Текст книги "Бунтарка (СИ)"
Автор книги: Линетт Тиган
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 30 страниц)
Глава 24. Столкновение
Кирилл:
Я не свожу с неё своего пристального взгляда. Впервые за две недели она выглядит, как прежде. Даже одежда, которую она выбрала только с одной целью – побесить меня, – радует взгляд. Она такая же открытая, своенравная и притягательна. Василиса на Живых холмах, как рыба в воде, и я её отлично понимаю.
Несмотря на то, что Василиса всё ещё испытывает внутренний дискомфорт и борется с гнетущими эмоциональными последствиями, её бунтарский дух любопытно поднимает голову и начинает озираться по сторонам.
Она возвращается ко мне, моя бунтарка.
– Ты ей сказал? – спрашивает Артём, пристроившись рядом.
– Нет, – отвечаю слишком резко. Повернув голову, вижу укоризненный взгляд друга. – Она бы разволновалась, – оправдываюсь я.
– Твоя гиперопека раздражает даже меня. Сложно представить, что чувствует Василиса, находясь с тобой круглосуточно в закрытом доме, – хмыкает Артём.
– А я уже начал думать, что ты напрочь забыл её имя, – вздергиваю бровь, ухмыльнувшись.
– Могу продолжить называть её беспощадной стервой, – пожимает плечами парень. – Но это ничего не изменит. Она такая же жертва обстоятельств, как и мы все.
– Она не жертва, – жестко припечатываю я, а Артём в смятении умолкает, отпивая сок из стакана. – Василиса сбилась с пути, но это ещё не значит, что заблудилась.
– Ты очень хорошо играешь роль личного GPS-навигатора. Надеюсь, в этот раз твоя дорогая не заведёт её в очередной гремучий лес к тварям, – закатывает глаза парень. – В прошлый раз ты тоже молчал… Думаешь, что в этот раз всё пройдёт гладко?
Я молчаливо поджимаю губы, отворачиваясь.
– Как там рыжая? – меняю траекторию разговора.
– Обещала приехать, – его голос заметно тускнеет.
– Всё ещё бесится?
– Скорее изгаляется надо мной, – поправляет меня Артём. – Чувствую, как она надела на меня ошейник и держит возле своей ноги на поводке. Странное чувство. Как-будто меня окольцевала женушка, а я будто и не против…
– Наверняка она тебя считает своенравным кобелем, вот и держит у ноги, чтобы больше не вскочил на какую-нибудь податливую суку, – позволяю себе острую шпильку.
– Очень смешно, Бес, – фыркает Артём. – Ты всё равно недалеко от моего положения, так что прикуси язык.
– Ну почему же не далеко? У меня как раз намечается увеселительная программа по соблазнению одной очень капризной девочки.
– Уволь меня от этих подробностей! – Артём корчит рожицу. – И вообще… Не рано ли ты стремишься затащить свою Лису в постель? Она ещё в прострации. Не то, что от наших байкеров держится стороной, но даже от банки пива.
– Во-первых, у нас был уговор – никакого алкоголя. А во-вторых, рано… Думал я, пока не начал замечать её реакций. Дарья сказала, что, если у неё есть стабильное влечение и принятие, это лишь поможет ей быстрее отойти от стресса и наложить новые впечатления поверх травмирующего опыта. Своего рода пластырь, на кровоточащей ране. Не смотри так на меня, это тётя меня подтянула в познаниях психологии.
– Так ты не только навигатором заделался, но ещё антистрессом и пластырем? Она скорее начнёт мять твои яйца и вертеть, как ей вздумается. Это же Василиса, наша неправильная девственница, – смеется Артём, шутливо толкая меня локтем в бок.
– Давай лучше закончим на этих нелепых аллегориях? – качаю я головой, слабо улыбнувшись.
– Ты уверен, что этот ублюдок здесь появится? – с сомнением спрашивает Артём. – Ковалёв хоть и отбитая мразь, но достаточно расчетлив и осторожен.
– Появится, – уверенно киваю я головой. – А будь он таким расчетливым и осторожным, не оставлял бы после себя столько грязных следов. Он слишком самонадеян, считая, что всегда выйдет из воды сухим.
– Надеюсь, в твои планы не входит устраивать с ним бойню, – Артём смотрит на меня, когда я задумчиво кручу в руках бутылку лимонада за горлышко. – Бес, ты же несерьезно?
– Я что, похож на самоубийцу? – хмыкаю. – Махать кулаками – заведомо плохая идея, к тому же не моя стихия.
– Так и не расскажешь мне сценарий, по которому пройдет сегодняшний вечер?
– Чем меньше знают о нём окружающие, тем эффектней и правдоподобнее будут развиваться события.
– Не боишься, что она снова окажется под ударом? – Артём переводит взгляд на Василису, как и я.
Она мило щебечет о чём-то с Тимофеем, присев на его двухколесную рухлядь. К сожалению, замена моего байка ничем не отличается, от такого же хлама металлолома…
Я скольжу взглядом по Василисе, которая улыбается и жестикулирует руками. Она чувствует себя здесь комфортно, и видимо, Живые холмы нравится ей больше, чем посиделки дома. Дарья была права – смена обстановки и хорошие воспоминания идут ей на пользу. Жаль только, что вечер не будет таким же хорошим, как его начало.
– Не окажется, – утверждаю я.
– Твоя самоуверенность может навредить не только…
– Я сказал – не окажется, – грубее говорю я, поставив точку в сомнениях друга. – Вы о ней позаботитесь, пока я разберусь с этим ублюдком.
– Ты неисправим, Бессонов. Хотя бы на этот раз не забывай, к чему приводит твоё задетое эго и неверно истолкованные ею слова, – тяжело вздыхает Артём. – Твой стратег явился. Не переусердствуйте, – он мнет пустой бумажный стаканчик и кидает в урну, неодобрительно вскинув взгляд в сторону приближающегося Мирослава.
– Мне показалось, или наш славный Артёмчик меня избегает? – шутливо поддергивая бровями, спрашивает Дымарский, озираясь вокруг.
– Перебесится, – утверждаю я. – Всё готово?
– Да. Ожидаем главного виновника торжества, – с надменной ухмылочкой Дымок подносит бутылку пива к инструментальному ящику моего байка, со скрежетом сняв крышку.
Морщусь от неприятного звука, понимая, что проделай он это с моим железным зверем, я бы без сомнений переехал его на том же байке. Жаль только, что Василиса уничтожила его до никому ненужного хлама…
– Ты же на задании.
– Это для маскировки, – подмигивает Мирослав, на что я закатываю глаза.
– Как тебя только начальство терпит?
– Я тебе больше скажу – мне ещё и хорошо платят. Как и ты, – Дымок отпивает пиво, сладко причмокивая. Для меня не остается незамеченным то, что он отправляет красноречивый взгляд в толпу и приподнимает пиво, едко ухмыляясь.
Наверняка этот подлец сейчас хвастается вседозволенностью какому-то зеленому практиканту.
– Выпендрежник.
– Выпендрежник, у которого есть деньги, – вносит он корректировку моему выговору. – Твоё серьезное лицо навевает на меня скуку. Пока не явился Ковалёв, я собираюсь повеселиться и возможно сделать сальто на байке.
– Ты уже выпил. Это небезопасно, – во мне просыпается консервативность.
– Какой же ты занудный… Это безалкогольное пиво. Теперь, папочка, я могу развлечься? – Мирослав чокается со мной своей бутылкой пива и идёт в толпу, быстро вписываясь в атмосферу байкерской вечеринки.
Пожалуй, он прав. Мне стоит немного расслабиться…
***
Василиса:
– Я поверить в это не могу, – хмыкаю, качая головой.
– Как и я сам, – артистично вздыхает Тим. – Но ты кажешься рядом с ним счастливой, хотя я всё ещё считаю Бессонова высокомерной задницей.
– Так вы теперь друзья?
– А я так похож его друга? – скептически щурится парень. – Мы не ладим, но ты была права. Нам нужен компромисс, и ты сама им стала. Но я не забыл, как он несколько раз приложил меня кулаком, так что, если я разукрашу его смазливое личико – не обессудь.
Смеюсь, похлопывая друга по плечу. О дружбе между Тимом и Киром говорить ещё очень рано, но они начали общаться. Жаль только, что причиной их разговора стали мои проблемы и всё тот же Станислав Ковалёв. Совру, что их перемирие меня не радует. Более того, я рада, что их уровень тестостерона понизился и при встрече они не кидаются друг на друга с кулаками.
Мой взгляд скользит за спину друга и я, затаив дыхание, замерла. Аня стоит рядом с Артёмом, искоса на меня поглядывая. Как только она замечает моё внимание, демонстративно отворачивается, встав ко мне спиной.
– Я отойду, – шепчу я.
Тимофей, замечая изменения в моих эмоциях, прослеживает за взглядом.
– Ты уверена, что это хорошая идея? Сама же знаешь, насколько рыжая вспыльчива. Остынет и тогда поговорить будет легче.
– Мне стоит попробовать.
Я не заостряю внимание на том, что сказала Дарья. А она предположила, что моя тревожность зависит от людей, которые пострадали от моей руки. Примерить маску стервозной суки оказалось интересно, но сейчас эту маску приходиться отрывать с собственной кожей.
Когда я встаю недалеко от воркующей пары, Артём с недоверием прищуривается.
– Мы можем поговорить? Наедине, – мягко намекаю, что мне было бы комфортно пообщаться с Аней наедине.
– Отчего же? – резко поворачивается рыжая, едва не хлестнув по моему лицу своими распущенными волосами. – Я лучше перестрахуюсь, чтобы моего парня не напичкали наркотой за моей спиной. Так что ты хотела, Авдеева? – она высокомерно вздергивает подбородок, но я слишком хорошо знаю Аню. Она нервничает, поэтому облизывает губы и складывает руки под грудью.
– Я хотела сказать, что мне жаль, – сказала я на одном дыхании, поочередно глядя на Артёма и Аню. – Мне не стоило так радикально… То есть мне вообще не стоило вам вредить. Это было мерзко.
Аня переглядывается с парнем.
– Извинения приняты. Ты хочешь сказать что-то ещё? – спрашивает Артём, когда девушка не находит для меня собственный ответ.
Киваю, замявшись.
– Ты мне нужна, Аня, – тяжело сглатываю, борясь с тем, чтобы не мять пальцы от напряжения и не отводить взгляд. – Я понимаю, что… – судорожно ищу слова, умоляюще смотря в её глаза. – Я была не права. Мне стоило поговорить, а не поддаваться эмоциям и всяким… В общем, я не претендую на дружбу. Просто не хочу, чтобы вы думали, что я бесчувственная сука…
Я не успеваю отреагировать, когда оказываюсь в крепких объятиях подруги. Артём уходит, позволяя нам побыть вместе. Несмотря на напряжение, скопившее в теле, я позволяю себе расслабиться и взаимно обнять Аню, прижимая ладони к её спине.
– Ты тоже прости меня. Я знала о споре, но, клянусь, не помогала Бессонову, – она откланивается, заглядывая в мои глаза. – Он в тебя влюблен по уши. Я думала, что Бес тебе обо всём расскажет и не допустит подобной выходки… В общем, ты тоже прости меня, Вась.
– Я не обижаюсь, – кивнула я. – Так значит, ты говоришь, что Бессонов по уши в меня влюблен? – лукаво улыбаюсь.
– А разве не видно? – Аня закатывает глаза. – Он даже Артёма недавно приструнил, когда этот великий Мститель решил дать взятку в универе для твоего исключения. Видела бы ты, как он прижал его к стене…
Мне приятно, и я это не скрываю.
– Ты правда на меня не злишься? – не сдерживаюсь и уточняю ещё раз, решая не переводить тему.
– Не злюсь. Отчасти я даже тебе благодарна. Артём теперь валяется у моих ног, чувствуя вину. Я купаюсь в цветочках, хожу на роскошные свидания, а в постели… М-м-м… Пожалуй, через несколько недель снисходительно приму его приглашение съехаться.
– Хорошая стратегия.
– А как ваши отношения? – любопытничает Аня, а я непроизвольно заливаюсь краской от смущения.
Боже мой… Я с точностью помню, что и как он говорил совсем недавно, сидя на диване в моей гостиной, детализировано рассказывая о своём желании без какого-либо чувства стыда.
– Вижу, происходит что-то интересное, – проницательность рыжей как всегда отменная.
– Я пока не знаю, как себя с ним вести, но он очень своеобразно намекнул, что между нами ничего не изменилось.
– Догадываюсь, как именно. Бессонов точно подобрал самые грязные словечки, не так ли? – смеется Аня. – Но и ты… Хочешь его да?
Я поворачиваюсь к подруге, пожимая плечами.
– Брось, ты даже сейчас пытаешься найти его взглядом. Если тебе с ним хорошо – наслаждайся моментом. А судя по тому, что он рядом с тобой вопреки всему, говорит о многом. Вы влюблены, Василёк, и я рада за вас.
– Он мне очень помогает. То, что он рядом со мной несмотря на то, что случилось… – когда Аня заглядывает в мои глаза с сомнительным замешательством, я сбиваюсь на словах. Она не знает. Пока ещё не знает. – Прости. Сейчас не то место и не то время говорить об этом.
– Что-то случилось? – участливо спрашивает девушка.
– Уже всё в прошлом. Если у тебя будет свободное время, загляни ко мне на выходных. Поболтаем, – неопределенно говорю я, приглашая подругу в гости.
Я уже признала факт, что мне стоит обсуждать мою проблему и кому, как не подруге, рассказать о произошедшем? Аня всегда находит подходящие слова, умеет выслушать и вовремя помолчать.
Рассказывать подробности случившегося Кириллу в глаза – у меня не хватит смелости. Более того, меня тревожит, что узнав такие мерзкие подробности, он больше не захочет находиться рядом со мной. Эгоистично, но я ведь давно уже не примерная девочка. Дарья так же не лезет в мою душу, но знает о проблеме, а вот Ане хочется немедля вывернуть всю мою душу наизнанку.
– Сегодня что, сходка? – недоуменно фыркает девушка. – Знала бы, так хоть теплее оделась.
Я оборачиваюсь, пытаясь понять, что привлекло внимание Ани. Мой взгляд мечется по толпе байкеров и любителей подобной тусовки. Но моё чутье ведет мой взгляд дальше. И я вижу… Я вижу его. Кажется, в этот момент часть меня в страхе и ужасе шарахается в сторону.
– Ты чего? – Аня замечает, как я непроизвольно делаю несколько шагов назад. – Вась?
– Зачем он здесь… – ошеломленно шепчу я. – Где Кирилл? – нервно дергаюсь, осматриваясь по сторонам. – Где он?!
– Василиса… – Аня растерянно ловит меня за ладонь.
– Мне нужен Кирилл! – истерично вскрикиваю. – Где он?
– Василиса, ты меня пугаешь, – встревожено шепчет Аня. – Ты… Боже… Артём! – она оборачивается, вскрикивая имя парня. Её хватка на руке стает невесомой, и я нервно отхожу назад, беспомощно кружась на месте, а затем срываюсь и теряюсь в толпе. – Василиса!
Глаза застилают жгучие слезы. По ушам набатом бьет его мерзкий голос, угрожающий расправой. Тело жжет, вспоминая его жестокие руки, а мозг яростными вспышками ослепляет, напоминая мне о роковом вечере…
– Тише… – когда я попадаю в чьи-то руки, вырываюсь, не опознавая человека рядом. Я почти ничего не вижу из-за слез, а меня трусит от ужаса, который мертвой хваткой сделал петлю на моём горле. – Я рядом, Лиса. Слышишь? Посмотри на меня.
– Кирилл… – жалостливо всхлипываю, утыкаясь лицом в его грудь. – Он здесь. Мне нужно… Пожалуйста, давай вернемся домой?
– Тебе ничего не угрожает, Василиса, – заверяет меня Кир.
– Я хочу домой! – взываю я, в кулаках сжимая его крутку, требуя. – Домой, Кир. Слышишь меня? Я не хочу здесь находиться.
– Сегодня гонки и я хочу, чтобы ты меня поддержала, Василиса.
– Он здесь! – не выдерживаю я, вскрикивая.
– Знаю.
Ошалело смотрю в его глаза, вздрагивая.
Вижу в нём твердую решимость и осознанное решение быть здесь, в этот вечер и в эту минуту. Голова раскалывается от эмоций и мыслей, которые затуманивают мой рассудок.
– Ты что-то задумал, – паникующее шепчу я.
– Чтобы не случилось, ты в безопасности. Я клянусь тебе, – он обе ладони прижимает к моим щекам, большими пальцами стирая слезы. – Пора взглянуть нашим страхам в лицо и покончить с этим раз и навсегда.
Кажется, что я забываю, как дышать.
