Текст книги "Кровь двух миров (СИ)"

Автор книги: Лия Норд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Несколько секунд никто не произносил ни слова. Тишина не казалась неловкой. Напротив, она словно сама стала частью этого мгновения, в котором каждый неожиданно оказался немного честнее, чем собирался. Эллианна первой отвела взгляд. Она вдруг поймала себя на мысли, что не знает, куда деть руки, как ответить и вообще нужно ли что-то отвечать. Смущение, давно забытое и почти детское, оказалось совершенно неуместным для женщины, которая считала, что подобные чувства остались далеко в прошлом. Лиор, словно почувствовав ее растерянность, не стал продолжать тему. Его улыбка вновь стала легкой, привычной, и напряжение, возникшее всего несколько секунд назад, растворилось так же незаметно, как появилось. – Простите, – сказал он с мягкой самоиронией. – Кажется, я снова сказал больше, чем следовало. Эллианна подняла на него глаза. – Нет. Она улыбнулась. – Просто... я не ожидала услышать это именно так. – А как ожидали? Она ненадолго задумалась. – Не знаю. Наверное, красивый комплимент обычно звучит так, словно человек хочет произвести впечатление. Лиор тихо рассмеялся. – Значит, мне повезло. – Почему? – Потому что я совершенно не пытался произвести впечатление. Он произнес это так спокойно, что Эллианна снова почувствовала, как щеки начинают предательски теплеть. Лея едва заметно отвернулась к окну, с огромным интересом рассматривая сад, которого прекрасно знала каждое дерево. Она слишком хорошо понимала, когда человеку необходимо дать возможность самому справиться со своими чувствами. Лиор сделал еще один шаг, но по-прежнему оставался на почтительном расстоянии. – Если позволите...Он слегка склонил голову. – Я хотел бы проводить вас на бал. Эллианна вопросительно посмотрела на него. – Разве это не обязанность кого-то из сопровождающих? – Обычно так и есть. – Тогда почему вы? Лиор улыбнулся. – Потому что сегодня мне очень захотелось нарушить одно старое придворное правило. Она удивленно приподняла брови. – Вы часто их нарушаете? – Настолько редко, что двор до сих пор считает меня образцовым наследником. Лея тихо рассмеялась. – Не верьте ему. Оба одновременно посмотрели на нее. – Его Высочество нарушает правила исключительно тогда, когда уверен, что Солариарх об этом никогда не узнает. – Лея... – Или когда заранее знает, что Солариарх все равно его простит. Лиор театрально вздохнул. – Лея, ты сейчас рушишь мою безупречную репутацию. – Простите, Ваше Высочество. Но я всего лишь говорю правду. Эллианна улыбнулась. Рядом с ним действительно становилось удивительно легко. Он словно обладал редким даром замечать тот самый момент, когда человек начинал чувствовать себя неуверенно, и одним удачным словом возвращал ему способность спокойно дышать. И именно в эту секунду Эллианна поймала себя на неожиданной мысли. Она больше не боялась предстоящего бала. Не потому, что перестала волноваться. Просто рядом появился человек, рядом с которым это волнение уже не казалось таким страшным. Лиор будто прочитал ее мысли. – Обещаю одну вещь. Она вопросительно посмотрела на него. – Если вам захочется уйти хотя бы на несколько минут, просто скажите мне. – И что будет? – Мы уйдем. – Посреди бала? Он пожал плечами с таким спокойствием, словно речь шла о самой обычной вещи. – Бал переживет наше отсутствие. – А если кто-нибудь возмутится? – Тогда я очень внимательно его выслушаю. – И?Лиор улыбнулся той самой улыбкой, за которую, казалось, его любил весь Люменор. – И сделаю так, как посчитаю нужным. Эллианна тихо покачала головой. – Вы совершенно не похожи на человека, который однажды станет правителем. На этот раз Лиор не улыбнулся. В его глазах на мгновение мелькнуло что-то почти неуловимое – тень усталости, промелькнувшая так быстро, что можно было решить, будто она только показалась. – Иногда, – произнес он негромко, – мне самому очень хочется в это верить. Слова повисли в воздухе. Лея первой почувствовала, как изменилось настроение разговора. Она подошла к Эллианне и мягко поправила складку платья на ее плече. – Нам пора. Эллианна удивленно посмотрела на нее. – Уже? – Если мы выйдем прямо сейчас, то успеем спокойно пройти через Сады Первого Света. В это время там почти никого нет. Лиор сразу понял ее замысел. Он улыбнулся. – Тогда я считаю это лучшим маршрутом. Он протянул Эллианне руку не как наследник трона и не как мужчина, стремящийся произвести впечатление. Скорее как человек, который хотел сказать без слов: "Если станет страшно, я буду рядом."И, сама не понимая почему, Эллианна без колебаний вложила свою ладонь в его. Не зная, что где-то этажом выше, у высокого окна западной галереи, их уже молча наблюдает человек, который совсем недавно с легкой усмешкой убеждал самого себя, что Лиор просто влюбился. И только теперь начинал понимать, что ему почему-то совсем не нравится видеть их вместе.

