.

– Кто вы? —телепатически выкрикнула Джулия, теряя контроль над собой.

– Тина Роджер, —невозмутимо ответила женщина, продолжая разрушать защиту Джулии.

– Это же неправда! —Джулия еще пыталась защититься, уже поняв, что это бесполезно. Женщина во много раз превосходила ее по телепатическим способностям и скорости мыслепередачи, и было еще в ней что-то такое, что ставило ее на одну доску с Советниками. Джулия еще успела увидеть этот страшный, проникающий, леденящий, нечеловеческий взгляд, внушающий дикий страх всему живому. С огромным трудом, падая на колени, она отвела свои глаза и поглядела на ребенка, от которого исходила отчетливая волна ненависти и мощный звук органа врывался в лишенный защиты мозг. Глаза Лиона, полные ненависти, такие же чудовищные как у этой женщины и абсолютно нечеловеческие, встретили ее взгляд, довершая разрушение защиты.

Мужские сильные руки завели руки Джулии за спину, она, с трудом прорываясь через поток этой двойной ненависти, почувствовала телепатему Строггорна, который до боли сжал ее локти и заставил подняться на ноги. Она, тяжело дыша, обернулась, без тени мысли, растерянно, уже почти ничего не понимая и только беспомощно спросила: «Кто это?», имея в виду эту страшную женщину, которой никогда не было на Земле.

– Это уже неважно, Джулия. Очень скоро все это тебя перестанет волновать навсегда, —ответил Строггорн. Вошел Эмиль ван Эркин, и Строггорн передал ему Джулию для отправки в тюрьму-клинику.

Строггорн посмотрел на Тину: она сидела спокойная, в кресле, и кормила Лиона. Казалось, ничего не произошло и не было никакой Джулии.

– Все хорошо? —решил уточнить он. Тина непонимающе подняла глаза.

– Ты об этой женщине? Она очень больна, Строг. Не знаю, зачем вы отпускали ее из клиники? Давно нужно было делать разрушение личности.

– Она не давала повода, хотя Креил согласился бы c вами.

– Он так и не появился?

– Поищем, не волнуйся.

– Поищите. Мне совсем не хочется еще раз умереть, —она сказала это так, словно вовсе не о ней шла речь, и Строггорн сразу подумал, что Тина ван Лигалон действительно была одним из лучших Вардов на планете.

– Тина, на всякий случай, меня несколько дней не будет, попросите Джона посмотреть для вас наркоз.

Она несколько секунд всматривалась в его непроницаемые глаза и только кивнула.

* * *

На большой поляне среди леса в Аль-Ришаде стояли Строггорн, Лао, Диггиррен и Аолла. Кроме них на Земле только Линган обладал еще способностью к трансгрессии – изменению облика в пределах обычной Трехмерности. От регрессии – полной перестройки организма под другие условия существования, трансгрессия отличалась тем, что изменения касались только исключительно внешнего облика, сохраняя все присущие человеку черты и не затрагивая работу организма. Посовещавшись, Советники приняли решение поискать Креила ван Рейна в бесконечных лесах Аль-Ришада, приняв, как и он, другой облик, более подходящий для этого. Предположительно Креил охотился вместе с одной из волчьих стай, поэтому все решили принять также волчий облик.

Последним изменялся Лао, предварительно одев возникшим перед ним трем огромным волкам телепатические адаптеры на лапы и аварийные браслеты на шею. Сам он никогда не развлекался подобным образом, но и сложности для него это не представляло. Через секунду на поляне возник четвертый огромный волк с белоснежной шерстью, и Строггорн, помогая себе лапами и зубами, надел на него ошейник.

– Всем встреченным биороботам-животным передавайте, что мы его ищем. Может быть, кто-нибудь его встретит, —посоветовал Лао, исчезая за деревьями.

Через три дня безуспешных поисков стало ясно, что Креил изменил свою телепатему, иначе его бы давно разыскали. Каждые несколько часов Строггорн связывался с Элинором, но никто ничего о Креиле ван Рейне не знал.

