Текст книги "Непокорная Зои (ЛП)"
Автор книги: Лиззи Форд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
Дэклан что-то неразборчиво пробормотал, надеясь, что брат догадается сменить тему. Но Лиам проигнорировал намек.
– Секс с родственной душой в тысячу раз круче.
– Не лучше, чем с суккубом. ― Дэклан встретился взглядом с братом. ― Мы Инкубы. Ни один получеловек не может тягаться с нами, даже когда мы не очень стараемся.
– Речь идёт не о случайных полукровках. Родственные души идеально нам подходят.
– Ага, а дальше ты начнешь мне затирать про эмоциональную связь. ― Дэклан демонстративно закатил глаза.
Лиам ударил его по руке.
– Я счастлив, сочетая свободу и секс с суккубами, ― добавил Дэклан, смеясь.
– Это изменится, когда отец узнает.
Дэклан посмотрел на своего брата. Лиам улыбался, но Дэклан знал, что его брат был последним, кто раскрыл бы тайну их отцу. Будучи самыми близкими по возрасту, они с Лиамом были и лучшими друзьями с детства.
Двери лифта открылись. Дэклан дал «пять» Лиаму и ушел, расслабленный после продолжительной тренировки. Теперь он был готов к другой тренировке, в которой его спарринг-партнером будет великолепная блондинка-суккуб, которая уже должна была ждать его в постели.
Дэклан вошел в свою квартиру. Сущность суккуба витала в воздухе, сочетание ее манящей ауры, запаха и воспоминаний о том, каково это ― всю ночь оставаться в состоянии чистого удовольствия. Его кровь уже была в огне.
Хайди была не в постели. Разочарованный, Дэклан вошел в гостиную, где она сидела перед теликом. Она была одета для выхода в свет, ее совершенное тело было стройным, высоким и одетым в настолько обтягивающую одежду, что места воображению уже не оставалось.
– Ты уходишь, ― заметил он. Его взгляд задержался на ее груди. ― Очевидно, без меня.
– Я вернусь, ― сказала она, возбуждающе улыбнувшись. ― Я поверить не могу, что ты сегодня противостоял Оливии.
– Ничего особенного, ― сказал он. ― Если сегодня ты уйдешь без меня, то не возвращайся.
Она уставилась на него.
– Это шутка такая?
– Две недели ― это достаточно долго для меня. Пришло время перемен, ― сказал он. Будь она очередной любовницей, а не шпионкой, которую он добровольно затащил в свою постель, он был бы с ней мягче.
– Оливия отправляет меня на несколько дней со специальным заданием. Ты не можешь говорить об этом всерьез.
Дэклан пожал плечами. Она восприняла это как согласие.
– Я бы и не подумала о том, чтобы не вернуться к единственному самому могущественному Инкубу в мире.
Тембр ее голоса понизился, и она подошла к нему. Его органы чувств были окутаны ее сексуальной энергией. Однако он был сильнее, и когда он высвободил свою собственную магию, Хайди растаяла перед ним.
Он уткнулся носом в ее шею. Ее руки уже блуждали по его телу, ее взгляд загорелся похотью. Он подождал еще мгновение, позволяя своей магии окутать ее чувства. И когда он понял, что поймал ее, он прошептал:
– Скажи Оливии, что я наигрался.
Дэклан отошел, не тронутый этим представлением.
Удивление, а затем гнев отразились на лице Хайди. Она смотрела на него еще мгновение. Внезапно зашипела на него, и он подмигнул, прекрасно зная, что происходит, когда инкубу или суккубу отказывают. Это было скорее унизительно, чем больно, но в любом случае неприятно. С ним такого никогда не случалось. По её лицу было понятно, что её бесит напоминание о том, насколько он силен, так же сильно, как ей нравится использовать его магию в постели.
Он молча смотрел, как она уходит. Она захлопнула за собой дверь, и Дэклан закрылся на замок. Вывести из себя суккуба, который тесно сотрудничает с Оливией, было не самым умным поступком за сегодня. Он все еще пребывал в подавленном состоянии, даже когда вернулся в свою часть района.