Глава 24.2 Столкновение
Кирилл:
Ей приходится успокоиться в минимальные сроки, и я ей в этом помогаю: прижимаю к груди, целую в висок и подбираю мягкие слова. Несмотря на то, что моя девочка дрожит, смаргивает непрошенные слезы с глаз и судорожно оглядывается каждую секунду, я ей горжусь.
Она не поддается истерике, не психует и не задает глупых вопросов. Она, как Лиса, затаилась, опустившись ниже травы и насторожено навострив уши. Вопрос только в том, боится она кого-то или собирается напасть.
– Я вижу Мирослава, – неожиданно говорит Василиса, посмотрев куда-то в сторону. – Постой… – Василиса, кажется, понимает, почему я так уверен в её безопасности.
Ей и правда не о чем переживать. Сегодня на съезде байкеров не только люди Дымарского, но также и мои друзья, готовые придушить одного паршивого ублюдка, посмевшего извращаться над моей девочкой и прижать мой хвост.
Когда она хочет отстраниться и осмотреться, я крепче прижимаю её к груди.
– Ты что, собрал целую орду? – нервно уточняет Лиса, уткнувшись в мою грудь.
– Скорее группу поддержки, – хмыкаю я над её макушкой. – И чтобы не случилось, Лиса, чтобы я сегодня не сказал – не принимай на свой счёт. Договорились?
– Я начинаю нервничать, Кир, – хнычет Василиса, услышав мои слова.
– Хочешь, потом купим самой вредной еды? Заедем в Макдональдс и скупим всё, что покажется вкусным, а затем наедимся перед телевизором с самим идиотским шоу, которое только найдём…
– Звучит соблазнительно, – она всё-таки улыбается и мне самому становится легче дышать.
– Это потому что я хочу тебя соблазнить, Лиса, – самоуверенно заявляю я, опуская свои загребущие руки ниже и крепко сжимаю сладкую попку.
– Ты неисправим, Бессонов! Даже в такой момент умудряешься меня лапать… – возмущается Василиса, но мои руки не скидывает и кажется, даже жмется ко мне теснее.
– Сложно устоять. Эти кожаные штаны сводят меня с ума… И дружка моего, того что пониже, тоже. Чувствуешь? – оказалось, что сменить тяжелый разговор и отвлечь Василису куда проще, чем я думал.
– Боже… Я говорила, что ты невыносим? – она смущенно отстраняется и шлепает по рукам. И так игриво, застенчиво… Эта неправильная девственница, как выразился Артём, сведет меня с ума!
Мои пальцы живут своей жизнью, когда я обвожу бархатную румяную щечку и касаюсь острого подбородка. Нас тянет друг к другу, и едва я склоняюсь к её губам, наш любовный флёр разрушается всего за одно мгновение.
– Эта сучка уже помечена мной, Бес, – слышу насмешливое заявление и сразу внутреннее подбираюсь, словно собираюсь получить жесткий удар в спину. – А ты, Принцесса, я надеюсь, вспоминаешь о том, как мой член таранил твою глотку, пока сосёшься с ним?
Василиса дергается, как от словесной пощечины, резко обернувшись. Я смотрю на этого ублюдка с ненавистью, презрением и с нескрываемым вызовом. Василиса жмется к моей груди своей спиной, из-за чего её напряжение передается мне.
Несмотря на обстоятельства и момент, который подобрал Стас, не так удачны для Василисы, но очень выгодны для меня. Его грязные слова бьют наотмашь Лису, не давая ей возможность даже дышать. Вот только в этот раз Ковалёв просчитался. Как бы сегодня не развились события, он уже в проигравших рядах, как только открыл свой болтливый рот.
– Что, Принцесса? Не рассказала своему наезднику о нашем недавнем развлечении? – он смотрит на меня с чувством собственного превосходства. – Ты мне всё ещё должна. Очень надеюсь, что ты не забыла цену моих услуг.
Я отвожу Василису за свою спину. Возможно, это даст ей возможность выдохнуть и выведет из шокового состояния. Сам же делаю несколько коротких шагов навстречу этому ублюдку, окинув взглядом его новенькую экипировку. Готовился, в этом нет сомнений, а значит Дымарский метко закинул крючок, на который бросилась зубатая акула.
Стас знал, что я буду на гонках. И эти гонки не простые. Моё участие среди профессионалов не частое, ведь не все могут со мной поравняться на трассе… А вот та информация, что я хочу приручить новый байк на Живых холмах – как вишенка на торте, приманившая Ковалёва.
Да уж, с грудой металла, собранного в нечто подобие байка, и без моего зверя с кучей примочек, выиграть не так уж и просто. Не удивлюсь, что этот слабоумный папенькин сыночек ещё и новый байк купил, лишь бы вылезти из кожи вон и доказать всем своё нескончаемо-бесконечное превосходство.
– А тебе, как я погляжу, доставляет удовольствие подбирать за мной остатки, – иду в наступление и чертовски надеюсь, что Василиса сейчас не сбежит, поджав и без того прищемленный хвост от нашей словесной перепалки.
– У кого-то прорезались зубки? – громко спрашивает он, насмехаясь надо мной. – Небось и за честь своей продажной потаскухи заступиться хочешь?
Сердито выдыхаю, а зубы крошатся друг об друга от ярости.
Мерзкий ублюдок… И как только я раньше этого не замечал? Хотя, после его выходок, мои глаза открылись на многие вещи. И каким бы павлином он ни был, я собираюсь ободрать его хвост, обскубать и сварить вкуснейший суп из его аппетитной неприкосновенности.
– А тебя, как погляжу, просто трусит от желания припихнуть куда-то свой член. Так может наймёшь себе несколько шлюх? Думаю, твой заботливый папочка оплатит желания своего любимого выродка… И даже с радостью их оприходует после тебя. Судя по твоим нездоровым желаниям, так и будет. Семейное, да?
Его морду перекосило, словно в его рот запихали дерьмо.
– Не плохая идея. Я напомню твои слова Авдеевой, которая пойдёт по рукам в моем тесном семейном кругу, – умудряется он передернуть мои слова, снова возвращаясь к Василисе. Выпендривайся, индюк. Чем больше, тем тебе же будет хуже. – Это вопрос времени, Бес. Так или иначе, Принцесса мне должна. Что же ты молчишь, дерзкая моя? Неужели подумала, что между нами всё кончено?
Когда он делает шаг вперед, явно намереваясь меня обойти и подойти к Василисе, я также подступаю ближе. Я не позволю ему приближаться к ней, а уж тем более прикасаться. Своим грязным языком он может молоть чушь сколько пожелает, хотя надеюсь, что заткнётся скоро надолго, если не навсегда…
– Что тебе не ясно, Ковалёв? Василиса со мной и как я погляжу, общаться с тобой желанием не горит.
– Не переживай, Бес. Говорить ей со мной необязательно, – он оскалился, не сводя взгляда с девушки за моей спиной.
Повернуться к ней и успокоить не могу – это глупо поворачиваться к ядовитой кобре спиной.
– Василиса – моя девушка, – громче положенного говорю я, стараясь не обводить взглядом толпу, которая уже навострила уши и следит за нами с особым вниманием. – А ты, мой дорогой друг, что-то забылся.
– Может, девушка и твоя… – размышляет Стас, – но потаскуха общая.
Сука. Как же хочется ему вмазать. Причем так, чтобы выбить зубы, раскрошить нос и залить глаза его собственной кровью. Жаль только, что он быстрее уложит меня на лопатки, чем я дернусь и попробую его ударить. Чёртов профессионал, и этого, к сожалению, у него не отнять.
– Парни, какие-то проблемы? – вовремя подоспевает Руслан, настороженно обводя взглядом напряженную обстановку.
– Да, Русо, проблема, – заявляет Стас, с насмешкой взглянув мне в глаза. Я бы на его месте так не радовался. Руслан на моей стороне и знает, какая роль ему сегодня отведена. – Я хочу взять то, что моё по праву. Её.
– Бес? – Руслан слишком уж участливо смотрит на меня преданными глазами. Переигрывает, актёр недоделанный.
– Понятия не имею о чём речь. Пришёл, оторвал меня от общения с моей девушкой и непонятно что требует. Хотя не просто что-то, а хочет трахнуть мою девочку, – беззаботно пожимаю я плечами.
Стас сужает глаза, пристально смотря в моё лицо.
– Так я объясню тебе, мой дорогой друг, если ты не понимаешь о чём речь, – похоже, ситуация его больше не так уж и веселит. Особенно, когда приходится объясняться и освящать посторонним слушателям своё посягательство на чужую девушку. – Твоя Принцесса пришла ко мне за помощью и предложила себя. Я свою часть сделки выполнил, а вот твоя белокурая шлюха решила меня кинуть. Так в чём, по-твоему, я не прав? Каждый должен платить по своим долгам.
– Папочке пожалуйся, может, найдёт похожую игрушку, – язвительно замечаю я. – Василиса тебе не принадлежит и в своём праве решить кому и что говорить. А то, что девчонка тебя использовала и обвела вокруг пальца, ничего не значит.
Нет, конечно, я рассматривал вариант, что Стас может пойти на попятную, но после долгих часов размышлений понял – не его метод. Несмотря ни на что, даю шанс. Откажись он сам, было бы проблем меньше… И к моему счастью, выбирает он отнюдь не легкий путь.
– А теперь ты меня послушай, Бессонов, – Ковалёв поддался в перед, понижая голос до угрожающего шепота. – Я всегда беру то, что хочу и она – не исключение. Сегодня ты стоишь здесь и охраняешь её, а завтра ведь с тобой может что-то случиться по совершенно случайным обстоятельствам… А я приду к ней, рано или поздно, и ей придется делать то, что я скажу. Со мной лучше дружить, сам знаешь.
– Вот только разборок мне здесь ненужно! У меня спонсоры вокруг! – зашипел Руслан. – Разберетесь со своей девкой за пределами холмов. А сейчас готовьтесь к гонкам.
– Так может и закончим, чем начали? – я, уловив момент, с решимостью смотрю в глаза Стаса.
Он, на какой-то момент, замирает, не понимая моих слов. Когда до его маленького мозга начинает доходить суть моего зашифрованного предложения, глаза азартно блеснули.
– Слышала, Принцесса? – он заглядывает за моё плечо. – Твой наездник хочет снова поспорить на твою честь. Не хочешь поучаствовать в этот раз?
Как же чешутся мои руки! Я уже подумал, что отделался малой кровью, а Ковалёв бьёт по моему самому слабому месту – по ней.
Когда я слышу за спиной тихие шаги, мои пальцы напряженно собираются в кулаки. Не хотелось её вплетать в эту беседу. Не хотелось затрагивать плохие воспоминания и уж тем более не хотелось видеть её такой – напуганной до болезненной бледноты и замерших слез в глазах.
Так нужно, Лиса. Потом можешь называть меня гадом, предателем и даже чем-то похуже, но так нужно.
– Я… Против, – едва слышно шепчет Василиса.
– Твоим мнением, Принцесса, не интересовались, – фыркает Ковалёв. – Но кто-то должен разбить пари. И кому это сделать, как не особе, которая должна будет исполнить свой долг?
– Кирилл… – задыхается Василиса. – Ты серьезно? Это же… Я не согласна. Не смей! Совсем из ума выжил?
– Я не вижу другого выхода, – безразличие удаётся удержать на моём лице с трудом. – Это хороший вариант разрешения конфликта. Честное соревнование и честный выигрыш.
– Хочешь снова на меня поспорить? А когда ты проиграешь, лично подложишь меня под него? Ни за что! – истерично шипит Лиса, чем доставляет моральное удовольствие ухмыляющемуся ублюдку напротив нас.
– Сказала та, которая без промедлений решила предложить себя за ради тупой и никому не нужной мести, – недовольно подмечаю я, и чего же мне стоит удержать на лице спокойствие!
Держись, Лисичка, не поддавайся панике. Я ведь эти недели из кожи вон лез, чтобы заслужить твоё доверие… Так поверь же мне сейчас и просто следуй моему молчаливому плану.
– Что, проблемы в Раю? – насмешливо подмечает Стас, увидев между нами холодную преграду.
– Кирилл… – снова выдыхает Василиса, и наши глаза встречаются. – Не делай этого. Я на это не пойду. Никогда.
– Я выиграю, – убеждаю я девушку под мерзкое хмыканье ублюдка.
Василиса неожиданно-крепко перехватывает меня за рукав куртки, дернув на себя, не позволяя отвести взгляд.
– А если нет? – я на мгновение забываю обо всём, что происходит и что следует говорить, когда огромные голубые глаза пронизывают меня в горячем протесте. – Так нельзя, Кирилл. Ты не имеешь право снова так поступать со мной. Я не прощу, слышишь? Это низко, даже для тебя.