Во вторник вечером Советники прекратили свои поиски, и Строггорн был вынужден сообщить Тине об этом. Она выслушала его спокойно, словно ничего другого и не ждала. Договорились, что в шесть утра она последний раз покормит ребенка и приедет в клинику Вард-Хирургии.

* * *

– Джон, у тебя есть зеленый браслет?

Джон Гил удивленно посмотрел на Тину, которая только что закончила разговаривать со Строггорном.

– Зачем тебе?

– Я хотела бы последний день своей жизни провести так, как мне хочется. Не каждому дана такая возможность – знать даже час своей смерти, а не только день.

– Тина, я не верю, что ты на это пойдешь, —Джон нахмурился. – Пусть Советники сами из этого выпутываются!

– Разве ты мало прожил на свете и не знаешь, что за ошибки одних, как правило, приходится расплачиваться совсем другим?

– Это жестоко, девочка.

– Может быть, —она пожала плечами. – Я ухожу. Приду утром. Меня не ищи и не бойся, ничего плохого со мной перед таким днем случиться не может.

* * *

Тина вошла в один из больших ресторанов для телепатов. Она была в вызывающе коротком голубом платье, довольно сильно накрашена и с зеленым браслетом на руке. Для себя Тина решила, что пойдет только с очень опытным мужчиной, и поэтому несколько раз отклоняла предложения сесть за ее столик.

Полумрак бара сменялся ярким освещением. Это место было предназначено специально для знакомств такого рода, и владельцы заботились о том, чтобы можно было хорошо всех разглядеть. Овальные столики с зажженными свечами, довольно изысканная сервировка столов, Тине понравилось здесь. Она ела легкую закуску, непрестанно оглядывая мужчин откровенно оценивающим взглядом.

Шло время и ресторан потихоньку заполнялся. Несколько раз ее пытались пригласить на танец, она отказывалась и сейчас чувствовала некоторое недоумение, исходившее от мужчин. Ее зеленый браслет был достаточно красноречив, женщина откровенно собиралась познакомиться, никто никогда ее здесь не видел. Для телепатов куда больше ее внешности имела значение ее странная ведущая телепатема: Холод, Мороз, Метель,и уверенное поведение опытной в таких делах женщины, вызывающее откровенное любопытство.

Через некоторое время предложения стали сыпаться на нее одно за другим, только никто ей не нравился. Такое поведение женщины начинало потихоньку раздражать зал, тем более что и у Тины возникло ответное раздражение. Она подумала, что когда-то для нее не было проблемы выбрать мужчину, но видимо многие годы, проведенные с Креилом ван Рейном, сказались на ее вкусе.

– Здравствуйте, Тина, —красивый светловолосый высокий мужчина застыл перед ней, также оценивающе оглядывая, словно раздевая ее.

–  Здравствуйте, —Тина на секунду помедлила, выуживая из головы мужчины его имя, – Марсель.

– Я невероятно удивился, увидев вас здесь, и долго не мог поверить, что это вы. Уж очень вы изменились, —он продолжал стоять, ожидая приглашения.

– Мы так хорошо знакомы? —если это было так, ей нужно было немедленно уходить из этого ресторана. – У меня были проблемы с памятью, —пояснила она.

– Вы меня совсем не помните? —Марсель мгновенно принял решение воспользоваться ситуацией. – Это даже к лучшему. Наконец у меня появится шанс познакомиться с вами поближе. А то можно было только издали на вас любоваться, и это мне всегда казалось несправедливым. Поэтому я и удивился, увидев вас здесь. Мне можно сесть за ваш столик?

Она несколько секунд разглядывала его и ощупывала, насколько было возможно, защищенный мозг.

– Ну что ж, садитесь. Собственно говоря, я для этого и пришла сюда, —мужчина был ей определенно симпатичен и, как казалось, обладал достаточным опытом. – Правда, я не хотела бы здесь надолго задерживаться.

– Тогда, если не возражаете, я только выпью коктейль, —официант быстро писал заказ. – Ко мне или к вам?

