Текст книги "Проданная замуж (СИ)"

Автор книги: Лина Венкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

Димитрий замолчал, и наши покои погрузились в тишину. Александр обдумывал предложение, я же – страшилась, что он это предложение примет. Возможно, с его помощью Димитрию удастся победить. А может, этого погубит нас всех.

– Я согласен. – Внезапно произнёс Александр. – Твой амулет надёжен?

– Более чем. – Ответил Димитрий, посерьёзнев. – Эльфийской работы.

Александр приподнял бровь, но ничем больше не выдал своего удивления. Вскоре он покинул нас, оставив готовиться к празднику.

Для меня прислали служанку, но Димитрий отослал её назад. Он сам помог мне надеть красное бальное платье. Его заботливые пальцы осторожно закрепили все крючки и завязали ленты; он нежно поцеловал меня в плечо.

– С волосами не помогу. – Муж накинул камзол на праздничную белую рубашку. – Я со своими еле управляюсь.

Я подвязала локоны красной лентой – в тон платью, после чего подхватила получившийся хвост и подвязала ещё несколько раз. Причёска вышла простоватой, но довольно аккуратной. Если честно, в эти моменты красота прически – последнее, что меня волновало.

Я была готова к бою. Телом, но не душой.

Едва мы с Александром вошли в бальную залу, наши имена тут же огласили.

– Граф и графиня Грейсон!

Это не было нам на руку – Александр нахмурился, понимая, что представление нас публике могло привлечь внимание того, от кого мы собираемся ускользнуть этой ночью. Мы спустились с лестницы, и Александр мягко повёл меня вдоль колонн.

– Сейчас начнётся вальс. – Прошептал он. – Позволишь пригласить тебя, Джейн?

В другой ситуации я бы не согласилась, но не в этой. Я вложила свою руку в его и посмотрела ему в глаза – человеку, с которым мы были связаны опасностью; человеку, с которым мы вместе должны спасти Димитрия.

– Всё будет хорошо. – Произнёс он и побледнел.

Я ясно видела, как ему было страшно, но это не стало причиной отступить от того, на что он решился. Это вызывало уважение.

Вместе мы отправились в самую гущу танцующих, вклиниваясь в их ряды безупречным вальсом. В обычных условиях танец опьянял меня, заставлял испытывать острое желание танцевать ещё и ещё. Я обожала эти моменты, когда голова очищалась от всех мыслей, и я летела навстречу этому желанию.

Сегодняшний вечер таким не был. Мрачная действительность нависла надо мной угрожающим мечом, и, хотя я старалась расточать улыбки – на душе нарастала тревога. Я нигде не видела Димитрия, и, судя по невеселому выражению лица Александра – он тоже. Зейтуна я тоже не наблюдала, но, подозреваю, ему ничего не стоит сменить облик, и явиться в этом зале другим человеком, не тем, что я видела на празднике у нас дома.

Вальс закончился, и пары, чинно раскланявшись, разошлись к столикам, освободив место для следующего танца – паваны. Мы с Александром решили её пропустить, спрятавшись около одного из балкончиков, и крайне вовремя это сделали. В ряду танцующих я заметила её – даму с горбинкой на носу.

– Смотри! – Я кивнула в сторону маркизы Оланто, и Александр побледнел ещё больше.

– Нужно постараться, чтобы она как можно дольше меня не видела. – Скривился он. – И без неё проблем хватает.

Моё мнение о брате Димитрия металось от полюса к полюсу: от разгильдяя и повесы до храбреца, и обратно. Он согласился рискнуть жизнью ради брата, к которому никогда не питал особых братских чувств, но сейчас прячется от женщины, чью репутацию растоптал без надежды на восстановление. Я не умаляю вины маркизы в случившемся, ведь ситуация, свидетельницей которой я стала, выходила за рамки всех вообразимых приличий, но всё же: он мог бы взять ответственность за тот поступок. Таково моё мнение.