Лиор предложил ей руку так естественно, словно этот жест был не частью придворного этикета, а самой обычной человеческой вежливостью. Эллианна на мгновение замешкалась. Она никогда не любила подобные церемонии. На Земле ей всегда казалось, что в них слишком много показного, слишком много правил, придуманных лишь затем, чтобы люди забывали быть собой. Но сейчас, встретившись взглядом с Лиором, она неожиданно поняла, что рядом с ним этот жест не выглядел обязанностью. Он просто хотел идти рядом. Этого оказалось достаточно. Она осторожно вложила ладонь в его руку. Лиор улыбнулся, однако никак не подчеркнул ее решение, словно не произошло ничего необычного. Именно это почему-то окончательно успокоило Эллианну. Они вышли в длинную светлую галерею, соединявшую жилое крыло дворца с садами. За высокими арками открывался Люменор. Дневное солнце уже клонилось к западу, и его лучи ложились на белые мосты, крыши дворцов и гладь озер мягким золотистым светом. Вдали над серебристыми деревьями медленно поднимались первые световые сферы, которые с наступлением сумерек должны были превратить город в настоящее море звезд. По мере того как они приближались к центральной части дворца, вокруг становилось все оживленнее. По галереям спешили ардены с подносами, украшенными живыми цветами и сверкающими хрустальными кубками. Молодые айрэны развешивали длинные полотнища цветов трех Великих Домов, а где-то внизу уже звучала музыка – пока еще едва различимая, словно музыканты только настраивали инструменты. Эллианна остановилась у мраморных перил. Перед ней открывался вид на главный двор. Она даже не сразу нашла слова. Белый камень лестниц постепенно начинал светиться изнутри, будто в его глубине просыпался собственный мягкий свет. Между деревьями струились тонкие ручьи, пересекавшие сад серебристыми лентами, а над ними медленно кружились десятки луми. Маленькие создания будто чувствовали приближение праздника и сегодня сияли особенно ярко. – Красиво... – едва слышно произнесла Эллианна. Лиор остановился рядом с ней, проследив за ее взглядом. Некоторое время они молчали, любуясь городом, который постепенно преображался к вечеру. Белые мосты уже начинали мерцать мягким светом, на террасах появлялись первые гирлянды из живых цветов, а над садами одна за другой вспыхивали серебристые сферы. Казалось, сам Люменор неторопливо готовился к празднику, не теряя при этом своей удивительной, почти величественной тишины. – Странно, – негромко произнес Лиор, не отрывая взгляда от города. – Каждый год обещаю себе, что однажды привыкну к этому виду. Эллианна улыбнулась. – И получается? Он едва заметно покачал головой. – Каждый раз понимаю, что снова себя обманул. В его голосе не было восторга. Скорее тихая благодарность человеку, который слишком давно живет среди этой красоты, чтобы восхищаться ею вслух, но так и не смог перестать это делать. Эллианна снова посмотрела вниз, где между серебристыми деревьями уже спешили последние приготовления к балу. – Вы любите этот праздник? Лиор задумался. Ответ не пришел сразу. Он медленно провел взглядом по дворцовым башням, словно вместе с ними вспоминал десятки похожих вечеров, прожитых за долгие годы. – Когда был ребенком – очень, – наконец сказал он с легкой улыбкой. – Тогда мне казалось, что весь мир