– К вам. —Она не торопясь, доела горячее, ничего больше не говоря.

Такси вывезло их за пределы Элинора, унося в один из воздушных городов. Марсель не делал никаких лишних движений и почти ничего не говорил. Он прекрасно понял, что Тина ничего не помнит, и спокойно воспользовался этим. Однако было невероятно странно, чтобы она пошла с первым встреченным мужчиной, настолько это было не в ее правилах, и уж он-то, работавший с этой женщиной, прекрасно знал об этом. Она очень изменилась. Неизвестно, что с ней делали в клинике после убийства, но если это затронуло даже ведущую телепатему, должно было быть очень серьезно. В телепатическом восприятии это была совсем другая женщина, и ему стало невероятно интересно, коснулись ли эти изменения ее темперамента.

Тина первой приняла душ и спокойно ждала. Ни тени смущения не уловил Марсель в ее мозгу, и если раньше она откровенно недолюбливала его, то сейчас от этого не осталось и следа.

– И как бы вы хотели, Тиночка, этим заняться? —Марсель лежал на боку, подперев голову рукой и смотря в ее глаза. – Можно сказать, я специалист в этом деле в любой форме.

– Это хорошо. Именно это меня в вас и устроило, —она улыбнулась.

– Значит, я могу взять на себя смелость полностью распоряжаться вашим телом? —он ожидал, что эта фраза выведет ее из себя, но она так же спокойно смотрела на него.

– Можете. За исключение двух вещей – анального секса, и еще вы дадите слово, что не будете пытаться уговорить меня на психическое слияние и этим все портить.

– О, —рассмеялся Марсель, отметив про себя, что для той Тины, которую он знал, это были невероятно слабые ограничения, – можете быть абсолютно спокойны! Вы же не за разговорами со мной пошли.

– Удивительно, Марсель, как вы хорошо меня понимаете, —Тина расслабилась и полузакрыла глаза, а уже через несколько секунд стала спокойно отвечать ему в ласках.

С каждым новым разом, когда Тина отдавалась ему, Марсель ощущал, что хочет ее все больше и никак не мог понять, отчего его пресыщенное всеми возможными ласками тело так странно ведет себя. Определенно, то, что с ней сделали, никак невозможно было объяснить операцией на мозге и тем, что она что-то забыла. Эта женщина, что трепетала и умирала в его руках, по своему опыту могла бы дать фору любой проститутке, и зная то количество мужчин, которое у нее было, она никак не могла иметь такой изощренный, если не сказать, извращенный, опыт. Невероятно гибкая, Тина ухитрялась принимать любые мыслимые позы, действительно выполняя только два своих ограничения.

Начав с орального секса, Марсель скоро сам сбился со счета, на чем они могли бы закончить. В одну из коротких передышек он все-таки решил задать вопрос:

–  Тина, а сколько у вас было мужчин?

– А что? —Она удивленно посмотрела на него и рассмеялась: – Не будете же вы мне устраивать сцены ревности?

– Не буду. А все-таки?

– Если вам это так интересно, я не считала. Много. Очень много. Одно время я меняла их каждый день. Как теперь подсчитать? Но смею вас заверить, таких как вы, в моей жизни было немного. Удивительная степень извращенности у вас, Марсель, для вашего молодого возраста.

– Я вовсе не молод! Мне сорок четыре года!

– Это я знаю. Тем не менее, могу поклясться, что у вас никогда не было длительной связи с женщиной, и вы никогда не любили.

– Откуда вы это поняли?

Тина смеялась.

– Я много чего видала в этой жизни, Марсель!

– И когда же вы могли это успеть? Вам всего тридцать лет.

– А откуда вы знаете мой возраст? —сразу насторожилась Тина.

– Да кто же не знает возраст жены Советника Креила ван Рейна?

Она притянула его голову, забираясь языком ему в рот, что сразу вызвало у него прилив возбуждения. Одних разновидностей поцелуев Тина знала не меньше десятка.

