Текст книги "Наследник криминального Малыша (СИ)"
Автор книги: Лина Вазгенова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)
Малыш не двусмысленно посмотрел на заигравшуюся особу. Та быстро взяла со стола весьма тяжелый конверт и также быстро вышла, не забыв прикрыть за собой дверь.
– Слушаю тебя Семен. – поднимая глаза от стола.
– Александр Андреевич самолет и экипаж к вылету готовы, ждут вас. Капитан просил предупредить что из за меняющихся погодных условий вылететь лучше в ближайшие три часа. Все приготовления на острове тоже завершены. Документы и вещи Юлии Николаевны уже на борту.
– Спасибо Семен.
– Сейчас узнаем– ероша рукой на голове волосы – освободилась ли Юлия Николаевна и можно ехать, я тут закончил.
Звук затянувшихся длинных гудков стал раздражать слух.
– Малышка возьми же трубку, не зли меня. Зачем тебе телефон если ты не отвечаешь на звонки, я уже вижу чья попка сегодня будет гореть.
Постукивая ногой, шипел Малыш пытаясь дозвониться, снова набирая номер, но только долбаное "пипппп" звенело в ушах.
– Блядь, ну давай же девочка ответь. – уже громко и с звенящим гневом, голосом.
Не успел оторвать телефон от уха, как звук входящего смс нарушил установившуюся тишину.
" Малыш я на паре, не могу говорить. Я ненадолго задержусь не волнуйся, позвонить не смогу садится зарядка".
– Что…?
Снова пробежал глазами по строчкам которые теперь казалось написаны китайскими иероглифами.
– Что блядь за задержусь не волнуйся, в смысле не могу говорить? – шипел как уж.
И с каких пор я стал не Сашей, а Малышом? Да она никогда меня так не называла, говорила у нее язык не повернется назвать эти исполинские размеры, – Малыш. Набрал еще раз, уже в открытую издеваясь над сенсором тыча пальцем чуть ли не до трещин. А от туда это параноидальное – "телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети".
– Сука!!!
Хотел со злости долбануть телефон о стенку переходя на русский отборный, но вовремя остановился.
Набирая Василия Петровича, водителя Юли, Малыш не на шутку нервничал, клокотало где-то внутри под ребрами, а сердце дрожало как зайчий хвост в предчуствии неминуемой беды. Мне не нравилось это сообщение от Юли, от слова совсем. Странное оно блядь и она ведь прекрасно знает если не возьмет трубку я не успокоюсь, приеду. У меня было ощущение что внутри меня колючая проволка из страха, плохого предчувствия и говна которая не дает мне свободно вдохнуть, и эта сука своими шипами врезается и разрывает меня из нутри заставляет сходить с ума от неизвестности и подозрений. А ожидание только усугубляет ситуацию.
– Что за ху*ня, да они блядь издеваются?
Василий Петрович долго не брал трубку и мое терпение трещало по швам и с каждой секундой, с каждым гудком треск становился громче, и отчетлевей.
– Да Александр Андреевич.
– Блядь почему так долго?
– Извините, Александр Андреевич. Торопился и вот выскочил, а телефон в машине оставил. Просто Юлия Николаевна до сих пор не вышла, хотя еще пол часа назад сама звонила мне и говорила что освободилась, и просила приехать забрать ее. А я уже минут десять ее жду, а ее все нет и телефон не отвечает. Поэтому когда увидел подруг Юлии Николаевны поспешил подойти и узнать у них, вдруг они в курсе почему Юлия Николаевна задерживается. А они на меня смотрят большими, круглыми глазами и говорят что она уже ушла давно, так еще, и спешила боясь что я ее здесь заждался. Они лично ее проважали и видили как она переходила двор направляясь к месту стоянки.
Мне казалось, то что говорит водитель не может быть реальностью, это про кого-то другого, либо это чья то неуместная шутка, или плохая игра. Я не хотел в это верить, что могло случиться среди бело-дня в месте где полно народу. Но факты упрямая вещь и они говорят что, что-то случилось, и это что-то мне очень не понравиться. Я просто молчал в трубку не зная что сказать, чувство опустошающего отчаяния и рассыпающегося в пепел мира растекалось по венам. И ядовитый смех судьбы, барабанной дробью в ушах хохочущей, над твоими планами.
Малыш с силой сжал в руке телефон ломая хрупкое устройство, а потом запустил им в стену. Минуту стоял прикрыв глаза пытаясь собраться с мыслями, но единственной внятной мыслью была мысль "надо выпить", а остальное как сплошной кошмар, все самое страшное из того что могло случиться. Практически по наитию подошел к бару, взял бутылку, дрожащими пальцами открутил крышку и с горла влил в себя почти все ее содержимое.
Все это время Семен не произнося и звука постоянно что то вбивал в телефон, наблюдая за меняющимся настроением хозяина, и терпиливо ждал указаний. Пока не пришло смс, с номерами случайной машины появившейся на территории универа только сегодня и записи видео, с камер видеонаблюдения установленых по его распоряжению на всякий случай где не четко, но все же видно как Юлия Николаевна сопровождается неким мужчиной до этого автомобиля.
– Александр Андреевич есть зацепка, ребята уже пробивают кому принадлежит средство и маршрут следования. Найдем, не сомневайтесь, прошерстим каждый сантиметр. Это похищение, камеры про которые наши товарищи не знали смогли их выцепить.
Малыш пробил кулаком в стену разбивая в кровь костяшки пальцев, а после не обращая внимание на травму прислонился лбом к прохладной стене.
– Какая тварь рискнула? Кому блядь так преспичело сдохнуть? – взревел как раненое животное.
Внезапно открывшаяся дверь пропустила внутрь поток свежего воздуха и обеспокоеных друзей Малыша.
– Ты как брат?
– Херова, но держусь!
– Семен есть новости?
– Да Данил Сергеевич. Наши ребята по городским камерам отслеживают маршрут авто в котором предположительно находилась и удерживалась Юлия Николаевна.
Слыша имя моей девочки я чувствовал как у меня едет крыша, как трещат мои мозги, они горят, дымятся, а от адской боли перед глазами темнеет. И я рассыпаюсь на части от того что всё летит в там тарары, а жизнь идёт под откос. Стараюсь не думать о плохом, но не могу держать удар. Она единственная, кто может поставить меня на колени не пошевелив при этом и пальцем.
– Малыш возьми себя в руки, будем искать или раскисать? – стальной и уверенный голос друга приводит в чувства.
– Александр Андреевич засекли, надо ехать!
Малыш сорвался как будто за ним неслись черти желающие утащить его в ад. Он знал что если с его девочкой что нибудь случиться именно там он и окажется уже в ближайшее время.
Глава 5
– Волкодав дай мне ключи от своей тачки. Малыш ты уверен, может лучше я?
– Волкодав —, продавливая голосом, заставляя содрагаться воздух – я уверен мать твою – на выдохе, чеканя каждый слог!
Волкадав вопрашая посмотрел на Колуна, тот взмахом головы показал чтобы тот отдал ключи Малышу занимая место на заднем сидении автомобиля за водителем, приглашая жестом Семена присоединится к нему.
– Держи.
Волкадав кинул ключи Малышу.
– Надеюсь мне не придется об этом жалеть. – пробурчал Егор открыв дверь с пассажирской стороны усаживаясь не в водительское кресло.
– Прости девочка, придется немного потерпеть! – он с любовью похлопал панель своего автомобиля. А уже через секунду машина броском рванула с места причем сразу с второй передачи, сжигая резину и сцепление, о чем свидетельствовал резкий характерный запах ударивший в нос, и столб из пыли, и дыма из под колес.
– Семен куда ехать?
Малыш буквально выдавливал из себя слова, сквозь плотно сжатые челюсти своего парализованого тела, при этом ловко варьируя в плотном потоке машин.
– Выезд на федеральную трассу, через старый мост Александр Андреевич, а там наши ребята нас сориентируют. Они уже на месте, пробивают находящиеся в периметре строенния между участками с камерами где потерялась наша машинка. Думаю пока доберемся парни уже определят нужный адрес, в том районе не так много подходящих под эти цели объектов.
Саша нещадно вдавливал педаль газа в пол развивая скорость до фантастических значений, его сознание рисовало ужасающие картины в его голове, а внутренний голос твердил " успеть", "только б успеть" и лишь необходимость следить за дорогой помогала ему переключить трансляцию, и не свихнутся.
Машину ощутимо тряхнуло на резком входе в очередной поворот, заставляя пассажиров напрячься.
– Малыш ты же помнишь, сколько у этой девочки под капотом, да?
Не выдержал Егор, нарушая установившуюся в машине тишину. Следующим нарушил тишину звук входящего смс пришедшего на телефон Семена.
– Нашли! – констатировал тот.
– Интересующий нас автомобиль припарковался на территории турбазы "Камыш".
– Я знаю где это, минут через пятнадцать будем на месте. – отозвался Малыш.
– Да, и скажи парням чтобы сидели тихо до нашего приезда.
– Уже, Александр Андреевич!
– Тормози брат!
Хлопая Малыша по плечу, успокаивающим жестом, заставляя друга скинуть скорость, произнес Колун.
– Думаю подъезжать ближе не стоит, могут засечь звук мотора.
– А вон кажись наши парни. – заметил Волкодав, качнув головой в направлении припаркованого неподалеку в кустах тонированного джипа.
Резко тормознув, Малыш выскочил с еще до конца не остановившегося автомобиля. Ему срочно требовалось сбросить пар, иначе он может наломать дров, а пожар потом будет тушить уже позно.
Чувство вины за свою беспечность и непредусмотрительность заставляло гореть заживо, а внутриности пропускало через мясорубку не позваляя дышать свободно, сдавливая грудь двадцати тонным пресом ответственности, за случившееся.
Он не находил себе оправдания и не знал что будет делать если случиться непоправимое, да даже если хоть только волос упадет с ее головы. Он уже чувствовал как сходит с ума, выгорая из нутри без нее.
Без предупреждения, подойдя к встречающей их группе, выдернул из кабуры одного из парней ствол с глушителем, заставив того не хило понервничать от чего цвет лица парня стал заметно белее. И спустил полную обойму в ни в чем неповинную птицу, парившую в небе над одержимым Малышом, новые, неподдающиеся контролю чувства которого, держали его в судорожном тонусе и застовляли действовать деструктивно, и безрассудно, руководствуясь только голыми инстинктами, а не головой.
– Как обстановка парни? – выйдя из автомобиля и подходя ближе поинтересовался Колун.
– Пока тихо, да и информации, пока не так много Данил Сергеевич.
Машины оформлены на подставные лица. Турбаза числится за муниципалитетом города.
– Не густо! – сводя брови вместе.
– Александр Андреевич наши ребята обнаружили по периметру звонки. Один аккуратно отключили, думаем сейчас должны появиться гости.
– Отличные новости. – в голосе Колуна послышалась бодрость.
– По возможности берем живыми. Больше языков, больше шансов. Держись брат сейчас мы вернем твою девочку.
– А вот и гости пожаловали! Саркастическая улыбка тронула лицо Волкодава.
– Зверь нас нашли! – раздался пропитанный страхом и паникой крик Кабана.
– Уже через пять минут они будут здесь, они в районе второго пояса камер.
– Где остальные?
– Сиплый и Серый думаю уже мертвы, они ушли мониторить территорию, а Рысь спит под действием паров общей анестезии.
– Ясно, уходим! Помоги Рыси, а я за девкой!
– Где ключ?
– Так я его Серому отдал.
– Ладно разберусь. Сука, как же не вовремя!
Услышав звук приближающихся шагов я вжалась в стену, а волна леденящего холода пробежала по моей спине бросая с ног до головы в липкий пот. Волоски на коже в страхе взъерошились. Господи ну почему так быстро, я даже не успела перевести дыхание, я не готова увидеть эти мерзкие, похотливые рожи. Только от одной мысли о том что они со мной сделают у меня скрутило живот в очередном рвотном позыве. Боже надеюсь я не буду в сознании когда это произойдет, неужеле я все это заслужила? Слезы катились по моим щеками от жалости к себе, а тело начало трясти от охватившего ужаса предстоящих событий. Шаги стихли и кто то дернул дверь в попытке открыть ее. Странно они же сами ее заперли, потеряли ключ?
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!!! Слабая надежда на спасение вельнула хвостом, а потом раздался выстрел и еще через секунду дверь с трескоим вылетела с места, вырвав из моего сдавленого горла сухой крик, а в проеме появился разъяренный хищник раздавивший хвост моей надежды в лепешку.
– Давай поднимайся, живо!
А я не могу пошевелить и пальцем под его жутким взглядом, а от звука его стального голоса кажется вросла в матрас.
– Не заставляй меня делать тебе больно девочка, присев рядом на корточки его рука поднимает мой подбородок, заставляя посмотреть в его зелёные обжигающие, пылающие ядовитым огнем глаза, непроизвольно вздрагиваю и жмурюсь в надежде, что когда открою их вновь, картинка изменится, но чудо не случилось!
– Шевелись если хочешь жить! – слышу его рычание прямо над моим ухом.
– И без глупостей!
– Запомни, пока ты молчишь, делаешь то что я говорю ты в безопасности. – продавливая голосом.
– Я понятно объяснил?'шепчет мне в губы сканируя кажется все мои жизненные показатели своим рентгеновским взглядом, на правдивость моего ответа.
Киваю, прикусывая язык, а от внезапно озарившего меня понимания, что Саша где-то рядом неимоверно хочется кричать, но если произнесу хоть звук остановиться уже не смогу.
А Зверь наврятли стал бы шутить, не думаю что его обещание сделать мне больно всего лишь слова.
Еще неделю назад я бы не задумываясь рвала связки, но теперь ответственность за зародившуюся во мне новую жизнь не дает мне быть столь безрассудной. Поэтому я, коряво как могу, как позволяет мне состояние моего тела и связанные руки, делаю попытку подняться. Конечно толку от моих стараний…. Видимо мои жалкие потуги выглядили печально и лишили хищника надежды, что я сегодня все-таки встану.
В доли секунды одним движением Зверь забрасывает меня на свое плечо и быстро идёт по лабиринтам лестниц, и помещений. Оказавшись на улице подходит к машине и швыряет меня на заднее сиденье, а сам усаживается вперёд за руль. Машина срывается с места, я слышу выстрелы в голове хаус, а он спокоен и хладнокровен так, как будто ничего необычного не происходит. А это всего лишь привычные, повседневные будни. Закрыв глаза читаю молитву, а через минуту от резкого поворота меня подбрасывает и я вынуждена их снова открыть. Лучше бы я этого не делала потому, как то что я вижу, заставляет пронестись перед глазами всю мою жизнь. Огромный груженый камаз, с прицепом несется на встречу, а дальше туман, лишь лязг тормозов, мой крик……… и беспросветный мрак!
Глава 6
От резкой боли в затылке пришла в себя. С трудом разлепила глаза пытаясь сфокусировать взгляд и собрать воедино мысли, проносящиеся пчелиным роем в моей голове.
Боже я уже думала что умерла, и свет бьющий мне в лицо, это свет в конце туннеля, но нет я всего лишь потеряла сознание, а свет это пробивающиеся сквозь стекла и падающие мне на лицо лучи солнца. Одинокая слеза скатилась с глаз, от мысли что жива. И мне бы порадоваться, но остановив взгляд на седящем за рулем образе, я чуть не начала реветь в голос от охватившего меня разочарования.
Приложив немало усилий удержалась, и смогла уговорить себя этого не делать.
Но как же жаль, что с "этим", ничего не случилось. Да, я стала злой и ценичной, самой противно, но это не только моя вина, многие приложили свою руку, вот и "этот" поучаствовал.
Кажется мы сменили машину, эта вроде поменьше, но главное она не пропитана запахом дешевого пива, от которого мой желудок выворачивало на изнанку и это еще один маленький плюсик к моей спасенной жизни, среди сплошных огромных минусов.
Пол часа как я очнулась и мы не сбавляя скорости, продолжаем движение. Дорога по которой мы едим оставляет желать лучшего, одни ямы, да ухабы. А я похоже ушибла плечо, которое простреливает острой болью каждый раз, когда колеса автомобиля ловят очередную кочку, заставляя меня в этот момент сжимать с силой зубы, дабы сдержать рвущиеся из горла стоны боли.
Дотянуться и посмотреть в окно боюсь, боюсь вообще шевелиться чтобы не дай бог не привлечь к себе внимание Зверя, он жуткий, и мне совсем не хочется даже мимолетно ощутить его интерес к себе, и уж точно, упаси боже встретить его взгляд, или услышать голос. Поэтому полагаюсь только на слух и собственные ощущения.
Странно, совсем тихо!
Это какой-то очень тихий участок дороги, постоянно падающие тени деревьев, а еще, я почему-то не слышу шума других машин и от этого мне непосебе! Такая тишина наводит жуть и в голову лезут жуткие мысли. Неужели он решил избавится от меня и закопать в ближайшем лесочке. Стараюсь гнать от себя эти мысли чтобы не поддаться панике и чтобы паутина страха не окутала меня своей парализующей нитью, пробирая до самых костей своим паражающим, ледяным дыханием.
Хотя нет, не думаю, если бы он хотел убить меня, то не стал бы так заморачиваться, а просто-напросто остановился бы где нибудь на дороге и престрелил как дворняжку.
От усталости, стресса и все таки имеющей место быть внутренней истерики, вновь проваливаюсь в беспамятство, видимо сработала защитная реакция организма.
А открываю глаза, когда боль в плече отдает нестерпимой болью в шее, от которой непроизвольно шиплю и резко дергаюсь назад, пытаясь избавиться от ее источника, и тут же слышу стальной, пропитанный яростью голос.
– Просыпайся давай блядь!
А мне вдруг, не хочется просыпаться, от слова совсем. Мне хочется заснуть так крепко, чтобы ни за что не слышать этот голос.
А потом следует очередная порция боли, когда пальцы хищника, впиваясь как стальные зажимы в мое плечо, трясут меня за него. От чего из глаз начинают теч слезы, а из горла вырывается сдавленный звук, больше похожий на писк.
– Оглохла сука, я сказал просыпайся! Не заставляй меня повторять тебе дважды, пожалеешь. – просто убивая на повал своей душевностью.
– Давай блядь вылезай из машины, или я тебя от туда выниму сам. – рычит этот монстр не разжимая пальцев на моем плече.
Незаканчивающаяся боль заставила открыть глаза, поймала на себе голодный, злой взгляд Зверя, он буквально пожирал глазами мое выставление на показ, ничем неприкрытое тело.
Я готова была сквозь землю провалится чтобы не чувствовать этих глаз на себе. А природное чувство стыда заставило запылать огнем мое лицо, превращая мои щеки в стоп сигнал светофора.
Но мои руки связанны и я не могу себя прикрыть, поэтому пытаюсь выползти из машины с целью хоть как-то изменить ситуацию.
Практически выпадаю из дверей и уже готовясь носом глотнуть порцию дорожной пыли, чудом удерживаюсь на непослушных ногах и избегаю этой радости.
– Стой – придавливая звуками голоса к земле, хлеще двадцатитонной, бетонной плиты. Подошел ближе выбивая из зоны комфорта.
Не желая того, я все же дергаюсь, отступая назад, хотя убеждала себя этого не делать. Волосы встали дыбом от охватившего меня ужаса, а зубы выбивали степ кроша зубную эмаль.
– Не дергайся, обхватил одной рукой два моих запястья и срезал сверкнувшим в руке ножом веревку, изрядно впившуюся в кожу моих связанных ею вместе рук.
– Не советую испытовать мое терпение попытками сбежать или выкидыванием других цирковых номеров, сделаешь хуже только себе. – прямо в губы, не сводя с меня своих прищуриных глаз.
– К сведению, если ты вдруг не особо одоренная или твой мозг пострадал в ряду произошедших событий. Километров на сто отсутствует цивилизация, а в лесу полно диких, голодных животных! Хочешь стать их обедом или ужином, беги.
Очень смешно услышать такое от Зверя, а еще смешнее когда тупой качёк говорит тебе что ты дура.
– А теперь давай пошла.
Толкнул.
Холодный, пронизывающий ветер вынудил вздрогнуть мое разморенное печкой и сном тело, заставляя ощетинится и покрыться гусинной кожей. Я как могла стянула на себе плащ, укутываясь в него чуть ли не с головой, оцепеневшими пальцами кое как застегнув оставшиеся на нем, две несчастные пуговицы.
– Пошла, что встала? – гаркая как коршун, не проявив и толики терпения, показывая всем своим видом, что он не собирается ждать пока я застегнусь.
Нееет, его свирепое лицо кричало, что он вообще, не намерен ждать, от слова совсем
Сглотнула подступивший ком из жалости к себе и неспешно начала передвигать ногами, которые не слушались меня, проводя остальные манипуляции по утеплению на ходу.
А еще моя обувь, она была совершенно не предназначена для прогулок по таким дорогам. Острые, длинные каблуки моих туфель, прорезая землю плотно входили в ее глубины искажая походку и доставляя немалые трудности при ходьбе.
– Шевелись блядь, ползет как сонная муха!
Я чуть ли не выскочила из туфель от его раздавшегося в спину, пропитанного гневом голоса. А потом в спину прилетел толчок, от которого я споткнулась, цепляясь ногой за лежащую на пути ветку. Так как один каблук плотно засел в земле и я не смогла удержать равновесие, завалилась на бок.
– Сука, ты что вообще на ногах не стоишь, ходить разучилась? Поднимайся! Блядь, мы так и до вечера не доползем.
При падении я ушибла колено и оцарапала руки, кривясь от боли, боясь разозлить Зверя сильнее все же смогла подняться, но сделав шаг без туфли, наступив на что то острое я вскрикнула, и снова упала. Выругавшись матом, схватив меня за волосы, гипнотизируя взглядом мое бледнее самой смерти лицо, еще изрядно нецензурно выразившись, перекинул меня через плечо и понес по тропинке вверх.
Одетый лишь в одну тонкую, драную футболку его тело источало жар, он буквально пылал, было ощущение что в мужчину встроена доменная печь, а в местах соприкосновения моей придавленной к его плечу груди, кожу аж жгло, в отличии от моих уже окоченевших от холода конечностей доживающих свои последние дни. Сама, я бы точно не смогла сюда поднятся, не хватило бы сил! Я была измотанна и выжата как лимон, даже сон в который провалилась по дороге не исправили бы положение дел.
Наверно я достаточно тяжелая, да и подъем видать крутой, потому как дыхание Зверя сбилось и он очень тяжело дышал, как дракон из сказки. Выглядит таким сильным, зловещим, а с трудом способен нести пятьдесят килограмм, вон как пыхтит.
Я и не думала его жалеть и топать самой, да еще и без туфли, которая так и осталась торчать в земле. Поерзав устроилась поудобнее, от чего Зверь с силой сдавил мои ноги оставляя на моей коже синяки от своих пальцев, а потом вообще скинул меня с плеча и за шкирку поволок передавливая мое горло тканью, и матерясь как сапожник себе под нос. Я практически не касалась ногами земли, он буквально на вытянутой руке как катенка, нес меня перед собой. Странно, только недавно задыхался, а тут как ни в чем не бывало тащит в руке. Я уже ничего не понимала, кроме того что тогда было удобней и теплее. Мы люди, странный народ висим на одном волоске от смерти, а рассуждаем о каком-то удобстве. Пройдя метров пятьдесят хишник остановился и наконец выпустил из рук мой плащ, еще немного и он просто удушил бы меня им. Я закашлялась от вновь прибывшего колличества кислорода в мои легкие. В отличие от меня плащ не пережил натиска, видать от давления моего веса оставшиеся пуговицы тоже отвалились, а еще разошлась строчка одной половицы, позволяя потоку холодного воздуха безпрепятственно обволакивать мое тело. А потом он буквально взашей затощил меня внутрь не проявив и капли сострадания, затолкнул в наполненную каким то снаряжением комнату, и тут же вышел чуть ли не открещиваясь от меня. Его ноздри издавали страшные звуки, которые окончательно вынудили остыть мою кровь, превращая в статую, изваяние не способное даже ворочать собственным языком.
– Посидишь тут, надеюсь коньки от холода не откинешь, пока вернусь.
И запер дверь, пробубнив себе под нос что то типо – "бабы народ ебанутый, а бегать искать меня по лесу ему не в досуг".
Глава 7
Боже он, что собирается меня тут закрыть? Нет, нет, нет пожалуйста, пожалуйста только не тут. Тут совсем нет окон, и не одной даже маленькой лампочки, я же не могу совсем без света. Я мотала головой из стороны в сторону, а мое сердце как бешеный заяц скакало в груди, но я так и не выжала сквозь свои сжатые зубы и звука. И поэтому это нет жалобно звучало только у меня в голове.
А когда Зверь запер дверь и я осталась одна на едине со своими страхами в этой кромешной темноте, в которой даже и в полоске щели под дверью не было и бледной тени проблеска, на меня обрушилась бетонная плита ужаса, размером с три футбольных поля, и весом с отколовшийся от Антарктиды ледяной айсберг таких же размеров.
Я пыталась не позволить своим страхам взять меня в плен, но с недавних пор я панически боюсь находиться одной в замкнутых, лишенных хоть какого нибудь освещения пространствах.
Боже но хоть бы бледный блик луны, но не эта черная, беспросветная тьма.
Скатившеяся одинокая слеза обожгла мою щеку, а по сырой дорожке пробежал холодок, который заставил вздрогнуть мое оцепиневшее тело. Я чувствовала что уже совсем скоро мое сознание начнет играть со мной в свои страшные игры, оно дастанет из темных шкафов все мои скелеты и вытащит из дальних глубин все мои кошмары. Кошмары от которых нет спасения, кошмары которые лишают тебя воли, интеллекта, собственного имени! Ведь худшее что с тобой может произойти, происходит у тебя в голове и только твое собственное воображение способно запугать тебя настолько, что ты перестаешь соображать, ты превращается в пароноидальный овощ одержимый пустыми страхами. И тогда ты покрываешся липким, холодным потом, и нещадно рвешь свои сухожилия в попытке вырваться, но не можешь этого сделать, ты намертво зажат этими железными тисками собственного юродства, полоумия, тихого ужаса.
И вот, ты уже не способен отличить вымысел от действительности.
В темноте, мой мозг проворачивает со мной такие вещи, что совсем уже и не хочется жить.
Я не могу в темноте! Не могу! Надеюсь, что к моменту когда я захлебнусь сообственным безумием, мой мозг вымерзнет и перестанет подавать признаки жизни, тихо проскулила в надежде, дрожащая девочка внутри меня.
Боже, девочка внутри меня, это мысль вскользь пролетает в моей голове, но я успеваю за нее зацепиться. Я не одна! Внутри меня новая жизнь, со мной мой малыш! Малыш Малыша мне показалось что мои губы даже тронула слабая улыбка от эпичности этой мысли. И я понимаю, что мысли о ребенке вытесняют все другие мысли из моей головы, и я начинаю реветь от счастья, вот он, мой собственный луч света.
Мой маленький ты еще совсем крохотный и даже еще не родился, но уже спасаешь свою несчастную маму, и слезы наворачиваются на глаза, а ладошка тянется к животу.
Потерпи мой хороший, твой папа скоро придет и заберет нас отсюда.
Твой папа, он очень сильный и смелый, и ты когда вырастишь обязательно станешь похожим на него.
А теперь когда страхи немного отступили и стали второстепенны, я осознала что не на шутку промерзла, а так и заболеть недолго, а беременным противопоказано болеть, особенно в первый триместр.
Надо согреться! Хорошо хоть здесь нет ветра, который пробирает до костей и пронизывает насквозь незащищенное теплой одеждой тело, так как с одеждой у меня очень, и очень напряженно, а точнее пятьдесят процентов отсутствует, а остальные пятьдесят выглядят плачевно.
Стараясь согреться я присела на корточки и свернувшись в клубочек обхватила себя руками, выпуская воздух моего горячего дыхания внутрь образовавшегося кольца. Но моя нога без туфли, в одном копроновом чулке, соприкасаясь с холодным полом практически на нет сводила мои попытки согрется. Я неустанно повторяла себе что я солнце, горячее солнце и мне тепло, мне жарко, но мое тело не внемло моим мантрам и все таки превратилось в полено. Оно одеревенело и если постучать, то думаю, можно будет услышать глухой звук характерный для дерева. Меня потрухивало до такой степени что со стороны я походила на скачаший мяч, а к моменту когда вернулся Зверь я уже во всю, не жалея эмали выбивала чечетку зубами.
– Вставай давай!
– Пошли. – прорезая тишину стальным, не терпящим возражений голосом.
А я не могу встать, не могу разорвать замок из пальцев удерживающий мои колени вместе, они словно, склеились, вросли друг в дружку.
– Поднимайся говорю, оглохла сука или приросла к полу?
И пнул меня ногой, а я как стеклянная ваза, потеряла равновесие, и завалилась на бок только что не укатилась.
– Блядь, решила испытывать мое терпение, что за ху*ня, вообразила себя куклой неваляшкой? – рыча как дикий зверь, заставляя меня съежиться, от ноток злости звенящей в воздухе.
– Нееет. – стуча зубами как швейная машинка.
– Не могууу рууки…..
– Охуеть, стоять не может, ходить не может еще и с руками проблемы, а с головой хоть дружишь девочка, или и здесь мимо?
А я уже с трудом соображаю, промерзла до мозга костей и слов разобрать не могу, что он там выдает, а потом и вовсе поток из абсцессного словаря видимо с глубоким смыслом, но переводу не подлежит. А потом, огромные горячие ладони подхватили лежащий на полу бублик, коий я из себя представляла и вынесли из мрака стен, которые к счастью не стали моей гробницей.
Сделав пару шагов хищник резко встал. Я было уже приготовилась к падению, даже попыталась сгруппироваться в ожидании что меня сейчас швырнут и местами будет ой как больно. А вот тут совсем неожиданно и очень странно, почти на контрасте с тем что было до этого. Наклонившись, Зверь аккуратно уложил меня на шкуру какого-то животного, возле разведенного в камине, завараживающего своим жарким пламенем, мирно потрескивающего огня. Я даже проморгалась в неверии, а еще, как так получилось, что я совсем не слышала что здесь за дверью кто то был, ни шагов и никакого другого шума. Языки пламени голодно лизали мое остывшее тело, от чего по нему растекалось приятное тепло, а на коже ощущалось легкое покалование. Наконец получилось расцепиь руки, но это движение заставило распахнуться половицы моего плаща, открывая на всеобщее обозрение мою лишенную какой либо другой одежды грудь. От холода мои соски сжались и бестыже торчали, заставляя заострить на них внимание. Я как могла быстро, с трудом справляясь с еще до конца не прошедшим оцепинением в конечностях, стараюсь прикрыть себя, заматываясь как можно плотнее, но состояние вещи не очень этому способствует. Зверь скрипит зубами от чего я чуть ли не подпрыгиваю до потолка, а еще это его жуткое дыхание, как вообще возможно так дышать? Но теперь я точно знаю почему его кличут Зверем. Мамочки и судя повсему зверь не в духе, он зол и только слепец этого не увидит. Я стараюсь не обращать внимание на звуки издоваемые хищником и сосредоточится на возможности согреть себя. Еще не известно, как долго, мне будет позволено пользоваться теплом костра. Поэтому тяну руки к огню, а этот горе, злостчастный плащ опять распахивается и прежде, чем я успела схватится за края ускользающей ткани одна из грудей вновь бестыже предстала на суд публике. Поток отборной брани со стороны Зверя и мое пылающее от стыда лицо, да с теплом вернулся и стыд, и цвет. И вот я еще толком и не замоталось, как мне опять прилетело! Причем в прямом смысле, одеяло которое швырнул мне хищник чуть не сбило меня как кеглю и я только по счастливой случайности не упала плашмя в огонь, и не превратилась в поджаристую котлету по Киевски.