Он принял душ и плюхнулся на диван с бутылкой воды и ноутбуком, возвращаясь к плану по очистке Инкубатти от камбионов, на разработку которого его отец потратил всю жизнь. Цели были просты: уничтожить прогнившую часть общества инкубов, а именно камбионов и Совет, который закрывал глаза на то, что они делали с человеческими девушками. Это необходимо сделать для того, чтобы создать новый Совет, который будет держать всё под контролем, чтобы они могли разобраться со своим настоящим врагом: Суккубатти, таких как та, что только что покинула его квартиру. С годами БВР стало более агрессивным, что указывало на то, что вскоре может начаться вторая война.
Незаметно крадя сексуальную энергию, собранную камбионами, Силовики и их союзники начали готовиться к началу гражданской войны в этом году, надеясь отсрочить конфронтацию с Суккубатти, пока не покончат с камбионами. Силовики по своему влиянию в обществе Инкубов и по численности, необходимым для управления революцией, уступали только Совету. Задача заключалась в том, чтобы начать действовать против камбионов достаточно быстро, заранее лишив их шанса на сопротивление еще до того, как все начнется.
Дэклан знал план наизусть. Он также знал, что останется физически неудовлетворенным без суккуба, которая с легкостью снимала его напряжение. Это проклятие всех сильных: одиночество. Почему же тогда он отослал ее прочь вместо того, чтобы в последний раз развлечься?
Он встал и подошел к стене с окнами, выходящими на город. Его взгляд инстинктивно устремился в ту сторону, где находилась его вторая половинка. Он не собирался идти по этому пути. Он знал историю родственных душ и не хотел, чтобы кто-то мешал его образу жизни. Особенно та, которая во всех отношениях была несовместима с его миром.
Он сделал то, чего никто до него не делал: стал сопротивляться. У него хватило на это сил. Для этого нужно было просто перетерпеть дискомфорт. Отвлечься. Обуять потребность.
Зазвонил телефон. Дэклан подошел к нему и снова сел, вглядываясь в темную ночь за окнами.
– Профессор, ― произнес он, отвечая на звонок. ― Чему обязан таким удовольствием?
– Боюсь, это не доставит тебе удовольствия, Дэклан, ― теплый голос Профессора был усталым.
– В чем дело? ― спросил Дэклан. Он выпрямился.
– Я прошу прощения, Дэклан, но я должен попросить тебя об одолжении, ― сказал Профессор. ― Есть кое-что, с чем я не в состоянии справиться сам.
Дэклану не понравилось это чувство безотлагательности и страха в животе. В голосе Профессора прозвучала нотка, которая встревожила его.
– Я не был честен с тобой насчет своей способности справиться с Зои. Сегодня вечером я не могу выполнить то, что должен, и я боюсь, что это может стоить ей жизни. Она в опасности, Дэклан. Я чувствую, что она умирает, но не совсем понимаю, в чем причина.
– Камбионы? ― спросил Дэклан.
– Нет, это… другое. Ее разум сейчас спокоен. Она без сознания, это все, что я знаю.
Дэклан долго молчал, желая отказаться. Это бы стало простейшим решением проблемы: остаться в стороне, и вскоре он будет свободен. Но в тоже время это шло вразрез с честью и порядочностью, которыми он должен обладать как Силовик и, что более важно, как будущий лидер Инкубатти.
– Пожалуйста, Дэклан.
Мысль о том, что такой уважаемый ученый умоляет его о чем-то, заставила Дэклана почувствовать себя ужасно.
– Я позабочусь об этом, ― сказал он.
– Спасибо, Дэклан. Боюсь, я становлюсь слишком стар для всего этого.
Глубокая усталость в словах Профессора заставила Дэклана почувствовать себя еще хуже из-за того, что он обременял своего друга.
– Я верну ее целой и невредимой, ― мягко сказал он. ― Отдохните немного.
Он повесил трубку, еще больше раздраженный тем, что его ночь была испорчена второй женщиной, которая не окажется в его постели. Дэклан быстро оделся в тренировочные брюки, прочные ботинки и футболку с длинными рукавами, чтобы уберечь кожу от весеннего холода. Он вышел из здания. Было нетрудно понять, где она находится. Ему надо просто следовать своим инстинктам, тем, которые он игнорировал последние три года.