Уже светало, когда Марсель, совершенно опустошенный, лежа на кровати, размышлял о том, как можно длительное время удовлетворять столь необузданный темперамент такой удивительной женщины, и очень странная мысль пришла ему в голову. Он посмотрел на Тину, обнаженную, стоящую у светлеющего окна, только сейчас они выключили свет, и осторожно спросил:

–  Кто вы?

Она обернулась с застывшей улыбкой на лице.

– А зачем вам это знать, Марсель?

– Вы – не Тина Роджер и вам намного больше лет!

– Я – жена Креила ван Рейна, Тина. Этого вполне достаточно знать вам.

Он вспомнил, как спрашивал Креила ван Рейна про его первую жену, была ли она такой же порядочной, как Тина Роджер, и как тот ответил на его вопрос, что скорее наоборот, слишком развращенной.

– Когда мы встретимся? —спросил он, видя, что она начинает одеваться. Его охватил неодолимый страх, что сейчас эта женщина исчезнет навсегда из его жизни.

– Зачем? Мы же перебрали с вами почти половину Кама Сутры?

– А вы ее читали?

– Я ее смотрела. В Машине есть одна красивая запрещенная программа, где это все можно посмотреть в объеме.

– И вам это понравилось?

– Очень. Забавно.

– Насколько я знаю, вам никогда не нравились такие вещи.

– Стыдно, Марсель Дени! Но Бог с вами. У меня есть правило, не проводить две ночи с одним и тем же мужчиной. Я все-таки жена Советника, зачем мне скандалы?

– Тогда вы уже нарушили ваши правила. Хоть вы и не помните, но сейчас вы уже второй раз со мной в постели.

– Правда? —Тина пронзительно посмотрела на него и села на кровать. – Оказывается, вы не только врун, а и непорядочный человек. Поняли, что я этого не помню, и использовали ситуацию.

– Каким бы я был мужчиной, если бы не стал ее использовать? Вы мне с первого раза очень понравились. И потом, после того, что выделывали с вашим телом все кому не лень, какое это может иметь значение? Я хотя бы нормальный человек, а не чудовище! А такая, какая вы теперь, вы мне еще больше нравитесь!

– Марсель, —Тина посмотрела на него умоляюще. – У меня очень мало времени, правда, меня ждут и я не могу сейчас опаздывать. Я хотела бы узнать, чего такого я не помню, что делали с моим телом? Пожалуйста, снимите блоки и разрешите влезть в вашу голову. Для меня это очень важно! Иначе я больше этого никогда не узнаю!

От ее взгляда и слов у Марселя прошли мурашки по спине. Он еще секунду раздумывал, насколько это может быть непорядочно по отношению к Советникам, если, он был теперь совершенно уверен, Тине специально стирали память об этом, а потом снял блоки, позволяя пройти к себе в мозг.

Чтобы прочитать все, что ее интересовало, Тине понадобилось не более десяти минут. Не так много Марсель и знал на самом деле, но эти его знания поразили ее своей бесконечной жестокостью. Она сидела потерянная, и Марсель с беспокойством посматривал на нее.

– Господи, неужели они это делали с ней?

Марсель никак не мог понять почему «с ней». Тина решительно встала, поправив машинально платье.

– Я вам очень благодарна, Марсель, за то, что вы мне позволили узнать правду. Вы, конечно, правы. Во всяком случае, вы нормальный мужчина, просто вам не повезло найти женщину, которую бы вы полюбили.

– Поэтому я и хотел бы быть с вами.

– Это невозможно. Очень жаль и это даже не зависит от меня. Не ищите меня, ни о чем не жалейте и ни в чем себя не вините! —эти слова прозвучали как приказ.

Тина вышла из спальни, а Марсель никак не мог понять, почему слезы перехватили горло. «Господи, какая необыкновенная женщина!» – пронеслось в его мозгу. Он сжал руку в кулак, не чувствуя, как ногти разорвали кожу.

Тина вошла в гостиную, где ее нетерпеливо ждал Джон. Она опаздывала, было уже десять минут седьмого, а еще нужно было ехать кормить Лиона. Быстро продиктовав Машине номер Строггорна, Тина предупредила его, что задержится ненадолго.