существует только ради этого вечера. Музыка, огни, танцы... Все было похоже на сказку. Он ненадолго замолчал. – Потом я вырос. Эллианна повернулась к нему. – И сказка закончилась? Лиор тихо усмехнулся. – Нет. Просто однажды понял, что для большинства людей этот вечер действительно остается праздником. А для тех, кто рождается наследником, он с каждым годом становится... работой. Он произнес последнее слово почти извиняющимся тоном, будто сам не любил его. – Пока остальные наслаждаются музыкой, мы думаем о том, с кем сегодня необходимо поговорить. Пока кто-то танцует, мы замечаем, кто намеренно избегает встречи, а кто, наоборот, слишком настойчиво ищет нашего внимания. Иногда достаточно одной неудачной фразы или одного неверного взгляда, чтобы на следующий день весь двор обсуждал не бал, а последствия. Он улыбнулся, но на этот раз в улыбке было гораздо больше усталости, чем привычной легкости. – Поэтому, наверное, я давно разучился смотреть на этот вечер так, как смотрят остальные. Эллианна внимательно слушала. Ей вдруг впервые пришло в голову, что за постоянной улыбкой Лиора скрывается человек, который с самого детства почти не принадлежал самому себе. – Наверное... это очень утомительно, – тихо сказала она. Он повернулся к ней. Во взгляде мелькнуло искреннее удивление. – Знаете, – произнес он после небольшой паузы, – за последние годы многие говорили мне, что я счастливчик. Что однажды стану Солариархом. Что у меня есть все, о чем можно мечтать. Он ненадолго замолчал, словно подбирая слова. – Но вы первый человек, который сказал, что это, должно быть, тяжело. Эллианна слегка пожала плечами. – Иногда то, чему все завидуют, оказывается самой большой ответственностью. Лиор долго смотрел на нее. Не пристально. Не смущая. Скорее с тем тихим интересом, который появляется, когда вдруг слышишь мысль, до которой сам давно пытался дойти. Потом неожиданно улыбнулся. Уже по-настоящему. Тепло. – Кажется, именно поэтому мне так легко разговаривать с вами. Эллианна тихо рассмеялась. – Это комплимент? – Нет. Он покачал головой. – Скорее... благодарность. Она почувствовала, что снова начинает смущаться, и поспешила перевести взгляд на сад. Как раз в этот момент мимо них неторопливо прошел пожилой арден, осторожно подрезавший ветви серебристого кустарника. Он мельком взглянул на молодых людей, добродушно улыбнулся своим мыслям и, покачав головой, негромко произнес – Молодость...Потом немного подумал и с едва заметной усмешкой добавил – Даже если одному из них уже перевалило за две сотни лет. Лиор негромко кашлянул, сделав вид, что целиком поглощен видом на город. Эллианна искоса посмотрела на него и вдруг заметила, что кончики его ушей едва заметно порозовели. Не выдержав, она рассмеялась. Искренне. Без тени прежней скованности. Лиор повернулся к ней с выражением притворного недоумения. – Надеюсь, причиной вашего веселья стал не почтенный садовник? – Конечно нет. – Тогда мне определенно стало спокойнее. – Не верьте мне. Он рассмеялся вместе с ней. И именно в этот момент где-то в глубине дворца торжественно прозвучал первый удар серебряного колокола. Его глубокий звук медленно прокатился по галереям, садам и мостам Люменора, словно напоминая каждому жителю дворца, что время ожидания подошло к концу. Бал Двух Лун начинался.