Но Александр так не считал. Более того, он порадовался, что маркиза не увидела нас, танцующих вальс, и больше не собирался танцевать, планируя провести остаток вечера в укрытии ниши, которая вела на балкон. Зал отсюда совсем не просматривался, но он отмахнулся от моего замечания.

Что же. Буду бдеть одна.

Не успела я выйти из ниши, как тут же поступило приглашение потанцевать. Я протянула руку пригласившему меня мужчине, даже не взглянув на его лицо, и мы вышли в центр зала.

Зазвучали первые мелодии кадрили, и танцующие поспешно выстроились в два ряда. Я высматривала Димитрия, но супруга нигде не было видно. Мой партнер по танцу уже несколько раз касался моего плеча, привлекая к себе внимание.

– Леди, вы так красивы и так печальны. – Заметил юноша, переходя из одной фигуры в другую. – Если вы позволите, я буду рад станцевать с вами будущий вальс. Это более приятный и личный танец.

– Конечно. – Рассеянно отвечала я, вертя головой при каждом удобном случае. Я надеялась, что на этом балу отведённое количество вальсов уже исчерпано.

Провидению было угодно поиздеваться надо мной, и следующим танцем вновь объявили вальс. Я обречённо подошла к колонне, и мой партнёр тут же объявился.

Мы кружили по залу под звуки фортепиано, и в моё поле зрения попала маркиза Оланто. Она совсем не выглядела обделённой жизнью или расстроенной утерей своей репутации. Наоборот, светская дама едва успевала отбиваться от кавалеров.

Очередной поворот – и я, наконец-то, разглядела супруга среди присутствующих около лестницы. Он с абсолютно безмятежным видом потягивал приятный напиток, только что поднесённый ему прислужником. Я знала, что это напускное. Я знала, что он близко.

Александр тоже обнаружил Димитрия, и, как и обещал, далеко от него не отходил. Я присмотрелась: они стояли друг от друга на расстоянии броска. Ловят на живца.

Словно что-то притянуло вниание мужа ко мне, и он безошибочно поймал мой взгляд. Безразличие на его лице сменилось удивлением, удивление – столь яркой гримасой неподдельного ужаса, что у меня задрожали ноги. Я тут же огляделась: за моей спиной не было ничего, что могло бы вызвать у супруга подобную реакцию.

В считанные секунды произошло несколько событий. Димитрий, расталкивая танцующих, бросился в мою сторону. Неожиданно для меня, мой партнёр по танцу прижал меня ближе и одним резким движение сдёрнул шнурок с моей шеи.

– Эссина! – Прошипел он зло. – Выдумщица!

От осознания, с кем я протанцевала полвечера, мне стало дурно. Зейтун спрятал мой амулет в карман и подтянул меня ближе. Я ощутила холодную сталь у горла.

Димитрий остановился. Весь зал замер.

Я не шевелилась. Страх почему-то отсутствовал, но здравый смысл твердил: «Не двигайся». И я ему подчинялась. Многочисленные гости в мгновение ока словно испарились, оставляя нас наедине с этим безумием. В голове мелькнуло, что я за этот вечер даже не успела увидеть Его Величество Вдовствующего Принца и новобрачных – совершенно глупая и неуместная мысль, но разум сам себе не принадлежал.

– Остановись, Инджимер! – Спокойно произнёс Димитрий, поднимая руки вверх. – Джейн тебе не нужна. Я безоружен. Возьми меня.

– С чего ты взял, – не менее спокойным тоном отвечал Зейтун, – что мне не нужна та, что была мне обещана?

Я наблюдала за происходящим словно со стороны. Вот Димитрий – собранный, хладнокровно глядящий прямо противнику в глаза, но пальцы подрагивают, выдавая волнение и страх за мою жизнь. Александр исчез. Они с Димитрием стояли по обе стороны лестницы, но сейчас я его нигде не видела. Мой амулет в кармане Зейтуна, и, по правде говоря, как он меня защищал, если враг так спокойно снял его с моей шеи?

– Она не обладает ни силой, ни особыми умениями. – Уговаривал мой супруг ведьмаря, полукругом обходя нас. Зейтун, ни на миг не ослабевая хватку, поворачивался вместе со мной, оставаясь лицом к Димитрию. – Джейн не сварит зелья, и не обучит твоего ученика. Она ничего не умеет и для тебя бесполезна.

– Я не верю, что ты до сих пор пребываешь в счастливом заблуждении, что твоя жена нужна мне в качестве помощницы. – Процедил этот мерзавец, ещё сильнее прижимая меня к себе. – Зато она молода и здорова, и в состоянии выносить крепкого наследника… Не находишь?

Если то, что он говорит – правда, значит, он не собирается причинять мне вред. По крайней мере, серьёзный и пока что. Значит, надо его отвлечь!

Внезапно я заметила Александра. Тот на мгновение выглянул из-за колонны на опоясывающем зал изнутри балкончике, и тут же исчез. Через несколько мгновений я увидела его уже около следующей колонны. Он подкрадывается ближе! Чувство благодарности затопило меня с головой. Не бросил!

– Почему именно Джейн? – Димитрий оттягивал неизбежное, но терпение у его противника заканчивалось быстро.

– Хватит! – Рявкнул Зейтун. – Пора ухо…

Вдруг воздух прочертило серебристой полоской, и у наших ног упал пузырёк, один из тех, которыми Димитрий снабдил Александра и меня. Крепкое стекло флакона подвело нас – он остался цел даже несмотря на падение с высоты второго этажа.

Зейтун взмахнул рукой – и Александр, коротко вскрикнув, рухнул на пол возле колонны. Этого промедления хватило, чтобы я, вывернувшись из захвата, упала на пол и схватила спасительный пузырёк. Дрожащими руками попробовала откупорить пробку – она держалась крепко. Всё происходило в какие-то доли секунды, за которые я даже не успевала осознавать свои действия.

Взмах! Я бросила зелье Димитрию, и муж поймал его одним точным движением. В который раз все присутствующие замерли, даже Зейтун: его ноздри хищно раздувались, и он то и дело переводил взгляд с меня на Димитрия, и обратно. Я видела, что супруг не собирается бросать зелье во врага. Почему? Времени спрашивать не было, потому я быстро достала из кармана ещё один пузырёк и изо всех сил швырнула его Зейтуну под ноги.

Флакон разбился. Но ничего не произошло. Зелье не связало ведьмаря и не отключило его. У меня задрожали руки. На это была вся надежда! Но, видимо, после такого количества принесённых в жертву людей Зейтун стал неуязвим для связывающих зелий.

– Попрощайся с любимым. – Лениво вымолвил он.

Я замерла от ужаса: Димитрий ведь не имел устойчивости к подобным снадобьям! Пузырёк разбился не под его ногами, но зелье уже оказывало действие на супруга. Он чаще и тяжелее задышал, и вдруг снял с шеи амулет тётушки Грейсон.

Димитрий опустился на колени, изо всех сил борясь с сонливостью. Его длинные волосы спутались и губы посинели, но он, вопреки всему, поднял пузырёк, оставшийся целым после броска Александра.

Стоя на коленях и стараясь не лишиться сознания, он, крепко держа флакон, ударил им в середину амулета, туда, где сиял красный камешек, после чего сам упал рядом без сил.

Я не могла плакать, не могла кричать. Происходящее просто смешалось в ужасную какофонию боли, ужаса и страха, где я могла лишь обречённо ждать своей участи.

Оберег Эссины, разбитый Димитрием, внезапно засветился ярче. Яркий красный свет заливал зал, и я, зажмурившись, упала, но всё равно видела это разъедающе-алое сияние даже с закрытыми глазами. Я не знала, что происходит, и, казалось, уже была готова ко всему.

Но только не к тому, что увидела в действительности.

Я осмелилась раскрыть глаза лишь через несколько минут после того, как красное свечение ослепило меня. Рядом с нами, с необыкновенно свирепым выражением лица, стояла она – Эссина. Я оторопело уставилась на неё, не веря своим глазам. Леди Грейсон держала перед собой сжатый кулак, из которого вырывалось живое пламя, причиняя ей боль. Но она всё равно держала.

Перед ней на полу, на коленях, вытянутый в струну и неподвижный, находился Зейтун. Когда Эссина сжимала кулак сильнее, из его горла вырывался хрип, одновременно с этим похожий на стон раненого животного.

– Он не успел тебе навредить? – Негромко спросила она, даже не взглянув на меня.

– Нннет. – Пробормотала я. – Мне нет. Димитрий и Александр…

Она кивнула.

– Я о них позабочусь.

И тут же разжала кулак.

Зейтун вскочил, пошатываясь. Он вскинул руки и произвёл несколько пассов, но ничего не произошло. Эссина мстительно улыбнулась.

– Ты так долго шёл… К чему? Это то, чего ты желал? Твои пороки привели тебя к величию?

– Ты, вижу, многому научилась у эльфов, сестрица. – Он лихо сверкнул глазами, вновь занося руку и желая сотворить заклинание, но Эссина не позволила. Она снова сжала кулак, из которого полыхнул огонь. Зейтун застыл с выражением нечеловеческой муки на лице.

– Я могу так долго, – зло прошептала леди Грейсон. – Отвечай! Зачем тебе именно эта девушка? Чем она отличается от других?

– Тебе ли не знать. – Сквозь зубы произнёс он, когда она немного ослабила хватку. – Ты сама в ней видишь.

– Вижу в ней; вижу и прошлое в твоих глазах. – Холодно подтвердила Эссина. – Значит, ничего нового ты не скажешь.

Она сжала кулак и повернула его в сторону. Раздался ужасающий хруст; Зейтуна вывернуло в несколько сторон одновременно. Пламя в руке леди Грейсон погасло, и она разжала хватку: то, что осталось от Зейтуна, упало на пол без каких либо признаков жизни.

Я упала на колени и отвернулась – от увиденного меня тошнило. Эссина зашаталась, из её носа пошла кровь.

– Леди Грейсон! – Я бросилась к женщине, спасшей сегодня жизни сотен людей и наши с Димитрием тоже.

– Я… Всё хорошо. – Она оперлась на меня. – Он больше никому не навредит.

– Вы пришли, потому что Димитрий разбил амулет? – Не сдержалась я от вопроса.

Эссина кивнула. Хоть она и утверждала, что сможет долго держать Зейтуна под действием своих сил, сейчас я отчётливо поняла, что это не было правдой. Она уже была чрезвычайно уставшей и обессиленной – как и я.

– Так и было задумано, – она вымученно улыбнулась. – Я обманула тебя, сказала, что не приду, потому, что не могла рисковать. Боялась, что он прочитает твоё прошлое в глазах, как только что я считала его прошлое. Твой отец…

– Да, я знаю. Он обещал меня.

– Дважды обещал. И он допустил непозволительную ошибку.

– Дважды? – Оторопела я. – Как он мог?

Эссина ласково погладила меня по голове.

– Твоя мать не могла забеременеть. Потому он обратился к тому, к кому уже обращался, и получил помощь. Зейтун… Мой брат, дал твоему отцу зелье. Оно должно было помочь твоей матери зачать, но, к тому же, наделяло ребёнка силой. Не явной, нет – пассивной, такой, что делало тебя идеальной парой для ведьмаря, которому ты могла бы выносить ребёнка – ведьмаря – превосходящего в силе всех ныне известных.

– А если бы я родилась мальчиком?

– По его воле ты могла родиться только девочкой, и он считал тебя предназначенной ему. Ты должна была подарить ему сильного наследника.

Я с ненавистью взглянула на кучу тряпья, которая раньше была братом леди Эссины. Где-то в стороне простонал Димитрий, приходя в себя.

– Могу я рассказать всё это мужу? – Спросила я её, как тогда в парке.

– Только то, что ему необходимо знать. – Ответила она, протягивая мне два флакона с ярко-зелёной жидкостью. – Это поможет им. Возьми.

Она наклонилась, коснувшись рукой Зейтуна, и они оба исчезли в серебристой дымке. Тут же в зал вбежали гвардейцы короля, словно до этого их что-то удерживало, и только сейчас открыло путь к нам.

Димитрий и Александр поправились; отгремела королевская свадьба. Природа медленно возвращала себе свою власть; перестали пропадать люди.

После смерти Зейтуна с его логова спали чары защиты, и Димитрий смог освободить бабушку Ребекку и остальных пленников.

Облетели листья, землю запорошило снегом, но я до сих пор не рассказала Димитрию слова леди Эссины о том, что могу стать матерью сильнейшего ведьмаря на свете.

Супруг не допытывался о случившемся тогда. В общих чертах я, конечно, рассказала о произошедшем, а именно, о Эссине Грейсон, которая спасла нас от своего брата.

Папа… Я не могла его осуждать, хотя пыталась. Умершего сложно в чём-либо обвинить. Я не понимала его действий, не могла их осознать и не хотела верить в то, что он оказался способным меня кому-то отдать. Дважды. И всё равно продолжала отчаянно его любить.

Но вот пришла весна, и я поняла, что пора. Нет смысла дальше скрывать от Димитрия то, что грядёт.

Я нашла супруга в его любимом месте – в мастерской у библиотеки. Он улыбнулся, когда я вошла.

– Джейн! – Каждый раз, когда он меня видел, его лицо светилось счастьем. – Как твоё самочувствие?

Я не сомневалась в нём ни секунды, никогда. Почему же боялась рассказать? Почему перестала бояться сейчас?

– Я умолчала. – Сходу ошарашила я его своими словами. Димитрий нахмурился. – Леди Грейсон прочитала в глазах Зейтуна его прошлое. Оно касалось меня. И с недавних пор касается тебя.

Мы вышли из мастерской в чуть лучше освещённую библиотеку. Я остановилась у окна, Димитрий тоже. Он не отрывал от меня взволнованного взгляда. Я открыла рот, и снова его закрыла. Почему-то испытывала в этот момент смущение, которого не знала раньше.

Супруг молчал, и этим же подталкивал меня к разговору.

– Леди Эссина рассказала мне немного больше о папе. Много лет назад он сделал глупость.

– Я знаю, – ничуть не весело ответил Димитрий.

– Ты не всё знаешь. После того папа… Он обратился к Зейтуну ещё раз. Не знаю, чем он думал… Они с мамой не могли родить ребёнка, и он дал им эликсир. Как ты видишь, я здесь, значит, он и вправду им помог.

– Но это не всё, – проницательно заметил Димитрий.

– Нет, – я вздохнула, – это зелье не только помогло маме родить меня, но и дало мне… что-то. Какую-то силу. По словам леди Грейсон, я могу стать идеальной женой для ведьмаря.

– Ты и так идеальная жена ведьмаря, – Димитрий с нежностью погладил мою щёку.

– Он имела ввиду другое. Ребёнок, которого я могу родить ведьмарю, будет сильнее любого из известных тебе ведьмарей. И в сотни раз сильнее своего отца. Таково было свойство эликсира Зейтуна. Это и было причиной, по которой он хотел меня заполучить.

– В тот вечер он что-то такое и говорил, – задумался супруг. – Но я не воспринял эти его слова настолько буквально. Почему же ты, Дженни, рассказываешь мне об этом только сейчас?

– Потому, что, – мои щёки заалели, а сердце заколотилось с бешеной скоростью, – этот сильнейший ведьмарь должен родиться в конце осени. Возможно, в начале зимы.

Лицо Димитрия выдало целую гамму чувств: с удивлённого сменилось на ошеломлённое, после – на абсолютно счастливое.

– Джейн! – он взял мои ладони, и поцеловал их обе. – Как же сильно я тебя люблю!

Он обнял меня, и в его объятиях я, впервые за долгое время, ощутила полнейшее спокойствие и умиротворение.