– Тина, неужели ты не передумала? Зачем ты хочешь убить себя? —Джон с болью искал ее взгляд, но когда она подняла на него глаза, мертвые, пустые, словно из нее вынули душу за эти несколько часов, что он ее не видел, пожалел об этом.

– Меня уже убили, Джон. Сейчас, полчаса назад. Мне совершенно незачем жить, —Тина говорила спокойно, отчетливо. – Почему ты мне не рассказал правду о том, что делали с Тиной Роджер?

– О чем ты?

– О психиатрической экспертизе и о том, как ее насиловали в самых извращенных формах, какие только можно себе представить.

– Но я ничего не знал об этом! —по его искреннему изумлению сразу было понятно, что он говорит правду. – А кто с ней это делал и зачем?

– Они спасали ее жизнь. Это, оказывается, так теперь называется. Они так хорошо спасали ее жизнь, что теперь, в конце концов, все будут счастливы, потому что она, наконец, умрет и не будет доставлять никому беспокойства. Ее насиловал Креил, но она очень скоро стала бояться его. Надо думать! Если бы со мной делали такое, у меня бы была близкая реакция, а, насколько я выяснила, Тина Роджер была на редкость порядочная женщина, не то что я. Потом ей стали заниматься Строггорн и Линган, по очереди, применяя психическое воздействие, чтобы она не оказывала сопротивление и не калечила себя при этом.

– Что с ней делали, Тина?

– Они изменяли свои половые органы таким образом, чтобы можно было забраться в матку и подключиться к ребенку. Лиону для развития было нужно слишком много энергии.

– Разве такое возможно? И это же очень опасно, каждый раз туда лазить!

– Опасно. Поэтому потом они попросили сексопатолога помочь справиться с ситуацией, и он достал для Тины специальные ролики, которые на нее возбуждающе действовали. Так что дальше этим занимался один Креил. А про психиатрическую экспертизу ты знал? Ее попросили заняться сексом с другим мужчиной, а потом выброситься из окна, и это на глазах у всех! И Тина все это выполнила.

– Знал, что была экспертиза, но никто не рассказывал процедуру. Ей стерли память потом… А зачем это?

– Процедура экспертизы подбирается с учетом психических особенностей человека. Тина не была любительницей группового секса. Наоборот, редкой порядочности человек. И если при этом она была готова заниматься сексом с другим мужчиной на глазах своего любимого и получать удовольствие, какая же это любовь? Это – психическая зависимость, Джон. Что никак не уменьшает жестокости того, что делали с Тиной. Ты хочешь, чтобы я жила в таком мире? Зачем? Если здесь можно сделать с нормальным человеком такое, какой смысл в моей жизни?

– С кем ты разговаривала, Тина?

– С Марселем Дени. Он проводил экспертизу и консультировал, как можно ее заставить не сопротивляться во время передачи энергии. Боюсь, что когда он все обдумает, может догадаться, что я другой человек, хоть я ему о себе почти ничего не рассказывала, но жизнь Тины он знает прекрасно и со всеми интимными подробностями, и это никак не согласуется с тем, чем мы с ним занимались сегодня ночью. Извини, я причинила тебе этим боль?

– Нет. Я уже лет двести как не мужчина. Какая боль? Боль ты мне причинишь, если дашь убить себя. Ведь они только этого и добиваются!

– Ну и пусть! Иногда самое разумное дать людям достичь того, чего они хотят от тебя, хотя я не верю, чтобы кого-нибудь из них замучила совесть. У них ее нет. Поехали. Меня ждут.

Джон послушно встал и пошел за Тиной.

Она спокойно кормила Лиона, потом Этель вспомнит и удивится, что не почувствовала ничего плохого.

Еще через полчаса Тина подошла к дверям операционной. Джон не отходил от нее, до последнего не веря, что это произойдет. Она обняла его, прижавшись к его груди, а он все гладил ее по голове. Ему казалось, что она должна заплакать, но Тина сохраняла ледяное спокойствие, как будто все это должно случиться не с ней.