– Ты хотела, чтобы я решил твою проблему. Я решаю. Или ты действительно хочешь быть грелкой у этого ублюдка? – холодно отвечаю я. – Как ты сама заметила, в няньки я не гожусь и вечно быть рядом с тобой тоже не смогу, – протягиваю ладонь Стасу. – Условия оговорены.
– Не до конца. Мне не нужна визгливая и строптивая сучка.
Мы трое переглядываемся.
– Я тебе член откушу, если ты ко мне сунешься… – зашипела Лиса.
Несмотря на растерянность, говорит она серьезно, и я бы на месте Ковалёва подумал несколько раз, стоит ли оно того…
– Как показала практика, зубки ты держишь при себе. Это ведь был твой первый опыт? Не переживай, я тебя всему научу.
Василиса поддается вперед, и я успеваю её вовремя перехватить за предплечье.
– Раз для тебя не проблема девичья строптивость, справишься. Если выиграешь.
– Тоже верно, – неожиданно соглашается Стас, с жадностью в глазах пожирая Василису липким взглядом. – Пари, – пожимает мою ладонь.
– Разбивай, – говорю Василисе.
– Я ненавижу вас. Держитесь от меня подальше, – она разворачивается и уходит, а точнее стремглав сбегает.
– Тогда ты, Русо, – пожимает плечами Стас.
– Что, блядь, здесь вообще происходит? – злится мужчина. – Я не буду марать в этой мутной истории свои руки.
– Да плевать! – Ковалёв самоуверенно разбивает замок из наших рук свободной рукой. – Когда ты проиграешь, Бес, я вытрясу из тебя душу, если посмеешь мне помешать, – угрожающе низким тоном говорит Стас. – Но сначала я уничтожу твою никчемную жизнь, замараю тебя в твоём собственном дерьме и на твоих глазах трахну твою шлюшку.
– Если выиграешь.
– А ты думаешь, что на своей новой рухляди обгонишь эту крошку? – он переводит взгляд на свой новенький гоночный байк. – Ты проиграл уже как только открыл свой рот. Даже не верится, что наш конфликт нашёл такой легкий компромисс. Удачи, Бессонов.
Он разворачивается, уходит. Только теперь я выдыхаю, словно и не дышал всё это время. Отчасти он прав. Такой байк тяжело обогнать на старом металлоломе, но вопрос в том, придет ли кто-то из нас на финиш вообще. Лично я предпочитаю, чтобы он оставил свои зубы на гоночной дороге.
Оборачиваюсь и ищу взглядом светлую макушку, но со стороны это точно выглядит, как обеспокоенное метание.
– Она за Живыми холмами с Фирташем и Аней, – подоспевает с коротким докладом Артём. – Как прошло?
– Видимо, слишком метко. Присмотришь за ней?
– Ты же не собираешься делать глупости? – с надеждой спрашивает друг, но, когда наши глаза пересекаются, он обреченно стонет. – Ты – тупица, если думаешь, что у тебя выйдет обогнать этого мерзавца на холмах.
– Неужели? – скептически сужаю глаза. – Успокойся. В этой гонке главное не победа, а его ошибки.
– А я слышал другое и уже начинаю догадываться о твоём плане. Ты же понимаешь, что если Ковалёва заберут в каталажку за дебош, он выйдет меньше чем за сутки, учитывая связи его предков?
– Посмотрим, – задумчиво киваю.
– И он опасен на гонках. Играет по грязному.
– Никто не говорил о том, что нужно придерживаться правил.
– Кир… Если нам придется собирать твои мозги всмятку, я тебя лично прибью, – угрожающе говорит Артём, тыкая в меня пальцем. – И это мне придется ещё встать в очередь за Василисой. Она точно тебя оживит и снова раскромсает.
– Да, кстати об этом… – вспоминаю я. – Не подпускай её близко к гоночной трассе. Если и впрямь что-то случится, увези её домой. Она ещё не готова к подобным… Потрясениям. Сдаётся мне, что у этого змея на сегодня имеется свой план.
– Бес!
– Мне нужно проверить байк, а тебе присмотреть за нашими девочками, – кладу ладонь на его плечо, сжимая. – Не подведи меня.
Артём шокировано выдыхает, и как безмолвная рыба, открывает рот, но не находит необходимых слов. Я его обхожу и иду к своей рухляди, озадачено оценивая возможность хотя бы держаться на ровне с Ковалёвым.