Нервный и обеспокоенный, он шагнул в переулок и собрал всю свою магию. Со сверхчеловеческой силой и ловкостью, вызванными избытком сексуальной энергии, он запрыгнул на крышу ближайшего здания. Он в два раза быстрее пересечет город, передвигаясь по крышам, чем по пробкам или пешком. Сначала Дэклан бежал медленно, а затем ускорился, наслаждаясь ощущением прохладного воздуха в легких и тем, как разогревались мышцы его ног. Он перепрыгивал со здания на здание, пробегал по крыше и снова прыгал.
Примерно через десять минут его инстинкты стали настолько сильными, что это заставило его замереть на месте. Он присел на корточки у края здания, чтобы заглянуть в переулок. У ног нескольких камбионов, показывавших непристойные жесты, лежали две девушки без сознания. У одного из камбионов уже были спущены штаны.
Дэклан спрыгнул в переулок и мягко приземлился на ноги. Ближайший камбион развернулся, чтобы нанести удар. Дэклан сбил его с ног ударом кулака. Узнавание отразилось на лицах остальных. Инкубам было строго запрещено нападать на тех, кто слабее их самих, если только те не атаковали первыми. Это было правило, которое камбионы хорошо знали. Он ждал, пока они оценивали свои перспективы.
Они сбежали.
Дэклан развернулся к девушкам, которым на вид было чуть больше двадцати. Его взгляд остановился на той, которая, скорее всего, была его родственной душой. Дэклан опустился на колени рядом с ней и коснулся ее лба. Огонь пронзил его, и он выругался, когда его тело откликнулось на его вторую половинку.
Ее сердце не билось. Он привлек ее в свои объятия. Чем плотнее он к ней прижмется, тем больше магии сможет передать. Он высвободил силу, которую редко выпускал на волю. Ее тело дернулось в ответ. Дэклан ждал, разглядывая девушку, пока его магия исцеляла ее.
Лицо в форме сердца, распущенные каштановые локоны, чуть золотистая кожа. Ее ресницы были длинными и пушистыми, губы полными, а скулы достаточно высокими, чтобы создать естественные тени под ними. Симпатичный, вздернутый носик, ноги длинные, хотя роста в ней было полтора метра с кепкой, на голову ниже его. Она казалась тяжелой в его руках; крепкие мышцы, формировавшие фигуру в форме песочных часов, с грудями, которые заполнили бы его большие руки, и округлыми бедрами, которые он мог бы обхватить сзади.
Его родственная душа была великолепна. Безудержная сексуальная энергия, исходящая от нее, была почти такой же мощной, как у чистокровного суккуба. Ему было трудно представить, что этот ангел в его объятиях хотя бы на половину так опасна, как говорилось в отчетах.
Она судорожно вздохнула в беспамятстве. Дэклан окинул взглядом ее тело, его восхищение сменилось серьезностью.
Она была отравлена, но он не мог сказать, чем именно. Это не было похоже ни на один яд, с которым он раньше сталкивался. Дэклан наклонил голову, чтобы понюхать ее губы. Запах из ее рта был горьким, незнакомым.
Что она за охотница на камбионов такая, если ее смогли отравить? Зная, что Профессор был слишком слаб, чтобы помочь, на что она рассчитывала в случае, если попадет в беду?
Нет, эта девушка не для него. Дэклан опустил ее на землю и тут же захотел снова к ней прикоснуться. Он никогда не был рабом чужого тела. Всегда было наоборот. Ему не нравилось это чувство потери контроля над реакцией собственного тела на кого-то другого.
Он заставил себя отвести взгляд и посмотреть на другую девушку. Она быстро угасала. Гнев вскипел в нем. Обычно Инкубы не оказывают никаких услуг бесплатно. Но ни одна из девушек не была в состоянии сейчас предложить что-то взамен.
Он исцелил вторую девушку, а затем позвонил в 911, чтобы ее забрали. Он легко поднял свою вторую половинку и призвал свою магию ― на этот раз, чтобы скрыть их от посторонних глаз, пока они не уберутся отсюда ― вместе ― туда, где он спрячет ее: к Профессору.
Его магия уже пыталась проникнуть в нее и исследовать ее магию, усиливая его разочарование, когда он понял, что это невозможно без завершения обряда. Но в то же время трудно расстраиваться, когда чувствовать ее в своих объятиях было так естественно.
Пятнадцать минут спустя он уже поднимался по лестнице на крыльцо Профессорского дома. Дверь в дом в викторианском стиле открылась. Взгляд Дэклана скользнул по сутулому инкубу, который был бледен этой ночью.
– Вы хорошо себя чувствуете, Профессор? ― спросил он.
– Достаточно хорошо. Не могу угнаться за вами, дети, в такой поздний час, ― последовал теплый ответ. ― Как она?
– Была одной ногой в могиле, когда я нашел ее. О чем она думала?
Хриплый смешок Профессора был немногим громче моросящего дождя, начавшегося в тот момент, когда Дэклан ступил на крыльцо.
– Она всегда следует велению сердца. Никогда не тратит много времени на раздумья, ― ответил Профессор.
Дэклан нахмурился, когда осознал, что всё еще сжимает в объятиях свою вторую половинку. Он усадил ее на качели, стоявшие на крыльце, ее мягкие кудри защекотали его руки. На этот раз, разорвав телесный контакт, он ощутил почти физическую боль.
Непривычный к этим ощущениям, он отодвинулся.
– Ты всё еще борешься с этим, ― заметил Профессор.
– Продолжу до самой смерти, если это возможно.
– Ты скоро сдашься.
– Вы очень в себе уверены!
– Так и есть. Ты думаешь, то, что позволяло тебе держаться подальше, не притянет тебя к ней теперь, когда ты прикоснулся к ней?
– Именно этого я и боялся, ― пробормотал он. ― Неподходящее время.
– Так всегда и бывает, ― весело ответил Профессор.
Дэклан оставался на месте, пока пожилой Инкуб не подошел к потерявшей сознание девушке. Его морщинистые руки с нежностью коснулись ее лица. Ее кудри упали с качелей, почти коснувшись пола. Она дышала глубоко и спокойно.
– Она хорошая пара для тебя. Сильная и храбрая, ― сказал Профессор. ― Она ещё даст тебе фору.
– Как раз то, что мне нужно, ― обеспокоенно произнес Дэклан. ― Так странно, что в наше время мы все еще вынуждены заключать браки по предопределению.
– Таков порядок вещей для нашего вида. У природы свой способ сохранить наш вид ― при помощи предназначенных родственных душ.
– Наверно, так и должно быть. В противном случае мы бы сделали всё возможное, чтобы избежать этого, ― согласился Дэклан.
Профессор улыбнулся.
– Магия Силовика и ум философа.
– Что-то я не вижу, чтобы это мне помогало.
– Ты слишком обеспокоен тем, что не можешь контролировать.
– А почему я должен быть спокоен?
Дэклан долго молчал, прислушиваясь к шуму дождя. Он редко говорил так открыто, не находясь в кругу семьи, поскольку сохранение благоразумия и видимости сдержанности, силы и непобедимости, присущих Силовикам, было важно, особенно при планировании переворота. Это старик заставил его расслабиться, или близость к своей второй половинке успокоила его кровь?
Профессор присел рядом со своей подопечной, и взгляд Дэклана задержался на ее лице. Если он сфокусируется на тех ужасных вещах, о которых говорилось в докладах Профессора и других, удастся ли ему оттолкнуть ее? Никто, так мило выглядящий, не может быть настолько плохим.
Он хотел ее, это был признак того, что он начал ритуал, которого надеялся избежать. Он должен был перестать сопротивляться и сделать то, что должен был сделать уже давным-давно: предъявить права на свою нареченную. По крайней мере, его отец точно будет счастлив, даже если в результате Дэклан окажется навечно пойманным в ловушку брака с дикаркой.
– Она придет в себя только завтра, ― с нежностью произнес Профессор.
– Она чуть не умерла, ― ответил Дэклан, нахмурившись.
– Когда ты встретишься с ней в живую, ты поймешь.
– Тогда оставляю ее в вашем полном распоряжении.
– Пока что.
Темные глаза Профессора сверкнули.
– Вам нравится испытывать мое терпение, дедуля, ― подразнил Дэклан.
– Напротив, я становлюсь слишком стар, чтобы защищать ее. Ты скоро ей понадобишься.
– Я прошу прощения, если нагружаю вас, Профессор, ― сказал он, разочарованный собой. ― Я выполню свой долг.
– Я никогда в тебе не сомневался, ― последовал любезный ответ. ― Твоя семья всегда служила с честью, Дэклан.
Второй раз за день Дэклан услышал безмолвное сообщение. Он не хотел признавать это раньше, но, увидев бессознательное тело своей второй половинки, и зная, что Профессор больше не может ее защитить, он признал, что должен пройти обряд.
– Скоро увидимся, ― пообещал он Профессору. ― Я должен… предупредить отца. Вас не затруднит присмотреть за ней еще немного?
– Нет, конечно. Тебе дать машину? ― спросил Профессор.
Дэклан посмотрел на непрерывно капающий дождь, затем на свою одежду. Он всё равно уже промок. После недавних событий ему нужно было немного побыть одному, прежде чем он встретится лицом к лицу со своим отцом.
– Нет, со мной все будет в порядке, ― сказал он. ― Вам нужна помощь, чтобы затащить ее внутрь?
– Наказание за глупость ― ночевка на крыльце.
Дэклан усмехнулся.
– Я запомню это. Берегите себя, Профессор.
– Ты тоже, Дэклан.
Силовик вышел под дождь. Чем дальше он удалялся от нее, тем хуже становилось его настроение и тем сильнее становилось ее притяжение. Ему это совсем не понравилось. Это был его долг ― заявить права на родственную душу, предназначенную ему. Он откладывал это три года, возможно, рассчитывая на то, что получится отложить навсегда. Однако сегодня вечером он был вынужден признать, что больше не может избегать своей судьбы.
Время игр закончилось. Он успешно оттягивал этот момент, но теперь вынужден был признать факт: его отец и братья правы.
Дэклан был полон решимости сделать то, что должен, к тому времени, как вернулся в свою квартиру. Переодеваясь, он дважды проверил свой телефон, чтобы убедиться, что Профессору ничего не понадобилось. Его магия была слишком взбудоражена, чтобы ее контролировать, и воздух вокруг него шипел, пока Дэклан поднимался по многоквартирному дому на верхний этаж, в личные апартаменты своего отца.
Лифту потребовался отпечаток большого пальца и сканирование сетчатки, прежде чем он открылся, чтобы показать фойе роскошного пентхауса его отца. Самый могущественный инкуб во Вселенной стоял на своей кухне и готовил макароны.
– Тебе тоже хватит.
Его отец быстро оглядел его теми же глазами цвета виски, которые унаследовали Дэклан и два других брата. У Дэклана была такая же точеная внешность; от матери он унаследовал только светлые волосы и цвет лица.
Его отец всегда знал, когда у одного из его сыновей были проблемы. Дэклан сел на барный стул, насыщенные ароматы томатного соуса и итальянских специй напомнили ему о том времени, когда он был достаточно молод, чтобы помогать.
– Мне знаком этот гнев, ― сказал его отец, когда молчание затянулось. ― Лиам был последним, кто испытывал его, как и Томми до него. У меня было такое чувство, что ты боролся с этим. Кто она?
– Проблема, ― Дэклан потер лицо. ― У нее больше дисциплинарных взысканий, чем у всех моих братьев вместе взятых.
– Она достаточно сильна для тебя?
– Я еще не знаю.
Судя по притяжению, она достаточно сильна. Она сводила его с ума.
– Это вызов. Ты такое любишь.
Его отец улыбнулся.
– Не в личной жизни. У нас и так достаточно забот.
– Более чем достаточно, ― согласился его отец. ― Но ты лучше справишься со всем этим, если она будет уравновешивать тебя.
– Посмотрим.
– Я перестану допрашивать Лиама насчет тебя. Я просто беспокоился. Я рад, что ты нашел ее сейчас и у тебя есть еще время разобраться с этим, прежде чем мы пройдем точку невозврата.
– Мудро, как всегда, ― ответил Дэклан. ― Я знаю, что это моя обязанность, но ни одна моя клеточка не хочет этого.
– В этом и есть суть слова «обязанность»: что-то, что мы должны сделать, но не хотим.
Дэклан фыркнул.
– Мне нравятся остальные мои обязанности.