Створки двери операционной плавно раздвинулись, и Джон увидел Строггорна. Что-то холодное было в его взгляде, и сейчас, хотя Джон знал Советника много лет, ему стало страшно. Тина послушно повернулась к Строггорну и сделала шаг, и тогда Джон рванулся к ней и, встав на колени и, обняв ее ноги, зарыдал так, как никогда не приходилось ему, мужчине, за более чем трехсотлетнюю жизнь.

– Не надо, Джон, не надо. Ты же знаешь, я не выношу, когда мужчина плачет, —Тина гладила его волосы, осторожно отняв его руки от своих коленей. – Я тебя очень прошу, не расстраивайся так.

– Какой же я мужчина, если не смог уберечь тебя от этого?

– Никто в этом не виноват. Пойдем, Строггорн, у меня нет сил больше терпеть вашу жизнь. Надеюсь, наркоз у тебя хороший? —донеслось уже из операционной.

Створки плавно закрылись, зажглась надпись: «Идет операция. Вход воспрещен». Еще через минуту в коридоре возник Дмитрий, подали носилки, и он помог Джону Гилу лечь на них.

– В клинику?

– В клинику, Джон. Ненадолго, извини, немного последим за тобой, хорошо?

– Зачем? Я все равно подам прошение убить меня. Можешь так и передать Строггорну.

– Не нужно сейчас об этом. Подлечим, там будешь решать. Не нужно строить из себя Варда, это только мы редко меняем решения, а нормальные люди очень даже часто.

* * *

Створки двери операционной закрылись за спиной Тины, и она изумленно застыла: в операционной помимо Строггорна находился Линган и еще странный мужчина огромного двухметрового роста.

–  Кто вы? —Тина нахмурилась, натолкнувшись на абсолютно непроницаемую защиту незнакомца.

– Садись, Тина, —попросил Линган, а, когда она опустилась в глубокое кресло, продолжил: – Это Велиор, Эспер-Секретарь нашей Галактики.

– И чем обязана такой высокой чести? В общем, я догадываюсь. То, что со мной произошло… но…

– Вы очень сильная и смелая женщина, —прервал ее Велиор. – Скажу прямо, вы поразили наше воображение, приняв сами решение умереть! И даже, как я знаю, не пытались торговаться!

– О чем вы? Я вас не понимаю?

– Да она понятия не имеет о ваших законах! —с досадой в мыслях вмешался Линган. – Я не хотел ей говорить.

– Тогда… у меня нет слов… Почему тогда вы приняли такое странное решение, Тина? Вас ведь даже никто не заставлял?

– Что значит «не заставляли»? —тихо переспросила Тина. – Неужели вы думаете, я столь наивна, что не понимаю таких простых вещей: на одной чаше весов – судьба Советников, и вместе с ней, жизнь всех людей на Земле, на другой – моя жизнь? Если бы я не предложила это сама, меня бы все равно заставили. После того, что я узнала, я абсолютно уверена, моя смерть никого бы не остановила!

– Вы правы, Тина. В действительности, все обстояло намного хуже. Земля, помимо своих собственных интересов, попала под давление Совета Галактики! Ваше оживление – чрезвычайное событие даже в рамках Вселенной, и крайне нежелательное, независимо от того, на какой планете оно бы не произошло. Существует строжайший запрет, инициированный на уровне Векторатов Времени, на «переселение душ».

– А почему?

– Это очень просто. Обычно, во всех подобных случаях совершенно невозможно доказать, что предыдущий владелец тела – умер. По крайней мере, до тех пор, пока занявшая тело, и, следовательно, более сильная, личность, находится в этом теле. А значит, Вектораты Времени склонны рассматривать это как умышленное убийство, с целью завладения новым телом. И этого никто не хочет допустить снова.

– Значит, это уже было в нашей Вселенной?

– Было. Последствия «охоты за телами» были столь ужасны и привели к такому количеству войн между различными цивилизациями, что мы до сих пор расхлебываем это.