Они медленно спустились по широкой лестнице, ведущей к Садам Первого Света. Чем ближе становился центральный дворец, тем сильнее ощущалось приближение праздника. В воздухе витал тонкий аромат незнакомых цветов, между деревьями неспешно двигались ардены, заканчивая последние приготовления, а по белоснежным дорожкам то и дело проходили представители Великих Домов, прибывшие задолго до начала бала. По мере того как они приближались к центральной части дворца, вокруг становилось все оживленнее. Белые галереи, еще совсем недавно казавшиеся почти безлюдными, постепенно наполнялись гостями, прибывшими на Бал Двух Лун. Представители Великих Домов неспешно прогуливались по мраморным дорожкам, приветствовали друг друга легкими поклонами, обменивались негромкими репликами, и во всей этой размеренной суете чувствовалось ожидание вечера, который для каждого из присутствующих значил гораздо больше, чем просто праздник. Эллианна все чаще замечала обращенные к ней взгляды. Никто не позволял себе открытого любопытства, никто не показывал пальцем и не пытался подойти ближе, но она отчетливо чувствовала, что ее появление не осталось незамеченным. Одни смотрели с искренним интересом, словно старались понять, действительно ли перед ними человек из другого мира. Другие были заметно осторожнее, будто уже слышали слишком много слухов и теперь пытались решить, каким из них стоит верить. Стоило кому-нибудь встретиться с ней взглядом, как спустя мгновение этот человек вежливо кивал Лиору и спокойно продолжал свой путь, сохраняя ту безупречную сдержанность, которой, казалось, здесь обучали с самого детства. Эллианна почувствовала, как невольно сильнее сжала пальцы. Она сама не заметила этого движения, но Лиор почувствовал сразу. Он ничего не сказал и даже не посмотрел в ее сторону. Лишь едва заметно изменил положение руки, позволяя ей идти немного увереннее, словно этим простым жестом хотел напомнить: рядом есть человек, который не позволит ей остаться одной среди сотен незнакомых лиц. Этого оказалось достаточно. Тревога не исчезла совсем, но перестала быть такой острой. – Они ведь обсуждают меня? – тихо спросила Эллианна спустя некоторое время. Лиор улыбнулся уголками губ. – Конечно. В его голосе не было ни желания успокоить ее красивой ложью, ни попытки смягчить правду. Только спокойная искренность. Эллианна вздохнула. – Спасибо, что хотя бы не стали убеждать меня в обратном. – Это было бы бесполезно, – мягко ответил он. – Вы слишком наблюдательны, чтобы поверить в подобную выдумку. Она на мгновение задумалась, а потом все-таки спросила – И что они говорят? Лиор ненадолго замедлил шаг. – По-разному. Кто-то убежден, что история с Архивом – всего лишь удачное совпадение. Другие считают, что древние тексты действительно откликнулись именно вам. Есть и те, кто до сих пор не понимает, почему Архонт решил оставить вас во дворце, несмотря на все старые пророчества. Он ненадолго замолчал и с легкой улыбкой добавил – Двор вообще не любит, когда появляется слишком много вопросов и слишком мало ответов. Эллианна искоса посмотрела на него. – А вы? Вам тоже интересно, кто я на самом деле? Лиор встретил ее взгляд совершенно спокойно. – Конечно, интересно. Она удивленно подняла брови. – Но в отличие от большинства, – продолжил он, – я не хочу услышать чужой ответ раньше, чем вы сами найдете свой. Эти слова неожиданно согрели ее сильнее любого комплимента. Они продолжили путь, свернув в широкую галерею, где серебристые деревья почти смыкались кронами над дорожкой, пропуская сквозь листья мягкий вечерний свет. Между стволами тихо журчали узкие каналы, по которым медленно текла прозрачная вода, отражая белые колонны и первые вспыхнувшие световые сферы. Неподалеку на резной каменной скамье сидела пожилая айрэн с двумя детьми. Увидев Лиора, мальчик мгновенно вскочил на ноги, забыв обо всем на свете. – Ваше Высочество! Лицо Лиора сразу озарилось теплой улыбкой. Он отпустил руку Эллианны и подошел к ребенку так, словно вовсе не был наследником трона. – Добрый вечер, Дариэн. Надеюсь, ты сегодня не успел ввязаться ни в одну драку? Мальчик смущенно отвел глаза. – Только в одну... – Значит, прогресс есть. Эллианна невольно рассмеялась. – Вы обещали научить меня держать меч, – с самым серьезным видом напомнил мальчик. Лиор задумчиво коснулся подбородка. – И правда обещал. – Но так и не научили. – Тогда, боюсь, после праздника мне придется исправлять эту ужасную несправедливость. Дариэн просиял так искренне, словно уже получил самый лучший подарок. Только теперь Лиор заметил, что маленькая девочка, прятавшаяся за спиной пожилой женщины, украдкой выглядывает из-за складок ее платья и с нескрываемым любопытством рассматривает Эллианну. – Простите, – смущенно сказала женщина. – Она никогда раньше не видела человека с Земли. Эллианна присела на корточки так, чтобы их глаза оказались почти на одном уровне. – Зато я никогда не видела таких красивых крыльев. Девочка смущенно улыбнулась и осторожно расправила маленькие серебристые крылышки, словно показывая самое дорогое сокровище. – Они правда красивые? – прошептала она. – Очень. Ответ прозвучал так искренне, что малышка окончательно перестала прятаться. Лиор наблюдал за этой сценой молча. Он вдруг понял, что Эллианна удивительным образом остается собой рядом с каждым, кого встречает. Она не менялась в зависимости от того, разговаривала ли с Архонтом, ребенком или простым арденом. Не старалась казаться важнее, мудрее или любезнее, чем была на самом деле. Именно эта естественность притягивала к ней людей. Пожилая айрэн тепло поблагодарила Эллианну, и они снова продолжили путь. Некоторое время оба молчали. Потом Эллианна неожиданно сказала – Кажется, я наконец поняла, почему вас здесь любят. Лиор посмотрел на нее с веселым любопытством. – Очень надеюсь, что не из-за моего обещания научить Дариэна владеть мечом. Она тихо рассмеялась. – Нет. Совсем не поэтому. – Тогда почему? Эллианна задумчиво посмотрела вперед, где за деревьями уже виднелись высокие двери Праздничного дворца. – Потому что вы помните людей. Не их титулы. Не происхождение. Имена. Лиор замедлил шаг. Эти простые слова прозвучали неожиданно точно. Он никогда не задумывался об этом всерьез, потому что с детства считал подобное совершенно естественным. Но сейчас вдруг понял, что именно это и увидела Эллианна. – Разве это такая редкость? – тихо спросил он. Она улыбнулась. – Для тех, кто обладает властью, – да. Потом немного подумала и добавила – Человек чувствует себя по-настоящему значимым не тогда, когда его замечают. А тогда, когда его помнят. Лиор долго молчал. Перед ними уже возвышались распахнутые двери Праздничного дворца, за которыми начинал собираться весь цвет Эйрилона, однако сейчас он почти не замечал ни сияния белого мрамора, ни праздничной музыки, ни гостей, неспешно поднимающихся по широкой лестнице. Он смотрел на женщину, которая несколькими простыми словами сумела объяснить то, что он сам чувствовал всю жизнь, но никогда не пытался выразить. И именно в этот момент Лиор понял, что ему хочется только одного. Чтобы сегодняшний вечер оставил в ее памяти не тревогу, не страх и не чужие взгляды. А ощущение, что даже в незнакомом мире можно однажды почувствовать себя дома.

Глава 10 Бал Двух Лун

Огромные двери Праздничного дворца медленно распахнулись.

Изнутри навстречу гостям хлынул теплый золотистый свет, смешанный с ароматом белых лилий и едва уловимым запахом горных трав, которыми в Эйрилоне украшали залы только в дни самых больших праздников. Музыка доносилась еще приглушенно, словно сама церемония не спешила открываться полностью, позволяя каждому вошедшему сначала остановиться, вдохнуть эту атмосферу и лишь потом переступить невидимую границу между обычным днем и торжеством.

Эллианна невольно замедлила шаг. Она ожидала увидеть роскошный дворец. Но действительность снова оказалась богаче любого воображения.

Главный зал уходил вверх на несколько десятков метров, теряясь под прозрачным куполом, сквозь который уже виднелось вечернее небо. Две луны, еще бледные в лучах заходящего солнца, медленно поднимались над Люменором, и их холодное сияние смешивалось с теплым светом сотен парящих сфер. Казалось, потолка вовсе не существовало – только небо, звезды и тонкие серебристые мостики, по которым неспешно двигались ардены, следя за тем, чтобы праздник проходил безупречно.

Белоснежный пол отражал свет так чисто, словно был выточен из цельного куска горного хрусталя. Между высокими колоннами струились живые водные нити, исчезая прямо в мраморе, а вдоль стен поднимались деревья с серебряной корой, чьи кроны образовывали легкие своды из мерцающих листьев.

На мгновение Эллианне показалось, что она попала не в зал, а в ожившую легенду.

– Добро пожаловать на Бал Двух Лун, – негромко произнес Лиор.

Он не смотрел на дворец. Он смотрел на нее. Ему хотелось увидеть именно ее первую реакцию. И, кажется, она сказала гораздо больше любых слов. Эллианна медленно повернулась вокруг своей оси, стараясь охватить взглядом все сразу.

– Я даже представить не могла...

Она запнулась, тихо рассмеявшись собственной беспомощности.

– Кажется, в человеческом языке просто нет слов, чтобы описать это.

– Есть, – мягко ответил Лиор.

Она вопросительно посмотрела на него.

– Иногда достаточно просто молчать.

Их взгляды встретились. На этот раз никто не отвел глаза первым. Вокруг уже звучали приветствия, негромкие разговоры, легкая музыка, но на несколько коротких секунд весь этот шум словно растворился где-то вдали.

Первой нарушила тишину Лея. Она незаметно приблизилась к Эллианне и с легкой улыбкой поправила выбившуюся прядь волос.

– Теперь понимаете, почему я начала собирать вас задолго до вечера?

Эллианна улыбнулась.

– Кажется... начинаю.

– Тогда пойдемте.

Она едва заметно кивнула в сторону центральной лестницы.

– Сегодня вас увидит весь Эйрилон.

Именно эти слова заставили Эллианну вновь почувствовать легкое волнение. Она машинально глубже вдохнула. Лиор заметил это движение.

– Не бойтесь.

Она тихо усмехнулась.

– Мне кажется, сегодня это самый бесполезный совет.

– Тогда позвольте дать другой.

– Какой?

Лиор на мгновение задержался, потом спокойно протянул ей руку. В этом жесте не было ни придворной церемониальности, ни желания произвести впечатление. Он выглядел настолько естественным, будто Лиор предлагал не сопровождать ее на самый важный вечер Эйрилона, а просто пройти рядом еще несколько шагов.

– Позвольте дать вам один совет, – тихо сказал он.

Эллианна вопросительно посмотрела на него.

– Не пытайтесь сегодня понравиться всем.

Она невольно улыбнулась.

– Почему?

– Потому что это невозможно.

Лиор произнес эти слова без тени насмешки. Наоборот, в его голосе слышалась спокойная уверенность человека, который слишком хорошо знал цену чужим ожиданиям.

– За долгие годы я понял одну простую вещь, – продолжил он. – Стоит начать жить ради чужого одобрения, и однажды перестаешь понимать, где заканчиваются ожидания окружающих и начинаешься ты сам.

Он на мгновение замолчал, будто вспоминая что-то свое, а потом улыбнулся той теплой, открытой улыбкой, которая удивительным образом никогда не казалась выученной.

– Поэтому сегодня вечером просто оставайтесь собой. Поверьте, этого более чем достаточно.

Эллианна смотрела на него чуть дольше, чем следовало. Ей вдруг пришло в голову, что за последние дни Лиор ни разу не пытался изменить ее, чему-то научить или заставить соответствовать правилам чужого мира. Он просто принимал ее такой, какой она была. Наверное, именно поэтому рядом с ним становилось так спокойно.

Не говоря ни слова, она вложила ладонь в его руку. Лиор едва заметно кивнул, словно поблагодарил ее за это маленькое проявление доверия, и они вместе направились к широкой лестнице, ведущей в центр праздничного зала.

Высоко над залом, на открытой галерее второго яруса, за происходящим молча наблюдал Каэль.

Он стоял чуть в стороне от остальных представителей Дома Ноктис, опираясь ладонью о прохладный белый камень балюстрады. Отсюда весь зал был виден как на ладони: медленно прибывали гости, звучала музыка, переливался свет сотен серебристых сфер, слуги бесшумно скользили между колоннами, а представители Великих Домов обменивались приветствиями, словно этот вечер обещал стать самым спокойным за многие годы.

Но Каэль слишком долго командовал армией, чтобы доверять подобному спокойствию.

Он давно заметил одну закономерность: чем безупречнее выглядит порядок, тем чаще именно под ним скрывается опасность.

Его взгляд скользнул по залу, привычно отмечая расположение стражи, возможные пути отхода, открытые галереи, балконы и высокие окна. Все выглядело именно так, как и должно было выглядеть. И все же что-то не давало ему покоя. Он снова посмотрел вниз. Лиор и Эллианна как раз поднимались по широкой лестнице.

Она внимательно рассматривала зал, время от времени останавливаясь, чтобы лучше увидеть очередную удивительную деталь, а Лиор что-то негромко рассказывал ей, и девушка улыбалась – легко, почти беззаботно. Потом она вложила свою ладонь в его руку. Жест был простым. Естественным. Совершенно невинным.

Но почему-то именно он заставил Каэля почувствовать неприятное напряжение где-то глубоко внутри. Он сам не понимал, откуда оно взялось. Раздражение? Нет. Скорее какое-то необъяснимое внутреннее сопротивление, которому он не мог найти ни причины, ни названия.

– Командующий.

Каэль медленно отвел взгляд. Рядом уже стоял один из офицеров Ноктиса, терпеливо ожидая, пока командующий обратит на него внимание.

– Все посты заняли свои места, – доложил он. – Охрана проверила западное и восточное крыло. Нарушений не обнаружено.

Каэль выслушал его молча. Потом еще раз окинул взглядом зал. Музыканты занимали свои места. Гости продолжали прибывать. Ничто не выбивалось из привычного порядка. Именно это ему и не нравилось.

– Усильте охрану, – спокойно произнес он.

Офицер слегка нахмурился.

– В два раза?

– Да.

– Есть.

Он уже собирался уйти, когда Каэль неожиданно окликнул его:

– И поставьте еще двоих возле северной галереи.

Офицер удивленно посмотрел вниз, пытаясь понять, что именно заставило командующего изменить расстановку.

– Вы ожидаете нападения?

Каэль ответил не сразу. Он долго смотрел на сияющий зал, на людей, которые смеялись, разговаривали и даже не подозревали, насколько хрупким иногда бывает ощущение безопасности.

– Нет, – наконец произнес он.

Это слово прозвучало спокойно, но собственной уверенности он уже не чувствовал.

– Просто сегодня мне не нравится тишина перед праздником.

Офицер коротко поклонился и исчез за колоннами. Каэль же так и остался стоять на своем месте.

Его взгляд снова, вопреки всякой логике, отыскал в толпе Эллианну. Она улыбалась, слушая очередную шутку Лиора. И почему-то именно эта улыбка тревожила его сейчас гораздо сильнее, чем все возможные угрозы, которые могли скрываться в огромном зале.

Они спускались в зал медленно, и с каждым шагом вокруг становилось все больше света, музыки и чужих взглядов.

Эллианна чувствовала это почти физически. Не так, как в первые дни, когда любое внимание казалось угрозой, а иначе – будто ее осторожно вводили в пространство, где каждый жест имел значение, каждое имя было связано с родом, каждая улыбка могла оказаться как приглашением, так и предупреждением. Она не знала этих правил, не понимала скрытого языка поклонов, пауз и взглядов, но почему-то рядом с Лиором это незнание переставало быть таким пугающим.

Он шел рядом, легко и спокойно, будто вся эта огромная сияющая толпа существовала лишь затем, чтобы пройти сквозь нее не торопясь, не позволяя никому нарушить их ритм. Время от времени он чуть наклонялся к Эллианне и негромко называл тех, кто приветствовал их с особенно глубоким почтением.

– Старший советник Дома Люменор, – тихо говорил он, когда мимо проходил высокий айрэн в голубом одеянии с серебристыми крыльями. – Прекрасно делает вид, что ничего не замечает, хотя знает обо всем раньше остальных.

Эллианна с трудом удержала улыбку.

– А это?

– Посол южных земель. Если он начнет рассказывать о погоде, значит, хочет обсудить торговлю. Если о торговле – значит, просит денег. Если молчит – значит, уже получил отказ и обдумывает месть.

– Вы сейчас серьезно?

– К сожалению, да.

Она тихо рассмеялась, и Лиор на мгновение задержал на ней взгляд.

Ему нравилось, как менялось ее лицо, когда она смеялась. Уходила настороженность, исчезала та внутренняя собранность, с которой она все эти дни встречала каждый новый удар этого мира, и на несколько секунд перед ним оставалась просто женщина – живая, теплая, настоящая. Не Наследница Разлома. Не загадка Архива. Не причина тревоги Совета.

Эллианна.

Ее имя все чаще возникало у него в мыслях именно так – без титулов, без объяснений, без попыток встроить ее в политический порядок Эйрилона.

Просто имя. И от этого становилось тревожно.

Потому что имена, произнесенные внутри себя слишком часто, однажды перестают быть безопасными.

В центре зала музыка стала громче. Несколько пар уже кружились на белом хрустальном полу, и их крылья двигались почти в такт мелодии – не раскрываясь полностью, а лишь слегка меняя положение, будто тоже участвовали в танце. Золотистые, серебристые, темно-серые, с мягкими переливами света и тени, они создавали вокруг танцующих живое сияние, от которого у Эллианны на мгновение перехватило дыхание.

– Они танцуют крыльями, – прошептала она.

Лиор улыбнулся.

– Не совсем. Скорее крылья выдают то, что танцующий пытается скрыть.

– Например?

– Волнение. Радость. Желание понравиться. Раздражение.

Он перевел взгляд к паре возле ближайшей колонны, где молодая айрэн в золотом платье улыбалась своему кавалеру так безупречно, что любой земной дипломат счел бы ее воплощением учтивости. Но ее крылья, сложенные за спиной, были напряжены так сильно, что перья почти не двигались.

– Видите?

Эллианна присмотрелась и неожиданно поняла, что начинает различать это.

– Она злится?

– Очень.

– А улыбается.

– Именно поэтому крыльям здесь доверяют больше, чем лицам.

Эта фраза почему-то запомнилась ей.

Она невольно посмотрела на крылья Лиора. Четыре золотистых крыла были сложены спокойно, свободно, но теперь Эллианна уже знала, что спокойствие в Эйрилоне тоже может быть искусством. Она хотела спросить, что выдают его крылья, но не решилась. Вопрос показался слишком личным, почти неприличным, особенно после того, что Лея рассказывала о значении прикосновения к ним.

Лиор заметил ее взгляд.

– Хотели что-то спросить?

– Нет.

Он едва заметно улыбнулся.

– Вы очень плохо умеете лгать.

– А вы слишком хорошо замечаете.

– Наследников этому учат с детства.

– Замечать ложь?

– Замечать все, что может однажды стоить слишком дорого.

Она взглянула на него, и на этот раз его улыбка не успела скрыть усталость. В этом огромном светлом зале, среди музыки, цветов и праздничного великолепия, Лиор вдруг показался ей не беззаботным наследником, которого любил весь двор, а человеком, который с детства несет на плечах невидимую тяжесть и настолько привык к ней, что почти перестал замечать.