Взгляд его отца оторвался от кастрюли, в которой инкуб помешивал соус.
– Завтра я начну обряд официально, ― ответил Дэклан на незаданный вопрос. ― Лиаму и Уэсу потребовались месяцы, чтобы привязать своих. Я не уверен, что обряд будет завершен к тому времени, когда план вступит в силу.
– Но ты в два раза сильнее любого из моих сыновей, ― отметил его отец. ― Нам с твоей матерью потребовалось четыре дня, чтобы завершить обряд. Я думал, что сойду с ума.
Дэклан рассмеялся. Он не мог представить, чтобы стоявший перед ним могущественный мужчина мог попасть под чары какой-нибудь женщины.
– Проходить через это не очень приятно, ― предупредил его отец. ― Разберись с этим как можно быстрее.
– Посмотрим, ― повторил Дэклан.
– К слову об обязанностях. Звонил Лиам. Я думаю, ему пришлось убрать еще четырех охотниц, которым не исполнилось и двадцати.
– Оливия становится небрежной в подборе персонала, ― сказал Дэклан. ― Возможно, потому что она чего-то добивается?
– Я думаю, что такое возможно. С этой женщиной ничего нельзя сказать наверняка. Это беспокоит меня, а я должен быть сосредоточен на уничтожении руководства камбионов. У меня не должно быть слепого пятна.
– Ты хочешь принять ее предложение о перемирии.
– Временно, ― задумчиво ответил его отец.
– Ясно, у тебя есть запасной план.
– Не очень приятный. Дать Оливии то, что она хочет, а затем вывести ее из игры до того, как она успеет что-либо предпринять.
– Уэс согласен? ― Дэклан выгнул бровь. Самый вдумчивый и терпеливый из всех Силовиков инкубов, Уэс, третий из сыновей, стал умиротворяющей силой после смерти матери семейства десять лет назад.
– Более или менее.
Дэклан рассмеялся.
– Он слишком похож на твою мать, ― хрипло пожаловался его отец. ― Наверное, это хорошо.
Отец принес две тарелки с ужином и поставил одну перед Дэкланом.
– Мне нужно, чтобы ты сосредоточился, Дэклан. Эта история с родственной душой превратится для тебя в ад. Если она хоть немного похожа на твою мать, то сложно будет с самого начала. Если для того, чтобы ты решил этот вопрос, нужно отступить от нашего плана, дай мне знать.
– Я разберусь с обрядом, отец. Я тебя не подведу.
– Я знаю, что не подведешь.
Они ели в тишине, тело Дэклана гудело от нерастраченной энергии, из-за которой ему хотелось отправиться в спортзал и не выходить оттуда, пока он не сможет высвободить ее всю. Он понимал важность перемен, хотя было бы лучше, если бы они происходили по очереди, а не все сразу.
По крайней мере, худшая из них быстро закончится. Начнется революция, и он заявит права на свою пару, и все это в течение пары месяцев.
Глава 7. Зои загнана в угол
♥♥♥
– Ты как сирена, выброшенная на мое крыльцо.
Сквозь пелену боли Зои услышала голос, темный и холодный. Она замерзла! Кто-то прикоснулся к ней, тепло и желание наполнили ее так резко, что это сразу заставило ее открыть глаза. Она села.
– Обычно это срабатывает.
Профессор сидел в кресле рядом с ней и улыбался.
– Что за х… ― она осеклась, увидев его поднятую бровь. ― Хохма.
Ее голова пульсировала, а кожа была слишком холодной, чтобы что-то чувствовать.
– Разве я не говорил тебе не пить?
– Я выпила всего два коктейля в клубе.
– Я взял на себя смелость посчитать… ― начал он.
– Хорошо! Пропустила еще пару рюмок водки, прежде чем мы вышли. Но для меня это всё равно, что ничего не выпила, ― сказала она ему и схватилась за голову. Она была на его крыльце, на качелях, где не раз оказывалась за время знакомства с Профессором. ― Можно войти?
– Прошлой ночью ты сделала хоть что-нибудь из того, о чем я просил? ― неодобрительно уточнил он, направляясь к входной двери.
Зои сняла каблуки и осмотрела себя. Она была жива. Никакой крови. Никаких ран. Оружие на месте. Должно быть, Викки привезла ее сюда, зная, что в дом к Эрику Зои уже вернуться не может.
Профессор продолжал говорить. Она встала и, пошатываясь, вошла в дом, следуя за инкубом в кабинет. Он сел в одно из удобных кресел перед пылающим камином. Она села в другое. Там их уже ждал поднос с чаем. Руками, такими же твердыми, как ветви, которые они напоминали, он налил им чая. Он не взял ни сахара, ни сливок, в то время как она навалила в свою чашку и того, и другого.
– Боже, Профессор…
Она наклонилась вперед, от головной боли ее затошнило.
– Да, ну, так обычно и бывает, когда пьешь яд, подмешанный в алкоголь.
– Что?
Он снова бросил на нее недовольный взгляд.
– В скольких клубах и барах ты побывала? Тебе следовало бы уже знать, что не стоит пить коктейль, если его смешали не при тебе.
– Вы хотите сказать, что кто-то пытался убить меня? ― спросила она. От этой мысли ее головная боль усилилась. ― Пожааааааалуйста?
Она протянула ему дрожащую руку.
– Надо же было сначала помучить тебя.
Слова должны были прозвучать твердо, но он улыбнулся. Он взял ее за руку.
Огонь пронзил ее, сделав кожу такой чувствительной, что теснота платья причинила боль. Ее грудь и тело заныли от сексуальной энергии. Но это вылечило ее голову. Она отстранилась, взбодрившаяся и разозленная.
– Кто мог желать мне смерти?
– Любой камбион. Ты сейчас убийца камбионов номер один, ― гордо произнес он. ― Почему у тебя нет татуировок, отмечающих убийства, как у других?
– Эрик… ― «Не любит татуировки» не договорила она. ― В любом случае, сейчас их слишком много, чтобы отмечать. Я бы провела весь день в тату-салоне. Блин, Эрик! Он думает, что я в библиотеке. Мне пора!
Она резко поднялась, и у нее закружилась голова. Зои упала обратно в кресло и откинула голову на спинку.
– Нам нужно отправить тебя в школу для леди, ― сказал Профессор, увидев, как она неприлично развалилась перед ним.
– Мне нужно идти! Ты можешь подлечить меня еще раз? ― спросила она, протягивая руку.
– Эрик звонил сегодня утром. Спросил, куда отправить твои вещи: сюда или к Викки. Я сказал, что сюда.
Она приподняла голову.
– Что?
– Думаю, тебе следует отправиться к нему и взглянуть правде в глаза, ― сказал Профессор, потягивая чай. ― А я пока попробую разузнать об отравлении. Потом, когда Эрик вышвырнет тебя, можешь вернуться сюда и остаться жить со мной.
– Почему это так забавляет тебя? ― спросила она требовательно.
– Он тебе не подходит.
– И это говорит мне человек, который соблазняет женщин, чтобы заработать на жизнь? Она снова поднялась, на этот раз более осторожно. ― И кто же мне подойдет?
– Кто-то, кто сможет потушить горящий в тебе огонь. Кто-то, кому ты действительно сможешь доверять, ― ответил он. ― Тебе нужен тот, кто сможет уравновесить тебя и выкачать из тебя всю эту сексуальную энергию, иначе ты скоро сгоришь.
Зои уставилась на него.
– С моей сексуальной жизнью все в порядке. Она нормальная. И я доверяю Эрику. Он тоже нормальный.
– Но, ты не нормальная. Однажды тебе придется перестать притворяться. ― Он говорил спокойно, как будто обсуждал погоду на следующую неделю.
В его словах было слишком много правды. Зои не хотела этого признавать. Она хотела быть нормальной. Она, конечно, была в ужасе от того, что Эрик сделал ей предложение. Но, теперь, когда он решил выгнать ее, она отчаянно пыталась вернуть ту стабильность, которая у нее была. Даже мысль о том, что ее пытались отравить, меркла по мере того, как в груди росло чувство потери. Зои нужно пойти к Эрику.
Она уже вышла в коридор, когда Профессор снова заговорил:
– Тебя подвезти? Или ты хочешь… как это у вас называется? Прийти с позором? [прим. ред.: walk of shame ― ситуация, когда нужно пройти под чьим-то осуждающим взглядом; чаще всего используется, когда девушка палится, что напилась и не ночевала дома (ушла с незнакомцем), потому что пришла после вечеринки во вчерашней одежде].
– Подвезти, блин! ― рявкнула она.
Он усмехнулся.
Расстроенная, она ждала у двери, пока подъедет машина. Шофер открыл заднюю дверь, и она запрыгнула в нее. Миля, которую она проехала до дома, показались ей сотней.
Наконец, они подъехали к многоквартирному дому, и Зои выскочила из машины.
– Мне подождать? ― окрикнул шофер.
– Нет, я думаю… ― На лестничной площадке перед ее квартирой стояли коробки. С тяжелым сердцем она начала подозревать, что Профессор был прав. ― Я справлюсь.
Уставшая, Зои взбежала по лестнице к двери и остановилась. Она подумала о том, чтобы постучать, но затем просто шагнула в квартиру. Эрик был в центре гостиной, заклеивал скотчем еще одну коробку. Он определенно постарался сложить всю ее одежду в аккуратные, ровные стопки, ожидающие своей очереди. Он выпрямился.
– Привет, ― сказала она.
– Дует.
Она закрыла дверь и прислонилась к ней.
– Одета как раз для библиотеки.
Его пристальный взгляд скользнул по ней.
Зои посмотрела вниз, и ее лицо вспыхнуло, когда она поняла, что ушла в джинсах и свитере, а вернулась, одетая как проститутка. Она взглянула в зеркало, ужаснувшись от вида потекшего макияжа.
– Это… это потому, что я вчера испугалась? ― тихо спросила она, указывая на коробки. ― Потому что я не имела в виду, что не выйду за тебя замуж. Только то, что мне нужно…
– Можно подумать, я не знаю, ― перебил он со злостью в голосе. ― Причина не в этом.
– Тогда в чем, Эрик? Мне казалось, всё было хорошо до вчерашнего вечера, ― в замешательстве произнесла она. ― Что я сделала? Что бы это ни было, я уверена, что смогу всё исправить.
– Если я спрошу тебя кое о чем, ты скажешь мне правду?
– Конечно.
– Как много мужчин?
Она уставилась на него. Это был сложный вопрос.
– Тебе нужно конкретизировать вопрос. ― Как только слова слетели с ее губ, она поняла, что это был неправильный ответ.
– Значит, это правда. ― Выражение боли исказило его черты. ― Ты изменила мне.
– Нет. Ни в коем случае, ― быстро сказала она. ― Я никогда не изменяла тебе.
– А как ты это называешь? ― Он схватил свой телефон и протянул ей.
Она уставилась на Эрика, затем опустила взгляд на телефон. На фото она была в другом платье. На ней было то, в котором она проснулась вчера утром, после ночи, которую она не могла вспомнить. Кто-то сфотографировал ее, целующуюся с кем-то, кого она не помнила, посреди модного клуба, который она не узнала. Она с трудом сглотнула, пытаясь придумать, как это объяснить, одновременно пытаясь понять, почему она не помнит этого момента.
– Тори узнала тебя и прислала это мне.
– Она видела, что произошло дальше? ― спросила Зои.
– Что?
– Я имею в виду, это не доказывает, что я тебе изменила. Ну поцеловалась я с каким-то парнем…
– Ты поцеловалась с каким-то парнем, ― язвительно повторил он. ― После того, как солгала мне насчет библиотеки, а затем вообще не пришла домой прошлой ночью. ― Его руки дрожали, когда он забирал телефон обратно. ― Я готов был провести свою жизнь с тобой, Зои.
Боль в его голосе сокрушила ее.
– Всё ещё возможно, ― сказала она. ― Я клянусь тебе, Эрик, я никогда не спала ни с одним из этих парней.
– Боже милостивый, ― прошептал он, бледнея. ― Сколько их было?
– Ну…
Она попыталась вспомнить приблизительное число. Если она стала убийцей камбионов номер один, это означало, что она побила рекорд Викки ― 560 за год. Неужели она целовалась со всеми ними? «В основном, да», ― призналась она себе.
– Со сколькими гребаными мужчинами ты целовалась, пока лгала мне о том, что была в библиотеке или на занятиях? ― взревел Эрик.