– Почему мне никто об этом не сказал? Я не убивала Тину Роджер… Хотя… —Тина сразу поняла, что доказать это будет невозможно. – Не знаю. Я приняла решение. Оно вас устраивает. Что вам еще от меня нужно? Я очень устала, правда. И хочу просто все закончить поскорее.

– Ваша планета не входит в Галактическое содружество, то есть Линган своей властью мог проигнорировать наш закон.

– И ты был готов ради меня это сделать? —Тина изумленно уставилась на Лингана. – Пойти на конфликт с Векторатом Времени?

– Тина Роджер погибла до того, как ты заняла ее тело. Поэтому я не считаю разумным твое убийство, то есть, для меня недостаточно оснований, чтобы приговорить тебя.

– Не уверена, что с тобой согласится Совет Вардов, —заметила Тина.

– Правильно, это… сложная борьба с неизвестным результатом, ну и огласка… Последствия трудно просчитать. Поэтому я решил, если удастся уберечь тебя от зондажа, и скрыть правду от Совета Вардов, ты – остаешься жить. Если же нет… По сути, у нас не остается выбора, как подчиниться и обратиться за помощью в Совет Галактики.

– За помощью? Убить меня? —Тина абсолютно перестала понимать, к чему клонит Линган.

– Убить. На время, пока не будет доказано, что Тина Роджер мертва, а заодно и не улягутся страсти по этому поводу на Земле, —пояснил Велиор.

Тина потрясенно молчала.

–  Я все равно не понимаю, какая для меня разница?

– Огромная. Если спустя определенное время выяснится, что личность Тины Роджер погибла, вы сможете занимать ее тело и дальше. Конечно, если это не так, вы умрете навсегда. Но, скорее всего, Линган прав. Так что…

– Я смогу снова жить… Это странно, но вы должны понять… я не уверена, что хочу жить. Я так много узнала, даже за последние часы…

– Тина, сейчас ты не можешь решать, —сказал Линган. – Потом, если останешься жива, это уже твое дело, как поступать дальше. А сейчас, я пойду на все, чтобы сохранить тебе жизнь, —раздраженно закончил он. – Я не убийца! Это-то хоть понятно?

– Линган, попробуй понять. Аль-Ришада, который я так когда-то любила, больше не существует. Ваш мир… чудовищен…

– Хорошо. Согласен… Это правда, что тебе небезразличен Лион?

Все почувствовали возмущение Тины.

–  Зачем так жестоко? Даже если бы я осталась жива, мне не получить Лиона!

– А ты бы хотела?

В мозгу Тины возник четкий образ мальчика, протянувшего к ней ручонки.

–  Если ты останешься жива, я обещаю, что добьюсь передачи Лиона тебе на воспитание, —сказал Линган.

– Креил не позволит! Загоняет по судам!

– Мы не допустим судов. И пока Лион так и не признал его отцом. Когда Креил узнал, что Строггорн разрешил тебе кормить ребенка, он уже пытался скандалить. Но… факт остается фактом: Лион признал тебя матерью. Ну, а о том, чтобы отдать мальчика в обычную семью, как мы когда-то планировали, не идет и речи.

– Этель?

– Сказала, что не хотела бы заниматься воспитанием мальчика, хотя очень любит детей. Похоже, она его боится. Конечно, если не будет других вариантов…

– Я должна подумать. —Тина замолчала на несколько минут, машинально постукивая пальцами по полированной поверхности журнального столика. – Хорошо, Линган. —Она подняла глаза на Велиора. – Как это будет?

– Вы ничего не почувствуете. Просто заснете. И, если все будет нормально, проснетесь в этом же зале.

– Как вы узнаете, умерла ли Тина Роджер?

– Это как раз решит Совет Вардов. Спустя год, они проведут повторный зондаж и дадут заключение, восстанавливается личность или нет, —пояснил Линган. – А вот объяснять, что случилось, мы будем потом. Без шума, чего сейчас, да еще не имея на руках доказательств смерти Тины Роджер, сделать невозможно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю